Решение от 9 сентября 2025 г. по делу № А53-42153/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ


Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А53-42153/24
10 сентября 2025 г.
г. Ростов-на-Дону


Резолютивная часть решения объявлена              02 сентября 2025 г.

Полный текст решения изготовлен                      10 сентября 2025 г.


Арбитражный суд Ростовской области в составе судьи Пипник Т. Д.

при ведении протокола секретарем судебного заседания Птицыной А.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению Федерального агентства лесного хозяйства ОГРН: <***>, ИНН: <***>

к обществу с ограниченной ответственностью "Техно транс континенталь" ИНН <***> ОГРН  <***>

об исключении сведений из ЕГРН, установлении границ земельного участка (с учетом уточнения)

третьи лица: Министерство природных ресурсов и экологии ростовской области, Управление Росреестра по Ростовской области, открытое акционерное общество «Российские железные дороги» ИНН <***>, Федеральное агентство по управлению государственным имуществом, Администрация Куйбышевского района ИНН <***> ОГРН: <***>

при участии:

от истца: представитель ФИО1 по доверенности № 01-01-06/4184 от 10.09.2024;

от ответчика: представитель не явился,

от третьих лиц: от ОАО «Российские железные дороги»: представитель ФИО2

установил:

Федеральное агентство лесного хозяйства обратилось в суд с требованием к  обществу с ограниченной ответственностью "Техно транс континенталь", к Администрации Куйбышевского района о признании отсутствующим права собственности на часть земельного участка с КН 61:18:0600022:601, исключении сведений из ЕГРН, установлении границ земельного участка.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Министерство природных ресурсов и экологии ростовской области, Управление Росреестра по Ростовской области.

В рамках дела № А53-42169/24 Федеральное агентство лесного хозяйства обратилось в суд с требованием к  обществу с ограниченной ответственностью "Техно транс континенталь", к Администрации Куйбышевского района о признании отсутствующим права собственности на часть земельного участка с КН 61:18:0600022:600, исключении сведений из ЕГРН, установлении границ земельного участка.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Министерство природных ресурсов и экологии ростовской области, Управление Росреестра по Ростовской области.

Протокольным определением от 19.02.2025 по делу № А53- 42153/24 суд объединил дела № А53- 42153/24 и № А53-42169/24 в одно производство, с присвоением объединенному делу номер А53- 42153/24. К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены открытое акционерное общество «Российские железные дороги», Федеральное агентство по управлению государственным имуществом.

По ходатайству истца протокольным определением от 31.03.2025 Администрация Куйбышевского района исключена из числа ответчиков и привлечена к участию в деле в качестве третьего лица без самостоятельных требований на предмет спора.

В процессе рассмотрения дела истец требования уточнил, просил установить границы земельных участков с кадастровыми номерами 61:18:0600022:600 и 61:18:0600022:601 в соответствии с представленным каталогом координат поворотных точек.

Суд принял к рассмотрению уточненные исковые требования в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании истец требования поддержал.

Ответчик явку в судебное заседание не обеспечил, согласно отзыву на иск против удовлетворения требований возражал, заявил о пропуске срока исковой давности.

Министерство природных ресурсов и экологии ростовской области согласно отзыву на иск просило заявленные требования удовлетворить.

ОАО «Российские железные дороги» предметных возражений относительно требований не заявило.

Исследовав материалы дела, суд установил следующие обстоятельства.

Комиссией Каменского межрайонного отдела управления лесного хозяйства министерства природных ресурсов и экологии Ростовской области 10.04.2024 и 03.05.2024 проведен осмотр земельного участка с кадастровым номером 61:18:0600022:600 и земельного участка с кадастровым номером 61:18:0600022:601 соответственно.

Результаты проведенных осмотров отражены в акте от 10.04.2024 № 2 и в акте от 03.05.2024 № 15.

В соответствии с указанными актами комиссией установлено, что спорные земельные участки расположены на землях лесного фонда выдела 1 квартала 44 Красносулинского участкового лесничества Шахтинского лесничества.

