Решение от 20 сентября 2019 г. по делу № А45-27702/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

город Новосибирск Дело № А45- 27702/2019

резолютивная часть решения объявлена 18 сентября 2019 года

решение в полном объеме изготовлено 20 сентября 2019 года

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Айдаровой А.И., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассматривает в судебном заседании в помещении арбитражного суда по адресу: 630102, <...>, зал № 508, дело по иску общества с ограниченной ответственностью "Научно-производственная организация "ДКДжет" (ОГРН <***>), г. Ростов-на-Дону,

к акционерному обществу "Аэропорт Толмачево" (ОГРН <***>), г. Обь,

о взыскании 559 772 рублей 60 копеек излишне удержанной неустойки,

при участии в судебном заседании представителей:

истца - не явился, извещен;

ООО «НПО «ДКДжет» (правопреемника) - не явился, извещен;

ответчика - ФИО2, доверенность от 25.03.2019 № 19062, паспорт,

установил:

общество с ограниченной ответственностью "Научно-производственная организация "ДКДжет" (далее - истец) обратилось с иском к акционерному обществу "Аэропорт Толмачево" (далее - ответчик) о взыскании 559 772 рублей 60 копеек излишне удержанной неустойки.

В ходе судебного разбирательства истцом подано заявление о процессуальном правопреемстве, замене истца - ООО «НПО «ДКДжет» (ОГРН <***>) на его правопреемника - ООО «НПО «ДКДжет» (ОГРН <***>).

Истец и его правопреемник просят рассмотреть дело в их отсутствие.

Ответчик в отзыве на иск просит в удовлетворении исковых требований отказать, ссылаясь на законность применённой неустойки, отсутствие доказательств чрезмерности удержанной неустойки, принимая во внимание длительность нарушения истцом обязательства по поставке и последствия нарушения обязательств; против удовлетворения заявления о процессуальном правопреемстве не возражает.

Дело в порядке статьи 156 АПК РФ рассматривается в отсутствие надлежаще уведомленных истца и его правопреемника.

Как следует из заявления о процессуальном правопреемстве, 09.08.2019г. между ООО «НПО «ДКДжет» (ОГРН <***>, ИНН <***>, цедентом) и ООО «НПО «ДКДжет» (ИНН <***>, ОГРН <***>, цессионарием) был заключен договор уступки права требования (цессии), в соответствии с которым цедент уступил цессионарию права требования возврата неосновательного обогащения к акционерному обществу "АЭРОПОРТ ТОЛМАЧЕВО", состоящее в обязанности должника уплатить цеденту неосновательное обогащение на сумму 559 772,6 рубля в виде излишне удержанной неустойки за просрочку поставки по договору купли-продажи транспортного средства № 01-42-180469 от 06.06.2018г., заключенному между цедентом (продавцом) и должником (покупателем).

В статье 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что в случаях выбытия одной из сторон в установленном судебным актом правоотношении (уступка требования) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

В соответствии со статьями 382, 384 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

В соответствии с п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки", допускается, в частности, уступка требований о возмещении убытков, вызванных нарушением обязательства, в том числе которое может случиться в будущем, о возврате полученного по недействительной сделке, о возврате неосновательно приобретенного или сбереженного имущества (пункты 2 и 3 статьи 307.1, пункт 1 статьи 388 ГК РФ).

Исходя из вышеизложенного, заявление истца о замене его правопреемником – обществом с ограниченной ответственностью "Научно-производственная организация "ДКДжет" (ОГРН <***>), г. Санкт-Петербург, подлежит удовлетворению, поскольку договор уступки денежного требования, заключенный между прежним кредитором и новым кредитором, не содержит условий, противоречащих требованиям главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, истец в обоснование иска ссылается на то, что по результатам подведения итогов открытого запроса предложений в электронной форме ООО «НПО «ДКДжет» (продавец) и АО «Аэропорт Толмачево» (покупатель) заключили договор купли-продажи транспортного средства от 06.06.2018г. № 01-42-180469.

Согласно условиям договора, Продавец обязался передать в собственность Покупателя водозаправочный автомобиль для снабжения воздушного судна питьевой водой (товар) в комплектации согласно Спецификации к договору (п.1.1. договора). Стоимость товара составляет 5 900 000 рублей, в том числе НДС 18% (п.2.1. договора). Срок передачи товара - в течение 115 календарных дней с даты заключения договора (п.3.1. договора), т.е. 01.10.2018г.

