Постановление от 17 сентября 2020 г. ФАС СКО (ФАС Северо-Кавказского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА


Именем Российской Федерации



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-41441/2019
г. Краснодар
18 сентября 2020 года
Резолютивная часть постановления объявлена 17 сентября 2020 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 18 сентября 2020 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Бабаевой О.В., судей Кухаря В.Ф. и Рыжкова Ю.В., при участии от истца – общества с ограниченной ответственностью «Бизнес Фуд Сфера» (ИНН <***>,

ОГРН <***>) – Бука А.В. (доверенность от 25.05.2020), от ответчика –

общества с ограниченной ответственностью «Бройлер Дон» (ИНН <***>,

ОГРН <***>) – ФИО1 (доверенность от 14.09.2020), от третьего лица – публичного акционерного общества «Национальный банк "Траст"» (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО2 (доверенность от 11.06.2020), рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Бизнес Фуд Сфера» на решение Арбитражного суда Ростовской области от 13.02.2020 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.06.2020 по делу

№ А53-41441/2019, установил следующее.

ООО «Бизнес Фуд Сфера» (далее – общество) обратилось в арбитражный суд с иском к ООО «Бройлер Дон» (далее – организация, должник) о взыскании

18 978 067 рублей 34 копеек задолженности.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ПАО «Национальный банк "Траст"» (далее – банк).

Решением от 13.02.2020, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 10.06.2020, в иске отказано. Суды исходили из аффилированности общества и должника (организации), безвозмездном корпоративном финансировании ответчика, обусловленном наличием общих интересов и взаимной выгоды.

В кассационной жалобе общество просит обжалуемые судебные акты отменить

и направить дело на новое рассмотрение. По мнению заявителя, само по себе наличие корпоративных (аффилированных) отношений между должником (организацией) и обществом не может служить основанием для отказа в иске; указанные действия общества направлены на исполнение текущих обязательств организации, не причинили вреда иным лицам и по своей правовой природе соответствуют механизму финансирования расходов по делу о банкротстве, предусмотренного пунктом 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.12.2009 № 91 «О порядке погашения расходов по делу о банкротстве».

Изучив материалы дела и доводы кассационных жалоб, проверив в порядке

статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Как установлено судами, акционерное общество «Автовазбанк» (правопредшественник банка) обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании организации несостоятельной (банкротом). Определением суда от 21.09.2018 по делу № А53-29189/2018 заявление принято к производству. Определением суда от 23.11.2018 в отношении организации введена процедура банкротства – наблюдение. Решением суда от 22.03.2019 организация признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее открыта процедура конкурсного производства.

С 24.09.2018 по 14.03.2019 истец в адрес третьих лиц осуществлял платежи за должника (организацию) на основании его писем. Денежные средства в общей сумме

18 978 067 рублей 34 копеек направлены на уплату налогов, сборов, страховых взносов, пеней, штрафов, алиментовм, погашение задолженности по исполнительным документам,

а также долга организации по арендным, коммунальным и эксплуатационным платежам, по закупке горюче-смазочных материалов, запасных частей, сырья, расходных материалов, по оплате услуг связи, транспортных, ветеринарных, медицинских, информационных, погрузочно-разгрузочных и других услуг.

Полагая, что произведенные платежи порождают суброгацию в силу

статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации, общество обратилось в суд

с иском.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства, исходили из текущего характера требований; должник и общество являются аффилированными лицами, в связи с этим требование общества о возврате денежных средств носит корпоративный характер; при заключении названных сделок допущено злоупотребление правом, поскольку общество противопоставило свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

Между тем суды первой и апелляционной инстанций, разрешая спор, ошибочно квалифицировали обязательства ответчика перед истцом в качестве неосновательного обогащения, возникшего с даты погашения истцом за ответчика требований его кредиторов, то есть после возбуждения дела о банкротстве ответчика (21.09.2018).

В силу пункта 1 статьи 5 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ

«О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) под текущими платежами понимаются денежные обязательства, требования о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и обязательные платежи, возникшие после даты принятия заявления

о признании должника банкротом, если иное не установлено названным Законом. Возникшие после возбуждения производства по делу о банкротстве требования кредиторов об оплате поставленных товаров, оказанных услуг и выполненных работ являются текущими.

В пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве» (далее – постановление № 63) разъяснено, что по смыслу абзаца 2 пункта 1 статьи 5 Закона о банкротстве текущими являются любые требования об оплате товаров, работ и услуг, поставленных, выполненных и оказанных после возбуждения дела о банкротстве, в том числе во исполнение договоров, заключенных до даты принятия заявления о признании должника банкротом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце третьем пункта 2 постановления № 63, в договорных обязательствах, предусматривающих периодическое внесение должником платы за пользование имуществом (договоры аренды, лизинга), длящееся оказание услуг (договоры хранения, оказания коммунальных услуг и услуг связи, договоры на ведение реестра ценных бумаг и т.д.), а также снабжение через присоединенную сеть электрической или тепловой энергией, газом, нефтью и нефтепродуктами, водой, другими товарами (за фактически принятое количество товара в соответствии с данными учета), текущими являются требования об оплате за те периоды времени, которые истекли после возбуждения дела о банкротстве.

В качестве критерия для разграничения текущих и реестровых платежей выступает момент возникновения обязательства по оплате товаров, работ, услуг. Если отношения между сторонами предусматривают периодическое внесение должником платы за пользование имуществом и внесение данной оплаты осуществляется за определенные периоды, критерием для разграничения текущих и реестровых платежей является окончание соответствующего периода и наступление обязательства по оплате (вне зависимости от даты начала периода).

Общество исполнило обязательства перед третьими лицами за должника

в соответствии с пунктом 1 статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В таких случаях согласно пункту 5 статьи 313, статье 407 Гражданского кодекса Российской Федерации происходит замена лица в обязательстве в силу закона, при этом обязательство не прекращается: к третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора в соответствии со статьей 387 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как разъяснено в пункте 12 постановления № 63, переход права требования

к другому лицу путем уступки или на основании закона не изменяет статуса данного требования с точки зрения его квалификации в соответствии со статьей 5 Закона

о банкротстве.

Поскольку установление особого благоприятного режима для текущих платежей обусловлено, прежде всего, необходимостью обеспечения финансирования расходов на процедуру банкротства, то возникшее до возбуждения дела о банкротстве и подлежащее включению в реестр требований кредиторов требование (реестровое требование) не может впоследствии приобрести статус текущего требования (пункт 13 постановления № 63).

Согласно платежным поручениям и письмам организации об оплате задолженности платежи производились по обязательствам организации, возникшим как после, так и до возбуждения производства по делу о банкротстве.

Исполнение обязательства третьим лицом не изменяет очередность первоначального обязательства. Исполнив обязательство перед реестровым кредитором

в порядке статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации, третье лицо не становится текущим кредитором, природа обязательства должника не изменяется, обязательство должника остается реестровым. Равно как переход права требования

к другому лицу путем уступки или на основании закона (пункт 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации) не изменяет статуса данного требования с точки зрения его квалификации в соответствии со статьей 5 Закона о банкротстве.

Вывод судов о текущем характере заявленного обществом требования в части обязательств организации, возникших до возбуждения производства по делу о банкротстве, сделан при неправильном применении норм права, по неполно исследованным в судебном заседании обстоятельствам дела, противоречит фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

Наряду с изложенным, суды первой и апелляционной инстанций указали на то, что общество является аффилированным по отношению должнику, а структура их внутригрупповых отношений свидетельствует о перераспределении прибыли внутри группы компаний.

Суды сослались на правовой подход Верховного Суда Российской Федерации, согласно которому при определенных обстоятельствах аффилированному по отношению к должнику лицу может быть отказано во включении его требования в реестр,

в частности, когда заем прикрывал (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) корпоративные отношения по увеличению уставного капитала либо когда финансирование предоставлялось в рамках реализации публично нераскрытого плана выхода фактически несостоятельного должника из кризиса при условии, что такой план не удалось реализовать (определения Верховного Суда Российской Федерации

от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556 (1) (2), от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734 (4,5),

от 21.02.2018 № 310-ЭС17-17994 (1,2)).

При рассмотрении подобной категории дел в каждом конкретном случае надлежит исследовать правовую природу отношений между участником (аффилированным лицом) и должником, цели и источники предоставления денежных средств, экономическую целесообразность и необходимость их привлечения путем выдачи займа, дальнейшее движение полученных заемщиком средств и т.п. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо при установлении противоправной цели – по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа в их удовлетворении.

Применив данный правовой подход к рассматриваемом спору, суды отметили, что общество не обосновало разумные экономические мотивы выборочного погашения текущих обязательств организации.

Вместе с тем суды не учли, что данный правовой подход подлежит применению

в случаях, когда действия аффилированных лиц носят недобросовестный характер,

а целью указанных действий является компенсация негативного воздействия на хозяйственную деятельность должника и наращивание подконтрольной кредиторской задолженности с последующим уменьшением количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

Исполнение обязательств организации, возникших после возбуждения производства по делу о банкротстве, с использованием гражданско-правового механизма исполнения обязательств третьим лицом, не противоречит закону. При этом в результате использования механизма, установленного статьей 313 Гражданского кодекса Российской Федерации, объем текущих обязательств должника не меняется, а требования, подлежащие суброгации, не могут быть использованы в целях влияния на процедуру банкротства, так как не предоставляют аффилированным кредиторам права голоса. Таким образом, вред интересам независимых кредиторов отсутствует.

