Решение от 22 февраля 2019 г. по делу № А43-14412/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

НИЖЕГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А43-14412/2018

г. Нижний Новгород 22 февраля 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 29 января 2019 года

Решение изготовлено в полном объеме 22 февраля 2019 года

Арбитражный суд Нижегородской области в составе:

судьи Алмаевой Елены Николаевны (шифр 23-349),

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело

по иску общества с ограниченной ответственностью «Интел» (ИНН <***>, ОГРН <***>), г.Москва,

к ответчику: обществу с ограниченной ответственностью «ЮТА-НН» (ИНН <***>, ОГРН <***>), г.Нижний Новгород,

о запрете использования обозначения сходного до степени смешения с товарными знаками № 400137, № 135833 и взыскании 17 628 207 руб. 30 коп.,

при участии представителей сторон:

от истца – ФИО2 по доверенности от 01.03.2018,

от ответчика - ФИО3 по доверенности от 03.10.2017,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Интел» обратилось в Арбитражный суд Нижегородской области к обществу с ограниченной ответственностью «ЮТА-НН» с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в котором просит:

- признать ООО «ЮТА-НН» виновным в нарушении исключительного права ООО «Интел» на товарные знаки «Веселая вдова» по свидетельству № 400137, «Die Lustige Witwe» по свидетельству № 435833;

- взыскать 3 163 721 руб. 18 коп. компенсации за нарушение исключительного права ООО «Интел» на товарные знаки «Веселая вдова» по свидетельству № 400137, «Die Lustige Witwe» по свидетельству № 435833.

Ответчик требования истца отклонил, указав, что ООО «Интел» является ненадлежащим истцом, поскольку срок действия товарного знака «Веселая вдова» № 400137 истек 06.05.2018, в связи с чем правовая охрана данного знака прекращена. Кроме того, правообладателем спорных товарных знаков с 13.01.2016 является ООО «Нева-Инвест». Заявил о пропуске срока исковой давности, а также указал на действия истца, свидетельствующие, по его мнению, о злоупотреблении правом. С заявленным размером исковых требований ответчик не согласился. В обоснование пояснил, что ООО «Интел» рассчитывает компенсацию за нарушение исключительных прав истца на спорные товарные знаки на основании таможенной стоимости, ввезенной на территорию РФ продукции, маркированной обозначением «Веселая вдова» («Lustige Witwe»), что противоречит положениям статьи 1515 ГК РФ. Таможенная стоимость является базой для исчисления таможенных пошлин и превышает фактически уплаченную цену. Стоимость ввозимого на территорию РФ товара, на основании которой должна быть рассчитана компенсация, указывается в декларации на товары (графа 42). За период с 24.04.2015 по 08.09.2015 ООО «ЮТА-НН» ввезло на территорию РФ товар с обозначением «Веселая вдова» («Lustige Witwe») на сумму 1467575 руб. 30 коп. Из этого следует, что размер компенсации составляет 2 935 150 руб. 60 коп. В материалы дела представил письменные объяснения, расчет компенсации и копии деклараций на товары.

Как следует из материалов дела, истец до 08.09.2015 являлся правообладателем товарного знака «Веселая вдова» по свидетельству № 400137, зарегистрированного в Государственном реестре товарных знаков Российской Федерации 03.02.2010 в отношении товаров товаров 32 и 33 классов МКТУ, с приоритетом от 06.05.2008. Срок действия регистрации истекает 06.05.2018.

Истец также до 08.09.2015 являлся правообладателем международного товарного знака «Die Lustige Witwe» по свидетельству № 435833, зарегистрированного 22.04.2011 в отношении товаров 32 и 33 классов МКТУ, с приоритетом от 25.08.2009. Срок действия регистрации истекает 25.08.2019.

08.09.2015 исключительное право на указанные товарные знаки перешло к ООО «Э.М.Т.» на основании зарегистрированного договора отчуждения исключительного права.

