Решение от 6 ноября 2024 г. по делу № А12-10674/2024

Арбитражный суд Волгоградской области


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ



г. Волгоград

«06» ноября 2024 года Дело № А12-10674/2024

Резолютивная часть определения оглашена 23 октября 2024 года

Определение в полном объеме изготовлено 06 ноября 2024 года


Судья Арбитражного суда Волгоградской области Гладышева О.С.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Костициной А.В.,

рассмотрев исковое заявление Департамента муниципального имущества администрации Волгограда о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО2 по обязательствам ООО «Волгоградская мануфактура»,

без участия в судебном заседании лиц, участвующих в деле,



УСТАНОВИЛ:

25.04.2024 в Арбитражный суд Волгоградской области поступило исковое заявление Департамента муниципального имущества администрации Волгограда о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО2 по обязательствам ООО «Волгоградская мануфактура».

Требования истца мотивированы исключением ООО «Волгоградская мануфактура» из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц.

Истец просит привлечь солидарно ФИО1, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Волгоградская мануфактура» и взыскать в пользу департамента муниципального имущества администрации Волгограда денежные средства в размере 1 015 626,18 руб., полагает, что на ответчика должна быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам общества в порядке пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью».

В ходе рассмотрения дела, определениями суда ответчикам ФИО1, ФИО2 неоднократно предлагалось представить письменные пояснения о мерах, принятых по погашению задолженности (исполнению судебного акта), предотвращению исключения общества из ЕГРЮЛ, непринятия мер к ликвидации (банкротству) общества.

Ответчики в судебное заседание явку не обеспечили, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, письменные отзывы не представили.

Согласно адресной справке УВМ ГУ МВД от 23.07.2024, поступившей в материалы дела по запросу суда, ФИО1, ФИО2 сняты с регистрационного учета по месту жительства 23.04.2015, информация об ином месте регистрации ответчиком на момент рассмотрения настоящего дела отсутствует.

В связи с тем, что иного адреса места жительства ответчиков у суда не имеется, суд в соответствии с положениями части 5 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации направлял судебные извещения по последнему известному адресу места жительства таковых.

Так как присутствие в судебном заседании лица, участвующего в деле, или его представителей, относится к правам сторон, а не к обязанностям, а также с учетом надлежащего извещения о времени и месте судебного заседания, суд считает возможным, на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц по имеющимся в деле материалам.

В суд от ФНС России поступили сведения по расчетным счетам в отношении ООО «Волгоградская мануфактура», бухгалтерская отчетность за 2019, а также материалы регистрационного дела в отношении общества.

В обоснование своей позиции истец указывает следующее.

18.12.2018 между ДМИ администрации Волгограда (Арендодатель) и обществом с ограниченной ответственностью «Волгоградская мануфактура» (Арендатор) заключен договор аренды недвижимого имущества муниципальной имущественной казны Волгограда № 4/3294, нежилого помещения: подвала общей площадью 271,2 кв.м., расположенного по адресу: <...>., договор заключен сроком на 5 лет, согласно п. 4.1 стороны согласовали размер арендной платы. На основании п. 4.2 договора, внесение арендных платежей производится Арендатором ежемесячно не позднее 1-го числа месяца, следующего за расчетным 100% на единый казначейский счет. В случае невнесения арендных платежей в сроки, установленные договором, арендатор уплачивает арендодателю пени в размере 0,1% от просроченной суммы за каждый день просрочки (п. 5.2).

Договорные обязательства в части внесения арендной платы ООО «Волгоградская мануфактура» исполнялись не добросовестно, платежи вносились несвоевременно и не в полном объеме, что привело к образованию задолженности и послужило основанием для обращения Комитета в суд.

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 20.01.2020 по делу № А12- 43343/2019 с ООО «Волгоградская мануфактура» в пользу Департамента муниципального имущества администрации Волгограда взыскана задолженность по арендной плате по договору аренды недвижимого имущества муниципальной имущественной казны Волгограда №4/3294 от 18.12.2018 в сумме 53 268 руб., неустойка за период с 01.03.2019 по 02.09.2019 в размере 20 905 руб. 41 коп. На основании указанного решения суда выдан исполнительный лист, исполнительное производство по которому 31.05.2021 окончено на основании пункта 4 части 1 статьи 46 Федерального закона от 2 октября 2007 г. № 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" (далее - Федеральный закон № 229-ФЗ), в связи с тем, что у должника отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание.

