Решение от 12 сентября 2023 г. по делу № А33-36152/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ


ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ



РЕШЕНИЕ


12 сентября 2023 года


Дело № А33-36152/2020

Красноярск


Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 05.09.2023.

В полном объёме решение изготовлено 12.09.2023.


Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Варыгиной Н.А., рассмотрев в судебном заседании дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП 310380123100030, г. Ангарск Иркутской области)

к обществу с ограниченной ответственностью «ПромТехгаз» (ИНН <***>, ОГРН <***>, г. Железногорск Красноярского края)

об обязании возврата товарно-материальных ценностей, взыскании убытков,

при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика:

- ФИО2 (п. Додоново г. Железногорска Красноярского края),

при участии в судебном заседании:

от истца посредством веб-конференции сервиса «Онлайн-заседания» (до и после перерыва): ФИО3, представителя по доверенности от 16.05.2023, личность удостоверена паспортом,

при ведении видеозаписи и составлении протокола судебного заседания секретарями судебного заседания Новожиловой Т.П. (до перерыва) и ФИО4 (после перерыва),



установил:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец, ИП ФИО1) обратилась в Арбитражный суд Красноярского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью «ПромТехгаз» (далее – ответчик, общество, ООО «ПромТехгаз») об обязании возвратить товарно-материальные ценности, переданные по акту о приеме-передаче товарно-материальных ценностей на хранение от 13.11.2017 № 1, в случае отсутствия имущества – взыскании 1 000 000 руб. убытков, составляющих стоимость утраченного имущества.

Определением от 30.12.2020, после устранения обстоятельств, явившихся основанием оставления без движения, исковое заявление принято к производству суда, возбуждено производство по делу, назначены предварительное судебное заседание и судебное разбирательство по делу.

Определением от 01.02.2022 судом к участию в деле в качестве третьего лица привлечена ФИО2 (далее также третье лицо), судебное разбирательство отложено.

Судебное разбирательство по делу неоднократно откладывалось судом, так, протокольным определением от 20.06.2023 судебное разбирательство отложено на 29.08.2023.

Ответчик и третье лицо, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, для участия в судебное заседание не явились, представителей не направили. В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судебное заседание проведено в их отсутствие.

28.08.2023 в материалы дела от истца поступили письменные пояснения.

Представитель истца в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, ответила на вопросы суда, пояснила об отсутствии необходимости проведения судебной экспертизы на предмет подлинности печати на спорном акте, поскольку ответчик не оспаривает подлинность печати, довод об утрате не заявляет.

Для обеспечения явки представителя ответчика в судебное заседание, представления сторонами дополнительных доказательств, а также письменной позиции на предмет необходимости назначения и проведения судебной экспертизы по подлинности печати, в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании судом объявлен перерыв до 05.09.2023, о чём вынесено протокольное определение. После перерыва судебное заседание продолжено в присутствии представителя истца, в отсутствие представителей ответчика и третьего лица.

04.09.2023 в материалы дела от истца поступили письменные пояснения.

05.09.2023 в материалы дела от ответчика поступили письменные пояснения со ссылкой на отсутствие необходимости проведения судебной экспертизы на предмет подлинности печати.

Представитель истца в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, дала пояснения по существу спора, настаивала на отсутствии необходимости проведения судебной экспертизы на предмет подлинности печати на спорном акте.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

Согласно актуальной выписке из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей (далее - ЕГРИП), основным видом деятельности ИП ФИО1 является торговля розничная бытовым жидким котельным топливом, газом в баллонах, углем, древесным топливом, топливным торфом в специализированных магазинах, о чем 19.08.2010 под № 310380123100030 внесена соответствующая запись в ЕГРИП.

Кроме того, 19.08.2010 под № 310380123100030 в ЕГРИП внесена запись о дополнительном виде деятельности истца - торговля оптовая твердым, жидким и газообразным топливом и подобными продуктами.

Как указывает истец, в период с января по декабрь 2017 года ИП ФИО1 приобретала у ООО «Уралгазсервис» газовую продукцию и по причине небольших размеров у истца баллонного парка, между ИП и ООО «ПромТехгаз» была достигнута устная договоренность о передаче истцом ответчику на хранение баллонов для дальнейшего их наполнения газом.