Из искового заявления следует, что в период с 2009 по 2015 г.г. ответчик осуществлял импорт на территорию Российской Федерации алкогольной продукции - вина, маркированного обозначением «Lustige Witwe» («Веселая вдова»), изготовленного германским производителем Ст. ФИО4, Postfach 10, D-54498, Piesport, Германия, что подтверждается фотографиями этикеток и контрэтикеток вина «Lustige Witwe», информацией из Федерального реестра алкогольной продукции, информацией из реестра свидетельств о государственной регистрации Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека.

Истец полагает, что обозначение «Lustige Witwe» («Веселая вдова») сходно до степени смешения с товарными знаками «Веселая вдова» № 400137 и «Die Lustige Witwe» № 435833 по графическому признаку и тождественно по семантическому (смысловому) и фонетическому (звуковому) критерию.

ООО «Интел», посчитав, что ООО «ЮТА-НН» допустило нарушение его исключительных прав на товарные знаки «Веселая вдова» № 400137 и «Die Lustige Witwe» № 435833, поскольку ООО «Интел» не давало ответчику своего согласия на использование товарных знаков, направило ООО «ЮТА-НН» претензию от 22.03.2018 с требованием о прекращении введения в гражданский оборот на территории Российской Федерации продукции под наименованием «Lustige Witwe»/«Веселая вдова», а также о выплате компенсации за допущенное нарушение.

Однако претензия осталась ответчиком без ответа и удовлетворения, что послужило истцу основанием для обращения в суд с настоящим иском.

Изучив материалы дела, суд считает исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если указанным кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными тем же кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается этим кодексом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации правом на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Основное предназначение товарного знака - обеспечение потенциальному покупателю возможности отличить маркированный товар одного производителя среди аналогичных товаров другого производителя.

Согласно части 1 статьи 1482 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Содержание исключительного права на товарный знак составляет возможность правообладателя использовать его любыми не противоречащими закону способами, примерный перечень которых предусмотрен в пункте 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации. Так, исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых, товарный знак зарегистрирован, путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 того же кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

При этом исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака, в том числе, на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации (пункт 2 данной статьи).

Пунктом 3 той же статьи предусмотрено, что никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

В этой связи, исходя из положений статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации, ввоз на территорию Российской Федерации товаров с нанесенным на них товарным знаком, является самостоятельным способом использования товарного знака.

Названный методологический подход судов соответствует правовой позиции высшей судебной инстанции, изложенной в пункте 15 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122.

При этом в пункте 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда РФ от 17.02.2011 № 11 «О некоторых вопросах применения Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» разъяснено, что под ввозом товаров на таможенную территорию Российской Федерации понимается совершение действий, связанных с фактическим пересечением товарами таможенной границы, и все последующие действия с этими товарами до их выпуска таможенными органами.

Правонарушение считается оконченным с момента перемещения товаров, содержащих незаконное воспроизведение товарного знака или сходных с ним обозначений, через таможенную границу Российской Федерации и подачи таможенному органу таможенной декларации и (или) документов, необходимых помещения товаров под таможенную процедуру, условия которой предполагают возможность введения этих товаров в оборот на территории Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации другие лица не могут использовать результат интеллектуальной деятельности без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ.

Использование результата интеллектуальной деятельности (в том числе использование способами, предусмотренными ГК РФ), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами.

Таким образом, с учетом положений гражданского законодательства, введение в гражданский оборот на территории Российской Федерации товаров, маркированных товарным знаком другого лица, без согласия правообладателя, является незаконным.

При этом ввоз на территорию Российской Федерации товара с размещенными на нем товарными знаками является формой использования товарного знака.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 43.2 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление от 26.03.2009 № 5/29), компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения; в то же время ответчик обязан доказать правомерность своих действий по использованию чужого товарного знака.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела, от них зависит правильное разрешение спора. При этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

Суд установил, что до 08.09.2015 истец являлся правообладателем товарных знаков «Веселая вдова» по свидетельству № 400137, зарегистрированного в Государственном реестре товарных знаков Российской Федерации 03.02.2010 в отношении товаров товаров 32 и 33 классов МКТУ, с приоритетом от 06.05.2008, и международного товарного знака «Die Lustige Witwe» по свидетельству № 435833, зарегистрированного 22.04.2011 в отношении товаров 32 и 33 классов МКТУ, с приоритетом от 25.08.2009.