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 27.03.2020 по делу № А12- 2084/2020 с ООО «Волгоградская мануфактура» в пользу Департамента муниципального имущества администрации Волгограда взыскана задолженность по арендной плате по договору аренды недвижимого имущества муниципальной имущественной казны Волгограда №4/3294 от 18.12.2018 за период с 01.09.2019 по 31.11.2019 в размере 89 634, 00 рублей, пени за период с августа 2019 по октябрь 2019 с 03.09.2019 по 02.12.2019 в размере 16 867, 04рублей.

Судебный акт должником не исполнен.

Решением арбитражного суда Волгоградской области от 10.03.2021 по делу № А12-31441/2020 с ООО «Волгоградская мануфактура» в пользу Департамента муниципального имущества администрации Волгограда взыскано 309 356 руб. 82 коп., из которых задолженность по арендной плате в размере 268 902 руб., пени в размере 40 454 руб. 82 коп.

Договор аренды недвижимого имущества муниципальной имущественной казны Волгограда № 4/3294 от 18.12.2018, нежилого помещения - подвал, площадью 271,2 кв.м., расположенного по адресу: <...>, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Волгоградская мануфактура» и Департаментом муниципального имущества администрации Волгограда расторгнут.

Судом принято решение о выселении ООО «Волгоградская мануфактура» из занимаемого нежилого помещения - подвал, площадью 271,2 кв.м., расположенного по адресу: <...>.

Однако, ответчик помещение не освободил, в связи с чем, оставался в фактическом пользовании Общества.

Ввиду неисполнения обязанности освободить арендуемое помещение и уплатить образовавшуюся задолженность, ДМИ инициированы судебные споры о взыскании задолженности за фактическое пользованием помещением и взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами.

Не возврат Обществом арендуемого помещения привел к продолжению начислений за пользование земельным участком, и к увеличению задолженности по договору аренды, что установлено вступившими в законную силу решениями Арбитражного суда Волгоградской области, а именно:

Так, Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 24.03.2021 по делу № А12- 1828/2021 с ООО «Волгоградская мануфактура» в пользу Департамента муниципального имущества администрации Волгограда взыскана задолженность по договору аренды №4/3294 от 18.12.2018 за периоде 01.12.2019 по 31.12.2019 в размере 17 378 руб., неустойку за период с 02.11.2019 по 13.01.2020 в размере 10 798 руб. 57 коп.

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 15.06.2021 по делу А12- 9713/2021 с ООО «Волгоградская мануфактура» в пользу Департамента муниципального имущества администрации Волгограда взыскана задолженность по договору аренды нежилого помещения от 18.12.2018 №4/3294 в размере 210 643 руб. 86 коп., из которых 149 390 руб. - арендная плата за период с 01.10.2020 по 28.02.2021, 60 013 руб. 50 коп. - пени за период с 02.10.2020 по 01.03.2021.

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 13.12.2021 по делу № А12- 30120/2021 с ООО «Волгоградская мануфактура» в пользу Департамента муниципального имущества администрации Волгограда взыскана задолженность по договору аренды №4/3294 от 18.12.2018 в размере 199.495 руб. 06 коп., из которых задолженность по арендной плате в размере 79.032 руб. 13 коп., пени в размере 48.903 руб. 41 коп., за фактическое пользование помещением в размере 70.357 руб. 87 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 1.201 руб. 65 коп.

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 12.08.2022 по делу № А12- 14727/2022 с ООО «Волгоградская мануфактура» в пользу Департамента муниципального имущества администрации Волгограда взыскана задолженность за фактическое пользование помещением за период с 01.12.2021 по 31.03.2022 в сумме 119 512 рублей, проценты за периоде 01.01.2022 по 31.03.2022 в сумме 2 169,63 рубля.

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 25.04.2022 по делу № А12- 4148/2022 с ООО «Волгоградская мануфактура» в пользу Департамента муниципального имущества администрации Волгограда взыскана задолженность в размере 121 296 руб. 09 коп., из которых 119 512 руб. 00 коп. - фактическое пользование помещением за период с 01.08.2021 по 30.11.2021, 1 784 руб. 09 коп. - проценты за пользование чужими денежными средствами за период 01.09.2021 по 28.12.2021.

