Постановление от 25 июня 2025 г. по делу № А08-8943/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности и обоснованности судебных актов арбитражных судов, вступивших в законную силу

Дело № А08-4943/2022
26  июня 2025 года
город Калуга



Резолютивная часть постановления объявлена  24 июня 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено  26 июня 2025 года.


Арбитражный суд Центрального округа в составе:


председательствующего

ФИО1, 

судей

ФИО2,

ФИО3,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи


ФИО4

при участии в заседании:


от ПАО «Сбербанк России»:

ФИО5 по доверенности от 08.12.2023;

от иных участвующих в деле лиц:

не явились, извещены надлежаще;

рассмотрев в открытом судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Белгородской области кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО6 на решение Арбитражного суда Белгородской области от 01.08.2024 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2024 по делу № А08-4557/2022

УСТАНОВИЛ:

Публичное акционерное общество «Сбербанк России» в лице филиала - Белгородское отделение N 8592 (далее - ПАО «Сбербанк России», истец) обратилось в Арбитражный суд Белгородской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО6 (далее - ответчик) о взыскании задолженности по кредитному договору <***> от 17.01.2019 по состоянию на 30.08.2022 в сумме 765 954,71 руб., в том числе: основной долг - 630 136,94 руб.; проценты - 135 817,77 руб.

ИП ФИО6 обратилась в Арбитражный суд Белгородской области со встречным исковым заявлением к ПАО «Сбербанк России» о признании кредитного договора <***> от 17.01.2019 недействительным.

Решением Арбитражного суда Белгородской области от 01.08.2024, оставленным без изменения постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2024  исковые требования ПАО «Сбербанк России» удовлетворены в полном объеме, с ИП ФИО6 в пользу ПАО «Сбербанк России» взыскана задолженность по кредитному договору <***> от 17.01.2019 в размере 765 954,71 руб., в том числе: просроченный основной долг - 630 136,94 руб.; просроченные проценты - 135 817,77 руб., а также  судебные расходы в размере 18 319 руб. В удовлетворении встречных исковых требований ИП ФИО6 о признании недействительным кредитного договора <***> от 17.01.2019 отказано.

Не согласившись с указанными решением и постановлением судов, ИП ФИО6 обратилась в суд округа с кассационной жалобой. Заявитель просит отменить обжалуемые судебные акты и направить дело на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

В обоснование жалобы заявитель указала на то, что судами первой и апелляционной инстанции неправомерно отказано в  удовлетворении ходатайств о назначении по делу судебной финансово-экономической, почерковедческой экспертиз, а также об истребовании доказательств.  

Не дано надлежащей правовой оценки доводам ответчика о фальсификации банком (истцом) ряда предоставленных документов.

В судебном заседании представитель ПАО «Сбербанк России» с учетом отзывана кассационную жалобу просил оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 АПК РФ, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, проверив законность обжалуемых судебных актов с учетом положений статьи 286  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав лиц, участвующих в деле, Арбитражный суд Центрального округа приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанции,  17.01.2019 между ПАО «Сбербанк России» (кредитор) и ИП ФИО6 (заемщик) заключен кредитный договор <***>, по условиям которого кредитор предоставил заемщику кредит в сумме 1 065 000 руб. для целей развития бизнеса на срок до 17.01. 2022  по ставке 17% годовых.

Договор составлен в простой письменной форме и подписан собственноручно заемщиком и кредитором.

Обязательства по выдаче кредита были исполнены кредитором надлежащим образом, что подтверждается выпиской по счету заемщика N <***>, открытому в ПАО «Сбербанк России» и платежным поручением к указанному счету N 202316 от 17.01.2019.

Дополнительным соглашением к кредитному договору <***> от 22.07.2021 заемщику предоставлена отсрочка в погашении основного долга и процентов на срок с 19.07.2021 по 17.11.2021 (включительно), а срок действия кредитного договора продлен до 17.08.2023.

Ответчик длительное время осуществлял оплату ежемесячных платежей, за период с 18.02.2019 по 17.03.2020 заемщиком осуществлено 14 платежей по условиям кредитного договора, размер ежемесячного платежа составил 37 958 руб.

Начиная с 18.12.2021, ответчик перестал погашать задолженность по кредитному договору. В течение срока пользования кредитом неоднократно допускались просрочки исполнения обязательств, о чем свидетельствует представленный расчет задолженности по договору.

В связи с неисполнением обязательств по погашению кредита, кредитор 28.07.2022 направил заемщику требования о досрочном возврате суммы кредита, процентов за пользование кредитом и уплате неустойки.

Ссылаясь на неисполнение ИП ФИО6 обязательств по погашению кредита, истец обратился в суд первой инстанции  с рассматриваемыми исковыми требованиями.

