Постановление от 10 февраля 2025 г. по делу № А56-12660/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


11 февраля 2025 года

Дело №

А56-12660/2023

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Воробьевой Ю.В., судей Тарасюка И.М., ФИО1,

при участии от общества с ограниченной ответственностью «ЭкоВтор» представителя ФИО2 (доверенность от 10.10.2023), от общества с ограниченной ответственностью «Гром-Опт» представителя ФИО3 (доверенность от 17.01.2025),

рассмотрев 28.01.2025 в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «КУИ» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.05.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.09.2024 по делу № А56-12660/2023/н.р.,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.02.2023 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «КУИ», адрес: 195213, Санкт-Петербург, ул. Латышских Стрелков, д. 27, лит. А, пом. 1Н, ОГРН <***>, ИНН <***>, о признании ООО «Гром-Опт», адрес: 192102, Санкт-Петербург, наб. реки Волковки, д. 13, лит. К, пом. 4-Н, оф. 24, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество), несостоятельным (банкротом).

Определением от 20.05.2023, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.11.2023, признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов Общества (далее – Реестр) требование ООО «КУИ» в размере 27 530 363,90 руб., из которых 19 918 581,50 руб. - основной долг, 7 300 000 руб. - пени, 111 782,40 руб. - проценты за пользование чужими денежными средствами, 200 000 руб. - расходы по оплате государственной пошлины, в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО4.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 05.02.2024 определение от 20.05.2023 и постановление от 06.11.2023 в части включения требования ООО «КУИ» в третью очередь Реестра и утверждения временным управляющим Обществом ФИО4 отменены, дело в указанной части направлено в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении определением от 26.05.2024, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 18.09.2024, требование ООО «КУИ» в размере 27 530 363,90 руб. признано обоснованным и подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), временным управляющим утверждена ФИО5.

Решением от 12.07.2024 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО5

В кассационной жалобе ООО «КУИ», ссылаясь на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, неполное выяснение обстоятельств, имеющих существенное значение для дела, просит отменить определение от 26.05.2024 и постановление от 18.09.2024 и направить дело в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

По мнению подателя жалобы, вывод судов о нахождении Общества в имущественном кризисе в 2019 - 2021 годах противоречит финансовым показателям бухгалтерской отчетности должника за указанный период, а также объяснениям главного бухгалтера Общества.

ООО «КУИ» считает, что суды при субординировании его требований неправомерно использовали данные финансового анализа, выполненного временным управляющим ФИО4, который не мог быть принят судами в качестве допустимого доказательства, поскольку определениями от 13.05.2024 и 20.05.2024 признаны недействительными решения собрания кредиторов от 31.10.2023 и 01.12.2023 соответственно по первым вопросам повестки дня «Отчет временного управляющего Обществом о своей деятельности». При этом финансовый анализ Общества за 2019 год временным управляющим не производился.

Податель жалобы указывает, что суды необоснованно отказали ООО «КУИ» в удовлетворении ходатайства о назначении финансово-экономической экспертизы.

Кроме того, ООО «КУИ» полагает, что вывод судов о его  аффилированности с должником не соответствует фактическим обстоятельствам дела.

В возражениях на кассационную жалобу, поступивших в суд 14.01.2025 и 21.01.2025 в электронном виде, ООО «ЭкоВтор» и конкурсный управляющий ФИО5 соответственно возражают против удовлетворения кассационной жалобы.

В судебном заседании представители Общества и ООО «ЭкоВтор» возражали против удовлетворения кассационной жалобы, считая обжалуемые судебные акты законными и обоснованными.

Остальные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, требование ООО «КУИ» основано на вступившем в законную силу решении Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.08.2022 по делу № А56-18104/2022, согласно которому с Общества в пользу ООО «КУИ» взыскано 2 390 064 руб. задолженности по арендной плате и 1 000 000 руб. пеней за период с 31.01.2020 по 30.11.2021 по договору аренды от 15.01.2020 № 07-а, 15 530 902,68 руб. задолженности по арендной плате и 5 000 000 руб. пеней за период с 31.01.2020 по 30.11.2021 по договору аренды от 15.01.2020 № 08-а, 817 328,70 руб. задолженности по арендной плате и 400 000 руб. пеней за период с 31.12.2019 по 30.11.2021 по договору аренды от 09.12.2019 № 02-Т, 427 428,57 руб. задолженности по арендной плате и 900 000 руб. пеней за период с 31.12.2019 по 30.11.2021 по договору аренды транспорта от 09.12.2019 № 01-Т, 752 857,14 руб. задолженности по арендной плате по договору аренды оборудования от 15.01.2020 № 13-а, 111 782,40 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 31.01.2020 по 30.11.2021, 200 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины.

Ссылаясь на неисполнение Обществом указанного судебного акта, ООО «КУИ» обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением о признании Общества банкротом и просило включить в Реестр требование в размере 27 530 363,90 руб.

