Решение от 30 сентября 2020 г. по делу № А55-38547/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД Самарской области

443045, г.Самара, ул. Авроры,148, тел. (846) 226-56-17


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №

А55-38547/2019
30 сентября 2020 года
г. Самара



Резолютивная часть решения объявлена 23 сентября 2020 года

Решение в полном объеме изготовлено 30 сентября 2020 года


Арбитражный суд Самарской области

в составе

судьи Рагуля Ю.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в судебном заседании 23.09.2020 дело по иску

Общества с ограниченной ответственностью "Инжиниринг скважинных технологий"

к Обществу с ограниченной ответственностью "Союз-Техно"

о взыскании

с участием в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора: Общество с ограниченной ответственностью «РН-Снабжение-Самара»


при участии в заседании:

от истца - ФИО2, доверенность от 02.12.2018, от ответчика - ФИО3, доверенность от 04.02.2020г.

от третьего лица - ФИО4, довеернность от 31.12.2019,



установил:

Общество с ограниченной ответственностью "Инжиниринг скважинных технологий" обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением о взыскании с Общества с ограниченной ответственностью "Союз-Техно" неустойки за период с 04.05.2018г. по 05.07.2018г. в размере 9 681 279, 82 руб.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, было привлечено ООО «РН-Снабжение-Самара».

Представитель истца в судебном заседании поддержала заявленные исковые требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении, и дополнениях к нему.

Представитель ответчика в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных исковых требований, заявлено ходатайство о снижении неустойки в порядке ст. 333 ГК РФ.

Представитель третьего лица в судебное заседание изложил позицию по делу по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление (т.4, л.д. 1-3).

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном ст. 71 АПК РФ, представленные истцом в обоснование своих доводов доказательства, ответчиком возражений, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, исходя из предмета и оснований заявленных требований, а также из достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности, суд считает заявленные требования, подлежат удовлетворению в части, по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, между ООО «Инжиниринг скважинных технологий» (далее истец, покупатель, ООО «ИСТ») и ООО «Союз-Техно» (далее ответчик, поставщик) был заключён Договор поставки № 030-2018 от 26.01.2018г.

Согласно условиям договора поставки, поставщик обязался поставить покупателю оборудование, указанное в приложениях №1 и №2 «спецификация», в обусловленный договором или приложением №1 и №2 «спецификация» срок, а покупатель обязуется принять и оплатить это оборудование в порядке и сроки, установленные договором, приложениями к нему и/или Спецификациями (п.1.1. Договора поставки).

Согласно п. 2.1. договора поставки поставщик обязуется поставить оборудование в количестве, комплектности и в сроки, указанные в спецификации.

Согласно условиям договора поставки 26.01.2018г. сторонами были согласованы сроки поставки оборудования 01.05.2018г. в приложении № 1 к договору поставки «спецификация №1», и в приложении № 2 к договору поставки «спецификация №2».

Поставщиком было поставлено оборудование покупателю на общую сумму 184 574 252.67 рублей., что подтверждается товарными накладными № 46-49 от 14.06.2018; № 52 от 25.06.2018; № 55 от 27.06.2018; № 56 от 03.07.2018; № 57-59 от 04.07.2018; № 60 от 05.07.2018.

Условиями договора поставки предусмотрено (пункт 5.1.1. договора поставки), что в случае нарушения срока поставки оборудования, предусмотренного в настоящем договоре и спецификации к нему, в том числе в случае несоответствия количества поставленного оборудования сопроводительным документам, поставщик уплачивает покупателю пени в размере 0,1 % от стоимости не поставленного в срок оборудования за каждый день просрочки, стороны договорились, что во всех случаях установления неустойки в процентах от стоимости оборудования, неустойка рассчитывается исходя из стоимости оборудования включая НДС. При этом пеня рассчитывается за период с даты истечения срока поставки до даты исполнения поставщиком обязательств по поставке.

В нарушение условий договора поставки ответчик в установленный договорами срок не осуществил поставку оборудования, в связи с чем на основании пункта 5.1.1. Договора поставки за нарушение сроков поставки покупатель вправе требовать от заказчика уплаты пени в размере 0,1% от стоимости не поставленного в срок оборудования.

Прилагаемый расчёт неустойки (пени) произведён с учётом правил исчисления сроков, установленных положениями статьи 191, 193 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих, что течение срока, определённого периодом времени, начинается на следующий день после календарной даты или наступления события, которыми определено его начало. Если последний день срока приходится на нерабочий день, днём окончания срока считается ближайший следующий за ним рабочий день.