В ходе осуществления истцом хозяйственной деятельности, последней на хранение ответчику были переданы 200 баллонов ацетиленовых, объемом 40 литров, стоимостью 5 000 руб. за 1 баллон, на общую сумму 1 000 000 руб., о чем составлен акт о приеме-передаче товарно-материальных ценностей на хранение МХ-1 от 13.11.2017 № 1 (далее – акт от 13.11.2017 № 1).

Письмом от 21.02.2020 № 7 истец обратился к ответчику с просьбой согласовать дату получения со склада ответчика переданных на хранение 200 баллонов ацетиленовых, объемом 40 литров, с приложением копии акта от 13.11.2017 № 1.

Впоследствии ИП ФИО1 направлена в адрес ответчика претензия с повторным требованием возврата товарно-материальных ценностей (далее - ТМЦ) переданных на хранение по акту от 13.11.2017 № 1, в случае их утраты – возмещения 1 000 000 руб. стоимости, которая оставлена ответчиком без удовлетворения, что явилось основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

В ходе судебного разбирательства, по ходатайству ответчика, отрицающего факт передачи ему на хранение спорных ТМЦ, назначена и проведена судебная почерковедческая экспертиза.

Согласно заключению эксперта от 27.02.2023 № 66/07, подпись и расшифровка подписи от имени ФИО2 в акте о приеме-передаче товарно-материальных ценностей на хранение от 13.11.2017 № 1 выполнены не ФИО2, а другим лицом с подражанием ее подписи и почерку, о чем свидетельствуют признаки необычного выполнения.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» спор о возврате имущества, вытекающий из договорных отношений подлежит разрешению в соответствии с законодательством, регулирующим данные отношения.

В соответствии со статьями 307, 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обязательства, возникшие из договоров, должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от обязательств не допускается.

Правоотношения, сложившиеся между сторонами на основании акта о приеме-передаче товарно-материальных ценностей на хранение МХ-1 от 13.11.2017 № 1, подлежат регулированию общими нормами гражданского права об обязательствах и специальными нормами главы 47 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 886 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности.

Статьей 887 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что договор хранения должен быть заключен в письменной форме в случаях, указанных в статье 161 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Простая письменная форма договора хранения считается соблюденной, если принятие вещи на хранение удостоверено хранителем выдачей поклажедателю: сохранной расписки, квитанции, свидетельства или иного документа, подписанного хранителем; либо номерного жетона (номера), иного знака, удостоверяющего прием вещей на хранение, если такая форма подтверждения вещей на хранение предусмотрена законом или иным правовым актом либо обычна для данного вида хранения.

В силу статей 889, 891 Гражданского кодекса Российской Федерации хранитель обязан хранить вещь в течение обусловленного договором хранения срока.

Хранитель обязан принять все предусмотренные договором хранения меры для того, чтобы обеспечить сохранность переданной на хранение вещи.

В соответствии с пунктом 2 статьи 889 Гражданского кодекса Российской Федерации в том случае, когда срок хранения договором не предусмотрен и не может быть определен исходя из его условий, хранитель обязан хранить вещь до востребования ее поклажедателем.

Согласно статье 899 Гражданского кодекса Российской Федерации по истечении обусловленного срока хранения или срока, предоставленного хранителем для обратного получения вещи на основании пункта 3 статьи 889 Гражданского кодекса Российской Федерации, поклажедатель обязан немедленно забрать переданную на хранение вещь.

Статьей 900 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что хранитель обязан возвратить поклажедателю или лицу, указанному им в качестве получателя, ту самую вещь, которая была передана на хранение, если договором не предусмотрено хранение с обезличением (статья 890 ГК РФ).

Согласно вышеизложенным нормам права, договор хранения представляет собой сделку, объектом которой является обеспечение сохранности передаваемой на хранение вещи. Сторонами такой сделки являются хранитель (лицо, которое принимает на хранение вещь) и поклажедатель (лицо, передающее вещь для хранения). Заключение сделки порождает для сторон взаимные права и обязанности: хранитель обязан хранить вещь и возвратить ее поклажедателю в сохранности, а поклажедатель, как правило, оплачивает хранителю обусловленную договором плату и забирает вещь по истечении срока хранения.

Договор хранения должен содержать информацию о передаваемой на хранение вещи, которая позволяет ее идентифицировать (наименование, отличительные особенности, количественные и качественные характеристики и пр.), о сроке хранения, о сумме договора и порядке оплаты (если договор является возмездным), о сторонах договора, о месте хранения вещи, об условиях хранения.