Ответчик, не согласившись с исковыми требованиями, заявил встречное исковое заявление о признании кредитного договора <***> от 17.01.2019 недействительным.

Разрешая спор, руководствуясь ст.ст.307,310,428,810,811,819 ГК РФ, исходя из правовой природы кредитного договора и договора займа, суды обеих инстанций  пришли к правомерному выводу об удовлетворении исковых требований ПАО «Сбербанк России» и об отказе в удовлетворении встречного иска ИП ФИО6

Факт выдачи кредита и наличия задолженности в размере 1 065 000,54 руб. подтверждается материалами дела.

Представленный истцом расчет задолженности ответчика по кредитному договору судом области проверен и правомерно признан правильным. Контррасчет задолженности ответчик не представил.

Ответчиком в нарушение названных норм процессуального права в суд не были представлены доказательств возврата заемных денежных средств (статьи 65, 9 АПК РФ).

Довод предпринимателя о пропуске ПАО Сбербанк срока исковой давности правомерно отклонен судами на основании ст.ст. 196,199,200,203 ГК РФ.

При исчислении сроков исковой давности по требованиям о взыскании просроченной задолженности по кредитному обязательству, предусматривающему исполнение в виде периодических платежей, суды применяют общий срок исковой давности (ст. 196 ГК РФ), который подлежит исчислению отдельно по каждому платежу со дня, когда кредитор узнал или должен был узнать о нарушении своего права (п. 3 Обзора судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств, утвержденного Президиумом Верховного Суда 22.05.2013).

Кредитный договор заключен 12.11.2018. При этом задолженность, взыскиваемая в рамках настоящего дела, образовалась в период с 14.12.2021 по 22.03.2022, в связи с чем, право банка было нарушено 14.12.2021, поскольку именно с этой даты начала образовываться просроченная задолженность по договору.

Таким образом, вывод судов о том, что срок исковой давности для взыскания просроченной задолженности по кредитному договору <***> от 12.11.2018 ПАО «Сбербанк России» не пропущен является правомерным.

С учетом изложенного, суды пришли к правомерному выводу об обоснованности требований истца о взыскании просроченной задолженности за пользование кредитом в размере 765 954,71 руб., из которой 630 136,94 руб. - основной долг., 135 817,77 руб. - проценты.

Возражая против удовлетворения первоначальных исковых требований, и мотивируя встречное исковое заявление ИП ФИО6 ссылается на то, что кредитный договор <***> от 17.01.2019 является недействительным.

Руководствуясь ст.ст. 10, 154,158, 160, 162, 166, 168, 170, 432 ГК РФ, исходя из разъяснений, приведенных в пункте 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», суды пришли к правомерному выводу, что доказательств недобросовестности действий ПАО «Сбербанк России» при заключении кредитного договора не представлено.

ИП ФИО6 также не предоставлено доказательств того, что в момент совершения сделки, т.е. оформления кредита 17.01.2019, она находилась в состоянии, в котором не могла понимать значение своих действий и руководить ими, либо подтверждающих заключение кредитного договора под влиянием обмана, заблуждения, равно как и не предоставлено доказательств того, в чем заключался обман со стороны банка и в каких последствиях заключения сделки, имеющих значение для нее, она была обманута.

Доводы ответчика по первоначальному иску о том, что им не были получены денежные средства по кредитному договору и в материалах дела отсутствуют относимые и допустимые доказательства предоставления кредита, правомерно отклонены судами.

Довод встречного истца об обязательном составлении банком банковских (мемориальных) ордеров о перечислении денежных средств со ссудного счета на текущий дебетовый счет при выдаче кредитных средств заемщику правомерно признан судами ошибочным, с учетом Положения Банка России от 29.06.2021 N 762-П «О правилах осуществления перевода денежных средств».

Надлежащим доказательством предоставления заемных средств являются документы, подтверждающие зачисление соответствующих сумм на расчетный счет клиента (заемщика). Зачисление денежных средств на расчетный счет Заемщика было произведено банком на основании письменного распоряжения клиента.

Допустимых и достоверных доказательств того, что кредитный договор подписан иным лицом, а также что денежные средства кредитором не передавались, встречным истцом не представлено.

По кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее (пункт 1 статьи 819 ГК РФ).

В соответствии со статьей 820 ГК РФ кредитный договор должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным.

Согласно пункту 1 статьи 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте (пункт 3 статьи 438 ГК РФ).

Таким образом, составление кредитного договора, подписанного сторонами, является не единственным способом, подтверждающим соблюдение письменной формы договора при его заключении, поскольку и из других документов может явствовать волеизъявление заемщика получить от банка определенную денежную сумму на оговоренных условиях (заявлением клиента о выдаче денежных средств и т.д.), согласованных банком, путем открытия клиенту ссудного счета и выдачи последнему денежных средств.

