Решение от 12 февраля 2024 г. по делу № А50П-577/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПЕРМСКОГО КРАЯ

ПОСТОЯННОЕ СУДЕБНОЕ ПРИСУТСТВИЕ АРБИТРАЖНОГО СУДА ПЕРМСКОГО КРАЯ В г. КУДЫМКАРЕ

ул. Лихачева, дом 45, г. Кудымкар, Пермский край, 619000, www.perm.arbitr.ru


ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ



Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А50П-577/2023
12 февраля 2024 года
город Кудымкар



Резолютивная часть решения оглашена 08 февраля 2024 года.

В полном объеме решение изготовлено 12 февраля 2024 года.


Арбитражный суд Пермского края в составе судьи Поповой Ирины Дмитриевны, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по заявлению АЙ-ЭМ-СИ ТОЙЗ, АКЦИОНЕРНАЯ КОМПАНИЯ (IMC. TOYS, SOCIEDAD ANONIMA) (Испания, Барселона) к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ул. Ленина, д. 16, д. Зюкайка, Верещагинский район, Пермский край, 617110, ИНН: <***> ОГРН: <***>)

о взыскании 60 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав

при участии: не явились



УСТАНОВИЛ:

АЙ-ЭМ-СИ ТОЙЗ, АКЦИОНЕРНАЯ КОМПАНИЯ обратилась в арбитражный суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании 60 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав, в том числе компенсацию за незаконное использования исключительных прав на произведения изобразительного искусства - изображения Кони (CONEY), Леди (LADY), Лала (LALA), Леа (LEA), Нала (NALA) в размере 10 000 руб. за каждое, и компенсацию за нарушение прав на товарный знак № 727417 в размере 10000 руб., а также судебных расходов в размере 3382,50 руб. (с учетом принятых судом уточненных исковых требований).

Требования истца основаны на статьях 1225, 1226, 1229, 1252, 1259, 1301, 1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и заявлены в связи с продажей ответчиком контрафактного товара.

Ответчиком отзыв не представлен, представители сторон в судебное заседание не явились.

Как следует из материалов дела, и установлено судом первой инстанции, истец является обладателем исключительных прав на товарный знак № 727417 («CRY Babies»), что подтверждается свидетельством на товарный знак № 727417 (зарегистрирован в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 11.09.2019, дата приоритета 17.01.2019, срок действия до 17.01.2029).

Товарный знак № 727417 зарегистрирован в отношении товаров, указанных в 28 классе Международной Классификации Товаров и Услуг (МКТУ).

Также истцу принадлежат исключительные права на следующие объекты авторского права - произведения изобразительного искусства: изображения «Кони» (CONEY), «Леди» (LADY), «Лала» (LALA), «Леа» (LEA), «Нала» (NALA).

Согласно Гарантии авторских прав вышеуказанные произведения созданы Майсан Джулия Маджур и ФИО3 Эдет во время работы в компании IMC Toys, S.A., при этом все исключительные права переданы в полном объеме компании IMC Toys, S.A. с даты создания 24.07.2017.

Экземпляр указанных произведений прошел регистрацию и депонирование, в результате чего было выдано свидетельство о депонировании произведений, зарегистрированное в базе данных (реестре) Российского авторского общества КОПИРУС № 019-008599 от 20.08.2019 с указанием в качестве правообладателя данных произведений - IMC. TOYS, S.A. Изображения произведений приведены в альбоме депонируемых произведений, а также в Гарантии авторских прав.

05.12.2022 в торговой точке, расположенной вблизи адреса <...>, ответчик реализовал товар - кукла «Cry Babies» по цене 265 руб.

Факт продажи товара подтверждаются товаром (осмотрен в судебном заседании), кассовым чеком, содержащим наименование ответчика, адрес отдела, видеозаписью закупки товара от 05.12.2022 (приобщена к материалам дела).

Обращаясь с настоящим иском, истец указал, что не передавал ответчику права на использование указанных выше товарных знаков и рисунков, в связи с чем, действия ответчика нарушают исключительные права истца на средство индивидуализации товара и на результат интеллектуальной деятельности.

Исследовав материалы дела, суд пришел к следующему.

Согласно подпунктам 1 и 14 пункта 1 статьи 1225 ГК РФ результатами интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в числе прочих, произведения искусства и товарные знаки.

В силу пункта 1 статьи 1259 ГК РФ к объектам авторских прав отнесены, в частности, произведения изобразительного искусства.

Исходя из изложенного, товарный знак N 727417 ("CRY Babies"), а также изображения произведений изобразительного искусства "Lady" (Леди), "Lala" (Лала), "Lea" (Леа), "Nala" (Нала), "Coney" (Кони), права на которые принадлежат Компании, подлежат правовой охране.

Согласно пункту 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.