При этом существенным условием договора является только его предмет - вещь, передаваемая на хранение. Другие перечисленные условия являются несущественными, что подтверждается сложившейся судебной практикой (определение ВАС РФ от 14.04.2011 № ВАС-4124/11 по делу № А60-26904/2010-С4).

Согласно материалам дела, истцом по акту о приеме-передаче товарно-материальных ценностей на хранение МХ-1 от 13.11.2017 № 1 переданы ответчику 200 баллонов ацетиленовых, объемом 40 литров, стоимостью 5 000 руб. за 1 баллон, на общую сумму 1 000 000 руб.

В спорном акте срок хранения не предусмотрен и не может быть определен исходя из его условий, следовательно, исходя из вышеизложенных норм Кодекса, ответчик обязан был хранить вещь до востребования ее поклажедателем.

Судом установлено, что письмом от 21.02.2020 № 7 (получено ответчиком согласно отметке на накладной 23.03.2020), истец обратился к ответчику с просьбой согласовать дату получения со склада ответчика переданных на хранение 200 баллонов ацетиленовых, объемом 40 литров, с приложением копии акта от 13.11.2017 № 1.

21.10.2020 ИП ФИО1 ответчику также вручена претензия с повторным требованием возврата товарно-материальных ценностей (далее - ТМЦ) переданных на хранение по акту от 13.11.2017 № 1, в случае их утраты – возмещения 1 000 000 руб. стоимости.

Ответчик, оспаривая требования истца, ссылался на незаключение сторонами договора хранения, его недействительность, отсутствие спорных баллонов среди имущества ответчика, переданного предыдущим руководителем ООО «ПромТехгаз» по результатам проведенной в 2019 году инвентаризации, а также на отсутствие в 2017 году у ответчика лицензии на эксплуатацию взрывопожарных производственных объектов.

Учитывая, что в акте от 13.11.2017 № 1 отражены не только общие (количество, объем), но и идентифицирующие признаки каждого из 200 баллонов (перечислены их номера), арбитражный суд приходит к выводу о согласованности предмета договора, что является существенным условием договора хранения, соответственно договор хранения считается заключенным.

Факт передачи спорных ТМЦ на хранение ответчику подтверждается представленным истцом в дело оригиналом акта о приеме-передаче товарно-материальных ценностей на хранение МХ-1 от 13.11.2017 № 1, содержащим оттиски печати синего цвета как истца, так и ООО «ПромТехгаз», подписанного со стороны истца ИП ФИО1, со стороны ответчика – ФИО2

В ходе судебного разбирательства, по ходатайству ответчика, отрицающего факт передачи ему на хранение спорных ТМЦ и заявившего о фальсификации акта от 13.11.2017 № 1 в части подписи ФИО2, судом назначена судебная почерковедческая экспертиза.

Согласно представленному в дело заключению эксперта от 27.02.2023 № 66/07, подпись и расшифровка подписи от имени ФИО2 в акте о приеме-передаче товарно-материальных ценностей на хранение от 13.11.2017 № 1 выполнены не ФИО2, а другим лицом с подражанием ее подписи и почерку, о чем свидетельствуют признаки необычного выполнения.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы. Результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте, содержащем мотивы принятия или отказа в принятии доказательств, представленных лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений.

Суд, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в дело доказательства, а также заслушав доводы лиц, участвующих в деле, пришел к выводу о том, что ответчик не доказал фальсификацию акта о приеме-передаче товарно-материальных ценностей на хранение МХ-1 от 13.11.2017 № 1.

Принимая во внимание выводы эксперта в заключении от 27.02.2023 № 66/07 о том, что подпись и расшифровка подписи от имени ФИО2 в акте о приеме-передаче товарно-материальных ценностей на хранение от 13.11.2017 № 1 выполнены не ФИО2, а другим лицом с подражанием ее подписи и почерку, суд полагает, что исследованию подлежат также и фактические взаимоотношения сторон, поскольку, несмотря на выводы указанного заключения, спорный акт содержит кроме подписи и расшифровки лица, принявшего на хранение спорные баллоны, печать ответчика, о фальсификации которой последним ни изначально при заявлении о фальсификации спорного акта, ни впоследствии, в ходе рассмотрения дела, несмотря на неоднократное вынесение судом вопроса на предмет необходимости проведения экспертизы оттиска печати, не заявлялось.

Так, согласно пояснениям истца, передача пустых баллонов ответчику для их дальнейшего наполнения и хранения у себя, обусловлена длительными взаимоотношениями сторон, построенными на доверительных отношениях ИП ФИО1 с предыдущим руководителем ООО «ПромТехгаз».

