Решение от 19 июля 2021 г. по делу № А65-22227/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 294-60-00


Именем Российской Федерации



РЕШЕНИЕ


19 июля 2021 года Дело №А65-22227/2020

Дата принятия решения – 19 июля 2021 года

Дата объявления резолютивной части – 23 июня 2021 года


Арбитражный суд Республики Татарстан в составе судьи Хисамовой Г.Р.,

при составлении протокола судебного заседания и ведении протоколирования с использованием средств аудиозаписи секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании 23.06.2021 дело №А65-22227/2020

по иску Индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП 318169000067081, ИНН <***>)

к Обществу с ограниченной ответственностью "Казанский филиал "Средне-Волжская производственная компания" (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о взыскании 8 036 761,61 руб.,

с привлечением в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Общества с ограниченной ответственностью "КРЫМСВЕТ" (ОГРН <***>, ИНН <***>),

и по встречному иску Общества с ограниченной ответственностью "Казанский филиал "Средне-Волжская производственная компания" (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к Индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП 318169000067081, ИНН <***>)

о признании договора уступки права требования (договора цессии) от 04.11.2019 и акта приема-передачи документов к договору уступки права требования (цессии) от 04.11.2019 ничтожными и применении последствий ничтожности сделки,

с привлечением в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, гр. ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

с участием в заседании:

от истца – представитель ФИО4 по доверенности от 25.02.2021,

от ответчика – представитель ФИО5 по доверенности от 01.11.2020 №3/юр-20,

от третьего лица (гр. ФИО3) – представитель ФИО6 по доверенности от 23.06.2021 серии 16АА №6116835,








УСТАНОВИЛ:

17.09.2020 Индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – истец) обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью "Казанский филиал "Средне-Волжская производственная компания" (далее – ответчик) о взыскании 8 036 761,61 руб. задолженности по договору подряда от 10.10.2018 №6-10/18 и договору №7-11/18 поставки продукции производственно-технического назначения от 11.11.2018; из которых: 1 075 000 руб. – задолженность по оплате работ по договору подряда от 10.10.2018 №6-10/18; 44 853,73 руб. – проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с 11.12.2019 по 15.09.2020; 6 430 000 руб. – задолженность по оплате товара по договору №7-11/18 поставки продукции производственно-технического назначения от 11.11.2018; 486 907,88 руб. – проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с 18.06.2019 по 15.09.2020.

Определением от 16.10.2020 исковое заявление принято к производству. Тем же определением в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО "КРЫМСВЕТ".

Определением от 11.01.2021 судебное разбирательство отложено на 02.02.2021.

Определением от 02.02.2021 судебное разбирательство отложено на 01.03.2021.

Определением от 01.03.2021 судебное разбирательство отложено на 22.03.2021.

Определением от 22.03.2021 судебное разбирательство отложено на 23.04.2021.

Определением от 23.04.2021 судебное разбирательство отложено на 21.05.2021.

Определением от 21.05.2021 в порядке статьи 132 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к производству для рассмотрения совместно с первоначальным иском принят встречный иск ООО "КФ "СВПК" к ИП ФИО2 о признании договора уступки права требования (договора цессии) от 04.11.2019 и акта приема-передачи документов к договору уступки права требования (цессии) от 04.11.2019 ничтожными и применении последствий ничтожности сделки. Тем же определением в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен гр. ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

Определением от 21.05.2021 судебное разбирательство отложено на 23.06.2021.

Стороны в судебном заседании 23.06.2021 поддержали свои позиции по делу.

Представитель третьего лица гр. ФИО3 дал пояснения.

Оценив доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, суд счел исковые требования по первоначальному иску не подлежащими удовлетворению исходя из следующего.

Взаимоотношения сторон обусловлены заключенными между ООО "КФ "СВПК" и ООО "КРЫМСВЕТ" договором подряда от 10.10.2018 №6-10/18 и договором №7-11/2018 поставки продукции производственно-технического назначения от 11.11.2018.