В тоже время в материалах дела имеются допустимые, достаточные и достоверные доказательства факта заключения между сторонами кредитного договора <***> от 17.01.2019, а также факта зачисления кредитных средств на расчетный счет ИП ФИО6 N <***>.

Выпиской по указанному счету и платежным поручением N 202316 от 17.01.2019 подтверждаются зачисление кредитных средств на счет Заемщика, а также тот факт, что заемщик воспользовался кредитными денежными средствами и длительное время оплачивал задолженность по договору на условиях кредитного обязательства.

Таким образом, суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для признания спорного кредитного договора недействительным.

Кроме того, истцом по встречному иску пропущен срок исковой давности.

Так, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Между тем, с 12.11.2018 (дата совершения оспариваемой сделки) прошел срок более трех лет, в связи с чем, суды обеих инстанций пришли к правомерному выводу о том, что ИП ФИО6 пропущен годичный срок исковой давности по предъявлению встречного иска, что является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В связи с изложенным, суды правомерно отказали в удовлетворении встречных исковых требований ИП ФИО6

В удовлетворении ходатайства ИП ФИО6 о необходимости истребования в Центральном Банке РФ сведений и документов, подтверждающих факт резервирования истцом обязательств по кредитному договору о начисленных резервах судами правомерно отказано, поскольку исследование вопросов оценки банком рисков кредитования заемщика и начисления резервов, не входит в предмет рассмотрения настоящего спора, поскольку затрагивает вопросы правильности формирования банком резервов под выданную ссуду и не исключает возможности кредитования заемщиков даже с плохим финансовым состоянием, определяя в этом случае лишь обязанность формирования повышенного резерва, гражданское законодательство Российской Федерации не содержит оснований для оспаривания сделки в связи с размером начисленных резервов при выдаче кредита.

Также ответчиком было заявлено ходатайство о назначении по делу финансово-экономической экспертизы.

Исходя из совокупности представленных в материалы дела доказательств, принимая во внимание предмет и основания настоящего спора, возможность рассмотрения спора без экспертного заключения, суды первой  и апелляционной инстанций пришли к правомерному выводу об отсутствии оснований для назначения финансово-экономической экспертизы, признав проведение такой экспертизы процессуально нецелесообразным, а также учитывая достаточность доказательств в материалах настоящего спора для рассмотрения дела.

В ходе судебного разбирательства ИП ФИО6 заявлено ходатайство об исключении документов из числа доказательств (с заявлением о фальсификации доказательств), а именно: выписки по счету ИП ФИО6 N <***> и платежного поручения N 202316 от 17.01.2019.

Исследовав материалы дела, суды обеих инстанций пришли к обоснованному выводу, что представленные истцом выписка по счету и платежное поручение соответствуют законодательству Российской Федерации, в частности, форме по КНД 1114307, установленной Приказом ФНС России от 31.12.2019 N ММВ-7-2/679@ и приложению N 1 к положению Банка России от 29 июня 2021 года N 762-П «О правилах осуществления перевода денежных средств».

Основания для признания указанных документов недостоверными и их исключению из числа доказательств отсутствуют.

Оснований для назначения экспертизы не имеется, поскольку имеется возможность проверить заявление о фальсификации путем исследования иных письменных доказательств.

Ссылка должника на то обстоятельство, что она не подписывала кредитный договор правомерно не принята судами, поскольку ответчиком не представлено соответствующих доказательств. Более того, оформление договорных отношений по выдаче кредита не ограничивается составлением сторонами только одного документа (кредитного договора), подписанного ими, а подтверждается и другими документами, из которых будет явствовать волеизъявление заемщика получить от банка определенную денежную сумму на оговоренных условиях (подачей клиентом заявления о выдаче денежных средств, внесением им платы за предоставление кредита и т.д.), а также открытием банком ссудного счета клиенту и выдачей последнему денежных средств.

Заявление о фальсификации может проверяться не только с помощью экспертного исследования документа, но и путем оценки совокупности имеющихся в материалах дела доказательств, а именно: распоряжения заемщика на перечисление кредитных средств; выписки по расчетному счету <***>; платежного поручения N 202316 от 17.01.2019; соглашения о безакцептном списании денежных средств со счета заемщика в погашение кредита; расходования кредитных денежных средств; платежей в погашение задолженности; обращения клиента о необходимости реструктуризации задолженности по кредитам; дополнительных соглашений к кредитному договору от 20.04.2020, 14.12.2020, 22.07.2021, подписанными собственноручно заемщиком и банком о предоставлении отсрочки в погашении процентов и основного долга и согласовании нового графика погашения задолженности, который исполнялся ИП ФИО6, что подтверждается расчетом задолженности.

