Решение от 30 октября 2020 г. по делу № А73-15927/2019

Арбитражный суд Хабаровского края

г. Хабаровск, ул. Ленина 37, 680030, www.khabarovsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

дело № А73-15927/2019
г. Хабаровск
30 октября 2020 года
Резолютивная часть решения объявлена 22 октября 2020 года.

Арбитражный суд Хабаровского края в составе судьи Маскаевой А.Ю.

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрел в судебном заседании дело по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП 306272110800013, ИНН <***>)

к Инспекции Федеральной налоговой службы по Центральному району г. Хабаровска (ОГРН <***>, ИНН <***>; адрес: 680030, <...>)

о признании незаконным решения от 19.11.2018 № 44 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части начисления недоимки по НДФЛ за 2015 год в размере 21 625 303,05руб., соответствующих пеней и штрафа

при участии:

от ИП ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 12.10.2020 (до перерыва в судебном заседании), ФИО4 по доверенности от 12.08.2018 (в судебном заседании после перерыва 21 и 22 октября 2020);

от ИФНС России по Центральному району г. Хабаровска – ФИО5 по доверенности от 09.01.2020 № 04-1-26/3, ФИО6 по доверенности от 26.12.2019 № 04-1-26/62,

У С Т А Н О В И Л:

Индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее - заявитель, ИП ФИО2, предприниматель, налогоплательщик) обратился в Арбитражный суд Хабаровского края с заявлением к Инспекции Федеральной налоговой службы по Центральному району г. Хабаровска (далее - налоговый орган, Инспекция) о признании незаконным решения от 19.11.2018 № 44 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части начисления недоимки по НДФЛ за 2015 в размере 21 625 303,05 руб., соответствующих пеней и штрафа.

Представители заявителя доводы, изложенные в заявлении, поддержали, на удовлетворении требований настаивали.

Представили налогового органа требованиям заявителя возразили по доводам отзыва, со ссылкой на материалы выездной налоговой проверки.

В судебном заседании в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) объявлялись перерывы с 14 по 21 октября 2020 года, с 21 по 22 октября 2020 года.

В ходе судебного разбирательства по ходатайству заявителя определением суда от 28.02.2020 назначалось проведение комплексной почерковедческой и технической экспертизы, проведение которой поручалось экспертам ФБУ ДРЦ Минюста России. На разрешение экспертов были поставлены вопросы:

1.ФИО7 или иным лицом выполнена подпись на дополнительном соглашении от 11.04.2015 года к договору уступки требования (цессии) от 10.04.2015?

2.Соответствует ли время выполнения подписи от имени ФИО7 на дополнительном соглашении к договору уступки требования (цессии) от 10.04.2015 указанной в названном документе дате, если нет, то в какой период времени выполнена подпись? Соответствует ли время выполнения печатного текста дополнительного соглашения от 11.04.2015 к договору уступки требования (цессии) от 10.04.2015 и нанесения на него оттисков печатей дате указанной в документе, если нет, то в какой период времени изготовлен текст дополнительного соглашения от 11.04.2015 и проставлены оттиски печатей?

3.Подвергалось ли дополнительное соглашение от 10.04.2015 к договору уступки требования (цессии) от 10.04.2015 внешним агрессивным воздействиям? Если да, то каким агрессивным воздействиям подвергался документ? Повлияли ли внешние агрессивные воздействия при факте их установления на возможность решения вопросов о давности выполнения документа или его отдельных частей?

Согласно заключению эксперта от 03.09.2020 № 221/3-3, подпись от имени ФИО7, выполненная в дополнительном соглашении от 11.04.2015 к договору уступки прав требований (цессии) от 10.04.2015, выполнена самой ФИО7

Согласно заключению эксперта от 03.09.2020 № 222/4-3, №387/4-3 представленный на исследование документ – дополнительное соглашение к договору уступки требования (цессии) от 10.04.2015, датированное 11.04.2015 – в процессе своего существования не был подвержен воздействиям повышенных температур (выше температуры плавления тонера, которая находится в пределах от 70 до 200°С), не был подвержен воздействию посторонних жидкостей или каких-либо химических реагентов. Решить вопрос № 2 не представилось возможным в связи непригодностью для решения поставленного вопроса подписи от имени ФИО7, печатного текса и оттисков печатей на дополнительном соглашении к договору уступки требования (цессии) от 10.04.2015 по причине того, что сравнительные образцы представлены в недостаточном количестве, не охватывают по времени выполнения весь проверяемый период (с апреля 2015 по ноябрь 2017, в мае и июне 2018), в течение которого мог быть выполнен исследуемый документ, а также в связи с непригодностью для решения поставленного вопроса подписи ФИО7 выполненной на дополнительном соглашении.

В судебном заседании представителем предпринимателя заявлено ходатайство о повтором проведении технической экспертизы по вопросу установления давности изготовления дополнительного соглашения от 11.04.2015 года к договору уступки требования (цессии) от 10.04.2015в другом экспертном учреждении.

