Решение от 11 декабря 2020 г. по делу № А56-147172/2018

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А56-147172/2018
11 декабря 2020 года
г.Санкт-Петербург


Резолютивная часть решения объявлена 08 декабря 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 11 декабря 2020 года.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи Виноградова Л.В.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Гирсовой С.В.

рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

истец: ИП ФИО1

ответчик: ООО "МАГАЗИН ВИЗ"

о взыскании 275 000,00 руб.

при участии

- от истца: ФИО2 представитель по доверенности от 20.09.2018, он-лайн,

- от ответчика: генеральный директор ФИО3 приказ №1 от 07.04.2016, ФИО4 представитель по доверенности от 17.11.2020

установил:

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «МАГАЗИН ВИЗ» (далее – ответчик) о взыскании неосновательного обогащения в размере 275 000 рублей.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.04.2019, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.07.2019, в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Суда по интеллектуальным правам от 22 ноября 2019 года судебные акты отменены, дело передано на новое рассмотрение.

Суд по интеллектуальным правам указал в постановлении, что судами не было исследовано содержание условий спорного договора (в том числе его текста и иных документов, определяющих существо договорных правоотношений истца и ответчика), которое в случае его неясности должно было быть установлено путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом, действительной общей воли сторон с учетом цели договора и всех соответствующих обстоятельств (статья 431 ГК РФ), а также существенные обстоятельства по делу, связанные с наличием (отсутствием) неосновательного обогащения на стороне ответчика.

При новом рассмотрении дела истец поддержал заявленные требования, ответчик против иска возражал по изложенным в отзыве основаниям.

Суд установил следующее.

20.06.2018 между предпринимателем и обществом был заключен лицензионный договор о передаче секрета производства (ноу-хау) № 157-М (далее – договор).

Предпринимателем 26.06.2018 была произведена оплата паушального взноса на основании счета, выставленного ООО «Франчайзинг в регионах», действующего на основании агентского договора № АД-0808 от 01.12.2017.

По условию пункта 2.1 договора, лицензиар обязуется передать лицензиату за вознаграждение право на использование принадлежащего лицензиару секрета производства, при помощи которого лицензиат намерен извлекать прибыль из оказания визовых услуг.

Пунктом 2.2 договора предусмотрен состав передаваемого лицензиату ноу-хау.

Условием пункта 5.1.1 договора установлен размер паушального взноса в размере 275 000,00 руб., а условием пункта 5.1.2 договора установлен размер роялти в сумме 8 500,00 руб. в месяц.

Условием пункта 10.5 договора лицензиату предоставлено право одностороннего внесудебного отказа от исполнения договора в случае нарушения лицензиаром требований пунктом 2.2.1 - 2.2.14 договора, т.е. условий о передаче секрета производства.

В связи с неисполнением ответчиком условий договора, истцом 27.09.2018 в адрес общества была направлена претензия с требованием о расторжении договора и возврате денежных средств в размере 275 000 руб. Ответом на претензию от 22.10.2018 ответчик отказался возвращать неосновательно полученные денежные средства, считая обязательства выполненными.

Указывая, что в досудебном порядке ответчик отказался возвратить уплаченную денежную сумму, истец обратился с настоящим иском с требованием о ее взыскании.

Ответчик поддержал свои возражения и доводы о том, что договор с его стороны исполнен надлежащим образом. При этом ответчик указал, что, как и истец, считает спорный договор лицензионным договором о передаче секрета производства (ноу-хау).

Истец в процессе слушания дела уточнил, что, поскольку в договоре не указан секрет производства, и фактически у ответчика он отсутствует, договор должен считаться не заключенным.

Рассмотрев доводы сторон, обстоятельства дела и представленные доказательства, суд пришел к следующим выводам.

Отказывая в иске при первоначальном рассмотрении дела, суд исходил из анализа заключенного сторонами договора от 20.06.2018 (далее – спорный договор), который они определили как лицензионный. Принимая во внимание описанный в разделе 2 предмет договора, суд пришел к выводу, что фактически спорный договор имеет характер смешанного договора, включая в свой предмет, в том числе, оказание определенных услуг.

Однако суд кассационной инстанции, ссылаясь на позицию и мнение сторон, исходя из принципов статей 421, 422 ГК РФ о свободе договора и праве сторон по своему усмотрению определять условия договора, указал на отсутствие возможности квалифицировать договор вопреки соглашению сторон.

Поскольку обе стороны соглашались в вопросе оценки договора как лицензионного, предметом которого являлась передача ноу-хау, при оценке правоотношений сторон подлежат применению нормы, в том числе, раздела 75 Гражданского кодекса РФ.

