Решение от 26 июня 2019 г. по делу № А40-38272/2019

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ


26 июня 2019 года

Дело № А40-38272/19-144-353



Полный текст решения изготовлен 26 июня 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 20 июня 2019 года


Арбитражный суд города Москвы

в составе судьи Папелишвили Г.Н.

при ведении протокола секретарем судебного заседания Фаткулиным Р.М.

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению АО «НИКИЭТ»

к ответчику: АО «ГСПИ»

о взыскании убытков в размере 34 113 674,04 рублей

с участием:

от истца – Губарев М.Ю. (паспорт, доверенность от 02.11.2017 №Д-206-17), Ромайкин Д.В. (паспорт, доверенность от 18.12.2018 № Д-120-18)

от ответчика – Кудинов А.А. (паспорт, доверенность от 11.03.2019)

УСТАНОВИЛ:

АО «НИКИЭТ» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о взыскании с АО «ГСПИ» убытков в размере 34 113 674, 04 рублей.

Истец требования поддержал по основаниям, изложенным в заявлении.

Ответчик требования отклонил по доводам, изложенным в представленном отзыве.

Рассмотрев материалы дела, выслушав доводы сторон, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности на основании ст.71 АПК РФ, арбитражный суд установил, что исковые требования заявлены необоснованно и не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В своем заявлении истец указывает, что 13.10.2017 АО «НИКИЭТ» провело совещание с АО «ГСПИ» об организации работ по проекту сооружения центра ядерных наук и технологий (далее - ЦЯНТ) в Многонациональном Государстве Боливия, по результатам которого были достигнуты соглашения о том, что АО «ГСПИ» направит АО «НИКИЭТ» не позднее 18.10.2017 гарантийное письмо о намерениях привлечь АО «НИКИЭТ» в качестве главного конструктора, разработчика и комплексного поставщика исследовательской реакторной установки BRR-200, а АО «НИКИЭТ» на основании письма АО «ГСПИ» откроет кредитную тему сроком до января 2018 года с целью безотлагательного разворачивания работ.

18.10.2017 АО «ГСПИ» направило АО «НИКИЭТ» письмо №049/М001/4467 с предложением выполнить для АО «ГСПИ» работы по разработке исходных данных на проектирование исследовательского реактора и стенда основного пульта управления исследовательского реактора, которым гарантировало заключение договора с АО «НИКИЭТ» как с единственным поставщиком после получения разрешения Комитета по стоимости в рамках международных продаж в соответствии с приказом Госкорпорации «Росатом» от 12.02.2015 №1/118-П.

21.11.2017 АО «ГСПИ» письмом №049/М001/5143 выразило намерение заключить с АО «НИКИЭТ» договор на поставку оборудования, который будет включать в себя весь перечень предложенных последним Работ.

29.11.2017 АО «НИКИЭТ» направило АО «ГСПИ» письмо №441-02/14686, в котором предложило выработать общее решение о заключении договора.

22.12.2017 АО «ГСПИ» письмом №049/М045/5791 направило АО «НИКИЭТ» запрос коммерческого предложения на подготовку технического задания на разработку, изготовление и поставку оборудования и системы контроля и управления реакторной установки с водо-водяным исследовательским реактором бассейнового типа ЦИЯТ (далее-Техническое задание).

10.01.2017 АО «НИКИЭТ» письмом №441-02/54 направило АО «ГСПИ» технико-коммерческое предложение на подготовку Технического задания.

06.03.2018 в соответствии с Приказом АО «НИКИЭТ» №69 кредитной теме, по подготовке Технического задания, присвоен №К.18.020-002, предельный лимит финансирования по которой установлен в размере 30 000 000 рублей. В течение всего периода переговоров о заключении договора, АО «НИКИЭТ» было лишено возможности в своей предпринимательской деятельности использовать данные денежные средства, поскольку указанная сумма определяет фактические расходы АО «НИКИЭТ» в процессе выполнения Работ по подготовке Технического задания для АО «ГСПИ».

