Постановление от 10 сентября 2023 г. по делу № А44-636/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


10 сентября 2023 года

Дело №

А44-636/2021


Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Кравченко Т.В., судей Бычковой Е.Н. и Зарочинцевой Е.В.,

рассмотрев 24.08.2023 в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «СтройТрансЛес» на определение Арбитражного суда Новгородской области от 07.04.2023 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2023 по делу № А44-636/2021,

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Новгородской области от 10.03.2021 принято к производству заявление Федеральной налоговой службы, адрес: 127381, Москва, Неглинная ул., д. 23, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – ФНС), о признании общества с ограниченной ответственностью «Стройтранс», адрес: 173520, Новгородская обл., д. Пятница, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество), несостоятельным (банкротом).

Определением от 17.03.2022 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО1.

Решением суда от 09.08.2023 Общество признано несостоятельным (банкротом), открыта процедура конкурсного производства, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО1

Общество с ограниченной ответственностью «СтройТрансЛес», адрес: 173020, Великий Новгород, ул. Обороны, д. 26, блок 4, кааб. 4, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Компания), обратилось в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника (далее – реестр) требования в размере 20 643 277,96 руб.

Определением от 07.04.2023, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2023, признано обоснованным требование Компании в размере 20 643 277,96 руб. основного долга и подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты. В остальной части заявленных требований отказано.

В кассационной жалобе Компания просит отменить определение от 07.04.2023 и постановление от 06.06.2023 и принять новый судебный акт о включении требования в третью очередь реестра.

Податель кассационной жалобы считает ошибочным применение к требованию Компании положений пункта 4 статьи 142 Закона о банкротстве, отрицает аффилированность с должником, указывает на реальный характер взаимоотношений и не согласен с выводом о наличии у должника имущественного кризиса в период предоставления займов.

В отзыве, поступившем в суд в электронном виде, ФНС возражает против удовлетворения кассационной жалобы.

Участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке исходя из доводов кассационной жалобы.

Компания в обоснование рассматриваемого требования в размере 20 643 277,96 руб. указала на задолженность Общества, возникшую из следующих правоотношений.

Компания (поставщик) и Общество (покупатель) 20.12.2018 заключили договор поставки лесоматериалов № 12118-02, в соответствии с которым в адрес покупателя поставлен товар на общую сумму 7 497 400 руб.

В подтверждение исполнения договора представлен универсальный передаточный документ от 17.06.2019 на сумму 7 497 400 руб., акт сверки по состоянию на 11.04.2011, платежные поручения, подтверждающие частичную оплату на сумму 1 500 000 руб. (от 05.08.2019 № 417, 06.08.2019 № 419, 07.08.2019 № 436), выписки с лицевого счета.

Компания и Общество произвели зачет взаимных обязательств на сумму 135 000 руб. по договорам аренды транспортного средства от 01.01.2019 № 01/0119 и № 02/0119 и по договору субаренды земельного участка от 01.07.2019 № 01/04/2019, что подтверждается актом сверки.

В установленный договором срок оплата в полном объеме не поступила, в адрес Общества была направлена претензия от 13.12.2020 исх. №27; задолженность по договору поставки составила 5 486 522,35 руб.

Кроме того, Компания (займодавец) и Общество (заемщик) заключили следующие договоры беспроцентного займа:

- от 18.07.2019 № 12, заемщику перечислено 810 000 руб., срок возврата - 31.12.2019; заем погашен частично, размер задолженности – 605 000 руб.;

- от 30.07.2019 № 13, заемщику перечислено 2 615 000 руб., срок возврата - 31.12.2019, заем не возвращен, размер задолженности – 2 615 000 руб.;

- от 20.08.2019 № 14, заемщику перечислено 1 770 000 руб.; срок возврата - 31.03.2020, заем частично погашен, размер задолженности - 1 317 644,38 руб.;

- от 04.09.2019 № 15, заемщику перечислено 3 100 000 руб., срок возврата - 31.03.2020, заем не возвращен, размер задолженности - 3 100 000 руб.;

- от 26.08.2019 № 16, заемщику перечислен 1 000 000 руб., срок возврата - 31.05.2020, заем не возвращен, размер задолженности - 1 000 000 руб.

