Решение от 10 февраля 2023 г. по делу № А81-3389/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЯМАЛО-НЕНЕЦКОГО АВТОНОМНОГО ОКРУГА

г. Салехард, ул. Республики, д.102, тел. (34922) 5-31-00,

www.yamal.arbitr.ru, e-mail: info@yamal.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А81-3389/2022
г. Салехард
10 февраля 2023 года
Резолютивная часть решения объявлена 22.12.2022.

Решение в полном объеме изготовлено 10.02.2023.

Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе судьи Курековой О.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН: <***>, ОГРНИП: <***>) к государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Салехардская окружная клиническая больница» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>), индивидуальному предпринимателю ФИО3 (ИНН: <***>, ОГРНИП: <***>) о признании недействительным одностороннего отказа от исполнения контракта, признании контракта недействительным, обязании исполнять обязательства,

при участии в судебном заседании:

от истца – представитель ФИО4 по доверенности № 89 АА 1246662 от 05.05.2022;

от ГБУЗ «СОКБ» – ФИО5 по доверенности от 04.05.2022; ФИО6 по доверенности от 01.07.2022;

от ИП ФИО3 - адвокат Клименко А.В. по доверенности от 22.02.2022, представлено удостоверение адвоката № 431 от 06.12.2018,



УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО2 обратился в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа с исковым заявлением к государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Салехардская окружная клиническая больница» о признании недействительным одностороннего отказа от исполнения государственного контракта № 863-21 от 13.09.2021 и применении последствий недействительности односторонней сделки.

Ответчик требования истца оспорил, представил письменные возражения на иск.

От сторон поступили дополнительные письменные объяснения.

Истец уточнил иск, заявил требования:

- признать решение об одностороннем отказе заказчика от исполнения государственного контракта № 863-21 от 13.09.2021 недействительным (ничтожным);

- признать государственный контракт № 283-22 от 28.01.2022, заключенный между ГБУЗ «Салехардская окружная клиническая больница» и индивидуальным предпринимателем ФИО3, недействительным (ничтожным),

- обязать государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Салехардская окружная клиническая больница» исполнять обязательства по государственному контракту № 863-21 от 13.09.2021.

На основании статьи 49 АПК РФ суд принял уточнение иска.

По ходатайству истца суд привлек к участию в деле в качестве ответчика индивидуального предпринимателя ФИО3.

От ИП ФИО3 поступил отзыв на иск.

По ходатайствам сторон суд допросил в судебном заседании в качестве свидетелей по делу ФИО7, ФИО8, ФИО9

Представитель истца в судебном заседании иск поддержал.

Ответчики просили в удовлетворении исковых требований отказать.

Рассмотрев материалы дела, выслушав представителей сторон, оценив представленные доказательства, суд установил, что 16.08.2021 в Единой информационной системе в сфере закупок был размещен электронный аукцион по определению поставщика на право заключения государственного контракта по оказанию прачечных услуг, включая стирку, дезинфекцию, отбеливание, обеззараживание IV степени загрязнения, глажку и упаковку (далее – контракт) для нужд государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Салехардская окружная клиническая больница» (далее - ГБУЗ «СОКБ») с начальной (максимальной) ценой контракта 46350000 руб.

В соответствии с протоколом подведения итогов электронного аукциона №0190200000321008803 от 31.08.2021 истец признан победителем электронного аукциона, второе место по итогам электронного аукциона занял ИП ФИО3

13.09.2021 между ГБУЗ «СОКБ» (заказчик) и ИП ФИО2 (исполнитель) был заключен государственный контракт № 863-21 на оказание прачечных услуг, включая стирку, дезинфекцию, отбеливание, обеззараживание IV степени загрязнения, глажку и упаковку (далее - контракт).

Пунктами 1.3, 1.4. контракта определено, что исполнитель оказывает услуги в соответствии со Спецификацией (приложение № 1 к государственному контракту), а также в соответствии с Техническим заданием (приложение № 2 к государственному контракту) собственными средствами, с применением своих средств, материалов, оборудования в соответствии с условиями настоящего государственного контракта и требованиями действующего законодательства.

Согласно п. 3.2 контракта, исполнитель обеспечивает соответствие результатов оказанных услуг заявленным качественным характеристикам и требованиям безопасности жизни и здоровья (санитарным нормам и правилам, государственным стандартам и т.п.), установленным действующим законодательством Российской Федерации.

Согласно п. 1.5 контракта, место оказания услуг: ЯНАО, на территории исполнителя, в специализированной прачечной, имеющей разрешение на осуществление деятельности в соответствии с действующим законодательством.

Цена контракта является твердой и установлена в размере 44959500 руб. 00 коп., НДС не облагается (п. 2.1., 2.2. контракта).

В силу пункта 1.6 контракта, период оказания услуг: с даты подписания контракта, но не ранее 01.01.2022 по 31.12.2023. По заявке ответственного лица заказчика за 1 день до стирки.

Государственный контракт вступает в силу с даты его подписания и действует по 31.12.2023 (п. 15.1 контракта).

01 января 2022 года исполнитель (истец) приступил к оказанию услуг по контракту.

Заказчик 10.01.2022 принял решение об одностороннем отказе от исполнения контракта.

25 января 2022 года заказчик опубликовал в Единой информационной системе сведения о вступлении в силу решения об одностороннем отказе от контракта, прекращении исполнения контракта.

28 января 2022 года заключен аналогичный контракт с ИП ФИО3

Ссылаясь на то, что у заказчика отсутствовали основания для одностороннего отказа от исполнения контракта, а также на тот факт, что заказчиком нарушено право исполнителя на устранение нарушений в срок, предусмотренный частью 14 статьи 95 Федерального закона от 05.04.2013 № 44 ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Закон № 44-ФЗ), истец обратился в суд с настоящим иском.

