Решение от 25 января 2024 г. по делу № А12-22368/2023

Арбитражный суд Волгоградской области

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

город Волгоград

«25» января 2024 г.

Дело № А12-22368/2023

Резолютивная часть решения оглашена 23 января 2024 года.

Полный текст решения изготовлен 25 января 2024 года.

Арбитражный суд Волгоградской области в составе судьи Репниковой В.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Видюковой С.А. (до перерыва), секретарем судебного заседания ФИО1 (после перерыва),

рассмотрев в судебном заседании исковое заявление Комитета по управлению государственным имуществом Волгоградской области о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Авто»,

при участии в судебном заседании:

от истца – ФИО3 по доверенности от 28.02.2023 № 20,

от ФИО2 – ФИО4 по доверенности № 34АА3363012 от 23.04.2021,

заинтересованное лицо ФИО5 – лично, предъявлен паспорт,

установил:

06.09.2023 в Арбитражный суд Волгоградской области (далее - суд) от Комитета по управлению государственным имуществом (далее – Комитет, Облкомимущество, истец) поступило заявление о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Авто» (далее – ООО «Авто», Общество), взыскании с ответчика в пользу истца денежных средств в размере 1 733 816,43 руб.

Определением суда от 05.10.2023 исковое заявление принято к производству, делу присвоен номер А12-22368/2023.

Определением суда от 20.11.2023 к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечен бывший руководитель ООО «Авто» ФИО5.

В качестве оснований привлечения учредителя ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества истец (с учетом уточнения от 16.01.2024) ссылается на пункт 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" и указывает на наличие задолженности Общества по арендной плате перед Комитетом, исключение ООО «Авто» из Единого государственного реестра юридических лиц ввиду недостоверности сведений об адресе местонахождения юридического лица и сведений о руководителе, недобросовестность действий ФИО2, знавшего о наличии задолженности, не принявшего меры по внесению в ЕГРЮЛ достоверных сведений и назначению нового руководителя, допустившего исключение Общества из ЕГРЮЛ и не принявшего мер по погашению задолженности, несмотря на наличие денежных средств от реализации имущества.

ФИО2 представил письменный отзыв, в котором исковые требования не признал ввиду отсутствия причинно-следственной связи между его действиями и причинением убытков Комитету, также заявил о пропуске срока исковой давности.

ФИО5 представил письменный отзыв, в котором поддержал позицию ответчика.

Рассмотрев материалы дела, выслушав доводы сторон, суд считает, что исковое заявление не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ООО «Авто» было зарегистрировано в качестве юридического лица 14 ноября 2013 года, с 11 января 2016 года единственным учредителем Общества являлся ФИО2. Директором ООО «Авто» с 14.11.2013 являлся ФИО5.

29 марта 2007 года между Администрацией Волгограда (Арендодатель) и ООО «Авто-С» (Арендатор) заключён договор аренды земельного участка № 7382, согласно которому арендодатель предоставляет, а арендатор принимает в пользование на условиях аренды на три года земельный участок площадью 1099 кв.м., кадастровый номер 34:34:050014:23, расположенный по адресу: <...>. Согласно п.1.3 земельный участок предоставлен для строительства капитального объекта – административного здания со встроенными помещениями банка.

В соответствии с условиями дополнительного соглашения № 1 от 08.05.2013 арендодателем стал Комитет по управлению государственным имуществом Волгоградской области.

17 августа 2015 года между ООО «Авто-С» и ООО «Авто» заключено соглашение об отступном, согласно условиям которого ООО «Авто-С» передало в собственность ООО «Авто» объект недвижимости, представляющий собой незавершенное строительством административное здание, степень готовности – 10%, расположенное по адресу: <...>, право собственности ООО «Авто» зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости 20 августа 2015 года.

Письмом от 17 февраля 2016 года Комитет по управлению имуществом Волгоградской области уведомил ООО «Авто» об одностороннем отказе от исполнения договора в связи с истечением 31 декабря 2015 года срока действия договора и предложил в течение одного месяца со дня получения уведомления освободить земельный участок и передать арендодателю. Уведомление получено Обществом 24 февраля 2016 года.