Согласно таксационному описанию и лесохозяйственному регламенту Шахтинского лесничества лесной участок (выдел 1 квартал 44 Красносулинского участкового лесничества, Шахтинского лесничества) в части пересечения с земельными участками с кадастровыми номерами 61:18:0600022:600 и 61:18:0600022:601  относится к категории защитности: лесопарковые зоны. Часть выдела 1 квартала 44 Красносулинского участкового лесничества, Шахтинского лесничества из состава земель лесного фонда в земли иных категорий не переводились.

Целевое назначение земельного участка с кадастровым номером 61:18:0600022:600 - защитные леса.

Департаментом лесного хозяйства по ЮФО подготовлено заключение от 13.05.2024 № 816 в отношении спорного земельного участка с кадастровым номером 61:18:0600022:600, согласно которому земельный участок площадью 223 575 м2 частично сформирован из состава земель лесного фонда, часть выдела 1 квартала 44 Красносулинского участкового лесничества, Шахтинского лесничества, площадь пересечения с землями лесного фонда составляет 70 568 м2, определены координаты поворотных точек границы пересекаемой части земельного участка.

Департаментом лесного хозяйства по ЮФО также подготовлено заключение от 30.05.2024 № 837 в отношении земельного участка с кадастровым номером 61:18:0600022:601, согласно которому земельный участок площадью 23 112 м 2 частично сформирован из состава земель лесного фонда, часть выдела 1 квартала 44 Красносулинского участкового лесничества, Шахтинского лесничества, площадь пересечения с землями лесного фонда составляет 4 262 м2, определены координаты поворотных точек границы пересекаемой части земельного участка.

Границы Шахтинского лесничества, расположенного на землях лесного фонда в Ростовской области, установлены приказом Рослесхоза от 12.02.2019 № 165 «Об установлении границ Шахтинского лесничества в Ростовской области».

Земельные участки с кадастровыми номерами 61:18:0600022:600 и 61:18:0600022:601 принадлежат на праве собственности обществу с ограниченной ответственностью "Техно транс континенталь" (дата регистрации права 22.06.2011).

Изложенные обстоятельства послужили основанием для обращения Федерального агентства лесного хозяйства в суд с настоящими исковыми требованиями.

Ответчик, возражая против удовлетворения требований, указал, что спорные земельные участки образованы путем раздела земельного участка с кадастровым номером 61:18:600022:198, в тех же границах, что и исходный земельный участок.

Земельный участок с кадастровым номером 61:18:600022:198 на основании договора купли-продажи от 14.05.2007 был передан открытым акционерным обществом «Российские железные дороги» обществу с ограниченной ответственностью «Горный комбинат строительных материалов». Впоследствии, обществом с ограниченной ответственностью «Горный комбинат строительных материалов» земельный участок продан ответчику по договору от 25.04.2008.

При этом, границы Шахтинского лесничества, расположенного на землях лесного фонда в Ростовской области, установлены приказом Рослесхоза от 12.02.2019 № 165, то есть позже установления границ исходного земельного участка.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд руководствовался следующим.

Защита гражданских прав, включая право собственности, осуществляется способами, указанными неисчерпывающим образом в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации. Условия применения тех или иных способов защиты устанавливаются законодателем с учетом специфики защищаемого права и особенностей его нарушения. При этом выбор способа защиты прав принадлежит правообладателю, который своей волей и в своем интересе может воспользоваться как одним из них, так и несколькими. Вместе с тем выбор способа защиты предопределяется правовыми нормами с учетом характера нарушения и фактических обстоятельств дела, которые должны быть установлены судом при решении вопроса о том, выбран ли истцом надлежащий способ защиты прав (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 6 декабря 2017 года N 37-П и др.; определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 сентября 2017 года N 1791-О и N 1792-О и др.). Суды при рассмотрении соответствующих дел обязаны исследовать по существу фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы и соответствующего способа защиты прав - иное вело бы к тому, что право на судебную защиту, гарантируемое статьей 46 Конституции Российской Федерации, было бы существенно ущемлено (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2016 года N 28-П, от 10 марта 2017 года N 6-П, от 13 октября 2022 года N 43-П и др.).

