Решение от 9 января 2025 г. по делу № А63-15424/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СТАВРОПОЛЬСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело №А63-15424/2024
г. Ставрополь
10 января 2025 года
Резолютивная часть решения объявлена 24 декабря 2024 года

                                                      Мотивированное решение изготовлено 10 января 2025 года

Арбитражный суд в составе председательствующего судьи Батурина В.А., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ермолаевой Ю.Д., рассмотрев в заседании суда исковое заявление индивидуального предпринимателя ФИО1, г. Санкт-Петербург, ОГРНИП <***>, ИНН <***> к индивидуальному предпринимателю ФИО2, г. Нефтекумск, ИНН <***>, ОГРН <***> о взыскании компенсации в размере 100 000 рублей за нарушение исключительных прав на товарный знак по Свидетельству № 359303, судебных расходов состоящих из стоимости товара в размере 245 рублей, почтовых расходов 70,50 рублей, расходов по уплате государственной пошлины в размере 2 000 рублей, в отсутствие представителей сторон, надлежащим образом извещенных, в том числе путем размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет,

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО1, г. Санкт-Петербург обратился в Арбитражный суд Ставропольского края с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2, г. Нефтекумск о взыскании компенсации в размере 50 000 рублей за нарушение исключительных прав на товарный знак по Свидетельству № 359303, судебных расходов состоящих из стоимости товара в размере 245 рублей, почтовых расходов 70,50 рублей, расходов по уплате государственной пошлины в размере 2 000 рублей.

Определением суда от 15.08.2024 дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии со ст. 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее АПК РФ).

Материалы дела размещены на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа. Данные, необходимые для идентификации сторон, в целях доступа к материалам дела в электронном виде, указаны в определении о принятии искового заявления к производству и направлены сторонам.

Определением от 09.10.2024 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

От истца поступили дополнительные документы и доказательства в обоснование требований, а также в порядке статьи 49 АПК РФ ходатайство об изменении (уточнении) исковых требований, в котором истец просит взыскать с ответчика компенсацию в размере 100 000 рублей за нарушение исключительных прав на товарный знак №359303, судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 2 000 рублей и судебные издержки в сумме 315 рублей, состоящие из стоимости товара в размере 245 рублей и почтовых расходов в размере 70,50 рублей.

Судом принято уточнение заявленных требований.

Определением от 19.11.2024 суд назначил дело к судебному разбирательству в судебном заседании на 24.12.2024  на 12 часов 30 минут.

В судебное заседание 24.12.2024 стороны не явились.

Суд в определениях по настоящему делу неоднократно предлагал ответчику представить отзыв на уточненное исковое заявление истца, доказательства правомерности использования заявленного объекта исключительных прав, в случае выплаты компенсации – платежные документы. 

Ответчик в судебное заседание не явился, предложенные пояснения, документы, отзыв не представил, контррасчет заявленного размера компенсации не заявил.

При этом ответчик надлежащим образом уведомлен о наличии судебного спора, дате и времени судебного заседания (определение от 09.10.2024 получено ответчиком 18.10.2024; также почтовая корреспонденция направлена по всем известным суду адресам, в том числе по адресу регистрации ответчика; судебные акты по спору размещены в сети Интернет в информационном сервисе «Картотека арбитражный дел», в том числе в форме электронных документов).

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

По правилам статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. В соответствии со статьей 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд рассматривает заявление по имеющимся доказательствам. 

Исследовав материалы дела, суд считает, что исковые требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, что ФИО1 является обладателем исключительных прав на товарный знак по свидетельству Российской Федерации №359303 (в виде словесного обозначения «KAIZER»), зарегистрированный в Государственном Реестре товарных знаков, знаков обслуживания Российской Федерации 08.09.2008, срок действия исключительного права продлен до 19.10.2025.

04.05.2023 в торговой точке по адресу: <...>, был установлен и задокументирован факт предложения к продаже и реализации от имени предпринимателя ФИО2 товара, обладающего техническими признаками контрафактности — маникюрный инструмент (ножницы, щипцы).

Факт реализации товара зафиксирован чеком от 04.05.2023, содержащим наименование ответчика, видеозаписью покупки товара, фотографиями приобретенной продукции.

Признаком контрафактности вышеуказанной продукции является тот факт, что на товаре (упаковке) отсутствует информация о потребительских свойствах данного товара и правообладателе упомянутого товарного знака.

Истец не заключал с ответчиком лицензионный договор, предметом которого являлась бы передача исключительных прав на товарные знаки, иным образом права не передавали.

Основания для внедоговорного использования товарных знаков у предпринимателя отсутствуют.

