Решение от 3 августа 2021 г. по делу № А41-25836/2020

Арбитражный суд Московской области

107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва

http://asmo.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №А41-25836/20
03 августа 2021 года
г. Москва


Резолютивная часть объявлена 27 июля 2021

Полный текст решения изготовлен 03 августа 2021

Арбитражный суд Московской области в составе судьи Е.А. Морозовой,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрел в судебном заседании дело по заявлению

ООО "ПС-18" (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к ФИО2, ФИО3(ИНН <***>, ОГРН <***>)

третье лицо: ООО "ПодольскГидроМех"

о привлечении к субсидиарной ответственности, взыскании 1768973,77 руб.,

при участии в заседании: согласно протоколу

УСТАНОВИЛ:

ООО "ПС-18" обратилось в Арбитражный суд Московской области к ФИО2, ФИО3 о привлечении их к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "ПодольскГидроМех" перед ООО "ПС-18" на основании решения Арбитражного суда Московской области от 25.09.2018г. по делу № А41-42784/18, взыскании солидарно задолженности в размере 1 768 973 руб., 77 коп., расходов по уплате государственной пошлины в размере 30 690 руб.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО "ПодольскГидроМех".

Представитель истца в судебном заседании заявленные требования поддержал, просил их удовлетворить.

Ответчик ФИО2 в судебное заседания явился, возражал против заявленных требований, по основаниям, изложенным в отзыве, просил в иске отказать.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, извещался судом надлежащим образом, возражений и отзыв на иск не представил.

Дело рассмотрено в отсутствие ответчика ФИО3, третьего лица в порядке ст. ст. 123, 156 АПК РФ.

Исследовав материалы дела, выслушав стороны, суд приходит к следующим выводам.

Из заявленных требований следует, что между Обществом с ограниченной ответственностью «ПС-81» (далее по тексту -«ООО «ПС-81», «Заказчик», «истец») и Обществом с ограниченной ответственностью «ПодольскГидроМех» (далее - «ООО «ПодольскГидроМех», «Должник», «Исполнитель») был заключен Договор на выполнение работ по очистке водоема от 24.042017 № 01-03/17 (далее - «Договор»), согласно которому Исполнитель обязался выполнить следующие работы: создание нормального гидрологического режима реки в районе благоустройства пляжа методом удаления конусов выноса грунтов в русле и берегах реки с помощью средств гидромеханизации в сроке 10.06.2017 до 20.08.2017.

Стоимость работ согласно пункту 4 1 Договора составляет 6.000.000 руб. 00 коп.

Заказчик произвел предоплату по Договору, предусмотренную пунктом 4.2 Договора, выплатив Исполнителю аванс в размере 1 240 000 руб. 00 коп. платежными поручениями:

- от 25.04.2017 № 120-на сумму 100 000 руб. 00 коп.;

- от 08.06.2017 № 193 - на сумму 200 000 руб. 00 коп.;

- от 13.06.2017 № 194 - на сумму 700 000 руб. 00 коп.;

- от 06.07.2017 № 247 - на сумму 90 000 руб. 00 коп.;

- от 11.08.2017 № 342 - на сумму 150 000 руб. 00 коп.

Кроме того, Заказчик, в порядке содействия Исполнителю в выполнении работ по Договору, предоставил материалы, инвентарь, топливо для производства работ на общую сумму 371 779 руб. 90 коп., что подтверждается подписанными со стороны Исполнителя Универсальными передаточными документами (УПД):

- от 19.07.2017 № 30 - на сумму 219 615 руб. 00 коп.;

- от 07.08.2017 № 65 -на сумму 152 164 руб. 90 коп.

Всего размер авансирования работ составил 1 611 779 руб. 00 коп.

Вместе с тем, обязательства по выполнению работ в установленные сроки и Должником не были исполнены.

Решением Арбитражного суда Московской области от 24.09.2018 по делу № А41-42784/18 Суд взыскал с ООО «ПодольскГидроМех» в пользу ООО «ПС-81» 1 611 779 руб. 90 коп. неосновательного обогащения, 6 000 руб. 00 коп. неустойки, 95 733 руб. 77 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, 31 235 руб. 00 коп. расходов по уплате государственной пошлине, 24 225 руб. 10 коп. судебных издержек по оплате юридических услуг представителя.