Как указано в пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 (далее - Обзор), при выявлении сходства до степени смешения обозначений учитывается общее впечатление, которое они производят в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

В соответствии с правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2006 № 2979/06, угроза смешения имеет место, если один товарный знак воспринимается за другой или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же товарном знаке, но полагает, что оба товарных знака принадлежат одному и тому же предприятию.

Согласно правовым позициям, изложенным в постановлениях Президиума ВАС РФ от 18.07.2006 N 2979/06, от 17.04.2012 № 16577/11, в пункте 37 Обзора вывод о сходстве до степени смешения обозначений делается на основе восприятия не отдельных элементов, а общего впечатления, которое производят это обозначение и товарный знак в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

В соответствии с пунктом 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков (утверждены Приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 № 482) обозначение считается тождественным с другим обозначением, если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Сопоставив с точки зрения графического и визуального сходства товарный знак № 727417 ("CRY Babies") и изображение, нанесенное на приобретенный у ответчика товар, суд приходит к выводу об их тождестве. Помимо этого суд признает, что на товаре имеются изображения произведений изобразительного искусства "Lady" (Леди), "Lala" (Лала), "Lea" (Леа), "Nala" (Нала), "Coney" (Кони).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 2 Информационного письма № 122, а также в силу положений статьи 494 ГК РФ использованием исключительных прав является предложение к продаже (продажа) товара, совершенное лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность по продаже товаров в розницу.

Факт продажи ответчиком товара, содержащего изображение, тождественное товарному знаку истца, и изображений произведений изобразительного искусств, права на которые защищаются Компанией в рамках рассматриваемого иска, подтверждается представленным набором игрушек в полиграфической упаковке, а также надписью «Cry Babies» (обозрены судом);. эквайринговым чеком, с указанием наименования ответчика, а также названия магазина и его адреса, выданным на сумму 265 руб.

Кроме того, истцом на основании ст. 12, 14 ГК РФ и п. 2 ст. 64 АПК РФ была произведена видеосъёмка приобретенного товара, которая также подтверждает предложение к продаже, заключение договора розничной купли-продажи, следовательно подтверждает, что представленный товар был приобретен по представленному чеку у ответчика.

Учитывая представленные доказательства, основания для сомнения в том, что спорный товар приобретен у ответчика в указанное время и в доказательство представлен именно спорный чек, отсутствуют. Иное в порядке ст. 65 АПК РФ не доказано и из материалов дела не следует.

При таких обстоятельствах, учитывая отсутствие у ответчика прав на использование поименованных в исковом заявлении товарного знака и произведения изобразительного искусства, суд пришел к выводу о нарушении предпринимателем исключительных прав истца на указанные объекты интеллектуальной собственности.

В соответствии со статьей 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом. Использование средства индивидуализации, если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1240 ГК РФ лицо, организовавшее создание сложного объекта, включающего несколько охраняемых результатов интеллектуальной деятельности (в том числе аудиовизуального произведения), приобретает право использования указанных результатов на основании договоров об отчуждении исключительного права или лицензионных договоров, заключаемых таким лицом с обладателями исключительных прав на соответствующие результаты интеллектуальной деятельности.

В случае, когда лицо, организовавшее создание сложного объекта, приобретает право использования результата интеллектуальной деятельности, специально созданного или создаваемого для включения в такой сложный объект, соответствующий договор считается договором об отчуждении исключительного права, если иное не предусмотрено соглашением сторон.

Пунктом 1 статьи 1270 ГК РФ установлено, что автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи.

Согласно статье 1484 ГК РФ, лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ предусмотрено, что в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права.

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения.

При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом.

Согласно статье 1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения; 3) в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель товарного знака вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака (пункт 4 статьи 1515 ГК РФ).

В рассматриваемом деле истец при расчете предъявленной к взысканию компенсации применил способ, предусмотренный подпунктом 1 статьи 1301 ГК РФ и подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, в связи с чем, предъявил к взысканию 60 000 рублей компенсации (по 10 000 рублей за каждый из 6 защищаемых объектов интеллектуальной собственности).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10), компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Абзацем третьим пункта 3 статьи 1250 ГК РФ определено, что, если иное не установлено ГК РФ, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Оснований для вывода о злоупотреблении истцом своими правами не имеется.

Так, в силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Как отмечено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", положения ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Пунктом 3 статьи 1 ГК РФ предусмотрено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В соответствии с пунктом 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

По смыслу приведенных норм, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей). При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

Доказательств, очевидно свидетельствующих о злоупотреблении правом со стороны истца, в материалы дела не представлено.

Само по себе обращение истца, как правообладателя, за защитой исключительного права не является злоупотреблением права, тогда как вывод ответчика о недобросовестности истца не является обстоятельством, освобождающим от гражданско-правовой ответственности, учитывая доказанность нарушения исключительных прав истца.

Заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере (пункт 61 Постановления N 10).