Разрешая спор, суд принимает во внимание следующее.

Статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) в качестве оснований возникновения гражданских прав и обязанностей указаны основания, предусмотренные законом и иными правовыми актами, а также действия граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии со ст. 307 ГК РФ обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

Отношения сторон, возникшие из контракта, подлежат регулированию нормами главы 39 ГК РФ, раздела 3 части I ГК РФ (общие положения об обязательствах), Законом № 44-ФЗ, а также условиями заключенного контракта.

По договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги (статьи 779, 781 ГК РФ).

В силу статьи 450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено ГК РФ, другими законами или договором.

Согласно статье 450.1 ГК РФ, предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено ГК РФ, другими законами, иными правовыми актами или договором. В случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.

В силу пункта 1 статьи 782 ГК РФ заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов.

Законом № 44-ФЗ установлены право заказчика отказаться в одностороннем порядке от исполнения контракта (часть 9 статьи 95 Закона № 44-ФЗ) и порядок такого отказа (части 12 и 13 статьи 95 Закона № 44-ФЗ).

Стороны в пунктах 12.1, 15.3 контракта согласовали, что расторжение контракта допускается по соглашению сторон, но решению суда, а также в случае одностороннего отказа стороны контракта от исполнения контракта в соответствии с гражданским законодательством.

В п. 12.5 контракта отмечено, что заказчик вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта.

В пунктах 14 и 15 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, разъяснено, что если в государственном (муниципальном) контракте содержится общее указание на право стороны на односторонний отказ, отсутствие в контракте упоминания о каком-либо конкретном существенном нарушении обязательств, являющемся основанием для одностороннего отказа, не может свидетельствовать об отсутствии у стороны такого права.

Как следует из материалов дела, решение об одностороннем отказе заказчика от исполнения контракта (уведомление исх. № 00139 от 10.01.2022) мотивировано заказчиком нарушениями со стороны исполнителя, выразившимися в том, что:

- исполнитель не представил разрешение на осуществление деятельности в соответствии с действующим законодательством РФ;

- исполнитель не назначил (не уполномочил) представителя, не определил и не наделил правом сотрудников осуществлять подачу транспортного средства для забора/возврата тканевых изделий в/из прачечных отточек (адресов отделений) заказчика;

- исполнитель несвоевременно подает транспортные средства и осуществляет забор и вывоз, привоз тканевых изделий (белья);

- исполнитель ни к одной партии белья не подтвердил качество и безопасность моющих средств и препаратов;

- не соблюдается технологический процесс обработки белья (не выполняется сушка белья в сушильных барабанах, сушка белья с последующей бактерицидной, антигрибковой, антиаллергенной и антистатической обработкой с минимальным использованием хлорсодержащих составов; не выполняется глажение: влажно-тепловая обработка изделий при помощи тепла, механических воздействий и давления, т.е., по окончанию стирки, бельё должно быть высушено, проглажено и упаковано в хлопчатобумажные хозяйственные мешки, согласно маркировке; упаковывается влажное (мокрое) белье; не организованы отдельные технологические потоки под особые отделения заказчика);

- исполнитель не предоставил медицинские книжки сотрудников;

- исполнитель не предоставил заказчику возможность осуществить надзор и контроль за выполнением и качеством услуг, за соответствием действующему законодательству помещения прачечной, а также произвести проверку соответствия используемых материалов, средств и оборудования;

- подписи, проставленные в письмах, доверенностях, паспорте от имени ФИО2 разнятся.

В данном решении заказчик указал даты обнаружения ненадлежащего исполнения контракта: 01.01.2022, 03.01.2022, 04.01.2022, 05.01.2022.

Общими положениями о подряде (статьи 702 - 729 ГК РФ), которые применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит статьям 779 - 782 ГК РФ, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг (статья 783 ГК РФ), предусмотрено как право немотивированного отказа заказчика от договора, так и право заказчика отказаться от договора, если отступления в работе от условий договора подряда или иные недостатки результата работы в установленный заказчиком разумный срок не были устранены либо являются существенными и неустранимыми.

В пункте 27 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.12.2018, разъяснено, что если государственный заказчик отказался от договора в связи с существенным нарушением подрядчиком государственного контракта, суд не вправе без согласия заказчика переквалифицировать данный отказ в немотивированный отказ от договора, предусмотренный статьей 717 ГК РФ.

При этом в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 54 от 22.11.2016 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» (далее - постановление № 54) разъяснено, что в случае правомерного одностороннего отказа от исполнения договорного обязательства полностью или частично договор считается соответственно расторгнутым или измененным (пункт 2 статьи 450.1 ГК РФ).

Учитывая данные разъяснения, принимая во внимание содержание решений заказчика от 10.01.2022 и от 25.01.2022, исследуя вопрос о выполнении исполнителем (истцом) своих обязательств по контракту и правомерности действий заказчика, выразившихся в одностороннем отказе от контракта, суд при рассмотрении дела выносил на обсуждение сторон вопрос об основании отказа заказчика от контракта.

Ответчик (заказчик) в ходе рассмотрения дела подтвердил в качестве основания для расторжения контракта наличие допущенных истцом существенных нарушений условий контракта, указал, что опубликование текста решения от 25.01.2022 было связано исключительно в необходимостью отражения сведений в Единой информационной системе, причины отказа от контракта изложены в решении от 10.01.2022, а истец, в свою очередь, настаивал на отсутствии оснований для заявленного ответчиком отказа от исполнения контракта.

При указанных обстоятельствах судом установлено, что оснований считать контракт прекратившимся ввиду отказа заказчика по правилам статьи 782 ГК РФ (в отсутствие мотивов) не имеется, отказ заказчика мотивирован существенным нарушением исполнителем условий контракта.

