Решение от 24 марта 2020 г. по делу № А53-29978/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ


Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А53-29978/19
24 марта 2020 г.
г. Ростов-на-Дону


Резолютивная часть решения объявлена 17 марта 2020 г.

Полный текст решения изготовлен 24 марта 2020 г.


Арбитражный суд Ростовской области в составе судьи Великородовой И.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Стрельниковой Е.С., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению

Департамента имущественно-земельных отношений города Ростова-на-Дону (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Ростов-Мебель» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о сносе самовольной постройки


при участии:

от истца: представитель ФИО1 по доверенности от 22.11.2019

от ответчика: представитель ФИО2 по доверенности от 11.10.2019



установил:

Департамент имущественно-земельных отношений города Ростова-на-Дону обратился в Арбитражный суд Ростовской области к обществу с ограниченной ответственностью «Ростов-Мебель» с требованием о сносе самовольных построек, расположенных: <...>.

Представитель истца настаивал на удовлетворении иска, со ссылкой на положения статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав дополнительные уставные пояснения, просил принять к рассмотрению требование о сносе административного здания литер АО, здания склада литер АП, туалета литер У, трансформаторной подстанции литер Ф, трансформаторной подстанции литер X, антенно-мачтового сооружения (вышки сотовой связи).

Представитель ответчика поддержал доводы, изложенные в ранее представленном отзыве, заявил о применении последствий пропуска срока исковой давности, представил дополнительные пояснения.

В судебном заседании допрошен эксперт Ростовского центра судебных экспертиз, ФИО3.

В соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании 11.03.2020 объявлялся перерыв до 14 часов 40 минут 17.03.2020, о чем сделано публичное извещение в информационно – телекоммуникационной сети интернет на официальном сайте Арбитражного суда Ростовской области. После окончания перерыва судебное заседание продолжено.

Истец просил принять к рассмотрению требование о сносе самовольной постройки в измененной редакции.

В соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований. Право формирования исковых требований является прерогативой истца, право предоставлено ему в силу прямого указания в законе. Воля истца судом принята во внимание, ходатайство в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации удовлетворено.

Истец настаивал на удовлетворении иска.

Представитель ответчика поддержал доводы, изложенные ранее, просил в иске отказать. Ранее поданное ходатайство об ознакомлении с материалами дела не поддержал.

Суд, исследовав материалы дела, изучив все представленные документальные доказательства и оценив их в совокупности, установил следующее.

06.07.2009 между Департаментом имущественно-земельных отношений города Ростова-на-Дону и открытым акционерным обществом «Ростов-Мебель» заключен договор аренды №31295.

Объект аренды – земельный участок с кадастровым номером 61:44:0032233:10, площадью 6 973 кв.м., расположенный: <...>.

Земельный участок передан для цели эксплуатации мебельной фабрики (пункт 1.1).

Срок действия договора - с 17.04.2009 по 17.04.2058 (пункт 2.1).

01.04.2019 Департаментом имущественно-земельных отношений города Ростова-на-Дону проведено обследование земельного участка, расположенного: <...>, кадастровый номер 61:44:0032233:10, площадью 6 973 кв. м. (акт обследования № 1151).

Обращаясь в суд, со ссылкой на положения статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец заявляет, что им в рамках осуществления муниципального земельного контроля проведены мероприятия по обследованию земельного участка, имеющего кадастровый номер 61:44:0032233:10 (акт№1151 от 01.04.2019). Департаментом установлено, что на земельном участке расположены административные здания, трансформаторная подстанция, вышка сотовой связи, иные объекты коммунально-бытового и производственного значения. Истец заявляет, что объекты (заявленные к спору) созданы без получения необходимых разрешений, с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил, в условиях, когда земельный участок для строительства не предоставлялся.

Согласно статье 222 Гражданского кодекса Российской Федерации самовольной постройкой является жилой дом, другое строение, сооружение или иное недвижимое имущество, созданное на земельном участке, не отведенном для этих целей в порядке, установленном законом и иными правовыми актами, либо созданное без получения на это необходимых разрешений или с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил.

Вводя правовое регулирование самовольной постройки, законодатель закрепил в пункте 1 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации три признака самовольной постройки: постройка должна быть возведена либо на земельном участке, не отведенном для этих целей в установленном законом порядке, либо без получения необходимых разрешений, либо с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил.

