Решение от 21 ноября 2022 г. по делу № А40-90460/2021

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А40-90460/21-88-252
г. Москва
21 ноября 2022 г.
Арбитражный суд города Москвы в составе: судьи Маркова П.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Чумак А.Д.,

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению ПАО СК «Рогосстрах» о привлечении Дорошенко Сергея Ивановича, Киселева Павла Леонидовича к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Группа компаний «ОПТИМА»,

с участием: представитель Дорошенко С.И. Оганесян Э.А. (паспорт, доверенность от 16.11.2021).

Установил:

в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ПАО СК «Рогосстрах» о привлечении Дорошенко Сергея Ивановича, Киселева Павла Леонидовича к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Группа компаний «ОПТИМА», возбуждено производство по делу.

Решением суда от 10.03.2022 Дорошенко Сергей Иванович, Киселев Павел Леонидович привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Группа компаний «ОПТИМА»; солидарно с Дорошенко Сергея Ивановича, Киселева Павла Леонидовича в пользу ПАО СК «Рогосстрах» взыскано в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Группа компаний «ОПТИМА» в размере 53.815.074,49 рублей.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.05.2022 решение суда от 10.03.2022 оставлено без изменений.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 29.08.2022 решение Арбитражного суда города Москвы от 10.03.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.05.2022 отменены, спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

В настоящем судебном заседании дело подлежит рассмотрению по существу.

Ответчиками заявлены возражения против удовлетворения заявления по доводам отзыва.

В настоящем судебном заседании дело подлежит рассмотрению по существу.

Заслушав мнения лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, представленные документы, суд приходит к следующим выводам.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» Федеральный закон от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, поданных после 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 266-ФЗ.

Согласно положениям п.п. 3, 4 ст. 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом.

Правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом обладают конкурсные кредиторы, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 настоящего Федерального закона.

В силу п. 4 ст. 4 Федерального закона № 266-ФЗ положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3 - 6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона № 266-ФЗ) применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 1 сентября 2017 года.

Частями 1, 2 статьи 61.19 Закона о банкротстве предусмотрено, что если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Заявление, поданное в соответствии с пунктом 1 настоящей статьи, рассматривается арбитражным судом, рассматривавшим дело о банкротстве. При рассмотрении заявления применяются правила пункта 2 статьи 61.15, пунктов 4 и 5 статьи 61.16 настоящего Федерального закона.

Согласно п. 5 ст. 61.19 Закона о банкротстве заявление о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, поданное после завершения конкурсного производства, прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, рассматривается арбитражным судом, ранее рассматривавшим дело о банкротстве и прекратившим производство по нему (вернувшим заявление о признании должника банкротом), по правилам искового производства.

Из материалов дела следует, что определением Арбитражного суда города Москвы от 25.10.2018 принято к производству заявление ООО «ТРИТАЙЛ» о признании банкротом ООО «Группа компаний «ОПТИМА», возбуждено производству по делу № А40-250839/18-88-303 «Б».

Определением суда от 17.06.2019 требование ПАО СК «Росгосстрах» включено в реестр требований кредиторов ООО «Группа компаний «ОПТИМА».

Определением суда от 21.09.2021 конкурсное производство в отношении ООО «Группа компаний «ОПТИМА» завершено.

Как следует из определения суда от 21.09.2021 реестр требований кредиторов должника сформирован на сумму 1.870.518.486,04 рублей. Ввиду отсутствия иного имущества должника требования кредиторов не погашались.

Следовательно, истец обладает правом на обращение с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности на основании п.п. 3, 4 ст. 61.14 Закона о банкротстве.

Согласно п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено Законом, в целях Закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Возможность определять действия должника может достигаться:

в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в пп.2 п.4 статьи 61.10, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

В соответствии с п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1)являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2)имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованнымилицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3)извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в п.1 ст.53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу п.5 ст.61.10 Закона арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям.

Как следует из выписки из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Группа компаний «ОПТИМА», с 27.09.2013 по 09.01.2019 генеральным директором общества являлся Киселев П.Л., с 10.01.2019 по дату открытия в отношении должника процедуры конкурсного производства генеральным директором общества являлся Дорошенко С.И.

