Постановление от 17 июня 2024 г. по делу № А56-87774/2016

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


18 июня 2024 года

Дело №

А56-87774/2016

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Колесниковой С.Г., судей Тарасюка И.М.,                  Яковлева А.Э.,

при участии от ФИО1 – ФИО2 (доверенность                           от 20.09.2022), от ФИО3 – ФИО4, ФИО5 (доверенность от 21.03.2022),

рассмотрев 03.06.2024 в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Спецпромстрой» на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.12.2023 по делу № А56-87774/2016/суб.,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.02.2017 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «АтомСпецСтрой», адрес: 196247, Санкт-Петербург, пл. Конституции, д. 3, лит. А, ИНН <***>, ОГРН <***> (далее – Общество).

Определением от 27.06.2017 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО6.

Решением от 03.03.2020 Общество признано несостоятельным (банкротом), открыта процедура конкурсного производства, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО6

Определением от 07.07.2020 конкурсным управляющим утвержден ФИО7.

Конкурсный управляющий ФИО7 01.09.2022 обратился в суд заявлением о привлечении ФИО8, ФИО1, ФИО3 как контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника  и о приостановлении производства по настоящему заявлению в части определения размера ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Определением от 16.08.2023 суд первой инстанции прекратил производство по ходатайству ФИО3 и ФИО8 о приостановлении производства по настоящему спору, признал обоснованным заявление управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц в части наличия оснований для привлечения к этой ответственности по обязательствам Общества ФИО8, ФИО1, ФИО3, приостановил производство по рассмотрению заявления управляющего до окончания мероприятий по формированию конкурсной массы и осуществления расчетов с кредиторами Общества.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.09.2023 конкурсным управляющим утвержден ФИО9, член союза «СРО АУ «Стратегия».

Постановлением от 17.12.2023 Тринадцатый арбитражный апелляционный суд отменил определение суда первой инстанции  от 16.08.2023 в части установления наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, взыскал с ФИО8 в пользу Общества  21 689 494 руб. 68 коп. убытков, в удовлетворении остальной части заявления отказал.

В кассационной жалобе конкурсный кредитор общество с ограниченной ответственностью «Спецпромстрой», адрес: 173003, Великий Новгород, Большая Санкт-Петербургская ул., д. 80, стр. 1А, ОГРН <***>,                ИНН <***> (далее – Компания), ссылаясь на неправильное применение апелляционным судом норм права и несоответствие его выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить постановление суда апелляционной инстанции  и  оставить в силе определение суда первой инстанции.

 По мнению подателя жалобы, апелляционный суд безосновательно изменил квалификацию спорных отношений.

Как указывает Компания, в данном случае в результате  сделок был осуществлен вывод активов должника, документы в полном объеме конкурсному управляющему не переданы, заявление о банкротстве должника не подано.

В отзывах на кассационную жалобу конкурсный управляющий                  ФИО9, ФИО1, ФИО3  просят обжалуемый судебный акт оставить без изменения, считая его законным и обоснованным.

В судебном заседании представители ФИО3 и ФИО1  возражала против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее -                         АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в кассационном порядке в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами, ФИО8 с 27.11.2007 по 11.07.2020 осуществляла функции руководителя Общества, ФИО3 и ФИО1 с 27.11.2007 и с 18.09.2014 являются учредителями должника с долями в размере 40% номинальной стоимостью 40 000 руб. и в размере 60% номинальной стоимостью 60 000 руб., соответственно.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указал, что отчуждение по договору купли-продажи от 24.08.2016 Обществом ФИО3 18 объектов недвижимости, используемых должником в своей основной хозяйственной деятельности, привело фактически к прекращению производственной деятельности последнего и, как следствие, к банкротству должника.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.17                    № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее — Закон № 266-ФЗ) рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу данного Закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчику действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

 Положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона              № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами при рассмотрении соответствующих заявлений, поданных с 01.07.2017, независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Обстоятельства, с которыми заявитель связывает основания для субсидиарной ответственности, возникли до вступления в силу положений Закона № 266-ФЗ (в период с августа 2016 года по апрель 2017 года), следовательно, как верно указал суд первой инстанции, к ним подлежат применению ранее действовавшие положения статьи 10 Закона о банкротстве в действовавшие в спорный период редакции.

Судами учтены установленные при рассмотрении обособленного спора                 № А56-87774/2016/сд1 обстоятельства отчуждения Обществом в лице               ФИО8 по договору от 24.08.2016 принадлежавших должнику 18 объектов недвижимости в пользу  ФИО3 по цене 8 884 261 руб.

