Решение от 4 октября 2018 г. по делу № А45-20496/2018

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А45-20496/2018
г. Новосибирск
04 октября 2018 года
Резолютивная часть решения объявлена 02 октября 2018 года.

Решение в полном объёме изготовлено 04 октября 2018 года.

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Цыбиной А.В., при ведении протокола секретарём судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по иску Федерального бюджетного учреждения науки «Государственный научный центр вирусологии и биотехнологии «Вектор» Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека (ОГРН 1055475048122), р.п. Кольцово Новосибирской области,

к обществу с ограниченной ответственностью «Вектор Фортис» (ОГРН <***>), р.п. Кольцово Новосибирской области,

о взыскании 4 367 910 рублей 75 копеек,

по встречному иску о взыскании 5 220 000 рублей 00 копеек,

при участии представителей

истца: ФИО2 доверенность от 20.08.2018 № 01.06/2173, паспорт; ФИО3, доверенность от 15.01.2018 № 01.06/74, паспорт, ФИО4, доверенность от 09.01.2017 № 01.06/3, паспорт,

ответчика: ФИО5, директор, выписка из ЕГРЮЛ от 28.06.2018, паспорт, ФИО6, доверенность от 09.07.2018, паспорт,

у с т а н о в и л:

федеральное бюджетное учреждение науки «Государственный научный центр вирусологии и биотехнологии «Вектор» Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека (далее – истец) обратилось с иском о взыскании с общества с ограниченной ответственностью «Вектор Фортис» (далее – ответчик) 4 367 910 рублей 75 копеек, в том числе 3 430 000 рублей 00 копеек долга по оплате выполненных работ по договору от 10.07.2013 № 1 и 937 910 рублей 75 копеек неустойки за нарушение срока оплаты работ на основании п. 9.4 договора за период с 15.07.2015 по 10.09.2018.

Исковые требования мотивированы тем, что истец во исполнение указанного выше договора выполнил научно-исследовательскую работу (далее – НИР) по теме «Проведение доклинических испытаний и разработка нормативной документации на рекомбинантный эритропоэтин человека для перорального применения». Ответчик результат работ принял, но в полном объёме выполненные работы не оплатил. Основываясь на статьях 310, 711 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец просил суд удовлетворить его исковые требования, взыскав с ответчика долг по оплате стоимости НИР и неустойку.

Ответчик представил суду отзыв на исковое заявление, в котором исковые требования не признал. Ответчик указал на отсутствие оснований для оплаты ввиду неисполнения истцом требований п. 3.3 договора по предоставлению сметы фактических затрат и счёта. Кроме того, ответчик в качестве причины к отказу в оплате работ назвал отсутствие итогового акта приёмки НИР. Так же ответчик указал на то, что в нарушение п. 8 технического задания истец не представил ему итоговый отчёт о доклинических исследованиях рчЭПО и проект опытно-промышленного регламента на производство рчЭПО.

Так как, по утверждению ответчика, основания для итогового расчёта отсутствуют, отсутствуют так же и основания для начисления истцом неустойки за нарушение срока оплаты работ.

Ответчик заявил к истцу встречный иск о взыскании 5 220 000 рублей 00 копеек, составляющих сумму оплат по договору от 10.07.2013 № 1.

Требование встречного иска мотивировано тем, что принятые по договору работы содержат скрытые недостатки, проявившиеся при попытках выполнения работ в соответствии с представленным истцом регламентом (при приготовлении 50%-го раствора сахарозы полного растворения 500 г сахарозы в 500 мл апирогенной деионизированной воды не происходило и смесь не проходила через стерилизующие пластины, так как имела очень густую консистенцию; при приготовлении 5%-го гаствора карбопола (и тем более 50%) полного растворения 5 г (и тем более 50 г) карбопола в 100 мл апирогенной очищенной воды, как описано в регламенте, не происходило, более того, такую смесь невозможно было простерилизовать при помощи стерилизующих пластин даже при снижении pH до 4,5-5,5, так как она представляла собой гель с не растворяемыми сгустками).

В подтверждение указанных выше доводов ответчик представил суду заключение от 22.06.2018, выполненное акционерным обществом «Сибирский центр фармакологии и биотехнологии».

Поскольку выполненный истцом регламент является невоспроизводимым, истец от исправления недостатков результата работ уклонился, деньги, уплаченные ответчиком, добровольно не возвратил, ответчик, основываясь на статьях 721, 723, 777 Гражданского кодекса Российской Федерации, просил суд удовлетворить требование встречного иска и взыскать с истца 5 220 000 рублей 00 копеек.