Заявитель просит привлечь ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по основаниям ст. 61.12 Закона о банкротстве, в связи с необращением в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, по основаниям ст. 61.11 Закона о банкротстве, в связи с совершением действий, повлекших неплатёжеспособность должника, в связи с не передачей конкурсному управляющему документов и имущества общества.

Согласно п.п. 1, 2 ст. 9 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Для привлечения руководителя должника к ответственности, предусмотренной ст. 61.12 Закона о банкротстве, необходимо установление следующих обстоятельств:

возникновение одного из условий, перечисленных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия;

факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.

Как следует из разъяснений п. 9 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В п. 6 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом ст. 2 Закона о банкротстве. При определении признаков банкротства Закон о банкротстве использует и критерий достаточности имущества и критерий платежеспособности. Для определения того, являлся ли должник неплатежеспособным, необходимо установить его фактическое финансовое состояние, а именно отсутствие доходности, неспособность исполнять свои обязательства перед кредиторами и обязанности по уплате обязательных платежей, анализ наличия денежных средств на счетах должника и ведение им финансовых операций.

В соответствии со ст. 2 Закона о несостоятельности недостаточность имущества -превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

В связи с неисполнением должником решения суда заявитель обратился в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

Анализ имеющейся в свободном доступе бухгалтерской отчетности общества подтверждает наличие признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества Должника, сформировавшиеся еще в 2015 г.:

Так, согласно анализу финансово - экономической деятельности должника за период с 2015 по 2017 показатель коэффициента абсолютной ликвидности имел низкие значения на уровне нуля, что связано с крайне низкой долей наиболее ликвидных активов по сравнению с текущими обязательствами.

В соответствии с выводами, отраженными на стр.12 Анализа, должник не имел достаточно средств для погашения текущих срочных платежей в 2015-2017, также у должника имеются средства для погашения всех обязательств в 2015-2017, однако большую часть активов составляет дебиторская задолженность (94% по итогам 2017), ликвидность которой находилась под вопросом и Должник не имел возможности отвечать по своим текущим обязательствам за счет своей выручки в 2015-2017.

Показатели соотношения дебиторской задолженности к совокупным активам на всем рассматриваемом периоде находятся за пределами нормативного значения. Коэффициент обеспеченности собственными оборотными средствами в 2015-2017 имеет значения ниже нормативных.

Таким образом, должник в 2015-2017 имел неустойчивое финансовое положение, зависимое от кредиторов в связи с недостаточным уровнем собственных средств, отношение дебиторской задолженности к совокупным активам в 2015-2017 является завышенным.

Как следует из Финансового анализа должника, эффективность деятельности должника снизилась к 2017 в связи со снижением прибыли.

По состоянию на 31.12.2017 сумма обязательств должника по балансу составляет 2533 млн. руб., что составляет 94% от величины валюты баланса. Таким образом, руководитель должника Киселев П.Л., в 2017 при наличии задолженности перед кредиторами, должен был подать заявление о признании должника банкротом.

Согласно финансовому анализу должника (стр.11) показатель степени платежеспособности по итогам 2015- 2017 имел крайне высокие значения выше нормативного, что объясняется крайне низкой долей выручки по сравнению с текущими обязательствами.

Таким образом, к концу 2017 должник не имел возможности погасить даже текущие обязательства.

Выводы, отраженные арбитражным управляющим в финансовом анализе должника свидетельствуют о его неплатежеспособности задолго до подачи заявления о признании банкротом.

Задолженность перед всеми кредиторами должника возникла с начала 2018, соответственно контролирующее должника лицо должно было подать заявление о признании банкротом должника в течение одного месяца.

Вместе с тем, суд отклоняет довод ответчика о необходимости учета показателей бухгалтерского учета по состоянию на 2019 г., поскольку производство по делу о банкротстве возбуждено в 2018 году по заявлению кредитора ООО «ТРИТАЙЛ». Также в 2018 г. в отношении общества введена процедура банкротства – наблюдение.