ФИО3 22.11.2017 подписала с ФИО10 соглашение об отступном, по которому вследствие передачи указанного  имущества прекращено обязательство ФИО3 перед ФИО10, возникшее из договора займа от 02.02.2011 на сумму 9 240 000 руб., со сроком исполнения обязательства по договору займа - до 02.11.2011.

Вступившим в законную силу определением от 06.07.2021 по обособленному спору № А56-87774/2016/сд1 суд в соответствии с пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве признал недействительными договор купли-продажи от 24.08.2016, соглашение об отступном от 22.11.2017 и применил последствия недействительности этих сделок в виде обязания ФИО10 вернуть в конкурсную массу Общества указанное имущество.

Судебный акт добровольно не был исполнен, в связи с чем конкурсный управляющий принял меры по государственной регистрации права собственности на имущество за должником и в дальнейшем реализовал его в процедуре банкротства.

Суд первой инстанции, удовлетворяя  требования заявителя в означенной части, указал, что Общество вело деятельность по ОКВЭД 45.21 «производство общестроительных работ», а с IV квартала 2016 года - по ОКВЭД 42.22.3 «строительство электростанций». Кроме того, суд отметил, что должником осуществлялась производственная деятельность по изготовлению металлоконструкций (раздел 25 ОКВЭД), в основном для собственных нужд (для использования при выполнении работ по основным ОКВЭД).

Апелляционный суд с таким выводом не согласился, установив,  что такой вид деятельности по изготовлению металлоконструкций в ЕГРЮЛ в качестве основной либо дополнительной деятельности должника не обозначен; в основной и дополнительные виды деятельности включены строительство объектов различного характера и производство определенных видов работ.

Руководствуясь правовой позицией, изложенной в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), оценив представленные в дело доказательства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о недоказанности  конкурсным управляющим того, что спорные объекты использовались Обществом в его хозяйственной деятельности, обеспечивающей достижение положительного экономического результата в общей деятельности должника. Анализ по прибыли, получаемой Обществом  от эксплуатации имущества по предмету спора и осуществления строительных (ремонтных) работ, конкурсным управляющим не представлен.

Как установлено судом апелляционной инстанции, в данном случае имело место отчуждение объектов для целей избежания возможности обращения на них взыскания, а не прекращения использования их в своей основной деятельности; имущество из фактического владения должника  не выбывало, иными лицами не эксплуатировалось; объекты были приобретены должником в феврале 2009 года (право собственности зарегистрировано в апреле 2009 года), их использование для целей получения положительного эффекта не установлено.

Апелляционный суд учел,  что на дату отчуждения имущества у Общества уже имелись признаки несостоятельности (банкротства), поскольку  обязательства должника перед кредитором-заявителем возникли в соответствии с утвержденным Арбитражным судом города Санкт-Петербурга и Ленинградской области определением от 19.01.2016 по делу № А56-50089/2015 мировым соглашением; признаки объективного банкротства возникли у Общества задолго до совершения сделки по отчуждению 18 объектов имущества (как минимум в 2014 году).

Кроме того, суд апелляционной инстанции принял во внимание, что балансовая стоимость отчужденных объектов недвижимости должника в десять раз меньше запасов должника, зафиксированных в бухгалтерской отчетности по состоянию на 31.12.2017; по данным бухгалтерского баланса должника, по состоянию на приведенную дату в строке «запасы» учтены активы на сумму 225 млн руб. В этой строке учитываются «затраты в незавершенном производстве» - законченные, но не принятые заказчиком работы и услуги.

Начиная с 2009 года и до возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) основным направлением деятельности должника являлось выполнение строительно-монтажных работ на Ленинградской АЭС-2 во исполнение договора подряда NLEN 2/1826 от 02.03.2009, заключенного с акционерным обществом «Концерн Титан-2». Именно в отношении работ по этому договору заявлены притязания кредиторов, чьи требования включены судом в реестр требований кредиторов должника (более 90%).

По итогам каждого периода выполнения работ должник и АО «Концерн Титан-2» подписывали акт о приемке выполненных работ по форме КС-2 и справку о стоимости выполненных работ по форме КС-3.

Представленные в материалы дела поименованные документы подтверждают, что должник осуществлял работы на Ленинградской АЭС-2 после заключения договора купли-продажи недвижимости от 24.08.2016 вплоть до июня 2017 года. Причем объем работ, осуществляемых как до, так и после заключения договора купли-продажи, существенно не изменился.