В рамках договора подряда от 10.10.2018 №6-10/18 подрядчик, в качестве которого выступило ООО "КРЫМСВЕТ", обязался выполнить работы и/или оказать услуги (далее – работы), в соответствии с календарным планом-графиком (далее – план-график работ), Приложение №1, а заказчик, ответчик по настоящему делу, обязался принять результат работ в течение 5 (пяти) рабочих дней после выполнения работ и представления отчетных документов в соответствии с планом-графиком работ, подписать акт приемки работ (пункты 1.1., 1.2.).

Выполнение работ по указанному договору подтверждается подписанными ООО "КФ "СВПК" и ООО "КРЫМСВЕТ" актами сдачи-приемки работ от 15.10.2018 на сумму 352 000 руб., от 26.10.2018 на сумму 368 000 руб. и от 10.12.2018 на сумму 355 000 руб.

В рамках договора №7-11/18 поставки продукции производственно-технического назначения от 11.11.2018 ООО "КРЫМСВЕТ" передал ООО "КФ "СВПК" товар, что подтверждается товарными накладными от 14.11.2018 №66 на сумму 1 907 654 руб., от 20.11.2018 №33 на сумму 1 520 341 руб., от 12.12.2018 №64 на сумму 1 465 190 руб. и от 17.12.2018 №68 на сумму 1 536 815 руб.

При обращении с первоначальным иском истец указывал на наличие со стороны ответчика обязательств по оплате задолженности по вышеуказанным договорам в общем размере 7 505 000 руб., право требования которой перешло к нему от третьего лица по договору уступки права требования (договор цессии) от 04.11.2019.

По акту приема-передачи документов к договору от 04.11.2020 истцу переданы все документы по договорам в подтверждение наличия задолженности.

Уведомление-претензия от 05.06.2020 с требованием погасить задолженность оставлена без ответа и удовлетворения, что и послужило основанием для обращения с первоначальным иском.

В силу статей 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

Согласно статьи 506 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поставки поставщик - продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

В части 1 статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 740 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену.

В соответствии с пунктом 8 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 №51 "Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда" основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ является сдача результата работ заказчику.

Сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами (пункт 4 статьи 753 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В ходе рассмотрения дела ответчик указал на погашение задолженности по договору подряда от 10.10.2018 №6-10/18. В подтверждение отсутствия задолженности представил платежные поручения от 07.02.2019 №94 на сумму 32 942 руб., от 12.02.2019 №105 на сумму 352 942 руб., от 15.02.2019 №18 на сумму 334 116 руб. и от 21.05.2019 №319 на сумму 717 636,06 руб.

Отрицал наличие задолженности и по договору №7-11/18 поставки продукции производственно-технического назначения от 11.11.2018, представив дополнительное соглашение от 15.05.2019 №2 согласно которому в связи с несоответствием части продукции, поставленной поставщиком требованиям по качеству и комплектности, невозможности ее использования, покупатель возвращает, а поставщик принимает следующую продукцию:

задвижка клиновая с металлическим уплотнением FЗ DN 1400 PN 10 под электропривод – 4 шт.;

электропривод AUMA SA 07.6 – 1 шт.;

электропривод AUMA 07.2 с блоком управления – 1 шт.;

В связи с нарушением ассортимента поставленной продукции, покупатель возвращает, а поставщик принимает следующую продукцию:

задвижка клиновая с металлическим уплотнением DN100 PN 10 со штурвалом – 6 шт.

УПД от 20.05.2019 №77 на сумму 6 067 363,94 руб. подтверждает факт возврата.

Об отсутствии задолженности по договорам свидетельствует и представленный ответчиком акт сверки взаимных расчетов за период с 01.01.2018 по 27.05.2019, подписанный между ним и третьим лицом.

В связи с позицией ответчика и представленными им доказательствами, истец в порядке статьи 49, пункта 4 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отказался от исковых требований в части задолженности по договору от 10.10.2018 №6-10/18 в размере 1 075 000 руб. и процентов в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в размере 44 853,73 руб.