Соответственно, способы защиты гражданских прав конкретизируются и дифференцируются законодательством и его судебным толкованием. В частности, различие материально-правового положения ответчиков в судебных формах защиты гражданских прав по соответствующим искам может быть основано на таком объективном критерии, как характер нарушения права собственности (иного права на имущество).

Статьи 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации касаются вопросов защиты прав собственника (обладателя иного права на имущество - статья 305 данного Кодекса), не владеющего имуществом, а предусмотренный ими иск, именуемый в доктрине виндикационным, предъявляется к лицу, в незаконном владении которого находится это имущество. По существу, решение по такому иску вносит определенность в вопрос о принадлежности имущества. Напротив, предъявленный правообладателем на основании статьи 304 данного Кодекса иск, именуемый в доктрине негаторным, подлежит удовлетворению, если истец докажет, что его право нарушается действиями ответчика, не связанными с лишением владения. Такой иск традиционно - что следует из истории развития данного способа защиты вещных прав и из современной гражданско-правовой доктрины - не был связан с пресечением нарушений, которые давали бы нарушителю какие-либо основания юридически претендовать на принадлежность ему имущества. Соответственно, решение по такому иску в его классическом понимании не предполагало разрешения каким-либо образом вопроса о юридической принадлежности имущества.

Именно характер нарушения права собственности и иных вещных прав обусловливает существо виндикационного и негаторного исков как способов защиты и предопределяет невозможность их одновременного использования (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 сентября 2017 года N 1791-О и N 1792-О, от 20 июля 2023 года N 1963-О). Данные способы защиты применимы равным образом и для защиты права публичной собственности на земельные участки, что следует из статей 8 (часть 2), 35 (части 1 и 2) и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных законом, права, закрепляющие принадлежность объекта гражданских прав определенному лицу, ограничения таких прав и обременения имущества (права на имущество) подлежат государственной регистрации. Государственная регистрация прав на недвижимое имущество - юридический акт признания и подтверждения возникновения, изменения, перехода, прекращения права определенного лица на недвижимое имущество или ограничения такого права и обременения недвижимого имущества, причем государственная регистрация права в ЕГРН - единственное доказательство существования зарегистрированного права (части 3 и 5 статьи 1 Федерального закона "О государственной регистрации недвижимости").

Государственная регистрация права способствует правовой определенности, позволяющей участникам правоотношений в разумных пределах предвидеть последствия своего поведения и быть уверенными в неизменности своего официально признанного статуса, приобретенных прав и обязанностей, направлена на реализацию принципов публичности и достоверности сведений, в частности о правах на объекты недвижимого имущества, и, следовательно, способствует защите прав, упрочению и стабильности гражданского оборота в целом и как таковая отвечает своему конституционному предназначению (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 26 мая 2011 года N 10-П, от 4 июня 2015 года N 13-П, от 10 ноября 2016 года N 23-П и от 11 ноября 2021 года N 48-П; определения Конституционного Суда Российской Федерации от 28 мая 2020 года N 1175-О, от 29 сентября 2020 года N 2142-О, от 27 января 2022 года N 103-О и др.).

Что касается отражения в ЕГРН сведений о ранее возникшем праве и ранее учтенном земельном участке, не сопряженного с процедурой государственной регистрации, то, как отмечалось, согласно части 1 статьи 69 Федерального закона "О государственной регистрации недвижимости" и пункту 9 статьи 3 Федерального закона "О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации" права на объекты недвижимости, возникшие до дня вступления в силу Федерального закона "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним", признаются юридически действительными при отсутствии их государственной регистрации в ЕГРН. При этом отражение сведений о них в ЕГРН предполагает возможность использования при их оспаривании таких же правовых инструментов, что и при оспаривании зарегистрированного права.

