Решение от 20 ноября 2017 г. по делу № А40-99229/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Москва

Дело № А40-99229/17

112-963

20 ноября 2017 г.

Резолютивная часть решения объявлена 13 ноября 2017 года

Полный текст решения изготовлен 20 ноября 2017 года

Арбитражный суд города Москвы в составе судьи Шариной Ю.М.,

при ведении протокола судебного заседания, секретарем ФИО1, помощником судьи Ястребовой О.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по исковому заявлению ООО «Алгоритм Решение» ОГРН 5167746172996 ИНН 7723478338, 129075, г. Москва, ул. Цандера д.7 кв. 542

к ответчику ООО «Каркаде» ОГРН <***> ИНН <***>, 236000, <...> о взыскании 261 649,21 руб.

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора - ООО "Континент"

о взыскании неосновательного обогащения и процентов

в заседании приняли участие: от истца – ФИО2 (дов. от 05.06.2017 г.), от ответчика – ФИО3 (дов. от 05.10.2017 г.), от третьего лица – ФИО4 (дов. от 05.04.2017 г.)

УСТАНОВИЛ:

ООО «Алгоритм Решение» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с требованием к ООО «Каркаде» о взыскании неосновательного обогащения и процентов.

Определением от 04.09.2017 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора был привлечен ООО «Континет».

Изучив материалы дела, суд считает исковые требования истца подлежат удовлетворению частично по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, что между ООО "Континент" (лизингополучатель) и ответчиком ООО «Каркаде» (лизингодатель) заключен договор финансовой аренды (лизинга) №5839/2014 от 23.04.2014 г. в соответствии с условиями которого ООО «Каркаде» на условиях отдельно заключаемого договора купли-продажи обязалось приобрести в собственность имущество, которое ООО «Каркаде» предоставит ООО "Континент" за плату и на определенный срок во временное владение и пользование, для осуществление предпринимательской деятельности, с последующим правом выкупа.

Из материалов дела следует, ООО "Континент" и ООО «Каркаде» подписали акт приема -передачи имущества, согласно которому ООО «Каркаде» передало, а ООО "Континент" приняло предмет лизинга, тем самым ООО «Каркаде» полностью исполнило все обязательству по договору лизингу.

Согласно графику платежей по договору лизинга ООО "Континент" обязано ежемесячно осуществлять лизинговые платежи в соответчики с графиком платежей.

В соответствии с пунктом 6 общих условий договора лизинга лизингополучатель осуществляет лизинговые платежи в соответствии с договором лизинга путем перечисления денежных средств на расчетный счет лизингодателя в размере и в сроки, определенные в графике лизинговых платежей. Моментом оплаты считается дата зачисления суммы платежа на расчетный счет лизингодателя.

Из материалов дела следует, что, лизингополучателем были нарушены обязательства по оплате лизинговых платежей, в связи с чем, ответчик отказался от дальнейшего исполнения договора в одностороннем порядке, о чем было направлено в адрес ООО "Континент".

Предмет лизинга был изъят, что подтверждается актом изъятия предмета лизинга от 18.08.2016.

Так же из материалов дела следует, что 05 апреля 2017 года между ООО "Континент" и ООО «Алгоритм Решение» заключен договор уступки прав №2 согласно которому ООО "Континент" передало в пользу ООО «Алгоритм Решение» право требования неосновательного обогащения в виде выкупной стоимости, а так же сумм неустоек и процентов за неправомерное пользование денежными средствами у ООО «Каркаде».

В соответствии со ст.ст. 382, 384 ГК РФ принадлежащее кредитору право на основании обязательства может быть передано другому лицу по сделке и к новому кредитору переходит в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода прав. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласия должника.

Таким образом, по мнению истца, у ответчика возникло неосновательное обогащение в размере 348 475,66 руб.

Согласно постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 г. № 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга", расторжение договора, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

Расторжение договора порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон, совершенные до момента расторжения (сальдо встречных обязательств), определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.

При этом, расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (ст. 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций. Расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной из них в отношении другой стороны в соответствии со следующими правилами.

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового платежа) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п.

Указанная в пунктах 3.2 и 3.3 Постановления Пленума ВАС РФ № 17 стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга - при возврате предмета лизинга лизингодателю исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика.

Плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не определена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между общим размером платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора по следующей формуле:

где: ПФ - плата за финансирование (в процентах годовых);

П - общий размер платежей по договору лизинга;

А - сумма аванса по договору лизинга;

Ф - размер финансирования;

С/дн - срок договора лизинга в днях.

Сф – время фактического пользования

Ответчик исковые требования в заявленном объеме не признал, по доводам, изложенным в письменном отзыве, представив контррасчет сальдо встречных обязательств.