После отчуждения объектов должник продолжал поставлять на строительную площадку Ленинградской АЭС-2 материалы для работ - металл и металлоконструкции. Так, ежемесячно после заключения договора купли-продажи от 50% до 80% общей стоимости выполненных должником работ составляла стоимость поставленного им металла.

Оценив установленные обстоятельства в их совокупности, апелляционный суд заключил, что в данном случае не прослеживается наличие причинно-следственной связи между действиями ФИО1, ФИО3 и ФИО8, совершившими сделку, с наступлением неблагоприятных последствий для должника в виде банкротства.

Относительно действий ФИО1 при совершении сделки залога движимого имущества от 05.07.2016, заключенного Обществом с обществом с ограниченной ответственностью «КМК», признанного недействительным вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.02.2021, суд апелляционной инстанции пришел к аналогичным выводам. Суд учел, что залог прекращен, каких-либо незаконных преимуществ в ущерб независимым кредиторам ФИО1 не получил.

По утверждению заявителя, в ходе конкурсного производства выявлены сделки по перечислению денежных средств со счета должника за период с сентября 2016 года по апрель 2017 года в общей сумме 21 869 494 руб. 68 коп. в пользу работников должника; поступающие на счет денежные средства перечислялись работникам с назначением «заработная плата», однако размер перечислений значительно превышал причитающуюся работникам заработную плату. Соответствующие сделки оспорены конкурсным управляющим в судебном порядке. В удовлетворении заявлений об оспаривании сделок отказано, за исключением сделок по перечислению денежных средств в пользу директора ФИО8 (обособленные споры № А56-87774/2016/сд5,                      А56-87774/2016/сд11, А56-87774/2016/сд12, А56-87774/2016/сд6,                                  А56-87774/2016/сд8, А56-87774/2016/сд10, А56-87774/2016/сд7 - отказано; спор № А56-87774/2016/сд9 - удовлетворено). При рассмотрении перечисленных споров суды установили, что денежные средства перечислялись работникам в размере, превышающем заработную плату, по указанию руководства должника с тем условием, что работники должны были снимать со своих счетов превышающую заработную плату сумму и вносить ее наличными в кассу должника. Отказывая в удовлетворении споров по сделкам с работниками (кроме директора), суды исходили из представленных доказательств внесения работниками наличных денег в кассу и отсутствия в действиях работников умысла на причинение вреда кредиторам.

Ссылаясь на то, что доказательства последующего расходования наличных денежных средств из кассы должника на хозяйственные или иные нужды должника не представлены, конкурсный управляющий посчитал, что денежные средства фактически были выведены из имущественной массы должника, утрачен ликвидный актив должника в сумме не менее 21 869 494 руб. 68 коп., за счет которого возможно было бы частичное погашение требований кредиторов.

Апелляционный суд, руководствуясь положениями статей 15, 51.3 Гражданского кодекса Российской Федерации, правовыми позициями, изложенными в пунктах 1 и 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», в пункте 20 Постановления № 53,  пришел к выводу о наличии оснований для квалификации  заявленного требования как требования о взыскании убытков, возникших вследствие неразумных и недобросовестных действий бывшего руководителя ФИО8 Суд исходил из доказанности того, что именно в период осуществления ФИО8 полномочий руководителя должника денежные средства фактически возвращены работниками в кассу должника, доказательств их расходования в предпринимательской деятельности Общества не имеется.

Как верно отметил апелляционный суд, суд первой инстанции в данном случае не привел аргументов в обоснование необходимости применения к участникам Общества субсидиарной ответственности по означенному основанию, сославшись лишь на возможную их осведомленность как участников Общества вследствие обязанности ФИО3 и ФИО1 располагать всей полнотой информации о выбытии активов должника.

Выводы апелляционного суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам. Суд правильно применил нормы материального и процессуального права. Кассационная инстанция не находит оснований  для иной оценки представленных доказательств.

Несогласие подателя жалобы с оценкой, данной судом апелляционной инстанции фактическим обстоятельствам дела, не может служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

С учетом изложенного правовых оснований для отмены обжалуемого судебного акта в соответствии с приведенными в кассационной жалобе   доводами не имеется.

 Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда                       от 17.12.2023 по делу № А56-87774/2016/суб. оставить без изменения, а кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Спецпромстрой» - без удовлетворения.


Председательствующий

С.Г. Колесникова

Судьи


И.М. Тарасюк

А.Э. Яковлев