Решение от 20 октября 2020 г. по делу № А63-6147/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СТАВРОПОЛЬСКОГО КРАЯ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А63-6147/2020
г. Ставрополь
20 октября 2020 года
Резолютивная часть решения объявлена 14 октября 2020 года

Полный текст решения изготовлен 20 октября 2020 года

Арбитражный суд Ставропольского края в составе судьи Подфигурной И.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Гудзон», ОГРН <***>, ИНН <***>, г. Ставрополь к ФИО2, г. Ставрополь о взыскании 985 190 руб. убытков, 165 507 руб. 15 коп. процентов за период с 06.03.2018 по 23.08.2020, процентов с 24.08.2020 по день фактического исполнения решения, при участии в судебном заседании от истца – ФИО3 (директор), от ответчика – ФИО4 (ордер № С 162096), ФИО2 (лично),

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Гудзон» (далее – ООО «Гудзон», общество), обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к ФИО2 о взыскании 985 190 руб. убытков, 165 507 руб. 15 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 06.03.2018 по 23.08.2020, а также процентов по день фактической уплаты суммы долга. Для участия в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ФИО5 (жена ФИО2), ФИО6 (брат жены).

Исковые требования мотивированы тем, что ответчиком в период исполнения обязанностей единоличного исполнительного органа общества были совершены действия по перечислению с расчетного счета юридического лица денежных средств на счет физических лиц ФИО5 в размере 386 190 руб. и ФИО6 в размере 149 000 руб., также вступившим в законную силу судебным актом установлено, что ФИО2 получил денежные средства в размере 450 000 руб. от ООО «Зернопродукт Агро» путем внесения в кассу общества (дело № А63-20600/2019) и поскольку в обоснование получения денежных средств первичные документы ответчиком не представлены, денежные средства в общество не возвращены, истец считает, что действиями ответчика обществу причинены убытки, которые подлежат взысканию с ответчика.

Ответчик исковые требования не признал по доводам отзыва, указал, что возврат денежных средств обществу на общую сумму 535 190 руб. подтверждается имеющимися в материалах дела приходными кассовыми ордерами № 2 от 05.03.2018 на сумму 74 500 руб., № 3 от 06.03.2018 на сумму 74 500 руб., № 4 от 19.03.2018 на сумму 90 000 руб., № 5 от 20.03.2018 на сумму 90 000 руб., № 6 от 21.03.2018 на сумму 90 000 руб., № 7 от 22.03.2018 на сумму 90 000 руб., № 8 от 23.03.2018 на сумму 26 190 руб. В части возврата денежных средств в размере 450 000 руб. просил выслушать пояснения свидетеля ФИО7

07 октября 2020 года суд в порядке ст.163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ, Кодекс) объявил перерыв судебного заседания до 14.10.2020.

14 октября 2020 года судебное заседание продолжено.

После перерыва истец поддержал заявленные требования в полном объеме.

Ответчик просил вызвать свидетеля ФИО7 для дачи пояснения.

Ходатайство судом рассмотрено и отклонено на основании следующего.

Факт исполнения договора поставки не может подтверждаться показаниями свидетеля, поскольку свидетельские показания не являются первичными учетными документами, соответственно, не могут быть приняты в качестве надлежащего доказательства по делу.

Исследовав материалы дела, выслушав позицию лиц, участвующих в деле, суд считает, что иск подлежит частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ООО «Гудзон» зарегистрировано 27.10.2015 Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы России № 11 по Ставропольскому краю за основным государственным регистрационным номером <***>.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ основным видом деятельности общества является оптовая торговля зерном (код ОКВЭД 46.21.11).

С момента создания общества по 09.10.2018 директором общества являлся ФИО2

Решением № 3 от 26.07.2018 ФИО2 отстранен от занимаемой должности.

Сведения о ФИО3 как о директоре общества внесены в ЕГРЮЛ 09.10.2018 за регистрационным номером 261704382048.

В обоснование иска общество ссылается на следующие обстоятельства.

В период с 24.01.2018 по 13.03.2018 с расчетного счета ООО «Гудзон» на счет физического лица – ФИО5 было осуществлено четыре расходных операции на общую сумму 386 190 руб. с назначением платежа – оплата по договору беспроцентного займа № 1 от 22.01.2018.

19 февраля 2018 года с расчетного счета общества на счет физического лица – ФИО6 была проведена расходная операция на сумму 149 000 руб. с назначением платежа – оплата по договору беспроцентного займа от 19.02.2018.