В порядке статей 82, 159 АПК РФ судом заявленное ходатайство предпринимателя отклонено, поскольку суд не находит правовых оснований для проведения повторной экспертизы, и считает возможным рассмотреть дело по имеющимся доказательствам.

Также судом в порядке статей 88, 159 АПК РФ отклонено ходатайство заявителя о допросе в качестве свидетеля ФИО7, ввиду отсутствия правовых оснований и наличии в материалах дела протокола опроса ФИО7 от 19.10.2018, представленного заявителем.

Судом в ходе судебного разбирательства установлены следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела, ИФНС России по Центральному району г. Хабаровска проведена выездная налоговая проверка индивидуального предпринимателя ФИО2 по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты налогов и сборов за период с 01.01.2014 по 31.12.2016.

По результатам проверки, результаты которой оформлены актом от 17.06.2018 № 338 в числе прочих нарушений, налоговым органом установлено занижение налогоплательщиком базы для исчисления НДФЛ в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом учете и налоговой отчетности, выразившиеся в неправомерном завышении налогоплательщиком сумм расходов по НДФЛ за 2015 год.

Решением от 19.11.2018 №44 предприниматель привлечен к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 119, пунктом 1 статьи 122, пунктом 3 статьи 122, статьей 123 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) на общую сумму 3 890 994,72 руб. (с учетом обстоятельств, смягчающих ответственность), Инспекцией доначислены налоги в общем размере 21 802 796 руб., начислены пени в соответствии со статьей 75 НК РФ по состоянию на 19.11.2018 в общей сумме 4 448 580,50 рублей.

Решение Инспекции обжаловано предпринимателем в апелляционном порядке в вышестоящий налоговый орган.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Хабаровскому краю от 18.03.2019 апелляционная жалоба предпринимателя оставлена без удовлетворения.

Не согласившись с решением ИФНС России по Центральному району г.Хабаровска в части начисления недоимки по НДФЛ за 2015 в размере 21 625 303,05 руб., соответствующих пеней и штрафа, предприниматель обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

В судебном заседании представитель заявителя подтвердил, что при указании в заявлении оспариваемой суммы НДФЛ за 2015 допущена опечатка, фактически доначисленная сумма налога согласно оспариваемому решению составила 21 625 302 руб.

Выслушав доводы представителей участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, оценив в рамках статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности и взаимосвязи представленные сторонами доказательства, приведенные ими доводы и возражения, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 198, частью 4 статьи 200, частью 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для удовлетворения требований о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц необходимо наличие двух условий: несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, а также нарушение прав и законных интересов заявителя.

Обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие) (часть 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Объектом обложения налогом на доходы физических лиц признается доход, полученный налогоплательщиками - физическими лицами, являющимися налоговыми резидентами Российской Федерации, от источников в Российской Федерации и (или) от источников за пределами Российской Федерации (пункт 1 статьи 209 НК РФ).

В силу пункта 1 статьи 210 НК РФ при определении налоговой базы по налогу на доходы физических лиц учитываются все доходы налогоплательщика, полученные им как в денежной, так и в натуральной формах, или право на распоряжение которыми у него возникло, а также доходы в виде материальной выгоды, определяемой в соответствии со статьей 212 НК РФ.

Состав указанных расходов, принимаемых к вычету, определяется налогоплательщиком самостоятельно, в порядке, аналогичном порядку определения расходов для целей налогообложения, установленному главой 25 «Налог на прибыль организаций» Налогового кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 252 НК РФ налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов. При этом расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты, осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

В соответствии с пунктом 1 статьи 252 НК РФ налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов. При этом расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты, осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

Согласно пункту 3 статьи 225 НК РФ общая сумма налога исчисляется по итогам налогового периода применительно ко всем доходам налогоплательщика, дата получения которых относится к соответствующему налоговому периоду.

В силу пункта 1 статьи 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Как следует из оспариваемого решения Инспекции и представленных материалов выездной налоговой проверки, спор в рассматриваемой части возник в связи с непринятием налоговым органом вычетов на сумму расходов, понесенных предпринимателем в связи с приобретением по договору уступки права (требования) к ООО «Примекс-регион» уплаты задолженности по договору займа в сумме 218 677 128,95 руб.

Заявитель полагает, что расходы по указанной сделке должны быть учтены в сумме 184 348 485 руб., в связи с заключением им с ООО «Проект-Продукт» 11.04.2015 г. дополнительного соглашения к договору цессии.

В свою очередь, налоговый орган по результатам мероприятий налогового контроля установил, что стоимость уступаемого права по договору цессии 10.04.2015г. составила 18 483 165 руб.

Вывод налогового органа об искажении ИП ФИО2 сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), выразившееся в неправомерном завышении налогоплательщиком сумм расходов по НДФЛ за 2015 год основан на следующих обстоятельствах.