Соответственно с учётом того, что срок поставки оборудования определён сторонами на 01.05.2018, являющийся не рабочим днём, ответчик был обязан осуществить поставку в первый рабочий день, т.е. 03.05.2018, а соответственно с 04.05.2018г. истцом произведён расчёт неустойки, в связи с нарушением ответчиком условий Договора поставки.

Расчёт пени за нарушение сроков поставки по Договору № 030-2018 от 26.01.2018 с ООО «Союз-Техно» прилагается к настоящему иску и составляет 9 681 279,82 руб.

Истцом 30.05.2018г. в адрес ответчика была направлена претензия № 33 с требованием оплатить сумму начисленной неустойки (пени), что подтверждается прилагаемой претензией, описью вложения, почтовой квитанцией и уведомлением о вручении, которая оставлена без удовлетворения (т. 1 л.д. 11).

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

Ответчик свою правовую позицию по настоящему делу изложил в отзыве на исковое заявление, приобщенного судом к материалам дела в порядке ст. 81 АПК РФ (т.1 л.д. 87-89).

Ответчик не согласен с требованиями истца, считает их не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Договор поставки № 030-2018 от 26.01.2018г., был заключен между истцом и ответчиком, во исполнение ООО «ИСТ» своих обязательств по договору 3600016/0515Д/515(16) от 05.12.2016 поставки материальных ресурсов с ООО «РН-Снабжение-Самара» (стоимость поставки по спецификации от 13.07.2017г. - 189 854 506,38 руб.). ООО «ИСТ» не обладало производственными мощностями и денежными средствами на реализацию договора 3600016/0515Д/515(16) от 05.12.2016г. На исполнение указанного договора ООО «ИСТ» не затратило никаких ресурсов. Все действия по поставке оборудования в адрес ООО «РН-Снабжение-Самара» осуществило ООО «Союз-Техно» - оплату и закупку комплектующих и оборудования, изготовление отдельных узлов. Доставка товара на склад ООО «РН-Снабжение-Самара» (<...>) осуществлена силами ООО «Союз-Техно», что подтверждается соответствующими товарно-транспортными накладными. Фактически истец выступил в роли посредника между ООО «Союз-Техно» и ООО «РН-Снабжение-Самара», получив на разнице стоимости оборудования 5 280 253,71 руб.

Данные факты подтверждаются тем, что истец уступил ответчику свои права требования к ООО «РН-Снабжение-Самара» по спецификации от 13.07.2017 к договору поставки № 3600016/0515Д/515(16) от 05.12.2016:

- на основании договора уступки требования (цессии) № 1/18 от 19.06.2018г. объем уступаемых прав - 104 747 659,39 руб.

- на основании договора уступки требования (цессии) № 2/18 от 06.07.2018г. объем уступаемых прав по указанному договору -85 106 846,99 руб.

Таким образом ответчик указывает, что при заключении вышеуказанных договоров цессии, обязательства ООО Союз-Техно» перед ООО «ИСТ» по поставке товара в рамках договора поставки № 030-2018 от 26.01.2018г. прекратились новацией (обязательством ООО «ИСТ» передать ООО «Союз-Техно» право на получение денежных средств от ООО «РН-Снабжение-Самара» и обязанностью ООО Союз-Техно» оплатить ООО «ИСТ» стоимость уступаемых прав).

Также ответчик обращает внимание, что 09.07.2018г. между сторонами состоялся зачет взаимных требований, в результате которого между сторонами зачтены все имеющиеся денежные требования друг к другу. Из чего следует, что с заключением указанных соглашений между сторонами прекращаются все дополнительные обязательства, связанные с первоначальным обязательством (по аналогии с ч.2 гг. 414 ГК РФ: Новация прекращает дополнительные обязательства, связанные с первоначальным обязательством, если иное не предусмотрено соглашением сторон).

Как указывает ответчик, неустойка носит компенсационно-стимулирующий характер: с одной стороны, она должна стимулировать обязанную сторону (должника) к своевременному надлежащему исполнению обязательства, с другой стороны - в случае просрочки исполнения или ненадлежащего исполнения компенсировать возникшие у кредитора убытки, т.е. минимизировать негативные последствия от нарушения исполнения обязательства.

Ответчик обращает внимание на то, что истец при реализации договора 3600016/0515Д/515(16) от 05.12.2016г. поставки материальных ресурсов с ООО «РН-Снабжение-Самара», во исполнение которого сторонами заключен договор поставки № 030-2018 от 26.01.2018г., получил на разнице стоимости оборудования 5 280 253,71 руб., не затратив никаких ресурсов. При этом требует уплаты неустойки в размере 9 681 279,82 руб., которая фактически в 2 раза превышает полученную истцом прибыль от указанной сделки.