Поскольку за период 2018 года должник не смог восстановить свою платежеспособность, ввиду отсутствия имущества достаточного для погашения требований кредиторов, в 2019 г. в отношении общества было открыто конкурсное производство.

Кроме того, поскольку имущество должника в большей степени (94% активов) состояло из дебиторской задолженности, которая руководством общества не была взыскана, довод Киселева П.Л. об отсутствии у общества признаков объективного банкротства признается необоснованными.

Согласно правовой позиции, выраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 N 309-ЭС17-1801, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В пункте 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №1 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016, отмечено следующее: существенная и явная диспропорция между обязательствами и активами по сути несостоятельного должника и неосведомленностью об этом кредиторов нарушают права последних. В связи с этим для защиты имущественных интересов кредиторов должника введено правовое регулирование своевременного информирования руководителем юридического лица его кредиторов о неплатежеспособности (недостаточности имущества) должника.

Невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них. В этом случае одним из правовых механизмов, обеспечивающих удовлетворение требований таких кредиторов при недостаточности конкурсной массы, является возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии статьей 61.12. Закона о банкротстве.

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель, несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно, рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

По смыслу положений, изложенных в абзаце 2 пункта 9 Постановления №53 контролирующее должника лицо обязано доказать не только наличие экономически обоснованного плана выхода из сложившейся кризисной ситуации, но и факт выполнения этого плана.

Таким образом, свою невиновность обязаны в рассматриваемом обособленном споре доказывать контролирующие должника лица.

Нормами ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Исходя из норм ст. 15 ГК РФ лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

При таких обстоятельствах, применение всех изложенных норм допустимо при доказанности следующих обстоятельств: надлежащего субъекта ответственности, которым является собственник, учредитель, руководитель должника, иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо иным образом имеют возможность определять его действия; факта несостоятельности (банкротства) должника, то есть признания арбитражным судом или объявлении должником о своей неспособности в полном объеме удовлетворять требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей; наличием причинной связи между обязательными указаниями или действиями указанных лиц и фактом банкротства должника, поскольку они могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. Возложение на них ответственности за бездействие исключается.

Таким образом, должна быть доказана причинно-следственная связь между неподачей заявления о банкротстве контролирующим лицом должника и банкротством должника, вина руководителей должника в не совершении действий по подаче заявления о банкротстве. Аналогичные выводы содержатся в практике арбитражных судов (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 29.03.2021 № Ф05-4506/2021 по делу № А40-196803/2019 Постановление Арбитражного суда Московского округа от 14.03.2022 № Ф05-3693/2022 по делу № А40-264053/2019 Постановление Арбитражного суда Московского округа от 11.03.2020 № Ф05-3793/2019 по делу № А41-10359/2016).

В результате не предъявления руководителем должника Киселевым П.Л. требований о взыскании дебиторской задолженности и не совершения действия по получению денежных средств в результате указанных действий, было допущено увеличение кредиторской задолженности общества без какого-либо пополнения активов общества.

Признаками неплатежеспособности общество обладало на конец 2017 года, однако, Киселевым П.Л. обязанность по предъявлению к суд заявления о банкротстве общества исполнена не была.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной, диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства. Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности, для определения размера субсидиарной ответственности контролирующего должника помимо объективной стороны правонарушения (факта совершения руководителем должника противоправных действий (бездействия), их последствий и причинно-следственной связи между ними), необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения своих обязанностей.

При таких обстоятельствах, руководитель ООО «ГК «Оптима» в нарушение принципов добросовестности и разумности при осуществлении своих функций не обратился в установленный законом срок с заявлением должника, чем допустил увеличение кредиторской задолженность общества после возникновения признаков банкротства (недостаточность имущества), то есть в результате действий (бездействия) ответчика размер обязательств стал значительно больше размера активов.

В соответствии с пп. 1 п. 2 ст. 61.11 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: 1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Заявитель в обоснование своего заявления указывает, что действиями ответчиков по совершению сделок по перечислению денежных средств, заключению договоров поручительства в обеспечение надлежащего исполнения обязательств аффилированными лицами должника по кредитным договорам на значительные суммы, договоров займа, денежные средства по которым не были возвращены должнику в полном объеме, причинен вред имущественным правам кредиторов.

