Решение от 30 июня 2022 г. по делу № А65-32116/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 533-50-00

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

г. КазаньДело № А65-32116/2021


Дата принятия решения – 30 июня 2022 года.

Дата объявления резолютивной части – 23 июня 2022 года.


Арбитражный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Абульхановой Г.Ф., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, с использованием средств аудиозаписи, рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению Общества с ограниченной ответственностью "ЛК Газинвестгрупп", г.Казань (ОГРН <***>, ИНН <***>) к Публичному акционерному обществу "Группа Ренессанс Страхование", г.Казань (ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании суммы страхового возмещения в размере 136 128 руб., расходов на оценку в размере 10 000 руб., неустойки в размере 936 562,97 руб. за период с 25.12.2019 по 11.11.2021 в размере 1% до фактического исполнения обязательств, расходов по оплате госпошлины, с участием представителей сторон:

от истца – ФИО2 по доверенности, диплом представлен,

от ответчика – не явился, извещен,

от третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», ООО «Республиканский Экспертный Центр», ФИО3 - не явились, извещены,

У С Т А Н О В И Л:

Истец - общество с ограниченной ответственностью "ЛК Газинвестгрупп", г.Казань обратился в арбитражный суд с иском к ответчику - публичному акционерному обществу "Группа Ренессанс Страхование", г.Казань (далее по тексту – страховая компания) о взыскании суммы страхового возмещения в размере 136 128 руб., расходов на оценку в размере 10 000 руб., неустойки в размере 936 562,97 руб. за период с 25.12.2019 по 11.11.2021 в размере 1% до фактического исполнения обязательств, расходов по оплате госпошлины.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», Общество с ограниченной ответственностью «Республиканский Экспертный Центр», ФИО3.

Представители ответчика и третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, не явились, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного заседания. В порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд провел судебное заседание в их отсутствие.

Представитель истца в судебном заседании поддержал ходатайство о назначении судебной экспертизы, пояснил, что представление транспортного средства невозможно, так как прошло четыре года.

При этом, ответчиком представлены возражения с представлением вопроса аналогичного вопросу истца, в случае удовлетворения судом ходатайства о назначении судебной экспертизы.

Рассмотрев ходатайство истца о назначении судебной экспертизы, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Следовательно, суд назначает экспертизу не по любому ходатайству, а лишь исключительно для разъяснения возникающих у него при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 09.03.2011 №13765/10).

Данная норма не носит императивного характера, а предусматривает рассмотрение ходатайства и принятие судом решения об удовлетворении либо отклонении ходатайства.

Назначение экспертизы является правом, а не обязанностью суда. При этом вопросы, разрешаемые экспертом, должны касаться существенных для дела фактических обстоятельств.

В связи с этим, определяя необходимость назначения той или иной экспертизы, суд исходит из предмета заявленных исковых требований и обстоятельств, подлежащих доказыванию в рамках этих требований.

В силу статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Оценивая процессуальное поведение истца, суд приходит к выводу о том, что фактически заявленное ходатайство о назначении судебной экспертизы направлено на затягивание судебного процесса, поскольку истец, в целях подтверждения обстоятельств, на которые он ссылался как на основание своих требований, а также суммы иска, уже представил экспертное заключение, не оспоренное ответчиком.

В данном случае, оценив имеющиеся в деле доказательства, выслушав представителя истца, суд приходит к выводу об отсутствии необходимости проведения судебной экспертизы, поскольку в материалах дела имеется достаточно доказательств для рассмотрения дела по существу.

На основании вышеизложенного в совокупности, суд отказывает в удовлетворении ходатайства ответчика о назначении судебной экспертизы.

Как следует из материалов дела, 01.09.2018 произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортного средства Kia Rio, государственный регистрационный номер <***> под управлением ФИО4, транспортного средства Hyundai Tiburon, государственный регистрационный номер <***> под управлением ФИО5 и транспортного средства Mitsubishi ASX, государственный регистрационный номер С341КО116 под управлением ФИО2, принадлежащему на праве собственности ФИО3

В соответствии с постановлением по делу об административном правонарушении от 06.09.2018 виновным в дорожно-транспортном происшествии признан ФИО4, в следствие нарушения п. 8. 4 ПДД РФ.