Судебным приставом-исполнителем Подольского РОСП УФССП России по Московской области было возбуждено исполнительное производство № 54801/19/50032-ИП.

На дату обращения в суд с настоящим заявлением требования исполнительного документа не исполнены.

Поскольку у Должника имелись признаки банкротства, предусмотренные статьей 3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - «Закон о банкротстве»), ООО «ПС-81» 27.12.2019 обратилось в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании ООО «ПодольскГидроМех» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Московской области от 05.03.2020 по делу № А41-111211/19 производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «ПодольскГидроМех» прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

С момента создания ООО «ПодольскГидроМех» (дата создания 12.08.2015) и до настоящего времени контролирующими лицами Общества являлись:

1. ФИО3 - директор Общества с 01.10.2019 по настоящеевремя.

2. ФИО2 - директор Общества с 12.08.2015 по01.10.2019 и участник Общества (размер доли 100 %) с 12.08.2015 по 26.09.2019.

Соответственно, на момент заключения Договора и образования задолженности перед ООО «ПС-81» директором и участником (размер доли 100%) ООО «ПодольскГидроМех» являлся ФИО2 (далее по тексту - «ответчик 1»).

У ООО «ПС-81» имеются объективные основания полагать, что в действиях (бездействии), которые привели к неспособности ООО «ПодольскГидроМех» погасить кредиторскую задолженность перед кредитором, виновно лицо, руководившие деятельностью ООО «ПодольскГидроМех», а именно: директор и участник ООО «ПодольскГидроМех» -ФИО2, а также номинального директора ФИО3

Посчитав, что его права и законные интересы нарушены, истец обратился с настоящим иском в суд.

В соответствии со ст. 309 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ), обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Согласно п. 1 ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации, другими законами или иными правовыми актами.

В силу пункта 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 названного Закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о 8 наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 Закона о банкротстве, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

При этом согласно пункту 2 названной статьи заявление, поданное в соответствии с пунктом 1, рассматривается арбитражным судом, рассматривавшим дело о банкротстве.

При рассмотрении заявления применяются правила пункта 2 статьи 61.15, пунктов 4 и 5 статьи 61.16 Закона о банкротстве.

Субсидиарная ответственность контролирующего лица, предусмотренная пунктом 1 статьи 61.11 действующей редакции Закона о банкротстве (пунктом 4 статьи 10 прежней редакции Закона), по своей сути является ответственностью данного лица по собственному обязательству - обязательству из причинения вреда имущественным правам кредиторов, возникшего в результате неправомерных действий (бездействия) контролирующего лица, выходящих за пределы обычного делового риска, которые явились необходимой причиной банкротства должника и привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов (обесцениванию их обязательственных прав). Правовым основанием иска о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности выступают, помимо прочего, правила о деликте, в том числе закрепленные в статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Соответствующий подход сформулирован в пунктах 2, 6, 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление N 53).(Определение ВС РФ от 10 июня 2021 г. N 307-ЭС21-29).

Как разъяснено в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой 9 причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Аналогичный правовой подход содержится в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2020 N 304-ЭС19-25557(3) по делу N А46-10739/2017.

В соответствии с положениями гражданского и банкротного законодательства (как в настоящей редакции, так и действующей ранее) контролирующие должника лица (то есть лица, которые имеют право давать должнику обязательные для исполнения указания) могут быть привлечены к субсидиарной ответственности, если их виновное поведение привело к невозможности погашения задолженности перед кредиторами должника.

Согласно пункту 56 Постановления от 21.12.2017 N 53 по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ).

Ответчики являются контролирующими лицами Должника.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц. результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации. создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Согласно пункту 20 Постановления Пленума при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

По мнению истца, в действиях контролирующих лиц ООО «ПодольскГидроМех», имеются следующие основания привлечения к субсидиарной ответственности.

Истец полагает, что в действиях ответчика 1 имеется факт вывода активов должника, исключившие в дальнейшем исполнение судебного акта.

При рассмотрении настоящего дела, судом установлено следующее.