В связи с отсутствием действий по возврату земельного участка, Комитет обратился в суд с требованиями о возврате земельного участка в судебном порядке.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Волгоградской области от 2 ноября 2016 года по делу № А12-44524/16 в удовлетворении заявления Комитета к ООО «Авто» об освобождении и возврате земельного участка отказано.

В дальнейшем по исковым заявлениям Комитета судом были вынесены следующие решения о взыскании с ООО «Авто» задолженности по арендной плате:

- решением Арбитражного суда Волгоградской области от 22 июня 2016 года по делу № А12-25575/2016 с общества с ограниченной ответственностью «Авто» в пользу Комитета по управлению государственным имуществом Волгоградской области взыскана задолженность по арендной плате в сумме в сумме 476 038,41 рублей за период с 20.08.2015 по 31.03.2016 и пени в сумме 20 216,34 рублей,

- решением Арбитражного суда Волгоградской области от 11 января 2017 года по делу № А12-65844/2016 с общества с ограниченной ответственностью «Авто» в пользу Комитета по управлению государственным имуществом Волгоградской области взыскана задолженность по арендной плате в размере 243 543 руб. 50 коп. за период с 01.04.2016 по 31.08.2016, неустойка в размере 7 079 руб. 82 коп. и далее до момента фактического исполнения решения суда, начиная с 01.09.2016 исходя из размера 1/300 ставки рефинансирования, установленной Центральным Банком Российской Федерации, от невыплаченной суммы в размере 243 543 руб. 50 коп. за каждый день просрочки до дня фактического исполнения обязательства,

- решением Арбитражного суда Волгоградской области от 30 января 2018 года по делу № А12-36711/2017 с общества с ограниченной ответственностью «Авто» в пользу Комитета по управлению государственным имуществом Волгоградской области взыскана задолженность по договору аренды земельного участка №7382 от 29.03.2007 за период с 01.05.2017 по 30.09.2017 в размере 253 285,20 руб., пени за период с 11.05.2017 по 20.09.2017 в размере 5 447,75 руб.,

- решением Арбитражного суда Волгоградской области от 15 апреля 2019 года по делу № А12-42350/2018 с общества с ограниченной ответственностью «Авто» в пользу Комитета по управлению государственным имуществом Волгоградской области взыскана задолженность по арендной плате по договору аренды №7382 от 29.03.2007 за период с 29.04.2018 по 31.10.2018 в размере 159 806 руб. 07 коп., неустойка за период с 29.04.2018 по 31.10.2018 в размере 3 864 руб. 83 коп., а всего 163 670 руб. 90 коп., а также пени в размере 1/300 ставки рефинансирования, установленной Центральным Банком Российской Федерации за каждый календарный день просрочки, начисленные на сумму неоплаченного основного долга в размере 159 806 руб. 07 коп., начиная с 01.11.2018 и до момента полного погашения задолженности,

- решением Арбитражного суда Волгоградской области от 19 августа 2019 года по делу № А12-22669/2019 с общества с ограниченной ответственностью «Авто» в пользу Комитета по управлению государственным имуществом Волгоградской области взыскана задолженность по договору аренды № 7382 от 29.03.2007 в размере 190 055 рублей 16 копеек за период с 01.11.2018 по 31.05.2019, 5 410 рублей 34 копейки пени за период с 11.11.2018 по 31.05.2019, а также пени с 01.06.2019 по дату фактической оплаты задолженности в размере 1/300 ставки рефинансирования, установленной Центральным Банком Российской Федерации от невыплаченной суммы за каждый день просрочки до дня фактического исполнения обязательства (оплаты суммы задолженности по арендной плате).

Таким образом, с ООО «Авто» в пользу Комитета взыскана задолженность по арендной плате в общем размере 1 322 728,34 за период с 20 августа 2015 года по 31 мая 2019 года, пени в размере 42 019,08 рублей.

На основании указанных решений суда выданы исполнительные листы, которые Комитетом направлены в Краснооктябрьский районный отдел судебных приставов г.Волгограда 14.10.2016, 03.03.2017, 22.03.2018, 26.09.2019 (представлены сопроводительные письма о направлении исполнительных листов с отметками о принятии), однако доказательств возбуждения исполнительных производств, принятых мер по исполнению решений и результатов исполнительных производств Комитетом не представлено.