Оплата товара должна была производиться в порядке, установленном п.2.3. договора, а именно: 15% от стоимости товара в течение 10 банковских дней после получения счета от продавца за товар. Счет должен быть предоставлен продавцом в течение 3 (трех) рабочих дней с момента подписания договора обеими сторонами. 85% от стоимости товара оплачиваются в течение 10 банковских дней после получения товара и подписания уполномоченными лицами товарной накладной по унифицированной форме ТОРГ-12/УПД.

20.06.2018г. АО «Аэропорт Толмачево» по платежному поручению № 19901 произвело 15% предоплату товара продавцу в размере 885 000 рублей (с НДС 18%).

В установленный договором срок покупатель товар поставить не смог, в связи с чем ответчик направил претензию с требованием поставить товар от 05.12.2018 № 01-1-9-001564.

Товар был передан покупателю 06.12.2018, что подтверждается актом приема-передачи транспортного средства и товарной накладной от 03.12.2018 № 36.

Таким образом, просрочка поставки составила 66 дней (со 02.10.2018г.).

12.12.2018г. АО «Аэропорт Толмачево» направило в адрес ООО «НПО «ДКДжет» письмо исх. 29/361, в котором уведомило, что оплата за поставленный товар будет произведена на основании п.5.3. договора с учетом вычета суммы неустойки, размер которой составил 719 800 рублей по следующему расчету:

(с 1 до 30) 30 дней*(0,1%*5900000 руб.)=177000 рублей;

(с 31 до 60) 30 дней*(0,2%*5900000 руб.)= 354000 рублей;

(с 61 до 68) 8 дней *(0,4%*5900000 руб.)=188800 рублей.

При этом расчет неустойки был произведен с 29.09.2018г., который приходился на нерабочий день (субботу). Согласно статье 193 ГК РФ если последний день срока приходится на нерабочий день, днем окончания срока считается ближайший следующий за ним рабочий день. Поэтому исчисление периода просрочки поставки должно было быть исчислено начиная со вторника, т.е. со 02.10.2018г. Таким образом, в расчет неустойки были включены лишние 2 дня просрочки поставки.

20.12.2018г. Покупатель платежным поручением № 52439 перечислил продавцу сумму за поставленный товар в размере 4 295 200 рублей, удержав начисленную неустойку в размере 719 800 рублей.

Истец полагает, что удержанная неустойка в размере 719 800 рублей, что составляет 12,2% от стоимости товара, является несоразмерной последствиям нарушения обязательства в виде просрочки поставки товара в течение 66 дней и приводит к убыточности заключенного договора. Тем более, что данная просрочка была вызвана нехваткой оборотных средств в связи с задержками оплаты от других компаний, входящими в Новопортхолдинг.

Также истец ссылается на то, что договор заключался по результатам торгов, проводимых в соответствии с Федеральным законом от 18.07.2011 № 223-ФЗ "О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц" и ООО «НПО «ДКДжет», объявленное победителем не вправе было изменять условия договора, а вынуждено было принять условия предложенного типового договора компаний Холдинга Новапорт.

Истец ссылается на то, что в данном договоре нарушен баланс интересов сторон в части ответственности в случае нарушения обязательств, поскольку для продавца установлена неустойка в размере: если период просрочки составляет от 1 до 30 дней -0,1%, от 31 до 60 дней - 0,2%, от 61 до 90 дней- 0,4%, более 90 дней - 0,8 % от общей стоимости товара за каждый день нарушения обязательств; для покупателя - 0,1% от неоплаченной в срок суммы долга за каждый день нарушения обязательства.

Кроме того, пунктом 5.3. договора предусмотрено право покупателя на одностороннее удержание пени с поставщика из суммы оплаты по договору.

Согласно п. 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 №16 "О свободе договора и ее пределах" при рассмотрении споров, возникающих из договоров, включая те, исполнение которых связано с осуществлением всеми его сторонами предпринимательской деятельности, судам следует принимать во внимание следующее.

В тех случаях, когда будет установлено, что при заключении договора, проект которого был предложен одной из сторон и содержал в себе условия, являющиеся явно обременительными для ее контрагента и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), а контрагент был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (то есть оказался слабой стороной договора), суд вправе применить к такому договору положения пункта 2 статьи 428 ГК РФ о договорах присоединения, изменив или расторгнув соответствующий договор по требованию такого контрагента.