Факт ввоза ООО «ЮТА-НН» в период с 2009 по 2015 г.г. на территорию Российской Федерации продукции (вино), маркированной обозначением «Lustige Witwe»/«Веселая вдова», подтверждается материалами дела (письмом Нижегородской таможни от 12.11.2018 № 01-03-26/б/н) и ответчиком не оспаривается.

Из материалов дела следует, что истец не передавал ответчику, право на использование товарных знаков «Веселая вдова» по свидетельству № 400137 и «Die Lustige Witwe» по свидетельству № 435833.

В соответствии с пунктом 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.

Таким образом, вопрос о сходстве до степени смешения обозначений, а именно: товарных знаков «Веселая вдова» по свидетельству № 400137 и «Die Lustige Witwe» по свидетельству № 435833, правообладателем исключительного права на которые до 08.09.2015 являлся истец, и указанных на товаре (вине) с обозначением «Lustige Witwe» («Веселая вдова»), ввозимом ответчиком на территорию Российской Федерации, может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует.

Угроза смешения имеет место, если один товарный знак воспринимается за другой или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же товарном знаке, но полагает, что оба товарных знаков принадлежат одному и тому же предприятию. Такая угроза зависит от нескольких обстоятельств: от различительной способности знаков, от сходства противопоставляемых знаков, от оценки однородности обозначенных знаком товаров и услуг.

При сопоставлении товарных знаков с точки зрения их графического и визуального сходства должно быть учтено основное правило, согласно которому вывод делается на основе восприятия не отдельных элементов, а товарных знаков в целом (общего впечатления). Для признания сходства товарных знаков достаточно уже самой опасности, а не реального смешения товарных знаков в глазах потребителей.

Обозначение является сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. При определении сходства словесных обозначений они сравниваются: со словесными обозначениями; с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

При установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному производителю. Для установления однородности товаров принимается во внимание род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товара, круг потребителей и другие признаки.

Согласно пункту 14.4.2 Правил составления, подачи и рассмотрения заявки на регистрацию товарного знака и знака обслуживания (утверждены Приказом Роспатента от 05.03.2003 № 32), при проверке на тождество и сходство осуществляются следующие действия: проводится поиск тождественных и сходных обозначений; определяется степень сходства заявленного и выявленных при проведении поиска обозначений; определяется однородность заявленных товаров товарам, для которых зарегистрированы (заявлены) выявленные тождественные или сходные товарные знаки (обозначения).

Обозначение считается тождественным с другим обозначением, если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Сходство изобразительных и объемных обозначений согласно пункту 5.2 Методических рекомендаций по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство, утвержденных приказом Роспатента от 31 декабря 2009 года № 197 определяется на основании следующих признаков: внешняя форма, наличие или отсутствие симметрии, смысловое значение, вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и т.д.), сочетание цветов и тонов.

Перечисленные признаки могут учитываться как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Согласно пунктам 5.2.1, 5.2.2 Методических рекомендаций по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство, утвержденных приказом Роспатента от 31 декабря 2009 года № 197, при определении сходства изобразительных и объемных обозначений наиболее важным является первое впечатление, получаемое при их сравнении. Именно оно наиболее близко к восприятию товарных знаков потребителями, которые уже приобретали такой товар. Поэтому, если при первом впечатлении сравниваемые обозначения представляются сходными, а последующий анализ выявит отличие обозначений за счет расхождения отдельных элементов, то при оценке сходства обозначений целесообразно руководствоваться первым впечатлением.

