Решение от 26 января 2022 г. по делу № А36-4159/2021

Арбитражный суд Липецкой области

пл.Петра Великого, д.7, г. Липецк, 398019

http://lipetsk.arbitr.ru, е-mail: info@lipetsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №А36-4159/2021
г. Липецк
26 января 2022 года
Резолютивная часть решения объявлена 19.01.2022 года

Решение в полном объеме изготовлено 26.01.2022 года


Арбитражный суд Липецкой области в составе судьи Левченко Ю.М., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Коростелевой Н.Ю., рассмотрев в судебном заседании заявление

Общества с ограниченной ответственностью «ЗИНГЕР СПБ» (ОГРН <***>, ИНН <***>, <...>, литер А, оф.18Н)

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП 304480229600021, ИНН <***>, Липецкая область)

при участии в деле третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, Общества с ограниченной ответственностью «РЛЦ» (ОГРН <***>, ИНН <***>, <...>, эт. 2, пом. XII, ком 33) (дата прекращения деятельности юридического лица: 23.09.2021г.)

о взыскании 60 000 рублей компенсации за использование товарного знака «ZINGER»,

при участии в судебном заседании:

от истца: не явился,

от ответчика: не явился,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «ЗИНГЕР СПБ» (далее – истец, ООО «ЗИНГЕР СПБ») обратилось в Арбитражный суд Липецкой области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик, ИП ФИО1) о взыскании 60 000 рублей компенсации за использование товарного знака «ZINGER».

Определением от 21.05.2021г. исковое заявление принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства.

Определением от 14.07.2021г. суд перешел к рассмотрению заявления по общим правилам искового производства. Тем же определением суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, Общество с ограниченной ответственностью «РЛЦ» (далее – третье лицо, ООО «РЛЦ»). В соответствии выпиской, полученной из Единого государственного реестра юридических лиц 29.11.2021г., ООО «РЛЦ» прекратило деятельность 23.09.2021г.

Представители лиц, участвующих в деле, в судебное заседание не явились, факт надлежащего извещения о месте и времени судебного заседания подтверждается материалами дела. Поскольку указанные лица надлежащим образом извещены о месте и времени судебного заседания по правилам статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), с учетом положений части 5 статьи 156 АПК РФ арбитражный суд полагает возможным рассмотреть спор в отсутствие их представителей по имеющимся в деле документам.

Изучив материалы дела и представленные доказательства, суд установил следующее.

Как следует из текста искового заявления и приложенных к нему документов, 19.06.2019 года истец в принадлежащем ответчику магазине «Гамма», расположенном в торговом центре «Айсберг» по адресу: <...> Победы, д.52, заключил договор розничной купли-продажи товара – ножниц стригательных, сходных до степени смешения с товарным знаком «ZINGER», право на использование которого принадлежит истцу.

Согласно части 1 статьи 44 Конституции Российской Федерации, интеллектуальная собственность охраняется законом.

В соответствии со статьей 138 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), использование результатов интеллектуальной деятельности, которые являются объектом исключительных прав, может осуществляться третьими лицами только с согласия правообладателя.

Правоотношения истца и ответчика, связанные с защитой исключительных прав на использование товарного знака «ZINGER», регулируются положениями части 4 ГК РФ.

В соответствии со статьей 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован. Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Пунктом 2 статьи 1484 ГК РФ предусмотрено, что исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака:

1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации;

2) при выполнении работ, оказании услуг;

3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот;

4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе;

5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

Способы защиты исключительных прав предусмотрены пунктом 1 статьи 1252 ГК РФ. Одним из них является предъявление в порядке, предусмотренном ГК РФ, требования о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб, в том числе нарушившему его право на вознаграждение, предусмотренное статьей 1245, пунктом 3 статьи 1263 и статьей 1326 ГК РФ (подпункт 3 пункта 1 статьи 1252 ГК РФ).

В силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Согласно пункту 1 статьи 1515 ГК РФ, товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными. Подпунктом 2 пункта 4 данной нормы предусмотрено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019г. №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума ВС РФ от 23.04.2019г. №10), компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения.

В пункте 62 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019г. №10 подчеркивается, что ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

В соответствии со статьей 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

В силу части 2 статьи 10 АПК РФ доказательства, которые не были предметом исследования в судебном заседании, не могут быть положены арбитражным судом в основу принимаемого судебного акта.

На основании части 3.1 статьи 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

Как указано в пункте 55 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019г. №10, при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети «Интернет».

Факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи.

Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется.

Информация о распространении гражданином контрафактной продукции не является информацией о его частной жизни, в том числе информацией, составляющей личную или семейную тайну.

Факт принадлежности истцу исключительных прав на товарный знак «ZINGER» подтверждается материалами дела.

Факт приобретения спорного товара у ответчика подтверждается представленной копией кассового чека от 19.05.2019г., фотографиями контрафактного товара, видеозаписью, на которой зафиксирован процесс покупки представителем истца в магазине, расположенном по адресу: <...> Победы, д.52, спорного товара. Кроме того, в материалы дела представлен спорный товар в качестве вещественного доказательства.