Сторона, которой ГК РФ, другими законами, иными правовыми актами или договором предоставлено право на отказ от договора (исполнения договора), должна при осуществлении этого права действовать добросовестно и разумно в пределах, предусмотренных настоящим ГК РФ, другими законами, иными правовыми актами или договором (пункт 4 статьи 450.1 ГК РФ).

Исходя из содержания статей 153, 154 ГК РФ и разъяснений, приведенных в пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», решение об одностороннем отказе от исполнения договора является односторонней сделкой и может быть признано недействительным по правилам оспаривания сделок.

Суд, проверяя указанные заказчиком основания и исследуя обстоятельства, имевшие место в период действия контракта, установил, что исполнитель (истец) приступил к подготовке оказания услуг и организации своей работы только после того, как контракт был заключен, что следует из объяснений ИП ФИО2, его представителя ФИО4, показаний свидетеля ФИО9

До начала оказания услуг (до 01.01.2022) у заказчика к исполнителю имелись претензии относительно обеспечения взаимодействия с заказчиком, в том числе, посредством выдачи доверенностей своим представителям, своевременного информирования заказчика о проведении подготовки к оказанию услуг, предоставления доступа в помещения прачечной для контроля за подготовкой к оказанию услуг. Суд полагает, что данные обстоятельства могли вызывать обоснованное беспокойство заказчика. Из обстоятельств дела следует, что до начала установленного контрактом срока оказания услуг заказчик предпринимал активные действия по проверке деятельности исполнителя, предполагая для себя невозможность надлежащего оказания услуг исполнителем.

Между тем, к моменту наступления срока оказания услуг (с 01.01.2022) обстоятельства, на которые указывал заказчик, были устранены.

Так, истец на основании договора аренды № 6-2021 от 01.11.2021 имел оборудованное место для оказания услуг по адресу: ЯНАО, <...> обеспечил к нему доступ представителей заказчика для осмотра 28.12.2021, закупил и установил для работы прачечной профессиональное оборудование, имел транспорт для забора/возврата белья, обучил персонал, выдал доверенности своим представителям для взаимодействия с заказчиком, предоставил пакет документов на моющие средства, используемые при оказании услуг, направил в Управление Роспотребнадзора по ЯНАО уведомление о готовности оказания услуг.

Доводы ответчиков о том, исполнитель не смог бы оказывать услуги надлежащим образом в течение всего срока действия контракта (в период распутицы) ввиду территориального нахождения прачечной в г. Лабытнанги носят предположительный характер, не существовали на момент отказа заказчика от контракта и не были положены в его основу. Таким же образом суд оценивает доводы заказчика о том, что мощности прачечной не хватило бы для предусмотренного контрактом объема оказания услуг (с учетом разделения потоков белья). За время оказания услуг с 01.01.2022 по 10.01.2022 такие факты не были установлены. Согласно представленным истцом расчетам, не опровергнутым ответчиками, истец обладал необходимыми мощностями для исполнения контракта по указанным в нем параметрам.

Технические документы на оборудование прачечной, сертификаты на применяемые моечные средства, план помещений прачечной с указанием расположения оборудования, назначения помещений, распределение технологических потоков представлены истцом в материалы дела. Сертификаты на применяемую продукцию предоставлялись заказчику, в частности: при проведении осмотра прачечной экспертами ТПП ЯНАО с участием представителей заказчика и исполнителя 25.01.2022.

В обоснование своей позиции относительно ненадлежащего качества оказания услуг заказчик ссылается на односторонние акты выявленных недостатков, составленные без уведомления и участия исполнителя.

При этом согласно независимой экспертизе, проведенной ТПП ЯНАО (заключение № 145-08-00001/2022 от 01.02.2022), используемое истцом оборудование соответствовало требованиям п. 2.4.МУ 3.5.736-99 «Технология обработки белья в медицинских учреждениях», утв. Главным государственным санитарным врачом РФ от 16.03.1999, сертификаты и декларации на используемые при оказании услуг моющие и дезинфицирующие средства представлены и соответствуют условиям контракта; по технологии обработки белья прачечная соответствует предъявляемым к ней требованиям. В качестве замечаний указано не соответствие покрытия полов (линолеум без обозначений) в административном помещении, помещении цех разборки-упаковки, помещении склад чистого белья, коридоре. При проверке белья установлено, что изделия чистые, без неприятных запахов, без деформации, сухие, упакованы в полиэтиленовые пакеты с описью. После процесса глажки имеют морщины, замины, заломы, что не соответствует требованиям ГОСТ Р 52058-2021 п. 5.15 и условиям технического задания к контракту.

В акте проверки ТПП ЯНАО от 25.01.2022 по выполнению истцом условий контракта с участием представителей заказчика и исполнителя также зафиксированы результаты осмотра помещений прачечной, находящегося в ней оборудования, проверки хранения белья. Нарушения в акте не отмечены. Акт подписан представителями заказчика и исполнителя без замечаний.

Объяснения, данные в судебном заседании представителями ответчиков относительно соблюдения правил технологического процесса, по мнению суда не опровергают данное заключение экспертизы и не позволяют утверждать о нарушении исполнителем указанных правил.

Доводы заказчика относительно пересечения в прачечной истца потоков чистого и грязного белья исследовались судом в судебных заседаниях. Данные доводы заказчика касаются наличия запираемой двери, разделяющей помещения «чистой» (с отдельным входом) и «грязной» зоны в прачечной истца. Вместе с тем, какие-либо доказательства того, что данная дверь открывалась или могла быть открыта при осуществлении технологического процесса, доказательства фактического пересечения потоков белья, суду не были представлены.

