Постановление от 12 апреля 2024 г. по делу № А57-18568/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-3660/2023

Дело № А57-18568/2021
г. Казань
12 апреля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 09 апреля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 12 апреля 2024 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Мельниковой Н.Ю.,

судей Сабирова М.М., Кашапова А.Р.,

при ведении протокола судебного заседания с использованием системы видеоконференц-связи помощником судьи Серовым А.С.,

при участии в Арбитражном суде Саратовской области представителя:

общества с ограниченной ответственностью Строительная фирма «Кварц-98»-ФИО1, по доверенности от 03.11.2023,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2

на постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.11.2023

по делу № А57-18568/2021

по исковому заявлению ФИО2 в интересах общества с ограниченной ответственностью «Покровский радиотелефон» (ОГРН <***>, ИНН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью Строительная фирма «Кварц-98» (ОГРН <***>, ИНН <***>) о признании недействительным договора,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Саратовской области обратился ФИО2 в интересах общества с ограниченной ответственностью «Покровский радиотелефон» (далее – ООО «ПРТ») обществу с ограниченной ответственностью Строительная фирма «Кварц-98» (далее – ООО СФ «Кварц-98», ответчик) с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), о признании недействительным договора подряда на выполнение строительно-монтажных работ от 08.10.2019 № 08-10-2019, заключенного между ООО «ПРТ» и ООО СФ «Кварц-98.

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 25.07.2022 исковые требования удовлетворены в полном объеме, взысканы судебные расходы.

Не согласившись с принятым судебным актом, ответчик обратился в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой.

Определением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2022 суд перешел к рассмотрению дела № А57-18568/2021 по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, поскольку третье лицо ФИО5 не был надлежащим образом извещен о рассмотрении настоящего дела.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2023 решение Арбитражного суда Саратовской области от 25.07.2022 отменено.

Признан недействительным договор подряда на выполнение строительно-монтажных работ от 08.10.2019 № 08-10-2019, заключенный между ООО «ПРТ» и ООО СФ «Кварц-98.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 08.06.2023 постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2023 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.11.2023 решение Арбитражного суда Саратовской области от 25.07.2022 отменено, принят новый судебный акт, которым в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с постановлением арбитражного апелляционного суда ФИО2 обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемый судебный акт отменить, исковые требования удовлетворить по основаниям, изложенным в жалобе.

В частности заявитель кассационной жалобы не согласен с выводами арбитражного суда апелляционной инстанции, оценкой представленных доказательств и доводов.

От ООО СФ «Кварц-98» поступил отзыв на кассационную жалобу, в котором просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, отзыва на нее, заслушав представителя ответчика, проверив в соответствии с пунктом 1 статьи 286 АПК РФ правильность применения судом апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, суд округа приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения кассационной жалобы ввиду следующего.

Из материалов арбитражного дела следует, что изначально ФИО2 было заявлено требование о признании недействительными договоров от 26.09.2019, 10.10.2019, 11.10.2019, а также от 08.10.2019.

Уточняя в порядке статьи 49 АПК РФ иск, ФИО2 просил признать недействительным только договор подряда от 08.10.2019.

В последующем, подав в суде апелляционной инстанции уточняющее исковое заявление, истец также заявил о недействительности одного договора – от 08.10.2019.

При этом в ходе рассмотрения дела стороной истца давались пояснения и предметом проверки являлись обстоятельства относительно только этого договора.

В соответствии со статьей 49 АПК РФ истец вправе уменьшить заявленные исковые требования.

В этой связи указание ответчика на то обстоятельство, что в остальной части истец от иска не отказался, не имеет правового значения.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в исковом заявлении, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, в том числе представленные дополнительные доказательства, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к следующему.

Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, ООО «ПРТ» зарегистрировано в качестве юридического лица 30.04.2004.

Основным видом деятельности общества является деятельность по предоставлению услуг телефонной связи, дополнительными видами – торговля оптовая производственным электротехническим оборудованием, машинами, аппаратурой и материалами, торговля розничная непродовольственными товарами, не включенными в другие группировки, в специализированных магазинах, прочая деятельность в области связи на базе проводных технологий».

С даты создания общества его участниками являлись: ФИО8 – размер доли 2%, ФИО7 – размер доли 10%, ФИО2 – размер доли 10%, ФИО6 – размер доли 27%, ФИО5 – размер доли 51%.