В ходе проверки по требованию Инспекции представлена книга учета доходов и расходов и хозяйственных операций предпринимателя за 2015 г., в которой отражен доход, в том числе, в размере 218 677 128,95 руб., полученный по договору уступки прав требований (цессии) от 10.04.2015 между ООО «Проект-Продукт» и ИП ФИО2, в состав расходов включены расходы в размере 18 483 165 руб. по договору уступки прав требований (цессии) от 10.04.2015.

Инспекцией были проанализированы документы, представленные ИП ФИО2 по требованию о представлении документов (информации).

В соответствии с условиями договора Цедент (ООО «Проект-Продукт») уступает Цессионарию (ИП ФИО2) свое право требования в размере 218 677 128,95 руб. к ООО «Примекс-регион», возникшее на основании договора займа от 25.12.2014, заключенного между ООО «Проект-Продукт» (Кредитор) и ООО «Примекс-регион» (Должник). На дату заключения договора уступки прав требований (цессии) Должник свои обязательства по возврату суммы займа не исполнил. В соответствии с п. 2.1. договора уступки прав требований (цессии) от 10.04.2015 б/н цена уступки прав требований составляет 18 483 165 рублей. Кроме того, ИП ФИО2 было представлено дополнительное соглашение от 11.04.2015 к договору уступки прав требований (цессии) от 10.04.2015 б/н. В соответствии с п. 1 указанного соглашения следует, что «в связи с допущенной ошибкой Стороны договорились изложить п. 2.1. договора в следующей редакции: «Цена уступки прав требований, указанных в п. 1.1 настоящего договора составляет 184 831 650 руб.».

Для подтверждения исполнения договора уступки прав требований (цессии) от 10.04.2015 Инспекцией проанализирована выписка по расчетному счету ИП ФИО2

При анализе движения денежных средств по расчетному счету установлено, что ООО «Примекс-регион» в адрес ИП ФИО2 перечислило денежные средства в размере 209 993 300 руб., 8 683 828,95 руб. 16.04.2015 и 20.04.2015, соответственно, с назначением платежа «по договору уступки прав требования (цессии) от 10.04.2015 между ООО «Проект-Продукт» и ИП ФИО2».

Также установлено, что ИП ФИО2 28.05.2015 перечислил денежные средства в размере 11 000 000 руб. в адрес ООО «СтройИнженер» с назначением платежа «частичная оплата по договору цессии от 10.04.2015, на основании договора цессии от 02.05.2015 между ООО «Проект-Продукт» и ООО «СтройИнженер»», и в адрес ООО «Региоторг» 16.06.2015, 17.06.2015, 19.06.2015 перечислил денежные средства в размере 2 659 574,47 руб., 2 659 574,47 руб., 2 164 016,06 руб., соответственно, с назначением платежа «частичная оплата по договору цессии от 10.04.2015, на основании договора цессии от 02.05.2015 и договора цессии от 15.06.2015 между ООО «СтройИнженер» и ООО «Региоторг».

Таким образом, по расчетному счету ИП ФИО2 прослеживается оплата в сумме 18 483 165 рублей по договору цессии, что свидетельствует об исполнении сделки.

Инспекцией проведен допрос предпринимателя (протокол от 12.04.2017 № 147), в котором он сообщил, что право требования приобреталось в начале 2015 г., расчеты произведены в размере 20-30 млн. рублей в безналичной форме.

Кроме того, в ходе проведения ВНП ФИО2 повторно были заданы вопросы о спорной сделке (протокол допроса от 20.02.2018 № 17-13/69), на которые он сообщил, что им была осуществлена покупка долга ООО «Примекс-регион» перед другой организацией. На вопросы о расчете, размере, а также непогашенной задолженности он сообщил, что расчеты осуществлялись в безналичной форме, о размере, задолженности будет сообщено дополнительно.

Тем самым, ФИО2 до начала ВНП и в ходе нее неоднократно подтверждал исполнение договора уступки прав требований (цессии) от 10.04.2015 б/н, заключенного с ООО «Проект-Продукт».

Исходя из вышеизложенного, Инспекцией поставлена под сомнение подлинность дополнительного соглашения от 11.04.2015 к договору уступки прав требований (цессии) от 10.04.2015 на сумму 184 831 650 рублей.

В связи с чем, в соответствии со статьей 95 НК РФ в связи с необходимостью получения дополнительных доказательств для подтверждения факта совершения нарушений законодательства о налогах и сборах или отсутствия таковых, проведена почерковедческая экспертиза для установления одним ли и тем же лицом, выполнены рукописные подписи от имени руководителя ООО «Проект-Продукт» ФИО7 в следующих документах:

-договоре уступки прав требований (цессии) от 10.04.2015 (между ООО «Проект-Продукт» ИНН <***> и индивидуальным предпринимателем ФИО2 ИНН <***>);

-дополнительном соглашении от 11.04.2015 к договору уступки прав требований (цессии) от 10.04.2015.

