Решение от 8 июня 2018 г. по делу № А45-8050/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А45-8050/2018
г. Новосибирск
09 июня 2018 года
Резолютивная часть решения объявлена 05 июня 2018 года.

Полный текст решения изготовлен 09 июня 2018 года.

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Шевченко С.Ф., при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1, рассмотрел в судебном заседании дело по иску

общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «МИКС Инжиниринг» (ОГРН <***>), г. Москва,

к обществу с ограниченной ответственностью «Гидроснаб (Торговый дом Новосибирского машиностроительного завода)» (ОГРН <***>),

г. Новосибирск,

о взыскании 515989,72 руб.,

при участии в судебном заседании представителей:

от истца: не явился (извещен);

от ответчика: ФИО2 (по доверенности от 12.12.2017),

Общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «МИКС Инжиниринг» (далее – истец, покупатель) обратилось в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью обществу с ограниченной ответственностью «Гидроснаб (Торговый дом Новосибирского машиностроительного завода)» (далее – ответчик, поставщик) 85339,75 руб. договорной неустойки за нарушение сроков поставки за период с 15.06.2017 по 27.11.2017 из расчёта 0,1% за каждый день просрочки, 430649,97 руб. убытков, связанных с неисполнение поставщиком обязательств по договору, 45000 руб. судебных расходов, связанных с организацией судебной защиты.

Ответчик правопритязания истца отклонил, ссылаясь на отсутствие правовых оснований для удовлетворения иска.

Истец явку представителя в судебное заседание не обеспечил.

Дело рассматривается по имеющимся в нем доказательствам в порядке, обусловленном частями 1 - 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителя истца, извещенного надлежащим образом о времени и месте судебного заседания в соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Рассмотрев имеющиеся в деле доказательства, заслушав пояснения ответчика, арбитражный суд установил следующее:

Между ООО «НПП «МИКС Инжиниринг», в качестве покупателя и ООО «ФИО3 НМЗ» (поставщик) заключен Договор № 56/17 от 18 мая 2017 г. на поставку продукции – CWS-320 Аппарат для очистки деталей гидравлических цилиндров.

По условиям Договора ответчик принял на себя обязательство по поставке истцу аппарата для очистки деталей гидравлических цилиндров стоимостью 540 125 руб., в количестве 1 шт., в срок ¾ месяца с даты поступления денежных средств на расчетный счет ответчика.

Стороны договорились, что оплата по Договору производится в два этапа: 50% предоплата в течение 5 дней с даты подписания договора, 50 % оплата в течение 5 дней с даты получения уведомления о готовности продукции к отгрузке.

Истцом в соответствии с Договором 24.05.2017 г. была произведена оплата в размере 50% - 270 062 руб. платёжным поручением № 225 от 23.05.2017 г.

По свидетельству истца, срок поставки продукции по Договору наступил 15.06.2017 г. (при условии что ¾ месяца = 23 дня (при расчете взято среднее количество дней в месяце, а именно 30 дней).

После получение 08.09.2017 г. от ответчика уведомления о готовности продукции к отгрузке 15.09.2017 г. (письмо исх. № 1250 от 08.09.2017г.) истцом 14.09.2017 г. была произведена оплата оставшихся 50% в размере - 270 062,50 руб. платёжным поручением № 433 от 14.09.2017 г.

По сообщению ответчика поставка товара предполагалась 15 сентября 2017 г., что не было исполнено.

Как указывает истец, он был вынужден направить в адрес ответчика претензию № 13/171 от 27.09.2017 (предусмотрено в пункте 7.2 Договора) с требованием произвести поставку оборудования в кратчайшие сроки и расчетом пеней по договору.

Договором поставки от 18 мая 2017г. № 56/17 установлен срок для ответа на претензию для обязательного досудебного претензионного порядка урегулирования споров, в п. 7.2. Договора указывается, что срок ответа на претензию составляет 14 дней с даты её получения её.

05 октября 2017 г. истцом было направлено ответчику требование о соблюдении условий Договора. Данное требование также было оставлено ответчиком без ответа.