Согласно предоставленным ФИО5 и ФИО6 сведениям, наличные денежные средства в общей сумме 535 190 руб. приняты директором ООО «Гудзон» ФИО2, о чем свидетельствуют приходные кассовые ордера № 2 от 05.03.2018 на сумму 74 500 руб., № 3 от 06.03.2018 на сумму 74 500 руб., № 4 от 19.03.2018 на сумму 90 000 руб., № 5 от 20.03.2018 на сумму 90 000 руб., № 6 от 21.03.2018 на сумму 90 000 руб., № 7 от 22.03.2018 на сумму 90 000 руб., № 8 от 23.03.2018 на сумму 26 190 руб.

Установленным вступившим в законную силу судебным актом по делу № А63-20600/2019, ООО «Зернопродукт Агро» через ФИО2 выдало денежные средства для погашения задолженности по договору поставки от 26.05.2017 № 1 в размере 450 000 руб. путем расходного кассового ордера от 07.03.2018 № 22.

Ответчик полученную сумму в размере 535 190 руб. обществу возвратил, в обоснование возврата ответчиком денежных средств представлены приходные кассовые ордера № 2 от 05.03.2018 на сумму 74 500 руб., № 3 от 06.03.2018 на сумму 74 500 руб., № 4 от 19.03.2018 на сумму 90 000 руб., № 5 от 20.03.2018 на сумму 90 000 руб., № 6 от 21.03.2018 на сумму 90 000 руб., № 7 от 22.03.2018 на сумму 90 000 руб., № 8 от 23.03.2018 на сумму 26 190 руб.

По утверждению истца, невозвращенная сумма подотчетных средств составила 985 190 руб. (535 190 руб. + 450 000 руб.), которую общество и просит взыскать с ответчика (с учетом уточнений в порядке ст. 49 АПК РФ).

Полагая, что встречное предоставление в отношении полученных подотчет денежных средств со стороны ФИО2 в интересах общества отсутствовало, истец обратился в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

Пунктом 1 ст. 11 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ, Кодекс) определено, что судебной защите подлежат оспоренные или нарушенные права.

Статьей 12 ГК РФ установлено, что защита нарушенных прав осуществляется, в том числе, путем возмещения убытков.

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными ст. 15 ГК РФ.

Статья 15 ГК РФ гласит, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу п. п. 1, 3 ст. 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами. Лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на единоличный исполнительный орган общества обязанностей заключаются не только в принятии им всех необходимых и достаточных мер для достижения максимального положительного результата от предпринимательской и иной экономической деятельности общества, но и в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на него действующим законодательством.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При этом не несут ответственности члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, голосовавшие против решения, которое повлекло причинение обществу убытков, или не принимавшие участия в голосовании (ст. 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ (ред. от 31.07.2020) «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об ООО)).

Пунктом 1 ст. 44 Закона об ООО определены принципы, которыми должны руководствоваться органы управления общества. Норма закрепляет необходимость соблюдения принципов добросовестности и разумности в управлении ООО, в том числе контроль исполнительных органов за своевременностью выявления рисков, адекватностью определения (оценки) из размера, своевременностью внедрения необходимых процедур управления ими.

Ответственность единоличного исполнительного органа ООО предусмотрена также в ст. 277 Трудового кодекса Российской Федерации. Руководитель организации несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный организации. В случаях, предусмотренных федеральными законами, руководитель организации возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями. При этом расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами, предусмотренными гражданским законодательством.

В гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (п. 5 ст. 10 ГК РФ). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений действуют в интересах общества и его акционеров (участников). Не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Как следует из п. п. 1, 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62), в силу п. 5 ст. 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Как разъяснил Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 12.04.2011 № 15201/10, при обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

Согласно п. 4 Постановления № 62 добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора.

В абзаце четвертом п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25) указано, что ответчиком по требованию о возмещении причиненных корпорации убытков выступает соответственно причинившее убытки лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, члены коллегиальных органов юридического лица, лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица (п. п. 1 - 4 ст. 53.1 ГК РФ).

Судом установлено и следует из материалов дела, что с момента создания общества по 09.10.2018 директором общества являлся ФИО2 и ответчиком на подотчет взяты денежные средства в общей сумме 985 190 руб.

Ответчик указал, что возвращенные денежные средства в размере 535 190 руб. израсходованы на нужды ГСМ общества и заработную плату директора ФИО2 На сумму 450 000 руб. документы не представлены.