Должник входил в состав группы компаний, рассматриваемые сделки поручительства заключались должником в интересах группы компаний, входящих в холдинг, в связи с чем Должник также должен был получить косвенную выгоду от кредитования.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 N 42 "О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством" и пункте 15.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", заключение договора поручительства может быть вызвано наличием у поручителя и должника в момент выдачи поручительства общих экономических интересов (например, основное и дочернее общества, преобладающее и зависимое общества, общества, взаимно участвующие в капиталах друг друга, лица, совместно действующие на основе договора простого товарищества).

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.03.2021 N 310-ЭС20-18954, сама по себе выдача поручительств по обязательствам организации, входящий в одну группу с должником, в пользу кредитной организации, настаивающей на дополнительном обеспечении, не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении руководителя поручителя по отношению к его кредиторам даже в ситуации, когда поручитель с целью реализации общегрупповых интересов, а не для причинения вреда кредиторам, принимает на себя солидарные обязательства перед банком в объеме, превышающем его финансовые возможности, полагая при этом, что в перспективе результат деятельности группы позволит погасить обязательства ее членов перед кредиторами.

Для констатации сомнительности поручительства, его направленности на причинение вреда остальным кредиторам поручителя, должны быть приведены веские аргументы, свидетельствующие о значительном отклонении поведения от сложившейся практики, в частности, о том, что поручитель действовал злонамеренно: цель привлечения независимого кредитного финансирования группой, объединяющей заемщика и лиц, выдавших обеспечение, в действительности ими не преследовалась, им было очевидно, что в дальнейшем обязательства заведомо не будут исполнены.

Доказательств, свидетельствующих об отсутствии выгоды и наличия прямых убытков для должника при заключении сделок должника не представлено.

В рамках дела о банкротстве сделки должника не обжаловались, в судебных актах не было установлено, что при совершении сделок был причинен какой-либо вред должнику или кредиторам, кредитор не ссылается и суды не исследовали вопрос о наличии оснований для признания данных сделок недействительными, соответствующие заявления в суд не подавались (обратного не установлено).

Заключение рамочного договора о перечислении денежных средств «ZERO BALANCING» (на который ссылается заявитель в обоснование ухудшения финансового состояния должника) обусловлено разумными экономическими целями.

Механизм кэш-пулинга, предусмотренный условиями договора, позволил компаниям минимизировать внешнее финансирование холдинга и получать существенную экономию за счет сокращения процентных выплат из-за минимизации дорогих краткосрочных кредитов и банковских операций.

Посредством заключения рамочного договора о перечислении денежных средств «ZERO BALANCING» от 29.09.2009 компании-участники указанного договора получили возможность получать более высокий доход от размещения денежных средств на счету головной компании, чем это было им доступно при самостоятельном заключении подобного договора с кредитной организацией.

Договор не носил безвозмездный характер, обязанность по возврату перечисленных денежных средств Должника предусмотрена разделом №1 рамочного договора о перечислении денежных средств «ZERO BALANCING» от 29.09.2009 г., в котором указано, что: «Каждая из компаний обязуется вернуть полученные ею денежные средства в рамках взаимоотношений Компаний по настоящему Договору и Договору ZERO BALANCING в той же сумме (возможно частями) компании, от которой данные денежные средства были получены».

Компании, входящие в группу, в соответствии с условиями Договора, заключили договоры с АО «Райффайзенбанк» (далее по тексту-«банк») об открытии банковского счета и предоставлении банковских услуг (Преамбула Договора от 29.09.2009 г.).

По сути рассматриваемые договоры (рамочный договор о перечислении денежных средств «ZERO BALANCING» № 5152-00-05453, договоры группы компаний об открытии банковского счета, соглашение о предоставлении кредита в форме овердрафта №RBA/6653/O1 от 29.09.2009 г.) имеют характер единого договора, преследующего одну цель.