Ссылается на позицию Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 21 декабря 2000 года N 263-0, согласно которой, по смыслу статьи 333 ГК РФ суд обязан выяснить соответствие взыскиваемой неустойки наступившим у кредитора негативным последствиям нарушения должником обязательства и установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и отрицательными последствиями, наступившими для кредитора. Взыскание неустойки не должно приводить к обогащению одного лица за счет другого и злоупотреблению правом.

При решении вопроса о снижении неустойки Ответчик обращает внимание суда на следующее обстоятельства.

- прекращение между сторонами обязательств по договору поставки № 030-2018 от 26.01.2018г. путем заключения соглашений о цессии, а так же зачета взаимных требований сторон друг к другу;

- отсутствие убытков истца, связанных с исполнением договора поставки 3600016/0515Д/515(16) от 05.12.2016г., во исполнение которого между сторонами заключался договор № 030-2018 от 26.01.2018г.;

- отсутствие убытков истца, связанных с задержкой оплаты каким-либо поставщикам во исполнение договора поставки 3600016/0515Д/515(16) от 05.12.2016г., поскольку указанный договор в части спецификации по спорному товару в полной мере реализован за счет средств ООО «Союз-Техно»;

- нарушение истцом принципа добросовестности и равенства сторон.

В дополнение к указанным возражениям, ответчик указывает, что между ООО «Союз-Техно» и ООО «ИСТ» заключен договор поставки № 030-2018 от 26.01.2018 г, согласно которому, поставщик обязуется поставить в адрес грузополучателя ООО «РН-Снабжение-Самара» оборудование, указанное в Приложениях № 1 и 2 (спецификации). Стоимость оборудования по спецификации №1 - 100 601 660,14 руб., по спецификации № 2 - 83 972 592,53 руб., всего - 184 574 252,67 руб.

Договор поставки № 030-2018 от 26.01.2018г., был заключен между истцом и ответчиком, в целях исполнения ООО «ИСТ» своих обязательств по спецификации ММ1013041615 от 13.07.2017г. с изменениями от 25.01.2018г. к договору 3600016/0515Д/515(16) от 05.12.2016г. поставки материальных ресурсов с ООО «РН-Снабжение-Самара» (стоимость поставки по спецификации от 13.07.2017г. - 189 854 506,38 руб.

Вышеуказанный факт, как указывает ответчик, подтверждается следующими обстоятельствами.

Письмо исх. 42 от 18.12.2017г., направленным истцом в адрес ООО «Союз-Техно» с требованием заключить договор. (Протокол осмотра доказательств 63 АА 5934460 от 06.03.2020г., удостоверенный нотариусом ФИО5, реестровый номер 63/302-н/63-2020-2-1253.)

Письмо исх. № 49 от 21.12.2017 г., направленным истцом в ООО «РН-Снабжение-Самара», в котором истец отказывается от подписания спецификации ММ1013041615 от 13.07.2017г. к договору 3600016/0515Д/515(16) от 05.12.2016г. с ООО «РН-Снабжение-Самара», указывая на то, что ООО «Союз-Техно», являющееся единственной организацией, которая может осуществить указанную поставку. Ответ ООО «РН-Снабжение-Самара» на указанное письмо исх. № 19/10424 от 22.12.2017г.

При осуществлении указанной переписки, адрес электронной почты ответственного работника ООО «Союз-Техно» ставился в копию работником ООО «РН-Снабжение-Самара». (Протокол осмотра доказательств 63 АА 6034002 от 23.03.2020 г., удостоверенный нотариусом ФИО6, реестровый номер 63/173-н/63-2020-2-1457.)

«Прямая» переписка между представителями ООО «РН-Снабжение-Самара» и ООО «Союз-Техно» во исполнение договора 3600016/0515Д/515(16) от 05.12.2016г.

Письмо № 92 от 04.06.2018г. ООО «Союз-Техно» просило ООО «ИСТ» о переносе окончательного срока поставки на 25.06.2018г. Таким образом, ответчик направил в адрес истца предложение на изменение условий договора.