Исполнительные производства, возбуждённые на основании вышеуказанных судебных актов, были, впоследствии, окончены ввиду нахождения должника в стадии ликвидации и по причине отсутствия у должника имущества, на которое может быть обращено взыскание.

Таким образом, общая задолженность ООО «Волгоградская мануфактура» по договору №4/3294 от 18.12.2018 аренды недвижимого имущества муниципальной имущественной казны Волгограда, расположенного по адресу: <...>, до настоящего времени не погашена и составляет- 1 015 626,18 руб., из которых по арендной плате 657 602,13 руб., по пени 153 360,75 руб., за фактическое пользование 199 507,93 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами 5 155,37руб.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Волгоградская мануфактура», Инспекцией Федеральной налоговой службы по Дзержинскому району г. Волгограда 10.12.2021 внесена запись о прекращении юридического лица. Основанием прекращения деятельности организации явилось наличие в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Истец указывает, что должник не обращался в суд с заявлением о банкротстве, должник не ликвидировался в порядке, предусмотренным действующим законодательством РФ, уведомлений со стороны должника в адрес истца о намерении признать себя несостоятельным (банкротом), равно как иных сведений о намерении фактически прекратить деятельность в адрес истца не поступало.

Судебные акты о взыскании задолженности ответчиками не исполнены. Таким образом, на дату исключения из ЕГРЮЛ указанное общество имело неисполненное обязательство перед истцом, должник ООО «Волгоградская мануфактура» исключено из ЕГРЮЛ в административном порядке. Ответчики, зная о наличии у общества задолженности перед истцом, до исключения из ЕГРЮЛ, попустительствовали исключению должника из ЕГРЮЛ.

Истец полагает, что в связи с тем, что директор ООО «Волгоградская мануфактура» и учредитель общества не предпринимали попыток к погашению образовавшейся задолженности на протяжении длительного периода времени, а также не совершили необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, его поведение (бездействие) свидетельствует о намеренном уклонении от исполнения обязательств перед кредитором.

Истец считает, что факт наличия у ООО «Волгоградская мануфактура» на момент исключения из ЕГРЮЛ указанной непогашенной задолженности является следствием неразумного и недобросовестного поведения ответчиков ФИО2, как учредителя, и ФИО1 как директора ООО «Волгоградская мануфактура».

Поскольку возможность возврата денежных средств утрачена, истец обратился в суд с рассматриваемым иском о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности в размере суммы задолженности.

Изучив доводы заявления, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции сторон настоящего спора, суд пришел к следующим выводам.

Учредителем ООО «Волгоградская мануфактура» с момента создания 07.05.2013 до момента исключения из ЕГРЮЛ являлся ФИО2, руководителем должника с 07.05.2013 до момента прекращения юридического лица являлся ответчик ФИО1.

В соответствии с пунктом 2 статьи 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц влечет правовые последствия, предусмотренные настоящим Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам.

Частью 3.1 ст. 3 Закона № 14-ФЗ установлено, что исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ к субсидиарной ответственности ставится в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц.

Под действиями (бездействием) контролирующего общества лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной такого неисполнения, то есть те, без которых объективное неисполнение не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение общества, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным неисполнением.

Участие в экономической деятельности может осуществляться гражданами как непосредственно, так и путем создания коммерческой организации, в том числе в форме общества с ограниченной ответственностью.

Ведение предпринимательской деятельности посредством участия в хозяйственных правоотношениях через конструкцию хозяйственного общества (как участие в уставном капитале с целью получение дивидендов, так и участие в органах управления обществом с целью получения вознаграждения) - как правило, означает, что в конкретные гражданские правоотношения в качестве субъекта права вступает юридическое лицо.

В силу положений пункта 1 статьи 48, пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87 Гражданского кодекса законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.

Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.

В то же время из существа конструкции юридического лица вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10, статья 1064 ГК РФ, пункты 1 и 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее - постановление N 53).

