Постановление от 16 июня 2023 г. по делу № А41-38870/2022

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

16.06.2023 Дело № А41-38870/2022


Резолютивная часть постановления объявлена 08.06.2023

Полный текст постановления изготовлен 16.06.2023


Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего судьи Шевченко Е.Е.,

судей Ананьиной Е.А., Петропавловской Ю.С.,

при участии в заседании:

от заявителя по делу – Дальневосточного межрегионального управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования – ФИО1 (представителя по доверенности от 19.09.2022),

от общества с ограниченной ответственностью «Инто» – ФИО2 (представителя по доверенности от 27.06.2022),

от закрытого акционерного общества «Русская экспертная и морская сюрвейерская корпорация «Римско» – ФИО3 (представителя по доверенности от 20.12.2022),

рассмотрев 08.06.2023 в судебном заседании с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания) кассационную жалобу Дальневосточного межрегионального управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования

на решение от 15.09.2022

Арбитражного суда Московской области,

на постановление от 22.02.2023

Десятого арбитражного апелляционного суда

по делу № А41-38870/2022

по заявлению Дальневосточного межрегионального управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования

к обществу с ограниченной ответственностью «Инто»

о возмещении вреда,

третье лицо: закрытое акционерное общество «Русская экспертная и морская сюрвейерская корпорация «Римско»,

УСТАНОВИЛ:

Дальневосточное межрегиональное управление Федеральной службы по надзору в сфере природопользования (далее – управление) обратилось в Арбитражный суд Московской области с заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Инто» (далее – общество) о взыскании 68 921 916 рублей вреда, причиненного водному объекту - бухте Золотой Рог Японского моря.

В качестве третьего лица в деле участвует закрытое акционерное общество «Русская экспертная и морская сюрвейерская корпорация «Римско» (далее – корпорация).

Решением Арбитражного суда Московской области от 15.09.2022, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2023, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе управление просит отменить данные судебные акты, ссылаясь на неправильное применение судами норм права, несоответствие выводов судов о применении норм права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

В отзывах на кассационную жалобу общество и корпорация возражают против ее удовлетворения и просят оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

В судебном заседании представитель управления поддержал кассационную жалобу.

Представители общества и корпорации в судебном заседании возражали против удовлетворения кассационной жалобы, пояснили, что надлежащим ответчиком по иску управления о взыскании 68 921 916 рублей вреда считают корпорацию, при этом корпорация признана несостоятельной (банкротом). То обстоятельство, что затонувший объект не был поднят и остается затопленным в море, начиная с 2018 года, представитель корпорации объяснил неблагополучным финансовым состоянием корпорации, какие действия совершены помимо уведомления капитана морского порта в отношении данного объекта назвать затруднился.

В приобщении к материалам дела позиции управления, направленной в электронном виде в суд округа 09:22 в день судебного заседания, назначенного на 09:40, отказано ввиду несоблюдения при подаче данной позиции требований Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), а именно: эта позиция подана несвоевременно и не представлены документы, подтверждающие ее направление другим лицам, участвующим в деле. При этом учитывается пункт 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции».

В удовлетворении ходатайства об отложении судебного разбирательства, заявленного представителем управления в судебном заседании, после отказа в приобщении к материалам дела названной позиции управления, также отказано ввиду отсутствия процессуальных оснований.

Изучив материалы дела, выслушав представителей управления, общества, корпорации, обсудив доводы кассационной жалобы, отзывов на нее, суд округа пришел к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Как установили арбитражные суды, судно (плавучий док) «Плавдок-32», принадлежащее обществу, передано корпорации в пользование по договору бербоут-чартера от 23.10.2017.

В управление из Морского спасательно-координационного центра (МСКЦ) 12.03.2018 поступила информация о затоплении данного судна в бухте Золотой Рог Японского моря.