Заключение специалиста ООО Центр по проведению судебных экспертиз и исследований «Судебный эксперт» от 30.05.2022, представленное заказчиком, составлено исключительно как рецензия на заключение ТПП ЯНАО № 145-08-00001/2022 от 01.02.2022, без какого либо осмотра помещений и непосредственного исследования белья, и в основном указывает на неотражение в исследовании независимой экспертизы отдельных параметров (замеров), то есть, недостаточную полноту исследования. Вместе с тем, данная рецензия не опровергает выводов заключения ТПП ЯНАО № 145-08-00001/2022 от 01.02.2022.

В свою очередь, оспаривая качество оказания услуг и результаты проведенной независимой экспертизы, ответчики не заявили ходатайства о назначении судебной экспертизы для проверки технологического процесса прачечной истца (ст. 9, 65 АПК РФ).

Доверенности на представителей ИП ФИО2 для целей исполнения контракта (т. 1 л.д. 71-73) заказчику были предоставлены, содержат дату их выдачи и полномочия поверенных на представление интересов ИП ФИО2 по государственному контракту № 863-21 от 13.09.2021. Истец в судебном заседании подтвердил принадлежность ему подписей в доверенностях и иных документах, пояснил, что не имеет единственного варианта проставления подписи. Доказательства того, что данные подписи не принадлежат ФИО2, в материалы дела не представлены. Заключение специалиста ООО «Санкт-Петербургский институт независимой экспертизы и оценки» № ЮВ 301/05/2022 ПИ/73-Д/223, ЮВ 323/06/2022 ПИ/75-Д/223 от 08.06.2022, на которые ссылается ГБУЗ «СОКБ», содержит вероятностные выводы о выполнении подписей двумя разными лицами, что не имеет доказательственного значения для признания обстоятельства установленным (вероятностные выводы обусловлены отсутствием оригиналов исследуемых документов и простотой строения исследуемых подписей). По мнению суда, отличия подписей истца в доверенностях, переписке, паспорте сами по себе не могли служить основанием для претензий к исполнителю.

Доводы заказчика о необходимости предоставления истцом в спорный период специального разрешения органов санэпиднадзора на осуществление деятельности прачечной не нашли своего подтверждения.

Понятие санитарно-эпидемиологических заключений и перечень видов деятельности, на которые они требуются, приведен в Федеральном законе от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», Приказе Роспотребнадзора от 19.07.2007 № 224 «О санитарно-эпидемиологических экспертизах, обследованиях, исследованиях, испытаниях и токсикологических, гигиенических и иных видах оценок», согласно которым установлен исключительный перечень видов лицензируемой деятельности, на которые выдаются санитарно-эпидемиологические заключения о соответствии (несоответствии) санитарным правилам зданий, строений, сооружений, помещений, оборудования и иного имущества.

Выдача санитарно-эпидемиологического заключения для прачечных, оказывающих услуги по стирке и химической чистке текстильных изделий, не предусмотрена.

Санитарно-эпидемиологические требования к прачечным установлены Постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от 24.12.2020 № 44 «Об утверждении санитарных правил СП 2.1.3678-20 «Санитарно-эпидемиологические требования к эксплуатации помещений, зданий, сооружений, оборудования и транспорта, а также условиям деятельности хозяйствующих субъектов, осуществляющих продажу товаров, выполнение работ или оказание услуг», которые введены в действие с 01.01.2021. Пункт 8.3 СП 2.1.3678-20 не предусматривает наличие санитарно-эпидемиологического заключения на осуществление деятельности субъектов, оказывающих прачечные услуги.

В соответствии с письмом Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека от 29.06.2010 № 01/9646-0-32 с 01.07.2010 прекращена выдача санитарно-эпидемиологических заключений о соответствии продукции государственным санитарно-эпидемиологическим правилам и нормативам, а также свидетельств о государственной регистрации территориальными органами Роспотребнадзора в связи с вступлением с 01.07.2010 в силу Соглашения таможенного союза по санитарным мерам и началом перемещения товаров в соответствии с новыми правилами таможенного союза.

Ссылка ГБУЗ «СОКБ» на ГОСТ Р 52058-2021 не может быть принята во внимание, так как данные требования (указанные в приложении А (рекомендуемое)) несут рекомендательный характер.

Уведомление о начале осуществления предпринимательской деятельности истцом в Управление Роспотребнадзора по ЯНАО направлено 31.12.2021, то есть, до момента начала оказания услуг.

Относительно необходимости получения заключения на соответствие объекта требованиям пожарной безопасности в дело представлено письмо ГУ МЧС ЯНАО от 27.10.2022.

Доводы о непредоставлении истцом медицинских книжек на сотрудников прачечной следуют из объяснений представителей ГБУЗ «СОКБ» и показаний свидетеля ФИО8 В свою очередь, истец, его представитель и свидетель ФИО9 обращения заказчика по такому поводу отрицали.

Вместе с тем, в ходе рассмотрения дела медицинские книжки сотрудников истцом суду на обозрение не предоставлялись.

Как установлено судом, с 01.01.2022 до момента принятия заказчиком решения от 10.01.2022 об отказе от контракта исполнителем осуществлялся забор, стирка и возврат белья заказчику. Как указано выше, нарушения, послужившие основанием для отказа от контракта, зафиксированы заказчиком в тексте решения по датам 01.01.2022, 03.01.2022, 04.01.2022, 05.01.2022.

Факт имевших место нарушений Графика подачи транспортного средства (приложение № 2 к контракту) в период с 01.01.2022 по 03.01.2022 ИП ФИО2 не отрицает.