Согласно пункту 1 статьи 1465 Гражданского кодекса РФ (ГК РФ), секретом производства (ноу-хау) признаются сведения любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и другие) о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере и о способах осуществления профессиональной деятельности, имеющие действительную или потенциальную коммерческую ценность вследствие неизвестности их третьим лицам, если к таким сведениям у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и обладатель таких сведений принимает разумные меры для соблюдения их конфиденциальности, в том числе путем введения режима коммерческой тайны.

В данном случае, поскольку стороны не занимаются интеллектуальной деятельностью в научно-технической сфере, предметом договора должны являться сведения о способах осуществления профессиональной деятельности. Ответчик полагает, что систематизированные им сведения об алгоритме оказания гражданам консультационных услуг по вопросам получения виз являются его ноу-хау. При этом ответчик не отрицал, что получение самих виз в состав этого ноу-хау не входит.

Истец пояснил, что на этапе заключения спорного договора его интересовала именно возможность фактического получения виз, а не процедуры оформления деятельности по оказанию гражданам консультационных услуг. Между тем, как выяснилось после заключения договора, ответчик не обладает возможностями по организации получения собственно виз, но только знаниями о том, как организовать офис по оказанию консультационных услуг. По мнению истца, эти знания не могут считаться ноу-хау, поскольку сведения о том, какие нужны документы для получения визы, размещены в свободном доступе всем желающим как на сайте консульств соответствующих стран, так и на других ресурсах в сети Интернет.

При первоначальном рассмотрении дела суд указал, что в деле отсутствуют доказательства обладания ответчиком определенным ноу-хау, о котором идет речь в спорном договоре, и что эти сведения были переданы истцу. Дополнительные доказательства в опровержение данного вывода при новом рассмотрении дела ответчиком не представлены.

Согласно пункту 2 статьи 1465 ГК РФ, секретом производства не могут быть признаны сведения, обязательность раскрытия которых либо недопустимость ограничения доступа к которым установлена законом или иным правовым актом. Сведения о перечне документов, которые необходимо представить в консульство для получения визы, а также порядок их подачи, обязательны для раскрытия всем заинтересованным лицам, и данная обязанность выполняется консульскими службами всех стран, которые заинтересованы в надлежащем выполнении соискателями всех формальностей.

Вопросы оформления офиса и подбора персонала, как пояснил истец, его не интересовали, и он не имел намерения заключать договор на передачу ему подобных знаний и сведений, независимо от того, являются ли эти сведения конфиденциальными либо нет. Истец настаивал, что заключал договор единственно в расчете на получение доступа к информации, которая позволит ему помогать клиентам получать визы (по принципу визового центра), и ответчик обещал именно такой результат.

Согласно статье 431 ГК РФ, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все сопутствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Согласно пункту 2 статьи 434.1 ГК РФ, при вступлении в переговоры о заключении договора, в ходе их проведения и по их завершении стороны обязаны действовать добросовестно. Недобросовестными действиями при проведении переговоров предполагается, в том числе, предоставление стороне неполной или недостоверной информации, в том числе умолчание об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны быть доведены до сведения другой стороны.

Истец не представил доказательства, что он доводил до сведения ответчика цель заключения договора, и ответчик намеренно ввел его в заблуждение относительно содержания своего ноу-хау. Вместе с тем, из пояснений сторон, содержания договора и последующего поведения сторон следует, что истец не имел намерения заключать договор исключительно на передачу информации (сведений), указанных в разделе 2 спорного договора. Согласно заявлению истца, если бы он был в полной мере осведомлен об объеме фактически передаваемых «секретных» сведений, он бы не заключил спорный договор.

Вместе с тем, ответчик не представил доказательства, что он фактически располагает каким-либо ноу-хау в сфере получения виз, не представил сведения об оценке и постановке на свой баланс данного нематериального объекта; не представил доказательства, что смысл и назначение ноу-хау либо достоверные сведения о результате и коммерческой выгоде его применения были доведены до сведения истца до заключения спорного договора.

Пунктом 1 статьи 432 Гражданского кодекса РФ установлено, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Поскольку из представленных документов и пояснений сторон следует, что, заключая лицензионный договор, стороны фактически не пришли к соглашению о его предмете, следует признать договор незаключенным.

Поскольку при таких обстоятельствах у ответчика отсутствуют основания для пользования перечисленными истцом денежными средствами в размере 275 000 руб., по правилам статьи 1102 ГК РФ данные денежные средства подлежат возврату истцу.

Иск подлежит удовлетворению.

Расходы истца по уплате государственной пошлины относятся на ответчика в полном объеме.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

решил:

Взыскать с ООО «Магазин виз» (ОГРН <***>) в пользу ИП ФИО1 (ОГРНИП 315673300017920) 275 000,00 руб. неосновательного обогащения, а также 8 500,00 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.

Судья Л.В.Виноградова