Из представленного истцом расчета сальдо по договору лизинга следует: Общий размер платежей по договору лизинга– 2135762,10 р., Аванс – 132 852,40 руб.; общая стоимость предмета лизинга – 1328524 руб., Размер финансирования 1597728,83 руб.: плата за финансирование – 13,62%, срок договора лизинга в днях – 1089 дней; фактический срок финансирования – 901; полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи - (за исключением авансового) – 926 204,49 руб.; цена реализации предмета лизинга – 1020000 руб.

Таким образом, финансовый результат сделки, составляет убыток для лизингодателя в размере 348 475,66 руб.

Представитель ответчика расчет сальдо не представлен, в судебном заседании были сверены данные показателей при расчете сальдо встречных обязательств.

При расчете сальдо ответчик руководствовался договором купли продажи от 10.10.2016 года, согласно которому стоимость предмета лизинга 947 728,97 руб., а истец при определении стоимости реализации предмета лизинга руководствуется договором купли - продажи №610 от 10.10.2016 года, согласно которому стоимость реализованного предмета лизинга составляет 1020000 руб.

В судебном заседании представитель истца возражал против включения в расчет сальдо расходов на страхование поскольку они включены в размер лизинговых платежей.

Суд, проверив расчеты сальдо встречных обязательств истца и ответчика, приходит к выводу, что сумма, подлежащая взысканию с ответчика составляет 272 904,63 руб., исходя из нижеследующего расчета:

Общий размер платежей по договору лизинга– 2135762,10 р., Аванс – 132 852,40 руб.; общая стоимость предмета лизинга – 1328524 руб., Размер финансирования 1195671,60 руб.: плата за финансирование – 13,62%, срок договора лизинга в днях – 1089 дней; фактический срок финансирования – 901; полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи - (за исключением авансового) – 926 204,49 руб.; цена реализации предмета лизинга – 947 728,97 руб.

Расходы по оплате КАСКО, ОСАГО получение технической карты судом не включены в расчет, поскольку по условиям п.3.1.3,3.1.2.5,3.1.2.1 договора включены в лизинговые платежи и не подлежат отдельному учету.

Таким образом, размер убытков при расчете сальдо приняты судом в размере 3300 руб.

В соответствии с п. 4 постановления стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или порчи предмета лизинга, исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга.

Стоимость возвращенного предмета лизинга согласно договору купли-продажи от 10.10.2016 г. составляет 947 728,97 руб., иных доказательств, подтверждающих стоимость изъятого и реализованного предмета лизинга сторонами не представлено.

При таких обстоятельствах, финансовый результат сделки, с учетом стоимости возвращенного/реализованного предмета лизинга, составляет 272 904,63 руб. и является убытком лизингополучателя.

Ответчик ссылается на то, что пунктом 4.1 договора лизинга установлено, что его неотъемлемой частью являются Общие условия договора лизинга.

В соответствии с п. 6.7 Общих условий договора лизинга лизингополучатель не вправе переуступать свои права и обязанности, вытекающие из договора лизинга, третьим лицам без письменного согласия лизингодателя.

ООО «Каркаде» не давало согласия на заключение договора уступки, в связи с чем, в том числе, истец считает договор уступки недействительной сделкой.

Кроме того, истец ссылается на то, что о запрете на заключение договора уступки ООО «Алгоритм Решение» должно было знать, так как согласно п. 3.1. договора уступки, Цедент обязан передать Цессионарию не позднее 05 апреля 2017 г. все необходимые документы, удостоверяющие права (требования), а именно: договор лизинга, указанный в п.1.1. настоящего договора со всеми приложениями, дополнительными соглашениями и другими документами, являющимися их неотъемлемой частью, а также иные документы в связи с заключением и исполнением лизинговой сделки.

Ответчик полагает, что Общие условия договора лизинга, являющиеся неотъемлемой частью договора лизинга, в которых предусмотрен запрет на заключение договора уступки, также были переданы ООО «Алгоритм Решение».

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договором был предусмотрен запрет уступки, сделка по уступке может быть признана недействительной по иску должника только в случае, когда доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об указанном запрете.

Таким образом, по общему правилу законом допускается уступка прав кредитора к другому лицу без согласия должника.

При этом законом предусмотрены исключения из общего правила уступки прав требования, в частности это случаи когда уступка требования не допускается без согласия должника по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника (п. 2 ст. 388 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, согласно пункту 3 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации соглашение между должником и кредитором об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, не лишает силы такую уступку и не может служить основанием для расторжения договора, из которого возникло это требование, но кредитор (цедент) не освобождается от ответственности перед должником за данное нарушение соглашения.

По смыслу данной правовой нормы, уступка прав (требований) допускается во всяком случае, если денежное обязательство сторон, права из которого уступаются, связано с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности.

В настоящем случае уступаемое право требования по денежным обязательствам лизинговой компании связано с осуществлением сторонами по договору лизинга предпринимательской деятельности, что в силу закона свидетельствует о возможности переуступки прав по договору лизинга, из которого возникло обязательство, без каких-либо исключений.

Доводы ответчика о том, что личность кредитора имеет значение подлежат отклонению.