04.04.2018 было организовано рабочее совещание между АО «РАОС», АО «ГСПИ», АО «Наука и инновации» и АО «НИКИЭТ» по вопросу поставки оборудования по проекту сооружения ЦИЯТ в Боливии, по результатам которого были достигнуты соглашения о том, что АО «НИКИЭТ» в срок до 13.04.2018 направит АО «ГСПИ» разработанное за счет собственных средств Техническое задание, а АО «ГСПИ» проведет, в течение 7 календарных дней с даты получения Технического задания, экспертизу полученного от АО «НИКИЭТ» Технического задания и организует совещание по вопросам такой экспертизы.

12.04.2018 АО «НИКИЭТ» выполнило, в счет будущего договора с АО «ГСПИ», Работы в полном объеме и письмом №441-02/4280 направило АО «ГСПИ» проект Технического задания, в котором установлен запрет на несанкционированное использование его во взаимоотношениях с третьими лицами.

АО «ГСПИ» получило Техническое задание, заверяя АО «НИКИЭТ» о серьезности намерений заключить с ним договор, экспертизу не провело, совещание по результатам экспертизы не организовало и внезапно недобросовестно прекратило дальнейшие переговоры о заключении договора.

В соответствии со справкой о фактических расходах и аналитическим отчетом в процессе выполнения Работ по разработке Технического задания фактические расходы АО «НИКИЭТ» составили 34 113 674,04 руб.

Таким образом, в период с 13.10.2017 по 12.04.2018 АО «ГСПИ», как потенциальный заказчик, и АО «НИКИЭТ», как потенциальный подрядчик, находились в процессе переговоров о заключении договора на выполнение Работ.

20.10.2017АО «НИКИЭТ» заключило с АО «ГСПИ» соглашение о конфиденциальности, предметом которого является порядок и условия использования и защиты конфиденциальной информации, передаваемой раскрывающей стороной получающей стороне в ходе выполнения совместных работ и реализации совместных проектов по созданию атомных станций малой и средней мощности, центров ядерных исследований, исследовательских и изотопных реакторов на территории Российской Федерации и зарубежных стран.

10.08.2018АО «ГСПИ», не известив АО «НИКИЭТ» о приемке выполненных Работ, и в нарушение требований абз.3 п.1 ст.1229 ГК РФ через организатора закупки АО «Атомкомплект» разместило на официальном сайте по закупкам атомной отрасли (http://zakupki.rosatom.ru/1808101065273) конкурсную документацию, в состав которой вошло незначительно измененное Техническое задание (гриф «коммерческая тайна»), разработчиком которого является АО «НИКИЭТ».

В соответствии с п.4 Соглашения АО «ГСПИ» как лицо, допустившее разглашение конфиденциальной информации или ее передачу (предоставление) третьим лицам с нарушением условий Соглашения, несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации и обязано возместить АО «НИКИЭТ» причиненные этим убытки.

АО «НИКИЭТ» полагает, что прекращение АО «ГСПИ» переговоров о заключении договора, при которых АО «НИКИЭТ» не могло разумно этого ожидать, является внезапным, неоправданным и недобросовестным, поскольку до такого прекращения переговоров и при выполнении всех достигаемых договоренностей и проведении Работ АО «НИКИЭТ» разумно предполагало, что договор будет заключен.

В связи с чем АО «НИКИЭТ» со ссылкой на положения ст.434.1 ГК РФ, а также ч.2 ст.17 Федерального закона от 27.07.2006 №149-ФЗ указывает, что в результате недобросовестного прекращения переговоров, раскрытия и неправомерного использования АО «ГСПИ» конфиденциальной информации, содержащейся в переданном ему Техническом задании, разработчиком которого является АО «НИКИЭТ», последнему причинены убытки в размере 34 113 674, 04 рублей.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения АО «НИКИЭТ» с настоящим заявлением в суд.

Отказывая истцу в удовлетворении заявленных требований, суд исходит из следующего.

Из положений п.19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 №7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" следует, что к отношениям, связанным с причинением вреда недобросовестным поведением при проведении переговоров, применяются нормы главы 59 ГК РФ с исключениями, установленными статьей 434.1 ГК РФ.