Из представленных в материалы дела пояснений истца и доказательств следует, что действия ФИО2 окончательно утратили возможность исполнения решения Арбитражного суда Московской области от 24.09.2018 по делу № А41-42784/2018, а именно перечисление денежных средств в пользу третьих лиц и прямой вывод через корпоративную карту денежных средств: С даты заключения Договора (24.04.2017) по дату возникновения задолженности (10.04.2018) у Должника с расчетного счета № <***> открытого в ПАО «Банк ВТБ» ООО «ПодольскГидроМех» были выведены активы в виде денежных средств. Решение Арбитражного суда Московской области от 24.09.2018 по делу № А41-42784/2018 вступило в законную силу 10.12.2018.

Последняя операция по счетам была осуществлена Должником 29.12.2018.

Расчетный счет Должника в ПАО Банк ВТБ закрыт 29.12.2018.

Согласно последнему списанию от 10.01.2019 со счета была принудительно (на основании исполнительного листа) списана в счет долга ООО «ПС-81» сумма в размере 72 руб. 83 коп. («оплата и/п сост на осн И/л серии ФС 021288831 выд 27/12/18 по делу № А41-42784/18 вх. 409186 от 28/12/18. Без НДС. Арбитражный суд МО Сумма плат.док. 1768973.77»),

По расчетному счету № <***> открытого в ПАО «Банк ВТБ», все денежные средства, которые поступили на корпоративную карту 4277260966274233 были обналичены (выведены из Общества) в полном объеме.

С начала 2019 года хозяйственная деятельность Должника не велась.

При этом, полный анализ выписки расчетного счета Должника позволяет прийти к выводу о наличии у Должника денежных средств для погашения кредиторской задолженности перед ООО «ПС-81», от которого Должник уклонился (в том числе посредством поступления от контрагентов выручки).

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что контролирующим лицом (ФИО2.) были намерено выведены активы путем совершения заключения сделок, направленных на ухудшение финансового положения, также был осуществлён прямой вывод денежных средств путем перечисления на корпоративную карты денежных средств (с пометкой в назначении платежа - «на хоз.нужды»), при том, что деятельность Общества не велась.

Полученные денежные средства от деятельности не были направлены на погашение задолженности перед истцом.

Так, сделки с ООО «Ритейл Интернешнл» (ИНН <***>), ООО «ВестГрупп» (ИНН <***>), нереальные, не направлены на реальное исполнение, экономически несостоятельны, направлены на фиктивный документооборот, вывод активов в виде денежных средств.

ООО «Ритейл Интернешнл» и ООО «ВестГрупп» являются фирмами-однодневками.

Так, основным видом деятельности ООО «Ритейл Интернешнл» является «Деятельность в области права (69.10).

В назначении платежа в ООО «Ритейл Интернешнл» Должником указано: «Оплата по счету №12267 от 23.04.2018г. согласно договору аренды № 18/04/12/04 от 09.04.2018г. НДС не облагается», что не является услугами в области права.

Соответственно, Должник не мог быть в реальных гражданско-правовых отношениях с ООО«Ритейл Интернешнл» и оплачивать те или иные услуги.

Также из отчетности следует, что за 2018 ООО «Ритейл Интернешнл» отразило в балансе и финансовых результатах нулевые значения (баланс представлен в материалы дела).

ООО «ВестГрупп» (ИНН <***>) также не могло оказать реальные услуги Должнику, при том обстоятельстве, что является фирмой-однодневной (отчётность не сдавалась с 2017 года, ООО «ВестГрупп» ликвидировано по решению налоговой 01.08.2019, как недействующее юридическое лицо).

Материалы дела доказательств, подтверждающих реальность хозяйственных отношений между Должником и ООО «Ритейл Интернешнл», а также ООО «ВестГрупп», не содержат.

Более того, представление займов аффилированному лицу ИП ФИО2 (ИНН <***>) является сделками, которые существенно ухудшили финансовое положение должника, и также расценивается как прямой вывод активов.

Суд, также обращает внимание на то, обстоятельство, что прямое аффилированное лицо ООО «Подольскавтотранс» (ИНН <***>), дата создания 12.07.2007, где директором и единственным учредителем является ФИО2, с 2017 года представляло процентные займы Должнику, чем искусственно создавало экономическую состоятельность Должника.