В Банке данных исполнительных производств на сайте Федеральной службы судебных приставов имеются сведения о возбуждении исполнительных производств на основании двух решений суда - от 22 июня 2016 года по делу № А12-25575/2016 и от 11 января 2017 года по делу № А12-65844/2016, указано, что исполнительные производства окончены либо прекращены на основании статьи 33 Закона об исполнительном производстве (переданы в другое подразделение службы судебных приставов).

Сведения о возбуждении исполнительных производств на основании иных решений суда отсутствуют.

23.04.2018 в Арбитражный суд Волгоградской области поступило заявление Комитета по управлению государственным имуществом Волгоградской области о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Авто», которое принято к производству 28.04.2018 и рассматривалось в рамках дела № А12-13492/2018.

Определением суда от 30.05.2018 (резолютивная часть от 29.05.2018) в отношении ООО «Авто» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО6

Определением суда от 10 октября 2018 г. по делу №А12-13492/2018 производство по делу № А12-13492/2018 о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Авто» прекращено на основании п.п. 8 п. 1 ст. 57 Закона о банкротстве ввиду отсутствия у должника имущества и средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Как указано в определении от 10 октября 2018 года, на момент введения процедуры наблюдения за должником был зарегистрирован объект незавершенного строительства площадью 730,8 кв м со степенью готовности 10%, расположенного по адресу: <...>, а также шесть единиц транспортных средств.

Определением суда от 06.08.2018 (резолютивная часть от 30.07.2018) в рамках дела № А12-36449/2016 о банкротстве ООО «Авто-С» признано недействительным соглашение от 17.08.2015, заключенное между ООО «Авто-С» и ООО «Авто» и суд обязал ООО «Авто» возвратить в конкурсную массу ООО «Авто-С» незавершенный строительством объект недвижимости - административное здание, степень готовности - 10%, расположенное по адресу <...> кадастровый номер объекта 34:34:050014:1011. Определение вступило в законную силу 25.09.2018.

Кроме того, определением суда от 29.09.2018 в рамках дела № А12-31258/2016 признаны недействительными сделки – двенадцать договоров купли - продажи автотранспортных средств от 14.10.2014 и 20.10.2014, заключенные между ООО «Фирма «Авто» и ООО «Авто», и применены последствия недействительности сделок в виде обязания ООО «Авто» возвратить в конкурсную массу ООО «Фирма «Авто» автотранспортные средства:

- автокран (марка - МА35337КС3579, 1995 года выпуска), VIN <***>, государственный регистрационный знак <***>;

- автобус на 6 мест (марка - ГАЗ- 22171, 2005 года выпуска), VIN <***>, государственный регистрационный знак <***>;

- легковой автомобиль (марка - ГАЗ- 31105, 2005 года выпуска), VIN <***>, государственный регистрационный знак <***>;

- автомобиль (марка - BA3-21053, 1991 года выпуска), VIN XTА210530N1269756, государственный регистрационный знак <***>

- самосвал (марка - МАЗ-5516, 1996 года выпуска), VIN ХТМ551600Т0000151, государственный регистрационный знак <***>

- самосвал (марка - МАЗ-5516, 1996 года выпуска), VIN, государственный регистрационный знак <***> - самосвал (марка - КАМАЗ-5511, 1993 года выпуска), VIN ХТС551110Р2055563, государственный регистрационный знак <***>

- самосвал (марка - КАМАЗ-65115- 62, 2008 года выпуска), VIN ХТС65115382351538, государственный регистрационный знак <***>

- самосвал (марка - ЗИЛ-ММЗЭ4502, 1992 года выпуска), VIN <***>, государственный регистрационный знак <***>

- полуприцеп (марка - ОДАЗ-9385, 1992 года выпуска). VIN -, государственный регистрационный знак М ВУ 0121 34.

Таким образом, судом установлено, что имущество у ООО «Авто» на 10 октября 2018 года отсутствовало.

В период с 27 марта 2018 года по 10 января 2020 года руководитель ООО «Авто» ФИО5 отбывал наказание в местах лишения свободы на основании приговора Краснооктябрьского районного суда г.Волгограда от 27 марта 2018 года по делу № 1-23/2018, что подтверждается справкой ФКУ ЛИУ-15 от 10.01.2020.