Осуществление самовольной постройки фактически является виновным действием, доказательством совершения которого служит установление хотя бы одного из трех условий, перечисленных в пункте 1 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно общему правилу, установленному статьей 222 Гражданского кодекса Российской Федерации правовым последствием осуществления самовольной постройки должен быть ее снос.

Как следует из положений пункта 22 постановления Пленума Верховного суда и Высшего Арбитражного суда от 29.04.2010 №10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и иных вещных прав», информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.2010 №143 «Обзор судебной практики по некоторым вопросам применения арбитражными судами статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации» собственник земельного участка, субъект иного вещного права на земельный участок, его законный владелец либо лицо, права и законные интересы которого нарушает сохранение самовольной постройки, вправе обратиться в суд по общим правилам подведомственности дел с иском о сносе самовольной постройки.

При рассмотрении споров, связанных с признанием права собственности на самовольную постройку, сносе самовольной постройки суду следует проверять соблюдение его целевого назначения.

В соответствии со статьей 263 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник земельного участка может возводить на нем здания и сооружения, осуществлять их перестройку или снос, разрешать строительство на своем участке другим лицам. Эти права осуществляются при условии соблюдения градостроительных и строительных норм и правил, требований о целевом назначении земельного участка (пункт 2 статьи 260 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно подп. 2 пункта 1 статьи 40 Земельного кодекса Российской Федерации собственник земельного участка имеет право возводить жилые, производственные, культурно-бытовые и иные здания, строения, сооружения в соответствии с целевым назначением земельного участка и его разрешенным использованием с соблюдением требований градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил, нормативов.

Таким образом, одним из признаков самовольной постройки в соответствии с частью 1 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации является ее возведение на земельном участке, не отведенном для этих целей в порядке, установленном законом и иными правовыми актами.

Деление земель по целевому назначению на категории, согласно которому правовой режим земель определяется исходя из их принадлежности к определенной категории и разрешенного использования в соответствии с зонированием территорий и требованиями законодательства, является одним из основных принципов земельного законодательства (подп. 8 пункта 1 статьи 1 Земельного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 7 Земельного кодекса Российской Федерации земли в Российской Федерации подразделены по целевому назначению на следующие категории: 1) земли сельскохозяйственного назначения; 2) земли населенных пунктов; 3) земли промышленности, энергетики, транспорта, связи, радиовещания, телевидения, информатики, земли для обеспечения космической деятельности, земли обороны, безопасности и земли иного специального назначения; 4) земли особо охраняемых территорий и объектов; 5) земли лесного фонда; 6) земли водного фонда; 7) земли запаса.

Земли, указанные в пункте 1 статьи, используются в соответствии с установленным для них целевым назначением. Правовой режим земель определяется исходя из их принадлежности к той или иной категории и разрешенного использования в соответствии с зонированием территорий, общие принципы и порядок проведения которого устанавливаются федеральными законами и требованиями специальных федеральных законов (пункт 2 статьи 7 Кодекса).

Зонирование территории для строительства регламентируется Градостроительным кодексом Российской Федерации, в пункте 7 статьи 1 которого содержится понятие территориальных зон, зон, для которых в правилах землепользования и застройки определены границы и установлены градостроительные регламенты.

Под градостроительным регламентом понимаются устанавливаемые в пределах границ соответствующей территориальной зоны виды разрешенного использования земельных участков, равно как всего, что находится над и под поверхностью земельных участков и используется в процессе их застройки и последующей эксплуатации объектов капитального строительства, предельные (минимальные и (или) максимальные) размеры земельных участков и предельные параметры разрешенного строительства, реконструкции объектов капитального строительства, а также ограничения использования земельных участков и объектов капитального строительства (пункт9 статьи 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации),

Конкретные виды и состав территориальных зон указаны в статье 35 Градостроительного кодекса Российской Федерации, виды разрешенного использования земельных участков и объектов капитального строительства - в статье 37 Кодекса.