И претензия и требование о соблюдении условий договора, по свидетельству истца, были направлены ответчику в соответствии с условиями п. 7.2. Договора, а также продублированы по электронной почте на адреса: info@nskmz.ru, 1004@nskmz.ru, 8101@nskmz.ru, 8205@nskmz.ru.

Ответчик направил истцу предложение о заключении дополнительного соглашения о поставке товара по Договору частями. В связи с тем, что все сроки поставки истекли истец согласился на поставку товара частями и подписал данное Дополнительное соглашение 05.10.2017 г.

Первую часть Товара истец получил 19 октября 2017 г., что подтверждается транспортной накладной № Мск100259895 от 19.10.2017 г.

Вторую часть товара Истец получил 27 октября 2017 г., что подтверждается транспортной накладной № Мск 2102306771 от 27.10.2017 г.

После поступления Товара в полном объеме истцом был подписан универсальный передаточный документ (УПД) от 10 октября 2017 г № 1204.

В соответствии с условиями п. 6.3. Договора за нарушение сроков поставки продукции покупатель вправе требовать с поставщика уплаты неустойки (пени) в размере 0,1 % от стоимости не поставленной в срок продукции за каждый день просрочки.

На 27.11.2017 г. данная неустойка составила:

540 125 * 0,1% * 158 дней = 85 339,75 руб.

Истец указывает, что в результате невыполнения в срок ответчиком своих обязательств ООО «НПП «МИКС Инжиниринг» понесло существенные убытки, так как закупленное у ответчика оборудование входит в состав «Испытательного комплекса», поставляемого ООО «НПП «МИКС Инжиниринг» в АО «Архангельскгеолдобыча», в рамках заключенного между ними Договора № 693/2 от 13.03.2017 г. на сумму 4 949 999,70 руб.

«Испытательный комплекс» состоит из:

- стенда для ремонта и обслуживания гидравлических цилиндров (изготовитель ООО «ГИДРОСПЕЦСТЕНД»);

- аппарата для предварительного испытания гидравлических цилиндров (изготовитель ООО «ГИДРОСПЕЦСТЕНД»);

- аппарата для очистки деталей гидравлических цилиндров (изготовитель ООО «ФИО3 НМЗ»).

Стенд для ремонта и обслуживания гидравлических цилиндров и аппарат для предварительного испытания гидравлических цилиндров были изготовлены другим субподрядчиком (ООО «ГИДРОСПЕЦСТЕНД») в июле 2017 г., после чего истцом и ООО «ГИДРОСПЕЦСТЕНД» была проведена предварительная сдача-приемка оборудования представителям АО «Архангельскгеолдобыча», по итогам, которой замечаний по качеству оборудования у АО «Архангельскгеолдобыча» не имелось, что подтверждается актом предварительной сдачи-приемки оборудования от 11.07.2017 г. и товарной накладной между истцом и ООО «ГИДРОСПЕЦСТЕНД» № 15 от 15.08.2017 г.

Срок поставки «испытательного комплекса» по Договору № 693/2 от 13.03.2017г. для АО «Архангельскгеолдобыча» до 09.09.2017 г.

По утверждению истца, несмотря на многочисленные обращения с его стороны в адрес ответчика с просьбой отгрузить аппарат для очистки деталей гидравлических цилиндров, отгрузка произведена не была.

Истец указывает, что срок своевременной поставки продукции по Договору с ООО «ФИО3 НМЗ» наступил 15.06.2017 г.

Истец со своей стороны пытался минимизировать последствия от несвоевременной поставки «испытательного комплекса» для АО «Архангельскгеолдобыча».

Со стороны истца в адрес АО «Архангельскгеолдобыча» были направлены запросы о разрешении поставки оборудования по Договору № 693/2 от 13.03.2017 г. частями, а именно отгрузить уже имеющееся оборудование у ООО «НПП «МИКС Инжиниринг» (стенд для ремонта и обслуживания гидравлических цилиндров и аппарат для предварительного испытания гидравлических цилиндров) на общую сумму 4 115 500 руб., что подтверждается письмами ООО «НПП «МИКС Инжиниринг» за исх. № 13/141 от 14.08.2017 г. и № 13/150 от 30.08.2017 г.