Ответчиком факт продажи истцу спорного товара не опровергнут.

Исследовав представленные доказательства, суд пришел к выводу о том, что их совокупностью подтверждается факт реализации ответчиком спорного товара.

Судом при визуальном сравнении спорного товара, нанесенного на его упаковку изображения, а также товарного знака «ZINGER» на представленных правоустанавливающих документах, установлено их визуальное сходство по форме, пропорциям, текстовому содержанию, что позволяет сделать вывод о сходстве до степени смешения.

В свою очередь, ответчиком не представлено доказательств в подтверждение реализации указанного товара на законных основаниях.

Доказательств введения в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия реализованного ответчиком товара, в том числе доказательств предоставления истцом ответчику такого права, в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что факт нарушения ответчиком принадлежащих истцу исключительных прав на товарный знак «ZINGER» подтверждается материалами дела.

По мнению истца, на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ компенсация за использование товарного знака «ZINGER» в двукратном размере по данному делу составляет 120 000 руб.

Вместе с тем, учитывая однократность правонарушения, истец добровольно снизил размер требуемой компенсации до 60 000 руб.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 года №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или третьих лиц.

Вместе с тем определение судом суммы компенсации в размере двукратной стоимости права в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, если суд определяет размер компенсации на основании установленной им стоимости права, которая оказалась меньше, чем заявлено истцом, не является снижением размера компенсации.

Представление в суд лицензионного договора (иных договоров) не предполагает, что компенсация во всех случаях должна быть определена судом в двукратном размере цены указанного договора (стоимости права использования), поскольку с учетом норм пункта 4 статьи 1515 ГК РФ за основу рассчитываемой компенсации должна быть принята цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака тем способом, который использовал нарушитель.

Ответчик вправе оспорить рассчитанный на основании лицензионного договора размер компенсации путем обоснования иной стоимости права использования соответствующего товарного знака, исходя из существа нарушения, условий этого договора либо иных доказательств, в том числе иных лицензионных договоров и заключения независимого оценщика.

В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, то суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права; способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); территория, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, или иная территория); иные обстоятельства.

Следовательно, арбитражный суд может определить другую стоимость права использования соответствующего товарного знака тем способом и в том объеме, в котором его использовал нарушитель, и, соответственно, иной размер компенсации по сравнению с размером, заявленным истцом.

Аналогичная позиция изложена в пункте 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 от 30.06.2021 года (далее – Обзор №2 от 30.06.2021г.).

Из представленных в материалы дела документов усматривается, что между Обществом с ограниченной ответственностью «Зингер СПБ» (далее – лицензиар, ООО «Зингер СПБ») и Обществом с ограниченной ответственностью «Глобал» (далее – лицензиат, ООО «Глобал») заключен лицензионный договор о предоставлении права использования товарного знака от 26.02.2019г. (далее – договор от 26.02.2019г.), согласно которому лицензиар предоставляет лицензиату право использования товарного знака «ZINGER» сроком действия до 01 ноября 2021 года, за ежеквартальное вознаграждение в размере 60 000 руб.

Пунктами 1.2. и 1.3. договора от 26.02.2019г. лицензиару предоставлено право использовать товарный знак на территории Российской Федерации в отношении товаров, включенных в 06, 08, 14, 21, 26 классы и услуг 35, 42, включенных Международную классификацию товаров и услуг (далее – МКТУ) следующими способами:

путем его размещения на товарах, в том числе, на этикетках, упаковках товаров, которые предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации либо хранятся или перевозятся с этой целью;

при выполнении работ, оказании услуг;

на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот;

в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях на вывесках и в рекламе;

в сети «Интернет», в том числе, в доменном имени и при других способах адресации.

Таким образом, установленное пунктом 2.1. лицензионного договора от 26.02.2019г. вознаграждения в размере 60 000 руб. взимается правообладателем за предоставление лицензиару права использования товарного знака в отношении товаров 5 классов МКТУ и услуг двух классов МКТУ пятью способами в течение трех месяцев.

В настоящем деле установлен факт совершения ответчиком правонарушения в форме однократной реализации одной единицы товара, на упаковку которого нанесено изображение, сходное с принадлежащим истцу товарным знаком.

С учетом изложенного, а также принимая во внимание правовую позицию, изложенную в пункте 31 Обзор №2 от 30.06.2021г., разумный размер стоимости права использования товарного знака в сравнимых условиях составляет 571 руб. 43 коп. (60 000 руб. / 3 месяца в квартале / 7 классов товаров и услуг / 5 способов использования). Следовательно, размер двукратной компенсации составляет 1 142 руб. 86 коп. (571,43 * 2).

Таким образом, исковое требование является обоснованным и подлежит удовлетворению частично, в сумме 1 142 руб. 86 коп.

Согласно статье 101 АПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований (статья 110 АПК РФ).

