Решение от 24 июня 2019 г. по делу № А40-9925/2019

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А40-9925/19-76-85
г. Москва
24 июня 2019 года
Резолютивная часть решения объявлена 20 июня 2019 года

Полный текст решения изготовлен 24 июня 2019 года

Арбитражный суд г. Москвы

в составе судьи Н.П. Чебурашкиной

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ООО «Зернотрейд»

к АО «ВЭБ-лизинг»

о взыскании по договору лизинга № Р13-27528-ДЛ от 22.10.2013 неосновательного обогащения в размере 151 936 руб. 51 коп.,


при участии

от истца: ФИО2, конкурсный управляющий, определение от 20.09.2018;

от ответчика: ФИО3, по дов. № б/н от 22.01.2019;

У С Т А Н О В И Л:

ООО «Зернотрейд» обратилось с иском о взыскании с АО «ВЭБ-лизинг» по договору лизинга № Р13-27528-ДЛ от 22.10.2013 неосновательного обогащения в размере 151 936 руб. 51 коп.

Рассмотрев материалы дела, выслушав доводы сторон, суд установил, что предъявленные требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 22.10.2013 между АО «ВЭБ-лизинг» (далее – лизингодатель) и ООО «Зернотрейд» (далее – лизингополучатель) заключен договор лизинга № Р13-27528-ДЛ (далее – договор лизинга), по условиям которого лизингодатель обязался приобрести в собственность и предоставить плату за временное владение и пользование для предпринимательских целей с правом последующего приобретения права собственности на имущество – Прицеп 852911А, 2013 года выпуска (далее – предмет лизинга).

Решением Арбитражного суда Курской обл. по делу № А35-6887/2015 от 19.05.2016 ООО «Зернотрейд» признано несостоятельным (банкротом). Определением Арбитражного суда Курской обл. по делу № А35-6887/2015 конкурсным управляющим утверждена ФИО2 – член «НП СОПАУ «Альянс управляющих» (3500125, <...>).

В соответствии с пунктом 3.2. договора лизинга, пунктом 2.3.1. Общих условий договора лизинга, лизингополучатель обязан выплачивать лизинговые платежи в размерах и в сроки, установленные графиком платежей.

05.02.2015 ответчиком в адрес истца направлено уведомление о расторжении договора лизинга на основании пункта 5.2.5 Общих условий договора лизинга, ст. 450.1 ГК РФ и на основании принятого решения о расторжении договора лизинга, с указанием необходимости погашения задолженности по договору лизинга и возврата предмета лизинга.

В соответствии с пунктом 5.3. Общих условий договора лизинга, момент расторжения договора определяется моментом направления уведомления о расторжении договора. Таким образом, договор лизинга был расторгнут 05.02.2015.

Предмет лизинга был возвращен лизингодателю 01.04.2015, что подтверждается актом изъятия предмета лизинга.

Согласно Постановлению Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее – Постановление Пленума ВАС РФ № 17), расторжение договора, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ. Расторжение договора порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон, совершенные до момента расторжения (сальдо встречных обязательств), определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой. При этом расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (ст. 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций. Расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной из них в отношении другой стороны в соответствии со следующими правилами. Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового платежа) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу. Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу. Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п.

Указанная в пунктах 3.2 и 3.3 Постановления Пленума ВАС РФ № 17 стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга - при возврате предмета лизинга лизингодателю исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика.

Плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не определена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между общим размером платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора по следующей формуле:


где: ПФ - плата за финансирование (в процентах годовых);

П - общий размер платежей по договору лизинга;

А - сумма аванса по договору лизинга;

Ф - размер финансирования;

С/дн - срок договора лизинга в днях.

Из представленного истцом расчета сальдо встречных обязательств по договору лизинга следует, что на стороне ответчика сформировалась задолженность в виде неосновательного обогащения в размере 151 936 руб. 51 коп.

Направленная истцом в адрес ответчика претензия исх. № 3349-10/18 от 11.10.2018 с требованием перечислить сумму неосновательного обогащения оставлена ответчиком без ответа и исполнения.