В то же время, поскольку согласно пункту 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, слабая сторона договора вправе заявить о недопустимости применения несправедливых договорных условий на основании статьи 10 ГК РФ или о ничтожности таких условий по статье 169 ГК РФ.

На основании вышеизложенного, в силу 10 ГК РФ истец полагает, что размер неустойки в договоре был установлен с нарушением положений статьи 1 ГК РФ в той части, в которой они превышают размер ответственности, установленной для покупателя при нарушении сроков оплаты.

Примененная к продавцу неустойка в размере от 0,1% до 0,4% от стоимости товара в день составляет от 36,5% до 146% годовых и многократно превышает учетную ставку Центрального банка РФ.

Согласно статье 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. В соответствии с пунктом 2 статьи 333 ГК РФ уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды.

В соответствии с пунктом 75 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - постановление Пленума № 7), при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ). Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период.

Разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения. Вместе с тем для обоснования иной величины неустойки, соразмерной последствиям нарушения обязательства, каждая из сторон вправе представить доказательства того, что средний размер платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями субъектам предпринимательской деятельности в месте нахождения должника в период нарушения обязательства, выше или ниже двукратной учетной ставки Банка России, существовавшей в тот же период. Снижение судом неустойки ниже определенного таким образом размера допускается в исключительных случаях, при этом присужденная денежная сумма не может быть меньше той, которая была бы начислена на сумму долга исходя из однократной учетной ставки Банка России. (п.2 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 № 81 "О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Согласно информации Банка России средневзвешенная процентная ставка кредитных организаций по кредитным и депозитным операциям в рублях без учета ПАО Сбербанк (% годовых) по кредитам до 1 года, в том числе до востребования, предоставляемая субъектам предпринимательской деятельности, в декабре 2018 года составляла 9,24% годовых; с 17 сентября 2018 г. в соответствии с Указаниями Банка России на территории Российской Федерации была установлена ставка банковского процента в размере 7,5% годовых, действовавшая до 17.12.2018г.

Исходя из двукратной учетной ставки Банка России на момент нарушения обязательств, истцом произведен расчет неустойки, который, по его мнению, должен составлять 160 027,40 руб.

Таким образом, учитывая, что удержанная покупателем сумма неустойки составила 719 800 рублей, то излишне удержанную сумму в размере 559 772,6 рублей (719 800 руб. -160 027,40 руб.) покупатель должен возвратить продавцу.

Истец 29.04.2019г. направил в адрес ответчика досудебную претензию с требованием оплатить излишне удержанные денежные средства в размере 559 772,6 рублей, на которую ответчик ответил отказом, в связи с чем истец вынужден обратиться в арбитражный суд.

Как следует из пункта 79 постановления Пленума № 7, в случае списания по требованию кредитора неустойки со счета должника (пункт 2 статьи 847 ГК РФ), а равно зачета суммы неустойки в счет суммы основного долга и/или процентов должник вправе ставить вопрос о применении к списанной неустойке положений статьи 333 ГК РФ, например, путем предъявления самостоятельного требования о возврате излишне уплаченного (статья 1102 ГК РФ).

Статья 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Согласно п. 5.3. договора поставки в случае неисполнения продавцом своих обязательств, покупатель вправе произвести оплату по договору только после перечисления продавцом соответствующего размера неустойки (штрафа, пени), предусмотренных договором или произвести оплату за поставленный товар путем выплаты продавцу суммы, уменьшенной на сумму неустойки (штрафа, пени).

Поскольку истцом нарушена обязанность по поставке товара в установленные договором сроки, то ответчик правомерно на основании п. 5.3. договора произвел оплату товара за вычетом начисленной неустойки.

Рассмотрев доводы истца в части несоразмерности начисленной неустойки и наличия в действиях поставщика злоупотребления правом при установлении разной меры ответственности для покупателя и поставщика, суд пришел к следующим выводам.

Договор поставки был заключен посредством конкретных закупочных процедур в соответствии с Федеральным законом N 223-ФЗ.