Предполагается, что каждая из сторон переговоров действует добросовестно и само по себе прекращение переговоров без указания мотивов отказа не свидетельствует о недобросовестности соответствующей стороны. На истце лежит бремя доказывания того, что, вступая в переговоры, ответчик действовал недобросовестно с целью причинения вреда истцу, например, пытался получить коммерческую информацию у истца либо воспрепятствовать заключению договора между истцом и третьим лицом (пункт 5 статьи 10, пункт 1 статьи 421 и пункт 1 статьи 434.1 ГК РФ).

Вместе с тем недобросовестность действий ответчика предполагается, если имеются обстоятельства, предусмотренные подпунктами 1 и 2 пункта 2 статьи 434.1 ГК РФ. В этих случаях ответчик должен доказать добросовестность своих действий.

В соответствии с положениями статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В состав реального ущерба включены расходы, которые лицо уже реально произвело к моменту предъявления иска о возмещении убытков либо которые еще будут им произведены для восстановления нарушенного права, то есть будущие расходы.

К реальному ущербу отнесены и убытки, вызванные утратой или повреждением имущества, т. к. в этом случае также производятся расходы.

В силу ч.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в арбитражном процессе, обязано доказать наличие тех обстоятельств, на которые оно ссылается в обоснование своих требований или возражений.

Исходя из смысла названных норм, для взыскания убытков лицо, требующее их возмещения должно доказать факт нарушения права, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между нарушением права и возникшими убытками. Доказыванию подлежит каждый элемент убытков.

В настоящем случае истцом не представлено надлежащих доказательств того, что действиями АО «ГСПИ» были причинены убытки в размере 34 113 674,04 рублей.

Согласно статьям 8, 9 АПК РФ, стороны пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

В соответствии с п. 1 ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражным процессуальным законодательством установлены критерии оценки доказательств в качестве подтверждающих факт наличия тех или иных обстоятельств.

Доказательства, на основании которых лицо, участвующее в деле, обосновывает свои требования и возражения, должны быть допустимыми, относимыми и достаточными.

Признак допустимости доказательств предусмотрен положениями ст. 68 АПК РФ.

Так, в соответствии с указанной нормой обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Достаточность доказательств можно определить как наличие необходимого количества сведений, достоверно подтверждающих те или иные обстоятельства спора.

Отсутствие хотя бы одного из указанных признаков является основанием не признавать требования лица, участвующего в деле, обоснованными (доказанными).

Так, истец был осведомлен о важном и срочном порядке договора на разработку технического задания Ответчика, однако, срок рассмотрения договора необоснованно затягивался, несмотря на то, что работы в рамках работ по разработке технического задания предполагалось завершить до 30.03.2018.

Из редакции протокола разногласий, который был представлен Истцом следует, что в редакции Ответчика, в пункте п. 1.3 Договора содержится следующее условие: «Сроки выполнения работ: п.1.3.1 Начальный срок выполнения работ - «» февраля 2018 года. Конечный срок выполнения работ - не позднее 30 марта 2018 года».

При этом в редакции АО «НИКИЭТ», было предложено следующее: «п. 1.3 Сроки выполнения работ: 1.3.1 Начальный срок выполнения - с момента подписания Договора. Конечный срок выполнения - два месяца с момента подписания договора».

То есть, получив от АО «ГСПИ» письмо от 15 февраля 2018 года № 15-КТ с приложением проекта договора, в котором был установлен срок начала и окончания работ до 30.03.2018 года, АО «НИКИЭТ» в течение месяца затягивало подписание Договора, чтобы в конечном итоге направить протокол разногласий 14 марта 2018 года, то есть за 16 дней до окончания срока сдачи работ, при этом указав, что договор будет подписан только в том случае, если будет принят на условиях, предложенных АО «НИКИЭТ».

Кроме того, помимо срока, установленного Договором, АО «НИКИЭТ» решило изменить стоимость работ.

В редакции п. 2.1 Договора цена договора составляет - 490 000 рублей, в том числе, включая НДС по ставке 18%. При этом в редакции протокола разногласий к Договору, АО «НИКИЭТ» предложило изменить цену договора следующим образом: Цена договора составляет 29 500 000 рублей, включая НДС по ставке 18% - 4 500 000 рублей.