Вместе с тем, суд принимает во внимание, что данные обстоятельства имели место в самом начале оказания услуг, и впоследствии были устранены. При этом в нарушение п. 1.6. контракта заказчик, со своей стороны, не направлял исполнителю заявки за 1 день до стирки (за исключением единственной заявки 24.01.2022).

Относительно возврата исполнителем чистого белья суд в отсутствие каких-либо иных доказательств принимает во внимание сведения о возврате белья из стирки по данным учета заказчика, свидетельствующим о несвоевременном возврате исполнителем всего объема получаемого на стирку белья.

Относительно состояния возвращенного после стирки белья суд принимает во внимание отсутствие доказательств, достоверно подтверждающих заявленные заказчиком недостатки возвращаемого из стирки белья (со следами загрязнений, мокрое).

Доводы заказчика о ненадлежащем состоянии белья строятся на служебных записках своих работников, а также по данным обстоятельствам даны свидетельские показания заведующего операционным блоком ФИО7 и главной медицинской сестры ФИО8

Однако, как следует из показаний свидетелей ФИО8 и ФИО7, ссылавшихся на возврат ненадлежащим образом выстиранного, влажного белья, указанные лица лично белье от представителей ИП ФИО2 не принимали. Совместные акты осмотра возвращаемого белья с указанием недостатков не составлялись. Представленные в дело акты составлены заказчиком в одностороннем порядке и без уведомления (приглашения) исполнителя.

Кроме того, ФИО7 на рабочем месте находился с 11.01.2022, сведения относительно оказания услуг в праздничные дни предоставил со слов иных работников.

О вызове в суд для допроса иных свидетелей для дачи показаний в порядке ст. 88 АПК РФ (с предупреждением об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний) заказчик суду не заявлял.

Доказательства, полученные в результате видео- либо фотофиксации состояния белья, представлены только за 25.01.2022.

Видеозаписи, представленные заказчиком по приемке услуг 25.01.2022, свидетельствуют о предоставлении белья по накладным, без предоставлений копий сертификатов на моющие средства, с одним фактом вложения упакованного чистого белья в мешок с надписью «грязное белье». На данном видео не зафиксировано ненадлежащее состояние чистого белья, а именно: мокрое либо неотстиранное белье.

Вместе с тем, данное видео не относится к периоду, по итогам которого заказчик принял решение от 10.01.2022 об отказе от контракта и не подтверждает наличие таких нарушений в период с 01.01.2022 по 10.01.2022.

Доводы заказчика о некачественности оказания услуг ввиду возникновения у новорожденных пеленочного дерматита суд также отклоняет, поскольку прямая причинно-следственная связь между оказанием истцом услуг и данными обстоятельствами не установлена, заказчиком не доказана.

Из писем Управления Роспотребнадзора по ЯНАО от 18.01.2022 № 89-00-01/02-135-2022, от 18.02.2022 исх. № 89-00-01/02-663-2022, от 04.03.2022 исх. № 89-00-01/02-846-2022 следует, что при рассмотрении заявлений ГБУЗ «СОКБ» о проведении внеплановой проверки деятельности ИП ФИО2 обнаружена недостоверность сведений о причинении вреда (ущерба) или об угрозе причинения вреда (ущерба) охраняемым законом ценностям в части отсутствия фактов нарушения законодательства РФ в области защиты прав потребителей, а также санитарно-эпидемиологических требований.

Как указывает ГБУЗ «СОКБ», ИП ФИО2 были нарушены требования п. 6.1.8 контракта и Технического задания об оказании услуг собственными силами (личном оказании услуг, без привлечения третьих лиц).

При рассмотрении дела судом на основании допроса свидетелей ФИО10, ФИО8, объяснений ИП ФИО2, представителя истца ФИО4 установлено, что ИП ФИО2 осуществлял финансирование и общую организацию деятельности по исполнению контракта, представитель истца ФИО10 контролировал технологический процесс (подбор оборудования, персонала, непосредственной работы прачечной), представитель истца ФИО4 осуществлял юридическое сопровождение при исполнении контракта.

Как следует из материалов дела, ФИО10 имеет доверенность от истца на представление его интересов при исполнении контракта, ФИО4 имеет нотариальную доверенность от истца на представление его интересов, в том числе в судах.

В материалы дела не представлены доказательства, позволяющие безусловно установить, что какой-либо из указанных представителей истца полностью заменил его как исполнителя по контракту, что истец был только номинальным исполнителем.

Из характера и объема подлежащих оказанию услуг следует, что выполнить услуги по контракту лично (непосредственно самому) невозможно.

Ни ИП ФИО2, ни ИП ФИО3 не оказывали прачечные услуги лично, поскольку забором и доставкой белья занимались водители (представители), а в прачечных работали привлеченные сотрудники.

Кроме того, согласно п. 6.2.5 контракта, исполнитель вправе самостоятельно определять количество специалистов, необходимых для оказания услуги.

Таким образом, соответствующие доводы ГБУЗ «СОКБ» подлежат отклонению судом.

Проанализировав обстоятельства дела, суд приходит к выводу, что нарушения, на которые ссылается заказчик за период оказания исполнителем услуг, отраженный в решении от 10.01.2022, подтверждены только в части, носили устранимый характер и в масштабе двухгодичного срока действия контракта не могут быть расценены судом как существенные, позволяющие заказчику отказаться от исполнения контракта. Действия заказчика по расторжению контракта 10.01.2022 суд оценивает как поспешные.

Согласно части 13 статьи 95 Закона № 44-ФЗ решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта вступает в силу и контракт считается расторгнутым через десять дней с даты надлежащего уведомления заказчиком исполнителя об одностороннем отказе от исполнения контракта. В силу части 14 статьи 95 Закона № 44-ФЗ заказчик обязан отменить не вступившее в силу решение об одностороннем отказе от исполнения контракта, если в течение десятидневного срока с даты надлежащего уведомления поставщика (подрядчика, исполнителя) о принятом решении об одностороннем отказе от исполнения контракта устранено нарушение условий контракта.

