Постановление от 23 мая 2023 г. по делу № А40-224068/2018

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

23.05.2023 Дело № А40-224068/2018


Резолютивная часть постановления объявлена 16.05.2023

Полный текст постановления изготовлен 23.05.2023


Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего - судьи Перуновой В.Л.,

судей: Кручининой Н.А., Уддиной В.З.

при участии в заседании:

лица, участвующие в деле – не явились, извещены,

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего должника

на определение Арбитражного суда города Москвы от 10.11.2022,

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2023

по заявлению конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО1, ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Бефраг-Восток»,



УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 21.02.2020 ООО «Бефраг-Восток» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4

Определением Арбитражного суда города Москвы от 10.11.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2023, отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО1, ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит судебные акты судов первой и апелляционной инстанций отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В кассационной жалобе заявитель указывает на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов суда, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

В соответствии с абзацем вторым части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания опубликована на официальном Интернет-сайте https://kad.arbitr.ru/.

В порядке статьи 279 АПК РФ в материалы дела приобщен отзыв ФИО3 на кассационную жалобу.

Лица, участвующие в деле, не явились в судебное заседание по рассмотрению кассационной жалобы, о времени и месте проведения судебного заседания извещены надлежащим образом.

Информация о процессе размещена на официальном сайте «Картотека арбитражных дел» в сети Интернет, в связи с чем кассационная жалоба рассматривается в судебном заседании в их отсутствие в порядке, установленном статьями 121, 123 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по обособленному спору фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с частью 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно части 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В соответствии с пунктом 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 7 Постановления № 53, предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника, является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

В соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Как разъяснено в пункте 56 Постановления № 53 по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо.

В силу пункта 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть 2 пункта 3 статьи 56 ГК РФ), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

В пункте 24 Постановления № 53 даны следующие разъяснения.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Согласно пункту 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

В силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; - обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; - имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренного пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона;

момент возникновения данного условия;

факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Таким образом, для привлечения к субсидиарной ответственности по пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве подлежит доказыванию:

дата, когда у руководителя возникла обязанность обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом;

заявитель должен указать, какой из случаев, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, должен был явиться основанием для обращения в суд;

какие именно обязательства возникли после истечения сроков, предусмотренных пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

Пунктом 26 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2016, разъяснено, что при разрешении заявления о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве (норма в ранее действовавшей редакции Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», аналогичная статье 61.12) следует учитывать, что его обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда находящийся в сходных обстоятельствах добросовестный и разумный менеджер в рамках стандартной управленческой практики должен был узнать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника.

Рассматривая заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», суды указывают на необходимость исследования не только финансовых показателей юридического лица, но и осуществляемую им в спорный период хозяйственную деятельность и обстоятельства, в которых принимались руководителем должника конкретные решения.

Кратковременные и устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями руководителя затруднения, не могут рассматриваться как безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве.

Таким образом, для определения даты объективного банкротства должника необходимо исследовать его фактические взаимоотношения с контрагентами при сопоставлении его с активами общества.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.08.2021 № 305-ЭС21-4666(1,2,4), недопустимо отождествлять неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору.

Как следует из материалов дела, обращаясь в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий указал, что в ходе процедуры конкурсного производства им был выявлен факт совершения должником подозрительной сделки – договора купли-продажи от 30.04.2017 автомобиля MERCEDES-BENZ GL 500 4 MATIC 2013 г.в., заключенного должником с ФИО1, по которому отсутствует оплата.

Кроме того, на основании выписки по расчетному счету должника конкурсный управляющий выявил факт перечисления должником в период с 05.10.2015 по 31.12.2016 денежных средств в пользу ряда юридических лиц, подконтрольных ФИО1 и ФИО2

По мнению конкурсного управляющего должника, факт совершения должником указанных сделок, а также расчетных операций, выгодоприобретателями по которым выступили ФИО1 и ФИО2, привели к объективному банкротству должника.

Обосновывая требование о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5, конкурсный управляющий должника ссылался на нарушение им как бывшим руководителем должника обязанности по своевременному обращению с заявлением должника о собственном банкротстве, а также непередачу им конкурсному управляющего документации должника.

Разрешая настоящий обособленный спор, исходя из недоказанности наличия у ФИО1 и ФИО2 статуса контролирующих должника лиц, а также недоказанности противоправного бездействия ФИО5, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правоверному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований,

Конкурсный управляющий указывал, что должник является членом ассоциации «Группа компаний «Вираж», руководителем которой являлся ФИО1, что свидетельствует об аффилированности его с должником.