В соответствии с положениями части 2, 3 статьи 37 Градостроительного кодекса Российской Федерации применительно к каждой территориальной зоне устанавливаются виды разрешенного использования земельных участков и объектов капитального строительства. Изменение одного вида разрешенного использования земельных участков и объектов капитального строительства на другой вид такого использования осуществляется в соответствии с градостроительным регламентом при условии соблюдения требований технических регламентов.

Таким образом, постройка будет считаться созданной на земельном участке, не отведенном для этих целей, если она возведена с нарушением правил целевого использования земли (статьи 7 Земельного кодекса Российской Федерации) либо вопреки правилам градостроительного зонирования (статьи 35 - 40 Градостроительного кодекса Российской Федерации, статьи 85 Земельного кодекса Российской Федерации, правила землепользования и застройки конкретного населенного пункта, определяющие вид разрешенного использования земельного участка в пределах границ территориальной зоны, где находится самовольная постройка). Правилами землепользования и застройки устанавливается градостроительный регламент для каждой территориальной зоны индивидуально, с учетом особенностей ее расположения и развития, а также возможности территориального сочетания различных видов использования земельных участков (жилого, общественно-делового, производственного, рекреационного и иных видов использования земельных участков).

В силу пункта 1 статьи 615 Гражданского кодекса Российской Федерации использование арендованного имущества, в том числе земельного участка, должно осуществляться арендатором в соответствии с условиями договора, если такие условия в договоре не определены, в соответствии с назначением имущества.

Из системного толкования вышеприведенных правовых норм следует, что право собственности на самовольную постройку, возведенную лицом без необходимых разрешений на земельном участке, который предоставлен по договору аренды может быть признано, если такой объект создан без существенных нарушений градостроительных и строительных норм и правил и если его сохранение не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц, не создает угрозу жизни и здоровью граждан.

Возможность размещения объектов капитального строительства на земельных участках, государственная собственность на которые не разграничена, земельных участков, находящихся в муниципальной собственности города Ростова-на-Дону, расположенных в границах муниципального образования «Город Ростов-на-Дону» и предоставленных в аренду собственникам существующих объектов недвижимости предусмотрены пунктом 18 приложения №1 к Постановлению Администрации города Ростова-на-Дону от 09.07.2015 №576.

Существенность нарушений градостроительных и строительных норм и правил устанавливается судами на основании совокупности доказательств применительно к особенностям конкретного дела.

Кроме вопроса о соблюдении градостроительных и строительных норм и правил, суды выясняют, учтены ли при возведении спорной постройки требования санитарного, пожарного, экологического законодательства, законодательства об объектах культурного наследия и другого в зависимости от назначения и месторасположения объекта.

К существенным нарушениям строительных норм и правил надлежит отнести такие неустранимые нарушения, которые могут повлечь уничтожение постройки, причинение вреда жизни, здоровью человека, повреждение или уничтожение имущества других лиц (Обзор судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.03.2014).

Таким образом, исходя из вышеизложенного, при рассмотрении иска о сносе самовольной постройки необходимо учитывать наличие допущенных при возведении спорных объектов нарушений градостроительных и строительных норм и правил. При этом указанные нарушения должны носить существенный и неустранимый характер.

В силу части 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

В статье 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации перечислены виды доказательств. Из этого следует, что не всякие сведения могут быть использованы судом для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию и входящих в состав оснований иска или возражений против иска, а только те, которые могут быть получены судом во время рассмотрения дела с соблюдением всех процессуальных правил. Одним из видов доказательств является заключение эксперта (статья 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Для цели оценки обоснованности доводов истца, контрдоводов ответчика определением от 29.10.2019 судом назначена судебная экспертиза, производство которой поручено Ростовскому центру судебных экспертиз, эксперту ФИО3.

На разрешение эксперта поставлены следующие вопросы:

1. Имеют ли объекты: здание, строение, строение, трансформаторная подстанция литер Ф, строение литер Х (пристрой), расположенные на земельном участке с кадастровым номером 61:44:0032233:10 по адресу: <...> признаки объектов капитального строительства, обладают ли объекты (какой-либо из объектов) свойством вспомогательного объекта?

2. Соответствует ли расположение исследуемых объектов на земельном участке с кадастровым номером 61:44:0032233:10 градостроительным нормам и правилам, правилам землепользования и застройки города?

3. Соответствуют ли исследуемые объекты пожарно-техническим и санитарно-эпидемиологическим требованиям, строительным нормам и правилам?