Функции единоличного исполнительного органа ООО «ПРТ» в период с 30.04.2004 по 29.12.2018 исполнял ФИО7 – участник ООО «ПРТ» с номинальной стоимостью доли в уставном капитале общества в размере 10%.

Полномочия директора общества ФИО7 прекращены в декабре 2018 года досрочно, по инициативе мажоритарного участника общества ФИО5, функции единоличного исполнительного органа ООО «ПРТ» в период с 29.12.2018 по 30.04.2021 исполнял ФИО9

В настоящее время ФИО2 является участником ООО «ПРТ» с номинальной стоимостью доли 95 000 руб., что составляет 10% уставного капитала общества.

Кроме того, согласно выписке из ЕГРЮЛ участниками ООО «ПРТ» являются:

ФИО7, владелец 10% уставного капитала общества,

ФИО8, владелец 2% уставного капитала общества,

ФИО5, владелец 51% уставного капитала общества,

27% с 22.06.2023 принадлежит Обществу.

Стороны не отрицают наличие в обществе корпоративного конфликта, неоднократно подтвержденного судебными актами Арбитражного суда Саратовской области (дела № А57-2694/2020, А57-31565/2019, А57-4156/2020, А57-16067/2020, А57-16783/2021).

В соответствии с оспариваемым в рамках настоящего дела договором подряда на выполнение строительно-монтажных работ № 08-10-2019 от 08.10.2019 (далее – договор подряда) ООО СФ «Кварц-98» (подрядчик) обязалось выполнить по заданию ООО «ПРТ» (Заказчик) строительно-монтажные работы, указанные в Перечне стоимости комплексных расценок в Приложении №1 к договору.

Договор подряда содержит условия о выполнении работ в соответствии с Техническим заданием заказчика, составленным по форме, предусмотренной Приложением № 2 к договору (пункты 2.1, 2.3, 10.2.).

Согласно пункту 2.1. договора задание заказчика оформляется в двух экземплярах, один из которых передается подрядчику, а другой остается у заказчика.

Условиями договора подряда предусмотрено выполнение работ из материалов, предоставленных заказчиком (пункт 2.2.).

Пунктом 3.1. договора установлено, что стоимость работ определяется в соответствии с комплексными расценками (КР) на отдельные виды работ, указанные в Приложении №1 к настоящему договору.

Полагая, что названный договор подряда не может расцениваться как сделка, совершенная в рамках обычной хозяйственной деятельности ООО «ПРТ», считая ее крупной, совершенной в отсутствие согласия собрания участников общества на ее заключение (статья 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее-ГК РФ), мнимой (пункт 1 статьи 170 ГК РФ), совершенной в ущерб интересам юридического лица (пункт 2 статьи 174 ГК РФ) истец обратился в суд с настоящими исковыми требованиями.

Уточняя в суде апелляционной инстанции заявленные требования, истец дополнительно заявил о недействительности договора подряда на выполнение строительно-монтажных работ № 08-10-2019 от 08.10.2019 как сделки, фактически представляющей собой договор о предоставлении заемного труда (персонала).

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу пункта 1 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно пункту 1 статьи 173.1 ГК РФ сделка, совершенная без согласия органа юридического лица, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

На основании пункта 2 статьи 174 ГК РФ сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица, либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

В силу пунктов 1, 3, 4 и 5 статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об ООО) крупной сделкой считается сделка (несколько взаимосвязанных сделок), выходящая за пределы обычной хозяйственной деятельности и при этом:

связанная с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества (в том числе заем, кредит, залог, поручительство), цена или балансовая стоимость которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату;

предусматривающая обязанность общества передать имущество во временное владение и (или) пользование либо предоставить третьему лицу право использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации на условиях лицензии, если их балансовая стоимость составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату.

Принятие решения о согласии на совершение крупной сделки является компетенцией общего собрания участников общества.

Крупная сделка, совершенная с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, может быть признана недействительной в соответствии со статьей 173.1 ГК РФ по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества.