Гражданская ответственность ФИО4 на момент ДТП застрахована в Ренессанс в рамках договора ОСАГО серия ЕЕЕ № 1021281836 (далее – Договор ОСАГО).

Гражданская ответственность ФИО5 на момент ДТП застрахована в ПАО СК «Росгосстрах» в рамках договора ОСАГО серия ЕЕЕ № 1014305691.

Гражданская ответственность ФИО3 на момент ДТП застрахована в АО «НАСКО» в рамках договора ОСАГО серия ЕЕЕ № 2005805908.

23.10.2018 ФИО3 обратился в АО «НАСКО» с заявлением о прямом возмещении убытков по Договору ОСАГО.

26.10.2018 АО «НАСКО» осуществило выплату страхового возмещения в размере 25 377 рублей 05 копеек, что подтверждается платежным поручением № 149175.

09.11.2018 между ФИО3 (первоначальный кредитор) и ООО «Республиканский Экспертный Центр» (далее - кредитор) заключен договор уступки права требования, согласно которому кредитору переданы все права требования к должнику (АО «НАСКО», АО «Группа Ренессанс Страхование», ПАО «СК «Росгосстрах») по получению суммы ущерба (компенсационной выплаты) и иных убытков, причиненных в результате повреждения Транспортного средства в результате ДТП от 01.09.2018 с участием Транспортного средства, транспортного средства Kia Rio, государственный регистрационный номер <***> под управлением ФИО4, транспортного средства Hyundai Tiburon, государственный регистрационный номер <***> под управлением ФИО5

По факту наступившего страхового случая Потребитель передает право требования к должнику суммы страхового возмещения в размере 400 000 рублей 00 копеек, неустойки начиная с 29.10.2018 до полного погашения страхового возмещения, иных убытков, возникших в результате взыскания указанных сумм (государственная пошлина, расходы на оплату услуг представителя и другие).

Согласно пункта 2.4. договора кредитор в счет оплаты уступаемого права производит оплату на расчетный счет первоначальному кредитору 15 000 руб.

В результате обращения ООО «Республиканский Экспертный Центр» 09.11.2019 ИП ФИО6 составлено экспертное заключение №09/11/200, согласно которому стоимость восстановительного ремонта без учета износа составляет 253 200 руб., с учетом износа – 161 500 руб.

14.11.2018 между ООО «Республиканский Экспертный Центр» (первоначальный кредитор) и ООО «ЛК Газинвестгрупп» (кредитор) заключен договор уступки права требования, согласно которому кредитору переданы все права требования к должнику (АО «НАСКО», АО «Группа Ренессанс Страхование», ПАО «СК «Росгосстрах») по получению суммы ущерба (компенсационной выплаты) и иных убытков, причиненных в результате повреждения Транспортного средства в результате ДТП от 01.09.2018 с участием Транспортного средства, транспортного средства Kia Rio, государственный регистрационный номер <***> под управлением ФИО4, транспортного средства Hyundai Tiburon, государственный регистрационный номер <***> под управлением ФИО5 По факту наступившего страхового случая передается право требования к должнику суммы страхового возмещения в размере 400 000 рублей 00 копеек, неустойки начиная с 29.10.2018 до полного погашения страхового возмещения, иных убытков, возникших в результате взыскания указанных сумм (государственная пошлина, расходы на оплату услуг представителя и другие).

Пунктом 2.4. договора стороны установили, что стоимость уступаемого права составляет 15 000 руб.

10.09.2021 во исполнение условий договора стороны пришли к соглашению, что уступка является возмездной и в счет уступленных прав кредитору в течение 10 банковских дней обязуется выплатить первоначальному кредитору 90% от взысканной суммы.

Приказом Банка России от 14.05.2019 № ОД-1090 у АО «НАСКО» отозвана лицензия на осуществление обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств.

04.12.2019 истец обратился к ответчику с требованием выплаты страхового возмещения в размере 161 505,39 руб.

Ввиду отсутствия в приложенных к заявлению доказательств факта заключения договора цессии от 09.11.2018, в удовлетворении заявления о страховом возмещении отказано.