Таким образом, учитывая, что истцом заявлено требование о взыскании с ответчика компенсации в минимальном размере, обоснования размера взыскиваемой суммы не требуется.

В пункте 62 Постановления N 10 разъяснено что, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд по общему правилу определяет ее размер в пределах, установленных ГК РФ (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации, исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

При снижении размера заявленной компенсации суду необходимо учитывать разъяснения Постановления Конституционного Суда РФ N 28-П от 13.12.2016 (далее - Постановление N 28-П) и нормы статьи 1252 ГК РФ.

Согласно Постановлению N 28-П снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного законом, возможно лишь по заявлению ответчика и при соблюдении ряда условий (правонарушение совершено впервые; убытки поддаются исчислению; использование результата интеллектуальной деятельности не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер).

Ответчик, являясь индивидуальным предпринимателем, зная о противозаконности торговли контрафактной продукцией, мог получить информацию о характере (происхождении) спорного товара, а также приобрести на реализацию лицензионную продукцию. Проверка происхождения товара является такой же обязанностью поставщика (продавца) как профессионального хозяйствующего субъекта, как и проверка качества продукции, которую он реализует. Действия по хранению, предложению к продаже и самой продаже спорного товара, признанного судом контрафактным с учетом установленных обстоятельств спора, являются нарушением исключительных прав истца, незаконным использованием принадлежащих истцу результатов интеллектуальной деятельности.

Заявленная компенсация является обоснованной в силу следующих обстоятельств: наличие в розничных магазинах контрафактных товаров по демпинговым ценам ведет к расторжению действующих лицензионных контрактов и невозможности поиска правообладателем новых партнеров; потребители вводятся в заблуждение относительно спорной продукции, поскольку данная продукция произведена не правообладателем, не лицензиатами правообладателя и введена в гражданский оборот неправомерно; правообладатель теряет прибыль, поскольку рынок насыщается неправомерно введенной в гражданский оборот продукцией, приобретая которую, потребители, таким образом, отказываются от приобретения продукции, правомерно изготовленной лицензиатами правообладателя либо непосредственно правообладателем.

Предпринимателем не представлены в суд доказательства, которые бы с очевидностью свидетельствовали о несоразмерности суммы компенсации, заявленной истцом.

Обстоятельства дела не свидетельствуют о том, что заявленная истцом сумма компенсации в размере 60 000 рублей (по 10 000 рублей за каждое нарушение исключительных прав) является явно неразумной и несправедливой, а также что уплата данной суммы объективно невозможна или затруднительна для ответчика, в том числе исходя из его материального положения.

При этом минимальный размер компенсации исчисляется из расчета 10 000 рублей за каждый факт нарушения.

С учетом представленных в материалы дела доказательств, исходя из принципов разумности, справедливости, соразмерности компенсации последствиям допущенных ответчиком нарушений, учитывая характер допущенного правонарушения, вероятные убытки правообладателя, принимая во внимание степень известности товарного знака и изображения, суд приходит к выводу о разумности и обоснованности заявленного истцом размера компенсации в размере 10 000 рублей за каждое нарушение.

Истцом заявлено о взыскании судебных издержек в виде расходов по восстановлению нарушенного права в размере стоимости приобретенного товара 265 руб. 00 коп., почтовых расходов 481 руб. 50 коп., стоимость носителей, направленных ответчику и суду 36 руб. 00 коп., стоимость выписки из ЕГРИП 200 руб. Эти расходы относятся к настоящему делу и также подлежат взысканию с ответчика в пользу истца в сумме 982 руб. 50 коп. Всего с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы, в том числа по оплате государственной пошлины, в сумме 3382,50 коп.

Факт несения указанных расходов подтвержден материалами дела.

Таким образом, понесенные истцом расходы являются обоснованными и полностью подтверждаются материалами дела.

При оглашении резолютивной части решения судом допущена арифметическая ошибка при исчислении судебных издержек, подлежащих возмещению, подлежащая исправлению в порядке ст. 179 АПК РФ при изготовлении решения в полном объеме.

Руководствуясь ст. ст. 110, 167 - 170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Пермского края



Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ул. Ленина, д. 16, д. Зюкайка, Верещагинский район, Пермский край, 617110, ИНН: <***> ОГРН: <***>) в пользу АЙ-ЭМ-СИ ТОЙЗ, АКЦИОНЕРНАЯ КОМПАНИЯ (IMC. TOYS, SOCIEDAD ANONIMA) (Испания, Барселона) компенсацию за незаконное использование исключительных прав на произведения изобразительного искусства «Кони», «Леди», «Лала», «Леа», «Нала», и за незаконное использование исключительных прав на товарный знак № 727417 по 10 000 (Десять тысяч) рублей за каждое нарушение, судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 2400 рублей, 982,50 рублей в счет возмещения судебных издержек, всего 63382,50 рублей.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме), через арбитражный суд, принявший решение.


Судья: И.Д. Попова