Государственная регистрация права как и отражение в ЕГРН сведений о соответствующем праве как ранее возникшем не исключает того, что правовые основания для внесения соответствующих сведений о праве будут впоследствии признаны судом ненадлежащими, а право отсутствующим. Как следует из позиций, выраженных в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 10 ноября 2016 года N 23-П, государственная регистрация прав на недвижимость является одним из элементов юридического состава, влекущего возникновение этих прав. При этом положение части 5 статьи 1 Федерального закона "О государственной регистрации недвижимости", устанавливающее, что зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке, не связывает заявление такого требования с конкретным и обязательно универсальным способом защиты. Разъяснения, касающиеся особенностей разрешения споров, связанных с оспариванием регистрационных записей в ЕГРН, даны в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года N 10/22.

Согласно этому постановлению лицо, считающее себя собственником находящегося в его владении недвижимого имущества, право на которое зарегистрировано за иным субъектом, вправе обратиться в суд с иском о признании права собственности (пункт 58), что служит одним из проявлений такого указанного в статье 12 ГК Российской Федерации способа защиты, как признание права. Если запись в ЕГРН нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими (абзац четвертый пункта 52 этого постановления).

В соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" (далее - Постановление N 10/22) к искам о правах на недвижимое имущество относятся, в частности, иски об истребовании имущества из чужого незаконного владения, об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, о признании права, об установлении сервитута, об установлении границ земельного участка, об освобождении имущества от ареста.

Иски об установлении границ земельного участка относятся к искам о правах на недвижимое имущество (абзац 3 пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" (далее - постановление N 10/22). Требование об установлении границ земельного участка направлено на устранение неопределенности в прохождении границы земельного участка и разрешение спора о принадлежности той или иной его части. Решение суда, которым установлены границы земельного участка, служит основанием для изменения сведений о данном земельном участке в государственном кадастре недвижимости. Результатом разрешения спора о границах является внесение соответствующих изменений в уникальные характеристики объекта недвижимости либо прекращение нарушения права лица на земельный участок.

В определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2020 N 301-ЭС20-8186 указано, что требование (исковое требование) об установлении (определении) границ земельного участка является самостоятельным способом защиты, который направлен на устранение неопределенности в прохождении границы земельного участка и разрешение спора о принадлежности той или иной его части. Ответчиком по такому иску является смежный землепользователь. Итогом рассмотрения указанного требования должен быть судебный акт, которым будет установлена смежная граница между земельными участками по координатам поворотных точек (либо иным способом, предусмотренным законодательством). На основании судебного акта установленная граница вносится в государственный кадастр недвижимости (в настоящее время - Единый государственный реестр недвижимости).

В соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" (далее - Постановление N 10/22) к искам о правах на недвижимое имущество относятся, в частности, иски об истребовании имущества из чужого незаконного владения, об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, о признании права, об установлении сервитута, об установлении границ земельного участка, об освобождении имущества от ареста.

Установление границ как самостоятельный способ защиты возможен при фактическом нахождении земельного участка во владении истца и является формой негаторной защиты. При отсутствии фактического владения земельным участком необходимо предъявление виндикационного требования. В противном случае  создается недопустимая ситуация разрыва между фактическим владением и реестровыми характеристиками участка.

В пункте 35 Постановления № 10/22 даны разъяснения о том, что если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301, 302 ГК РФ).

Отсутствие у материального истца во владении имущества, даже выбывшего против его воли, не может быть защищено иском об установлении границ земельного участка, поскольку целью восстановления его нарушенных прав является фактическое завладение спорным имуществом, но которая в таком споре не может быть достигнута. То есть, если ответчик владеет спорной вещью, то вопрос о погашении регистрационной записи о его праве на недвижимость может решаться только путем предъявления к нему виндикационного иска, судебный акт по которому будет являться основанием для изменения сведений в реестре.

При этом в случае возможного удовлетворения иска об установлении границ земельного участка и прекращением его статуса собственника соответственно, последующее обращение в суд невладеющего истца с иском о виндикации является недопустимой моделью защиты прав, избранной с целью преодоления установленных законом надлежащих способов защиты, необходимости доказывания всех существенных для такого спора обстоятельств, иного распределения бремени их доказывания, применения таких институтов права как исковая давность и достижения, таким образом, неправомерного результата.

