Решение от 31 марта 2025 г. по делу № А22-3035/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КАЛМЫКИЯ


Именем Российской Федерации
Р Е Ш Е Н И Е

г. Элиста

01 апреля 2025 года Дело № А22–3035/2024

Резолютивная часть решения объявлена 18 марта 2025 года.

Арбитражный суд Республики Калмыкия в составе судьи Шептырёвой Л.Г., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Болдыревой А.Н., рассмотрев в судебном заседании, проведенном с использованием системы веб- конференции информационной системы Картотека арбитражных дел (онлайн-заседание), материалы дела по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «ГААП Холдинг» (ОГРН <***>, ИНН <***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав в размере 100 000 руб. 00 коп.,

при участии в судебном заседании:

от истца – представителя ФИО2 по доверенности от 29.03.2023, с использованием личных устройств доступа к видеоконференцсвязи,

от ответчика – представителя ФИО3 по доверенности от 03.10.2024, с использованием личных устройств доступа к видеоконференцсвязи,

в судебном заседании в порядке ст. 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации был объявлен перерыв с 17.03.2025 до 14 час. 55 мин. 18.03.2025,

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «ГААП Холдинг» (далее - истец) обратился в арбитражный суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик) о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак по свидетельству № 1169091 в размере 100 000 руб., а также расходов по уплате государственной пошлины в размере 4 000 руб.

Определением суда от 21.01.2025 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен индивидуальный предприниматель ФИО4.

В судебном заседании представитель истца поддержал исковые требования в полном объеме, просил их удовлетворить.

Представитель ответчика просил отказать в удовлетворении исковых требований по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление.

Третье лицо ИП ФИО4, надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, ходатайств не заявил, отзыв в материалы дела не представил.

При таких обстоятельствах арбитражный суд, руководствуясь статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), полагает возможным рассмотрение дела в отсутствие третьего лица по имеющимся в деле доказательствам.

Как установлено материалами дела, ООО "ГААП ХОЛДИНГ" является обладателем права использования на условиях исключительной лицензии международного товарного знака № 1169091 на основе лицензионного договора № IT/11754435/00002LA, что подтверждается свидетельством на данный товарный знак и лицензионным договором.

29.02.2024 на интернет-сайте Wildberries.ru был обнаружен факт неправомерного использования вышеуказанного объекта интеллектуальной собственности посредством размещения изображения, а также продажи и предложения к продаже товаров (косметически средства).

Данный факт подтверждается заверенными скриншотами осмотра страниц сайта сети интернет от 29.02.2024.

На интернет-сайте Wildberries.ru указаны реквизиты ответчика, а именно: ИП ФИО1 (ОГРНИП <***>), что позволяет сделать вывод о том, что деятельность на указанном интернет-сайте ведется от имени ответчика.

Ответчиком были нарушены исключительные права на международный товарный знак по свидетельству:1169091.

Истец указывает, что на приобретенном товаре размещены изображения, сходные до степени смешения с товарными знаками истца.

Обращаясь с иском в суд, истец отметил, что не давал своего разрешения ответчику на использование принадлежащих ему авторских прав; товар, реализованный ответчиком, не вводился в гражданский оборот истцом и (или) третьими лицами с согласия истца.

Предложением к продаже и реализацией товара ответчик нарушил права истца.

Считая, что действиями ответчика по продаже контрафактного товара нарушены исключительные права истца на объекты интеллектуальных прав, истец направил в адрес ответчика претензию с требованием добровольно возместить причинный ущерб в виде компенсации по факту нарушения исключительных прав.

Поскольку ответчик требования претензии не исполнил, истец обратился в суд с настоящим иском.

Пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если названным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными тем же Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается указанным Кодексом.

Согласно части 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

В качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации (статья 1482 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 этой статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 названной статьи исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.

Как следует из положений пункта 3 статьи 1484 ГК РФ, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

По смыслу пункта 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 № 482, обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. Таким образом, при сопоставлении обозначения и товарного знака основное правило заключается в том, что вывод делается на основе восприятия не отдельных элементов, а общего впечатления от товарного знака и противопоставляемого обозначения. Пунктом 43 Правил установлено, что сходство изобразительных обозначений определяется на основании следующих признаков: внешняя форма; наличие или отсутствие симметрии; смысловое значение; вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и так далее); сочетание цветов и тонов. Перечисленные признаки могут учитываться как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Сравниваемые обозначения, предложенные к продаже у ответчика, и товарные знаки истца содержат визуальное и графическое сходство, сходство внешней формы, одинаковое смысловое значение, словесное обозначение совпадает с зарегистрированным товарным знаком истца. Незначительное расхождение в деталях изображений не препятствуют восприятию у обычного потребителя данных изображений как изображений товарных знаков, принадлежащих истцу.