В ответ поступило письмо от АО «Архангельскгеолдобыча» исх. № 10-20870 от 06.09.2017 г. о том, что оборудование должно быть поставлено в полном объеме и в сроки установленные договором. После получения данного ответа истец снова направил ответчика запрос на конкретизацию сроков поставки аппарата для очистки деталей гидравлических цилиндров (письмо исх. № 13/155 от 06.09.2017 г.) и получил ответ о поставке оборудования до 15.09.2017 г., хотя по факту оно было в дальнейшем поставлено лишь 27.10.2017 г.

В итоге из-за срыва сроков, поставки аппарата для очистки деталей гидравлических цилиндров, поставляемый ООО «ФИО3 НМЗ» на 158 дней, ООО «НПП «МИКС Инжиниринг» было вынуждено поставить «испытательный комплекс» в АО «Архангельскгеолдобыча» вместо 09.09.2017 г (крайний срок по договору) 07.11.2017 г., что подтверждено товарной накладной от 01.11.2017 № 14.

Со стороны АО «Архангельскгеолдобыча» в адрес ООО «НПП «МИКС Инжиниринг» поступила претензия о нарушении сроков поставки от 13.12.2017 г № 12-2884а на сумму 430 649,97 руб., которую ООО «НПП «МИКС Инжиниринг» удовлетворило в добровольном порядке перечислив сумму неустойки 19.01.2018 г. платежным поручением от 19.01.217 № 7.

По мнению ООО «НПП «МИКС Инжиниринг» появление данных убытков является прямым следствием нарушением обязательств по Договору № 56/17 от 18.05.2017 со стороны ООО «ФИО3 НМЗ».

19.01.2018 г. истец направил ответчику претензию № 13/09, в которой требовал выплаты не только неустойки за просрочку поставки, но и возмещения, понесенных истцом убытков.

Полагая свои права нарушенными несвоевременным исполнением ответчиком условий договора и с целью восстановления имущественной сферы, истец обратился за судебной защитой с рассматриваемыми требованиями.

В обоснование своей правовой позиции истец ссылается на статьи 309, 310, 486 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Организуя защиту против иска, ответчик апеллировал к следующим обстоятельствам:

1. Истцом неправильно исчислены сроки поставки в ¾ месяца (23 дня), тогда как стороны при заключении Договора поставки № 56/17 от 18.05.2017 договорились о поставке товара через 3-4 месяца.

2. Нарушение сроков поставки составило 15 дней за период с 25.09.2017 по 10.10.2017.

3. Возникновение убытков истца связано с его предпринимательским рисками и не может быть возложено на ответчика.

4. Судебные расходы, связанные с организацией судебной защиты чрезмерны исходя из существа спора и планируемого по его исходу позитивного юридического результата.

Определив предмет доказывания в рамках настоящего дела, проанализировав доводы истца, сопоставив их с нормами действующего законодательства, проверив их обоснованность, арбитражный суд пришел к убеждению о правомерности требований истца в части, при этом суд исходит из следующего:

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со статьями 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

По общему правилу только надлежащее исполнение обязательств прекращает обязательство (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 506 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Согласно пункту 1 статьи 516 Гражданского кодекса Российской Федерации покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки. Если соглашением сторон порядок и форма расчетов не определены, то расчеты осуществляются платежными поручениями.

Применительно к сроку поставки по Договору от 18.05.2017 судом установлено следующее:

В силу нормы статьи 190 Гражданского кодекса Российской Федерации установленный законом, иными правовыми актами, сделкой или назначаемый судом с рок определяется календарной датой или истечением периода времени, который исчисляется годами, месяцами, неделями, днями и часами.

Согласно пункту 3 статьи 192 Гражданского кодекса Российской Федерации срок, исчисляемый месяцами, истекает в соответствующее число последнего месяца срока.

Срок, определённый в полмесяца, рассматривается как срок, исчисляемый днями, и считается равным пятнадцати дням.

Обычаем признаётся сложившееся и широко применяемое в какой-либо области предпринимательской или иной деятельности, не предусмотренное законодательством правило поведения, независимо от того, зафиксировано в каком-либо документе (пункт 1 статьи 5 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В обычаях делового оборота неизвестна методика исчисления срока исполнения обязательства в ¾ месяца.