В абзаце третьем пункта 3 Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации N 10 и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 19.06.2012 N 2665/2012 и от 24.07.2012 N 5761/2012 судам разъяснено, что в случае ненадлежащего формулирования истцом способа защиты, при очевидности преследуемого им материально-правового интереса, суд не должен отказывать в иске ввиду неправильного указания норм права, а обязан сам определить, из какого правоотношения возник спор и какие нормы подлежат применению.

Отказ в иске со ссылкой на неправильный выбор способа судебной защиты (при формальном подходе к квалификации заявленного требования) недопустим, поскольку не обеспечивает разрешение спора, определенность в отношениях сторон, баланс их интересов и стабильность гражданского оборота в результате рассмотрения одного дела в суде, что способствовало бы процессуальной экономии и максимально эффективной защите прав и интересов всех причастных к спору лиц.

По смыслу разъяснений, изложенных в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", арбитражный суд не связан правовой квалификацией истцом заявленных требований (спорных правоотношений), а должен рассматривать иск исходя из предмета и оснований (фактических обстоятельств), определяя по своей инициативе круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, а также решить, какие именно нормы права подлежат применению в конкретном спорном правоотношении.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.09.2007 № 3039/07, вопрос о праве собственности на имущество истца, считающего себя собственником спорного имущества, не обладающего зарегистрированным правом на него и фактически не владеющего им, может быть разрешен только при рассмотрении виндикационного иска.

Поскольку спорный земельный участок выбыл из владения истца, надлежащим способом защиты нарушенного, является истребование земельного участка.

В силу статей 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя. Таким образом, на требования истца об истребовании земельного участка из чужого незаконного владения распространяются условия о сроке исковой давности, установленные статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с разъяснениями, данными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года N 10/22, к искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, применяется общий срок исковой давности, предусмотренный статьей 196 ГК Российской Федерации; если, однако, нарушение права истца путем внесения недостоверной записи не связано с лишением владения, на иск, направленный на оспаривание зарегистрированного права, исковая давность не распространяется (абзацы второй и третий пункта 57).

Ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности.

Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности.

Положениями статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности установлен продолжительностью в три года.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица. Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты (пункт 1 статьи 1 ГК РФ). В соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 2 ГК РФ участниками регулируемых гражданским законодательством отношений являются граждане и юридические лица.

В регулируемых гражданским законодательством отношениях могут участвовать также Российская Федерация, субъекты Российской Федерации и муниципальные образования (статья 124). Согласно пункту 1 статьи 124 ГК РФ, субъекты Российской Федерации: республики, края, области, города федерального значения, автономная область, автономные округа, а также городские, сельские поселения и другие муниципальные образования выступают в отношениях, регулируемых гражданским законодательством, на равных началах с иными участниками этих отношений - гражданами и юридическими лицами.

Таким образом, органы государственной власти в гражданско-правовых отношениях участвуют наравне с иными участниками гражданского оборота, если иное не установлено законом.

В связи с этим в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» дано разъяснение, что в силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ срок исковой давности по требованиям публично-правовых образований в лице  уполномоченных органов исчисляется со дня, когда публично-правовое образование в лице таких органов узнало или должно было узнать о нарушении его прав, в частности, о передаче имущества другому лицу, совершении действий, свидетельствующих об использовании другим лицом спорного имущества, например, земельного участка, и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Границы Шахтинского лесничества установлены Приказом Рослесхоза от 12.02.2019 № 165, в редакции приказа Рослесхоза от 26.04.2019 № 569.

Как следует из отзывов ответчика и третьего лица, на основании договора купли-продажи от 14 мая 2007 года № ЦРИР/4/К/0611010000/07/001054 земельный участок с кадастровым номером 61:18:0600022:198 площадью 695200 кв. м продан открытым акционерным обществом «Российские железные дороги» обществу с ограниченной ответственностью «Горный комбинат строительных материалов». В последствии вышеуказанный земельный участок  продан обществом с ограниченной ответственностью «Горный комбинат строительных материалов» обществу с ограниченной ответственностью «Техно Транс континенталь» на основании договора купли-продажи от 25 апреля 2008 года.