- от 31.03.2020 № 17, заемщику перечислено 5 395 699,73 руб., срок возврата - 31.12.2020, заем не возвращен, размер задолженности - 5 395 699,73 руб.;

- от 30.06.2020 № 18, заемщику перечислен 1 002 442,24 руб., срок возврата - 31.12.2021, заем не возвращен, размер задолженности - 1 002 442,24 руб.;

- от 30.09.2020 № 19, заемщику перечислено 55 815,90 руб., срок возврата - 31.12.2021, заем не возвращен, размер задолженности – 55 815,90 руб.

В обоснование рассматриваемого требования Компания также указала на оплату за должника по письмам от 22.03.2022 и 21.01.2022 на общую сумму 6 515 336 руб.

При проверке обоснованности требования Компании возражения против размера требования заявлены не были. Вместе с тем ФНС и другие кредиторы полагали, что требование Компании подлежит субординированию.

Суд первой инстанции, с которым согласился и апелляционный суд, пришел выводу об аффилированности Общества и Компании, а также указал, что рассматриваемое требование направлено на возврат компенсационного финансирования.

Изучив материалы дела и проверив доводы кассационной жалобы, суд округа пришел к следующему.

Вывод судов об аффилированности Общества и Компании соответствует представленным в дело доказательствам.

Так, единственный участник должника ФИО2 с 02.10.2014 является генеральным директором Общества. При этом ФИО2 в период с 21.03.2018 по 10.12.2020 являлся руководителем Компании, а в период с 21.03.2018 по 01.07.2020 – ее участником.

Судами также установлено, что представленные Компанией в материалы дела договоры заключены в период (2018-2019), когда ФИО2 являлся руководителем Общества и Компании.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными. Вместе с тем, из указанного правила имеется ряд исключений, которые проанализированы в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор), обобщившим правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее - имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее - ГК РФ).

В ситуации, когда скрытый от кредиторов план выхода из кризиса не удалось реализовать, естественным следствием принятия подобного риска является запрет на противопоставление требования о возврате компенсационного финансирования независимым кредиторам, из чего вытекает необходимость понижения очередности удовлетворения требования аффилированного лица. Не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора).

Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ.

Кроме того, согласно пункту 3.3 Обзора разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 ГК РФ является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т. д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (пункт 1 статьи 486 ГК РФ).

При этом под имущественным кризисом понимается не только непосредственное наступление обстоятельств, указанных в пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве, но и ситуация, при которой их возникновение стало неизбежно.

При вынесении обжалуемых судебных актов суды обоснованно учли, что Компания предъявила должнику требование только в процедуре наблюдения, возбужденной по истечении продолжительного времени после образования задолженности и что до процедуры банкротства кредитор не предъявлял должнику требований о взыскании задолженности.

Компания не представила никаких приемлемых объяснений причин, в силу которых в условиях отсутствия оплаты по договору поставки Компания предоставляла займы, не требуя своевременного возврата, в том числе в судебном порядке.

Такое поведение кредитора обоснованно признано судом не согласующимся с разумным поведением лиц в гражданском обороте и целью заявителя, являющегося юридическим лицом, на извлечение прибыли.

Судами также верно принято во внимание, что займы предоставлены без уплаты процентов за их пользование; не предусматривали какого-либо обеспечения; заключены на условиях, недоступных для обычных участников гражданского оборота; по истечении срока возврата денежных средств до возбуждения дела о банкротстве должника действий по возврату займа, в том числе в судебном порядке не предпринималось; мотивы заключения договоров займа на нетипичных условиях (без процентов) не раскрыты.

Изложенное обусловило мотивированный вывод судов о том, что указанные действия Компании свидетельствуют о финансировании, осуществляемом кредитором посредством отказа от принятия мер по истребованию задолженности. Такого рода финансирование, позволяющее должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, также может быть признано компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

С учетом указанного вывод судов о наличии оснований для субординирования требования Компании соответствует установленным по делу обстоятельствам и представленным доказательствам.

Ввиду изложенного кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Новгородской области от 07.04.2023 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2023 по делу № А44-636/2021 оставить без изменения, а кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «СтройТрансЛес» – без удовлетворения.



Председательствующий

Т.В. Кравченко

Судьи


Е.Н. Бычкова

Е.В. Зарочинцева