Судом по материалам дела установлено, что истец первоначально обратился в страховую компанию 15.07.2019 с заявлением о выплате страхового возмещения в сумме 161 505,39 коп. по факту вышеупомянутого ДТП произошедшего 01.09.2018, последний уведомлениями от 02.08.2019, направленным в адрес ФИО3, Общества «Республиканский Экспертный центр» и «ЛК Газинвестгрупп» просил (л.д. 45 -47):

- ФИО3 подтвердить факт подписания договора уступки прав требования от 09.11.2018 и отсутствие претензий по факту исполнения договора;

- Общество «Республиканский Экспертный центр» представить оригиналы или надлежащим образом заверенные копии документов, подтверждающих факт состояшейся устуки права на получение страхового возмещения;

- Общество «ЛК Газинвестгрупп» комплект документов, предусмотренный пунктами 4.13, 4.14 Правил ОСАГО, надлежащим образом заверенный полный комплект документов - паспорт заявителя, административный материал, с целью осуществления выплаты на осмотр поврежденное имущество или отчет независимой экспертизы (фото и акт осмотра, заверенный в АО «НАСКО».

Впоследствии страховая компания письмами от 07.10.2019 №№ И-013GS19-008389, И-013GS19-008389-1, И-013GS19-008389-2 адресованными в адрес вышеназванных лиц (ФИО3 и обществ) повторно уведомила (л.д. 48-49):

- ФИО3 о необходимости подтвердить факт подписания Договора цессии от 09.11.2018, а также факт отсутствия претензий к ООО «Республиканский Экспертный Центр» по факту исполнения Договора цессии от 09.11.2018.

- истца, что в качестве подтверждения состоявшейся уступки прав требования не представлены незаверенные копии документов, которые не могут являться надлежащим подтверждением состоявшейся уступки права. Кроме того, Ответчик уведомил о необходимости предоставления всех документов, предусмотренных Правилами ОСАГО, а именно, административного материала, заверенного согласно действующего законодательства, а также о необходимости представления Транспортного средства на осмотр или предоставлении отчета независимой экспертизы (фото и акт осмотра) на Транспортное средство, заверенного в АО «НАСКО». (

- Общество «Республиканский Экспертный Центр» о необходимости подтвердить факт подписания Договора цессии 1, Договора цессии 2 путем представления оригиналов или надлежащим образом заверенных копий документов для осуществления страховой выплаты по Договору ОСАГО.

18.12.2020 истец обратился к ответчику с заявлением (претензией), содержащим требование о выплате страхового возмещения по Договору ОСАГО в размере 136 128 рублей 34 копейки, неустойки в связи с нарушением срока выплаты страхового возмещения по Договору ОСАГО, расходов на составление экспертного заключения в размере 10 000 рублей 00 копеек.

Письмом от 02.01.2021 № И-013GS19-008389 страховая компания уведомила истца, что в качестве подтверждения состоявшейся уступки прав требования истцом представлены незаверенные копии документов, которые не могут являться надлежащим подтверждением состоявшейся уступки права и приостановлении рассмотрения заявления до представления запрошенных документов, заверенных надлежащим образом, либо предоставления поврежденного имущества.

Кроме этого, страховая компания уведомила о необходимости предоставления всех документов, предусмотренных Правилами ОСАГО, а именно, административного материала, заверенного согласно действующего законодательства, а также о необходимости представления Транспортного средства на осмотр или предоставлении отчета независимой экспертизы (фото и акт осмотра) на Транспортное средство, заверенного в АО «НАСКО».. (л.д. 50)

30.07.2021 истец обратился к ответчику с заявлением (претензией), содержащим требование о выплате страхового возмещения по Договору ОСАГО в размере 227 866 рублей 91 копейка, неустойки в связи с нарушением срока выплаты страхового возмещения по Договору ОСАГО в размере 1 262 383 рубля 00 копеек, расходов на составление экспертного заключения в размере 10 000 рублей 00 копеек. (л.д.52)

Следовательно, истцом в период с июля 2019 г. по июль 2021, то есть в течение 2-х лет, при заключении договора уступки прав требования 14.11.2018, по дорожно – транспортному происшествию, произошедшему 01.09.2018, не исполнены уведомления страховой компании, не подтверждено надлежащими доказательствами право на страховое возмещение, не обеспечен осмотр транспортного средства, с целью установления его наличия, проведение восстановительного ремонта.., отсутствие претензий со стороны сосбвенника - ФИО3 в случае выплаты страхового возмещения истцу.