По результатам проведенного исследования (заключение № 10689/Э от 27.01.2020) экспертом установлено, что объекты исследования, расположенные на земельном участке с кадастровым номером 61:44:0032233:10, по адресу: <...> обладают основными признаками капитальности (опирание несущих наземных конструкций выполнено на конструкции заглубленного фундамента из монолитного железобетона и фундаментных стеновых блоков; крепление конструкций стен к основанию осуществляется с помощью монолитного, неразъемного соединения; для устройства основания из монолитного и сборного железобетона требуется проведение земляных работ по устройству котлованов, траншей; присутствует неразъемный тип соединения, при котором соединение, основания и конструкций стен выполнено в виде монолитного неразъемного соединения (носит неразборной характер). Объекты исследования по совокупности факторов являются вспомогательными, по технико-экономическим показателям не являются основными строениями на земельном участке, прочие здания и сооружения, превосходят их по основным технико-экономическим показателям (площадь застройки, строительный объем), являются объектами обслуживающего назначения, без которого функционирование производственного комплекса невозможно. Земельный участок эксплуатируется с соблюдением условно-разрешенного вида использования, предельно-допустимые параметры исследуемых объектов соответствуют ПЗЗ города Ростова-на-Дону (зона ПО-2/7/8 - зона перспективного освоения второго типа). Категория технического состояния объектов удовлетворительная. Несущая способность обеспечена, обеспечены нормальные условия эксплуатации. Несущая способность конструкции обеспечена. Дефектов и деформаций, влияющих на несущую способность здания в целом, не выявлено. Санитарно-эпидемиологические показатели исследуемых объектов не нарушают требования СанПиН СП, расположены в санитарной зоне V класса. Нарушений санитарно-эпидемиологических норм не выявлено. Выявлено несоответствие расположения некоторых объектов исследования требованиям, приведенным в Таблице № 3, п. 6.1.2 СП 4.13130.2013 «Системы противопожарной защиты. Ограничение распространения пожара на объектах защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям».

Заключение эксперта, представленное суду, исследовано по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в результате чего сделан вывод о том, что оно соответствует требованиям, предъявляемым к доказательствам данного вида (статья 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), содержит полные данные о содержании и результатах исследования с указанием примененных методов, оценку результатов исследований, обоснованные выводы по поставленному вопросу.

Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы, заключение эксперта занимает среди них особое место при оценке его в ряде других доказательств, поскольку суд в этом случае исследует факты, сведения о которых могут быть получены только в результате специального исследования (экспертизы), и которые могут быть подтверждены (или опровергнуты) лишь специальными познаниями в области науки, искусства, техники, строительства, информатизации и так далее. Поэтому экспертиза является средством получения верного знания о факте (фактах).

Представленное заключение принято сторонами, выводы экспертов не оспорены.

Кроме того, ответчиком в материалы дела поданы: заключение специалиста №1-224-3/2019 от 20.05.2019, заключение экспертизы промышленной безопасности документации, заключение по результатам обследования конструкций пристройки к административному зданию, акт приемки законченного строительства объекта системы газоснабжения, свидетельство о регистрации сети газораспределения, архитектурно-строительные решения по усилению конструкций пристройки административного здания, декларация пожарной безопасности, акт измерений уровней физических факторов, акт отбора проб/измерений воздуха рабочей зоны.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд не усматривает оснований для удовлетворения иска, считая необходимым, кроме прочего, указать следующее.

Как установлено пунктом 17 статьи 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации разрешение на строительство не требуется в случае строительства на земельном участке строений и сооружений вспомогательного использования.

Как отмечено в Определении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 03.12.2012 №ВАС-15260/12 критерием для отнесения объекта к вспомогательным является наличие на земельном участке основного здания, строения или сооружения, по отношению к которому новое строение либо сооружение выполняет вспомогательную или обслуживающую функцию. Исходя из позиции Верховного Суда Российской Федерации (Определение от 11.03.2015 №308-ЭС15-1282) вспомогательные объекты предназначены для обслуживания основного объекта.

Таким образом, понятие вспомогательного объекта является правовой категорией и определяется судами самостоятельно, действующее законодательство не содержит определения объекта вспомогательного использования.