Так, с начала 2018 года до даты истечения срока на подачу заявления о несостоятельности (банкротстве) (10.08.2018) ООО «Подольскавтотранс» предоставило в займ Должнику 1297 000 руб. 00 коп. (возращено 100 000 руб.), соответственно на дату истечения срока на подачу заявления о несостоятельности (банкротстве) у Должника уже имелась задолженность в размере 1 197 000 руб. 00 коп. (что является основанием привлечения к субсидиарной ответственности за несвоевременную подачу заявления о банкротстве, согласно статье 61.12. Закона о банкротстве).

Также, ФИО2 является директором и единственным учредителем ООО «Камеон» (ИНН <***>), дата создания 01.07.2019.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266) статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Закон № 266 рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

В то же время, основания для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01.07.2017, в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку Закон № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

Аналогичные разъяснения даны в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», согласно которым положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ (в частности, статьи 10) о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ.

Нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта).

Таким образом, Президиум ВАС РФ разъяснил, что материальные нормы Закона о банкротстве, устанавливающие основания и условия привлечения лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в той или иной редакции связаны с моментом совершения действий (бездействий), являющихся основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, и не связаны с датой возбуждения производства по делу о банкротстве или датой введения процедуры банкротства (Определение ВС РФ от 06.08.2018 по делу № 308-ЭС17-6757 (2, 3)).

Применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время статьи 61.11, 61.12 Закона о банкротстве) в части норм материального права зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности, а не от того, когда было подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности. Нормы процессуального права подлежат применению в редакции, действующей на дату обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

В рассматриваемом случае истец связывает возникновение оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ответчиков с действиями по выводу активов должника (ответчик 1), а также в связи с не сдачей бухгалтерской документации (ответчик 2).

Учитывая период совершения действия по перечислению денежных средств, подлежат применению к спорным правоотношениям нормы материального права. действовавшие в этот период времени, то есть как положения статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то есть редакции за период с 29.12.2014 № 51 по 03.07.2016 № 64). так и положения статьи 61.11 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ)».

В силу абзаца третьего пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в том числе в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда. При установлении вины контролирующих должника лиц (органа управления и акционеров должника) необходимо подтверждение фактов их недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной связи между указанными действиями и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении вопросов, связанных с ответственностью учредителя (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

На основании изложенного, суд полагает, что учетом всех фактических обстоятельств, доказательств совершения сделок Обществом, направленных на вывод активов, действия (бездействия) контролирующего лица, по смыслу абзаца 4 пункта 4 статьи 10, статьи 61.11. Закона о банкротстве, учитывая разъяснения, содержащиеся в пункте 17 Постановления от 21.12.2017 № 53, ФИО2 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по указанному основанию и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника.

В части оснований привлечения к субсидиарной ответственности согласно подпунктов 2, 4, 5 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

ФИО3 к моменту вынесения определения о введении наблюдения по делу № А40-274480/2019 не было представлено документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, что существенно затруднило проведение процедуру банкротства, а именно:

истец был лишен возможности оценить финансовое положение Должника, а в случае наличия имущества (согласно Акту приема-передачи основных средств от 30.09.2019 Обществу ФИО2. передал имущество в виде земснаряда общей стоимостью 3 028 567 руб. 00 коп.), дебиторской задолженности (за 2018 год 2 236 000 руб.), иных активов, смог бы реализовать право на финансирование процедуры банкротства за счет имущества Должника, что и предусмотрено Законом о банкротстве;

Истец был лишен возможности выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы или возможности финансировать процедуру банкротства;

ФИО3 не исполнена обязанность по обеспечению сохранности документации (бухгалтерская отчетность за 2019, 2020 год не сдавалась в налоговый орган, отчетность за 2017, 2018, 2019 скрыта к моменту рассмотрения заявления о банкротстве Общества).

Недостоверность юридического адреса, которая повлекла невозможность принудительного исполнения судебного акта, принят исполнительный лист к принудительному исполнению, возбуждено исполнительное производство.

27.12.2019 исполнительное производство завершено на основании невозможности установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в банках или иных кредитных организациях (229-ФЗ статья 46 п. 1 п.п. 3).

14.02.2020 внесена недостоверность сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ (в части недостоверности юридического адреса).

21.12.2020 ООО «ПодольскГидроМех» ликвидировано и исключено из ЕГРЮЛ.

Согласно пп. 5 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из перечисленных в указанном пункте обстоятельств, в частности на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов.