Письмо № 36 от 08.06.2018г. ООО «ИСТ» направило в адрес ООО «Союз-Техно» информацию, полученную от конечного получателя оборудования по договору поставки № 030-2018 от 26.01.2018г.: о согласовании переноса сроков поставки на 25.06.2018г. конечным покупателем. К указанному письму прилагались копии писем, содержащих согласование переноса сроков поставки а именно: исх. № 24/5739 от 08.06.2018 ООО «РН-Снабжение-», исх. № СНГ 18/2-03/3396 от 07.06.2018 АО «Самаранефтегаз». (Протокол осмотра доказательств 63 АЛ 5934235 от 25.02.2020 г., удостоверенный усом ФИО5, реестровый номер 63/302-н/63-2020-2-845).

Как указывает ответчик, после получения от ответчика предложения об изменении сроков поставки по договору № 030-2018 от 26.01.2018 истец направил данную оферту в адрес своего контрагента по договору 3600016/0515Д/515(16) от 05.12.2016, а именно в адрес ООО «РН-Снабжение-Самара». Получив от него согласование предложенных ответчиком сроков поставки, Истец направил это согласование в адрес ООО «Союз-Техно». При этом возражений относительно изменения сроков поставки по договору № 030-2018 от 26.01.2018 Истец в адрес Ответчика не направлял. Между тем в рамках исполнения договора № 030-2018 от 26.01.2018 сторонами неоднократно менялись его условия исключительно путем направления контрагенту соответствующих писем при отсутствии прямых возражений контрагента.

Кроме того, при подписании истцом и ответчиком акта зачета взаимных требований от 09.07.2018, т.е. после направления претензии об уплате неустойки от 30.05.2018, требования ООО «ИСТ» к ООО «Союз-Техно» по оплате пени по договору поставки № 030-2018 от 26.01.2018 не заявлялись, что явилось основанием для ООО «Союз-Техно» к подписанию указанного Акта.

Также при подписании договоров уступки требования №1/18 от 19 июня 2018 года и № 2/18 от 06 июля 2018 года, право требования к ООО «РН-Снабжение-Самара» по спецификации ММ1013041615 от 13.07.2017г. к договору 3600016/0515Д/515(16) от 05.12.2016 г. передано ответчику истцом в полном объеме без начисления каких-либо штрафных санкций со стороны ООО «РН-Снабжение-Самара» за нарушение сроков поставки. Данное обстоятельство также определило условие подписания указанных договоров ООО «Союз-Техно».

Доводы ответчика о переносе истцом, посредством письма истца исх. № 36 от 08.06.2020г. срока поставки оборудования на 25.06.2018г. по договору поставки № 030-2018 от 26.01.2018г. являются несостоятельными по следующим основаниям.

Согласно п. 7.3 договора поставки № 030-2018 от 26.01.2018 истец и ответчик согласовали условие о том, что любые изменения и дополнения к настоящему договору действительны при условии, если они совершены в письменной форме и подписаны сторонами или уполномоченными представителями сторон.

Статьей 452 ГК РФ установлено, что соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев не вытекает иное.

Договор поставки между сторонами был заключен в письменной форме, путем составления единого документа в двух оригинальных экземплярах, подписанных с двух сторон, соответственно и изменение сроков поставки возможно было исключительно посредством заключения между сторонами соответствующего дополнительного соглашения к договору, подписанного двумя сторонами.

Возможность изменения условий договора по письму одной из сторон, направленной на адрес электронной почты так же не предусмотрена пунктом 7.4. Договора поставки № 030-2018 от 26.01.2018г.

Согласно дословному толкованию содержания письма Истца №36 от 08.06.2018г. «....ООО «ИСТ») направляет информацию, полученную от конечного получателя оборудования..», без указания в письме, применительно к ответчику на согласование, изменение или перенос срока поставки на 25.06.2018г. Более того направляемые письма ООО «РН-Снабжение-Самара» и АО «Самаранефтегаз», не указывают на изменение срока поставки непосредственно ответчику, а лишь регламентируют изменение сроков в рамках заключённых между третьими лицами договоров, путём конкретного указания на номера соответствующие между ними и истцом договорных спецификаций ММ № 1013041615 и № 30652990.

Исходя из системного толкования закона, изложенного в ст. 431 ГК РФ, согласно которой при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путём сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учётом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Согласно сложившейся практике взаимоотношений сторон по изменению условий договора поставки № 030-2018 от 26.01.2018г., стороны исключительно применяли при изменении условий договора, двусторонне подписанные дополнительные соглашения, что подтверждается представленными ранее в материалы дела следующими доказательствами:

 06.03.2018г. и 07.03.2018г. письма исх. № 29,31 Ответчик обратился к истцу с просьбой внесения изменений в спецификацию поставляемого оборудования по некоторым позициям без изменения стоимости оборудования.