В соответствии с решением Службы финансового уполномоченного от 09.11.2021 по результатам рассмотрения обращения от 15.09.2021 № У-21-133577 ООО «ЛК ГАЗИНВЕСТГРУПП» в отношении ПАО «Группа Ренессанс Страхование» о взыскании страхового возмещения в размере 227 866 рублей 91 копейка, неустойки в связи с нарушением срока выплаты страхового возмещения по договору ОСАГО в размере 1 389 988 рублей 15 копеек, расходов на составление экспертного заключения в размере 10 000 рублей 00 копеек в удовлетворении требований отказано. Службой финансового уполномоченного установлено отсутствие доказательств предоставления в страховую компанию оригинала или надлежащим образом заверенной копии договора цессии от 09.11.2018, а также уведомления от ФИО3 о заключении Договора Цессии от 09.11.2018, в связи с чем Финансовый уполномоченный пришел к выводу о том, что до предоставления страховой организации доказательств перехода права требования к истцу страховая организация вправе не исполнять обязательства по рассматриваемому событию в пользу истца.

Отсутствие выплаты страхового возмещения явилось основанием для обращения истца с настоящим иском в суд.

Отказывая в удовлетворении исковых требований суд, исходит из следующего.

Согласно части 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. В силу указанной нормы права предметом договора уступки права требования (цессии) является право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства должника, возникшего из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, предусмотренных гражданским законодательством (ч.2 ст.307 ГК РФ).

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты (ст.384 ГК РФ).

Право требования взыскания вытекающих платежей в связи наступлением страхового события перешло к истцу. За время рассмотрения данного спора ответчиком не представлено доказательств предъявления аналогичных требований от имени третьего лица.

Согласно ч. 1 ст. 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы.

В соответствии со статьей 9 Закона РФ «Об организации страхового дела в Российской Федерации» страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

В порядке п. 4 ст. 931 ГК РФ, ст. 12 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы. В силу п. 1 ст. 12 Федерального закона от 25.04.2002 № 40- ФЗ потерпевший вправе предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства, в пределах страховой суммы, установленной настоящим Федеральным законом, путем предъявления страховщику заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков и документов, предусмотренных правилами.

С учетом положений п. 2.1 ст. 18 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ ст. 382, 384, 388 ГК РФ, на основании п. 2 ст. 390 ГК РФ при уступке цедентом должны быть соблюдены следующие условия, в том числе уступаемое требование существует в момент уступки, если только это требование не является будущим требованием. Факт передачи права требования подтвержден материалами дела и в установленном порядке не оспорен.

Положения п. 68, 69, 70 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" разъясняют порядок перехода прав выгодоприобретателя по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств к иным лицам.

Право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, включая права, связанные с основным требованием, в том числе право требования к страховщику, обязанному осуществить страховую выплату в соответствии с Федерального закона от 25.04.2002 № 40- ФЗ, уплаты неустойки, суммы финансовой санкции и штрафа (п. 1 ст. 384 ГК РФ, абзацы второй и третий п. 21 ст. 12 Закона об ОСАГО).

Пункт 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 "О свободе договора и ее пределах" предусматривает, что норма, определяющая права и обязанности сторон договора, является императивной, если она содержит явно выраженный запрет на установление соглашением сторон условия договора, отличного от предусмотренного этой нормой правила (например, в ней предусмотрено, что такое соглашение ничтожно, запрещено или не допускается, либо указано на право сторон отступить от содержащегося в норме правила только в ту или иную сторону, либо названный запрет иным образом недвусмысленно выражен в тексте нормы). Вместе с тем, из целей законодательного регулирования может следовать, что содержащийся в императивной норме запрет на соглашение сторон об ином должен толковаться ограничительно. В частности, суд может признать, что данный запрет не допускает установление сторонами условий, ущемляющих охраняемые законом интересы той стороны, на защиту которой эта норма направлена.

Из положений п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" следует, что толкование нормы закона, как содержащей запрет уступки права (требования), должно производиться с учетом существа уступаемого права и цели ограничения перемены лиц в обязательстве.