В соответствии с пунктом 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» согласно взаимосвязанным положениям подпункта 5 пункта 2, пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве в ходе рассмотрения вопроса о применении презумпции, касающейся невнесения информации в единый государственный реестр юридических лиц или единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц (либо внесения в эти реестры недостоверной информации), заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие соответствующей информации (либо наличие в реестре недостоверной информации) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что выявленные недостатки не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства.

Акт приема-передачи документов от 30.09.2019 не содержит доказательств передачи ФИО2. ФИО4. Договора аренды помещения по которому находится юридическое лицо (142103, Московская область, Подольск, ул. Бронницкая, д. 11).

Материалами дела подтверждено, что невозможность погашения требования ООО «ПодольскГидроМех» связано с невозможностью установления местонахождения должника, его имущества, что вызвано недостоверностью внесения в ЕГРЮЛ недостоверных сведений.

Вышеизложенная позиция о нарушении толкования норм права и применения закона, подлежащего применению находит свое отражение в сформировавшейся судебной практике, где непредставление, искажение документов бухгалтерского учета и (или) отчетности при рассмотрении обоснованности заявления о банкротстве и прекращении процедуры банкротства в связи с отсутствием финансирования, является основанием для привлечения у субсидиарной ответственности (подпункты 2, 4, 5 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Суд, также полагает, что ФИО3 отвечает всем признакам номинального руководителя по причине того, что после вступления в должность, им не было предпринято абсолютно никаких мер по ведению хозяйственной деятельности ООО «ПодольскГидроМех» (нет движений по расчетным счетам, отчетность не сдавалась, деятельность не велась, юридический адрес не подтвержден, внесена недостоверность адреса).

Согласно Письму ФНС России от 29.03.2019 N ГД-4-14/5722@ признаками номинального участника либо руководителя юридического лица являются: отсутствие постоянного места работы и (или) незначительный уровень дохода; низкий уровень образования; проживание в регионе, отличном от места регистрации юридического лица;

возраст не более 25 - 30 лет;

участие в качестве руководителя или участника нескольких компаний, в отношении которых в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности содержащихся в данном реестре сведений.

Одновременно со вступлением в должность директора Должника ФИО3 стал контролирующим лицом следующих фирм, которые находятся в процессе ликвидации, что подтверждает его номинальность:

1) ООО «ПТК-Уралнефть», ИНН <***>

Юридический адрес: 614065, <...>

Начало полномочий: 18.09.2019

Полномочия: директор

Недостоверность юр. адреса: 28 10.2019

Отчетность: не сдается с 2019 года.

Состояние: находится в процессе ликвидации (11 мая 2021 г. регистрирующим органом принято решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (наличие в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности)

2)ООО «Докклин», ИНН <***>

Юридический адрес:

141402, <...>, эт/пом/ком 1/11/3 Начало полномочий; 23,08.2019 Полномочия: генеральный директор Отчетность: не сдается с 2018 года. Недостоверность участника: 11.11.2020

Состояние: находится в процессе ликвидации (24 февраля 2021 г. принято решение о предстоящем исключении недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ).

3)ООО «Дримклин», ИНН <***>

Юридический адрес: 141402, <...>. Космодемьянской улица, строение 2а, пом/ком 108/1

Начало полномочий: 23.08.2019

Полномочия: генеральный директор

Отчетность: не сдается с 2019 года.

Недостоверность участника. 11.11.2020

Состояние: находится в процессе ликвидации (24 мая 2021 г. регистрирующим органом принято решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (наличие в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности)

Лицо, формально входящее в состав органов юридического лица, не осуществлявшее фактическое управление (номинальный директор), например, полностью передоверившее управление другому лицу на основании доверенности либо принимавшее ключевые решения по указанию третьего лица (фактического директора), не утрачивает статус контролирующего, поскольку такое поведение не означает потерю возможности оказания личного влияния на должника и не освобождает номинального директора от осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителя, а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Согласно абз. 5 и 6 п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 в случае уменьшения размера субсидиарной ответственности номинального руководителя фактический руководитель несет субсидиарную ответственность в полном объеме. В той части, в которой ответственность номинального руководителя не была уменьшена, он отвечает солидарно с фактическим руководителем (п. 1 ст. 1064, абзац первый ст. 1080 ГК РФ). Приведенные разъяснения об уменьшении размера субсидиарной ответственности номинального руководителя распространяются как на случаи привлечения к ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) должником заявления о собственном банкротстве, так и на случаи привлечения к ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов (п. 1 ст. 6 ГК РФ, п. 9 ст. 61.11 Закона о банкротстве).