В отношении ФИО2 конкурсный управляющий указывал, что он являлся руководителем в организациях, прямо либо косвенно связанных с ассоциацией.

Между тем, как обоснованно указали суды, ни ФИО1, ни ФИО2 никогда не входили в органы управления должника, в связи с чем не могли давать ему обязательные указания.

При этом суды обоснованно отклонили ссылку на приведенные заявителем обстоятельства, как на подтверждение наличия у ответчиков статуса контролирующего должника лица, указав на недоказанность того, что ответчики получили какую-либо выгоду от совершения должником указанных сделок в ущерб интересам последнего.

Применительно к сделке купли-продажи автомобиля, заключенной должником с ФИО1, вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 14.04.2022 установлено, что оплата по ней произведена покупателем в полном объеме, при этом несоответствие договорной цены рыночной стоимости автомобиля не доказано.

Исходя из изложенного, конкурсному управляющему было отказано в признании указанной сделки недействительной.

Относительно совершенных должником расчетных операций судом апелляционной инстанции отмечено, что согласно сведениям, указанным в банковской выписке, основаниями платежей являлись различные гражданско-правовые договоры.

Каких-либо данных, подтверждающих фиктивность соответствующих сделок, конкурсным управляющим должника представлено не было.

Судами установлено, что анализ дальнейшего движения денежных средств конкурсным управляющим должника также не проводился, в связи с чем у судов обоснованно отсутствовали основания полагать, что поступившие на счета соответствующих организаций от должника денежные средства ответчики использовали в личных целях, игнорируя конструкцию юридического лица.

Таким образом, судами установлено, что ФИО1 и ФИО2 не являлись выгодоприобретателями по указанным расчетным операциям.

При таких обстоятельствах суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии правовых оснований для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Относительно привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника суды пришли к следующим выводам.

Судами установлено, что 22.05.2017 ФИО5 был уволен из организации должника по собственному желанию. При увольнении вся документация должника была передана им и.о. директора ФИО6 по акту приема-передачи.

Таким образом, на момент признания должника банкротом ответчик не осуществлял полномочия руководителя должника и не располагал документацией последнего.

Довод конкурсного управляющего должника о том, что согласно сведениям ЕГРЮЛ руководителем должника вплоть до момента признания его банкротом являлся ответчик, правомерно не принята во внимание судами, поскольку в отношении соответствующих сведений 07.02.2019 была внесена запись об их недостоверности.

Исходя из изложенного, суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности за невозможность погашения требований кредиторов должника.

Относительно неподачи ФИО5 заявления о банкротстве должника судами указано следующее.

Конкурсный управляющий должника полагал, ФИО3 должен был обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника в месячный срок с даты совершения должником последней операции по перечислению денежных средств в адрес контрагента ООО «Железнодорожный Альянс» (24.11.2016), то есть не позднее 24.12.2016.

В обоснование своих доводов конкурсный управляющий должника ссылался на то, что по состоянию на указанную дату у должника имелась задолженность перед уполномоченным органом.

Вместе с тем, суды обоснованно не признали данное обстоятельство как однозначно свидетельствующее о невозможности продолжения деятельности должника в рамках обычного режима хозяйствования.

Судами верно отмечено, что категория неплатежеспособности не равнозначна неоплате долга конкретному кредитору (в данном случае уполномоченному органу). При этом по состоянию на конец 2016 года чистые активы общества составляли 4 367 000 руб., что свидетельствует об отсутствии у общества признаков объективного банкротства по состоянию на указанную конкурсным управляющим дату.

При таких обстоятельствах суды первой и апелляционной инстанций пришли к верному выводу об отказе в привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям.

На основании вышеизложенного, суд кассационной инстанции полагает, что суды первой и апелляционной инстанций правильно применили нормы материального права, не допустили нарушений норм процессуального права, перечисленных в части 4 статьи 288 АПК РФ и являющихся в любом случае основаниями для отмены принятых судебных актов.

Приведенные в кассационной жалобе доводы не свидетельствуют о нарушении судами первой и апелляционной инстанций норм права, по существу сводятся к несогласию с оценкой обстоятельств настоящего обособленного спора.

Обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены правильно, все представленные сторонами доказательства исследованы и оценены в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ.

Поскольку оснований, предусмотренных статьей 288 АПК РФ, для отмены обжалуемых судебных актов не имеется, кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа






ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 10.11.2022, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2023 по делу № А40-224068/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.




Председательствующий-судья В.Л. Перунова


Судьи: Н.А. Кручинина


В.З. Уддина