Как указал Верховный суд РФ в определении от 11 июля 2018 г. N 305-ЭС17-7240, согласно части 1 статьи 2 Федерального закона N 223-ФЗ правовую основу закупки товаров работ услуг, кроме указанного закона и правил закупки, утвержденных в соответствии с нормами данного закона, составляют Конституция Российской Федерации, Гражданский кодекс Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс), другие федеральные законы и иные нормативные правовые акты Российской Федерации.

Вышеизложенная норма закона, а также регламентируемые нормами Гражданского кодекса организационно-правовые формы и правовой статус лиц, являющихся субъектами отношений закупки, регулируемой Федеральным законом N 223-ФЗ, и указанных в нормах частей 2, 5 статьи 1 названного закона (государственные корпорации, государственные компании, автономные учреждения, хозяйственные общества, в уставном капитале которых доля участия Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в совокупности превышает 50 процентов, бюджетные учреждения и унитарные предприятия (при соблюдении ряда дополнительных условий)) свидетельствуют о воле законодателя на регулирование спорных отношений в целом как гражданско-правовых, то есть основанных на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса). Субъекты, указанные в частях 2, 5 статьи 1, пункте 2 части 1 статьи 3.1 Федерального закона N 223-ФЗ, в силу норм Гражданского кодекса (глава 4), являются субъектами гражданских правоотношений и участниками гражданского оборота. Создавая такие юридические лица или участвуя в их деятельности, государство реализует невластные полномочия (статьи 124, 125 Гражданского кодекса). При закупках, осуществляемых субъектами, указанными в нормах Федерального закона N 223-ФЗ, стороны таких отношений выступают как юридически равноправные, никакая сторона не наделена властными полномочиями по отношению к другой стороне, что также свидетельствует о гражданско-правовом характере отношений.

В соответствии с пунктом 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Вместе с тем, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Данное требование относится как к организатору торгов (заказчику), так как и к их участнику (исполнителю).

В пункте 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 16 "О свободе договора и ее пределах" разъяснено, что в тех случаях, когда будет установлено, что при заключении договора, проект которого был предложен одной из сторон и содержал в себе условия, являющиеся явно обременительными для ее контрагента и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), а контрагент был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (то есть оказался слабой стороной договора), суд вправе применить к такому договору положения пункта 2 статьи 428 ГК РФ о договорах присоединения, изменив или расторгнув соответствующий договор по требованию такого контрагента. В то же время, поскольку согласно пункту 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, слабая сторона договора вправе заявить о недопустимости применения несправедливых договорных условий на основании статьи 10 ГК РФ или о ничтожности таких условий по статье 169 ГК РФ.

При рассмотрении споров о защите от несправедливых договорных условий суд должен оценивать спорные условия в совокупности со всеми условиями договора и с учетом всех обстоятельств дела. Так, в частности, суд определяет фактическое соотношение переговорных возможностей сторон и выясняет, было ли присоединение к предложенным условиям вынужденным, а также учитывает уровень профессионализма сторон в соответствующей сфере, конкуренцию на соответствующем рынке, наличие у присоединившейся стороны реальной возможности вести переговоры или заключить аналогичный договор с третьими лицами на иных условиях и т.д. (пункт 10).

В пользу довода о вынужденном присоединении к предложенным условиям о порядке разрешения споров истец сослался на то, что договоры были заключены в результате торгов, вследствие чего истец был лишен возможности повлиять на какие-либо условия договора.

Между тем такой порядок заключения договора прямо вытекает из положений закона о заключении договоров на торгах (статьи 447, 448 Гражданского кодекса Российской Федерации), которые не могут быть истолкованы как ограничивающие автономию воли участников торгов и возможность осуществления ими своих прав собственной волей и в своем интересе. Свобода договора заключается не только в определении сторонами по собственному усмотрению договорных условий, но и, прежде всего, в свободном определении лицом того, вступать ему в договорные отношения с конкретным контрагентом или нет. В случае заключения договора на торгах участник торгов до подачи заявки об участии в торгах оценивает, являются ли приемлемыми для него предложенные организатором условия договора, и, исходя из этого, решает вопрос об участии или неучастии в торгах.

В материалах настоящего дела отсутствуют доказательства того, что заключение договора на поставку транспортного средства с ответчиком являлось для истца обязательным в силу каких-либо юридических или фактических причин, и что он не мог отказаться от участия в торгах и/или заключения договора с ответчиком.