Суд отказывает в удовлетворении требований о признании крупной сделки, совершенной с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, недействительной при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: к моменту рассмотрения дела в суде представлены доказательства последующего одобрения такой сделки; при рассмотрении дела в суде не доказано, что другая сторона по такой сделке знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества крупной сделкой, и (или) об отсутствии надлежащего согласия на ее совершение.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» (далее – Постановление Пленума № 27), для квалификации сделки как крупной необходимо одновременное наличие у сделки на момент ее совершения двух признаков (пункт 1 статьи 46 Закона об ООО):

1) количественного (стоимостного);

2) качественного: сделка выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности, т.е. совершение сделки приведет к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов (пункт 4 статьи 78 Закона об акционерных обществах, пункт 8 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Например, к наступлению таких последствий может привести продажа (передача в аренду) основного производственного актива общества. Сделка также может быть квалифицирована как влекущая существенное изменение масштабов деятельности общества, если она влечет для общества существенное изменение региона деятельности или рынков сбыта.

Устанавливая наличие данного критерия, следует учитывать, что он должен иметь место на момент совершения сделки, а последующее наступление таких последствий само по себе не свидетельствует о том, что их причиной стала соответствующая сделка и что такая сделка выходила за пределы обычной хозяйственной деятельности. При оценке возможности наступления таких последствий на момент совершения сделки судам следует принимать во внимание не только условия оспариваемой сделки, но также и иные обстоятельства, связанные с деятельностью общества в момент совершения сделки.

Как разъяснено в пункте 12 Постановления Пленума № 27, балансовая стоимость активов общества для целей применения пункта 2 статьи 46 Закона об ООО, по общему правилу, определяется в соответствии с данными годовой бухгалтерской отчетности на 31 декабря года, предшествующего совершению сделки (статья 15 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете»); при наличии предусмотренной законодательством или уставом обязанности общества составлять промежуточную бухгалтерскую отчетность, например ежемесячную, упомянутые сведения определяются по данным такой промежуточной бухгалтерской отчетности.

Для удовлетворения заявленных исковых требований истец должен доказать, что в результате совершения оспариваемой сделки истцу причинен явный ущерб, а также то, что другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для организации либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа этой организации и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам общества.

В пункте 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума № 25) разъяснено, в частности, что о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

Кроме того, в абзаце 5 пункта 93 постановления Пленума № 25 указано, что по второму основанию (пункт 2 статьи 174 ГК РФ) сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

Для удовлетворения заявленных исковых требований истец должен доказать, что в результате совершения оспариваемой сделки истцу причинен явный ущерб, а также то, что другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для организации либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа этой организации и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам общества.

В пункте 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25) разъяснено, в частности, что о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

Кроме того, в абзаце 5 пункта 93 постановления Пленума № 25 указано, что по второму основанию (пункт 2 статьи 174 ГК РФ) сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

Любая сделка общества считается совершенной в пределах обычной хозяйственной деятельности, пока не доказано иное (пункт 8 статьи 46 Закона об ООО).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу, содержащемуся в пункте 5 статьи 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих о недействительности сделки, лежит на лице, которое связывает с этим правовые последствия.

В этой связи истец должен представить доказательства совершения оспариваемой сделки за пределами обычной хозяйственной деятельности, ее противоречия требованиям главы 37 ГК РФ.

Из анализа условий договора № 08-10-2019 от 08.10.2019 следует, что на момент его совершения он не содержал условий, показателей и цены договора на сумму 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 13 Постановления Пленума № 27, договоры, предусматривающие обязанность производить периодические платежи (аренды, оказания услуг, хранения, агентирования, доверительного управления, страхования, коммерческой концессии, лицензионный и т.д.) для лица, обязанного производить по ним периодические платежи, признаются отвечающими количественному (стоимостному) критерию крупных сделок, если сумма платежей за период действия договора (в отношении договора, заключенного на неопределенный срок, - за один год; в случае если размер платежа варьируется на протяжении действия такого договора, учитывается наибольшая сумма платежей за один год) составляет более 25 процентов балансовой стоимости активов общества (пункт 1 статьи 46 Закона об ООО, статья 15 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете»)».

Договор подряда от 08.10.2019 № 08-10-2019 не является договором периодических платежей, соответственно для проверки количественного критерия нельзя было суммировать все операции за 2020г. для сопоставления с балансовой стоимостью активов общества.

С учетом установленных обстоятельств, оценки доказательств, толкования условий договора подряда, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что отсутствует количественный критерий крупной сделки.

Наличие качественного критерия также не нашло своего подтверждения.