Истец считает обоснованным требовать с учетом уточнения от ответчика выплаты компенсации за нарушение принадлежащих истцу прав на товарный знак №359303 по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ в размере двукратной стоимости права использования товарного знака в размере 100 000 рублей (с учетом уточнения).

В целях досудебного урегулирования спора направлена претензия, которая оставлена предпринимателем без удовлетворения, что послужило основанием для обращения в суд с иском.

Согласно пункту 1 статьи 1229 ГК РФ, гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 Гражданского кодекса Российской Федерации), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

В силу пункта 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 ГК РФ).

Согласно статье 1478 ГК РФ обладателем исключительного права на товарный знак может быть юридическое лицо или индивидуальный предприниматель.

Статья 1482 ГК РФ предусматривает, что в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации.

Пунктом 1 статьи 1484 ГК РФ установлено, что лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Материалами дела подтверждается, что 04.05.2023 в торговой точке по адресу: <...>, был установлен и задокументирован факт предложения к продаже и реализации от имени предпринимателя ФИО2 товара, обладающего техническими признаками контрафактности — маникюрный инструмент (ножницы, щипцы).

Факт реализации товара зафиксирован чеком от 04.05.2023 (терминал №23013909), содержащим наименование ответчика, видеозаписью покупки товара, фотографиями приобретенной продукции.

В соответствии с ответами ПАО Сбербанк терминал №23013909, по которому выдан чек от 04.05.2023, принадлежит предпринимателю ФИО2

При этом факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления документа, подтверждающего оплату товара, но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи (абзац 3 пункт 55 постановления Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В целях самозащиты гражданских прав истцом произведена видеосъемка процесса приобретения контрафактного товара в магазине ответчика.

Исследовав представленную в материалы дела видеозапись процесса покупки, суд установил, что представленная истцом видеозапись позволяет однозначно утверждать о том, что спорный товар (маникюрные ножницы, щипцы) был приобретен в магазине (торговом павильоне), расположенном по адресу: <...>, у предпринимателя ФИО2

В данной видеозаписи присутствует момент покупки спорного товара в торговой точке ответчика, факт нахождения спорного товара на витрине ответчика в качестве предложения к продаже, момент оплаты и выдачи чека от 04.05.2023 (терминал №23013909), что также позволяет установить реализованный товар и выявить идентичность товара, зафиксированного на видеозаписи, а также чеке от 04.05.2023 (терминал №23013909), представленного в материалы дела.

Учитывая совокупность исследованных судом доказательств (чек от 04.05.2023 (терминал №23013909), видеозапись закупки, фотография товара, сам товар), суд исходит из того, что доказан факт непосредственного приобретения спорного товара у ответчика.

Факт реализации ответчиком спорного товара подтвержден материалами дела.

Из разъяснений, данных в Информационном письме Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 №122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» следует, что вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы. Вопрос о сходстве до степени смешения может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует. Обозначение является сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Из содержания приведенных норм следует, что под незаконным использованием товарного знака признается любое действие, нарушающее исключительные права владельцев товарного знака: несанкционированное изготовление, применение, ввоз, предложение о продаже, продажа, иное введение в хозяйственный оборот или хранение с этой целью товарного знака или товара, обозначенного этим знаком, или обозначения, сходного с ним до степени смешения.

По смыслу статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Вопрос о сходстве до степени смешения является вопросом факта, может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует (пункт 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 №122  «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности»).

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак и на дизайн входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо дизайна, сходного с ним до степени смешения.

Согласно пункту 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Судом установлено, что на реализованном предпринимателем товаре – маникюрные ножницы, щипцы, упаковке товара,  имеется изображение (надпись) «KAIZER»  сходное до степени смешения с товарным знаков истца №359303 (словесное обозначение «KAIZER»).

Доказательства, подтверждающие передачу ответчику исключительных прав на использование вышеуказанного товарного знака в материалах дела отсутствуют.

В связи с чем, суд исходит из доказанности факта нарушения ответчиком исключительных прав истца.

Согласно статье 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных этим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 того же Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда; в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения.

Ответственность за незаконное использование товарного знака предусмотрена статьей 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, при этом истец вправе выбрать способ защиты своего нарушенного права по своему усмотрению. В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В рассматриваемом случае истец рассчитал и с учетом утонения заявил к взысканию с ответчика компенсацию в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака (1 400 000 рублей / 1 товарный знак / 7 классов МКТУ / 4 способа применения) х 2 = 100 000 рублей.

В обоснование стоимости права использования товарного знака истец представил лицензионный договор от 06.04.2021, заключенный с ООО Торговый Дом КЬЮТ-КЬЮТ,  предоставляющий право на использования товарного знака по свидетельству №359303 в отношении всех товаров 03, 08, 11, 21, 26 классов Международной Классификации Товаров и Услуг (далее — МКТУ) и услуг 35, 44 классов МКТУ.