Ответчик, со своей стороны, после анализа представленной оферты Истца на проведение работ по разработки технического задания, не только не совершал каких-либо действий, которые могли бы быть квалифицированы как конклюдентные либо направленные на приёмку работ, но и прекратил дальнейшее взаимодействие по вопросу заключения договора на предложенных условиях ввиду неудовлетворительных сроков и стоимости работ, предложенных Истцом.

В рассматриваемом споре стороны не смогли разрешить возникшие противоречия относительно существенных условий договора на разработку технического задания.

Таким образом, у истца (с момента получения от ответчика проекта договора) не было оснований добросовестно и разумно полагать, что договор с ним будет заключен на предложенных им условиях исходя, в том числе, из направленного в адрес ответчика письмом от 14.03.18 протокола разногласий, который так и не был подписан.

Ссылка истца на протокол совещания от 04.04.2018 №333-010/32-Пр судом отклоняется как необоснованная, поскольку он не содержит в себе сведений, позволяющих сделать вывод, что разногласия отраженные в протоколе от 14.03.18 были устранены.

В отсутствие договорных отношений между сторонами, АО «НИКИЭТ» на свой риск направило АО «ГСПИ» подготовленный проект технического задания лишь 12.04.18.

При этом довод истца о нарушении ответчиком его исключительных прав судом также отклоняется как необоснованный, поскольку ответчик разместил техническое задание, разработанное иным лицом.

Так, после фактического отказа истца от заключения договора на предложенных ответчиком условиях АО «ГСПИ» был заключен договор №049/5820-Д-кт с АО «ГНЦ «НИИАР» на выполнение работ по разработке технического задания.

По мнению Истца 10.08.2018 АО «ГСПИ» в нарушении абзаца 3 пункта 1 статьи 1229 ГК через организатора закупки АО «Атомкомплект» разместило на сайте по закупкам атомной отрасли незначительно измененное техническое задание Истца.

В соответствии с абзацем 3 пункта 1 статьи 1229 ГК РФ другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1259 ГК РФ объектами авторских прав являются произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения.

Согласно статье 1301 ГК РФ, в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных данным Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 данного Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда; в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2006 № 15 «О вопросах, возникших у судов при рассмотрении гражданских дел, связанных с применением законодательства об авторском праве и смежных правах», при разрешении вопроса о том, какой стороне надлежит доказывать обстоятельства, имеющие значение для дела о защите авторского права и смежных прав, суду необходимо учитывать, что истец должен подтвердить факт принадлежности ему авторского права и (или) смежных прав или права на их защиту, а также факт использования данных прав ответчиком.

Таким образом, утверждая о нарушении Ответчиком исключительного права, Истцу надлежит доказать факт принадлежности исключительных прав на соответствующий объект интеллектуальной собственности и факт использования либо переработки принадлежащего ему объекта авторского права.

Однако каких-либо доказательств использования Ответчиком технического задания Истца либо его переработки АО «НИКИЭТ» представлено не было. Вместе с тем, Ответчиком было размещено техническое задание, разработанное АО «ГНЦ «НИИАР» в рамках договора №049/5820-Д-кт.

Более того истцом не представлено надлежащих доказательств несения фактических расходов в размере 34 113 674,04 рублей.

Приложенный истцом аналитический расчет, составленный главным бухгалтером таким доказательством являться не может, поскольку не отвечает требованиям относимости и допустимости (ст.ст.67,68 АПК РФ).

Таким образом, на основании изложенного суд приходит к выводу об отсутствии доказательств, позволяющих установить наличие совокупности вышеперечисленных условий для возложения на ответчика гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков.

Истец не доказал наличие обстоятельств, на которых основаны его требования о возмещении убытков в связи с чем исковые требования не подлежит удовлетворению.

Расходы по уплате госпошлины подлежат распределению в соответствии со ст. 110 АПК РФ

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.64, 65, 75, 167-170, 176, 180, 181 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований АО «НИКИЭТ» отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок после его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.



Судья Г.Н. Папелишвили