АО «ВЭБ-лизинг», не признав предъявленные требования, ссылается на то, что представленный ООО «Зернотрейд» расчет сальдо встречных обязательств арифметически ошибочен и противоречит методике, изложенной в постановлении Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 г. № 17 «Об отдельных вопросах связанными с договором выкупного лизинга», истцом неверно определен срок фактического пользования предоставленным финансированием, неверно рассчитана сумма внесенных лизингополучателем платежей, плата за период фактического пользования финансированием, не учтены убытки лизингодателя, задолженность по договору лизинга и начисленные на нее проценты, неверно определена стоимость возвращенного предмета лизинга.

Пунктом 3.3 Постановления Пленума ВАС РФ № 17 установлено, что плата за финансирование взимается за время до фактического возврата этого финансирования.

Поскольку финансирование лизингополучателя лизингодателем осуществляется в денежной форме, путем оплаты имущества по договору купли-продажи, возвратом финансирования является дата фактического возврата указанного финансирования в денежной форме, т.е. дата возврата финансирования не может быть ранее даты реализации изъятого имущества.

Как указал Конституционный суд Российской Федерации в постановлении от 20.07.2011 № 20-П по делу о проверке конституционности положений пункта 4 статьи 93.4 Бюджетного Кодекса Российской Федерации, части 6 статьи 5 Федерального закона «О внесении изменений в Бюджетный Кодекс Российской Федерации в части регулирования бюджетного процесса и приведении в соответствие с бюджетным законодательством Российской Федерации отдельных законодательных актов Российской Федерации» и статьи 116 Федерального закона «О Федеральном бюджете на 2007 года» в связи с запросом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, лизингодатель при помощи финансовых средств оказывает лизингополучателю своего рода финансовую услугу, приобретая имущество в свою собственность и передавая его во владение и пользование лизингополучателю, а стоимость этого имущества возмещая за счет периодических лизинговых платежей, образующих его доход от инвестиционной деятельности.

Таким образом, имущественный интерес лизингодателя в договоре выкупного лизинга заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств.

По смыслу ст.ст. 665 и 624 ГК РФ, ст. 2 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее – Закон о лизинге) применительно к лизингу с правом выкупа законный имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении денежных средств (посредством приобретения в собственность указанного лизингополучателем имущества и предоставления последнему этого имущества за плату), а интерес лизингополучателя - в пользовании имуществом и последующем его выкупе. Если лизингополучатель не выплатил лизингодателю все лизинговые платежи, имущественный интерес лизингодателя в размещении денежных средств нельзя признать удовлетворенным.

Согласно позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации № 222-О от 04 февраля 2014 года «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы общества с ограниченной ответственностью «Балтийский лизинг» на нарушение конституционных прав и свобод пунктом 3 статьи 421, пунктом 1 статьи 454, пунктом 1 статьи 624, пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации и пунктом 1 статьи 19 Федерального закона «О финансовой аренде (лизинге)», исходя из ст.ст. 1 и 421 ГК РФ, принцип свободы договора предполагает добросовестность действий сторон, разумность и справедливость его условий, включая их соответствие действительному экономическому смыслу заключаемого соглашения.

Договором финансовой аренды (лизинга) может быть закреплено, что предмет лизинга переходит в собственность лизингополучателя по истечении срока договора лизинга или до его истечения на условиях, предусмотренных соглашением сторон (пункт 1 ст. 19 Закона о лизинге). Такой подход основан на общих положениях об аренде, содержащихся в ст. 624 ГК РФ, согласно которой в законе или договоре аренды может быть установлено, что арендованное имущество переходит в собственность арендатора по истечении срока аренды или до его истечения при условии внесения арендатором всей обусловленной договором выкупной цены (пункт 1); если условие о выкупе арендованного имущества не предусмотрено в договоре аренды, оно может быть установлено дополнительным соглашением сторон, которые при этом вправе договориться о зачете ранее выплаченной арендной платы в выкупную цену (пункт 2).

Применительно к договору финансовой аренды (лизинга) с правом выкупа имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении денежных средств (посредством приобретения в собственность указанного лизингополучателем имущества и предоставления последнему этого имущества за плату), а интерес лизингополучателя - в пользовании имуществом и последующем его выкупе, иными словами, целью сторон такого договора является приобретение лизингополучателем предмета лизинга за счет лизингодателя на определенных договором условиях.

Общая сумма платежей по договору лизинга за весь срок действия договора лизинга, именуемая в соответствии со ст. 28 Закона о лизинге лизинговыми платежами, помимо возмещения затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю, с оказанием других предусмотренных договором лизинга услуг, а также дохода лизингодателя, может включать выкупную цену предмета лизинга (если договором лизинга предусмотрен переход права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю), становясь, таким образом, по своей экономической сути не только платой за владение и пользование имуществом, но и возвратом финансирования с уплатой соответствующего вознаграждения.