По результатам проведения экспертизы ООО «Дальневосточная экспертиза и оценка» представлено заключение эксперта от 31.05.2018 № 604/18 (вх. от 04.06.2018 № 20309), согласно которому установлено, что подписи от имени ФИО7, изображения которых имеются в электрофотографических копиях договора уступки прав требований (цессии) от 10.04.2015 между ООО «Проект-Продукт» и ИП ФИО2 и дополнительном соглашении от 11.04.2015 к договору уступки прав требований (цессии) от 10.04.2015, выполнены разными лицами.

Приведенные обстоятельства обоснованно позволили налоговому органу прийти к выводу прийти к выводу о том, что фактически цена уступки права требования по договору цессии от 10.04.2015 б/н составляет 18 483 165 рублей.

Вместе с тем, налогоплательщиком в ходе выездной налоговой проверки 28.02.2018 представлена уточненная налоговая декларация за 2015 г., а также новая книга учета доходов и расходов и хозяйственных операций индивидуального предпринимателя за 2015 год.

В представленной уточненной налоговой декларации по НДФЛ за 2015 г. доход в размере 218 677 128,95 руб., полученный по договору цессии от 10.04.2015, а также расходы в сумме 18 483 165 руб. исключены, при этом отражен только доход в размере 45 858 142,39 рублей.

Предпринимателем представлено пояснение, в котором указано, что в его адрес поступило уведомление от ООО «Примекс-регион» о том, что им не исполнен перед ООО «Проект-Продукт» обязательства по договору беспроцентного займа от 25.12.2014, в связи с чем, ООО «Примекс-регион» требует вернуть денежные средства, перечисленные ИП ФИО2

По результатам проведенных переговоров ООО «Примекс-регион» и ИП ФИО2 решили денежные средства, полученные предпринимателем, считать заемными средствами. В связи с чем, 18.05.2015 стороны заключили договор займа.

По указанному договору займа с ООО «Примекс-регион» 28.05.2015 было подписано соглашение о прощении долга предпринимателю в сумме 44 600 000 руб. и сумме процентов за период с 10.04.2015 по 28.05.2015 в размере 1 258 142,39 руб. Этим же соглашением срок возврата остатка суммы займа был сокращен до 16 лет. Согласно соглашению № 2 от 11.01.2016 о прощении долга по договору займа от 18.05.2015 стороны договорились о прощении долга в размере 2 000 000 руб. и сумме начисленных процентов за период с 29.05.2015 по 11.01.2016 в сумме 5 070 357,11 рублей.

В подтверждение своих пояснений ИП ФИО2 представил уведомление от ООО «Примекс-регион», договор займа от 18.05.2015, соглашения о прощении долга от 28.05.2015 и от 11.01.2016, а также калькуляторы процентов по займам.

Однако представленные пояснения и документы не приняты Инспекцией по следующим обстоятельствам:

1.Договор займа между ИП ФИО2 и ООО «Примекс-регион» заключен 18.05.2015, то есть на указанную дату ИП ФИО2 уже знал о том, что договор уступки права требования (цессии) от 10.04.2015 «недействительный», однако в период с 28.05.2015 по 19.06.2015 продолжал перечислять денежные средства в качестве оплаты по договору цессии от 10.04.2015, что свидетельствует о фиктивности «нового пакета документов»;

2.ООО «Примекс-регион» возвращает долг ИП ФИО2 в сумме 218 677 128,95 руб. по договору уступки прав требования (цессии) от 10.04.2015, а затем в уведомлении сообщает, что денежные средства по договору займа от 25.12.2014, заключенному с ООО «Проект-Продукт», не получены;

3.Через 10 дней после «заключения» договора займа с ООО «Примекс-регион» возникает соглашение о прощении ИП ФИО2 долга на сумму 44 600 000 руб. и процентов за пользование суммой займа в размере 1 258 142,39 руб.;

Указанные обстоятельства установленные в ходе мероприятий налогового контроля позволили налоговому органу установить, что ИП ФИО2 подтверждено действие договора уступки прав требований (цессии) от 10.04.2015 г. с ООО «Проект-Продукт», а не договора займа и прощения долга с ООО «Примекс-регион».

При этом, в ходе выездной налоговой проверки налоговым органом направлено требование в отношении расхождений между данными, отраженными в первичной и уточненной налоговых декларациях по НДФЛ за 2015 год.

В ответ на требование предприниматель сообщил, что в 2015г. ИП ФИО2 было приобретено право требования денежных средств по договору цессии. Денежные средства в сумме 218 677 128,95 рублей поступили на расчетный счет ИП ФИО2 в апреле 2015 года.