Истец требование встречного иска не признал, заявил об отсутствии оснований для возвращения ответчику денежных средств. По утверждению истца, отсутствие единого акта приёмки не свидетельствует о том, что работы по договору не выполнены и не является препятствием к оплате выполненных работ.

По условиям спорного договора истец должен был представить ответчику проекты фармакопейной статьи предприятия, опытно-промышленного регламента, протокол проведения первой фазы клинических исследований и провести доклинические исследования рчЭПО. Соответственно, в рамках договора были разработаны проекты нормативных документов, что предполагает возможность внесения изменений в документацию по мере продвижения препарата к регистрации в Министерстве здравоохранения Российской Федерации и только при регистрации препарата происходит регистрация фармакопейной статьи.

Со ссылкой на ОСТ 64-02-003-2002 истец указал, что в проекте нормативной документации могут не прописываться полностью и подробно некоторые этапы производства, а могут даваться ссылки на другую документацию. Проект регламента, разработанный истцом, содержит ссылки на другую документацию – стандартные операционные процедуры (СОПы), инструкции, которые принадлежат истцу. Кроме того, сам регламент, по утверждению истца, разработан для штамма-репродуцента рчЭПО, принадлежащего истцу и хранящегося у истца, ответчику данный штамм не передавался, вследствие чего ответчик не смог воспроизвести технологию получения препарата в соответствии с проектом регламента. Лицензионный договор, по условиям которого истец обязался бы передать бы ответчику технологию (ноу-хау) не заключался.

Кроме того, по утверждению истца, 16.09.2014 стороны заключили договор о сотрудничестве, по условиям которого стороны обязались совместно действовать в целях проведения доклинических и клинических исследований, начала производства препарата на основе нанокапсулированного эритропоэтина и регистрации препарата в Министерстве здравоохранения Российской Федерации. Обязанностью ответчика являлось финансирование доклинических и клинических испытаний, обязанностью истца являлась передача ответчику права на использование патента на изобретение (изготовление, применение, предложение к продаже и продажа продукта, в котором использовано изобретение РФ № 2518329) путём заключения лицензионного договора. Ответчик финансирование исследований прекратил.

Так же 14.07.2014 сторонами был заключён лицензионный договор, что, по мнению истца, подтверждает исполнение им своих обязательств.

Истец полагает, что ответчик, обратившийся к сторонней организации за воспроизводством технологии, грубо нарушил условие о конфиденциальности лицензионного договора от 14.07.2014. Представленное ответчиком исследование от 22.06.2018, выполненное акционерным обществом «Сибирский центр фармакологии и биотехнологии», по утверждению истца, не содержит сведений о том, воспроизводилась ли технология полностью, какой штамм-репродуцент, сырьё и материалы были использованы. Данные обстоятельства, по мнению истца, имеют важное значение для успешного и правильного воспроизведения технологии производства.

По мнению истца, о возможности воспроизведения разработанной им технологии свидетельствует окончание доклинических испытаний и получение в Министерстве здравоохранения Российской Федерации разрешения на проведение клинических исследований от 06.06.2016 № 387.

В возражениях на отзыв истца на встречное заявление ответчик поддержал ранее изложенные доводы и дополнительно указал на то, что договор о сотрудничестве от 16.09.2014 и лицензионный договор от 14.07.2014 не имеют отношения к спорному договору.

Относительно проекта регламента ответчик пояснил, что переданный ему истцом проект регламента, помимо невозможности воспроизведения технологии приготовления препарата, не соответствует по форме требованиям ГОСТ 7.32-2001 «Система стандартов по информатике, библиотечному и издательскому делу. Отчёт о научно-исследовательской работе. Структура и правила оформления» и общим требованиям к текстовым документам (ГОСТ 2.105-95 «Единая система конструкторской документации. Общие требования к текстовым документам»). По мнению ответчика, истец должен был передать ему по окончанию исполнения договора проект регламента по состоянию на момент проведения доклинических испытаний, то есть, препарат, участвующий в доклинических испытаниях, должен быть произведён в соответствии с проектом регламента. Так как переданный ему проект регламента не соответствует по форме нормативным требованиям, находится в стадии доработки и уточнения, не является окончательным документом на момент проведения доклинических испытаний, ответчик делает вывод, что такой проект нельзя воспроизвести и он имеет ряд недостатков.