Согласно п.2 указанного Договора, Лицензиат выплачивает Лицензиару за предоставление права использования товарного знака №359303 комбинированное вознаграждение:

1. разовый паушальный платеж за предоставление права использования товарного знака №359303 составляет 1 000 000 рублей;

2. ежемесячный платеж в форме роялти за предоставление права использования товарного знака №359303 в размере 400 000 рублей (фиксированное вознаграждение).

В соответствии с дополнительным соглашением от 08.12.2022 к лицензионному договору от 06.04.2021, внесены изменения в п.2.4 «Стороны согласовали, что роялти является фиксированными ежемесячными платежами в размере 400 000 рублей, выплачиваемым Лицензиатом Лицензиару за использование права на товарный знак «KAIZER».

В материалы дела представлены платежные поручения, в том числе платежное поручение №193 от 11.05.2023 об уплате ежемесячного платежа в форме роялти за предоставление права использования товарного знака №359303 в размере 400 000 рублей, подтверждающие факт исполнения сторонами условий лицензионного договора. 

В свою очередь  ответчик не оспорил стоимость права использования, на основании которой истцом рассчитан размер компенсации. При рассмотрении дела в суде первой инстанции, ответчик не представил какие-либо иные лицензионные договоры или сведения об другой (альтернативной) цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование спорного товарного знака №359303, не опроверг указанный истцом расчет и порядок (методику) определения цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как разъяснено в пункте 61 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление №10), заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или у третьих лиц.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

Взыскание судом компенсации в размере ниже исчисленного истцом исходя из двукратной стоимости права использования товарного знака возможно в трех случаях:

1) при ином определении судом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего средства индивидуализации тем способом, который использовал нарушитель. В этом случае частичное удовлетворение требований является результатом не «снижения» размера компенсации, а взыскания компенсации, исходя из установленного размера стоимости права использования товарного знака;

2) при снижении подлежащей взысканию суммы компенсации ниже определенной судом двукратной стоимости права использования товарного знака на основании абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ;

3) при снижении подлежащей взысканию суммы компенсации ниже определенной судом двукратной стоимости права использования товарного знака на основании постановления от 13.12.2016 N 28-П №По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края» и постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 №40-П «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда» (далее - Постановление №28-П, Постановление №40-П).

Поскольку формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратной стоимости права использования соответствующего товарного знака, императивно определена законом, доводы ответчика (если таковые имеются) о несогласии с заявленным истцом расчетом размера компенсации могут основываться на оспаривании указанной истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование права, и подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими иной размер стоимости этого права.

Определение обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, является обязанностью арбитражного суда на основании части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При определении стоимости права использования соответствующего товарного знака необходимо учитывать способ использования нарушителем объекта интеллектуальных прав, в связи с чем за основу расчета размера компенсации должна быть взята стоимость права за аналогичный способ использования.

Указанное согласуется с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, в отношении того, что определение размера компенсации не может быть произведено судом произвольно.

При этом представление в суд лицензионного договора (иных договоров) не предполагает, что компенсация во всех случаях должна быть определена судом в двукратном размере цены указанного договора (стоимости права использования), поскольку с учетом норм пункта 4 статьи 1515 ГК РФ за основу рассчитываемой компенсации должна быть принята цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака тем способом, который использовал нарушитель.

В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права; способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); территория, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, населенный пункт); иные обстоятельства.

Следовательно, арбитражный суд может определить другую стоимость права использования соответствующего товарного знака тем способом и в том объеме, в котором его использовал нарушитель, и, соответственно, иной размер компенсации по сравнению с размером, заявленным истцом.

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2021 №310-ЭС20-9768 по делу №А48-7579/2019 также отмечена необходимость соотнесения условий лицензионного договора, которым истец обосновывает расчет компенсации, и обстоятельств допущенного ответчиком нарушения, в том числе в части перечня товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам).

При определении цены, взимаемой при сравнимых обстоятельствах за правомерное использование спорного товарного знака, необходимо также учитывать виды товаров в рамках одного класса МКТУ, поскольку это может оказывать влияние на размер уплачиваемого лицензиатом правообладателю вознаграждения, однако это не означает, что размер вознаграждения по лицензионному договору должен быть арифметически поделен на количество товарных позиций, указанных в 8-м классе МКТУ.

При этом суд обращает внимание на то, что согласно ГОСТ Р 51303-2023 под видом товаров понимается совокупность товаров определенной группы, объединенных общим названием и назначением (например, плащи и куртки, принадлежащие к группе верхней одежды), под группой товаров - совокупность товаров определенного класса, обладающих сходными потребительскими свойствами и показателями, а также общим назначением (например, верхняя одежда, белье, обувь, молочные продукты).