Пунктом 12.7 контракта установлено, что заказчик обязан отменить не вступившее в силу решение об одностороннем отказе от исполнения государственного контракта, если в течение десятидневного срока с даты надлежащего уведомления исполнителя о принятом решении об одностороннем отказе от исполнения государственного контракта устранено нарушение условий государственного контракта, послужившее основанием для принятия указанного решения.

В решении об одностороннем расторжении контракта заказчик указал, что в случае устранения нарушений в течение 10 календарных дней с даты получения данного решения, решение об одностороннем отказе от исполнения контракта будет отменено.

Из материалов дела следует, что 10.01.2022 главной медицинской сестрой ГБУЗ «СОКБ» ФИО8 проведена экспертиза оказания услуг по контракту за период с 01.01.2022 по 08.01.2022, по результатам которой заказчику рекомендовано отказать в приемке ненадлежаще оказанных услуг и принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта в связи с неоднократным нарушением условий контракта.

10.01.2022 комиссией заказчика составлен акт о недостатках и мотивированном отказе от приемки оказанных услуг.

10.01.2022 истцом был предоставлен мотивированный ответ на претензии заказчика.

10.01.2022 заказчик принял решение об одностороннем расторжении контракта (уведомление от 10.01.2022 № 00139).

Решение об одностороннем расторжении контракта было получено исполнителем 18.01.2022.

При этом судом установлено, что с 12.01.2022 заказчик ограничил доступ исполнителя к оказанию услуг по контракту, в частности, запретил охранной организации пропуск представителей исполнителя, а младшему медицинскому персоналу, отвечающему за отпуск и приемку белья, запретил отпуск грязного белья и приемку чистого белья от исполнителя по контракту. Данные обстоятельства подтверждаются составленными истцом актами о недопуске, видеоматериалами (т. 2 л.д. 103), показаниями свидетеля ФИО8, служебной запиской ФИО8 от 13.01.2022 (т. 3, л.д. 64-66), письмом заказчика прокурору г. Салехард от 22.04.2022, а также подтверждены пояснениями представителей заказчика и исполнителя в судебном заседании.

Решением УФАС России по ЯНАО № 089/06/104-52/2021 от 01.02.2022 установлено, что в действиях (бездействии) заказчика содержится нарушение требований ч. 13 и ч. 14 ст. 95 Закона о контрактной системе. Заказчик с 12.01.2022 ограничил доступ исполнителя к оказанию услуг, в связи с чем был сокращен десятидневный срок с даты надлежащего уведомления поставщика (подрядчика, исполнителя), предназначенный для устранения нарушений условий контракта.

Таким образом, истцу были созданы препятствия для устранения тех объективно устранимых обстоятельств, которые заказчик посчитал нарушением контракта, что недопустимо.

Доступ к оказанию услуг истцу был возобновлен 24.01.2022, а 25.01.2022 заказчик опубликовал в Единой информационной системе сведения о вступлении в силу решения об одностороннем расторжении контракта и 28.01.2022 заключил замещающий контракт с ИП ФИО3

При изложенных обстоятельствах решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта с истцом, мотивированное существенным нарушением контракта исполнителем, суд не может считать обоснованным, оно принято с нарушением правил ст. 95 Закона № 44-ФЗ, соответственно, нарушает положения ст. 310, 450.1, 782 ГК РФ и в силу ст. 166, 168 ГК РФ подлежит признанию судом недействительным.

Недействительная сделка не влечет правовых последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, в связи с чем суд подтверждает действие контракта с истцом, сроком действия по 31.12.2023.

По правилам ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона.

Решением УФАС по ЯНАО № 089/06/104-52/2021 отказано во включении ИП ФИО2 в реестр недобросовестных исполнителей, следовательно, препятствий для осуществления предпринимательской деятельности в сфере госзакупок у истца не имеется.

Учитывая, что контракт был заключен на период оказания услуг с 01.01.2022 по 31.12.2023, восстановление прав истца предусматривает понуждение заказчика к надлежащему исполнению своих обязательств по контракту (ст. 12 ГК РФ).

Вместе с тем, как указано выше, 28 января 2022 года заказчик заключил контракт № 283-22 на оказание прачечных услуг включая стирку, дезинфекцию, отбеливание, обеззараживание IV степени загрязнения, глажку и упаковку со вторым участником электронной процедуры ИП ФИО3 Запись о заключении контракта внесена в Единую информационную систему, ИП ФИО3 приступил к исполнению контракта.

Признание недействительным одностороннего расторжения заказчиком государственного контракта с истцом (победителем при осуществлении закупки) влечет недействительность замещающего контракта, заключенного заказчиком со вторым участником электронного аукциона (ответчиком).

При этом суд также принимает во внимание следующее.

Согласно ч. 17 ст. 95 Закона № 44-ФЗ, в случае расторжения контракта в связи с односторонним отказом заказчика от исполнения контракта заказчик вправе осуществить в соответствии с подпунктом «б» пункта 2 части 10 статьи 24 настоящего Федерального закона закупку товара, работы, услуги, поставка, выполнение, оказание которых являлись предметом расторгнутого контракта.