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

Как следует из пунктов 1 статьи 48, пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87 ГК РФ законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности. В то же время правовая форма юридического лица (корпорации) не должна использоваться его участниками и иными контролирующими лицами для причинения вреда независимым участникам оборота (пункт 1 статьи 10 и статья 1064 ГК РФ, пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", далее - постановление N 53).

Следовательно, если неспособность удовлетворить требования кредитора подконтрольного юридического лица спровоцирована реализацией воли контролирующих это юридическое лицо лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности, то участники корпорации и иные контролирующие лица в исключительных случаях могут быть привлечены к имущественной ответственности перед кредиторами данного юридического лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, статья 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", далее - Закон о банкротстве), в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве.

Исключение общества с ограниченной ответственностью из реестра как недействующего в связи с тем, что в ЕГРЮЛ имеются сведения, в отношении которых внесена запись об их недостоверности (подпункт "б" пункта 5 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей"), не препятствует привлечению контролирующего лица этого общества к ответственности за вред, причиненный кредиторам, хотя и не является прямым основанием наступления этой ответственности (пункт 3 статьи 64.2 ГК РФ, определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2023 N 307-ЭС22-18671).

Субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества может быть возложена на контролировавших его лиц, если неисполнение обязательств таким обществом обусловлено их недобросовестными или неразумными действиями (пункт 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Доказывание того, что погашение требований кредиторов стало невозможным в результате действий контролирующих лиц, упрощено законодателем для истцов посредством введения опровержимых презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), при подтверждении которых предполагается наличие вины ответчика в том, что имущества должника недостаточно для удовлетворения требований кредиторов. Так, в частности, отсутствие у юридического лица документов, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством об обществах с ограниченной ответственностью, закон связывает с тем, что контролирующее должника лицо привело его своими неправомерными действиями в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов должника, причинило тем самым им вред и во избежание собственной ответственности скрывает следы содеянного. В силу этого и в соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующие должника лица за такое поведение несут ответственность перед кредиторами должника (определения Верховного Суда Российской Федерации от 25.03.2024 N 303-ЭС23-26138, от 30.01.2020 N 305-ЭС18-14622(4,5,6)).

Презумпция сокрытия следов содеянного применима также в ситуации, когда иск о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности подается кредитором вне дела о банкротстве - в случае исключения юридического лица из реестра как недействующего ("брошенный бизнес"). Иное создавало бы неравенство в правах кредиторов в зависимости от поведения контролирующих лиц и приводило бы к получению необоснованного преимущества такими лицами только в силу того, что они избежали процедуры банкротства контролируемых лиц (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.04.2024 N 305-ЭС23-29091).

Кроме того, закон не только дает право каждому свободно использовать свои способности и имущество для предпринимательской деятельности, в том числе через объединение и участие в хозяйственных обществах (статья 2, часть 1 статьи 30, часть 1 статьи 34 Конституции Российской Федерации, статьи 50.1, 51 ГК РФ, статьи 11, 13 Закона об обществах с ограниченной ответственностью), но и обязывает впоследствии ликвидировать созданное юридическое лицо в установленном порядке, гарантирующем, помимо прочего, соблюдение прав кредиторов этого юридического лица (статьи 61 - 64.1 ГК РФ, статья 57 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Во всяком случае, правопорядок не поощряет "брошенный бизнес", а добросовестный участник хозяйственного общества, решивший прекратить осуществление предпринимательской деятельности через юридическое лицо, должен следовать принципу "закончил бизнес - убери за собой".

При рассмотрении исков о привлечении к субсидиарной ответственности бремя доказывания должно распределяться судом (часть 3 статьи 9, часть 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее - АПК РФ) с учетом необходимости выравнивания возможностей по доказыванию юридически значимых обстоятельств дела, имея в виду, что кредитор, как правило, не имеет доступа к информации о хозяйственной деятельности должника, а контролирующие должника лица, напротив, обладают таким доступом и могут его ограничить по своему усмотрению.

Суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника документов, от дачи объяснений либо их явной неполноте и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6-П).