С учетом изложенного, а также исходя из положений, закрепленных в пункте 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности", согласно которым вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы, суд, основываясь на осуществленном им сравнении обозначений и изображений на товаре, и товарными знаками истца, приходит к выводу о том, что они являются сходными до степени смешения с товарными знаками истца в глазах потребителя ввиду наличия достаточного количества совпадающих признаков.

Как следует из определения Верховного Суда Российской Федерации от 13.09.2016 № 305-ЭС16-7224, вопросы о наличии у истца исключительного права и нарушении ответчиком этого исключительного права являются вопросами факта, которые устанавливаются судами первой и апелляционной инстанций в пределах полномочий, предоставленных им Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, на основании исследования и оценки представленных сторонами в обоснование своих требований и возражений доказательств.

Наличие у истца исключительных прав на спорный товарный знак подтверждается представленными в материалы дела доказательствами.

Согласно Информационной справке, утвержденной Постановлением президиума Суда по интеллектуальным правам от 14.09.2017 г. № СП-23/24, сеть «Интернет» представляет собой совокупность веб-сайтов, каждый из которых является единым целым логично объединенных страниц, включающих рекламно-информационные ресурсы, связанные общей идеей и/или дизайном.

Сайт может содержать документы в формате HTML (форматированный текст), графические файлы, аудио-, видео- и мультимедийные данные, а также программы, связанные между собой по смыслу и ссылочно. Для того чтобы информация, размещенная в сети «Интернет», могла приобрести статус процессуального доказательства, она представляется в материалы дела в какой-либо объективированной форме.

В соответствии с ч. 2 ст. 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) в качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы, письменные доказательства.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 г. № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которому допустимыми доказательствами являются в том числе сделанные и заверенные лицами, участвующими в деле, распечатки материалов, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети (скриншот), с указанием адреса интернет-страницы, с которой сделана распечатка, а также точного времени ее получения.

Суд приходит к выводу, что представленные заверенные истцом скриншоты страниц сети Интернет являются допустимым доказательством.

Согласно ч. 2 ст. 10 Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»: информация, распространяемая без использования средств массовой информации, должна включать в себя достоверные сведения о ее обладателе или об ином лице, распространяющем информацию, в форме и в объеме, которые достаточны для идентификации такого лица. Владелец сайта в сети «Интернет» обязан разместить на принадлежащем ему сайте информацию о своих наименовании, месте нахождения и адресе, адресе электронной почты для направления заявления, указанного в статье 15.7 указанного Федерального закона, а также вправе предусмотреть возможность направления этого заявления посредством заполнения электронной ФОРМЫ на сайте в сети «Интернет».

Совокупностью представленных истцом доказательств подтверждено, что ответчиком реализован товар, на котором изображен товарный знак истца по свидетельству № 1169091.

На интернет-сайте Wildberries.ru указаны реквизиты ответчика, а именно: ИП ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>).

В целях защиты своих законных интересов организация, являющаяся самостоятельным субъектом хозяйственной деятельности и несущая соответствующие риски, имеет право действовать не запрещенными законом способами так, чтобы добыть и зафиксировать информацию о событиях или действиях, которые нарушают названные исключительные права.

Размещение изображений на товаре, реализованном ответчиком, которое является сходными до степени смешения с товарным знаком по свидетельству № 1169091, образует нарушение исключительных прав истца.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик указал, что номенклатуры торговой марки Davines, указанные в претензиях и иске, были приобретены ИП ФИО1 у ООО «Джоли косметикс», которая в свою очередь приобрела их у ООО

«КайзерСозе». ООО «КайзерСозе» приобрело данную продукцию у ИП ФИО4 (Республика Беларусь), который официально ввез данные товары на территорию Республики Беларусь.