Как следует из пояснений истца, в период с января по декабрь 2017 года ИП ФИО1 приобретала у ООО «Уралгазсервис» газовую продукцию и поскольку у истца небольших размеров баллонный парк, между ИП и ООО «ПромТехгаз» была достигнута устная договоренность о передаче истцом ответчику баллонов. Так, как установил суд, спорные баллоны вывезены ответчиком со склада истца в г. Ангарске Иркутской области, после чего транспортированы на склад ООО «ПромТехгаз».

Как указывает истец и подтверждается представленными в материалы дела данными с сервиса для мониторинга судебных дел и проверки контрагентов от разработчика КАД и Электронного правосудия (https://casebook.ru/), действующий директор ООО «ПромТехгаз» ФИО5 и директор ООО «Уралгазсервис» ФИО6 являлись руководителями еще одной организации – АО «ТЕХГАЗ», сотрудником указанных организаций являлась ФИО2

Так, согласно представленной в дело копии трудовой книжки на имя ФИО2, 02.10.2014 последняя принята в ООО «КАЗ» на должность приемщика баллонов (приказ от 02.10.2014 № 56 л/с), директором которого является действующий руководитель ответчика – ФИО5, уволена по собственному желанию 15.05.2015 (приказ от 15.05.2015 № 21 л/с).

16.05.2015 ФИО2 принята на должность приемщика баллонов в ООО «Уралгазсервис» (приказ от 16.05.2016 № 22 л/с), директором которого являлся ФИО6, обладавший 37,5 % доли в ООО «ПромТехгаз», уволена по собственному желанию 01.10.2018 (приказ от 01.10.2018 № 34 л/с).

02.10.2018 ФИО2 принята на должность приемщика баллонов в ООО «ПромТехгаз», что подтверждается заявлением о трудоустройстве, трудовым договором от 02.10.2018 № 19/18 ТД, приказом о приеме на работу от 02.10.2018 № 34 л/с, должностной инструкцией приемщика баллонов ООО «ПромТехгаз», утвержденной 02.10.2018, заявлением об увольнении от 23.09.2020, приказом об увольнении от 22.09.2020 № 64 л/с.

Указанные обстоятельства ответчиком документально не опровергнуты. Более того, согласно представленного ответчиком в материалы дела сопроводительного письма от 20.06.2019 № 120/19, ФИО6 являлся единственным участником ООО «ПромТехгаз» и директором ответчика - ФИО5 назначено проведение 21.06.2019 комиссии по передаче имущества общества в связи с заключением договора купли-продажи ООО «ПромТехгаз», что в свою очередь подтверждает доводы истца в вышеуказанной части.

При этом, ссылаясь на трудоустройство ФИО2 на должность приемщика баллонов в ООО «Промтехгаз» с 02.10.2018, ответчик настаивает на невозможности получения последней спорных баллонов 13.11.2017 ввиду отсутствия трудовых отношений и доступа к печати общества, подкрепляя заявленный довод выводами заключения эксперта от 27.02.2023 № 66/07.

Факт трудоустройства ФИО2 в ООО «Промтехгаз» на должность приемщика баллонов с 02.10.2018 подтверждается представленными в дело документами, перечисленными судом выше по тексту решения.

В соответствии с пунктом 2.1.1 должностной инструкции приемщика баллонов ООО «ПромТехгаз», утвержденной 02.10.2018, на работника возлагается приемка, учет и наружный осмотр наполненных баллонов.

Исходя из пояснений ФИО2, данных ею в судебном заседании 01.02.2022, последняя факт трудоустройства в ООО «ПромТехгаз» не оспаривала, как и выполнение должностных обязанностей приемщика баллонов, в том числе по приему баллонов, доставленных в организацию ответчика для их наполнения, распределяла баллоны на те, которым требовался ремонт и на те, которые подлежали наполнению. При этом, отрицая наличие у ООО «ПромТехгаз» каких-либо взаимоотношений с таким контрагентом как ИП ФИО1, ФИО2 не отрицала факт приема баллонов от контрагента ФИО1 в период ее (ФИО2) трудоустройства на должности приемщика баллонов в ООО «Уралгазсервис», ссылаясь лишь на меньшее количество переданных баллонов.