Истец ошибочно полагает, что спецификацией № 1 от 23.05.2018, являющей Приложением № 1 к Договору № 56/17 от 18 мая 2017 года сторонами согласован срок поставки в ¾ месяца, тогда как срок поставки стороны согласовали 3-4 месяца, исходя из возможности получения от контрагента деталей и изготовления товара (сложного оборудования).

В этой связи суд полагает убедительной позицию ответчика о приблизительности срока исполнения обязательства в 3- 4 месяца.

Новая 2006 года редакция «Правил русской орфографии и пунктуации» отразила и регламентировала распространившееся использование косой черы, отнеся её вместе с апострофом и дефисом) в новую категорию «небуквенных орфографических знаков».

Согласно параграфу 114 новых «Правил», знак «косая черта» применяется в научной и деловой речи. Он употребляется, в числе прочего, в функции, близкой к союзам «и» и «или», как знак альтернативности понятий или обозначения единого сложного понятия. В этой функции может употребляться не только косая черта, но и дефис.

По указанным причинам суд полагает, что стороны согласовали срок поставки в 3-4 месяца и последним днём исполнения обязательства по поставке по Договору № 56/17 от 18 мая 2017 года является 25.09.2017 (с учётом перечисления денежных средств 24.05.2017, получения их ответчиком 25.05.2017 + 4 месяца).

Как следует из пункта 2 Спецификации покупатель производит предоплату 50% в течение 5-ти дней с даты подписания договора, 50% оплата в течение 5-ти дней с даты получения уведомления о готовности продукции к отгрузке.

Первая половина стоимости товара оплачена истцом 24.05.2017, следовательно, обязательство по поставке с учётом истечения крайнего срока, согласованного сторонами наступает 25.09.2017.

Исходя из буквального содержания писем истца от 30.08.2017 и 06.09.2017 вх. 13/55, суд приходит к выводу о том, что планировал получение товара именно в срок до 29.09.2017, но просил рассмотреть возможность отгрузки аппарата в связи с производственной необходимостью до 05.09.2018.

Вторая половина оплаты произведена истцом 14.09.2017 без учёта применённых им при обращении за судебной защитой сроком в ¾ месяца поставки.

С учётом Дополнительного соглашения от 05.10.2017 к Договору поставки № 56/17 от 18 мая 2017 года стороны согласовали поставку товара частями как CWS-320 Аппарат для очистки деталей гидравлических цилиндров и отдельно вращатель к CWS-320 Аппарат для очистки деталей гидравлических цилиндров, дополнив Спецификацию № 1 к Договору пунктом 8.

В пункте 2.1. Договора поставки № 56/17 от 18 мая 2017 года стороны предусмотрели, что датой поставки признаётся дата сдачи продукции транспортной компании (перевозчику, указанному Покупателем) для перевозки Покупателю.

CWS-320 Аппарат для очистки деталей гидравлических цилиндров был передан перевозчику ООО «РАТЭК» для доставки истцу 10.10.2017, что следует из транспортной накладной НСкФ1011758897 от 10.10.2017 г. (транспортная накладная № Мск100259895 от 19.10.2017 г. о доставке товара истцу).

Вращатель к CWS-320 Аппарат для очистки деталей гидравлических цилиндров передан перевозчику – ООО «РАТЭК» 18.10.2017, что следует из УПД 1204 от 10.10.2017 г. и транспортной накладной НскФ1011764018 от 18.10.2017 (транспортная накладная № Мск 2102306771 от 27.10.2017 г. о доставке товара истцу). Это была допоставка вращателя к аппарату.

Таким образом, передача товара перевозчику состоялась 10.10.2017 года и 18.10.2017 года.

Поскольку использование CWS-320 Аппарата для очистки деталей гидравлических цилиндров без вращателя невозможно, суд признаёт ошибочными доводы ответчика об исполнении обязательства в момент передачи перевозчику первой части товара.

При таких обстоятельствах суд полагает полностью исполненным обязательство по поставке в момент передачи оставшейся части оборудования, необходимого для его эксплуатации.

В такой ситуации согласие истца на поставку товара по частям не имеет правового значения для исполнения обязательства.

Исходя из обычаев делового оборота, обязательство по поставке считается исполненным после отгрузки последней части товара, входящей в комплект.