06 ноября 2008 года в результате преобразования земельного участка с кадастровым номером 61:18:0600022:198 на государственный кадастровый учет поставлен земельный участок с кадастровым номером 61:18:0600022:569.

13 января 2011 года в результате преобразования земельного участка с кадастровым номером 61:18:0600022:569 на государственный кадастровый учет поставлен земельный участок с кадастровым номером 61:18:0600022:598.

22 апреля 2011 года в результате преобразования земельного участка с кадастровым номером 61:18:0600022:598 на государственный кадастровый учет поставлен земельный участок с кадастровым номером 61:18:0600022:600 и земельный участок с кадастровым номером 61:18:0600022:601.

Право собственности общества с ограниченной ответственностью «Техно Транс континенталь» на земельные участки с кадастровыми номерами 61:18:0600022:600 и 61:18:0600022:601 зарегистрировано согласно сведениям из ЕГРН 22.06.2011.

Земельные участки отнесены к категории земель промышленности, энергетики, транспорта, связи, радиовещания, телевидения, информатики, земли для обеспечения космической деятельности, земли обороны, безопасности и земли иного специального назначения. Что в свою очередь соответствует размешенному использованию - для разработки карьера.

Согласно представленному истцом акту осмотра в части пересечения с земельным участком с кадастровым номером 61:18:0600022:600 установлено, что на части земельного участка (выдел 1 квартала 44) осуществляется использование под разработку карьера для добычи песчаника (наличие породного отвала).

Из изложенного следует, что на момент определения границ Шахтинского лесничества право собственности ответчика уже было зарегистрировано.

Следовательно, с 2019 года федеральный собственник в лице уполномоченных органов должен был знать о нарушении своего права.

При этом доказательств наличия лесных насаждений на участке не предоставлено.

Как отметил Конституционный Суд Российской Федерации, интересы защиты права собственности и стабильности гражданского оборота предопределяют не только установление судебного контроля за обоснованностью имущественных притязаний одних лиц к другим, но и введение в правовое регулирование норм, которые позволяют одной из сторон блокировать судебное разрешение имущественного спора по существу, если другая сторона обратилась за защитой своих прав спустя значительное время после того, как ей стало известно о том, что ее права оказались нарушенными. В гражданском законодательстве указанным целям служит институт исковой давности, под которой Гражданский кодекс Российской Федерации понимает срок для защиты права по иску лица, чье право нарушено (статья 195). Исковая давность имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, способствовать соблюдению договоров, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных прав приводило бы к ущемлению прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов. Применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав (постановления от 15 февраля 2016 года N 3-П, от 26 ноября 2020 года N 48-П и др.; определения от 25 апреля 2023 года N 897-О, от 4 июля 2023 года N 1784-О и др.).

С учетом изложенного, суд пришел к выводу о пропуске истцом срока исковой давности.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд также исходил из следующего.

В случае, если по сведениям лесного реестра земельный участок относится к категории земель лесного фонда, а в соответствии со сведениями реестра недвижимости - к иной категории земель, принадлежность земельного участка к определенной категории земель определяется в соответствии со сведениями реестра недвижимости. Данное правило применяется в отношении земельного участка, права на который возникли до 01.01.2016 (часть 3 статьи 14 Федерального закона от 21.12.2004 N 172-ФЗ "О переводе земель или земельных участков из одной категории в другую" в редакции Закона N 280-ФЗ). Данные нормы приняты в целях защиты законных интересов добросовестных приобретателей земельных участков. Приоритет сведений о категории земельных участков, содержащихся в реестре недвижимости, исключает возможность изъятия земельных участков у лиц, которые приобрели их на законном основании, только по формальным основаниям их расположения в границах лесничеств и лесопарков в соответствии с данными государственного лесного реестра (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21.09.2017 N 1793-О, 1794-О, 1795-О, от 24.02.2022 N 423-О).