Суд установил, что на момент возведения спорных объектов на земельном участке имел место основной объект, ответчик в ходе рассмотрения дела, пояснил в каких конкретных вспомогательных, обслуживающих целях используются спорные объекты.

Более того, в число спорных объектов включены объекты, относящиеся к типовым трансформаторным подстанциям.

Трансформаторные подстанции входят в перечень объектов электросетевого хозяйства, для размещения которых не требуется разрешение на строительство (Постановление Правительства Российской Федерации от 03.12.2014 №1300).

Согласно правовой позиции, нашедшей свое отражение в определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.03.2017 №306-КГ16-18986, трансформаторная подстанция является объектом вспомогательного использования. В Определении Верховного суда Российской Федерации от 07.04.2015 №305-КГ15-2268 подчеркнуто, что трансформаторная подстанция предназначена исключительно для обслуживания и эксплуатации основного объекта недвижимого имущества, в связи с чем, является вспомогательным объектом.

Суд принимает во внимание, что земельный участок предоставлялся арендатору для целей эксплуатации производственного комплекса, уже существующих объектов (пункт 1.2 договора аренды от 06.07.2009).

В пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что положения статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации не распространяются на отношения, связанные с созданием самовольно возведенных объектов, не являющихся недвижимым имуществом, а также на перепланировку, переустройство (переоборудование) недвижимого имущества, в результате которых не создан новый объект недвижимости.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.01.10 №11052/09 по делу №А53-3598/2008, суд при рассмотрении спора должен дать квалификацию объекту, основываясь на установленных фактических обстоятельствам, определить, имеется ли самостоятельный объект недвижимого имущества, отвечающий признакам, указанным в пункте 1 статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Имущество, обладающее таким признаком, как физическая связь с землей, может быть признано недвижимостью лишь в том случае, если оно создано как объект недвижимости в установленном законом и иными правовыми актами порядке, с получением необходимых разрешений и соблюдением градостроительных норм и правил на земельном участке, предоставленном под строительство объекта недвижимости, имеет самостоятельное функциональное назначение.

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, сформулированной в постановлении от 17.01.2012 №4777/08, объекты, которые хотя прочно связаны с землей, но не имеют самостоятельного функционального назначения, не признаются недвижимостью. Соответствующие сооружения рассматриваются в качестве улучшения того земельного участка, для обслуживания которого возведены, а потому следуют его юридической судьбе.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2013 №17085/12 указано, что не является недвижимым имуществом такие сооружения, которые представляют собой улучшения земельного участка, заключающиеся в приспособлении его для удовлетворения нужд лиц, пользующихся участком. Названные сооружения не являются самостоятельными недвижимыми вещами, а представляют собой неотъемлемую составную часть земельного участка, на котором они расположены.

К объектам капитального строительства частью 10 статьи 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации отнесены здания, строения, сооружения, объекты незавершенного строительства.

Согласно статье 130 Гражданского кодекса Российской Федерации к недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) относятся земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе здания, сооружения, объекты незавершенного строительства.

Анализ материалов дела не дает суду возможности установить, что ряд спорных объектов имеет характеристики свойственные объекту недвижимого имущества (туалет, мачта связи).

При этом термин «объект капитального строительства» является специальным понятием градостроительного законодательства, поэтому он не может подменять собой правовую категорию «объект недвижимого имущества», имеющую иную отраслевую принадлежность, объем и содержание (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.09.2013 №1160/13).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №11052/09, суд при рассмотрении спора должен дать квалификацию объекту, основываясь на установленных фактических обстоятельствах, определить, имеется ли самостоятельный объект недвижимого имущества, отвечающий признакам, указанным в пункте 1 статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 23 статьи 2 ФЗ№384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» под сооружением понимается результат строительства, представляющий собой объемную, плоскостную или линейную строительную систему, имеющую наземную, надземную и (или) подземную части, состоящую из несущих, а в отдельных случаях и ограждающих строительных конструкций и предназначенную для выполнения производственных процессов различного вида, хранения продукции, временного пребывания людей, перемещения людей и грузов.

Судом установлено, что сооружение связи, представляет собой антенную опору с размещенными на ней специальными средствами связи, металлический контейнер с оборудованием.