Истец признал частичное погашение задолженности по договору от 11.11.2018 №7-11/18 в размере 363 636,06 руб. согласно платежному поручению от 21.05.2019 №319, просил в указной части об уменьшении размера исковых требований до 6 067 363,94 руб.

В соответствии с частью 2 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой инстанции или в арбитражном суде апелляционной инстанции, отказаться от иска полностью или частично. Арбитражный суд не принимает отказ истца от иска, уменьшение им размера исковых требований, признание ответчиком иска, не утверждает мировое соглашение сторон, если это противоречит закону или нарушает права других лиц. В этих случаях суд рассматривает дело по существу (часть 5 той же статьи).

В силу пункта 4 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что истец отказался от иска и отказ принят арбитражным судом.

Принимая во внимание, что заявленный отказ от исковых требований по первоначальному иску в части задолженности по договору от 10.10.2018 №6-10/18 не противоречит закону, иным нормативным актам и не нарушает права и законные интересы других лиц, он в соответствии со статьями 49, 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принят судом с прекращением производства по делу в указанной части.

В части исковых требований по договору от 11.11.2018 №7-11/18 истец указал, что генеральный директор ООО "КРЫМСВЕТ" ФИО3 не подтвердил действительность документов (дополнительного соглашения и УПД), отрицал возврат товара на сумму 6 067 363,94 руб.

Кроме того, с учетом возражений ответчика истцом ввиду опечатки, как им было указано, представлен иной акт приема-передачи документов к договору уступки права требования (цессии) с тем же содержанием, но за иной датой составления от 04.11.2019 (ранее представленный акт был датирован 04.11.2020).

Для целей проверки возражений сторон, судом неоднократно гр. ФИО3 вызывался в суд для дачи пояснений в качестве свидетеля (определения от 11.01.2021, 02.02.2021, 01.03.2021, 24.03.2021, 23.04.2021).

Явка гр. ФИО3 в ходе всего судебного процесса так и не была обеспечена.

В этой связи целесообразность проведения по делу заявленной истцом судебной почерковедческой экспертизы для целей проверки принадлежности подписи проставленной в УПД от 20.05.2019 №77, дополнительном соглашении №2 и акте сверки за период с 01.01.2018 по 27.05.2019, от имени гр. ФИО3 им самим, отпала. Его представитель, явившийся в суд 23.06.2021, никаких пояснений и документальных подтверждений невозможности явиться в суд лично также не представил.

В свою очередь, ответчиком ставился вопрос о давности составления представленных в обоснование иска (права требования задолженности) документов, а именно: договора уступки права требования (договор цессии) от 04.11.2019 и актам к нему от 04.11.2019 и от 04.11.2020. В связи с указанным им в порядке статьи 132 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предъявлен встречный иск о признании их недействительными.

Соответственно, основной спор между сторонами сводился к установлению обстоятельств действительности возврата товара в сумме 6 067 363,94 руб. по УПД от 20.05.2019 №77 в рамках дополнительного соглашения от 15.05.2019 №2 к договору от 11.11.2018 №7-11/18 и действительности перехода права требования задолженности истцу от третьего лица в рамках первоначального иска.

Так, в связи с несоответствием части продукции, поставленной поставщиком требованиям по качеству и комплектности, невозможности ее использования, а также нарушением ассортимента поставленной продукции ответчик и третье лицо ООО "КРЫМСВЕТ" подписали дополнительное соглашение от 15.05.2019 №2 к договору подряда от 11.11.2018 №7-11/18.

В соответствии с указанным дополнительным соглашением ответчик вернул часть продукции третьему лицу ООО "КРЫМСВЕТ", что подтверждается УПД от 20.05.2019 №77.

Принятую надлежащую продукцию ответчик оплатил, в порядке, предусмотренном пунктом 4 дополнительного соглашения от 15.05.2019 №2, что подтверждается платежным поручением от 21.05.2019 №319.