Лизингодатель, приобретая имущество в свою собственность при помощи финансовых средств (в том числе бюджетных) и передавая его во владение и пользование лизингополучателю (ст. 11), оказывает лизингополучателю своего рода финансовую услугу, при этом он возмещает стоимость данного имущества за счет поступающих от лизингополучателя периодических лизинговых платежей, образующих его дохой от такой инвестиционной деятельности; за лизингодателем также признается право на бесспорное взыскание просроченных лизинговых платежей (ст. 13); по окончании срока действия договора предусмотрен возврат предмета лизинга (если иное не предусмотрено договором) или его приобретение лизингополучателем в собственность на основании договора купли-продажи (ст. 15).

Поскольку договор лизинга опосредует передачу имущества, а одной из главных обязанностей лизингодателя является именно обязанность передать имущество, законодатель включил соответствующие нормы в параграф «Б» главы 34 «Аренда» ГК РФ, исходя из того, что обособление норм о договоре лизинга, совпадающим по ряду своих элементов с договором аренды, приводило бы в значительной степени к дублированию норм об аренде.

Определяя в соответствии со ст. 431 ГК РФ общую волю сторон договора на основе установления обстоятельств, касающихся его заключения и исполнения (в том числе предшествующих переговоров, переписки, практики, установившейся во взаимных отношениях сторон, последующего их поведения, а также обычаев делового оборота), и осуществляя судебную квалификацию сделки с учетом соотношения формы и реального юридического содержания лизинговых правоотношений, арбитражные суды при толковании условий конкретных сделок, включая определение выкупной цены при досрочном расторжении договора и изъятии предмета лизинга, а также соотнесение полученных лизингодателем выплат с его вложениями в приобретение предмета лизинга и распределение рисков и убытков между сторонами договора лизинга, призваны исходить из необходимости поиска сбалансированного решения, учитывающего интересы как лизингодателей, так и лизингополучателей.

Исходя из системного толкования указанных положений, финансирование представляет собой денежную сумму, предоставленную («инвестированную») лизингодателем лизингополучателю в интересах последнего. При этом моментом возврата финансирования необходимо считать момент возврата лизингодателю денежных средств.

К отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

По общему правилу, в договоре выкупного лизинга имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя - в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем.

Согласно постановления Пленума ВАС РФ № 17, расторжение договора, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

Расторжение договора порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон, совершенные до момента расторжения (сальдо встречных обязательств), определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.

При этом расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (ст. 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций. Расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной из них в отношении другой стороны в соответствии со следующими правилами.

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового платежа) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п.

Указанная в пунктах 3.2 и 3.3 Постановления Пленума ВАС РФ № 17 стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга - при возврате предмета лизинга лизингодателю исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика.

Расчет истца не включает неустойку и убытки, понесенные лизингодателем в связи с реализацией предмета лизинга.

Учитывая данные обстоятельства, ответчиком представлен контррасчет сальдо встречных обязательств, из которого следует, что общий размер платежей по договору лизинга составляет 1 073 943 руб. 92 коп.

Авансовый платеж составляет 164 000 руб.

Сумма платежей без учета авансового платежа составляет 909 943 руб. 92 коп.

Стоимость предмета лизинга составляет 820 000 руб.

Убытки Лизингодателя, а также иные предусмотренные законом или договором санкции, составляют 80 436 руб. 38 коп.

Пени составляют 18 474 руб. 92 коп.

Расходы, связанные с хранением предмета лизинга составляют 47 700 руб.

Расходы, связанные с пролонгацией страхования предмета лизинга составляют 14 261 руб. 46 коп.

Размер предоставленного лизингополучателю финансирования составляет 656 000 руб.

Плата за финансирование в процентах годовых – 13,0106%.

Срок договора лизинга – 1 086 дней.

Фактический срок финансирования – 839 дней.

Дата заключения договора лизинга – 22.10.2013.

Дата окончания договора лизинга – 12.10.2016.

Дата возврата финансирования – 08.02.2016.

Дата расторжения договора лизинга – 13.02.2015.

Дата изъятия предмета лизинга – 01.04.2015.

Плата за фактический срок финансирования составляет 196 187 руб. 02 коп.