Оценивая объект, суд приходит к выводу о том, что мачта связи не приобретает характеристику неперемещаемого объекта недвижимого имущества.

Истцом не представлено доказательств того, что соединения конструктивных элементов мачты связи не позволяют без особых временных и ресурсных затрат произвести ее демонтаж и осуществить ее установку на новом месте при сохранении целевого назначения объекта (т.е. при демонтаже мачты связи не происходит гибель либо изменения основных характеристик данного сооружения).

Кроме того, согласно пункту 4.5 части 17 статьи 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации выдача разрешения на строительство не требуется в случае размещения антенных опор (мачт и башен) высотой до 50 метров, предназначенных для размещения средств связи.

Таким образом, истец не вправе требовать сноса указанного объекта в порядке статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд принимает во внимание довод ответчика о том, что объекты, заявленные в качестве самовольных объектов, располагались на земельном участке при передаче его в аренду.

Суд отмечает, что истец уклонился от исследования момента создания объектов, довод ответчика о давности создания не опроверг, полагая возможным защититься лишь контрдоводом о невозможности применения последствий пропуска срока исковой давности.

Согласно пункту 6 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 09.12.2010 №143 "Обзор судебной практики по некоторым вопросам применения арбитражными судами статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации" исковая давность не распространяется на требование о сносе постройки, созданной на земельном участке истца без его согласия, если истец владеет этим земельным участком.

Отвергая довод ответчика о применении срока исковой давности, департамент заявил, что земельный участок не выбывал из владения истца, иск носит негаторный характер при разрешении которого исковая давность применению не подлежит (статьи 304, 208 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, суд исходит из того, что предоставление обществу земельного участка на праве аренды не означает, что департамент сохранил фактическое владение объектом (аналогичная позиция отражена в Определении Верховного Суда РФ от 05.02.2018 №308-ЭС17-18062).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.05.2013 №16867/12 и в определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2016 по делу № 305-ЭС15-6246 наличие на спорном земельном участке зарегистрированного за третьим лицом недвижимого имущества означает выбытие земельного участка из владения собственника.

Поскольку истец фактически им не владеет, вопрос о правомерности возведения без его согласия спорных объектов недвижимости может быть разрешен в том числе при рассмотрении виндикационного иска либо после удовлетворения такого иска. Следовательно, если подобное нарушение права собственника или иного законного владельца земельного участка соединено с лишением владения, то требование о сносе постройки, созданной без согласия истца, может быть предъявлено лишь в пределах срока исковой давности (статья 301 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности составляет три года (статья 196 Кодекса).

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Применительно к статьям 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации срок давности начинает течь с момента, когда лицо узнало или должно было узнать о том, что недвижимое имущество выбыло из его владения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Суд считает необходимым отметить, что возможность избежать последствий заявления ответчика о пропуске срока исковой давности, при ссылке на негаторный характер требования, не может быть реализована в форме явного злоупотребления правом при оценке субъективного поведения самого истца и истории его осведомленности о судьбе объекта.

Действующим законодательством и сложившейся судебной практикой не допускается попустительство в отношении противоречивого и недобросовестного поведения субъектов гражданского оборота, не соответствующего обычной коммерческой честности. Таким поведением является, в частности, поведение, не соответствующее предшествующим заявлениям или поведению стороны, при условии, что другая сторона в своих действиях разумно полагалась на них.

Переменчивое поведение хоть и не является гражданским правонарушением, но это явление небезразлично праву, т.к. лицо, изменив выбранный ранее порядок поведения, получает преимущество по сравнению с теми лицами, которые следуют своему предшествующему поведению и отношению к юридическим фактам.

В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Суд отмечает, что главная задача принципа эстоппель состоит в том, чтобы воспрепятствовать стороне получить преимущества и выгоду, как следствие своей непоследовательности в поведении в ущерб другой стороне, которая добросовестным образом положилась на определенную юридическую ситуацию, созданную первой стороной.

К поведению, противоречащему добросовестности и честной деловой практике, относится поведение, не соответствующее предшествующим заявлениям или поведению стороны, при условии, что другая сторона, действуя себе в ущерб, разумно положилась на них (в том числе, при оценке воли на сохранение сделки в течение длительного времени).