Пунктами 5 и 6 дополнительного соглашения от 15.05.2019 №2 его стороны установили, что с момента получения поставщиком возвращаемой продукции и оплаты покупателем принятой продукции, обязательства сторон прекращаются, а договор от 11.11.2018 №7-11/18 считается расторгнутым. С момента расторжения договора от 11.11.2018 №7-11/18 стороны финансовых и иных претензий друг к другу не имеют.

Согласно подписанного сторонами акта сверки от 27.05.2019 задолженность между обществами отсутствует.

Стороны своим соглашением вправе прекратить обязательство и определить последствия его прекращения, если иное не установлено законом или не вытекает из существа обязательства (пункт 3 статьи 407 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором (пункт 1 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев не вытекает иное (пункт 1 статьи 452 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 3 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае изменения или расторжения договора обязательства считаются измененными или прекращенными с момента заключения соглашения сторон об изменении или о расторжении договора, если иное не вытекает из соглашения или характера изменения договора.

При расторжении договора обязательства сторон прекращаются, если иное не предусмотрено законом, договором или не вытекает из существа обязательства (пункт 2 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Доводы истца о том, что фактического возврата товара не имело место быть, а спорные: дополнительное соглашение от 15.05.2019 №2, УПД от 20.05.2019 №77 и акт сверки, не подписывались со стороны ООО "КРЫМСВЕТ" в лице его директора гр. ФИО3, суд признает несостоятельными.

В указанной части истец не заявлял о фальсификации доказательств в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не указывал на несоответствие оттиска печати ООО "КРЫМСВЕТ". Истец явку гр. ФИО3 в судебное заседания для свидетельствования и отбора его экспериментальных подписей не обеспечил.

В отсутствие надлежащих доказательств невозможности обеспечить свою явку, учитывая его надлежащее извещение о настоящем судебном процессе, суд указывает на фактическое уклонение гр. ФИО3 от дачи каких-либо пояснений по делу. Такое процессуальное поведение гр. ФИО3 фактически лишило суд возможности в установленном законом порядке разрешить вопрос о проведении по делу почерковедческой экспертизы для установления обстоятельств подписания дополнительного соглашения от 15.05.2019 №2, УПД от 20.05.2019 №77 и акта сверки.

При этом, в приобщенных к материалам дела результатах исследования подписи генерального директора ООО "КРЫМСВЕТ" гр. ФИО3, содержащихся в заключении специалиста АНО "Судебный Эксперт" по результатам почерковедческого исследования от 16.03.2021 №201/21, специалист приходит к следующему заключению:

- подпись от имени гр. ФИО3 в договоре уступки права требования (цессии) от 04.11.2019г., выполнена не гр. ФИО3, а иным лицом с подражанием подписи ФИО3» (ответ по вопросу № 1, стр. 18 Заключения);

- подпись от имени гр. ФИО3, изображение которой расположено в копии акта приема-передачи документов к договору уступки права требования (цессии) от 04.11.2019 г., выполнена не гр. ФИО3, а иным лицом с подражанием подписи ФИО3» (ответ по вопросу № 2, стр. 18 Заключения).

При названных обстоятельствах, суд полагает, что данные выводы специалиста следует принять. Истцом же доказательств иного не представлено.

Информация из истребованных по ходатайству истца из МРИ ФНС №6 по РТ копии первичной декларации по НДС ООО "КФ "СВПК" за 4 квартал 2018 года и за 2 квартал 2019 года с приложением книги покупок и продаж за указанный период, а также у МРИ ФНС 9 по РК копии первичной декларации по НДС ООО "КРЫМСВЕТ" за 4 квартал 2018 года и за 2 квартал 2019 года с приложением книги покупок и продаж за указанный период, также еще не свидетельствует о реальности передачи товара и как следствие наличие обязательств по их оплате.