Суд не наделен правом проверки экономической целесообразности принимаемых решений, институт правового механизма оспаривания сделки применяется только в случае, если решения лиц, входящих в состав органов юридического лица, явно и очевидно для всех выходили за пределы разумного предпринимательского риска, и любой разумный и добросовестный руководитель юридического лица в таких условиях не стал бы совершать соответствующие действия на предлагаемых условиях, понимая, что данные действия приведут к нарушению прав и интересов юридического лица и его участников.

Судом апелляционной инстанции установлено, что оспариваемая сделка не привела к прекращению деятельности общества, изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов.

Истцом не представлено доказательств обратного.

Как указано выше, основным видом деятельности ООО «ПРТ» является деятельность по предоставлению услуг телефонной связи (код ОКВЭД 61.10.1).

Выполнение ремонтно-восстановительных и строительно-монтажных работ сетей связи ООО «ПРТ» не являлось видом его деятельности, приносящим обществу доход.

Таким образом, по оспариваемому договору подряда общество передало ответчику выполнение технического обслуживания сетей связи.

Данный договор аналогичен ранее заключенным договорам подряда 2005, 2006, 2012, 2016 годов с одновременным осуществлением действий по увольнению сотрудников ООО «ПРТ» и их трудоустройству в штат организаций, выполняющих строительно-монтажные работы в рамках заключенных с ООО «ПРТ» договоров. Заключение таких сделок происходило не только со сторонними организациями, но и с подконтрольными бывшему директору ФИО7 и истцу ФИО2 организациями (ООО «Корвет»/ООО «Корвет-телеком», ООО «Волгатехносервис», ООО «Видеомир»), в которых они и их родственники являлись директорами и учредителями с долей в уставном капитале от 25 до 50%. Указанные договоры подряда также исполнялись, признавались и не оспаривались участниками общества, в том числе, ФИО2

Экономическая обоснованность и целесообразность заключенного договора подряда от 08.10.2019 № 08-10-2019 подтверждены досудебным экспертным исследованием от 21.10.2022, проведенным автономной некоммерческой организацией экспертных услуг «Соэкс-Волга», установившим увеличение чистой прибыли от заключенной сделки. Указанное экспертное исследование не было оспорено стороной истца, от проведения по делу судебной экспертизы истец в судебном заседании 07.11.2023 отказался.

Согласно справкам и бухгалтерской отчетности ООО «ПРТ» произошло увеличение стоимости объектов основных средств ООО «ПРТ» с 3 000 212,89 руб. в 2019 году до 18 674 734,34 руб. в 2020 году, что подтверждает пользу от заключения оспариваемой сделки.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд пришел к выводу, что договор подряда от 08.10.2019 № 08-10-2019 соответствовал обычной хозяйственной деятельности предприятия.

Доказательств обратного суду не представлено, при том, что совершение сделки в пределах обычной хозяйственной деятельности презюмируется.

В период заключения договора была осуществлена передача ответчику на неопределенный срок необходимой спецтехники для выполнения работ по оспариваемой сделке, а именно:

- передвижной лаборатории ГАЗ 27057 (VIN: <***>), предназначенной для проведения диагностики волоконно-оптических линий, определения мест повреждений, их устранения и восстановления параметров волоконно-оптических линий связи в городских и полевых условиях (л.д. 95-96 т. 3 – акт сдачи приемки транспортного средства к договору аренды № 3 от 18.11.2019);

- прицепа К-2 к передвижной лаборатории (VIN: <***>), необходимого для перевозки и монтажа кабелей связи, оборудован специальной лебедкой для поднятия барабана с кабелем (том 3, л. д. 95-96 – акт сдачи приемки транспортного средства к договору аренды № 3 от 18.11.2019);

- передвижной мастерской ГАЗ 33086 (VIN: <***>), предназначенной для монтажа и диагностики линий связи, в том числе в сложных полевых условиях, при необходимости увеличения грузоподъемности, а также транспортировки монтажно-ремонтной бригады, может работать отдельно от передвижной лаборатории для обслуживания различных участков ООО «ПРТ» (л.д. 92, т. 3 – акт сдачи-приемки транспортного средства к договору аренды № 2 от 18.11.2019);

- легкового автомобиля Lada Largus (VIN: <***>), используемого для выполнения нарядов по подключению новых абонентов, устранения незначительных линейных повреждений волоконно-оптических линий (том 3, л. д. 89 – акт сдачи-приемки транспортного средства к договору аренды № 1 от 18.11.2019).