При визуальном сравнении товарных знаков «Die Lustige Witwe» по свидетельству № 435833, исключительные права на которые до 08.09.2015 принадлежали истцу, с ввозимым ответчиком товаром с обозначением «Lustige Witwe» («Веселая вдова»), судом установлено их визуальное сходство: тождественность графического изображения, внешняя форма, сочетания цветов и тонов, расположение отдельных частей изображений совпадает. Оба обозначения выполнены стандартным шрифтом - буквами латинского алфавита. Семантическое сходство обозначений обусловлено следующим: товарный знак «Die Lustige Witwe» переводится с немецкого, как «Веселая вдова», определенный артикль «Die» не переводится, название «Lustige Witwe» переводится с немецкого, как «Веселая вдова». Следовательно, у обоих наименований одинаковое значение на русском языке, оба сравниваемых обозначения выполнены на немецком языке. Используемое ответчиком название продукции «Веселая вдова», размещенное на контрэтикетке продукции, тождественно товарному знаку «Веселая вдова» по свидетельству № 400137, а также сходно до степени смешения с товарным знаком знаков «Die Lustige Witwe» по свидетельству № 435833 по семантическому критерию.

Физическое или юридическое лицо, которое использует охраняемый результат интеллектуальной деятельности без установленных законом оснований, является нарушителем исключительных прав.

Наличие прав истца до 08.09.2015 на товарные знаки «Веселая вдова» по свидетельству № 400137, «Die Lustige Witwe» по свидетельству № 435833 документально подтверждено.

Поскольку, ответчик, как лицо, которому исключительные права на спорные товарные знаки «Веселая вдова» по свидетельству № 400137, «Die Lustige Witwe» по свидетельству № 435833 не передавались то, осуществив ввоз товара с нанесенными на него сходными обозначениями «Веселая вдова» и «Die Lustige Witwe», ответчик нарушил исключительные права истца на средства индивидуализации, которые сами по себе подлежат защите.

При этом суд обращает внимание, что товарные знаки «Веселая вдова» по свидетельству № 400137, «Die Lustige Witwe» по свидетельству № 435833 использовались в период времени до 08.09.2015 с согласия ООО «Интел» для маркировки алкогольной продукции, которая импортировалась и реализовывалась на территории РФ. Продукция под товарными знаками «Веселая вдова» № 400137, «Die Lustige Witwe» № 435833 изготавливалась в Германии, импортировалась и реализовывалась в Российской Федерации уполномоченным импортером - ООО «Торговый Дом «Русьимпорт»: полное наименование продукции - Die Lustige Witwe St. Helena» (Веселая вдова. Святая Елена); производитель - Peter Mertes (ФИО5), Германия; St. Helena - Kellerei GmbH (Ст. Хелена-Келлерай ГмбХ), Германия. Указанная продукция импортировалась в РФ, начиная с 2007 года до 2012 года включительно, что подтверждается сведениями из реестра свидетельств о государственной регистрации, грузовыми таможенными декларациями (т.3 л.д. 7-30).

В отношении доводов ответчика о факте использования истцом товарного знака и совершения им действий, непосредственно связанных с введением товара в гражданский оборот, суд отмечает, что данный факт имеет значение для иной категории дел, связанных с рассмотрением споров о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака.

Поскольку ответчиком нарушены исключительные права истца на товарные знаки «Веселая вдова» по свидетельству № 400137, «Die Lustige Witwe» по свидетельству № 435833, истец просит взыскать 3 163 721 руб. 18 коп. компенсации, в виде двукратной таможенной стоимости товаров, на которых размещены товарные знаки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Согласно пункту 4 этой же статьи, правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Согласно уведомлению от 19.09.2013 № 20 о начале оборота на территории Российской Федерации вина с обозначением «Lustige Witwe»/«Веселая вдова», а также распечатки из федерального реестра алкогольной продукции, датой первой поставки на территорию Российской Федерации вина с обозначением «Lustige Witwe»/«Веселая вдова» является 30.09.2013. Согласно ответу Нижегородской таможни от 12.11.2018 № 01-03-26/б/н ввоз ответчиком вина «Lustige Witwe»/«Веселая вдова» производился с 2009 по 2015 г.г. (т. 2 л.д. 10, 86-95, 96, 103).

Истец, учитывая срок исковой давности и принадлежность товарных знаков «Веселая вдова» по свидетельству № 400137, «Die Lustige Witwe» по свидетельству № 435833 ООО «Интел» до 08.09.2015, просит взыскать 3 163 721 руб. 18 коп. компенсации за период с 24.04.2015 по 08.09.2015.