Суд, оценивая субъективное поведение истца, полагает необходимым принять во внимание многолетнее допущение существования спорных объектов.

Суд вынужден констатировать, что поведение органа подлежит порицанию и принципам доброй совести не соответствует.

В рассматриваемой ситуации принцип эстоппеля и правило venire contra factum proprium (никто не может противоречить собственному предыдущему поведению) могут явиться снованием лишения права на судебную защиту.

В целом, суд усматривает в позиции истца признаки явного формализма, принимая во внимание, что истцом не представлено объективных доказательств нарушения прав и охраняемых законом интересов третьих лиц, в частности смежных землепользователей, неограниченного круга лиц, в частности, граждан.

В силу того, что при оценке действий лиц, к коим обращено требование о сносе самовольной постройки, принимаются во внимание положения статьи 10 Градостроительного кодекса Российской Федерации о недопустимости действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, или злоупотребление правом в других формах, а также соразмерность избранному способу защиты гражданских прав, суд считает необходимым отметить должную степень добросовестного поведения ответчика.

Нормативное регулирование режима самовольного объекта презюмирует, что к признанию постройки самовольной приводит либо частноправовое нарушение (строительство на земельном участке в отсутствие соответствующего гражданского права на землю), либо публично-правовые нарушения: формальное (отсутствие необходимых разрешений) или содержательное (нарушение градостроительных и строительных норм и правил).

Не опровергая права на иск, принадлежащее Департаменту, суд, вместе с тем, считает необходимым указать, что лицо, обращающееся в суд с требованием о сносе самовольной постройки, должно обладать определенным материально-правовым интересом в защите принадлежащего ему гражданского права либо, в соответствии с установленной компетенцией, - в защите публичного порядка строительства, прав и охраняемых законом интересов других лиц, жизни и здоровья граждан.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 10.03.2016 №308-ЭС15-15458 положения статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации не исключают оценки поведения сторон с учетом статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем, суду необходимо разрешать вопрос в квалификации действий истца применительно к положениям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", то есть устанавливать, злоупотребил ли публичный орган правом при предъявлении иска с учетом предшествующего поведения.

Удовлетворение иска по сугубо формальным основаниям (при этом формализм в рамках осуществления функций органами государственной власти не допустим, и искажает смысл деятельности последней) недопустимо.

В пункте 3.4.4. "Концепции развития гражданского законодательства Российской Федерации" (одобрена решением Совета при Президенте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства от 07.10.2009) указывается, что следует либерализовать правовой режим самовольной постройки (статья 222 ГК), на возведение которой не были оформлены, в том числе по вине уполномоченных органов, необходимые административные разрешения, если она возведена на земельном участке, находящемся в государственной или муниципальной собственности и отведенном под строительство в установленном порядке. Снос такой постройки целесообразен только тогда, когда ее сохранение нарушает права или охраняемые законом интересы других лиц либо создает угрозу жизни и здоровью граждан, или когда постройка возведена на земельном участке, строительство на котором запрещено законом. Концепцией de lege ferenda провозглашен запрет на снос объектов недвижимости, построенных в отсутствие необходимого разрешения даже на публичных землях.

Кроме того, основная телеологическая направленность пункта 2 действующей редакции статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации исходит из необходимости лишь приведения объекта самовольного строительства (реконструкции) в соответствие с параметрами, установленными правилами землепользования и застройки, документацией по планировке территории, или обязательными требованиями к параметрам постройки.

Таким образом, учитывая конкретные обстоятельства дела, суд пришел к выводу о том, что применение гражданско-правового последствия в виде сноса самовольной постройки в данном случае является чрезмерным, избранный способ защиты не соответствует характеру и степени допущенного нарушения.

По правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины подлежат распределению между лицами, участвующими в деле, пропорционально размеру удовлетворенных требований, в данном случае возлагаются на истца, вместе с тем, истец от уплаты государственной пошлины освобожден в силу пункта 1.1 части 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд



Р Е Ш И Л:

в иске отказать.

Решение суда по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в

законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления судебного акта в полном объеме), через суд принявший

решение.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев со дня вступления решения по делу в законную силу через суд, вынесший решение, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или

суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Решение суда по настоящему делу, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке и сроки, предусмотренные статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Судья И.А. Великородова