Истцом не представлено доказательств, что само общество в период действия договора подряда нуждалось в указанной техники, что деятельность общества была приостановлена, общество не получало прибыль.

Согласно сведениям, полученным из УПФР в Кировском, Октябрьском и Фрунзенском районах г. Саратова (исх. № 1002-15313 от 13.08.2021) (том 3, л.д. 178), Отделения ПФР по Саратовской области (исх. № 4764 от 21.06.2022) (том 7, л.д. 33-34) 15 работников за период с 11.09.2019 по 01.10.2019 были уволены из ООО «ПРТ» и следующим днем приняты в штат ООО СФ «Кварц-98»; 3 работника в 2019-2020 годах одновременно осуществляли трудовые функции в ООО «ПРТ» и ООО СФ «Кварц-98» (в том числе в период действия оспариваемого договора); 22 работника были уволены из ООО СФ «Кварц-98» 30.12.2020, тогда как 29.12.2020 был зачислен последний платеж по оспариваемому договору. Все остальные работники, указанные в таблице ОПФР, также были уволены до 30.12.2020; 20 работников в 2021 году были приняты обратно в штат ООО «ПРТ» после окончания срока действия оспариваемой сделки.

С позиции ответчика экономическая обоснованность и целесообразность оспариваемого договора были связаны с передачей на аутсорсинг непрофильного вида деятельности, экономией на налогах, заработной плате сотрудникам и сопутствующих расходах (НДФЛ, страховые взносы, НДС), минимизацией затрат по содержанию и обслуживанию переданной в аренду техники, получении дохода от сдачи транспортных средств и спецтехники, не являющейся основным производственным активом общества.

Именно оказание услуг связи всегда являлось доходной частью деятельности общества, в то время как деятельность по ремонту и строительству сетей связи всегда являлась его расходной частью.

Нерациональная организационная структура штата монтажников общества (значительная его численность при неравномерной загруженности), несение обществом текущих расходов по выплате заработной платы указанному персоналу, финансированию затрат по обучению и повышению его квалификации, приобретению спецодежды и инструментов, по компенсациям за использование персоналом личного автотранспорта вели к увеличению издержек общества и делали его деятельность отчасти убыточной. В этой связи в период масштабной реконструкции телекоммуникационной сети руководством ООО «ПРТ» проявлена инициатива по делегированию полномочий выполнения строительно-монтажных работ на объектах сети связи ООО «ПРТ» сторонней подрядной организации, целью которой было получение более высоких экономических результатов от основной финансово-хозяйственной деятельности общества, разрешение кадровых вопросов, оптимизация налогообложения общества и оптимизация его расходов.

Как указал ответчик, исходя из общей трудоемкости строительно-монтажных работ по масштабной реконструкции и капитальному ремонту телекоммуникационной сети ООО «ПРТ» и штатной численности работников общества, собственных ресурсов общества для выполнения аварийных, текущих монтажных и строительно-монтажных работ было недостаточно.

Выводы истца об обратном носят предположительный характер, не подтверждены какими-либо расчетами, не основаны на нормативной, в том числе статистической базе, сделаны без привлечения специализированной экспертной организации, в связи с чем, не опровергают доводы стороны ответчика о разумном экономическом обосновании управленческого решения по заключению оспариваемого договора.

Объективных доказательств возможности выполнения аварийных, текущих монтажных и строительно-монтажных работ по масштабной реконструкции телекоммуникационной сети ООО «ПРТ» собственными ресурсами общества в материалах дела не имеется.

Арбитражным судом апелляционной инстанции установлено, что в действительности к выполнению строительно-монтажных работ по масштабной реконструкции и капитальному ремонту телекоммуникационной сети ООО «ПРТ» привлекались не только уволенные из штата общества специалисты (в количестве 15 человек), но и иные специалисты (в количестве 24 человек), в том числе субподрядные организации ООО «Контракт Сервис», ООО «Квестрой», ООО «Ибере Трейд», что подтверждается вышеприведенными сведениями УПФР в Кировском, Октябрьском и Фрунзенском районах г. Саратова, Отделения ПФР по Саратовской области; справкой о кадровом движении штата ООО СФ «Кварц-98» за 2019- 2020 годы и справкой о кадровом движении штата ООО «ПРТ» за 2019-2021 годы, ответом Отделения ПФР по Саратовской области № 10796 от 22.11.2022, договорами субподряда, заключенными ООО «ПРТ» с ООО «Контракт Сервис», ООО «Квестрой», ООО «Ибере Трейд».