В судебном заседании от 02.10.2018 суд отказал в удовлетворении ходатайства ответчика о назначении судебной экспертизы (определение изложено в виде отдельного судебного акта).

Исследовав материалы дела, выслушав доводы сторон, суд пришёл к следующим выводам.

10.07.2013 ответчиком (заказчик) и истцом (исполнитель) заключён договор № 1 на выполнение научно-исследовательской работы по теме: «Проведение доклинических испытаний и разработка нормативной документации на рекомбинантный эритропоэтин человека для перорального применения» (далее – договор).

Содержание, объём и сроки выполнения НИР определяются календарным планом (приложение № 1), протоколом согласования цены (приложение № 2), техническим заданием (приложение № 3) и сметой (приложение № 4), являющимися неотъемлемой частью договора (п. 1.2 договора).

Из технического задания следует, что целью работы является проведение доклинических испытаний и разработка нормативной документации на рекомбинантный эритропоэтин человека для перорального применения. В составе требований к проведению работы указано следующее: НИР выполняется соответственно этапам утверждённого заказчиком календарного плана; должны учитываться требования, выработанные на основе анализа отечественных и зарубежных материалов, результатов ранее выполненных прогнозно-поисковых и прикладных НИР, достижений и перспективных направлений развития науки и техники в области разрабатываемой проблемы; средства измерений и испытательные приборы должны быть поверены и аттестованы в соответствии с требованиями ГОСТ 8.513 и ГОСТ Р 8.568; учитывая получаемые в рамках работы результаты, по согласованию с заказчиком отдельные этапы НИР могут быть скорректированы. В разделе 7 технического задания и в календарном плане указаны следующие этапы работы: первый этап - приобретение расходных материалов и оборудования, наработка и контроль трёх серий пероральной формы рчЭПО для проведения доклинических исследований (с 01.07.2013 по 28.02.2014); второй этап - характеризация штамма-продуцента рчЭПО (с 01.10.2013 по 30.06.2015); третий этап - разработка нормативной документации на рчЭПО для перорального применения (с 01.03.2014 по 30.03.2015); четвёртый этап - проведение доклинических исследований рчЭПО для перорального применения (с 01.03.2014 по 30.06.2015).

Из раздела 8 технического задания следует, что по окончанию выполнения работ по договору представляется итоговый отчёт выполнения НИР, отчёт о доклинических исследованиях рчЭПО для перорального применения, проект фармакопейной статьи предприятия, проект опытно-промышленного регламента на производство рчЭПО, протокол проведения первой фазы клинических исследований рчЭПО для перорального применения.

В п. 6.1. договора стороны установили, что под правами на результаты НИР понимаются: исключительные права на изобретения, полезные модели, промышленные образцы, селекционные достижения, базы данных; права на результаты научно-технической деятельности, охраняемые в режиме коммерческой тайны, включая потенциально патентоспособные технические решения и секреты производства (ноу-хау).

Все полученные при выполнении НИР (этапа НИР) результаты, включая созданные и (или) использованные при выполнении НИР (этапа НИР) объекты интеллектуальной собственности, подлежат отражению в отчётной документации (п. 6.2 договора).

Исключительные права на результаты НИР, созданные в процессе выполнения работ и изложенные в любых отчётных материалах, принадлежат в равной степени заказчику и исполнителю. Правовое регулирование отношений сторон по вопросам использования созданных в ходе работы и приобретённых объектов интеллектуальной собственности устанавливается в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации на основании соглашения об использовании (п. 6.3. договора). Право на подачу заявки и получение патента (свидетельства) на создание при выполнении настоящего договора изобретения, полезные модели, промышленные образцы, селекционные достижения, исключительное право на использование создаваемых при реализации настоящего договора баз данных, принадлежит в равной степени заказчику и исполнителю (п. 6.4 договора). В случае внедрения и реализации научно-технической продукции, созданной в рамках настоящего договора, стороны определяют порядок и размеры отчислений от получаемой прибыли отдельным соглашением между сторонами (п. 6.6 договора).

Общая стоимость НИР по договору согласно п. 3.1 договора составила 8 650 000 рублей 00 копеек. В смете расходов (приложение № 1 к дополнительному соглашению от 10.04.2015 № 1 к договору) подробно указаны все статьи расходов по договору. Оплата по договору производится в следующем порядке: оплата аванса в размере 30 % от стоимости НИР в течение 10 банковских дней со дня подписания договора и предоставления счёта на аванс. Оплата стоимости выполненных работ производится заказчиком поэтапно, в соответствии с календарным планом на основании подписанных сторонами актов сдачи-приёмки этапов НИР и сметы фактических затрат с предоставлением счёта в течение 10 банковских дней с момента подписания акта приёма-сдачи этапа НИР. Авансовый платёж засчитывается пропорционально в составе стоимости этапов текущего года; по окончанию выполнения всего объёма НИР стороны подписывают итоговый акт приёмки НИР и производят окончательные расчёты (п. 3.3 договора).