Ссылка ответчика на Приказ Минпромторга России от 21.07.2023 № 2701 "Об утверждении перечня товаров (групп товаров), в отношении которых не применяются положения статей 1252, 1254, пункта 5 статьи 1286.1, статей 1301, 1311, 1406.1, подпункта 1 статьи 1446, статей 1472, 1515 и 1537 Гражданского кодекса Российской Федерации при условии введения указанных товаров (групп товаров) в оборот за пределами территории Российской Федерации правообладателями (патентообладателями), а также с их согласия" не принимается во внимание.

В самом приказе, прямо указанно, что положения статей 1252, 1254, пункта 5 статьи 1286.1, статей 1301, 1311, 1406.1, подпункта 1 статьи 1446, статей 1472, 1515 и 1537 не распространяются на перечень товаров, в рамках данных перечней, перечислены товарные знаки, ввоз на территорию РФ которых разрешен без разрешения правообладателя или обладателя исключительных прав на товарный знак. В данном перечне, как правило, размещены товарные знаки компаний, которые официально заявили об уходе с рынка на территории РФ. Компания, правообладатель товарного знака «Davines», не уходила, с рынка на территории РФ, следовательно, в данном перечне отсутствует. Так же, стоит учитывать, что данное положение действительно, только при условии ввода, товара непосредственно правообладателем. Доказательства ввода товара непосредственно правообладателем ответчиком не предоставлено.

Судом установлено, что доводы ответчика в своей основе документально не подтверждены, в представленных ответчиком документах отсутствует информация о том, что передаются именно товары с маркировкой «Davines».

Ответчиком предоставлена Декларации соответствия, которая не позволяет установить, что была выдана именно в отношение товаров, которые реализует ответчик, в договоре предоставленном ответчиком отсутствуют ссылки на предоставленную Декларацию соответствия.

Ответчик, вводя в оборот товар на территории РФ, будучи специализированным субъектом, обязан был, убедиться в правомерности ввода в оборот товара, который реализовал и рекламировал.

Таким образом, доводы ответчика, указанные в отзыве, судом признаются не обоснованными, поскольку фактически сам отзыв не содержит основанных на законе и подтвержденных доказательствами доводов, опровергающих законность и обоснованность требований истца, и которые могли бы служить основанием для отказа в

удовлетворении иска, как и не содержит мотивированных возражений по существу заявленных требований, либо указаний на обстоятельства, имеющие существенное значение при вынесении решения по делу.

Сам факт введения в оборот товара содержащего товарный знак истца и изображения, на которые имеются у истца соответствующие права, квалифицируется как нарушение прав истца.

Оснований для сомнений в относимости и достоверности представленных истцом доказательств, суд не находит.

Таким образом, суд приходит к выводу о доказанности факта реализации ответчиком товара с изображением товарного знака истца.

На основании вышеуказанных норм материального и процессуального права действия ответчика по вводу в оборот товара с нанесением на него товарного знака, принадлежащего другому лицу без заключения лицензионного договора с истцом – являются нарушением исключительных прав истца на товарный знак, что подтверждается соответствующими скриншотами с маркетплейса WILDBERRIES.

При этом ответчик, вопреки положениям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также своему бремени доказывания, не представил в материалы дела надлежащих доказательств, свидетельствующих о законности использования товарного знака.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что действия ответчика по реализации спорного товара, является нарушением исключительных прав истца на товарный знак истца.

В соответствии со статьей 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Если иное не установлено настоящим кодексом, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 настоящего кодекса меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенные нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств (пункт 3 статьи 1250 Гражданского кодекса).

В случаях, предусмотренных настоящим кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при

нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права.

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причинённых ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учётом требований разумности и справедливости. Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации (пункт 3 статьи 1252 Гражданского кодекса).

В случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 настоящего кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения; в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель (статья 1301 Гражданского кодекса).

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как разъяснено в пункте 59 Пленум N 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах

1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются.

Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации.

Истец заявил требование о взыскании компенсации на основании подп. 1 п. 5 ст. 1515 ГК РФ в размере 100 000 руб.

Из пункта 61 Постановления N 10 следует, что заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

Разрешая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ.

Исходя из правовой позиции, изложенной в абзаце четвертом пункта 62 постановления N 10, размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности

нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Согласно части 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Следовательно, определение размера компенсации относится к компетенции судов, рассматривающих спор по существу.