При обращении с иском в арбитражный суд истец на основании платежного поручения №895 от 31.12.2020г. оплатил государственную пошлину в сумме 2 400 руб., размер которой, исходя из цены иска, соответствует требованиям подпункта 1 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Истец просит взыскать с ответчика судебные издержки в размере 20 771 руб., в том числе: 250 руб. – в связи с приобретением контрафактного товара, 191 руб. на оплату почтовых расходов, 20 270 руб. – судебных издержек на оплату услуг представителя.

Судебные издержки подтверждены материалами дела и связаны с рассмотрением настоящего спора в арбитражном суде, ответчиком не опровергнуты.

Согласно пункту 2 статьи 110 АПК РФ расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

По смыслу названной нормы разумные пределы расходов являются оценочной категорией, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел законодателем не установлены. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом, в том числе, обстоятельств дела, сложности и продолжительности судебного разбирательства.

Разрешая вопрос о разумности суммы понесенных расходов на оплату услуг представителя с точки зрения необходимости их несения, суд пришел к выводу о следующем.

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2004г. №454-О указано, что обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым – на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Поэтому часть 2 статьи 110 АПК РФ предусматривает обязанность суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Право уменьшить сумму, взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов по оплате услуг представителя, не может рассматриваться как нарушающее конституционные права и свободы заявителя, поскольку реализация названного права судом возможна лишь в том случае, если он признает эти расходы чрезмерными в силу конкретных обстоятельств дела.

Как следует из положений пункта 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 21.01.2016г. «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

При этом разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле (пункт 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 21.01.2016г. «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

При оценке размера подлежащих взысканию расходов суд считает, что рассматриваемое дело не может быть отнесено к числу сложных дел, так как представителю истца не требовалось осуществлять подборку нормативной базы, изучать и представлять большое количество документов. В течение 2020-2021г.г. в Арбитражном суде Липецкой области рассмотрено более 300 аналогичных исковых заявлений по идентичной категории дел, в исковые заявления ООО «ЗИНГЕР СПБ» (см. сведения официального сайта Федеральных арбитражных судов Российской Федерации в Картотеке арбитражных дел). Правовая позиция истцов по указанным делам основывалась на одних и тех же аргументах, а составленные исковые заявления, возражения на отзывы ответчика и ходатайства о приобщении документов имели сходное содержание.

Учитывая рассматриваемую категорию спора, объем работы, выполненной представителем, характер спора и его специфику, содержание правовой аргументации сторон, суд признает разумным и обоснованным размером судебных издержек в связи с оплатой услуг представителя 5000 руб.

В целом разумной суммой судебных издержек является 5 441 руб., в том числе: 250 руб. – в связи с приобретением контрафактного товара, 191 руб. на оплату почтовых расходов, 5000 руб. – судебных издержек на оплату услуг представителя.

В связи с частичным удовлетворением исковых требований расходы истца на уплату государственной пошлины, по направлению ответчику претензии и искового заявления, подлежат взысканию с ответчика в пользу истца пропорционально размеру удовлетворенных требований, т.е. 6 руб. судебных расходов по оплате государственной пошлины, 104 руб. судебных издержек.

В силу пункта 2 статьи 168 АПК РФ при принятии решения арбитражный суд определяет дальнейшую судьбу вещественных доказательств.

Согласно части 1 статьи 80 АПК РФ вещественные доказательства, находящиеся в арбитражном суде, после их осмотра и исследования судом возвращаются лицам, от которых они были получены, если они не подлежат передаче другим лицам.

Арбитражный суд вправе сохранить вещественные доказательства до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела, и возвратить их после вступления указанного судебного акта в законную силу (часть 2 статьи 80 АПК РФ).

Вместе с тем, АПК РФ оговаривает специальные правила распоряжения вещественными доказательствами, которые согласно федеральному закону не могут находиться во владении отдельных лиц (часть 3 статьи 80 АПК РФ).

Так в случае, когда распространение материальных носителей, в которых выражено средство индивидуализации, приводит к нарушению исключительного права на это средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению (пункт 4 статьи 1252 ГК РФ).

При таких обстоятельствах приобщенное в материалы дела вещественное доказательство не может быть возращено и подлежит уничтожению.

Руководствуясь статьями 110, 112, 117, 167-170, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить в части.

Взыскать с индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП 304480229600021, ИНН <***>) в пользу Общества с ограниченной ответственностью «ЗИНГЕР СПБ» (ОГРН <***>, ИНН <***>, <...>, литер А, оф.18Н) 1142 руб. 86 коп. компенсации за использование товарного знака «ZINGER», а также 6 руб. судебных расходов по оплате государственной пошлины, 104 руб. судебных издержек.

В остальной части в удовлетворении иска и заявления о взыскании судебных расходов отказать.

Вещественное доказательство – ножницы стригальные, на упаковку которых нанесено изображение, сходное до степени смешения с товарным знаком «ZINGER», уничтожить после вступления решения суда в законную силу и истечения срока установленного на его обжалование в кассационном порядке.

Решение вступает в законную силу по истечении месяца с момента изготовления в полном объеме и в этот срок может быть обжаловано в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд (г. Воронеж) через Арбитражный суд Липецкой области.



Судья Ю.М. Левченко