В порядке п. 4.2 договора по завершению выполнения отдельного этапа НИР исполнитель составляет и передаёт заказчику на утверждение два экземпляра акта сдачи-приёмки выполненного этапа НИР, подписанные со стороны исполнителя, прилагая к нему документацию, определённую календарным планом и техническим заданием. Моментом исполнения обязательства исполнителя по выполнению этапа НИР является момент подписания сторонами по такому этапу акта сдачи-приёмки выполненного этапа НИР (п. 4.3 договора). Моментом исполнения обязательств исполнителя по выполнению НИР в полном объёме является момент подписания сторонами итогового акта приёмки НИР (п. 4.5 договора).

28.02.2014 стороны подписали акт сдачи-приёмки выполненных работ № 1 о выполнении работ по первому этапу, 30.03.2015 стороны подписали акт сдачи-приёмки выполненных работ № 2 о выполнении работ по третьему этапу, 30.06.2015 стороны подписали акт сдачи-приёмки выполненных работ № 3 о выполнении работ по второму этапу 30.07.2015 стороны подписали акт сдачи-приёмки выполненных работ № 4 о выполнении работ по четвёртому этапу.

В каждом акте указано, что выполненные работы удовлетворяют условиям договора, технического задания, календарного плана, отчётная документация в надлежащем порядке оформлена.

При изложенных обстоятельствах суд полагает необоснованным заявление ответчика о том, что истец не передал ему какую-либо отчётную документацию, в том числе, итоговый отчёт и проект опытно-промышленного регламента.

Ответчик уплати истцу по договору 5 220 000 рублей 00 копеек (данное обстоятельство признаётся сторонами), не оплаченными остались выполненные истцом работы на сумму 3 400 000 рублей 00 копеек (1 020 000 рублей 00 копеек по акту от 30.06.2015 № 3 и 2 380 000 рублей 00 копеек по акту от 30.07.2015 № 4).

Претензии истца с требованиями об оплате выполненных работ и уплате неустойки за нарушение срока оплаты от 12.01.2017 № 01.06/38, от 06.03.2017 № 01.06/680, от 11.05.2018 № 01.06/1325 оставлены ответчиком без удовлетворения.

На последнюю претензию ответчик сообщил истцу (ответ – л.д. 82-83 т. 1), что результат выполненных истцом работ имеет скрытые недостатки – представленный истцом опытно-промышленный регламент на производство рчЭПО содержит недостоверные сведения, не позволяющие воспроизвести технологию инкапсулирования рчЭПО. Так как данные недостатки при подписании актов приёмки установить было невозможно, то ответчик по их обнаружению в течение 2017 года неоднократно обращался к истцу с требованиями об устранении недостатков, требовал предоставить документ, содержащий все сведения, необходимые для воспроизводства технологического процесса, но истец требования ответчика не исполнил. Основываясь на пункте 3 статьи 723 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответчик отказал истцу в удовлетворении его претензии и потребовал от истца возмещения убытков в размере 5 250 000 рублей 00 копеек.

В соответствии с пунктом 1 статьи 769 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору на выполнение научно-исследовательских работ исполнитель обязуется провести обусловленные техническим заданием заказчика научные исследования, а по договору на выполнение опытно-конструкторских и технологических работ - разработать образец нового изделия, конструкторскую документацию на него или новую технологию, а заказчик обязуется принять работу и оплатить ее.

Из пункта 2 статьи 769 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что договор с исполнителем может охватывать как весь цикл проведения исследования, разработки и изготовления образцов, так и отдельные его этапы (элементы).

Согласно статье 773 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнитель в договорах на выполнение научно-исследовательских работ, опытно-конструкторских и технологических работ обязан: выполнить работы в соответствии с согласованным с заказчиком техническим заданием и передать заказчику их результаты в предусмотренный договором срок; согласовать с заказчиком необходимость использования охраняемых результатов интеллектуальной деятельности, принадлежащих третьим лицам, и приобретение прав на их использование; своими силами и за свой счёт устранять допущенные по его вине в выполненных работах недостатки, которые могут повлечь отступления от технико-экономических параметров, предусмотренных в техническом задании или в договоре; незамедлительно информировать заказчика об обнаруженной невозможности получить ожидаемые результаты или о нецелесообразности продолжения работы; гарантировать заказчику передачу полученных по договору результатов, не нарушающих исключительных прав других лиц.