В силу части 11 статьи 22 Федерального закона от 13.07.2015 N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" границы земельного участка не должны пересекать границы территориальных зон, лесничеств, за исключением случая образования земельного участка для проведения работ по геологическому изучению недр, разработки месторождений полезных ископаемых, размещения линейных объектов, гидротехнических сооружений, а также размещения водохранилищ, иных искусственных водных объектов, случая, предусмотренного статьей 60.2 настоящего Федерального закона, или случая выявления воспроизведенной в Едином государственном реестре недвижимости ошибки в определении местоположения границ территориальной зоны.

В соответствии со статьей 15 Закона N 218 если при внесении в реестр границ сведений о местоположении границ лесничества органом регистрации прав выявлено пересечение их с границами земельных участков, сведения о местоположении которых содержатся в Едином государственном реестре недвижимости (за исключением земельных участков, пересечение границ которых с границами лесничеств допускается в соответствии с Земельным кодексом Российской Федерации), орган регистрации прав в течение пяти рабочих дней со дня выявления указанного пересечения вносит в реестр границ описание местоположения границ такого лесничества, в том числе изменения в сведения об их местоположении, в соответствии с описанием местоположения границ указанных земельных участков, содержащимся в Едином государственном реестре недвижимости.

Согласно статье 16 вышеназванного закона орган регистрации прав вносит в реестр границ указанные в части 15 настоящей статьи сведения о местоположении границ лесничества таким образом, чтобы границы лесничества не пересекали границы земельного или лесного участка, а земельные участки, не отнесенные к категории земель лесного фонда, не были включены в границы лесничества, расположенного на землях лесного фонда.

Согласно пункту 4 статьи 60.2 Закона N 218 границы лесных участков изменяются в соответствии с описанием местоположения границ земельного участка, содержащимся в сведениях реестра, в случае выявления их пересечения с границами земельного участка, права на который зарегистрированы до 01.01.2016, если пересечение их границ было выявлено органом регистрации прав при осуществлении регистрации прав на данный земельный участок, обнаружении ошибки, указанной в части 3 статьи 61 настоящего Федерального закона (далее - реестровая ошибка), в том числе выявленной по заявлению правообладателя земельного участка.

В этих случаях орган регистрации прав самостоятельно изменяет границы лесных участков, лесничеств, лесопарков (если эти сведения содержатся в ЕГРН), и это одновременно является изменением границы земель лесного фонда.

Если сведения о лесных участках, лесничествах, лесопарках содержатся только в ГЛР и противоречат сведениям об иных земельных участках, имеющимся в ЕГРН, то в этом случае границы лесного фонда должны соответствовать границам земельных участков, учтенных в ЕГРН, в силу прямого указания закона.

Таким образом, при определении принадлежности земельного участка к определенной категории земель приоритет имеют сведения, содержащиеся в ЕГРН.

Суд также полагает необходимым отметить, что действующее законодательство исходит из принципа защиты добросовестных участников гражданского оборота, проявляющих при совершении сделки добрую волю, разумную осмотрительность и осторожность. Это, по общему правилу, предполагает, что участник гражданского оборота, поведение которого не соответствовало указанным критериям, несет риски наступления неблагоприятных последствий (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2003 года N 6-П, от 13 июля 2021 года N 35-П, от 27 мая 2024 года N 25-П и др.).

Как отметил Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21 апреля 2003 года N 6-П, федеральный законодатель, осуществляя регулирование оснований возникновения и прекращения права собственности и других вещных прав, договорных и иных обязательств, оснований и последствий недействительности сделок, должен предусматривать такие способы и механизмы реализации имущественных прав, которые обеспечивали бы защиту не только собственникам, но и добросовестным приобретателям как участникам гражданского оборота. В противном случае для широкого круга добросовестных приобретателей, проявляющих при заключении сделки добрую волю, разумную осмотрительность и осторожность, будет существовать риск неправомерной утраты имущества, которое может быть истребовано у них. Подобная незащищенность вступает в противоречие с конституционными принципами свободы экономической деятельности и свободы договора, дестабилизирует гражданский оборот, подрывает доверие его участников друг к другу, что несовместимо с основами конституционного строя Российской Федерации как правового государства, в котором человек, его права и свободы являются высшей ценностью, а их признание, соблюдение и защита - обязанностью государства.