Таким образом, ИП ФИО2 в ходе ВНП еще раз подтвердил действие договора уступки прав требований (цессии) от 10.04.2015 с ООО «Проект-Продукт», а не договора займа и прощения долга с ООО «Примекс-регион».

С целью подтверждения финансово-хозяйственных взаимоотношений ИП ФИО2 с ООО «Примекс-регион», ООО «Проект-Продукт», ООО «СтройИнженер» по месту регистрации данных организаций Инспекцией направлены поручения об истребовании документов (информации). Документы организациями не представлены. Также руководители данных организаций на допросы не явились.

После представления уточненной налоговой декларации по НДФЛ за 2015 г., для установления фактических взаимоотношений между проверяемым налогоплательщиком и ООО «Примекс-регион», ООО «Проект-Продукт», ФИО2 неоднократно вызывался на допросы. Однако, получая уведомления, на допросы налогоплательщик не явился.

Предпринимателем 13.08.2018 вместе с возражениями на акт ВНП представлена уточненная налоговая декларация по НДФЛ за 2015 г., а также новая книга учета доходов и расходов и хозяйственных операций индивидуального предпринимателя за 2015 г. (третья по счету), в которых налогоплательщиком отражен доход, в том числе в размере 218 677 128,95 руб., полученный по договору уступки прав требований (цессии) от 10.04.2015, также в состав расходов включена сумма в размере 184 831 650 руб. по договору уступки прав требований (цессии) от 10.04.2015.

Также с возражениями налогоплательщиком представлено заключение почерковедческого исследования, к которому приложены документы, подтверждающие квалификацию специалиста (ФИО8), договор уступки прав требований (цессии) от 10.04.2015, дополнительное соглашение от 11.04.2015, которые были предметом исследования.

В ходе допроса ФИО8 сообщил, что почерковедческое исследование подписей ФИО7 проведено им и специалистом ФИО9, экспериментальные образцы подписи ФИО7 предоставлены заказчиком, образцы не устанавливались, поскольку это не требуется. На следующий день ФИО8 представил заявление, в котором сообщил, что образцы подписи получены им лично, при этом указал фамилию не ФИО7, а ФИО10.

Согласно представленному на запрос Инспекции ответу ФГКУ «111 главный государственный центр судебно-медицинских и криминалистических экспертиз» Министерства обороны Российской Федерации ФИО8 в 2008 г. действительно выдавалось свидетельство на право самостоятельного производства экспертиз сроком на 5 лет. В 2009 г. ФИО8 уволен с должности эксперта.

Также Инспекцией, при сравнении договора уступки прав требований (цессии) от 10.04.2015 б/н, представленного налогоплательщиком по требованию от 05.04.2017 № 14-12/2171, и договора уступки прав требований (цессии) от 10.04.2015 б/н, представленного налогоплательщиком для проведения почерковедческого исследования, установлены расхождения по тексту договора и соглашения, а именно имеются визуальные отличия, в частности шрифт, отступы, начертания.

Кроме того, при допросе ФИО7 сообщила, что она действительно приезжала в Хабаровск в июле 2018 г. по просьбе ФИО2, однако документы ООО «Проект Продукт», в частности, договор уступки прав требований (цессии) от 10.04.2015 и дополнительное соглашение от 11.04.2015 к договору уступки прав требований (цессии) в г. Хабаровск не привозила. Печать ООО «Проект Продукт» в г. Хабаровск также не привозила.

При этом она указала, что в июле 2018 г. (ООО «Проект Продукт» ликвидировано 05.02.2018) в г. Хабаровске подписывала по просьбе ФИО2 договор уступки прав требований (цессии) от 10.04.2015 и дополнительное соглашение от 11.04.2015 к нему.

В указанном протоколе допроса зафиксировано, что ФИО2 на личном автомобиле отвозил ФИО7 «в контору», где ФИО7 представила образцы своей подписи для проведения почерковедческой экспертизы. В присутствии каких лиц были представлены образцы подписи ФИО7, ответить затруднилась.

Таким образом, указанное свидетельствует, что ФИО7 дополнительное соглашение от 11.04.2015 к договору уступки прав требований (цессии) от 10.04.2015 подписано позже фактически осуществленной хозяйственной операции, в связи с чем, дополнительное соглашение является фиктивным.

На основании совокупности выявленных обстоятельств налоговом органом установлено наличие умышленных действий налогоплательщика, направленных на незаконную минимизацию налоговых обязательств, выразившихся представлении в налоговый орган налоговых деклараций (документов) с заведомо недостоверными сведениями в части отражения нереальных хозяйственных операций.

Таким образом, по результатам выездной налоговой проверки Инспекцией установлена совокупность фактов, свидетельствующих о том, что ИП ФИО2 действовал умышленно, сознательно искажая сведения о фактах хозяйственной жизни, об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом учете и налоговой отчетности в целях уменьшения налоговой базы и суммы подлежащего уплате налога.