 06.03.2018 и 07.03.2018г. письмами исх. № 9,10 Истец обратился в ООО «РН-Снабжение Самара» продублировав просьбу Ответчика.

 ООО «РН-Снабжение-Самара» письмом исх. № 19/2259 от 07.03.2018г. указало на согласование внесения изменений в комплексы ОРД без изменения стоимости и иных существенных условий закупочных процедур.

 тем не менее в независимости от наличия соответствующего письменного согласия о внесении изменений в Договор по позициям поставляемого оборудования 23.03.2018г. между истом и Ответчиком были подписанные Дополнительные соглашения к Спецификации № 1 и Спецификации № 2 устанавливающие замену поставляемых позиций оборудования по спецификациям, без изменения стоимости оборудования и сроков поставки оборудования.

 27.03.2018г. аналогичное Дополнительное соглашение о смене позиций по поставляемому оборудованию, без изменения сроков поставки и цены поставки, было подписано между Истцом и ООО «РН-Снабжение Самара».

Соответственно любое изменение в рамках существующих договорных взаимоотношений между истцом и Ответчиком, равно как и между истцом и ООО «РН-Снабжение Самара» осуществлялись исключительно путём подписания двусторонних дополнительных соглашений, а не посредством обмена письмами.

Ответчиком не предоставлено доказательств того, что ранее между сторонами осуществлялось изменение условий поставки между сторонами посредством обмена корреспонденцией и без подписания соответствующего двустороннего дополнительного соглашения к договору.

Согласно последующему поведению стороны ответчика, явно следует, что согласно письма ответчика, датированного 09.06.2018г. Исх № 99 (Приложение № 11) ответчик недвусмысленно указывает на известные ему факты такие, как изменение договорных отношений ранее между сторонами только по средством подписания сторонами дополнительного соглашения к договору, отказа ответчику в частичной поставке и отсутствия в надлежащей форме согласия истца на изменение срока поставки на 25.06.2018 по Договору поставки № 030-2018 от 26.01.2018г., тем самым ответчик подтверждает, что в надлежащей форме между сторонами не было достигнуто согласие об изменении сроков поставки оборудования.

Учитывая, тот факт, который не оспаривается ответчиком, что поставки оборудования фактически были осуществлены ответчиком начиная с 14.06.218г., действия ответчика явно свидетельствовали о понимании с его стороны факта нарушении им сроков поставки по договору, на дату начала исполнения обязательств 14.06.2018, что соответствует чёткому пониманию ответчиком, что с просьбой о разрешении ему досрочной поставки он не обращался к истцу (доказательств обратного не представлено ответчиком), что так же согласуется с нормой ст. 508 ГК РФ, согласно которой досрочная поставка товаров может производиться с согласия покупателя.

Так же ст. 315 ГК РФ устанавливает, что должник вправе исполнить обязательство до срока, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или условиями обязательства либо не вытекает из его существа. Однако досрочное исполнение обязательств, связанных с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, допускается только в случаях, когда возможность исполнить обязательство до срока предусмотрена законом, иными правовыми актами или условиями обязательства либо вытекает из обычаев или существа обязательства.

В соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" под обычаем, который в силу статьи 5 ГК РФ может быть применен судом при разрешении гражданско-правового спора, следует понимать не предусмотренное законодательством, но сложившееся, то есть достаточно определенное в своем содержании, широко применяемое правило поведения при установлении и осуществлении гражданских прав и исполнении гражданских обязанностей не только в предпринимательской, но и иной деятельности, например, определение гражданами порядка пользования общим имуществом, исполнение тех или иных обязательств.

Подлежит применению обычай как зафиксированный в каком-либо документе (опубликованный в печати, изложенный в решении суда по конкретному делу, содержащему сходные обстоятельства, засвидетельствованный Торгово-промышленной палатой Российской Федерации), так и существующий независимо от такой фиксации.

Общая сумма поставленного товара составила 184 574 252,67 руб., поставка была осуществлена ответчиком в следующие сроки:

14.06.2018г. на сумму 68 454 052,72 руб. (товарные накладные № 46,47,48,49 от 14.06.2018г.)

25.06.2018г. на сумму 22 532 377,11 руб. (товарная накладная № 52 от 25.06.2018г)

27.06.2018г. на сумму 28 103 242,73 руб. (товарная накладная № 55 от 27.06.2018г.)

03.07.2018г. на сумму 21 432 576,16 руб. (товарная накладная № 56 от 03.07.2018г.)

04.07.2018г. на сумму 16 348 125,55 руб. (товарная накладная № 57,58,59 от 04.07.2018г)

05.07.2018г. на сумму 27 703 878,40 руб. (товарная накладная № 60 от 05.07.2018г.)