Полученные лизингодателем лизинговые платежи (за исключением аванса) составляют 297 456 руб. 77 коп.

Стоимость возвращенного предмета лизинга составляет 314 000 руб.

Таким образом, разница между суммами, на которые вправе претендовать лизингодатель, и фактически полученными от лизингополучателя суммами (с учетом суммы продажи изъятого имущества) составляет 321 166 руб. 63 коп. и является убытком лизингодателя, что исключает факт неосновательного обогащения на стороне ООО «Зернотрейд».

Довод истца о том, что стоимость, по которой лизингодатель реализовал предметы лизинга является явно заниженной не принимаются судом по следующим основаниям.

В соответствии с п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ № 17, стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порче предмета лизинга (по общему правилу ст. 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга, либо на основании отчета оценщика.

При этом сумма продажи, полученная лизингодателем от реализации изъятого имущества, имеет приоритетное значение для целей расчета сальдо встречных обязательств, так как именно указанная сумма свидетельствует о размерах фактического возврата предоставленного финансирования в денежной форме, что подтверждается сложившейся судебной практикой (Определение Верховного Суда РФ от 28.06.2016 г. № 305-ЭС16-7931, Определение Верховного Суда РФ от 03.03.2016 г. № 305-ЭС16-489).

Лизингополучатель может доказать, что при определении цены продажи предмета лизинга лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно, что привело к занижению стоимости предмета лизинга при расчете сальдо взаимных обязательств сторон. В таком случае суду при расчете сальдо взаимных обязательств необходимо руководствоваться, в частности, признанным надлежащим доказательством отчетом оценщика.

Между тем, в силу положений п. 5 ст. 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, при этом в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие неразумность и недобросовестность АО «ВЭБ-лизинг» при реализации транспортного средства.

Истцом не доказано, что у ответчика имелась реальная возможность реализации предмета лизинга как в более короткий срок, так и по более высокой цене.

Как разъяснено в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств», риски изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону, неисполнение или ненадлежащее исполнение договора которой повлекло его досрочное прекращение.

Поскольку договор расторгнут в связи с ненадлежащим исполнением лизингополучателем своих обязательств, лизингополучатель не может извлекать выгоду при определении сальдо, связанную с повышением цен на транспортное средство.

Представленный истцом в материалы дела отчет об определении рыночной стоимости транспортных средств № 1572 от 25 декабря 2018 года носит условный характер и подлежит оценке судом в совокупности с иными представленными в материалы дела доказательствами.

Рыночная цена по отчету истца превышает фактическую цену реализованного предмета лизинга всего на 15 %, что не свидетельствует о значительном занижении цены при реализации предмета лизинга с учетом срок эксплуатации предмета лизинга и наличия повреждений.

То обстоятельство, что привлеченный истцом оценщик иначе определил стоимость изъятого предмета лизинга само по себе не означает, что продажа предмета лизинга была вызвана неразумными действиями лизингодателя, а не состоянием рынка и сложившимся на нем спросом. Указанная правовая позиция подтверждается постановлениями Московского Арбитражного суда Московского округа от 29.03.2016 по делу № А40-109299/2015, от 23.11.2016 по делу № А40-7463/2016.

Согласно п. 2.1. договору купли-продажи № Р13-27528-БУ от 08.02.2016 рыночная стоимость предмета лизинга по договору лизинга № Р13-27528-ДЛ составляет 314 000 руб.

На основании изложенного, требования истца о взыскании по договору № Р13-27528-ДЛ от 22.10.2013 неосновательного обогащения в размере 151 936 руб. 51 коп. являются незаконными, необоснованными и не подлежат удовлетворению.

На основании ст.ст. 309, 310, 450, 614, 619, 622, 625 ГК РФ, и руководствуясь ст.ст. 110, 123, 156, 167-171 АПК РФ арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Отказать ООО «Зернотрейд» во взыскании с АО «ВЭБ-лизинг» по договору лизинга № Р13-27528-ДЛ от 22.10.2013 неосновательного обогащения в размере 151 936 руб. 51 коп.

Взыскать с ООО «Зернотрейд» в доход федерального бюджета Российской Федерации государственную пошлину в размере 5 558 руб.



Решение может быть обжаловано в сроки и порядке, предусмотренные ст. 181, 257, 259, 273, 276 АПК РФ.


Судья Н.П. Чебурашкина