Кредиторам, требующим привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, не предоставляющего документы хозяйственного общества, необходимо и достаточно доказать состав признаков, входящих в соответствующую презумпцию: наличие и размер непогашенных требований к должнику; статус контролирующего должника лица; его обязанность по хранению документов хозяйственного общества; отсутствие или искажение этих документов. Привлекаемое к субсидиарной ответственности лицо может опровергнуть презумпцию и доказать иное, представив свои документы и объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность и чем вызвана несостоятельность должника, каковы причины непредставления документов, насколько они уважительны и т.п. (пункт 10 статьи 61.11, пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве, пункт 56 постановления N 53).

Указанная правовая позиция изложена в Определении Верховного суда РФ от 27.06.2024 № 305-ЭС24-809.

При рассмотрении настоящего дела истец последовательно указывал, ООО «Волгоградская мануфактура», контролируемое ФИО2 и ФИО1 и исключенное из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо, имело перед заявителем непогашенную и бесспорную (подтвержденную судебным приказом) задолженность.

Несмотря на это ФИО2 и ФИО1 не только не принял никаких мер для погашения задолженности, но и своим бездействием фактически бросил подконтрольное общество с долгами и способствовал его исключению из ЕГРЮЛ.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ по состоянию на 10.12.2021 (дата внесения в ЕГРЮЛ записи о прекращении деятельности ООО «Волгоградская мануфактура» учредителем указанного общества являлся ФИО2, директором являлся ФИО1, в связи с чем, указанные лица являлись лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, а, следовательно, обязаны были действовать в интересах этого юридического лица добросовестно и разумно и нести ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

ФИО2, ФИО1 не могли не знать о наличии задолженности перед истцом при указанных выше обстоятельств, в связи с чем, ответчики, действуя добросовестно, должны были представлять достоверные сведения, предусмотренные Законом о государственной регистрации.

По запросу суда налоговым органом представлена бухгалтерская отчетность ООО «Волгоградская мануфактура» за 2019, сведения по расчетным счетам.

Из материалов дела следует, что бухгалтерская (финансовая) отчетность ООО «Волгоградская мануфактура» за 2020 в налоговой инспекции отсутствует, в материалы дела представлен бухгалтерский баланс за 2019, содержащий сведения о наличии кредиторской задолженности и отсутствие какого-либо дохода.

Согласно ответов регистрирующих органов, представленных в материалы дела, какое либо имущество за ООО «Волгоградская мануфактура» не зарегистрировано.

Согласно сведений уполномоченного органа у ООО «Волгоградская мануфактура» был открыт 20.05.2013 один расчетный счет № <***> в АО коммерческий межотраслевой банк стабилизации и развития «ЭКСПРЕСС-ВОЛГА», который закрыт 18.03.2019.

ПАО «Совкомбанк» (правопреемником АО коммерческий межотраслевой банк стабилизации и развития «ЭКСПРЕСС-ВОЛГА») приобщен ответ о невозможности предоставления выписки по данному расчетному счету в связи с истечением 18.03.2024 срока хранения информации клиентов по счету № <***>.

Как разъяснено в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", при привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Федерального закона от 26 октября 2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее — Федеральный закон № 127-ФЗ), подлежат применению общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.

Согласно ст. 9 Федерального закона № 127-ФЗ руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты, возникновения, соответствующих обстоятельств.

Вместе с тем, несмотря на наличие признаков несостоятельности (банкротства) организации, учредители ООО «Волгоградская мануфактура» с заявлением о признании должника банкротом в суд не обращались.

Кроме того, 29.12.2020 ФНС России в лице Межрайонной ИФНС России № 2 по Волгоградской области обратилась в Арбитражный суд Волгоградской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Волгоградская мануфактура», указывая в обоснование своих требований на наличие у должника задолженности в сумме 364 005,36 руб., судом возбуждено дело о банкротстве № А12-33407/2020.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 19.04.2021 по делу № А12-33407/2020 производство по делу о банкротстве ООО «Волгоградская мануфактура» прекращено, в связи с тем, что у должника отсутствует имущество для покрытия судебных расходов по делу о банкротстве, уполномоченный орган от финансирования процедуры отказался, ни общество, ни ФИО2 согласие на финансирование процедуры банкротства не выразили.

В условиях наличия непогашенной задолженности, действия любого разумного и добросовестного контролирующего лица должника заключаются в принятии мер для удовлетворения имеющейся задолженности (статья 10 ГК РФ).