30 июля 2018 года в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись о недостоверности сведений о директоре ООО «Авто» ФИО5

14 ноября 2018 года в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись о недостоверности сведений о местонахождении ООО «Авто».

Согласно выписке из ЕГРЮЛ Инспекцией Федеральной налоговой службы по Дзержинскому району г.Волгограда принимались решения о предстоящем исключении ООО «Авто» из ЕГРЮЛ 11 апреля 2018 года, 27 февраля 2019 года, 11 июня 2019 года, 16 октября 2019 года.

3 февраля 2020 года ООО «Авто» было исключено из Единого государственного реестра юридических лиц в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

6 сентября 2023 года Облкомимущество обратилось в суд с настоящим исковым заявлением о привлечении учредителя ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Авто».

При рассмотрении спора суд исходит из следующего.

Согласно статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса, пункты 1 и 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон N 14-ФЗ).

Согласно пункту 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" судам, применяя положения статьи 53.1 Гражданского кодекса об ответственности лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входило названное лицо, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ, исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса), его самостоятельную ответственность (статья 56 Гражданского кодекса), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

Не сдача финансовой и бухгалтерской отчетности, не представление в налоговый орган достоверных сведений о юридическим лице, само по себе не образует достаточных оснований для привлечения соответствующих лиц к субсидиарной ответственности, поскольку не означает, что при сохранении статуса юридического лица у должника последний имел возможность осуществить расчеты с кредитором, но уклонилось от исполнения денежного обязательства (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2023 N 307-ЭС22-18671).

Наличие у юридического лица непогашенной задолженности само по себе не может являться бесспорным доказательством вины его руководителя в неуплате указанного долга, равно как свидетельствовать о его недобросовестном или неразумном поведении, повлекшем неуплату этого долга (определения Верховного Суда Российской Федерации от 10.01.2022 N 307-ЭС21-24748, от 08.11.2021 N 302-ЭС21-17295 и от 26.05.2021 N 307-ЭС21-7181).

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2023 N 304-ЭС21-18637 разъяснено следующее.

Участник корпорации или иное контролирующее лицо могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, которое в действительности оказалось не более чем их "продолжением" (alter ego), в частности, когда самим участником допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества (например, использование участником банковских счетов юридического лица для проведения расчетов со своими кредиторами), если это создало условия, при которых осуществление расчетов с кредитором стало невозможным. В подобной ситуации правопорядок относится к корпорации так же, как и она относится к себе, игнорируя принципы ограниченной ответственности и защиты делового решения.

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельств дела может быть отнесено также избрание участником таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота, например, перевод деятельности на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п. (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.11.2022 N 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 N 305-ЭС22-14865).

При этом исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т.п.), не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам (пункт 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью), но само по себе не является основанием наступления указанной ответственности (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 N 306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 N 307-ЭС20-180, от 30.01.2023 N 307-ЭС22-18671).

Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически доведение до банкротства. Приведенная правовая позиция неоднократно выражена Верховным Судом Российской Федерации в определениях от 30.01.2020 N 306-ЭС19-18285, 06.07.2020 N 307-ЭС20-180, от 17.07.2020 N 302-ЭС20-8980.

Возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса, к субсидиарной ответственности ставится в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением должником обязательств и недобросовестными и неразумными действиями данных лиц.

Суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6-П).

В данном случае Комитет вменяет в виду учредителю ООО «Авто» ФИО2 следующие обстоятельства:

- неиспользование денежных средств, полученных от реализации незавершенного строительства и транспортного средства, на погашение задолженности по арендной плате,

- непринятие мер по назначению нового директора Общества после заключения ФИО5 в места лишения свободы по приговору суда,

- непринятие мер, направленных на предотвращение исключения ООО «Авто» из ЕГРЮЛ при наличии непогашенной задолженности.

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости в отношении объекта незавершенного строительства по адресу: <...>, его собственниками являлись: в период с 20 августа 2015 года по 4 сентября 2020 года - ООО «Авто», в период с 4 сентября 2020 года по 23 октября 2023 года – ФИО7, с 23 октября 2023 года – ООО «Пересвет-Юг».