В соответствии с ч. 17.1. ст. 95 Закона № 44-ФЗ в случае расторжения контракта по основаниям, предусмотренным частью 8 настоящей статьи, заказчик вправе заключить контракт с участником закупки, с которым в соответствии с настоящим Федеральным законом заключается контракт при уклонении от заключения контракта победителя определения поставщика (подрядчика, исполнителя) и при условии согласия такого участника закупки заключить контракт. Указанный контракт заключается с соблюдением условий, предусмотренных частью 1 статьи 34 настоящего Федерального закона с учетом положений части 18 настоящей статьи, и после предоставления в соответствии с настоящим Федеральным законом участником закупки обеспечения исполнения контракта, если требование обеспечения исполнения контракта предусмотрено извещением об осуществлении закупки и (или) документацией о закупке. При этом при расторжении контракта (за исключением контракта, указанного в части 9 статьи 37 настоящего Федерального закона) в связи с односторонним отказом заказчика от исполнения контракта заключение контракта в соответствии с настоящей частью допускается в случае, если в связи с таким расторжением в соответствии с частью 7 статьи 104 настоящего Федерального закона принято решение о включении информации о поставщике (подрядчике, исполнителе), с которым расторгнут контракт, в реестр недобросовестных поставщиков (подрядчиков, исполнителей).

С 01.01.2022 до 01.07.2022 заключение контракта в случае, предусмотренном частью 17.1 статьи 95 (в ред. ФЗ от 02.07.2021 № 360-ФЗ), осуществляется в порядке, установленном пунктом 2 части 17.2 статьи 95 Закона о контрактной системе.

Вместе с тем, нормы пункта 2 части 17.2 статьи 95 Закона № 44-ФЗ устанавливают только порядок (процедуру) заключения контракта и не отменяют основания, по которому заключение такого контракта допускается только в случае внесения предшествующего исполнителя в реестр недобросовестных исполнителей.

Однако, как следует из материалов дела, ГБУЗ «СОКБ» заключило контракт с ИП ФИО3 до принятия УФАС РФ по ЯНАО решения по заявлению заказчика о включении ИП ФИО2 в реестр недобросовестных исполнителей. При этом решением УФАС РФ по ЯНАО истец не был включен в реестр недобросовестных поставщиков.

Более того, фактически ИП ФИО3 был допущен заказчиком к оказанию услуг согласно договору № 27ЭД-22 от 14.01.2022 до расторжения контракта с истцом.

Таким образом, суд приходит к выводу, что процедура заключения контракта со вторым участником закупки, предусмотренная ст. 95 Закона № 44-ФЗ, заказчиком была нарушена.

На указанное обстоятельство и нарушение прав истца ГБУЗ «СОКБ» было указано в представлении об устранении нарушений федерального законодательства, вынесенном Прокуратурой города Салехард 11.02.2022. Однако, допущенные нарушения законодательства заказчиком не были устранены.

Ссылку ответчика в обоснование возможности заключения контракта с ИП ФИО3 на письмо Минфина России от 24.07.2020 № 24-03-07/65122 и нормы пункта 8.3 части 1 статьи 3 Закона № 44-ФЗ суд находит несостоятельной, поскольку имевший место контракт не подпадает под понятие контракта на поставку товаров, необходимых для нормального жизнеобеспечения граждан.

Действия заказчика, направленные на публикацию сведений о расторжении контракта с истцом до получения заключения независимой экспертизы ТПП ЯНАО по вопросу качества оказания истцом услуг, а также действия заказчика по заключению замещающего контракта с ИП ФИО3 до получения решения УФАС РФ по ЯНАО суд полагает противоречивым и поспешным поведением, не обусловленным реальной ситуацией с исполнением контракта.

По мнению суда, сформированному на основе оценки представленных доказательств, ситуация для заказчика в рассматриваемый период не была критической, требующей такой поспешности принятия решений в нарушение установленного законом порядка.

В силу п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Применительно к статьям 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы (пункт 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса»).

Государственный (муниципальный) контракт, заключенный с нарушением требований Закона о контрактной системе и влекущий, в частности, нарушение принципов открытости, прозрачности, ограничение конкуренции, необоснованное ограничение числа участников закупки, а следовательно, посягающий на публичные интересы и (или) права и законные интересы третьих лиц, является ничтожным (п. 18 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 28.06.2017).

Таким образом, государственный контракт № 283-22, заключенный между ГБУЗ «СОКБ» и ИП ФИО3, является недействительным (ничтожным).

Кроме того, суд обращает внимание на следующие обстоятельства, установленные при рассмотрении настоящего дела.

ИП ФИО3 ранее оказывал услуги ГБУЗ «СОКБ» согласно государственным контрактам №№ 257-19, 600-19 на оказание услуг по стирке, дезинфекции, отбеливанию и глажке белья с 01 января 2019 года по 31 декабря 2020 года и с 01 января по 31 декабря 2021 года, на оказание услуг по стирке и дезинфекции МОП и салфеток с 01 января 2020 года по 31 декабря 2021 года.

При этом в ноябре 2020 года работники контрактной службы заказчика осуществляли оказание услуг у ИП ФИО3 в прачечной по адресу: <...>, на период болезни работников ИП ФИО3

Данные обстоятельства представитель ГБУЗ «СОКБ» в судебном заседании не отрицала.

Частью 2 статьи 8 Закона № 44-ФЗ установлен законодательный запрет на совершение заказчиками, специализированными организациями, их должностными лицами, комиссиями по осуществлению закупок, членами таких комиссий, участниками закупок любых действий, которые противоречат требованиям Закона № 44-ФЗ.

Поведение заказчика, допустившего нахождение должностных лиц контрактной службы на объекте ответчика и непосредственное предоставление ими услуг по заключенному ответчиком контракту нельзя признать добросовестным (ст. 10 ГК РФ).

Суд также учитывает, что при оказании ИП ФИО3 услуг по контракту от 28.01.2022 имели место те же вопросы, которые возникали в отношении исполнения контракта ИП ФИО2, однако заказчик претензий ИП ФИО3 по данному поводу не предъявлял.