Возражая истец указал, что первичные документы в обоснование расходования возвращенных и выданных на подотчет ФИО2 денежных средств в обществе отсутствуют, в связи с чем не представляется возможным определить, что потраченные денежные средства были израсходованы именно в интересах общества.

Оценив по правилам ст. 71 АПК РФ представленные доводы и возражения, суд приходит к следующим выводам.

Пунктом 1 ст. 7 Федерального закона № 402-ФЗ установлено, что ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

Часть 3 ст. 9 Федерального закона № 402-ФЗ предусматривает, что все финансово-хозяйственные операции, совершаемые организацией, должны подтверждаться первичными документами, составленными в момент совершения операций, а если это не представляется возможным - непосредственно после их окончания.

В соответствии со ст. 29 Федерального закона № 402-ФЗ первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года. Экономический субъект должен обеспечить безопасные условия хранения документов бухгалтерского учета и их защиту от изменений.

Из приведенных правовых норм следует, что ответственность за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности несет руководитель.

Поскольку наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона, то именно руководитель должника обязан доказывать наличие уважительных причин непредставления документации.

В соответствии с п. 6.3 Порядка ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства, утвержденных Банком России от 11.03.2014 № 3210-У, подотчетное лицо обязано не позднее трех рабочих дней по истечении утвержденного руководителем предприятия срока, на который выдаются деньги, или со дня выхода на работу обязан предъявить авансовый отчет по израсходованным денежным средствам.

Факт проверки указанных документов в порядке налогового контроля (в процессе выездной налоговой проверки) также отсутствует.

Иного ответчиком по материалам дела не доказано (ст. ст. 9, 65 АПК РФ).

Возражая, ответчик также утверждал, что все действия по расходованию денежных средств совершались ФИО2 в интересах общества, в том числе в части приобретения ГСМ.

Единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор) без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы, совершает сделки от имени общества, утверждает штаты, издает приказы и дает указания, обязательные для исполнения всеми работниками общества.

Следовательно, выдача подотчетных денежных средств на совершение определенных действий в интересах общества по смыслу названной статьи подлежала оформлению в виде локального документа предприятия (приказа, распоряжения), с указанием срока предоставления денежных средств (п. 6.3 Порядка, утв. Банком России от 11.03.2014 № 3210-У).

Однако, основание и целевой характер денежных средств, которые были выданы и возвращены на подотчет ФИО2 на основании расходного кассового ордера и приходных кассовых ордеров в сумме 985 190 руб. внутренними документами предприятия не подтверждаются, ни в части выдачи заработной платы, ни в части покупки ГСМ, ни в части поставки товара на сумму 450 000 руб.

Согласно абзацу 4 п. 1 Постановления № 62, если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Таким образом, ссылаясь в обоснование своей позиции на то, что взятые на подотчет денежные средства были израсходованы на нужды общества, то есть применительно к настоящему делу израсходованы деньги на оплату услуг ГСМ, заработную плату, поставку товара, ответчик по смыслу п. 1 Постановления Пленума № 62 должен был предоставить свои пояснения (по каждой группе позиций) и доказательства, что данные расходы были понесены в интересах общества. Но таких пояснений и доказательств от ответчика в деле нет. От проведения экспертизы ответчик отказался в связи с отсутствием у него первичных документов, что не отрицается самим ответчиком.

На основании вышеизложенного, поскольку судом установлено, что денежные средства были получены ответчиком на подотчет от общества, вместе с тем первичных документов в обоснование расходования денежных сумм в интересах общества ответчиком не представлено, как и не предоставлено пояснений и доказательств расходования денежных средств именно на нужды общества (п. 1 Постановления Пленума № 62), с учетом отсутствия в обществе первичных документов, подтверждающих расходование спорных сумм на нужды общества, приходит к выводу, что указанные суммы, взятые ФИО2 из кассы общества, являются для общества убытками (уменьшением в имущественной массе).

При этом суд обращает внимание на то обстоятельство, что ответчик надлежащие доказательства, подтверждающие расходование денежных средств на нужды общества, не предоставил (ст. ст. 9, 65АПК РФ), в том числе в части начисления заработной платы.

Учитывая то обстоятельство, что именно ответчик должен был доказать отсутствие вины бывшего директора по безосновательному авансированию денежных средств, а также доказать наличие фактического расходования спорных сумм непосредственно на нужды общества, соответственно вина ФИО2 считается судом установленной.

Доказательств, опровергающих данный вывод, ответчиком суду не предоставлено (ст. ст. 9, 65 АПК РФ).