В соответствии с приказом Тихоокеанского морского управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования от 22.12.2017 № 598 о проведении рейдовых мероприятий 14.03.2018 был произведен осмотр акватории бухты Золотой Рог в порту Владивосток, в результате которого обнаружено, что над поверхностью воды наблюдаются только мачты дока и фонари освещения, а сам док полностью находится под водой.

Из первичного сообщения, переданного службой капитана порта Владивосток, следует, что в 10 час. 00 мин. 11.03.2018 на плавучем доке № 32 обнаружен крен на левый борт и дифферент на нос; представители корпорации, у причала которой был ошвартован плавучий док, заметили крен дока на левый бок. После водолазного осмотра и выравнивая дока произошла разгерметизация плавучего дока и в 03 час. 30 мин. 12.03.2018 он полностью затонул. Плавучий док № 32 обслуживался электропитанием с берега, нефтепродукты на борту отсутствовали. Судовладельцем данного плавучего дока является общество.

По данным обстоятельствам управление возбудило в отношении общества производство по делу об административном правонарушении.

Постановлением управления от 25.09.2018 № 06-290/2018 общество признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 4 статьи 8.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (нарушение требований к охране водных объектов, которое может повлечь их загрязнение, засорение и (или) истощение).

Это постановление обществом оспорено не было, вступило в законную силу 05.10.2018.

Управление рассчитало размер вреда, причиненного водному объекту как объекту охраны окружающей среды, в соответствии с пунктом 17 Методики исчисления размера вреда, причиненного водным объектам вследствие нарушения водного законодательства, утвержденной приказом Минприроды России от 13.04.2009 № 87 (далее – Методика, Методика № 87).

Общество в добровольном порядке ущерб не возместило.

В связи с этим управление обратилось в арбитражный суд с заявлением к обществу о взыскании 68 921 916 рублей вреда, причиненного водному объекту.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции указал, что управление как истец должно было доказать как факт затопления судна, так и факт причинения вреда окружающей среды в связи с затоплением судна. Вместе с тем судно находилось во владении не ответчика (общества), а третьего лица (корпорации).

Суд пришел к выводу о том, что управлением не представлены доказательства того, что в результате виновных действия общества был причинен вред окружающей среде, что обществом было произведено захоронение (затопление) плавучего дока.

Как указал суд, вред, причиненный водному объекту в результате неисполнения обязанности по подъему затонувшего судна, подлежит возмещению собственником судна. Вместе с тем, в рамках настоящего дела истцом не заявлены требования о возмещении вреда, причиненного водному объекту в результате неисполнения обязанности по подъему затонувшего судна.

Оставляя решение суда первой инстанции без изменения, апелляционный суд исходил из того, что в рассматриваемом случае сброса и захоронения отходов и других материалов не произошло, какие-либо отходы и/или загрязняющие вещества, в том числе нефтепродукты, плавучий док не содержал. Само назначение судна «Плавдок-32» не подразумевает ни размещения на нем ГСМ, ни размещения иных веществ, способных загрязнить окружающую среду.

При этом, как отметил апелляционный суд, судно «Плавдок-32» в настоящий момент состоит в Государственном судовом реестре и, следовательно, не являлось «конструктивно погибшим» и/или выведенным из эксплуатации. Таким образом, судно «Плавдок-32» не является отходом производства и потребления, в связи с чем само по себе нахождение плавучего дока ниже уровня воды (на дне бухты) не может свидетельствовать о его сбросе и захоронении.

Суд указал, что ни из материалов дела, ни из пояснений управления, не следует вывода о наличии виновных противоправных действий общества в затоплении плавучего дока.