Предметом договора на выполнение научно-исследовательских работ является результат творческой деятельности, который в отличие от результата обычной подрядной работы не может быть гарантирован исполнителем.

Данная особенность приводит к иному распределению рисков между сторонами договора, а именно, пунктом 3 статьи 769 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, если иное не предусмотрено законом или договором, риск случайной невозможности исполнения договоров на выполнение научно-исследовательских работ, опытно-конструкторских и технологических работ несёт заказчик.

Суд отклонил возражения ответчика о наличии в результате выполненных истцом работ скрытых недостатков, выявленных в 2017 году, ввиду недоказанности данного обстоятельства.

Исходя из согласования сторонами договора того, что будет являться результатом, суд установил, что истец передал ответчику проект опытно-промышленного регламента на производство Вектор-рчЭПО, рекомбинантного эритропоэтина человека, капсулы для приёма внутрь 200 мг, что соответствует разделу 8 технического задания.

То обстоятельство, что на основании данного проекта у ответчика не получается приготовить в соответствии с проектом растворы сахорозы и карбопола, не означает, что данный проект не соответствует порученному к выполнению истцом заданию.

Статьи 721 и 723 Гражданского кодекса Российской Федерации в рассматриваемом случае применению не подлежат, так как не регулируют правоотношения, связанные с научно-исследовательскими работами.

Истец представил суду заявление № 4885 о получении разрешения на проведение клинического исследования лекарственного препарата для медицинского применения – эпоэтин альфа, Вектор-рчЭПО, рекомбинантный эритропоэтин человека от 26.06.2015. 06.06.2016 Министерство здравоохранения Российской Федерации выдало истцу разрешение № 387 на проведение клинических исследований лекарственного препарата – Вектор-рчЭПО (ФИО7 альфа, рекомбинантный эритропоэтин человека).

В заключении от 22.06.2018, выполненном акционерным обществом «Сибирский центр фармакологии и биотехнологии», на которое ответчик ссылается, как на доказательство, подтверждающее невозможность воспроизведения технологии, описанной в проекте опытно-промышленного регламента, не указано на невозможность воспроизводства технологии. Согласно заключению, ответчик поручал акционерному обществу «Сибирский центр фармакологии и биотехнологии» воспроизведение технологии производства двух из четырёх требуемых растворов стабилизаторов, для чего ответчик передал ему два фрагмента регламента, касающиеся приготовления растворов сахарозы и карбопола (стадии ВР-3.6.2, ВР-3.6.4).

В представленном ответчиком отчёте о научно-исследовательской работе от 31.07.2018 (л.д. 141-154 т. 3), выполненном акционерным обществом «Сибирский центр фармакологии и биотехнологии», указано, что им были приготовлены стерильные растворы стабилизаторов и полимеров (сахароза, X, Y и карбопол), существенно изменив соответствующую технологию (касаясь приготовления растворов сахарозы и карбопола), описанную в двух фрагментах проекта регламента, полученных заказчиком (ответчиком) от ФБУН ГНЦ ВБ «Вектор» (истца).

Таким образом, специализированная организация, обладая всего двумя фрагментами проекта регламента, и не располагая инструкциями и СОПами, разработанными истцом, смогла воспроизвести процесс приготовления растворов стерилизаторов и полимеров, что опровергает утверждение ответчика о предоставлении ему истцом проекта опытно-промышленного регламента, имеющего скрытые дефекты.

При наличии двух доказательств, подтверждающих возможность на основании проекта опытно-промышленного регламента на производство рчЭПО воспроизводить технологию производства, суд отклоняет доводы ответчика о наличии в переданном ему проекте скрытых недостатков.

Дополнительно суд отмечает, что для реализации результатов научно-исследовательских работ сторонами 14.07.2014 заключён лицензионный договор о предоставлении права использования изобретения по патенту РФ № 2518329 (заявка № 2012153074) в виде исключительной лицензии.

16.09.2014 стороны заключили соглашение о сотрудничестве, в соответствии с условиями которого стороны обязались совместно действовать для достижения цели: проведение доклинических и клинических исследований, начало производства препарата на основе нанокапсулированного эритропоэтина и регистрация препарата в Министерстве здравоохранения Российской Федерации.