В соответствии с пунктом 1 постановления Правительства Российской Федерации от 26.12.2011 №1137 "О формах и правилах заполнения (ведения) документов, применяемых при расчетах по налогу на добавленную стоимость", продавцы ведут книгу продаж, применяемую при расчетах по налогу на добавленную стоимость (далее - книга продаж), на бумажном носителе либо в электронном виде, предназначенную для регистрации счетов-фактур (контрольных лент контрольно-кассовой техники, бланков строгой отчетности при реализации товаров, выполнении работ, оказании услуг населению), документов (чеков) для компенсации суммы налога на добавленную стоимость при реализации товаров физическому лицу - гражданину иностранного государства, указанному в пункте 1 статьи 169.1 Налогового кодекса Российской Федерации, а также корректировочных счетов-фактур, составленных продавцом при увеличении стоимости отгруженных (выполненных, оказанных, переданных) товаров (работ, услуг, имущественных прав). В случае невыставления счетов-фактур на основании подпункта 1 пункта 3 статьи 169 Налогового кодекса Российской Федерации в книге продаж регистрируются первичные учетные документы, документы, содержащие суммарные (сводные) данные по операциям, совершенным в течение календарного месяца (квартала).

То есть, книги покупок, продаж это лишь учетные регистры, предназначенные для регистрации документов, подтверждающих оплату налога на добавленную стоимость при отгрузке товаров, выполнении работ, оказании услуг, в которых указаны реквизиты, в целях определения суммы налога, подлежащей зачету, которые ведутся покупателями и продавцами самостоятельно, Выставленные счета-фактуры отражаются в книге продаж, счета-фактуры, полученные фирмой, регистрируются в книге покупок.

Таким образом, одна лишь книга покупок, продаж в отсутствие иных доказательств не может служить безусловным доказательством фактической передачи товара.

В силу пункта 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", факты уклонения гражданина или юридического лица от уплаты налогов, нарушения им положений налогового законодательства не подлежат доказыванию, исследованию и оценке судом в гражданско-правовом споре о признании сделки недействительной, так как данные обстоятельства не входят в предмет доказывания по такому спору, а подлежат установлению при рассмотрении налогового спора с учетом норм налогового законодательства. Оценка налоговых последствий финансово-хозяйственных операций, совершенных во исполнение сделок, производится налоговыми органами в порядке, предусмотренном налоговым законодательством.

В силу положений частей 1,2 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц (пункт 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статей 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (здесь и далее правовые нормы приведены в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, односторонний отказ от исполнения обязательства и односторонее изменение его условий не допускается, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации при уступке цедент должен передать существующее в момент уступки требование, если только это требование не является будущим требованием.

В силу статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации цедент отвечает перед цессионарием за недействительность переданного ему требования, но не отвечает за неисполнение этого требования должником, за исключением случая, если цедент принял на себя поручительство за должника перед цессионарием (пункт 1).

При уступке цедентом должно быть соблюдено, в том числе условие, согласно которому уступаемое требование существует в момент уступки, если только это требование не является будущим требованием (пункт 2).

При нарушении цедентом правил, предусмотренных пунктами 1 и 2 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации, цессионарий вправе потребовать от цедента возврата всего переданного по соглашению об уступке, а также возмещения причиненных убытков (пункт 3).

По смыслу пункта 3 статьи 423 Гражданского кодекса Российской Федерации договор, на основании которого производится уступка, предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа этого договора не вытекает иное.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу подпункта 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Таким образом, юридически значимым и подлежащим судебной оценке обстоятельством по данному делу является наличие или отсутствие у цедента права на взыскание задолженности с ответчика на момент уступки права истцу.

Мнимая сделка характеризуется тем, что ее стороны (или сторона) не преследуют целей создания соответствующих сделке правовых последствий, т.е. совершают ее лишь для вида. О мнимости сделки свидетельствует отсутствие направленности сделки на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, доказыванию подлежит то обстоятельство, что подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Как разъяснено в абзаце 2 пункта 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Для признания оспариваемой сделки мнимой необходимо установить тот факт, что стороны сделки не имели намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения и при этом осознавали, что сделка не порождает для них каких-либо обязательств.