Факт реализации спорного товара ответчиком не оспорен, осуществление реализации товаров маркированных изображениями, сходными с товарными знаками истца, ответчиком также не оспаривается.

Суд отмечает, что размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Отступление от требований справедливости, равенства и соразмерности при взыскании с индивидуального предпринимателя компенсации в пределах, установленных подпунктом 1 статьи 1301, подпунктом 1 статьи 1311 и подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ во взаимосвязи с абзацем третьим пункта 3 статьи 1252 данного Кодекса, за нарушение одним действием прав на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации может иметь место, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам даже с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (при том, что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Как указано в Постановлении Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 N 40-П, нельзя исключать, что при некоторых обстоятельствах размер ответственности, к которой привлекается нарушитель прав на объекты интеллектуальной собственности, в сопоставлении с совершенным им деянием может превысить допустимый с точки зрения

принципов равенства и справедливости предел и тем самым привести к нарушению статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

Истец, заявив требование из расчета 100 000 руб. 00 коп., указывает на причинение правообладателю имущественного ущерба в виде невыплаченного вознаграждения, положенного правообладателю, особенно это очевидно, учитывая широкую известность и распространенность товаров Davines.

При этом в настоящем деле суд рассматривает не вопрос снижения размера компенсации, а установления судом разумного и обоснованного размера компенсации

Применительно к настоящему делу суд учитывает, что компенсация, будучи мерой гражданско-правовой ответственности, имеет целью восстановить имущественное положение правообладателя, но при этом, отражая специфику объектов интеллектуальной собственности и особенности их воспроизведения, носит и штрафной характер.

Компенсация может быть больше (в умеренных пределах), чем цена, на которую правообладатель мог бы рассчитывать по договору о передаче права на использование объекта исключительных прав. Штрафной ее характер - наряду с возможными судебными расходами и репутационными издержками нарушителя - должен стимулировать к правомерному (договорному) использованию объектов интеллектуальной собственности и вместе с тем способствовать, как следует из Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 10 октября 2017 года N 2256-О, восстановлению нарушенных прав, а не обогащению правообладателя (Постановление Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 N 40-П).

Однако по настоящему делу, заявляя требование о взыскании компенсации в размере 100 000 руб. 00 коп., истец не представил суду обоснование суммы компенсации, доказательства того, что указанный размер компенсации направлен на восстановление имущественного положения истца в связи с допущенным нарушением ответчика.

Истец не сослался на иные обстоятельства, способные повлиять на размер взыскиваемой судом компенсации и подтвержденные доказательствами, в связи с чем, суд лишен возможности убедиться в соразмерности требуемого истцом размера компенсации последствиям реализации (предложения к продаже) ответчиком спорного товара.

Взыскание компенсации при таких условиях в заявленной сумме в полном объеме превращается в меру ответственности карательного характера.

Установление разумного и обоснованного размера компенсации - прерогатива суда (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2021), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 30.06.2021).

Суд, учитывая выше изложенное, а также руководствуясь принципами разумности и соразмерности, считает в данном случае обоснованным размер компенсации из расчета 30 000 руб. за нарушение исключительных прав на товарный знак.

При этом в настоящем деле, определив размер компенсации в сумме 30 000 руб. 00 коп., суд рассматривает не вопрос снижения размера компенсации, а установления судом разумного и обоснованного размера компенсации.

Истцом при подаче иска по чеку от 27.07.2024 уплачена государственная пошлина в размере 4 000 руб.

С учетом принятого решения на основании статьи 110 АПК РФ судебные расходы по оплате государственной пошлины относятся на стороны пропорционально удовлетворенным требованиям.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 110, 167, 168, 169, 170, 171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

исковые требования общества с ограниченной ответственностью «ГААП Холдинг» (ОГРН <***>, ИНН <***>)– удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «ГААП Холдинг» (ОГРН <***>, ИНН <***>) компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак № 1169091 в размере 30 000 руб. 00 коп.; а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 1 200 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать. После вступления решения в законную силу выдать исполнительный лист.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении одного месяца со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции (ч. 1 ст. 180 АПК РФ).

Решение может быть обжаловано в течение одного месяца после его принятия в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ, в Шестнадцатый Арбитражный апелляционный суд (г. Ессентуки) через Арбитражный суд Республики Калмыкия.

Если решение было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного

срока подачи апелляционной жалобы, решение может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судья Л.Г. Шептырёва