Требование истца о взыскании компенсации за период с 24.04.2015 по 08.09.2015 суд признает обоснованным.

Вместе с тем, истец в уточненном исковом заявлении производит расчет стоимости ввезенного товара от таможенной стоимости, определенной на основании ответа Нижегородской таможни от 12.07.2018 (т. 2 л.д. 86-95).

Ответчик возражает против предоставленного истцом расчета компенсации и полагает, что расчет стоимости компенсации должен производиться от фактической стоимости ввезенного товара с обозначением «Lustige Witwe»/«Веселая вдова».

В отношении указанных доводов сторон суд отмечает следующее.

В части 1 статьи 112 Федерального закона от 27.11.2010 № 311-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации» указано, что определение таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу Таможенного союза при их ввозе в Российскую Федерацию, осуществляется в соответствии с международным договором государств - членов Таможенного союза, регулирующим вопросы определения таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу Таможенного союза, с учетом особенностей его применения в случаях, установленных Таможенным кодексом Таможенного союза.

Согласно пункту 1 статьи 64 таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию таможенного союза, определяется в соответствии с международным договором государств - членов таможенного союза, регулирующим вопросы определения таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу. Таможенная стоимость товаров, вывозимых с таможенной территории таможенного союза, определяется в соответствии с законодательством государства - члена таможенного союза, таможенному органу которого производится таможенное декларирование товаров.

Методы определения таможенной стоимости товаров предусмотрены Соглашением между Правительством Российской Федерации, Правительством Республики Беларусь и Правительством Республики Казахстан «Об определении таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу Таможенного союза» от 25.01.2008 (далее - Соглашение об определении таможенной стоимости).

Согласно пункту 1 статьи 2 Соглашения об определении таможенной стоимости основой определения таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, установленном в статье 4 данного Соглашения.

Статьей 4 указанного Соглашения установлено, что таможенной стоимостью товаров, ввозимых на единую таможенную территорию Таможенного союза, является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на единую таможенную территорию Таможенного союза и дополненная в соответствии с положениями статьи 5 настоящего Соглашения.

В соответствии с часть 5 данного соглашения при определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляются:

1) следующие расходы в размере, в котором они осуществлены или подлежат осуществлению покупателем, но не включены в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за ввозимые товары:

а) вознаграждение посредникам (агентам) и вознаграждение брокерам, за исключением вознаграждения за закупку, уплачиваемого покупателем своему агенту (посреднику) за оказание услуг по его представлению за рубежом, связанных с покупкой оцениваемых (ввозимых) товаров;

б) расходы на тару, если для таможенных целей она рассматривается как единое целое с ввозимыми товарами;

в) расходы по упаковке, включая стоимость упаковочных материалов и работ по упаковке;

2) соответствующим образом распределенная стоимость следующих товаров и услуг, прямо или косвенно предоставленных покупателем продавцу бесплатно или по сниженной цене для использования в связи с производством и продажей для вывоза оцениваемых (ввозимых) товаров на таможенную территорию Таможенного союза, в размере, не включенном в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за ввозимые товары:

а) сырье, материалы, детали, полуфабрикаты и тому подобные предметы, из которых состоят ввозимые товары;

б) инструменты, штампы, формы и другие подобные предметы, использованные при производстве ввозимых товаров;

в) материалы, израсходованные при производстве ввозимых товаров;

г) проектирование, разработка, инженерная, конструкторская работа, художественное оформление, дизайн, эскизы и чертежи, выполненные вне таможенной территории Таможенного союза и необходимые для производства ввозимых товаров;

3) часть полученного в результате последующей продажи, распоряжения иным способом или использования ввозимых товаров дохода (выручки), которая прямо или косвенно причитается продавцу;

4) расходы по перевозке (транспортировке) товаров до аэропорта, морского порта или иного места прибытия товаров на таможенную территорию Таможенного союза;

5) расходы по погрузке, разгрузке или перегрузке товаров и проведению иных операций, связанных с их перевозкой (транспортировкой) до аэропорта, морского порта или иного места прибытия товаров на таможенную территорию Таможенного союза;

6) расходы на страхование в связи с операциями, указанными в подпунктах 4 и 5 настоящего пункта;

7) лицензионные и иные подобные платежи за использование объектов интеллектуальной собственности (включая платежи за патенты, товарные знаки, авторские права), которые относятся к оцениваемым (ввозимым) товарам и которые прямо или косвенно произвел или должен произвести покупатель в качестве условия продажи оцениваемых товаров, в размере, не включенном в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за эти товары.