Объективных доказательств невозможности выполнения строительно-монтажных работ на объектах сети связи ООО «ПРТ» указанными субподрядчиками, равно как и основным подрядчиком по оспариваемому договору ООО СФ «Кварц-98» в материалах дела не имеется.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что истцом не доказано, что оспариваемая сделка повлекла причинение ущерба обществу.

Голосование истца, владеющего на момент совершения спорной сделки 10 % долей в уставном капитале ООО «ПРТ» не могло повлиять и на результаты голосования об одобрении участниками общества ее заключения.

Заявление истца о мнимости заключенной сделки суд апелляционной инстанции признал необоснованным.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС16-2411 от 25.07.2016, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце 2 пункта 86 Постановления Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений разд. I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Исходя из смысла пункта 1 статьи 170 ГК РФ, мнимые сделки представляют собой действия, совершаемые для того, чтобы обмануть определенных лиц, не участвующих в сделке, создав у них ложное представление о своих намерениях. Мнимость сделки связывается с пониманием сторонами того, что эта сделка их не связывает, вследствие чего они не имеют намерения ее исполнять либо требовать ее исполнения. Для признания сделки недействительной (ничтожной) по этому основанию необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Обязательным условием признания сделки мнимой является установление судом порочности воли каждой из ее сторон.

Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на истце.

Арбитражный суд апелляционной инстанции установил, что доказательств неисполнения ответчиком своих обязательств по договору, равно как и доказательств выполнения строительно-монтажных работ на объектах заказчика иными лицами или самим заказчиком, доказательств наличия возражений со стороны заказчика относительно объема и качества выполненных работ и их оплаты, необходимые и достаточные доказательств нереальности финансово-хозяйственных операций между сторонами оспариваемого договора, ФИО2 не представлено.

Ответчик же в опровержение доводов о мнимости заключенного договора представил следующие документы.

Выполнение строительно-монтажных работ по реконструкции и капитальному ремонту линий связи ООО «ПРТ» осуществлялось на основании планов (схем) реконструкций линий связи ООО «ПРТ» без составления технических заданий.

Выполнение аварийных работ и работ по текущему ремонту линий связи, подключению к действующим линиям связи ООО «ПРТ» новых абонентов осуществлялось по заявкам абонентов сети связи ООО «ПРТ», передаваемым в рабочем чате приложения-мессенджера Viber от сотрудников ООО «ПРТ» сотрудникам ООО СФ «Кварц-98».

Полная информация о поступивших оператору связи ООО «ПРТ» в период исполнения спорного договора заявках для производства работ с указанием адресов их проведения отражена:

- в распечатке журнала заявок абонентов сети связи ООО «ПРТ» на проведение ремонтных работ за период с октября 2019 года по декабрь 2020 года, учёт, ведение и обработка которых осуществляется с помощью автоматизированной системы обработки данных (АСОД) «Интеграл-ОС» на основании договора № И2016/17 от 30.12.2016, заключенного между ООО «ПРТ» и «Интеграл-ОС»;

- в распечатке информации Viber-чата сотрудников ООО «ПРТ» и ООО СФ «Кварц-98» за период с октября 2019 года по декабрь 2020 года.

Ответчиком в суд были представлены первичные учетные документы по хозяйственным операциям, возникшим на основании спорного договора:

счета-фактуры,

товарные накладные о покупке ООО «ПРТ» в рамках выполнения работ по оспариваемому договору сопутствующих материалов,

отчёты ООО СФ «Кварц-98» об использовании сопутствующих материалов,

накладные на отпуск материалов на сторону,

акты о приемке выполненных работ/форма КС-2,

справки о стоимости выполненных работ/форма КС-3, подписанные ООО «ПРТ» без каких-либо замечаний.

В представленных ответчиком актах о приемке выполненных работ, составленных по форме КС-2, указано их количество, единицы измерения, стоимость за единицу измерения, а также общая стоимость работ, отражена итоговая стоимость выполненных работ и детализирована их стоимость по видам, имеется ссылка на соответствующий договор. Виды работ согласно актам соответствуют таковым по спорному договору.

Незаполнение или некорректное заполнение отдельных граф представленной исполнительной документации не может опровергать ее достоверность.