В связи с указанным, доводы заявителя об отсутствии в материалах проверки доказательств об искажении сведений о фактах хозяйственной жизни, объектах налогообложения, а также умышленных действий налогоплательщика, являются необоснованными и удовлетворению не подлежат.

Налоговым органом в ходе выездной налоговой проверки исследована, в том числе, бухгалтерская отчетность ООО «Проект-Продукт». Согласно данным бухгалтерской отчетности ООО «Проект-Продукт» за 2015 год у организации на отчетную дату сумма дебиторской задолженности составляла 16 610 000 руб., что свидетельствует о том, что долг был приобретен за 18 483 165 руб., как по договору цессии, а не как по дополнительному соглашению к нему - 184 831 650 рублей.

Проверкой не оспаривается то, что показатели дебиторской задолженности могут быть уменьшены на сумму резерва по сомнительным долгам.

Однако довод налогового органа о том, что по данным бухгалтерской отчетности ООО «Проект-Продукт» за 2015 год у организации на отчетную дату сумма дебиторской задолженности составляла 16 610 000 руб., что свидетельствует о том, что долг был приобретен за 18 483 165 руб., как по договору цессии, а не как по дополнительному соглашению к нему - 184 831 650 рублей, является лишь одним составляющим из доказательств о том, что дополнительное соглашение от 11.04.2015 к договору уступки прав требований (цессии) от 10.04.2015 является фиктивным.

Так, заявителем не опровергнуты обстоятельства, установленные в ходе проверки и отраженные в акте проверки:

-по расчетному счету ИП ФИО2 прослеживается оплата в сумме 18 483 165 рублей как по договору цессии, а не как по дополнительному соглашению к нему - 184 831 650 рублей.

-в первоначальной книге учета доходов и расходов и хозяйственных операций индивидуального предпринимателя за 2015 год и в налоговой декларации по НДФЛ налогоплательщик отразил сумму расходов по приобретению долга в размере 18 483 165 руб., не 184 831 650 рублей.

-в рамках допроса (протокол от 20.02.2018 № 17-13/69) ФИО2 на вопрос «опишите подробно характер финансово-хозяйственных взаимоотношений ИП ФИО2 с ООО «СтройИнженер», сообщил «скорее всего, была оплата по договору цессии с ООО «Проект-Продукт».

-в рамках допроса (протокол от 12.04.2017 № 147) ФИО2 задан вопрос «согласно данным выписки по расчетному счету Вы получили денежные средства от ООО «ПРИМЕКС-РЕГИОН» по договору уступки права требования, заключенному с ООО «Проект-Продукт» в размере 218 млн. рублей. Каким образом Вами приобреталось данное право требования?», на что ФИО2 сообщил, что право требования приобреталось в начале 2015 года, расчеты произведены в размере 20-30 млн. рублей в безналичной форме.

Таким образом, в ходе выездной налоговой проверки и судебного разбирательства, налоговый орган с учетом совокупности собранных доказательств, принимая во внимание неоднократное изменение в течение выездной налоговой проверки показателей книги учета доходов и расходов (в том числе с приложением измененных счетов-фактур и оформленный под эти операции деловой переписки с контрагентами) и налоговой отчётности, пришел к обоснованному выводу о намеренном характере действий предпринимателя, направленных на минимизацию налоговых обязательств.

Доводы заявителя о наличии с его стороны неисполненного обязательства по оплате уступленного права по договору уступки права (требования) от 10.04.2015 со ссылкой на письмо ИП ФИО11 от 09.01.2019 № 4/01 и судебное дело №А40-146693/19-25-1317, судом отклонены поскольку, как обоснованно указал налоговый орган, согласно информации, направленной ИФНС России № 1 по г. Москве (сопроводительное письмо от 15.12.2017 № 05-13/92324), операции по счетам ООО «Проект-Продукт» приостановлены, последняя налоговая и бухгалтерская отчетность представлена за 2 квартал 2016 года; в отношении ООО «Проект-Продукт» принято решение о предстоящем исключении недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ от 13.10.2017№ 123608, что в свою очередь свидетельствует о том, что ИП ФИО11 приобретено право требования долга в размере 173 831 650 руб. у недействующего юридического лица. Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 23.01.2020 по делу №А40-146693/19-25-1317 в удовлетворении требований ИП ФИО11 отказано ввиду недоказанности существования передаваемого права; не представлено первичной бухгалтерской документации, в которой были бы отражены операции (хозяйственная деятельность сторон) по которым возникло уступаемое право.

Ссылки заявителя о законности представления уточненных налоговых деклараций по НДФЛ за 2015 год налоговым органом не оспорены, напротив приведены доводы о том, что показатели данных деклараций учтены в результатах выездной налоговой проверки.