Таким образом, таможенная стоимость превышает фактическую стоимость ввезенных товаров с обозначением «Lustige Witwe»/«Веселая вдова».

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что стоимость ввозимого на территорию товара, на основании которой должна рассчитываться компенсация, указывается в декларации на товары (графа 42). Общая стоимость ввезенного ответчиком товара с обозначением «Lustige Witwe»/«Веселая вдова» составляет 1467575 руб. 30 коп. Следовательно, двукратная стоимость товара составляет 2935150 руб. 60 коп.

При таких обстоятельствах, суд считает возможным удовлетворить требования о взыскании компенсации в сумме 2935150 руб. 59 коп., то есть в двукратном размере стоимости ввезенного на территорию России товара, рассчитанной на основании графы 42 деклараций. В удовлетворении остальной части требования истцу надлежит отказать.

Довод истца о том, что таможенная стоимость по сравнению со стоимостью реализации товара гораздо ниже, и соответственно произведенный им расчет компенсации, является правомерным, не принимается судом, поскольку документального подтверждения стоимости реализованной ответчиком продукции, истцом в материалы дела не представлено.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 23 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», в силу пункта 3 статьи 1250 ГК РФ отсутствие вины нарушителя не освобождает его от обязанности прекратить нарушение интеллектуальных прав, а также не исключает применения в отношении нарушителя мер, направленных на защиту таких прав.

Вместе с тем судам надлежит иметь в виду, что указанное правило подлежит применению к способам защиты соответствующих прав, не относящимся к мерам ответственности. Ответственность за нарушение интеллектуальных прав (взыскание компенсации, возмещение убытков) наступает применительно к статье 401 ГК РФ.

Таким образом, вина ответчика в нарушении исключительных прав истца на спорный товарный знак в силу указанных разъяснений должна учитываться, в том числе при применении меры ответственности, предусмотренной пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ.

Наличие обстоятельств, которые в силу положений пункта 3 статьи 401 ГК РФ исключают вину нарушителя и являются основанием для освобождения его от гражданско-правовой ответственности ответчиком не доказано.

Ссылка ответчика на злоупотребление правом со стороны истца также отклоняется в связи со следующим.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», положения Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 Гражданского кодекса Российской Федерации), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В соответствии с пунктом 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона, соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Само по себе обращение с настоящим иском не может быть квалифицировано в качестве злоупотребления правом.

Из разъяснений, изложенных в пункте 62 постановления от 26.03.2009 № 5/29, следует, что лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак, не может быть отказано в его защите (даже в случае, если в суд представляются доказательства неправомерности регистрации товарного знака) до признания предоставления правовой охраны такому товарному знаку недействительным в порядке, предусмотренном статьей 1512 ГК РФ, или прекращения правовой охраны товарного знака в порядке, установленном статьей 1514 Кодекса.

Суд вправе отказать лицу в защите его права на товарный знак на основании статьи 10 ГК РФ, если по материалам дела, исходя из конкретных фактических обстоятельств, действия по государственной регистрации соответствующего товарного знака могут быть квалифицированы как злоупотребление правом.

При рассмотрении дела, суд не усмотрел правовых оснований для квалификации действий истца как правообладателя спорных товарных знаков, злоупотреблением правом, поскольку действия по защите исключительных прав соответствуют действующему законодательству и истец использовал принадлежащие ему товарные знаки в своей деятельности через третье лицо.

Ссылка общества «ЮТА-НН» на то, что материалами дела подтверждается вся совокупность признаков, при наличии которых действия правообладателя могут быть признаны актом недобросовестной конкуренции, подлежит отклонению, поскольку необходимым элементом для признания действий правообладателя по регистрации товарного знака злоупотреблением правом или актом недобросовестной конкуренции является доказанность недобросовестной, нечестной цели такой регистрации.