Филиалом ПКК «Роскадастр» по Волгоградской области представлена копия договора купли-продажи от 28 декабря 2017 года, согласно которому ООО «Авто» передало в собственность ФИО7 незавершенное строительством административное здание по цене 3 000 000 рублей. В пункте 3.2 договора указано, что оплата по договору произведена продавцом покупателю полностью, до подписания договора, наличными денежными средствами.

Договор подписан от имени ООО «Авто» директором ФИО5

В судебном заседании ФИО5 пояснил, что не помнит факт и обстоятельства заключения договора, не может подтвердить получение денежных средств, однако если они и были получены, то направлены на расчеты с кредиторами.

Кроме того, согласно документам, представленным ГУ МВД России по Волгоградской области, 26.04.2017 Обществом было отчуждено транспортное средство ЗИЛ-ММЗ 4505 в ПОУ «ФИО8 РО ДОСААФ РОССИИ РД» по цене 120 000 рублей.

Документы, послужившие основанием для проведения регистрационного действия, уничтожены в связи с истечением срока хранения, что подтверждается письмом МВД по Республике Дагестан от 07.12.2023.

Суд считает, что установленные факты отчуждения имущества не подтверждают сами по себе получение Обществом денежных средств и возможность погашения за счет них задолженности по арендной плате, а также осведомленности о данных сделках учредителя ФИО2, получения им денежных средств от сделки и использования в личных целях.

Расписки, приходные кассовые ордера и иные документы о получении наличных денежных средств не представлены. Согласно сведениям межрайонной ИФНС России № 9 по Волгоградской области расчетный счет ООО «Авто» закрыт 26 августа 2016 года.

В соответствии с п.4 ст.32 Закона № 14-ФЗ руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества.

В силу статьи 40 Закона № 14-ФЗ единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор, президент и другие) избирается общим собранием участников общества на срок, определенный уставом общества, если уставом общества решение этих вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества. Единоличный исполнительный орган общества:

1) без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки;

2) выдает доверенности на право представительства от имени общества, в том числе доверенности с правом передоверия;

3) издает приказы о назначении на должности работников общества, об их переводе и увольнении, применяет меры поощрения и налагает дисциплинарные взыскания;

4) осуществляет иные полномочия, не отнесенные настоящим Федеральным законом или уставом общества к компетенции общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и коллегиального исполнительного органа общества.

Согласно статье 33 Закона № 14-ФЗ к компетенции общего собрания участников общества относятся:

1) определение основных направлений деятельности общества, а также принятие решения об участии в ассоциациях и других объединениях коммерческих организаций;

2) утверждение устава общества, внесение в него изменений или утверждение устава общества в новой редакции, принятие решения о том, что общество в дальнейшем действует на основании типового устава, либо о том, что общество в дальнейшем не будет действовать на основании типового устава, изменение размера уставного капитала общества, наименования общества, места нахождения общества;

4) образование исполнительных органов общества и досрочное прекращение их полномочий, а также принятие решения о передаче полномочий единоличного исполнительного органа общества управляющему, утверждение такого управляющего и условий договора с ним, если уставом общества решение указанных вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества;

5) избрание и досрочное прекращение полномочий ревизионной комиссии (ревизора) общества;

6) утверждение годовых отчетов и годовой бухгалтерской (финансовой) отчетности;

7) принятие решения о распределении чистой прибыли общества между участниками общества;

8) утверждение (принятие) документов, регулирующих внутреннюю деятельность общества (внутренних документов общества);

9) принятие решения о размещении обществом облигаций и иных эмиссионных ценных бумаг;

10) принятие решения о проведении аудита годовой бухгалтерской (финансовой) отчетности общества, назначение аудиторской организации (индивидуального аудитора) общества и определение размера оплаты ее (его) услуг;

11) принятие решения о реорганизации или ликвидации общества;

12) назначение ликвидационной комиссии и утверждение ликвидационных балансов;

13) решение иных вопросов, предусмотренных настоящим Федеральным законом или уставом общества.

Таким образом, заключение сделок, использование имущества, расчеты с кредиторами находились в компетенции директора ООО «Авто» ФИО5, в связи с чем вменение в вину получения денежных средств и непогашения задолженности учредителю Общества ФИО2 не основано на фактических обстоятельствах и нормах Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

Сам факт совершения сделки по отчуждению имущества в 2017 году ФИО7 (которая была зарегистрирована 4 сентября 2020 года) не имеет правового значения для разрешения настоящего спора, поскольку данное имущество в любом случае изъято у ООО «Авто»: соглашение от 17.05.2015 об отступном, на основании которого ООО «Авто» стало собственником объекта незавершенного строительства, признано недействительным определением суда от 6 августа 2018 года по делу № А12-36449/2016, на ООО «Авто» возложена обязанность по возврату имущества в конкурсную массу ООО «Авто-С».