При этом суд учитывает то, что для должника не имеет существенного значения, какое именно лицо выступает на стороне кредитора, за исключением прямо предусмотренных законом случаев, а также то, что перемена кредитора не прекращает обязательство должника и не влияет на возможность его исполнения.

Суд пришел к выводу, что ответчик не является заинтересованным лицом по смыслу статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку не является стороной оспариваемой сделки, не имеет материально-правового интереса в применении последствий недействительности сделки, какие-либо права или интересы истца оспариваемой сделкой не нарушены, удовлетворение заявленных требований, соответственно, к восстановлению каких-либо прав истца не приведет.

Исходя из вышеизложенного, правовые основания для признания Договора об уступке прав требования недействительным (ничтожным) - отсутствуют.

Схожая правовая позиция изложена в решении Арбитражного суда города Москвы по схожим обстоятельствам Дела № А40-128948/17-171-1266

В соответствии со ст. 614 ГК РФ арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды.

Согласно пункту 5 статьи 15 Федерального закона «О финансовой аренде (лизинге)» лизингополучатель обязан выплатить лизингодателю лизинговые платежи в порядке и в сроки, которые предусмотрены договором лизинга. Обязательства лизингополучателя по уплате лизинговых платежей наступает с момента начала использования лизингополучателем предмета лизинга, если иное не предусмотрено договором лизинга (пункт 3 статьи 28 Федерального закона).

В соответствии со статьей 665 ГК РФ по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование. Арендодатель в этом случае не несет ответственности за выбор предмета аренды и продавца.

В соответствии со ст. 625 ГК РФ к отдельным видам договора аренды и договорам аренды отдельных видов имущества (прокат, аренда транспортных средств, аренда зданий и сооружений, аренда предприятий, финансовая аренда) положения, предусмотренные настоящим параграфом, применяются, если иное не установлено правилами настоящего Кодекса об этих договорах.

Учитывая вышеизложенное, во исполнение Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 г. N 17 "Об отдельных вопросах связанными с договором выкупного лизинга" суд установил, что разница между полученными лизингодателем от лизингополучателя платежами (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга, доказанной лизингодателем суммой предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до даты реализации предмета лизинга.

Таким образом, подлежащим возврату лизингополучателю неосновательным обогащением лизингодателя является разница, на которую стоимость имущества, полученного лизингодателем при досрочном прекращении обязательств из договора, превышает стоимость имущества, которое причиталось бы ему при надлежащем исполнении своих обязательств.

Учитывая изложенное, требования подлежат удовлетворению в части взыскания с лизингодателя 272 904,63 руб. неосновательного обогащения.

В соответствии с п. 3.1 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 №17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

При этом расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п.

Плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не определена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между общим размером платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора.

Применив положения пунктов 3.1 - 3.4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга" (далее - Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 17), исходили из того, что при разрешении споров, возникающих между сторонами договора выкупного лизинга, об имущественных последствиях расторжения этого договора надлежит исходить из того, что расторжение такого договора, в том числе, по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации); в то же время, расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также иных предусмотренных законом или договором санкций. В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно следующим правилам. Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу (пункт 3.3). Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п. (пункт 3.4).

В соответствии со статьей 1102 ГК РФ, лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Исходя из смысла указанной нормы, обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: факту приобретения или сбережения имущества, то есть увеличения стоимости собственного имущества приобретателя, присоединения к нему новых ценностей или сохранение того имущества, которое по всем законным основаниям неминуемо должно было выйти из состава его имущества; приобретение или сбережение имущества за счет другого лица, а также отсутствие правовых оснований приобретения или сбережения имущества одним лицом за счет другого.

Так же истцом заявлено требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 26 322,03 руб.

В соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств.

Пунктом 2 статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

Пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Пунктом 1 статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.

Учитывая, что сумма неосновательного обогащения, подлежащая взысканию, составила 272 904,63 руб., сумма процентов за пользование чужими денежными средствами составляет 16 546,32 руб.

Стороны согласно ст. ст. 8, 9 АПК РФ, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Расходы по оплате государственной пошлины распределены в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь ст.ст. 8, 12, 309,310, 395, 614, 625, 1102 ГК РФ, ст.ст. 9,65,70,71, 101-106, 110, 167-171, 176, 180, 181 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ООО «Каркаде» в пользу ООО «Алгоритм Решение» неосновательное обогащение в размере 272 904,63 руб. (двести семьдесят две тысячи девятьсот четыре рубля) 63 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 16 546,32 руб. (шестнадцать тысяч пятьсот сорок шесть рублей) 32 коп.

В остальной части исковых требований – отказать.

Взыскать с ООО «Каркаде» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 8 105,87 руб. (восемь тысяч сто пять рублей) 87 коп.

Взыскать с ООО «Алгоритм Решение» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 2 390,08 руб. (две тысячи триста девяносто рублей) 08 коп.

Решение может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение месяца со дня его принятия.

Судья:

Ю.М. Шарина