В рамках такого опционно-кредитного элемента заемщик не берет на себя обязанность затребовать кредитование, а вместо этого получает секундарное (преобразовательное) право в течение определенного срока затребовать выделение кредитного финансирования по частям или целиком в рамках установленного кредитного лимита при возникновении потребности.

Договор о перечислении денежных средств «ZERO BALANCING» № 5152-00-05453, договоры группы компаний об открытии банковского счета, соглашение о предоставлении кредита в форме овердрафта №RBA/6653/O1 от 29.09.2009 г.), имеющие характер единого договора и преследующие одну цель, не оспорены, не были признаны недействительными на основании мнимости или притворности, имеют реальный характер.

Таким образом, заключение договора между его участниками преследовало своей целью повышение экономической эффективности финансово-экономической деятельности компаний (как в целом, так и каждой из компаний), улучшения оперативности работы с банком каждой из компаний при предоставлении и получении денежных средств между компаниями и не может вменяться в качестве основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

К качестве основания для привлечения Дорошенко С.И. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника заявитель указывает о не передаче ответчиком конкурсному управляющему документации общества, что повлекло невозможность формирования конкурсной массы и удовлетворена требований кредиторов.

В соответствии с пп.2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве руководитель должника несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по сбору, составлению, ведению и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об имуществе и обязательствах должника и их движении, сбор, регистрация и обобщение которой являются обязательными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо если указанная информация искажена.

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Пунктом 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

В силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В соответствии со статьей 6 ФЗ "О бухгалтерском учете" ответственность за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций несут руководители организаций.

Однако, из отчета конкурсного управляющего от 16.12.2019, 17.09.2020, а также акта приема-передачи, представленных в рамках дела о банкротстве следует, что вся документация общества, имеющая у Дорошенко С.И. была передана конкурсному управляющему.

Из материалов дела не усматривается в отношении каких активов и какая документация не передана конкурсному управляющему, отсутствие которой не позволило сформировать конкурсную массу.

Дорошенко С.И. не осуществлял действия либо бездействие, повлекшие за собой признание должника банкротом, поскольку назначен руководителем общества при возбуждённом деле о банкротстве. Действуя разумно и добросовестно, ответчик не заключал сделок, которые были бы заключены на заведомо невыгодных условиях для должника.

Заявитель не доказал причинно-следственную связь между какими-либо действиями ответчика и неплатежеспособностью должника.

При указанных обстоятельствах, оснований для привлечения Дорошенко С.И. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника судом не усматриваются.

Пунктом 2 ст. 61.12 Закона о банкротстве предусмотрено, что размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Сумма непогашенных требований ООО «ГК «Оптима» перед кредитором составляет 53.815.074,49 рублей.

В соответствии с установленными по делу фактическими обстоятельствами общество не имеет имущества, достаточного для погашения требований кредиторов.

Доказательств опровергающих указанные выводы в материалы дела не представлено.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что возможность погасить требования кредитора за счет имущества должника отсутствует, в том числе из-за неправомерных действий руководителя ООО «ГК «Оптима» Киселева П.Л.

Поскольку задолженность ПАО СК «Рогосстрах» не погашена в результате действий и бездействий руководителя организации, то имеются основания для привлечения Киселева П.Л. к субсидиарной ответственности в размере задолженности 53.815.074,49 рублей, в части привлечения Дорошенко С.И. к субсидиарной ответственности следует отказать.

Учитывая изложенное и руководствуясь ст.ст. 9, 32, 61.11, 61.14 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», ст.ст. 65, 68, 71, 167-170, 176, 205-206 АПК РФ, Арбитражный суд города Москвы

Р Е Ш И Л:

Привлечь Киселева Павла Леонидовича к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Группа компаний «ОПТИМА».

Взыскать с Киселева Павла Леонидовича в пользу ПАО СК «Рогосстрах» в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Группа компаний «ОПТИМА» в размере 53.815.074,49 рублей.

Отказать в удовлетворении заявления в части привлечении Дорошенко Сергея Ивановича к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Группа компаний «ОПТИМА».

Решение может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции (Девятый арбитражный апелляционный суд) в течение месяца.


СудьяП.А.Марков