Истец обратился в суд с исковым требованием, которое перешло к нему, в результате договора уступки права требования (договор цессии) от 04.11.2019 (далее – договор цессии), заключенного между истцом и первоначальным кредитором ООО "КРЫМСВЕТ".

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, деятельность ООО "КРЫМСВЕТ" (цедента) прекращена, в связи с исключением его из ЕГРЮЛ 27.03.2020.

Ликвидация юридического лица влечет его прекращение без перехода в порядке универсального правопреемства его прав и обязанностей к другим лицам (пункт 1 статьи 61 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следовательно, любые сделки заключенные от имени ООО "КРЫМСВЕТ" (цедента) после 27.03.2020 являются ничтожными.

Пунктом 1 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка) (пункт 3 статьи 154 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного управомоченным лицом (пункт 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 2 статьи 434 Гражданского кодекса Российской Федерации договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абз. 2 п. 1 ст. 160 ГК РФ.

Пунктом 1 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Пунктом 7.1. договора поставки от 11.11.2018 №7-11/18 определено, что все споры и разногласия по настоящему договору разрешаются путём переговоров и предъявления претензий. Ответ на претензию направляется не позднее 20 (двадцати) дней со дня её получения.

Однако, суд установил, что цедент никаких требований к ответчику, связанных с неоплатой продукции не предъявлял. В перечне документов переданных истцу по акту приема-передачи документов к договору цессии также отсутствуют доказательства каких-либо обращений либо предъявления претензий от имени цедента к ответчику. Иного в материалы дела истцом не представлено.

Суд также учитывает, что цедент заведомо недобросовестно уступил истцу требование в части взыскания задолженности по договору подряда от 10.10.2018 №6-10/18 на сумму 1 075 000 руб. Необоснованность уступки данного требования признано истцом в судебном заседании от 11.01.2021, в связи, с чем последний отказался от иска в указанной части.

Кроме того, цедент не сообщил истцу также о фактах заключения дополнительного соглашения от 11.11.2018 №1 к договору поставки от 11.11.2018 №7-11/18, оплате поставленного товара (платежное поручение от 21.05.2019 №319 от 21.05.2019), дополнительного соглашения от 15.05.2019 №2 к договору поставки от 11.11.2018 №7-11/18; о факте возврата товара по универсальному передаточному документу от 20.05.2019 №77; подписания акта сверки от 27.05.2019.

Суд определениями от 11.01.2021, 02.02.2021, 01.03.2021, 24.03.2021, 23.04.2021 неоднократно вызывал в качестве свидетеля генерального директора ООО "КРЫМСВЕТ" гр. ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., а также обязывал ИП ФИО2 обеспечить явку в судебное заседание свидетеля гр. ФИО3.

Согласно ответу адресной службы УФМС России по РТ, гр. ФИО3 проживает (зарегистрирован) по адресу: РТ, <...>.

По указанному адресу гр. ФИО3 надлежащим образом извещался, судебную корреспонденцию получал.

Пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Оценивая, условия заключенного договора цессии, даже с учетом принципа свободы договора, суд приходит к выводу об отсутствии разумной экономической выгоды и целесообразности для цедента в уступке требования на указанных условиях.

Согласно пункту 3.1. договора цессии, за уступаемые права цессионарий выплачивает цеденту денежные средства в размере 75 000 руб., что составляет около 1% от размера уступленных требований. Договорная сумма выплачивается цессионарием единовременно, не позднее 04.11.2020 (пункт 3.2.).

Таким образом, цедент, не предъявляя никаких претензий ответчику об оплате продукции, уступил истцу требования на экономически невыгодных условиях с отсрочкой оплаты в течение года.

Суд особо обращает внимание, что истец договорную сумму за полученные по договору цессии требования не оплатил.