При новом рассмотрении суд первой инстанции, установив, что наличие задолженности Общества в размере 27 530 363,90 руб. подтверждено представленными доказательствами, тогда как доказательства ее погашения отсутствуют, и приняв во внимание природу названного требования (компенсационное финансирование в условиях имущественного кризиса Общества), признал требование ООО «КУИ» в указанном размере обоснованным и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Суд апелляционной инстанции, согласившись с выводами суда первой инстанции, постановлением от 18.09.2024 оставил определение от 26.05.2024 без изменения.

Изучив материалы дела и проверив доводы, содержащиеся в кассационной жалобе и возражениях на нее, суд кассационной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

По смыслу пункта 2 статьи 49 Закона о банкротстве определение арбитражного суда о введении процедуры наблюдения по результатам рассмотрения заявления кредитора должно содержать указание на признание требований заявителя обоснованными, очередность их удовлетворения и их размер, поскольку, не установив размер задолженности, нельзя сделать вывод о наличии признаков банкротства, содержащихся в статье 3 Закона о банкротстве.

В силу абзаца второго пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве разногласия по требованиям кредиторов или уполномоченных органов, подтвержденным вступившим в законную силу решением суда в части их состава и размера, не подлежат рассмотрению арбитражным судом.

В рассматриваемом случае суды первой и апелляционной инстанций учли позицию Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в определении от 01.11.2019 № 307-ЭС19-10177 (2,3) и абзаце девятом пункта 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор), согласно которой подтверждение в судебном порядке существования долга банкрота перед заявителем, хотя и предоставляет последнему право на принудительное исполнение, само по себе правовую природу (существо и основание возникновения) задолженности не меняет и, как следствие, не освобождает арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, от обязанности определить очередность удовлетворения данного требования.

Как указано выше, заявленное ООО «КУИ» требование основано на вступившем в законную силу судебном акте.

В этой связи, устанавливая очередность удовлетворения требования ООО «КУИ», суды приняли во внимание пункты 3.1 - 3.3 Обзора, согласно которым предоставление кредитором аффилированному лицу (должнику) компенсационного финансирования не подлежит противопоставлению требованиям независимых кредиторов и удовлетворяется в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Делая вывод об аффилированности ООО «КУИ» с Обществом, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно исходили из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.

В соответствии со статьей 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам, указанным в названной статье.

В соответствии с пунктом 2 статьи 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также лица, признаваемые заинтересованными в совершении с должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

В частности, в силу статьи 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» контролирующее лицо общества и лицо, занимающее должность в органе управления юридического лица, являются заинтересованными лицами.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2015 № 308-ЭС15-1607 сформирована правовая позиция, согласно которой судам необходимо определять помимо формальных признаков, установленных в законодательстве, определяющих образование группы лиц и их заинтересованности, но также и фактическую аффилированность.

Судами установлено, что ООО «КУИ» образовано в результате реорганизации ООО «Гром», генеральным директором которого являлся ФИО6, являющийся также руководителем Общества.

При этом единственный учредитель ООО «КУИ» ФИО7 является двоюродной сестрой ФИО6, а управляющим ООО «КУИ» – индивидуальный предприниматель ФИО8 (дочь ФИО7).

Договоры аренды, на которых в том числе основаны требования ООО «КУИ», в частности от 15.01.2020 № 08-а, 13-а, подписаны со стороны ООО «КУИ» управляющим ИП ФИО7, со стороны Общества - генеральным директором ФИО6

При это ФИО8 являлась финансовым директором Общества, ФИО9 - юрисконсультом должника.

При указанных обстоятельствах вывод судов об аффилированности ООО «КУИ» и Общества представляется правильным, а утверждение подателя жалобы об обратном - несостоятельным.

Кроме того, судами принято во внимание, что аффилированность сторон спора установлена при рассмотрении иных обособленных споров.

Факт аффилированности, как правильно указали суды, свидетельствует о возможности сторон определять действия друг друга, оказывать влияние на принятие управленческих решений на дату совершения сделки.

По общему правилу на кредитора, контролирующего должника, относятся все риски банкротства подконтрольного общества. При этом внутреннее финансирование должно осуществляться добросовестно и не нарушать права и законные интересы иных лиц (пункт 3.1 Обзора).

Суды первой и апелляционной инстанций правильно отметили, что действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым аффилированность лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

Вместе с тем, исходя из конкретных обстоятельств дела, суд вправе переквалифицировать формально оформленные гражданско-правовыми договорами отношения в корпоративные либо квалифицировать их как преследующие недобросовестную цель создания подконтрольной дружественному кредитору кредиторской задолженности для целей участия в деле о банкротстве и контроля над процедурой.

В соответствии с пунктом 3.3 Обзора разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 ГК РФ является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (пункт 1 статьи 486 ГК РФ), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (пункт 1 статьи 711 ГК РФ) и т.п.). Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа, указанной в пункте 3.2 Обзора.

При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (статья 65 АПК РФ).

Судами установлено наличие у должника в спорный период признаков неплатежеспособности и предоставление ООО «КУИ» компенсационного финансирования в виде передачи имущества в аренду даже после прекращения Обществом исполнения условий названных договоров.