Соответственно ответчиком не представлено доказательств, что осуществление им поставки оборудования с 14.06.2018г. была осуществлена досрочно (при отсутствии согласия истца на досрочную поставку), т.е. до наступления (по утверждению ответчика) срока исполнения договорных обязательств, а соответственно данный факт явно свидетельствует, о том, что ответчик знал, что срок поставки установленный договором на дату 01.05.2018г. нарушается ответчиком, в связи с чем ответчик и начал его исполнение с 14.06.2018г., а закончил поставку только 05.07.2018г.

Предшествующая переписка между сторонами так же свидетельствовала о понимании со стороны ответчика на нарушение им условий договора поставки, что подтверждается получением ответчиком от истца трех претензионных писем (исх. № 26 от 04.05.2018, исх. № 28 от 08.05.2018г., исх. № 33 от 30.05.2018г.).

Исходя из изложенного, ответчиком не представлено доказательств, явно свидетельствующих о волеизъявлении истца в письменной форме указывающих о намерении установить ответчику новый срок поставки по Договору.

Более того в случае, если ответчик обратился к истцу 09.06.2018г. письмом с просьбой об имении условий договора поставки, в частности срока поставки на 25.06.2018г., то действующее законодательство чётко предусматривает и регламентирует действие сторон в таком случае, согласно п. 2 ст. 452 ГК РФ требование об изменении или о расторжении договора может быть заявлено стороной в суд только после получения отказа другой стороны на предложение изменить или расторгнуть договор либо неполучения ответа в срок, указанный в предложении или установленный законом либо договором, а при его отсутствии - в тридцатидневный срок.

Однако ответчик не предпринял надлежащих действий по урегулированию возникших разногласий, путём обращения с соответствующим исковым заявлением и не предоставил доказательств, свидетельствующих о реализации его указанного законного права.

Необходимо так же учитывать, что согласно п. 1,3 ст. 453 ГК РФ при изменении договора обязательства сторон сохраняются в изменённом виде. В случае изменения или расторжения договора обязательства считаются изменёнными или прекращёнными с момента заключения соглашения сторон об изменении или о расторжении договора, если иное не вытекает из соглашения или характера изменения договора, а при изменении или расторжении договора в судебном порядке - с момента вступления в законную силу решения суда об изменении или о расторжении договора.

04.05.2018г. Истец направил Ответчику Претензионное письмо исх. № 26 о нарушении Ответчиком условий поставки оборудования по Договору поставки № 030-2018 и неосуществления поставки на дату 01.05.2018г.

07.05.2018г. Ответчик письмом исх. № 69 ответил на претензию истца и сообщил, что поставка оборудования осуществляется в сроки и на условиях Договора поставки и спецификаций к нему, однако доказательств исполнения условий договора не представил.

08.05.2018г. истец повторно направил ответчику претензию исх. № 28 и просил указать ответчиком точный срок поставки оборудования.

28.05.2018г. ответчик письмом исх. № 85 сообщил истцу о поставке всего объёма оборудования не позднее 15.06.2018г. и просил разрешить осуществить частичную поставку.

30.05.2018г. письмом исх. № 32 истец отказал ответчику в частичной поставке оборудования, ввиду отказа ООО «РН-Снабжение-Самара» и АО «Самаранефтегаз» в частичной поставке, что подтверждается письмами исх. № 19/5418 от 30.05.2018г. и исх. № СНГ 18/2-03/3158 от 29.05.2018г.

30.05.2018г. истец направил ответчику досудебную претензию исх. № 33, полученную ответчиком 04.06.2018г. Ответа на указанную судебную претензию от ответчика не поступало.

Истец, действуя добросовестно и с целью недопущения одностороннего отказа от исполнения договора со стороны ООО «РН-Снабжение-Самара», направлял соответствующую информацию о нарушении сроков поставки оборудования в ООО «РН-Снабжение-Самара» с просьбой согласовать перенос срока поставки оборудования.

08.06.2018г. ООО «РН-Снабжение-Самара» направило в адрес истца письмо от заказчика АО «Самаранефтегаз» о согласовании ООО «РН-Снабжение-Самара» сроков поставки оборудования по спецификации № 30652990 (спецификация между АО «Самаранефтегаз» и ООО «РН-Снабжение Самара») в рамках заключённым между ними договорных отношений.