Добросовестным приобретателем применительно к спорам о недвижимом имуществе в контексте пункта 1 статьи 302 ГК Российской Федерации в его конституционном истолковании в правовой системе Российской Федерации является приобретатель недвижимого имущества, право на которое подлежит государственной регистрации в порядке, предусмотренном законом, если только из установленных судом обстоятельств дела с очевидностью не следует, что это лицо знало об отсутствии у отчуждателя права распоряжаться данным имуществом или, исходя из конкретных обстоятельств дела, не проявило должной разумной осторожности и осмотрительности, при которых могло узнать об отсутствии у отчуждателя такого права (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 22 июня 2017 года N 16-П). Этому корреспондирует и абзац третий пункта 6 статьи 8.1 данного Кодекса, согласно которому приобретатель недвижимого имущества, полагавшийся при его приобретении на данные государственного реестра, признается добросовестным (статьи 234 и 302 данного Кодекса), пока в судебном порядке не доказано, что он знал или должен был знать об отсутствии права на отчуждение этого имущества у лица, от которого ему перешли права на него.

Нет препятствий для применения данного подхода к учету добросовестности и при рассмотрении направленных на защиту публичной собственности требований о признании зарегистрированного права на земельный участок отсутствующим. В то же время универсальными, в том числе применимыми к рассматриваемым правоотношениям, являются общие гражданско-правовые требования к добросовестности, согласно которым при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно, никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (пункты 3 и 4 статьи 1 и абзац первый пункта 1 статьи 10 ГК Российской Федерации).

Нормы, регламентирующие осуществление участниками гражданских правоотношений принадлежащих им прав, а также исполнение ими обязанностей, должны интерпретироваться и применяться в свете принципа добросовестности. В силу своей универсальности требование о добросовестном поведении распространяется на любое социальное взаимодействие между субъектами права во всех сферах.

По смыслу правовых позиций, выраженных Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 22 июня 2017 года N 16-П, необходимо учитывать возможность ненадлежащего исполнения органами публично-правового образования своих обязанностей, совершения ошибок, а также не отвечающей критериям разумности и осмотрительности реализации ими правомочий в сфере управления имуществом. Конституционный Суд Российской Федерации также ранее обращался к вопросу о гарантиях для добросовестных приобретателей земельных участков из состава земель лесного фонда, которые в силу статьи 8 Лесного кодекса Российской Федерации должны находиться в федеральной собственности.

Ошибки, допущенные ввиду несогласованности действий уполномоченных государственных органов по ведению реестров, не могут быть поставлены в вину приобретателям земельных участков, справедливо и обоснованно рассчитывавшим на соблюдение должностными лицами этих органов требований законности. Предполагается, что прежде всего именно органы публичной власти как компетентные субъекты в соответствующей области реализации публичных полномочий несут ответственность за достоверность выданных правоустанавливающих или правоудостоверяющих документов, за соблюдение надлежащей процедуры их выдачи, процедуры предоставления самих участков и регистрации прав на них - в отсутствие выявленных фактов злоупотреблений и иных недобросовестных действий граждан как участников названных процедур.

Учитывая изложенное, суд, признав "Техно транс континенталь"  добросовестным приобретателем спорного земельного участка, использующим его в соответствии с целевым назначением на протяжении более десяти лет и признав длительность бездействия уполномоченных в сфере защиты федеральной собственности органов, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

Руководствуясь статьями 167-170, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение суда по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения через суд, принявший решение.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев со дня вступления в законную силу решения через суд, принявший решение, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья                                                                                               Пипник Т. Д.