Из п.п. 2.1, 2.2 соглашения следует, что истец обязался передать ответчику право на использование патента № 2518329 на изобретение «Способ получения субстанции рекомбинантного эритропоэтина человека и нанокапсулированная форма рекомбинантного эритропоэтина человека с использованием субстанции, полученной указанным способом» (заявка № 2012153074), а ответчик обязался осуществить финансирование доклинических и клинических испытаний путём заключения договоров на выполнение научно-исследовательской работы по теме «Проведение доклинических испытаний и разработка нормативной документации на рекомбинантный эритропоэтин человека для перорального применения» и на выполнение научно-исследовательской работы по теме «Проведение клинических испытаний и разработка нормативной документации на рекомбинантный эритропоэтин человека для перорального применения».

Исходя из сведений представленного ответчиком отчёта о научно-исследовательской работе, представленной истцом разрешительной документации, полученной в Министерстве здравоохранения Российской Федерации, а так же из патентоспособности изобретения, подтверждённой в установленном законом порядке, суд делает вывод о том, что возражения ответчика против удовлетворения исковых требований о взыскании долга по договору и неустойки за нарушение срока оплаты являются необоснованными и подлежат отклонению.

При изложенных обстоятельствах исковое требование о взыскании с ответчика 3 430 000 рублей 00 копеек долга по оплате выполненных научно-исследовательских работ подлежит удовлетворению в порядке статьи 774 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Дополнительно суд отмечает, что отсутствие итогового акта приёмки при наличии подписанных актов приёмки по всем четырём этапам договора не является обстоятельством, освобождающим ответчика от исполнения обязательства по оплате выполненных НИР.

Согласно пункту 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может быть обеспечено неустойкой, предусмотренной законом или договором. Пункт 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что неустойкой (штрафом, пеней) признаётся определённая законом или договором сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Стороны в п. 9.4 договора установили, что в случае просрочки исполнения заказчиком обязательств, предусмотренных п. 3.3 договора, исполнитель вправе потребовать уплату неустойки. Неустойка начисляется за каждый день просрочки исполнения обязательства, предусмотренного договором, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного договором срока исполнения обязательства. Размер такой неустойки устанавливается в размере 1/300 действующей на день уплаты неустойки ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации.

Истец произвёл расчёт неустойки за нарушение срока оплаты следующим образом: по акту от 30.06.2015 № 3 с 15.07.2015 по 10.09.2018 от суммы долга 1 050 000 рублей 00 копеек в размере 292 573 рублей 75 копеек и по акту от 30.07.2015 № 4 за период с 14.08.2015 по 10.09.2018 от суммы долга 2 380 000 рублей 00 копеек в размере 645 337 рублей 00 копеек. По расчёту истца неустойка составила 937 910 рублей 75 копеек.

Расчёт неустойки судом проверен, признан верным.

Неустойка в размере 937 910 рублей 75 копеек за общий период с 15.07.2015 по 10.09.2018 подлежит взысканию с ответчика в пользу истца в порядке статей 329, 330 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Так как суд установил обстоятельство выполнения истцом спорного договора и признал отсутствующими правовые основания к применению статей 721, 723 Гражданского кодекса Российской Федерации к правоотношениям, оформленным договором на выполнение научно-исследовательских работ, основания к взысканию с истца в пользу ответчика денежных средств в размере 5 220 000 рублей 00 копеек, уплаченных по исполненному договору, отсутствуют.

Встречный иск удовлетворению не подлежит ввиду его необоснованности.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины по первоначальному и встречному искам суд в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отнёс на ответчика.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

По первоначальному иску.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Вектор Фортис» (ОГРН <***>) в пользу Федерального бюджетного учреждения науки «Государственный научный центр вирусологии и биотехнологии «Вектор» Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека (ОГРН 1055475048122) 3 430 000 рублей 00 копеек долга, 937 910 рублей 75 копеек неустойки и 44 299 рублей 00 копеек судебных расходов по оплате государственной пошлины, а всего 4 412 209 рублей 75 копеек; в доход федерального бюджета 541 рубль 00 копеек государственной пошлины.

По встречному иску.

Отказать в иске.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока с момента его принятия.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в течение месяца со дня его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд (г. Томск).

Решение, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа (г. Тюмень) в срок, не превышающий двух месяцев со дня его вступления в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.

Судья А.В. Цыбина