Отклоняя доводы управления о том, что сам факт нахождения брошенного судна в акватории водного объекта не соответствует экосистеме бухты, причиняет вред указанному компоненту окружающей среды, не способствует нормальному функционированию экологической системы и представляет собой загрязнение (захламление, засорение) водного объекта, в связи с чем вред должен быть рассчитан согласно пункту 17 Методики № 87 независимо от установления факта реального причинения вреда, апелляционный суд указал, что в обоснование размера причиненного вреда и своего расчета управление ссылается на пункт 17 Методики, в котором содержится формула № 5, применяемая для исчисления размера вреда, причиненного водным объектам сбросом и захоронением в них отходов производства и потребления, в том числе выведенных из эксплуатации судов и иных плавучих средств (их частей и механизмов).

При этом, как отметил апелляционный суд, не имеется оснований для вывода о том, что затопление плавдока следует квалифицировать как преднамеренный сброс и захоронение выведенного из эксплуатации судна, в связи с чем отсутствуют основания для применения пункт 17 Методики № 87.

Дополнительно суд сослался на то, что в распоряжении капитана морского порта был указан срок удаления затонувшего имущества равный одному году. Следовательно, как решил суд, капитан морского порта в силу части 4 статьи 109 Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации (далее также – КТМ РФ) исходил из отсутствия угрозы причинения ущерба морской среде загрязнением.

Апелляционный суд также счел, что поскольку настоящий спор вытекает не из договорных, а из деликтных правоотношений, именно фрахтователь (корпорация) несет ответственность за возмещение вреда, причиненного водному объекту, а собственник судна и фрахтователь не являются солидарными должниками.

Следовательно, по мнению апелляционного суда, заявленное по делу требование предъявлено к ненадлежащему ответчику, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Отклоняя ссылку управления на судебную практику, содержащую иное толкование норм права, апелляционный суд заметил, что приведенные управлением судебные акты не свидетельствует о сложившейся правоприменительной практике, приняты по итогам рассмотрения дел, имеющих иные фактические обстоятельства, и не влияют на правильность выводов суда первой инстанции по данному делу. При этом апелляционный суд сослался на то, что по рассматриваемому вопросу имеется другой правовой подход, формируемый с учетом конкретных обстоятельств каждого рассматриваемого дела.

При рассмотрении кассационной жалобы суд округа исходил из следующего.

Как указал апелляционный суд, в пункте 3 Методики № 87 дан перечень случаев, к которым она применяется.

Так, Методика применяется к случаям загрязнения и засорения водных объектов в результате сброса в водные объекты и захоронение в них отходов производства и потребления, в том числе выведенных из эксплуатации судов и иных плавучих средств (их частей и механизмов) (часть 1 статьи 56 Водного кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 Методики она подлежит применению при исчислении размера вреда, причиненного водным объектам вследствие нарушения водного законодательства.

В разделе 3 Методики даны 9 формул, каждая из которых подлежит применению в зависимости от обстоятельств причинения вреда водному объекту.

В обоснование размера причиненного вреда и своего расчета управление ссылается на пункт 17 Методики.

Согласно пункту 17 Методики исчисление размера вреда, причиненного водным объектам сбросом и захоронением в них отходов производства и потребления, в том числе выведенных из эксплуатации судов и иных плавучих средств (их частей и механизмов), других крупногабаритных отходов производства и потребления (предметов), производится по формуле № 5.

В этой формуле используются коэффициенты, значения которых определяются в соответствии с пунктом 11 Методики; такса для исчисления размера вреда, причиненного водным объектам, принимается равной 40 тыс. руб./т.

При этом в качестве одного из используемых в формуле показателей в пункте 17 Методики указан показатель «В» – тоннаж брошенных судов и иных плавучих средств (их частей и механизмов), других крупногабаритных отходов производства и потребления (предметов).

Тем самым под выведенными из эксплуатации судами понимаются также брошенные суда.

Затонувшее судно «Плавдок-32», которое находится в таком состоянии в бухте Золотой Рог Японского моря с 2018 года подпадает под данную формулу.

Данное судно в течение несколько лет остается затонувшим, в отношении него, как следует из судебных актов и заявленных доводов, не совершалось каких-либо действий.