Так, относительно наличия заключения санэпиднадзора, заключения на соответствие объекта требованиям пожарной безопасности (положительного заключения государственной противопожарной службы) представитель ИП ФИО3 в отзыве по делу указал, что у ИП ФИО3 их не было ввиду отсутствия необходимости получения.

В письме от 25.03.2022 Управление Роспотребнадзора по ЯНАО в ответ на обращение ИП ФИО3 разъяснило, что Федеральным законом от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», приказом Роспотребнадзора от 19.07.2007 № 224 «О санитарно-эпидемиологических экспертизах, обследованиях, исследованиях, испытаниях и токсикологических, гигиенических и иных видах оценок» не предусмотрена выдача санитарно-эпидемиологического заключения на указанную деятельность.

Согласно сведениям Департамента здравоохранения ЯНАО (письмо от 28.11.2022 исх. № 89-18/01-04-06/20165), лицензии на осуществление медицинской деятельности ИП ФИО3, ИП ФИО2., не выдавались.

Согласно сведениям Управления Роспотребнадзора по ЯНАО (письмо от 26.10.2022 исх. № 89-00-01/02-4383-2022), санитарно-эпидемиологические заключения ИП ФИО3, ИП ФИО2 не выдавались.

Более того, за получением соответствующих разрешений и разъяснений по данным вопросам, в том числе заключения Государственной противопожарной службы, ИП ФИО3 обратился только в феврале 2022 года, о чем свидетельствуют входящие отметки на его письмах, датированных январем 2021 года. Таким образом, на момент заключения с ним контракта от 28.01.2022 и начала его исполнения ИП ФИО3 также не представил заказчику соответствующие заключения.

Кроме того, как следует из обстоятельств дела, подтвержденных отчетами СКУД, объяснениями сторон и не отрицавшихся в судебном заседании представителем заказчика, при исполнении контракта ИП ФИО3 временной график подачи транспортных средств также не соблюдался, однако, это не стало препятствием для исполнения контракта с указанным лицом.

Факт выдачи ИП ФИО3 доверенностей в отношении своих представителей (водителей, осуществляющих забор и возврат белья) материалами дела не подтвержден, при этом претензий к нему по данному вопросу заказчик не имел.

Из ответа ГБУЗ «СОКБ» от 30.11.2022 исх. № 12500 следует, что с 2019 по 2022 годы претензионная работа в отношении ИП ФИО3 не велась, акты нарушений не составлялись.

Договор оказания услуг № 205-0099 на проведение лабораторно-инструментальных исследований прачечной (исследования смывов) и договор № 191-0099 оказания услуг по проведению дезинсекции, дератизации и профилактической дезинфекции по вирусному режиму в прачечной заключены ИП ФИО3 с ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в ЯНАО» 07.02.2022, а договор № 311-0104 оказания услуг по проведению лабораторно-инструментальных исследований прачечной (исследование воздуха рабочей зоны) 18.03.2020, то есть, через 10 дней и через 1,5 месяца после заключения с ним контракта от 28.01.2022.

В свою очередь, доводы об отсутствии доказательств соблюдения санитарно-гигиенических требований к условиям оказания услуг послужили одним из оснований для отказа от контракта с истцом уже через 10 дней оказания услуг, большинство из которых приходились на праздничные дни.

Таким образом, данные обстоятельства свидетельствуют о том, что при аналогичных условиях заказчик по-разному оценивал наличие и существенность нарушений при исполнении контрактов истцом и ответчиком.

При указанных обстоятельствах решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта с ИП ФИО2 не могло быть мотивировано указанными обстоятельствами, которые заказчик для другого исполнителя нарушениями не считал.

Исходя их установленных судом обстоятельств дела, требования истца, заявленные по настоящему делу, подлежат удовлетворению.

Расходы истца по уплате государственной пошлины относятся на ответчиков по правилам ст. 110 АПК РФ.

При этом суд учитывает, что неимущественные требования истца о признании одностороннего отказа заказчика от исполнения контракта недействительным и обязании исполнять контракт взаимосвязаны и разрешены в пользу истца, следовательно, расходы по уплате государственной пошлины подлежат взысканию с ГБУЗ «СОКБ» в пользу истца в сумме 6000 руб. Неимущественное требование о признании недействительным государственного контракта № 283-22 от 28.01.2022 заявлено к обоим ответчикам и удовлетворено судом, следовательно, государственная пошлина по указанному требованию в сумме 6000 руб., не уплаченная истцом, относится на ответчиков в равных долях (по 3000 руб. на каждого ответчика) и взыскивается судом в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Признать решение государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Салехардская окружная клиническая больница» об одностороннем отказе от исполнения государственного контракта № 863-21 от 13.09.2021 недействительным и обязать государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Салехардская окружная клиническая больница» исполнять обязательства по государственному контракту № 863-21 от 13.09.2021, заключенному с индивидуальным предпринимателем ФИО2.

Признать государственный контракт № 283-22 от 28.01.2022, заключенный между государственным бюджетным учреждением здравоохранения «Салехардская окружная клиническая больница» и индивидуальным предпринимателем ФИО3, недействительным.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Салехардская окружная клиническая больница» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН: <***>, ОГРНИП: <***>) расходы по уплате государственной пошлины в сумме 6000 руб. 00 коп.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Салехардская окружная клиническая больница» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 3000 руб. 00 коп.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН: <***>, ОГРНИП: <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 3000 руб. 00 коп.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия (изготовления его в полном объеме) путем подачи апелляционной жалобы в Восьмой арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа.

В соответствии с частью 5 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи.

Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа разъясняет, что в соответствии со статьей 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

По ходатайству указанных лиц копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Судья

О.В. Курекова