Полное освобождение от субсидиарной ответственности номинального руководителя возможно только в случае привлечения к субсидиарной ответственности на основании ст. 61.11 Закона о банкротстве (за невозможность полного погашения требований кредиторов), при привлечении к субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника (ст. 61.12 Закона о банкротстве) подобная возможность не предусмотрена.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного повеления директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора.

В соответствии с пунктом 2 статьи 64.2 ГК РФ исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц влечет правовые последствия, предусмотренные Гражданским кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам (пункт 2 статьи 64.2 ГК РФ).

При этом исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 настоящего Кодекса (пункт 3 статьи 64.2 ГК РФ).

Субсидиарная ответственность является дополнительной к ответственности лица, являющегося основным должником; при предъявлении требований к субсидиарному поручителю, кредитор должен доказать факт обращения к должнику и его отказ от исполнения обязательства, а также невозможность бесспорного взыскания средств с основного должника. Заявителем был доказан факт обращения за погашением задолженности к основному должнику ООО "ПодольскГидроМех", доказательством является Решение Арбитражного суда Московской области от 24.09.2018 по делу № А41-42784/18.

Ссылка ответчика ФИО2 на то, что Договор № 01-03/17 от 24.04.2017г., в рамках которого с ООО "ПодольскГидроМех" решением суда была взыскана задолженность, расторгнут по инициативе ООО "ПодольскГидроМех", судом не принимается, поскольку направлена на переоценку вступившего в законную силу судебного акта. В решении суда по делу № А41-42784/18 установлено, что договор расторгнут по инициативе ООО "ПС-18". Встречные исковых требований не заявлялось.

Кроме того, в судебном заседании, ФИО2 указал, что общество осуществляло деятельность, денежные средства имелись, были многомилионные обороты (в районе 14 млн. руб.), однако не оплачивал задолженность перед ООО "ПС-18", ожидая решения суда по делу № А41-42784/18, с которым категорически не согласен.

В настоящем случае, кредитор привел достаточно серьезные доводы и представил существенные косвенные доказательства недобросовестного поведения контролирующих лиц должника, в том числе, ссылаясь на истребованные судом доказательства из банков, налогового органа.

Таким образом, доводы кредитора документально подтверждены, бремя их опровержения в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должно было перейти на ответчиков.

В соответствии с разъяснениями, данными в пунктах 1-4 Постановления Пленума ВАС РФ № 62 от 30.07.2013г. - лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д.) обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия.

Поскольку из представленного иска и доказательств, представленных в его обоснование, усматривается, что истец имеет негативные последствия именно в результате бездействия контролирующих лиц должника, то суд полагает, что довод истца о наличии у Общества неблагоприятных последствий – обоснован и подтвержден.

При обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

Таким образом, учитывая, что истец представил доказательства наличия убытков у Общества в заявленном размере, обосновал недобросовестность действий ответчиков (что не было опровергнуто), то суд, исходя из представленных в дело доказательств, усматривает причинно-следственную связь между возникновением указанных убытков и виновными действиями ответчиков, в связи с чем, приходит к выводу об удовлетворении иска в заявленном размере и взыскании убытков в размере 1 768 973 руб., 77 коп.

Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить.

Привлечь ФИО2, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "ПодольскГидроМех" перед ООО "ПС-18" на основании решения Арбитражного суда Московской области от 25.09.2018г. по делу № А41-42784/18.

Взыскать солидарно с ФИО2, ФИО3 в пользу ООО "ПС-18" (ИНН <***>, ОГРН <***>) задолженность в размере 1 768 973 руб., 77 коп., расходы по уплате государственной пошлины в размере 30 690 руб.

В соответствии с частью 1 статьи 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение может быть обжаловано в Десятый арбитражный апелляционный суд в течение месяца после принятия арбитражным судом первой инстанции обжалуемого решения.

Судья Е.А. Морозова