Кроме того, на вопрос представителя истца в судебном заседании, ФИО2 пояснила, что в период ее трудоустройства на должности приемщика баллонов в ООО «КАЗ», в ООО «Уралгазсервис» и в ООО «ПромТехгаз», ее рабочее место находилось по одному и тому же адресу.

Арбитражный суд учитывает, что в целях защиты добросовестных контрагентов закон допускает наличие отношений представительства в отсутствие его письменного оформления, когда ситуация (обстановка), в которой контрагент общается с представителем противостоящего ему в обязательстве лица, такова, что не порождает обоснованных сомнений в наличии у этого представителя полномочий действовать от имени представляемого, что является суррогатом доверенности (абзац второй пункта 1 статьи 182 ГК РФ).

Создавая или допуская создание подобной обстановки, представляемый сознательно входит в гражданский оборот в лице такого представителя, поэтому не вправе ссылаться на отсутствие у него полномочий, так как обстановка как основание представительства не только заменяет собой письменное уполномочие (доверенность), но и возможна вообще в отсутствие каких-либо надлежащим образом оформленных правоотношений между представителем и представляемым.

К одному из признаков подобной обстановки судебная практика относит наличие у представителя печати юридического лица, об утрате которой или ее подделке этим представителем юридическое лицо в судебном процессе не заявляло (определения Верховного Суда Российской Федерации от 09.03.2016 № 303-ЭС15-16683, от 24.12.2015 № 307-ЭС15-11797, от 23.07.2015 № 307-ЭС15-9787).

Как установлено судом, в акте о приеме-передаче товарно-материальных ценностей на хранение МХ-1 от 13.11.2017 № 1 имеется оттиск печати ООО «ПромТехгаз» синего цвета. При этом, при визуальном сравнении оттиска печати общества на спорном акте и на иных представленных в дело документах, в том числе датированных периодом рассмотрения настоящего спора, судом каких-либо явно выраженных различий не выявлено.

Разумных объяснений причин наличия на спорном акте оттиска печати ООО «ПромТехгаз» синего цвета при полном отрицании факта получения ТМЦ на хранение от истца при рассмотрении настоящего спора, ответчиком не представлено.

При этом суд учитывает пояснения ответчика, а также принятую последним позицию о том, что проведение экспертизы оттиска печати на спорном акте не требуется (пояснения от 05.09.2023) и то обстоятельство, что ответчик категорично не отрицает факт принадлежности печати обществу, при этом изначально заявлял о том, что печать точно не принадлежит ООО «ПромТехгаз», изменив в ходе рассмотрения спора свою позицию, а также непостановку вопроса о подлинности печати на спорном акте при заявлении ходатайств о фальсификации доказательства и проведении судебной почерковедческой экспертизы.

Заявляя довод о том, что в настоящее время печать можно изготовить в любой специализированной организации, которая по оттиску печати может сделать аналогичный оттиск, с теми же дефектами, которые ей представили, не воспользовавшись правом на возражение и обращение с заявлением о фальсификации печати в порядке статьи 161 АПК РФ на спорном акте, отрицая изначально факт принадлежности печати ООО «ПромТехгаз», впоследствии пояснив, что оттиск печати принадлежит обществу, а затем о наличии технических возможностей по получению и изготовлению ее копии, действует вопреки стандарту добросовестного поведения субъекта гражданского оборота, в нарушение правила venire contra factum proprium (никто не может противоречить собственному предыдущему поведению), ответчик, вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ доказательств утраты печати, а также пояснения относительно того, каким образом на спорном документе был проставлен оттиск его печати, не представил, как и доказательств уведомления истца о незаконном использовании печати неуполномоченным лицом, а также обращения в правоохранительные органы с соответствующим заявлением о хищении печати ООО «ПромТехгаз».

При этом, в судебном заседании 30.03.2021 ответчик пояснил о ранее имевших в обществе (до даты перехода ООО «ПромТехгаз» под его руководство в 2019 году) случаях массового хищения имущества ответчика.

Также арбитражный суд учитывает факт непредставления ответчиком во исполнение протокольного определения суда об отложении судебного разбирательства от 20.06.2023 и об объявлении перерыва в судебном заседании от 29.08.2023 печати, оттиск которой на спорном акте (для обозрения), документов о приобретении спорной печати, сведения о том, у кого находилась (кому передавалась), где хранилась печать, оттиск которой имеется на спорном акте, а также документ о передаче печати от прошлого руководства общества настоящему.