В соответствии с п. 23 ст. 12 ФЗ «Об ОСАГО» лицо, возместившее потерпевшему вред, причиненный в результате страхового случая, имеет право требования к страховщику, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, в размере, определенном в соответствии с настоящим Федеральным законом, в пределах выплаченной суммы. Реализация перешедшего права требования осуществляется в соответствии с законодательством Российской Федерации с соблюдением положений настоящего Федерального закона, регулирующих отношения между потерпевшим и страховщиком.

Между тем истцом представлено дополнительное соглашение к договору уступки права требования от 09.11.2018, в соответствии с которым стороны пришли к соглашению, что уступка права по договору цессии является возмездной и в счет уступленных прав кредитор в течение двух банковских дней с момента подписания договора уступки права требования обязуется выплатить первоначальному кредитору денежную сумму в размере 10 000 руб.

Платежным поручением от 12.11.2018 №25 истец перечислил ФИО3 10 000 руб.

При этом сумма исковых требований заявленных истцом составляет 1 072 690,97 руб.

Также условиями дополнительного соглашения от 10.09.2021 к договору цессии от 14.11.2018 стороны установили возмездность сделки, установив сумму выплаты в размере 90% от взысканной суммы, то есть обязательства в будущем.

Судом по материалам дела, в том числе решения службы финансового уполномоченного, установлено, что истцом намеренно не представлялись длительное время документы запрашиваемые ответчиком.

Суд усматривает в действиях правопреемников злоупотребление правом ввиду несоразмерности фактической оплаты договора цессии, факта предъявления иска лицом, не имеющим отношения к спорному дорожно-транспортному происшествию.

В соответствии с п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации Постановление от 26 декабря 2017 г. № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» при установлении факта злоупотребления потерпевшим правом суд отказывает во взыскании со страховщика неустойки, финансовой санкции, штрафа, а также компенсации морального вреда (пункт 4 статьи 1 и статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). В удовлетворении таких требований суд отказывает, когда установлено, что в результате действий потерпевшего страховщик не мог исполнить свои обязательства в полном объеме или своевременно, в частности, потерпевшим направлены документы, предусмотренные Правилами, без указания сведений, позволяющих страховщику идентифицировать предыдущие обращения, либо предоставлены недостоверные сведения о том, что характер повреждений или особенности поврежденного транспортного средства, иного имущества исключают его представление для осмотра и независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) по месту нахождения страховщика и (или) эксперта (статья 401 и пункт 3 статьи 405 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 1,2 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Исходя из названия и смысла ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданские права любого лица должны быть реализованы и попадают под защиту закона при условии соблюдения их «пределов», т.е. до тех пор, пока права одного лица не выходят за границы его личного пространства и не нарушают границы прав иных лиц.

При этом злоупотребление правом не всегда связано с противоправными действиями, действия лица формально могут и не нарушать никакое нормы закона, но быть направленными в обход закона, т.е. реализация права осуществляется недозволенными способами.

Так в рассматриваемом случае, истцом формально законно приобретено право требования по договору цессии. Однако, учитывая, что требования о взыскании заявленной суммы предъявлены не в целях защиты нарушенных прав потерпевшего или прав истца, т.к. права истца, не являющегося участником ДТП, не нарушались, а в иных целях, связанных с намерением формирования неосновательного обогащения, суд усматривает в данных действиях злоупотребление правом.

Кроме этого, по сведениям Интернет ресурса Картотеки арбитражных дели Общества «Республиканский Экспертный Центр», "ЛК Газинвестгрупп", г.Казань, «ДТП Выплаты-Казань», «Автовыплаты», ИП ФИО7, являются лицами, которые на систематической основе занимается деятельностью по взысканию со страховых компаний задолженности по убыткам, в результате дорожно-транспортных происшествий, на основании договоров уступки права требования.

Судом с целью идентификации копии договоров уступки прав требования от 09.11.2018 и от 14.11.2018, заключенных между гр. ФИО3 и Обществом «Республиканский Экспертный Центр» последним с истцом – Обществом "ЛК Газинвестгрупп", приложенных первоначально истцом к иску (л.д.9,10 аналогичные приобщены л.д. 84,85), на неоднократные предложения суда, на обозрение суда представлен подлинник договора уступки датированного 09.11.2018, не соответствующий по содержанию и форме изготовления (л.д. 86) договору (копии), заключенному с гр. ФИО3 приложенному к иску. (л.д. 9, аналогичный приобщен на л.д.. 84).