Указанные письма не подтверждают перенос срока поставки оборудования истцом в адрес ООО «РН-снабжение-Самара» и соответственно не могут служить основанием для согласования изменения срока поставки оборудования Ответчику, в связи со следующими условиям пункта 15.2 Договора поставки с ООО «РН-Снабжение-Самара»:

«Пункт 15.2. в случае неоднократного нарушения сроков поставки Товара Покупатель имеет право в одностороннем порядке отказаться от исполнения настоящего Договора.

В случае просрочки поставки товара более 10 рабочих дней сверх срока, указанного в Спецификации (приложении), покупатель имеет право в одностороннем порядке установить новый срок для поставки. Нарушение нового срока поставки в соответствии с положениями статьи 523 ГК РФ будет являться неоднократным нарушением срока поставки и основанием для расторжения или изменения Договора в одностороннем порядке по инициативе Покупателя.

Определение нового срока поставки товара покупателем не освобождает поставщика от ответственности за нарушение сроков поставки товара, установленных в спецификациях (приложениях) к настоящему договору.».

09.06.2018г. меду истцом и ООО «Рн-Снабжение-Самара» было заключено дополнительное соглашение к спецификация ММ 1013041615 (Приложение № 3600016/0515Д004 от 13.07.2017г.) об установлении срока поставки на дату 25.06.2018г.

Аналогичного дополнительного соглашения с ответчиком заключено не было, в связи с не обращением ответчика к истцу с проектом соответствующего дополнительного соглашения и не реализацией предоставленного ответчику законом права с соответствующим обращением в судебном порядке.

Указание сторонами в пунктах 1.3. и 2.2. договора поставки № 030-2018 от 26.01.2018г. на отгрузку оборудования в адрес третьего лица - ООО «РН-Снабжение-Самара», не свидетельствует о наличии прямых договорных взаимоотношений между ответчиком и ООО «РН-Снабжение-Самара», а лишь указывает на наличие договорённости между истцом и ответчиком о порядке поставки оборудования в соответствии со ст. 509 ГК РФ, согласно которой поставка товаров осуществляется поставщиком путём отгрузки (передачи) товаров покупателю, являющемуся стороной договора поставки, или лицу, указанному в договоре в качестве получателя. В случае, когда договором поставки предусмотрено право покупателя давать поставщику указания об отгрузке (передаче) товаров получателям (отгрузочные разнарядки), отгрузка (передача) товаров осуществляется поставщиком получателям, указанным в отгрузочной разнарядке.

Позиция ответчика, о том, что ООО «РН-Снабжение-Самара», подтвердило, что поставка товаров осуществлена в срок, т.е. до 25.06.2018г., за исключением некоторых позиций, что подтверждает отсутствие убытков со стороны Истца, несостоятельна в связи с тем, что Поставка оборудования между Истцом и ООО «РН-Снабжение-Самара» происходили не в рамка договора поставки № 030-2018 от 26.01.2018., а в рамках Договора поставки материально-технических ценностей № 3600016/0515Д/515(16) от 05.12.2016, в редакции Дополнительного соглашения к нему от 09.06.2018г., согласно условиям которого срок поставки между Истцом и ООО «РН-Снабжение-Самара» был установлен на 25.06.2018г. и согласно п. 74 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" установлено, что возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ).

Ссылка ответчика на заключение между Истом и ответчиком ФИО7 уступки требования (цессии), не является надлежащим и допустимым доказательством по рассматриваемому делу, а доводы о том, что при заключении ФИО7 уступки права требования по спецификации ММ 1013041615 к Договору поставки между Истцом и ООО «РН-Снабжение-Самара», обязательства Ответчика перед истцом по поставке товара в рамках Договора поставки № 030-2018 от 26.01.2018г. прекратились новацией, не подтверждены надлежащими доказательствами. Ссылка Ответчика на прекращение обязательств сторон новацией, основанное по мнению ответчика на Договорах уступки требования (цессии) № 1/2018 от 19.06.2018г. и № 2 /2018 от 06.07.2018г., не соответствуют обстоятельствам дела и представленным стороной доказательствам, ввиду того, что намерение совершить новацию должно либо прямо фиксироваться в соглашении сторон, либо недвусмысленно вытекать из его содержания.

При наличии спора относительно того, имела ли место новация, бремя доказывания такого намерения сторон лежит на стороне, ссылающейся на это обстоятельство. При этом действует общий принцип "новация не предполагается", а потому в случае сомнения соглашение следует рассматривать как направленное на изменение, а не прекращение обязательства (см. подробнее п. 1 информационного письма Президиума ВАС РФ от 25 декабря 2005 г. N 103).