Вместе с тем, достаточных доказательств, подтверждающих недобросовестность, нечестность цели такой регистрации, материалы дела не содержат.

Не является таким доказательством и факт регистрации на ООО «Интел» целого ряда товарных знаков, поскольку сам по себе такой факт не свидетельствует о недобросовестности целей правообладателя.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отсутствии достаточных оснований для признания действий ООО «Интел» по приобретению исключительных прав на спорные товарные знак актом недобросовестной конкуренции и злоупотреблением правом.

Довод ответчика о том, что ООО «Интел» является ненадлежащим истцом по делу, судом отклоняется, поскольку предъявление настоящего иска направлено на защиту принадлежащих истцу до 08.09.2015 исключительных прав на товарные знаки «Веселая вдова» по свидетельству № 400137 и «Die Lustige Witwe» по свидетельству № 435833.

На основании изложенного, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию 2935150 руб. 59 коп. компенсации за период с 24.04.2015 по 08.09.2015.

В части признания ООО «ЮТА-НН» виновным в нарушении исключительного права ООО «Интел» на товарные знаки «Веселая вдова» по свидетельству № 400137, «Die Lustige Witwe» по свидетельству № 435833, исковые требования не подлежат удовлетворению, так как данный способ защиты не предусмотрен статьями 12 и 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Нижегородской области от 11.12.2018 приняты обеспечительные меры в виде наложения ареста на денежные средства, находящиеся на расчетных счетах ООО «ЮТА-НН, и иное имущество ответчика, в пределах суммы исковых требований - 3 163 721 руб. 18 коп.

Согласно части 5 статьи 96 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае отказа в удовлетворении иска обеспечительные меры сохраняют свое действие до вступления в законную силу соответствующего судебного акта. После вступления судебного акта в законную силу арбитражный суд по ходатайству лица, участвующего в деле, выносит определение об отмене мер по обеспечению иска или указывает на это в судебном акте об отказе в удовлетворении иска.

Поскольку исковые требования удовлетворены частично, обеспечительные меры, принятые определением суда от 11.12.2018, подлежат отмене в части наложения ареста на денежные средства, находящиеся на расчетных счетах ООО «ЮТА-НН» (ОГРН <***>, ИНН <***>), г. Нижний Новгород, и иное имущество ответчика, в сумме 228570 руб. 59 коп. с момента вступления судебного акта в законную силу.

Государственная пошлина по иску, с учетом уточнения, составляет 38819 руб. 00 коп. и в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относится на стороны пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований. Излишне уплаченная государственная пошлина в размере 78322 руб. 00 коп. подлежит возврату истцу из федерального бюджета на основании статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 167 - 171, 176, 180 - 182, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ЮТА-НН» (ОГРН <***>, ИНН <***>), г.Нижний Новгород, в пользу общества с ограниченной ответственностью «Интел» (ОГРН <***>, ИНН <***>), <...> 935 150 руб. 59 коп. компенсации, а также 36014 руб. 00 коп. расходов по оплате государственной пошлины.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу.

В удовлетворении остальной части исковых требований истцу отказать.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Интел» (ОГРН <***>, ИНН <***>), г.Москва, из федерального бюджета Российской Федерации 78322 руб. 00 коп. государственной пошлины, перечисленной по платежному поручению от 20.04.2018 № 63. Основанием для возврата государственной пошлины является настоящее решение.

Отменить обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Нижегородской области от 11.12.2018 по делу №А43-14412/2018, в части наложения ареста на денежные средства, находящиеся на расчетных счетах общества с ограниченной ответственностью «ЮТА-НН» (ОГРН <***>, ИНН <***>), г. Нижний Новгород, и иное имущество ответчика, в сумме 228570 руб. 59 коп.

Настоящее решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Нижегородской области в течение месяца с момента его принятия.

Решение может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного акта, при условии, что оно было предметом рассмотрения Первого арбитражного апелляционного суда апелляционной инстанции или Первый арбитражный апелляционный суд отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья Е.Н. Алмаева