Впоследствии, на судебном разбирательстве при выяснении судом у представителя истца о выявленном несоответствии представленного подлинника договора уступки прав требования, датированного 09.11.2018 (копия на л.д. 86) приложенной к иску копии (л.д. 9), после предоставленного времени представлен подлинник договора (копия л.д. 90), заключенного с гр. ФИО3 соответствующий копии договора (л.д. 9), приложенного к иску, при этом копия паспорта последнего не представлена, для визуального сличения подписи, выполненной гражданином.

При этом, Общества «Республиканский Экспертный Центр» (директор ФИО2 представитель истца, учредитель ФИО8, впоследствии ФИО2, изменения внесены 11.03.2020 л.д. 32-33, 68-69), и "ЛК Газинвестгрупп" (учредитель, ликвидатор ФИО8, л.д. 32), имеют единый адрес местонахождения – <...>, одних и тех же руководителей и учредителей, свидетельствующий о взаимозависимости юридических лиц заключивших договор уступки от 14.11.2018.

В соответствии с п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или не наступившим (пункт 3 статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Так суд, оценив условие договора цессии, фактические обстоятельства дела, пришел к выводу о том, в исковых требованиях надлежит отказать, в том числе и на основании ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Совокупность приведенных обстоятельств, как по конкретному делу, так и в целом на рынке страховых услуг вызывает потребность у недобросовестных его участников в формальной судебной легитимации, преимущественно значимой для целей не столько настоящего, сколько будущих обращений и индульгирующих заведомо недобросовестную структуру бизнеса скупки страховых обязательств для вторжения в них с намерением прибыли, а не компенсации потерь.

Такое позиционирование прямо противоречит как принципу эквивалентности гражданского правоотношения и доброй совести его участников, так и правовой природе страхового обязательства.

Возмещение вреда, как в экономическом, так и в правовом смысле, в принципе, не имеет целью и не предполагает создание добавленной стоимости по отношению к любому участнику.

Реализация механизма правового регулирования института страхования не может и не должна приводить к смещению имущественной массы даже в пользу его действительных участников, тем более скупщиков долгов и неустоек.

Между тем, в настоящем случае (в том качестве, как заявлены исковые требования) не достигается ни одна из указанных целей.

Обратная правовая позиция предполагает такую отыскиваемую подобными заявителями легитимацию алгоритма их действий, которая входит в противоречие с позитивным нормативно-правовым регулированием рынка страховых услуг и наносит вред его участникам.

Таким образом, суд оценивает действия истца не как направленные на защиту нарушенного права, т.к. истец не является субъектом, право которого нарушено, а как направленные на получение необоснованной выгоды, что свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны истца и является основанием для отказа в исковых требованиях.

Отказ во взыскании страхового возмещения выступает в настоящем деле в том числе как последствие злоупотреблением правом, поскольку обеспечивает справедливость в спорных отношениях, устраняет нарушение прав страховой компании и обеспечивает интересы лиц, вовлеченных в спорные правоотношения, обеспечивая их стабильность (устраняется их неопределенность).

Иной подход противоречил бы основным началам гражданского законодательства, установленным ст. 1 ГК РФ, а именно: равенству участников регулируемых Кодексом отношений; неприкосновенности собственности; обеспечению восстановления нарушенных прав, их судебной защиты; предусмотренному законом правилу о недопущении действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, злоупотребления правом в иных формах; принципу справедливости.

В силу ч. 1 ст. 65, 71 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Обязанность доказывания возложена на каждое лицо, участвующее в деле (ч. 1 ст. 65 АПК РФ), при этом в соответствии со ст. 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Согласно ст. 71 АПК РФ, оценивая все представленные в материалы дела доказательства во взаимной связи и совокупности, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания компенсационной выплаты.

В связи с отказом в удовлетворении иска в указанной части, требования о взыскании с ответчика иных требований удовлетворению также не подлежат в связи с неправомерностью основного требования и по правилам статьи. 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167 – 171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении ходатайства истца о назначении судебной экспертизы отказать.

Заявление оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок.


Председательствующий судья Г.Ф. Абульханова