Правовой подход, согласно которому выплата работникам денежных средств и неразрывно связанных с ними обязательных платежей второй очереди текущих платежей с использованием гражданско-правового механизма не может быть квалифицирована как недобросовестное поведение, поскольку данные действия не меняют объема обязательств должника и не наделяют аффилированное лицо правом голоса, изложен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 08.05.2019 № 306-ЭС18-26294.

Закон о банкротстве не устанавливает специальных норм права в отношении способов исполнения текущих обязательств и не ограничивает пределы осуществления третьими лицами принадлежащих им гражданских прав; данные правоотношения регулируются нормами Гражданского кодекса Российской Федерации. В защите данных прав может быть отказано, если установлено намерение причинить вред другому лицу, либо осуществление действий в обход закона с противоправной целью (пункт 1

статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Данный подход соответствует позиции, изложенной в абзаце втором пункта 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации

от 17.12.2009 № 91 «О порядке погашения расходов по делу о банкротстве». В указанных разъяснениях прямо отмечена возможность финансирования третьими лицами текущих расходов по делу о банкротстве с последующим возмещением за счет имущества должника. При этом отражено, что лицо, финансирующее расходы по делу о банкротстве за счет собственных средств, не связано при этом очередностью удовлетворения текущих требований (пункт 2 статьи 134 Закона о банкротстве). Оно вправе непосредственно уплатить необходимую сумму текущему кредитору; предварительного перечисления им денег на основной счет должника (статья 133 Закона о банкротстве) и последующего перечисления их текущему кредитору именно должником не требуется. Требование такого лица о возмещении уплаченных им сумм за счет должника относится к той же очереди текущих платежей, к которой относилось исполненное им текущее обязательство должника. При этом указанные разъяснения не содержат специального порядка для финансирования текущих платежей, что предполагает возможность осуществления такого финансирования с использованием всего перечня механизмов, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации.

Как следует из содержания разъяснений, изложенных в пункте 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее – компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа, то есть избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства.

Суды, признавая действия общества по исполнению обязательств организации, возникших после возбуждения производства по делу о банкротстве (текущих требований), в качестве компенсационного финансирования, не обосновали как перечисление алиментов, погашение задолженности по исполнительным документам, коммунальным, эксплуатационным и иным платежам, а также уплата налогов, сборов, страховых взносов, пеней, штрафов могли привести к восстановлению платежеспособности должника

в условиях наличия существенной реестровой задолженности. Судами не установлено обстоятельств, свидетельствующих о том, что общество получило возмещение исполненного на основании соглашения с должником (пункт 5 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020); в результате погашения задолженности причинен вред иным лицам. Вывод о недобросовестности общества не основан на доказательствах, сделан в отсутствие надлежащего исследования обстоятельств спора и оценки доказательств, имеющих существенное значение для правильного разрешения спора.

Поскольку имеющие значение для дела фактические обстоятельства судами

в полном объеме не установлены, а для принятия законного и обоснованного решения требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение иных действий процессуального характера, что не входит в компетенцию суда кассационной инстанции, судебная коллегия считает необходимым отменить судебные акты, направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ростовской области в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При новом рассмотрении спора суду первой инстанции следует учесть изложенное, определить предмет доказывания с учетом существа заявленных требований, возражений и представленных в их обосновании документов; дать правовую квалификацию спорным платежам, в зависимости от которой правильно определить предмет доказывания по настоящему спору; рассмотреть спор с соблюдением норм процессуального законодательства исходя из достаточности и взаимной связи всех доказательств в их совокупности, с учетом правильного распределения бремени доказывания, установив все обстоятельства, входящие в предмет доказывания и имеющие существенное значение для правильного разрешения спора, руководствуясь положениями действующего законодательства, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы судом округа не рассматривался, поскольку на основании части 3 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при отмене судебного акта с передачей дела на новое рассмотрение вопрос о распределении судебных расходов разрешается арбитражным судом, вновь рассматривающим дело.

Руководствуясь статьями 274, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области от 13.02.2020 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.06.2020 по делу

№ А53-41441/2019 отменить, дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ростовской области.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий

О.В. Бабаева

Судьи

В.Ф. Кухарь

Ю.В. Рыжков