Вступившим в законную силу определением суда от 10 октября 2018 г. по делу №А12-13492/2018 установлен факт отсутствия имущества у ООО «Авто» в результате признания сделок в отношении объекта незавершенного строительства и транспортных средств недействительными, производство по делу о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Авто» прекращено на основании п.п. 8 п. 1 ст. 57 Закона о банкротстве ввиду отсутствия у должника имущества и средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, о чем Комитету по управлению имуществом было известно как инициатору дела о банкротстве ООО «Авто».

Как пояснил в письменном отзыве представитель ФИО2, на момент подачи Комитетом заявления о признании ООО «Авто» банкротом и на дату введения процедуры наблюдения у Общества имелось движимое и недвижимое имущество, достаточное для погашения требований Комитета, в связи с чем участник Общества ФИО2 с учетом дисквалификации директора ФИО5 принял решение не продолжать финансово-хозяйственную деятельность. После того, как все движимое и недвижимое имущество выбыло из владения ООО «Авто» помимо воли ФИО2, возобновление деятельности Общества окончательно утратило всякий смысл. Обязанность для участника общества с ограниченной ответственностью выполнения действий для восстановления финансового состояния Общества с целью погашения его финансовых обязательств законом не предусмотрена.

Стандарт доказывания по искам о взыскании убытков с лиц, имеющих фактическую возможность определять действия юридического лица, предполагает предоставление ясных и убедительных доказательств, свидетельствующих о вине контролирующего лица (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 N 305-ЭС16-18600).

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2023 N 304-ЭС21-18637 в отношении процессуальной деятельности суда по распределению бремени доказывания по данной категории дел, указано, что в соответствии с положениям части 3 статьи 9, части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации она должна осуществляться с учетом необходимости выравнивания объективно предопределенного неравенства в возможностях доказывания, которыми обладают контролирующее должника лицо и кредитор.

Предъявляя иск к контролирующему лицу, кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов. В случае предоставления таких доказательств, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо - ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 56 постановления N 53).

Суд считает, что таких доказательств Комитетом не представлено.

Наличие у общества, исключенного из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица регистрирующим органом, непогашенной задолженности, само по себе не может являться бесспорным доказательством вины ответчика в неуплате указанного долга, а также свидетельствовать о его недобросовестном или неразумном поведении, повлекшем неуплату этого долга.

Из материалов дела не следует, что ответчиком было допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества.

Судом не установлено обстоятельств, свидетельствующих о том, что не исключение ООО «Авто» из ЕГРЮЛ, назначение учредителем нового директора, с учетом отсутствия имущества, повлекло бы восстановление финансово-хозяйственной деятельности ООО «Авто» и погашение задолженности перед Комитетом.

При таких обстоятельствах суд считает, что истцом не доказано наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ФИО2 и непогашением ООО «Авто» задолженности по арендной плате, в связи с чем исковое заявление удовлетворению не подлежит.

Кроме того, суд считает обоснованными доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности.

Согласно ст. 195, п. 1 ст. 197 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности").

Верховным Судом Российской Федерации в определении от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757 (2,3) изложена правовая позиция, согласно которой субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, в связи с чем материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых соответствующим лицам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения данных лиц к ответственности).

Статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен трехлетний срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 1 ст. 200 ГК РФ).

Особенностями привлечения к субсидиарной ответственности при административной ликвидации обществ с ограниченной ответственностью является, прежде всего, факт такой ликвидации общества в порядке статьи 64.2 ГК РФ и статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ, ранее наступления которого не может начать течь исковая давность, поскольку именно с ним пункт 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ связывает право кредитора на привлечение контролирующего должника лицо к субсидиарной ответственности, отождествляя исключение общества из ЕГРЮЛ с отказом основного должника от исполнения обязательства (абзац второй пункта 1 статьи 399 ГК РФ), устраняющим почву для разумных ожиданий кредитора на получение от него предоставления.