Подтверждением ведения ООО СФ «Кварц-98» реальной хозяйственной деятельности, а также способности ООО СФ «Кварц-98» к реальному выполнению работ по договорам подряда (субподряда) свидетельствуют факты приобретения и аренды ООО СФ «Кварц-98» специализированных объектов основных средств (спецтехники, транспортных средств, спецодежды, инструментов), используемых в работе персонала ООО СФ «Кварц-98», выполняющего строительно-монтажные работы на объектах ООО «ПРТ», факт существования партнерских отношений ООО СФ «Кварц-98» до заключения сторонами оспариваемой сделки с таким крупными контрагентами, как ООО МТУ «ЮКС» (договор подряда от 25.03.2019 – т. 3 л.д. 82-85), АО «ЭР-Телеком Холдинг» (договор подряда № 1 от 24.06.2019 – т. 3 л.д. 107-108, договор подряда № 2 от 24.06.2019 – т. 3 л.д. 105-106, договор на организацию и выполнение технического обслуживания ВОЛС от 01.07.2019 – т. 3 л.д. 97-98, договор на выполнение аварийно-восстановительных работ 07.08.2019 от 24.06.2019 – т. 3 л.д. 99-100, договор подряда на выполнение строительно-монтажных работ от 24.10.2019 – т. 3 л.д. 101-102, договор подряда от 19.11.2019 – т. 3 л.д. 103-104, т. 5 л.д. 150-166).

Представленные стороной ответчика доказательства истцом не опровергнуты.

Судом апелляционной инстанции также оценен и отклонен довод истца о том, что оспариваемая сделка нарушает прямо установленный законом запрет заемного труда и посягает на права и охраняемые законом интересы третьих лиц, а, значит, в силу пункта 2 статьи 168 ГК РФ является ничтожной.

В силу пунктов 3 - 4 статья 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.

В рассматриваемом случае интересы истца данным обстоятельством не затрагиваются и какие-либо его права не нарушаются. Нарушение публичных интересов также не установлено.

Истец не уполномочен заявлять возражения в интересах третьих лиц.

Кроме того, аутстаффингом называют привлечение заказчиком работников, которые оформлены у другого лица – исполнителя. Такие работники трудятся на территории и под контролем заказчика, но не заключают с ним трудовой или гражданско-правовой договор.

Вопрос о заемном труде регулируется трудовым законодательством.

Следует отметить, что целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

Общие положения гражданского законодательства о недействительности сделок к трудовым отношениям не применимы, поскольку:

а) трудовой договор не является сделкой в том смысле, который этому понятию придается статьей 153 ГК РФ;

б) при трудоустройстве возникают трудовые (статья 5 Трудового кодекса РФ), а не гражданские права и обязанности (статья 2 ГК РФ);

в) к отношениям по трудовому договору невозможно применить последствия недействительности гражданско-правовых сделок (статья 167 ГК РФ) и возвратить стороны в первоначальное положение.

Установив вышеприведенные обстоятельства и оценив представленные в дело доказательства в их совокупности с доводами и возражениями участников спора по правилам статьи 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной.

Фактов причинения ущерба интересам юридического лица, того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для юридического лица и (или) об отсутствии надлежащего согласия на ее совершение, истцом не подтверждено.

При рассмотрении настоящего спора арбитражный суд апелляционной инстанций установил все существенные обстоятельства для данной категории споров, оценил представленные в материалы дела доказательства и доводы участников спора в их совокупности.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако, они подлежат отклонению, поскольку указанные в кассационной жалобе доводы не опровергают законность и обоснованность принятого по делу постановления и правильности выводов суда апелляционной инстанции, а свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными судом апелляционной инстанции обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку.

Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 АПК РФ.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом апелляционной инстанции фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

При рассмотрении дела и вынесении обжалуемого судебного акта суд апелляционной инстанции нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемого судебного акта, кассационной инстанцией не установлено. Нормы материального права применены правильно.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа




ПОСТАНОВИЛ:

постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.11.2023 по делу № А57-18568/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину по кассационной жалобе в размере 3000 руб.

Поручить Арбитражному суду Саратовской области выдать исполнительный лист.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке и сроки, установленные статьями 291.1., 291.2. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий судья Н.Ю. Мельникова


Судьи М.М. Сабиров


А.Р. Кашапов