Учитывая вышеизложенное, арбитражный суд приходит к выводу о том, что акт о приеме-передаче товарно-материальных ценностей на хранение МХ-1 от 13.11.2017 № 1 подтверждает факт передачи истцом ответчику 200 баллонов ацетиленовых, объемом 40 литров, стоимостью 5 000 руб. за 1 баллон, на общую сумму 1 000 000 руб. Обратного ответчиком не доказано.

При этом, заявленный ответчиком довод об аффилированности ИП ФИО1, ООО «Производственная группа «ПРОТОН» и ИП ФИО7, не имеет правового значения для рассмотрения настоящего спора, поскольку факт того у кого, где и когда были приобретены спорные баллоны, как и факт того, находились они в собственности истца или нет на момент их передачи ответчику, никаким образом не может влиять на сам факт их передачи.

Кроме того, арбитражный суд учитывает, что факт приобретения истцом спорных баллонов, номера которых перечислены в спорном акте, подтверждается представленными в дело товарными накладными, в том числе во исполнение определений суда об истребовании доказательств.

Доказательств возврата ответчиком истцу 200 баллонов ацетиленовых, объемом 40 литров, стоимостью 5 000 руб. за 1 баллон, на общую сумму 1 000 000 руб., переданных по акту от 13.11.2017 № 1, ответчиком в материалы дела не представлено.

Как было указано выше, пунктом 1 статьи 900 ГК РФ предусмотрено, что хранитель обязан возвратить поклажедателю или лицу, указанному им в качестве получателя, ту самую вещь, которая была передана на хранение, если договором не предусмотрено хранение с обезличением.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истцом заявлено об обязании ответчика возвратить товарно-материальные ценности, переданные по акту о приеме-передаче товарно-материальных ценностей на хранение от 13.11.2017 № 1, однако, учитывая, что ответчик отказался возвратить товар, переданный ему на хранение истцом, на основании пункта 1 статьи 902 ГК РФ, он обязан возместить последнему убытки в соответствии со статьей 393 ГК РФ.

В силу пункта 1 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса (пункт 2 статьи 393 ГК РФ).

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Возмещение убытков является универсальным способом защиты нарушенных гражданских прав и может применяться как в договорных, так и во внедоговорных отношениях независимо от того, предусмотрена ли законом такая возможность применительно к конкретной ситуации или нет.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1 статьи 393 ГК РФ). Если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения (статья 15, пункт 2 статьи 393 ГК РФ) кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

Таким образом, учитывая изложенное и принимая во внимание заявленное истцом, в том числе, требование, в случае отсутствия у ответчика имущества, переданного на хранение, о взыскании 1 000 000 руб. убытков, составляющих стоимость утраченного имущества, факт передачи спорных ТМЦ на хранение ответчику по акту от 13.11.2017 № 1, стоимость которых указана в акте и составляет 1 000 000 руб., из расчета: 5 000 руб. (стоимость 1 баллона) х 200 (количество переданных баллонов), непредставление в материалы дела доказательств их возврата истцу, как и доказательств добровольного возмещения убытков в заявленном истцом размере, суд считает требование истца о взыскании 1 000 000 руб. убытков обоснованным и подлежащим удовлетворению в полном объеме.

Размер государственной пошлины за подачу настоящего иска, с учетом того, что истцом заявлено как материальное, так и нематериальное требование, составляет 29 000 руб., которая в указанном размере уплачена истцом при обращении в суд с иском по платежному поручению от 23.11.2020 № 183.

Статьёй 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определено, что судебные расходы, понесённые лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны пропорционально размеру удовлетворённых требований.

Учитывая результат рассмотрения спора, понесенные истцом расходы по уплате госпошлины в размере 23 000 руб. подлежат взысканию с ответчика в пользу истца; 6 000 руб. госпошлины, излишне уплаченной по платежному поручению от 23.11.2020 № 183, подлежат возврату истцу из федерального бюджета.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа (код доступа - ).

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Красноярского края



РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ПромТехгаз» (ИНН <***>, ОГРН <***>, г. Железногорск Красноярского края) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП 310380123100030, г. Ангарск Иркутской области) 1 000 000 руб. убытков, а также 23 000 руб. судебных расходов по уплате госпошлины.

Возвратить индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП 310380123100030, г. Ангарск Иркутской области) из федерального бюджета 6 000 руб. излишне оплаченной госпошлины, выдать справку на возврат государственной пошлины.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.



Судья

Н.А. Варыгина