Доводы ответчика о том, что согласование условия о поставке товара по частям исключает возможность предъявления претензий по некомплектности товара, суд полагает неубедительными исходя из логики правоотношения поставки.

Кроме того, поскольку стоимость вращателя стороны в Дополнительном соглашении отдельно от самого аппарата не выделили, следовательно, признали его необходимым условием комплектности товара и исполнение обязательства только в случае поставки товара в комплекте со вращателем.

Вследствие изложенного, суд полагает исполненным обязательство по поставке в полном объёме 18.10.2017.

С учётом того, что в Спецификации № 1 стороны предусмотрели поставку в течение 3-4 месяцев с даты поступления денежных средств на расчётный счёт поставщика (также в полном объёме – зачислены 24.05.2017) суд полагает сроком исполнения обязательства 25.09.2017.

Таким образом, ответчиком допущена просрочка в поставке за период с 25.09.2017 по 18.10.2017 = 23 дня.

Пунктом 6.3. Договора стороны предусмотрели возможность взыскания с поставщика неустойки (пени) в размере 0,1% от стоимости непоставленной в срок продукции за каждый день просрочки.

Разрешая вопрос о взыскании с ответчика договорной неустойки, суд пришёл к следующему:

В силу статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В соответствии с пунктом 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

В соответствии со статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Из указанной нормы следует, что уменьшение размера неустойки является правом, но не обязанностью суда.

В соответствии с положениями статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане свободны в заключении договора.

Риск наступления данной ответственности напрямую зависит от действий самого ответчика.

Виновная в неисполнении обязательства сторона – ответчик должна претерпеть неблагоприятные последствия взыскания с нее неустойки в разумных пределах соответственно размеру неисполненного обязательства за период начисления неустойки.

Как следует из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 71 Постановления Пленума от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

Ответчик о несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства не заявлял, защищаясь со ссылкой на иной период просрочки.

При таких обстоятельствах основания для уменьшения подлежащей взысканию неустойки в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется.

В рассматриваемом случае требование истца о взыскании неустойки при нарушении срока оплаты товара в размере 0,1% от суммы задолженности за каждый день просрочки, суд находит соответствующими требованиям статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации и условиям договора (пункт 6.3) в сумме 12422,88 руб. договорной неустойки за период с 25.09.2017 по 18.10.2017 (540125 руб. х 0,1% х 23 =12422,88 руб.) и удовлетворяет требования истца в указанной части.

Применительно к требованиям истца о взыскании убытков в сумме 430649,97 руб., сумма которых представляет из себя уплаченную истцом контрагенту договорную неустойку, суд исходит из следующего.

Договор поставки товара № 693/2 от 13.03.2017 заключён истцом с АО «АРХАНГЕЛЬСКГЕОЛДОБЫЧА» задолго до формирования спорного правоотношения, возникшего между истцом и ответчиком.

С учётом условий согласованных сторонами в Спецификации № 1 (приложение к Договору поставки № 693/2 от 13.03.2017) срок поставки спорного товара принимается в 180 календарных дней с даты подписания договора, то есть в спорной правовой ситуации – не позднее 13 сентября 2017 года.

Согласовывая сроки поставки в спецификации, истец до 13.09.2017 неосмотрительно вступил в правоотношения с ответчиком со сроком исполнения обязательства в течение 3-4 х месяцев, где крайний срок исполнения обязательства наступает 25.09.2017. Протокола разногласий с указанием иного срока исполнения обязательства истцом к договору с ответчиком не представлено.

В такой ситуации истец мог и должен был предполагать, что исполнение им обязательства перед АО «АРХАНГЕЛЬСКГЕОЛДОБАЧА» неизбежно зависит от добросовестности и возможностей осуществления поставки его контрагентом – ответчиком.

Оплачивая договорную неустойку в сумме 430649,97 руб. платёжным поручением № 7 от 19.01.2018 по претензии АО «АРХАНГЕЛЬСКГЕОЛДОБАЧА» от 13.12.2017, где договорная неустойка за просрочку поставки начислена за весь комплект товара, несмотря на то, что цена неисполненного ответчиком в срок обязательства составляет 540125 руб. (около 11% от стоимости товара, полученного от других поставщиков).