С учетом этого несостоятельна ссылка общества и корпорации на то, что это судно по-прежнему числится в названном Реестре, приведенная в обоснование довода о том, что судно из эксплуатации не выводилось: при указанных обстоятельствах с учетом приведенных положений данное судно нельзя считать эксплуатируемым, находящимся в эксплуатации и допустимым к эксплуатации ввиду его нахождения в затопленном состоянии в море с 2018 года

Если следовать подходу апелляционного суда, то получается, что Методикой не предусмотрен расчет вреда, причиняемого затонувшим судном в течение длительного периода, и его нельзя рассчитать в соответствии с Методикой, с чем нельзя согласиться с учетом норм Методики, в том числе пункта 17, и сложившейся судебной практики.

Вопреки утверждениям судов, предъявление управлением к взысканию с общества заявленной суммы обусловлено тем, что рассматриваемый затонувший объект не входит в состав естественных компонентов экологической системы, плавсредств. Именно непринятие обществом мер по его изъятию из акватории, невыполнение обществом обязанности, возложенной законом на собственника судна, повлекло причинение вреда компонентам окружающей среды, о чем управление указало в своем заявлении.

В связи с этим не имело значение, по какой причине и в результате чьих действий произведено затопление плавучего дока.

Согласно пункту 1 стати 107, составляющей главу VII «Затонувшее имущество» КТМ РФ, правила, установленные настоящей главой, применяются к удалению имущества, затонувшего во внутренних морских водах, в территориальном море и исключительной экономической зоне Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 107 КТМ РФ к затонувшему имуществу относится затонувшее или севшее на мель судно или часть такого судна, включая имущество, которое находится или находилось на борту такого судна, либо имущество, которое было утеряно с судна и находится на мели, затонуло или дрейфует в море, либо судно, которое почти затонуло или село на мель или которое может затонуть или сесть на мель, если не будут предприняты меры по оказанию помощи находящемуся в опасности судну или находящемуся на нем имуществу.

Согласно пункту 3 той же статьи КТМ РФ под удалением затонувшего имущества понимаются его подъем из воды, транспортировка и уничтожение любым безопасным способом, а также снятие судна с мели.

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 109 КТМ РФ, удаление имущества, затонувшего во внутренних морских водах, в территориальном море и исключительной экономической зоне Российской Федерации, обеспечивается собственником такого имущества или в случаях, предусмотренных настоящей главой, администрацией морских портов или органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации, к побережью которого ближе всего расположено затонувшее имущество.

Об удалении затонувшего имущества его собственником также говорится в стать 110 КТМ РФ.

Как указано в пункте 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.11.2021, вред, причиненный водному объекту в результате неисполнения обязанности по подъему затонувшего судна, подлежит возмещению собственником судна.

В связи с этим управление правомерно обратилось с иском по настоящему делу к обществу, а не к корпорации, именно такой подход поддерживается в судебной практике с учетом разъяснений Верховного Суда Российской Федерации.

Суды не привели обстоятельств, доказательств, позволяющих отклонить доводы управления о том, что сам факт нахождения брошенного судна в акватории водного объекта не соответствует экосистеме бухты, причиняет вред окружающей среды, не способствует нормальному функционированию экологической системы и представляет собой загрязнение (захламление, засорение) водного объекта.

Как отмечает управление, нахождение в море затонувшего судна, которое не входит в состав естественных компонентов экологической системы, препятствует ее нормальному функционированию, и приводит с очевидностью к истощению водного объекта, негативному изменению качества воды и нанесению вреда водным биоресурсам. Факт негативного влияния затопленного судна на экосистему водного объекта в результате длительного его пребывания в морской воде не оспорим, поскольку вредные вещества (железо, подвергающееся коррозии, ГСМ, которым смазаны детали плавдока и т.п.), безусловно, стали поступать в морскую среду, тем самым загрязняя ее. Отсутствие явных признаков негативных последствий такого нахождения затопленного судна, не может свидетельствовать об отсутствии ущерба как такового ввиду особенностей экологического ущерба, которые не поддается в полной мере объективной оценке и может проявляться по истечении значительного периода времени после совершения экологического нарушения. Проявление последствий причинения вреда окружающей среде в силе своей природы не может иметь четко определенных ни временных, ни пространственных границ; последствия причиненного окружающей среде вреда могут быть отдалены на несколько лет и распространяться на значительное географическое пространство.