Вышеуказанные договоры уступки права требования не содержат условия о прекращении между сторонами обязательств по Договору поставки № 030-2018 от 26.01.2018г.

Суд, оценив доводы и возражения сторон, а также доказательства, представленные сторонами в обоснование своих требований и возражений, в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на предмет их относимости, допустимости, достоверности в отдельности, а также достаточности и взаимной связи в их совокупности, на основе установления фактических обстоятельств по делу, применения норм материального и процессуального права считает, что заявленные исковые требования подлежат удовлетворению в части, по следующим основаниям.

Пункт 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) устанавливает, что гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Согласно статье 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Пункты 1 и 2 статьи 310 ГК РФ указывают, что односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами. Одностороннее изменение условий обязательства, связанного с осуществлением всеми его сторонами предпринимательской деятельности, или односторонний отказ от исполнения этого обязательства допускается в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В соответствии с пунктом 1 статьи 425 ГК РФ договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

В статье 506 ГК РФ установлено, что по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

В соответствии со ст. 329, 330 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой. Неустойкой (пеней, штрафом) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Соглашение о неустойке, как и любое другое соглашение в рамках гражданского законодательства, совершается его участниками своей волей и в своем интересе (ст. 1 ГК РФ); условия соглашения о неустойке, в частности размер такой неустойки и порядок начисления, определяется сторонами договора самостоятельно по своему усмотрению и с учетом требований ст. 330, 331 ГК РФ.

По правилам пункта 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Пунктом 5.1.1. договора поставки № 030-2018 от 26.01.2018г. за нарушение сроков поставки покупатель вправе требовать от заказчика уплаты пени в размере 0,1% от стоимости не поставленного в срок оборудования.

Исходя из предусмотренного соглашением размера неустойки (пени) и размера основного долга, сумма неустойки в соответствии с представленным истцом расчетом, составила 9 681 279,82 руб.

Согласно ст. 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - Постановление Пленума ВС РФ N 7) если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 71 Постановления).

Из пункта 77 Постановления Пленума ВС РФ N 7 следует, что снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды.

Как следует из материалов дела, ответчиком заявлено ходатайство о несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства и применении судом ст. 333 ГК РФ.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 333 ГК РФ если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении. Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды.

Согласно пунктам 73 и 74 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на должника. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.).

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своём интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно пункту 4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ).

Пункт 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 марта 2014 года № 16 «О свободе договора и её пределах» разъясняет, что при рассмотрении споров о защите от несправедливых договорных условий суд должен оценивать спорные условия в совокупности со всеми условиями договора и с учётом всех обстоятельств дела.

В отзыве ответчик обращает внимания суда, на тот факт, что заявление ответчика о явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства само по себе не является признанием долга либо факта нарушения обязательства.

Напротив, истец, возражает против уменьшения размера установленной договором неустойки.

Осуществляющий предпринимательскую деятельность ответчик, заключая договор с соответствующими условиями срока поставки, не мог не предвидеть тех отрицательных последствий, которые могут произойти в случае нарушения указанных условий.

Между тем, оценив условия договора, размер неустойки, предусмотренный договором, период просрочки и сумму начисленной неустойки, учитывая приведенные лицами участвующими в деле доводы и возражения, суд приходит к выводу, что исковые требования подлежат удовлетворению в части в размере 4 840 640 руб.

В остальной части заявленных исковых требований следует отказать.

Расходы по уплате государственной пошлины по иску подлежат распределению в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При распределении судебных расходов судом учтены положения п.9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 N 81 "О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно которому при снижении арбитражным судом размера неустойки по правилам статьи 333 Гражданского кодекса на основании заявления ответчика, расходы истца по государственной пошлине не возвращаются в части сниженной суммы из бюджета и подлежат возмещению ответчиком исходя из суммы неустойки, которая подлежала бы взысканию без учета ее снижения.

Поскольку определением суда от 20.12.2019г. истцу предоставлялась отсрочка по уплате государственной пошлины, расходы по уплате государственной пошлины, в соответствии со ст. 110 АПК РФ, в размере 47 203 руб. подлежат взысканию с ответчика в доход федерального бюджета.

Руководствуясь ст.ст. 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить в части.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "Союз-Техно" в пользу Общества с ограниченной ответственностью "Инжиниринг скважинных технологий" неустойку в размере 4 840 640 руб.

В остальной части заявленных исковых требований отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "Союз-Техно" в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 47 203 руб.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд, г.Самара с направлением апелляционной жалобы через Арбитражный суд Самарской области.

Судья


/
Ю.Н. Рагуля