Таким образом, при отсутствии доказательств расходования денежных средств в размере 985 190 руб. на нужды самого общества, исковые требования являются обоснованными, правомерными и подлежащими удовлетворению в полном объеме в порядке ст. 15 ГК РФ.

Доводы ФИО2, озвученные в судебном заседании, об отсутствии его вины в утрате первичных документов, подтверждающих произведенные расходы, в связи с их кражей подлежат отклонению, как документально неподтвержденные, поскольку в материалах дела имеется постановление от 21.11.2019 об отказе в возбуждении уголовного дела.

Также истцом заявлено уточненное в порядке ст. 49 АПК РФ требование о взыскании 165 507 руб. 15 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 06.03.2018 по 23.08.2020, а также процентов по день фактической уплаты суммы долга.

В соответствии с п. 1 ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок (п. 3 ст. 395 ГК РФ).

Согласно п. 41 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» сумма процентов, установленных ст. 395 ГК РФ, засчитывается в сумму убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением денежного обязательства (п. 1 ст. 394 и п. 2 ст. 395 Кодекса).

В постановлении Президиума ВАС РФ от 22.05.2007 № 420/07 по делу № А40-41625/06-105-284 указано, что начисление процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму убытков не допускается, поскольку и проценты, и убытки являются видами ответственности за нарушение обязательства. По отношению к убыткам проценты, как и неустойка, носят зачетный характер (данная судебная практика сложилась до внесения изменений в ст. 395 ГК РФ Федеральными законами от 08.03.2015 № 42-ФЗ и от 03.07.2016 № 315-ФЗ, однако сохраняет актуальность, поскольку правовое регулирование ситуации не изменилось).

В п. 57 указанного выше Постановления от 24.03.2017 № 7 разъяснено, что обязанность причинителя вреда по уплате процентов, предусмотренных ст. 395 ГК РФ, возникает со дня вступления в законную силу решения суда, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причиненных убытков, если иной момент не указан в законе, при просрочке их уплаты должником.

При заключении потерпевшим и причинителем вреда соглашения о возмещении причиненных убытков проценты, установленные ст. 395 ГК РФ, начисляются с первого дня просрочки исполнения условий этого соглашения, если иное не предусмотрено таким соглашением.

Таким образом, суд исходит из того, что проценты, как и убытки - вид ответственности за нарушение обязательства и по отношению к убыткам, так же как и неустойка, носят зачетный характер.

Начисление процентов на сумму убытков до дня вступления в законную силу судебного акта, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причиненных убытков, в деликтном обязательстве не допускается.

Следовательно, именно с момента вступления судебного акта в законную силу деликтное обязательство по возмещению убытков трансформируется в денежное обязательство.

В силу вышеизложенного, поскольку сумма в размере 985 190 руб. признана судом убытками общества, принимая во внимание уточненное обществом в порядке ст. 49 АПК РФ требование в части взыскания процентов, не выходя за пределы заявленных требований, суд считает требование истца о начислении процентов в размере ключевой ставки ЦБ РФ в порядке ст. 395 ГК РФ правомерным и подлежащим удовлетворению с момента вступления настоящего судебного решения в законную силу и по день фактической уплаты долга в размере 985 190 руб.

В связи с изложенным, требование общества в части взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами подлежит частичному удовлетворению.

С учетом частичного удовлетворения иска, судебные расходы по уплате государственной пошлины подлежат взысканию с ответчика и истца пропорционально размеру удовлетворенных требований в порядке ст. 110 АПК РФ в размере 24 507 руб. (985 190*24 507/1150697,15).

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

ходатайство ответчика отклонить.

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 г. Ставрополь в пользу общества с ограниченной ответственностью «Гудзон», ОГРН <***>, ИНН <***>, г. Ставрополь 985 190 руб. убытков, а также проценты в размере ключевой ставки ЦБ РФ в порядке ст. 395 ГК РФ с момента вступления настоящего судебного решения в законную силу и по день фактической уплаты суммы долга.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с ФИО2 г. Ставрополь в доход бюджета Российской Федерации 20 982 руб. госпошлины по иску.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Гудзон», ОГРН <***>, ИНН <***>, г. Ставрополь в доход бюджета Российской Федерации 3 525 руб. госпошлины по иску.

Исполнительные листы выдать после вступления решения в законную силу по заявлению истца.

Решение суда может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления в полном объеме) и в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в двухмесячный срок со дня вступления его в законную силу при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья

И.В. Подфигурная