Деятельность ООО "КРЫМСВЕТ" прекращена, соответственно возмездность такой уступки ставиться судом под сомнение.

Суд учитывает, что истец является индивидуальным предпринимателем, профессиональным участником гражданских правоотношений. Согласно выписке из ЕГРИП основной ОКВЭД истца: «деятельность в области права (69.10)», что предполагает его осведомленность обо всех последствиях принятых на себя по договору цессии прав и обязанностей.

При заключении договора и определении его условий участники гражданского оборота обязаны проявлять должную осмотрительность. Вместе с тем, истец о реальных причинах заключения договора цессии у цедента не осведомился, получив согласие последнего на необоснованно низкую стоимость уступки и условия оплаты, мог разумно предвидеть возможность недействительности переданного требования.

Суд также учитывает, что после перехода к истцу 04.11.2019 спорного требования, он впервые обратился к ответчику с претензией только 15.06.2020, что не соответствует его разумной заинтересованности в оперативном получении долга и косвенно свидетельствует о возможном заключения договора цессии после ликвидации цедента.

Таким образом, истец и цедент допускали заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", положения Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 Гражданского кодекса Российской Федерации), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Кроме того, от имени цедента (ООО "КРЫМСВЕТ"), договор цессии и акт приема-передачи документов к нему от 04.11.2019, мог подписать только генеральный директор гр. ФИО3, который до 27.03.2020 выступал от имени общества без доверенности.

К исковому заявлению ИП ФИО2 приложил копию акта приема-передачи документов к договору уступки права требования (цессии) от 04.11.2020 (приложение №12 к исковому заявлению).

В представленных истцом в материалы дела «уведомлении-претензии от 05.06.2020» и «исковом заявлении», также неоднократно указывается дата заключения договора цессии – 04.11.2020.

Суд критически оценивает данное доказательство, так как в результате визуального сравнения актов с датой от «04.11.2019г.» и с датой от «04.11.2020г.» позволяет прийти к выводу, что они являются абсолютно идентичными: полностью совпадают подписи сторон, проставленные печати, место их размещения, имеется отличие только в дате оформления актов. Это свидетельствует о внесении корректировок в копии представленных актов.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1 статьи 167 ГК РФ).

Согласно абзац 1 пункта 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Таким образом, договор уступки права требования (договор цессии) и акт приема-передачи к нему от 04.11.2019, являются недействительными (ничтожными) сделками, а предъявленные истцом на их основании первоначальные исковые требования о взыскании задолженности и процентов по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации – незаконными и необоснованными.

Учитывая вышеизложенное, суд не находит оснований для удовлетворения первоначальных исковых требований, так как они основаны на ничтожной сделке. Вместе с тем, встречные исковые требования являются обоснованными и подлежащими удовлетворению. Поскольку стороны фактически не исполнили договор цессии от 04.11.2019, в рамках которого передано несуществующее право, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для применения последствий ее недействительности.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на истца.

Руководствуясь статьями 102, 110, пунктом 4 части 1 статьи 150, статьями 151, 167 – 171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,



РЕШИЛ:

Отказ от исковых требований в рамках первоначального иска по договору подряда от 10.10.2018 №6-10/18 в общем размере 1 119 853,73 руб. принять, производство по делу в указанной части прекратить.

Отказать в удовлетворении первоначального иска.

Встречный иск удовлетворить.

Признать договор уступки права требования (договора цессии) от 04.11.2019 и акт приема-передачи документов к договору уступки права требования (цессии) от 04.11.2019, ничтожными.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП 318169000067081, ИНН <***>) в пользу Общества с ограниченной ответственностью "Казанский филиал "Средне-Волжская производственная компания" (ОГРН <***>, ИНН <***>) судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 000 руб.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП 318169000067081, ИНН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 55 771 руб.

Решение может быть обжаловано в течение одного месяца со дня его принятия в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд путем направления апелляционной жалобы через Арбитражный суд Республики Татарстан.



Судья Г.Р. Хисамова