Довод предпринимателя о том, что при допросе он четкого ответа в части поставленных вопросов (оплаты, расчетов) не давал, не обоснован, поскольку в материалах проверки имеются протоколы допросов налогоплательщика, согласно которым он неоднократно указывал, что оплату производил по договору цессии с ООО «Проект-Продукт». При этом в отношении задолженности обязался представить пояснение в письменной форме. Однако пояснения с документальным подтверждением задолженности налогоплательщиком не представлены.

Доводы заявителя о том, что налоговый орган неправомерно трактует сумму платежа в размере 18 483 165 руб., осуществленного в адрес ООО «СтройИнженер» и ООО «Региоторг», как сумму погашения задолженности по договору цессии, т.к. налогоплательщиком ошибочно было указанно основание платежа оплата по договору цессии от 10.04.2015, данные доводы подтверждаются письмами об уточнении основания платежа, также о том, что в материалах налоговой проверки так же отсутствуют доказательства подтверждающие исполнение в полном объеме обязательств по договору цессии от 10.04.2015 с учетом дополнительного соглашения от 11.04.2015. При этом сторонами никогда не отрицался факт наличия задолженности по договору по состоянию на 31.12.2016, не опровергают установленных налоговым органом обстоятельств, что заявителем допущено искажение сведений о фактах хозяйственной жизни с целью завышения сумм расходов по НДФЛ за 2015 год.

Так, Инспекцией в рамках допроса в соответствии со ст. 90 НК РФ (протокол от 12.04.2017 № 147) ФИО2 задан вопрос «согласно данным выписки по расчетному счету Вы получили денежные средства от ООО «ПРИМЕКС-РЕГИОН» по договору уступки права требования, заключенному с ООО «Проект-Продукт» в размере 218 млн. рублей. Каким образом Вами приобреталось данное право требования?», на что ФИО2 сообщил, что право требования приобреталось в начале 2015 года, расчеты произведены в размере 20-30 млн. рублей в безналичной форме. Кроме того, в ходе проведения ВНП (протокол от 20.02.2018 № 17-13/69) ФИО2 еще раз задан вопрос о спорной сделке: «опишите подробно характер финансово-хозяйственных взаимоотношений ИП ФИО2 с ООО «ПРИМЕКС-РЕГИОН», ФИО2 сообщил «была покупка долга ООО «ПРИМЕКС-РЕГИОН» перед другой организацией». На вопрос: «опишите подробно характер финансово-хозяйственных взаимоотношений ИП ФИО2 с ООО «Проект-Продукт» ответил «покупка вышеуказанного долга». На вопрос: «Каким образом был произведен расчет ...и в каком размере? Имеется ли непогашенная задолженность...в каком размере?» ФИО2 сообщил: «Безналичный расчет, размер сообщу дополнительно письменно. Имеется ли между ООО «Проект-Продукт» и ИП ФИО2 непогашенная задолженность - отвечу письменно».

При этом ИП ФИО2 сведения о наличии непогашенной задолженности, о фактическом размере произведенного расчета по договору цессии от 10.04.2015 года не представлены.

Приобретение долга в сумме 18 483 165 руб. также подтверждается банковской выпиской, согласно которой 19.06.2015 года была перечислена сумма 2 164 016 руб. в адрес ООО «Региоторг» с назначением платежа «Окончательная оплата по дог. цессии от 10.04.2015г., на основ, дог.цессии от 02.05.2015г. и дог. цессии от 15.06.2015г м/у ООО «СтройИнженер» и ООО «Региоторг» Сумма 2164016-06 Без налога (НДС)», что указывает на то, что у налогоплательщика отсутствует кредиторская задолженность перед ООО «Проект-Продукт» по договору цессии от 10.04.2015 года.

Доводы заявителя о том, что опросом адвоката установлены факты гражданских правоотношений по приобретению налогоплательщиком долга по договору цессии от 10.04.2015 с учетом дополнительного соглашения к договору цессии от 11.04.2015, судом отклонены, поскольку представленный заявителем протокол ФИО7 от 19.10.2018, проведенного адвокатом Королевым С.А., не опровергает установленных налоговым органом в ходе выездной налоговой проверки обстоятельств искажения ИП ФИО2 сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов). Представленный протокол опроса суд оценивает критически, исходя из того, что вопросы в протоколе опроса подготовлены заранее в печатном виде, ответы написаны от руки, при этом, из содержания заранее подготовленных вопросов усматривается, что заранее подготовлены точные вопросы по еще не полученным ответам. Так, Вопрос № 3 «Кто еще присутствовал при проведении допроса?» (вопрос напечатан), ответ «Неизвестный мне мужчина» (ответ написан). Вопрос № 4 «Данный неизвестный мужчина Вам представлялся и предоставлял служебное удостоверение для ознакомления?» (напечатан).

Доводы заявителя о допущенном налоговым органом нарушении пункта 8 статьи 101 НК РФ, выразившееся в нерассмотреннии доводов налогоплательщика, изложенные в возражениях на акт выездной налоговой проверки, не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Из содержания оспариваемого решения следует, что при рассмотрении дополнительных возражений, в силу статьи 101 НК РФ исследовались представленные доказательства и доводы, приводимые лицом, в отношении которого проводилась проверка, в свою защиту, и результаты проверки этих доводов отражены в решении.