Названные действия ООО «КУИ», равно как отсутствие требований ООО «КУИ» о возврате имущества или взыскания арендной платы, по существу являются формами финансирования должника.

Наиболее вероятной причиной подобных действий ООО «КУИ» является использование им преимуществ своего положения для выведения одной стороны - должника - из состояния имущественного кризиса.

С учетом доводов об аффилированности должника и ООО «КУИ» и подконтрольности их единым бенефициарам в силу статьи 65 АПК РФ на предъявившему требование ООО «КУИ» лежало бремя доказывания того, что в рассматриваемых отношениях должник и ООО «КУИ» действовали самостоятельно, независимо друг от друга, в отсутствие соглашения между ними, а их поведение не являлось скоординированным, продиктованным интересами бенефициаров.

Вместе с тем таких доказательств ООО «КУИ» не представило.

Делая вывод о предоставлении ООО «КУИ» компенсационного финансирования в условиях имущественного кризиса, суды первой и апелляционной инстанций правомерно исходили из следующего.

Под имущественным кризисом понимается трудное экономическое положение, имеющее место при наличии любого из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. В частности, имущественный кризис имеет место в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами, либо должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. Иными словами, имущественный кризис присутствует при наличии любого из указанных выше обстоятельств или признаков.

Судами установлено, что на протяжении 2021 года Общество уже испытывало затруднения в исполнении условий договоров аренды, что подтверждается в том числе подписанными сторонами соглашениями об установлении графика погашения задолженности по договорам аренды при наличии значительной просрочки по арендной плате.

Судами также принято во внимание, что с момента создания деятельность Общества финансировалась за счет предоставленных единственным участником Общества займов, что свидетельствует об отсутствии у Общества денежных средств, необходимых ему на ведение текущей деятельности, в том числе погашение требований кредиторов.

Согласно анализу финансового состояния Общества за период с 01.01.2019 по 31.12.2019 баланс Общества является неликвидным, Общество является неплатежеспособным, при этом в период с 01.01.2019 по 31.12.2019 наблюдается стремительное наращивание кредиторской задолженности.

Указанное образует опровержимую презумпцию неплатежеспособности Общества, что в свою очередь является признаком имущественного кризиса.

С учетом изложенного в связи с отсутствием правовой необходимости и нормативно-правового обоснования целесообразности заявленного ООО «КУИ» ходатайства о назначении судебной финансово-экономической экспертизы в процедуре конкурсного производства суды правомерно отклонили указанное ходатайство кредитора.

Как разъяснено в пункте 3.2 Обзора, если финансирование, как установлено в рассматриваемом случае, осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

Не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора).

В этой связи суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что требование ООО «КУИ» по сути является требованием о возврате компенсационного финансирования, в силу чего к нему применим соответствующий режим удовлетворения.

В пункте 4 Обзора разъяснено, что очередность удовлетворения требования кредитора, аффилированного с лицом, контролирующим должника, может быть понижена, если этот кредитор предоставил компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица.

При таких обстоятельствах суды первой и апелляционной инстанций обоснованно заключили, что требование ООО «КУИ» подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ, то есть в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 27.1 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, временным управляющим в деле о банкротстве не может быть утверждено лицо, кандидатура которого предложена кредитором, аффилированным по отношению к должнику.

Поскольку контролирующее должника лицо и аффилированные с должником лица имеют общий с должником интерес, отличный от интереса независимых кредиторов, учет их голосов при последующем выборе кандидатуры арбитражного управляющего (саморегулируемой организации) приводит к тому, что установленный действующим правовым регулированием механизм предотвращения потенциального конфликта интересов не достигает своей цели (пункт 12 названного Обзора).

Приняв во внимание факт аффилированности ООО «КУИ» и Общества, руководствуясь указанными разъяснениями, суд первой инстанции перешел к определению саморегулируемой организации арбитражных управляющих, из числа членов которой подлежал утверждению управляющий, посредством случайного выбора как наиболее оптимального варианта поиска управляющего для всех спорных ситуаций в условиях действующего правового регулирования.

По результатам случайной выборки и представленных саморегулируемыми организациями кандидатур арбитражных управляющих, суд первой инстанции пришел к выводу о соответствии кандидатуры ФИО5 требованиям Закона о банкротстве, в связи с чем правомерно утвердил ее в качестве временного управляющего Обществом.

Из содержания обжалуемых судебных актов усматривается, что суды дали оценку всем доводам и возражениям лиц, участвующих в настоящем деле, надлежащим образом исследовали все имеющиеся в материалах дела доказательства и установили обстоятельства дела, имеющие значение для разрешения спора.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, бывшие предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций и получившие надлежащую правовую оценку, не опровергают выводов судов, направлены на переоценку доказательств и установленных судами фактических обстоятельств дела, что в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Нормы материального права применены правильно. Нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом кассационной инстанции не установлено.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.05.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.09.2024 по делу № А56-12660/2023 оставить без изменения, а кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «КУИ» - без удовлетворения.


Председательствующий

Ю.В. Воробьева

Судьи


И.М. Тарасюк

ФИО1