Вопреки указанной добросовестной модели поведения, ни ФИО2, ни ФИО1 таких действий не предприняли. В свою очередь, допустили исключение юридического лица из ЕГРЮЛ, чем лишили Департамент возможности удовлетворить свои требования, и на момент прекращения дела о банкротстве, зная о недостаточности имущества для погашения задолженности, мер по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании юридического лица несостоятельным (банкротом) или финансирования процедуры банкротства не предприняли.

Судом установлено, что ответчики не предприняли никаких действий к погашению задолженности, а также не приняли действий к прекращению либо отмене процедуры исключения ООО «Волгоградская мануфактура».

Обратного суда не доказано.

Непредставление достоверной информации относительно деятельности общества, его юридического адреса, непредставление налоговой и бухгалтерской отчетности, относится либо к неразумным, либо к недобросовестным действиям; в ином случае, если общество намерено прекратить деятельность, такое прекращение происходило бы через процедуру ликвидации, с погашением имеющейся задолженности, а при недостаточности средств – через процедуру банкротства.

Суд полагает, что указанные обстоятельства нельзя признать нормальной практикой, а бездействия ответчиков в этой части противоречат основной деятельности коммерческой организации.

Фактически бездействия ответчиков, повлекшие исключение ООО «Волгоградская мануфактура» из ЕГРЮЛ, лишили возможности истца принимать меры ко взысканию задолженности в порядке исполнительного производства, а при недостаточности имущества у ООО «Волгоградская мануфактура» возможности участвовать в деле о банкротстве данного общества.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о существовании причинно-следственной связи между бездействиями учредителя ФИО2 и руководителя общества ФИО1 и прекращением экономической деятельности названного общества.

При этом суд отмечает, что при обращении в суд с основанным на пункте 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ требованием о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве, доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо, объективно затруднено.

Исходя из статей 17 (часть 3), 19 (часть 1), 45 и 46 Конституции Российской Федерации и из специального требования о добросовестности, закрепленного в Гражданском кодексе Российской Федерации и в Закона № 14-ФЗ, стандарт разумного и добросовестного поведения в сфере корпоративных отношений предполагает, что обязанность действовать в интересах контролируемого юридического лица включает в себя не только формирование имущества корпорации в необходимом размере, совершение действий по ликвидации юридического лица в установленном порядке и т.п., но и аккумулирование и сохранение информации о хозяйственной деятельности должника, ее раскрытие при предъявлении в суд требований о возмещении вреда, причиненного доведением должника до объективного банкротства. Отказ же или уклонение контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явная неполнота свидетельствуют о недобросовестном процессуальном поведении, о воспрепятствовании осуществлению права кредитора на судебную защиту.

Как разъяснено в пункте 56 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротств» если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность.

В рамках настоящего спора истец с достаточной степенью убедительности поставил под сомнение разумность действий ответчиков.

В связи с чем, бремя опровержения сомнений в добросовестности осуществления руководителем общества и его учредителем своих полномочий перешло на ответчиков.

Вместе с тем ответчики не раскрыли информацию о причинах возникновения задолженности перед истцом, причинах своего поведения по двойному обращению для исполнения требований исполнительного документа, не обосновали невозможность возврата сумм неосновательного обогащения. Обстоятельства того, что данные обстоятельства были связаны с какими-либо объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности, ответчиками не раскрыты.

С учетом изложенного, исследовав и оценив представленные доказательства, исходя из предмета и оснований заявленных исковых требований, с учетом положений ст. 71 АПК РФ, суд приходит к выводу, что в настоящем случае имеются основания для привлечения ответчиков ФИО1, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Волгоградская мануфактура» солидарно.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ, понесенные истцом расходы по уплате государственной пошлины по иску, подлежат отнесению на ответчиков ФИО3, ФИО4 солидарно.

Руководствуясь статьями 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:


Привлечь ФИО1, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Волгоградская мануфактура».

Взыскать с ФИО1, ФИО2 солидарно в пользу Департамента муниципального имущества администрации Волгограда денежные средства в размере 1 015 626 рублей 18 копеек.

Взыскать с ФИО1, ФИО2 солидарно в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 23 156 рублей 26 копеек.

Решение суда может быть обжаловано в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Волгоградской области в сроки, установленные законом.


Судья О.С. Гладышева