Довод ИП ФИО2 о недоказательности рыночного уровня цены сделки по договору цессии от 10.04.2015 и дополнительного соглашения от 11.04.2015 к договору цессии не обоснован, так как оспариваемое решение не содержит положений об оценке рыночной стоимости сделки, так как, нормы статьи 40 НК РФ Инспекцией не применялись.

ИФНС России по Центральному району г. Хабаровска на основании совокупности выявленных обстоятельств установлено наличие умышленных действий налогоплательщика, направленных на незаконную минимизацию налоговых обязательств, выразившихся в представлении в налоговый орган налоговых деклараций (документов) с заведомо недостоверными сведениями в части отражения нереальных хозяйственных операций.

Таким образом, по результатам выездной налоговой проверки Инспекцией установлена совокупность фактов, свидетельствующих о том, что ИП ФИО2 действовал умышленно, сознательно искажая сведения о фактах хозяйственной жизни, об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом учете и налоговой отчетности в целях уменьшения налоговой базы и суммы подлежащего уплате налога; дополнительное соглашение от 11.04.2015 к договору уступки права (цессии), заключенное между ИП ФИО2 и ООО «Проект-Продукт» носило фиктивный характер, и не отражало реальную хозяйственную деятельность по исполнению сделки по договору уступки права требования (цессии) от 10.04.2015.

Согласно материалам ВНП установлено, что Инспекцией в акте проверки от 17.07.2018 № 338 в части договора цессии от 10.04.2015 учтены показатели уточненной налоговой декларации (корректировка № 1) по НДФЛ за 2015 год, представленной в ходе проверки 28.02.2018, так как на дату составления акта проверки она являлась актуальной.

Помимо этого, в итоговой части акта рассчитаны пени по НДФЛ на дату составления акта, а также предложено привлечь предпринимателя к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 3 статьи 122 НК РФ. При этом в итоговой части акта расчет суммы штрафных санкций не предусмотрен.

Вместе с тем, предпринимателем после составления акта 13.08.2018 представлена уточненная налоговая декларация (корректировка № 2) по НДФЛ за 2015 г., в которой он по данной сделке отразил доход в размере 218 677 128,95 руб., расход - 184 831 650 рублей.

Инспекцией при вынесении решения учтены показатели уточненной налоговой декларации (корректировка № 2) по НДФЛ за 2015 год, поскольку теперь она является актуальной.

Так, предприниматель изменил показатели во второй уточненной налоговой декларации в отношении дохода и расходов. При этом выводы и результаты ВНП не изменились в отношении сделки, касающейся цессии, то есть доход и расход, определенный Инспекцией не поменялся.

Однако изменилась сумма расхождений между данными налоговой декларации и результатами ВНП в части расходов по НДФЛ, поскольку доход в размере 218 677 128,95 руб., установленный в ходе проверки, отражен предпринимателем в налоговой декларации.

Таким образом, в оспариваемом решении состав налогового правонарушения, вменяемого предпринимателю в акте, не поменялся, равно, как и не изменились по данной сделке документы и иные сведения, подтверждающие доначисление НДФЛ, тем самым, нормы пункта 8 статьи 101 НК РФ не нарушены.

Суд, проверив законность процедуры проведения выездной налоговой проверки и рассмотрения её материалов с учетом установленных обстоятельств, приходит к выводу о том, что нарушений установленного Налоговым кодексом Российской Федерации порядка проведения выездных налоговых проверок и вынесения решений по ним, которые являются основанием для признании недействительным оспариваемого решения налогового органа в соответствии с пунктом 14 статьи 101 НК РФ, налоговым органом не допущено, предпринимателю была предоставлена возможность знакомиться с материалами налоговой проверки, предоставлять свои возражения, пояснения и дополнительные документы, участвовать в рассмотрении материалов выездной налоговой проверки. Акт выездной налоговой проверки и оспариваемое решение, в которых зафиксированы составы выявленных налоговых правонарушений, по содержанию соответствуют предъявляемым к ним налоговым законодательством, в частности статьями 100, 101 НК РФ, требованиям. Срок проведения выездной налоговой проверки, предусмотренный пунктом 6 статьи 89 НК РФ территориальным налоговым органом не нарушен.

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что решение Инспекции в оспариваемой части законно и обосновано, в связи с чем требования заявителя удовлетворению не подлежат.

Судебные расходы, связанные с рассмотрением настоящего дела суд относит на заявителя.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении заявленных требований индивидуального предпринимателя ФИО2 отказать.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия (изготовления его в полном объеме), если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Шестой арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения.

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через Арбитражный суд Хабаровского края.

Судья А.Ю. Маскаева