Также заявленные по делу доводы учитываются применительно к правовой позиции Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, закрепленной в Определении от 09.04.2019 № 77-КГ19-1: сам факт нахождения на почвах отходов производства и потребления предполагает причинение вреда почве как сложному объекту окружающей среды, включающему множество взаимодействующих между собой компонентов, в том числе воздуха, воды и живых организмов, а значит, в любом случае нарушает естественные плодородные и иные свойства почвы.

Доводы общества и корпорации о несогласии с данными аргументами управления основаны на сведениях об общем состоянии бухты Золотой Рог Японского моря, в то время как в данном случае идет речь об отдельном затонувшем судне и районе его нахождения (затопления) в этой бухте. Кроме того, ссылка на эти сведения оспаривается управлением, приводящим иные сведения. Ссылка корпорации и общества на то, что расследование инцидента с затоплением рассматриваемого судна не проводилась, довод об отказе в его проведении такого расследования, также не опровергают доводы и факты, указанные управлением.

Ссылка корпорации на отсутствие рассматриваемого судна «Плавдок-32» в перечне затонувшего имущества, удаление которого является обязательным в соответствии с пунктами 2 и 3 статьи 109 Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации, утвержденном Приказом Минтранса России от 05.10.2022 № 404, отклоняется, поскольку данное обстоятельство не может опровергать не оспариваемый по настоящему делу факт того, что названное судно затонуло и не удалено из акватории упомянутой бухты. При этом, как следует из данного Приказа Минтранса России, в такой перечень включается имущество с учетом положений пунктов 2 и 3 статьи 109 КТМ РФ. В свою очередь пункт 3 статьи 109 КТМ РФ отсылает к пунктам 2 и 3 статьи 110 КТМ.

Согласно пункту 2 статьи 110 КТМ РФ капитан морского порта в срок не более чем десять рабочих дней со дня поступления извещения, указанного в пункте 1 настоящей статьи, издает распоряжение об условиях удаления затонувшего имущества.

Согласно пункту 3 статьи 110 КТМ РФ в случае непоступления в сроки, предусмотренные подпунктами 1-3 пункта 1 настоящей статьи, от собственника затонувшего имущества извещения о намерении приступить к удалению затонувшего имущества капитан морского порта не позднее чем через десять рабочих дней со дня истечения указанных сроков издает распоряжение о требовании удалить затонувшее имущество и направляет его собственнику такого имущества. Собственник затонувшего имущества в срок не более чем десять рабочих дней со дня получения такого распоряжения должен уведомить капитана морского порта о намерении приступить к удалению затонувшего имущества.

Соответствующих обстоятельств общество и корпорация не привели, каких-либо документов по данным вопросам не представили.

Как следует из положений КТМ РФ, в том числе пункта 4 статьи 110, удаление затонувшего имущества осуществляется на основании разработанной документации.

По заявленным доводам, такая документация разработана и утверждена не была, несмотря на затопление судна еще в 2018 году и истечение установленных законом сроков.

Указание корпорации в отзыве на кассационную жалобу на понятие «отходов производства и потребления» со ссылкой на Федеральный закон от 24.06.1998 № 89-ФЗ «Об отходах производства и потребления» отклоняется, поскольку согласно пункту 7 статьи 113 КТМ РФ на отношения, связанные с удалением затонувшего имущества, не распространяются требования законодательства в области обращения с отходами.