Истец утверждает, что под угрозой судебного преследования им добровольно перечислена начисленная АО «АРХАНГЕЛЬСКГЕОЛДОБАЧА» неустойка.

Оплаченную контрагенту неустойку истец оценивает в качестве убытков и настаивает на возмещении их за счёт ответчика.

В силу статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации возмещение убытков является одним из способов защиты гражданских прав.

Согласно пункту 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

Применение положений Гражданского кодекса Российской Федерации о возмещении убытков разъяснено в Постановлениях Пленума Верховного Суда №№ 25 и 7.

В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 указано, что, применяя статью 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

В пункте 12 приведенного постановления разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 7 по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исследовав доводы сторон относительно указанных убытков, суд пришёл к выводу о том, что истец, являясь коммерческой организацией, в соответствии со статьей 2 Гражданского кодекса Российской Федерации осуществляет предпринимательскую деятельность на свой риск, а, следовательно, заключая договор с одной стороны с АО «АРХАНГЕЛЬСКГЕОЛДОБЫЧА» задолго до формирования спорного правоотношения и не зная возможностей ответчика, а с другой стороны с ответчиком договор на настоящих условиях, исходя из принципа свободы договора (в том числе учитывая установленный пунктом 6.4 Договора поставки № 56/17, где размер ответственности ограничен толь ко взысканием неустойки), и оплачивая неустойку без принятия разумных мер для ее снижения, мог и должен был предположить и оценить возможность возникновения отрицательных последствий этого. Вместе с тем ответчик, не являясь стороной указанного договора, не имел возможности повлиять на размер неустойки, ставка которой существенна и составляет почти 80% от стоимости поставленного ответчиком оборудования.

Учитывая изложенное, доводы истца о наличии оснований для возмещения его убытков, составляющих сумму пени, выплаченной им своему контрагенту, отклонены судом по причине их необоснованности.

В силу указанного суд находит требования истца о взыскании убытков не подлежащими удовлетворению и отказывает в этой части исковых требований.

Истец требует взыскания с ответчика 45000 руб. судебных расходов, связанных с организацией судебной защиты.

Требования истца о распределении судебных расходов обоснованы Договором на оказание юридических услуг №02/2017 от 25.09.2017 с физическим лицом – ФИО4, где предметом договора является досудебное урегулирование спора и судебная работа по разрешению спорной правовой ситуации, в том числе, участие в судебных заседаниях суда первой, апелляционной, кассационной и надзорной инстанций, а также сопровождение исполнительного производства); расходным кассовым ордером № 7 от 26.09.2017 на сумму 13500 руб. и расходным кассовым ордером от 14.03.2018 на сумму 31500 руб.

Заявленные истцом расходы соответствует критериям, определённым для них в положениях статей 101, 106 и 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и с учётом части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также пункта 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 21.01.2016 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворённых требований.

В рассматриваемом случае из суммы исковых требований о взыскании 515990 руб. (из которых 430649,97 руб. убытков и 85339,75 руб. договорной неустойки) судом взыскано только 12422,88 руб. неустойки, что составляет 2,4% от общего размера требований.

Соответственно, судебные издержки, связанные с организацией судебной защиты подлежат взысканию с ответчика в сумме 1080 руб. (45000 руб. х 2,4%= 1080 руб.).

По результатам рассмотрения спора государственная пошлина подлежит отнесению на ответчика пропорционально удовлетворённым требованиям на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании объявлялся перерыв с 29 мая 2018 года до 14 часов 10 минут 05 июня 2018 года.

Руководствуясь статьями 106, 110, 112, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «МИКС Инжиниринг» удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Гидроснаб (Торговый дом Новосибирского машиностроительного завода)» (ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «МИКС Инжиниринг» (ОГРН <***>) 12422,88 руб. договорной неустойки за период с 25.09.2017 по 18.10.2017 из расчёта 0,1% за каждый день просрочки и 2000 руб. государственной пошлины.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу.

В остальной части требований отказать.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия.

В суд кассационной инстанции решение подлежит обжалованию при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.


Судья

С.Ф. Шевченко