Таким образом, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания, а, следовательно, требование одной из сторон спора о назначении экспертизы не создает обязанности суда ее назначить.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции, ПАО «Сбербанк России» было заявлено ходатайство о фальсификации квитанции N 202316 и ордера N 202316 от объявления на взнос наличными (далее - ОВН) от 17.01.2019.

Обосновывая заявление о фальсификации ОВН от 17.01.2019, представленных ответчиком, истец указал, что на данном документе (ОВН от 17.01.2019) проставлен оттиск печати, не соответствующий ВНД банка, поскольку дополнительный офис N 8592/8592, в котором ИП ФИО6 17.01.2019 якобы вносила денежные средства на свой счет, не мог использовать печать «Управления продаж малому бизнесу» и имеет собственную печать для проставления на приходно-кассовых документах. Более того, должность кассового работника, указанная в ОВН от 17.01.2019, не соответствует должности работника банка на момент совершения операции; внешний вид (оформление) документа (ОВН) не соответствует оформлению платежного документа в версии программного обеспечения, действующего в банке в январе 2019.

Также банк указывает, что представленные в дело оригиналы квитанции и ордера от ОВН от 17.01.2019 визуально не имеют признаков отрыва верхней части документа от самого объявления на взнос наличными и изготовлены печатным способом без использования программного обеспечения и ЭВМ банка. Более того, в архиве ПАО «Сбербанк России» отсутствует на хранении объявление на взнос наличными от 17.01.2019 на сумму 1 065 000 руб. Указанная операция также не отражена на кассовом счете Белгородского отделения N 8592 ПАО «Сбербанк России».

Таким образом, указанные несоответствия свидетельствуют о фальсификации документов (ОВН от 17.01.2019), предоставленных ИП ФИО6 в рамках дела NА08-8943/2022.

Совокупность этих обстоятельств позволяет суду с разумной степенью достоверности прийти к выводу о том, что представленные ответчиком квитанции являются сфальсифицированными, в связи с чем, правомерен вывод судов о том, что они не могут быть признаны доказательствами, которые подтверждают факт внесения денежных средств на счет ответчика.

Оценив с соблюдением требований статей 65, 70, 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, приняв во внимание доводы сторон, на основании статьи 161 АПК РФ, суды обеих инстанций правомерно признали оригинал квитанции N 202316 и ордера N 202316 от объявления на взнос наличными от 17.01.2019 сфальсифицированными, исключив их из числа доказательств по делу.

При указанных обстоятельствах, с учетом представленных доказательств, оцененных в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, исходя из анализа вышеназванных норм права, исковые требования ПАО «Сбербанк России» правомерно удовлетворены судами в полном объеме, в удовлетворении встречных требований ИП ФИО6 правомерно отказано.

Доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе подлежат отклонению, как направленные на переоценку доказательств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции. Кроме того, все доводы кассационной жалоб приводились при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции и им была дана надлежащая оценка.

Кроме того, судом апелляционной инстанции верно отмечено, что ИП ФИО6 до обращения ПАО «Сбербанк России» в суд с заявлением по настоящему делу, осуществляла платежи по спорному кредитному договору, обращалась к истцу о необходимости реструктуризации задолженности по кредиту, подписывала дополнительные соглашения к кредитному договору от 21.04.2020, 14.12.2020, 16.07.2021 о предоставлении отсрочки в погашении процентов и основного долга и согласовании нового графика погашения задолженности. И только после обращения ПАО «Сбербанк России» в суд с рассматриваемым иском изменила свою первоначальную правовую позицию, указывая на то, что фактически кредитный договор <***> от 17.01.2019 ею не подписывался, денежные средства от истца в адрес ответчика не поступали, что противоречит собственному поведению ИП ФИО6, что позволило суду апелляционной инстанции применить правовой принцип утраты стороной права на иск при противоречивом поведении («эстоппель»), как разновидность недобросовестности, проявление которой влечет отказ в защите права вне зависимости от того, что оно подтверждено судебным актом (статья 10 ГК РФ).

Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Также,  суд округа считает необходимым отметить, что схожие обстоятельства были исследованы судом округа и высказана аналогичная правовая позиция  в постановлении Арбитражного суда Центрального округа от 30.04.2025 по делу № А08-4557/2022.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы Арбитражный суд Центрального округа приходит к выводу о том, что судебные акты основаны на полном и всестороннем исследовании имеющихся в деле доказательств, приняты с соблюдением норм материального и процессуального права, в связи с чем, на основании пункта 1 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подлежат оставлению без изменения.

 Руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 287, ст. 289  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Белгородской области от 01.08.2024 и  постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2024 по делу                      №А08-8943/2022  оставить без изменения, а кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вынесения, в судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий

ФИО1


Судьи

ФИО2


ФИО3