При этом для начала течения срока исковой давности кредитор должен быть осведомлен о ликвидации должника в административной процедуре, однако, он не обязан каждодневно проверять сведения ЕГРЮЛ без веских поводов для этого, так как подобное действие не входит в общий стандарт осмотрительности при поведении в гражданском обороте (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2020 N 303-ЭС19-25156).

Кредитор может по уважительным причинам узнать об исключении общества из ЕГРЮЛ позже свершения этого юридического факта, что должно сдвигать начало течения субъективного срока исковой давности (пункт 1 статьи 196 ГК РФ) в пределах объективного срока исковой давности (пункт 2 статьи 196 ГК РФ, пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности").

Поскольку предполагается, что факт нарушения права кредитора обществом-должником к этому моменту уже наступил (срок исполнения обязательства истек, и оно не исполнено), то срок исковой давности по требованию о привлечении контролирующее должника лицо к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда кредитор общества узнал или должен был узнать: (1) об административной ликвидации общества; (2) о лице, имеющем статус контролирующего; (3) о его неправомерных, то есть недобросовестных или неразумных, исходя из критериев пунктов 2 - 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", действиях (бездействии), выходящих за пределы обычного делового (предпринимательского) риска и причинивших вред кредиторам (по аналогии с пунктом 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

В данном случае определение суда по делу №А12-13492/2018 о прекращении производства по делу о банкротстве ООО «Авто», в котором установлен факт отсутствия имущества, было вынесено 10 октября 2018 года; с ООО «Авто» в пользу Комитета взыскана задолженность по арендной плате в общем размере 1 322 728,34 за период с 20 августа 2015 года по 31 мая 2019 года, последнее решение суда вынесено 19 августа 2019 года по делу № А12-22669/2019, решения о предстоящем исключении ООО «Авто» из ЕГРЮЛ вынесены 11 апреля 2018 года, 27 февраля 2019 года, 11 июня 2019 года, 16 октября 2019 года, 3 февраля 2020 года ООО «Авто» было исключено из Единого государственного реестра юридических лиц.

При этом Комитет указывает, что об исключении Общества из ЕГРЮЛ ему стало известно только 30 августа 2023 года при подготовке обращения в службу судебных приставов о ходе исполнительных производств в отношении ООО «Авто» в связи с отсутствием сведений о результатах исполнительных производств.

Суд не усматривает оснований для исчисления срока исковой давности с 30 августа 2023 года.

С учетом положений абзаца 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", определяя момент начала течения срока исковой давности по требованию, момент возникновения осведомленности у управомоченного лица о котором поставлен в зависимость от ряда субъективных факторов, с трудом поддающихся оценке с точки зрения объективной достоверности, суду следует руководствоваться поведением, ожидаемым от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Комитетом не указано каких-либо объективных причин, препятствующих осведомленности об исключении Общества из ЕГРЮЛ ранее, чем 30 августа 2023 года. То обстоятельство, что до этой даты истец не интересовался ходом исполнительных производств и судьбой своего должника, не может быть признано уважительной причиной для восстановления срока исковой давности.

С учетом того, что записи о предстоящем исключении ООО «Авто» из ЕГРЮЛ вносились в период с 11 апреля 2018 года, 27 февраля 2019 года, 11 июня 2019 года, 16 октября 2019 года, и Комитету было известно о прекращении дела о банкротстве 10 октября 2018 года, отсутствии у Общества директора и имущества, действуя добросовестно, истец должен был отслеживать состояние ООО «Авто» по общедоступным источникам и своевременно принимать решение об обращении в суд с иском к контролирующим лицам.

При таких обстоятельствах суд считает правомерным исчисление срока исковой давности с 3 февраля 2020 года. Поскольку Комитет обратился в суд с настоящим исковым заявлением 6 сентября 2020 года, спустя 7 месяцев, срок исковой давности истек, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении искового заявления.

Учитывая изложенное и руководствуясь ст. ст. 110, 167-170 АПК РФ, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении искового заявления Комитета по управлению государственным имуществом Волгоградской области о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности отказать.

Решение может быть обжаловано в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Волгоградской области в установленном законом порядке.

Судья В.В. Репникова