Ссылка на то, что при эксплуатации морских судов они постоянно находятся в морской воде и это не рассматривается как обстоятельство, свидетельствующее о причинении вреда морской среде, также отклоняется, поскольку при такой эксплуатации должно обеспечиваться надлежащее состояние судов, в связи с чем приведенное обоснование не касается каким-либо образом рассматриваемого судна, которое затонуло и находится под водой в Японском море с 2018 года.

По доводам управления, плавдок, находясь в затопленном состоянии, утратил свои потребительские эксплуатационные свойства. Необходимые меры по его содержанию при эксплуатации, при нахождении на плаву (в том числе обязательное содержание нижней части судна, находящейся под водой, во избежание коррозии металла и попадания его в морскую среду) осуществлены обществом не могут по причине затопления плавдока.

Предъявление управлением требования о возмещение вреда и определение его суммы по Методике соответствует разъяснениям, содержащимся в постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 N 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде», и правовой позиции, сформулированной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 1743-О-О.

Одним из показателей, используемых в формуле № 5 пункта 17 Методики, является тоннаж брошенных судов и иных плавучих средств (их частей и механизмов), других крупногабаритных отходов производства и потребления (предметов).

Тоннаж определяется в соответствии с пунктом 25 Методики.

Согласно пункту 25 Методики тоннаж (масса) брошенных, полузатопленных и затопленных судов, других плавучих средств и крупногабаритных отходов производства и потребления (предметов) определяется по данным, полученным из актов инженерно-водолазного обследования судов, других плавучих средств и иных крупногабаритных отходов производства и потребления (предметов), актов освидетельствования судна, документов, содержащих инженерно-технические характеристики судна, другого плавучего средства и иных крупных предметов.

Пункт 5 Методики, на который сослался апелляционный суд, необходимо применять с учетом пунктов 17, 25 Методики.

Таких показателей, как количество вредных веществ, в формуле № 5, предусмотренной пунктом 17 Методики, не используется.

Как следует из пункта 25 Методики, тоннаж определяется по данным, полученным:

– из актов инженерно-водолазного обследования;

– актов освидетельствования судна;

– документов, содержащих инженерно-технические характеристики судна.

Тем самым, в случае недостатков, исключающих доказательственное значение конкретного акта инженерно-водолазного обследования, могут использоваться иные доказательства.

В подтверждение расчета суммы ущерба управление приложило к поданному в суд заявлению заключение от 21.05.2020 № 26.

В материалы дела также представлены иные документы по вопросу о тоннаже рассматриваемого судна.

При рассмотрении спора заявлены возражения по заявленному управлению расчету суммы ущерба, исходя из несогласия с представленным заключением от 21.05.2020 № 26.

Разногласия лиц, участвующих в деле, в отношении данного заключения и определения тоннажа рассматриваемого объекта, судами не разрешены, представленные доказательства, возражения не оценены.

Поскольку для разрешения спора требуется исследование и оценка доказательств, дополнительное выяснение обстоятельств, что выходит за рамки полномочий суда кассационной инстанции, обжалуемые судебные акты подлежат отмене по основаниям, предусмотренным частью 1 статьи 288 АПК РФ, с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду необходимо всесторонне, полно и объективно исследовав все доказательства и доводы лиц, участвующих в деле, и установив по результатам их оценки обстоятельства спора, разрешить его, правильно применив нормы материального и процессуального права.

В частности, необходимо проверить доводы сторон по расчету заявленной к взысканию суммы, тоннажу затонувшего судна «Плавдок-32», оценить представленные доказательства и указать результаты их оценки в судебном акте. В том числе должен быть указан подтвержденный тоннаж судна и соответствующий ему расчет суммы вреда.

Учитывая изложенное и руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Московской области от 15.09.2022 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2023 по делу № А41-38870/2022 отменить, дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.


Председательствующий судья Е.Е. Шевченко




Судьи Е.А. Ананьина




Ю.С. Петропавловская