Размер неустойки согласован сторонами в добровольном порядке в соответствии с требованиями статей 1, 9, 421 Гражданского кодекса Российской Федерации. Следовательно, подписывая договор, содержащий условие о размере неустойки, истец выразил свое согласие на применение неустойки (пени) именно в определенном размере, и должен был учитывать, что нарушение им сроков поставки товара может повлечь для него риски в виде уплаты неустойки, размер которой увеличивается по мере увеличения срока неисполнения обязательств перед поставщиком.

При подписании договора ответчику были известны его условия, в том числе, и в части применения размера неустойки. Договор подписан ответчиком без разногласий.

Таким образом, доводы истца о несправедливости договорных условий суд признает необоснованными. В качестве доказательства нарушения баланса интересов сторон истец указал на разные меры ответственности, предусмотренные в договоре для поставщика и покупателя. Однако в данном случае доказательства недобросовестности покупателя истцом не представлены, как и не представлены доказательства ненадлежащего исполнения покупателем своих обязательств перед поставщиком, следовательно, сам факт указания в договоре на разные меры ответственности поставщика и покупателя не является основанием полагать, что условия договора существенно нарушили баланс интересов сторон, исходя из фактических обстоятельств дела.

Норма статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающая право суда на уменьшение размера неустойки, призвана гарантировать баланс имущественных прав и интересов сторон договора, соблюдение их конституционных прав, но не исключить несение должником бремени негативных последствий вследствие неисполнения денежного обязательства.

Для того чтобы применить указанную статью, арбитражный суд должен располагать данными, позволяющими установить явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства (о сумме основного долга, о возможном размере убытков, об установленном в договоре размере неустойки и о начисленной общей сумме, о сроке, в течение которого не исполнялось обязательство, и др.).

Применение такой меры носит компенсационно-превентивный характер и позволяет не только возместить стороне (поставщику) убытки, возникшие в результате просрочки исполнения (неисполнения) денежного обязательства, но и удержать контрагента от неисполнения (просрочки исполнения) денежного обязательства в будущем.

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

Истец ссылается на то, что договором предусмотрен высокий процент неустойки, который составляет от 36, 5% до 146 % годовых и многократно превышает учетную ставку Центрального банка РФ.

Действительно, установленный размер неустойки в договоре превышает двукратный размер ключевой ставки ЦБ РФ. Однако превышение установленного договором размера учетной ставки Банка РФ не является основанием для снижения размера неустойки.

Размер неустойки составляет немного более чем 1/8 от цены договора, следовательно, размер неустойки соразмерен с суммой просроченного обязательства.

Как следует из правоприменительной практики, размер неустойки 0,1% от суммы долга за каждый день просрочки широко применяется в деловой практике и в полной мере выполняет как функцию способа обеспечения исполнения обязательства, так и меры гражданско-правовой ответственности, не нарушает баланс интересов должника и кредитора, стимулирует должника к правомерному поведению, в то же время не позволяет кредитору получить несоразмерное удовлетворение за нарушенное право.

В целом размер удержанной истцом неустойки (719 800 руб.) не превышает 0, 2% от суммы просроченного обязательства (5 900 000 руб.х 66 х 0, 2%) = 778 800 руб.

Таким образом, поскольку размер удержанной неустойки немного превышает размер неустойки, исчисленный исходя из 0, 1%, широко применяемой в деловой практике хозяйствующих субъектов, арбитражный суд пришел к выводу, что ответчик не представил доказательств несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательств, а также получения кредитором необоснованной выгоды в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и оснований для снижения неустойки арбитражный суд не находит.

Руководствуясь статьями 48, 110, 167-171, 176, 180-182, 318, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Произвести процессуальную замену истца - общества с ограниченной ответственностью "Научно-производственная организация "ДКДжет" (ОГРН <***>), г. Ростов-на-Дону, - на его правопреемника общество с ограниченной ответственностью "Научно-производственная организация "ДКДжет" (ОГРН <***>), г. Санкт-Петербург.

В удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Научно-производственная организация "ДКДжет" (ОГРН <***>) в доход федерального бюджета 14 195 -00 рублей государственной пошлины.

Исполнительный лист выдать после вступления решения арбитражного суда в законную силу.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд (г. Томск).

Решение может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу, в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа (г. Тюмень) при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.

Судья А.И. Айдарова