Заключение лицензионного договора на использование товарного знака в отношении нескольких наименований товаров, входящих в один класс МКТУ, является обычной хозяйственной практикой. Например, если товарный знак зарегистрирован в отношении товаров 8-го класса МКТУ: кусачки для ногтей; ножницы; пилочки для ногтей, то разумно предположить, что по лицензионному договору будет предоставлено право использования в отношении всей группы указанных товаров (вид товаров: маникюрные инструменты). Соответственно, вознаграждение по такому лицензионному договору будет охватывать всю эту группу товаров.

В такой ситуации, если ответчик будет использовать товарный знак при продаже лишь одного товара, например ножниц, то стоимостью, которая обычно взимается при сравнимых обстоятельствах, будет вознаграждение по лицензионному договору за всю указанную группу товаров, и исходя из этой стоимости будет рассчитываться компенсация.

Если ответчик использовал обозначение лишь в отношении одного товара и заявил обоснованный довод о том, что по лицензионному договору предоставлено право использования товарного знака в отношении товаров, которые не относятся к одному виду, суд может определить иной размер стоимости права использования для целей расчета компенсации с учетом того, что размер вознаграждения по такому договору не является стоимостью права использования, взимаемой при сравнимых обстоятельствах.

Например, когда право использования по лицензионному договору предоставлено в отношении разнородных товаров 8-го класса МКТУ: шпатели, ножницы, молотки для работы с камнем, а ответчик использует товарный знак для одного товара, например для ножниц, стоимость права использования, которая взимается при сравнимых обстоятельствах за использование товарного знака в отношении ножниц, вероятно, будет ниже вознаграждения по такому договору. Соответственно, для расчета компенсации может быть взято за основу не все вознаграждение по такому лицензионному договору, а лишь его часть.

Как правило, готовые изделия классифицируются в соответствии с их функцией или назначением (общие замечания к МКТУ). В связи с этим видится разумным исходить из того, что вознаграждение за использование товаров из одного класса МКТУ - это стоимость права использования, взимаемая при сравнимых обстоятельствах за использование любого товара из этого класса, если ответчиком не доказано, что товары не относятся к одному виду.

Таким образом, если по лицензионному договору предоставлено право использования в отношении товаров одного класса МКТУ, то вознаграждение по такому договору, по общему правилу, составляет стоимость права использования, взимаемую при использовании любого товара из этого класса, если ответчиком не доказано, что товары по этому лицензионному договору относятся к разным видам, поэтому для целей расчета компенсации вознаграждение должно быть снижено.

В рассматриваемом случае ответчик не оспаривает принадлежность товаров по лицензионному договору к разным видам товаров из одного класса МКТУ.

Также ответчик не оспорил стоимость права использования, на основании которой истцом рассчитан размер компенсации. При рассмотрении дела в суде первой инстанции, ответчик не представил какие-либо иные лицензионные договоры или сведения об другой (альтернативной) цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование спорного товарного знака №359303, не опроверг указанный истцом расчет и порядок (методику) определения цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В силу пункта 5 статьи 1235 ГК РФ по лицензионному договору лицензиат обязуется уплатить лицензиару обусловленное договором вознаграждение, если договором не предусмотрено иное.

Выплата вознаграждения по лицензионному договору может быть предусмотрена в форме фиксированных разовых или периодических платежей, процентных отчислений от дохода (выручки) либо в иной форме.

Таким образом, в лицензионном договоре можно одновременно установить как фиксированный разовый лицензионный платеж (паушальный платеж), так и периодические платежи (например, процент от продаж).

Поскольку и паушальный взнос, и периодические платежи составляют стоимость права использования объекта интеллектуальных прав, обе суммы подлежат учету при расчете компенсации за нарушение исключительного права на этот объект.

Аналогичный правовой подход изложен в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 24.06.2024 по делу №А21-4292/2023.

В рассматриваемом случае, заявляя исковые требования в порядке подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, истец (лицензиат) предоставил в материалы дела лицензионный договор от 06.04.2021, заключенный с ООО «Торговый Дом «Кьют-Кьют» о предоставлении права использования товарного знака по свидетельству Российской Федерации №359303.

Указанный договор предоставляет лицензиату право на использования товарного знака истца, в том числе в отношении всех товаров 03, 08, 11, 21, 26 классов МКТУ и услуг 35, 44 классов МКТУ.

При этом, в силу указанного договора неисключительная лицензия на право использования товарного знака передана на весь срок действия договора, а согласно пункту 2 договора, лицензиат выплачивает лицензиару за предоставление права использования товарного знака комбинированное вознаграждение: разовый паушальный платеж в размере 1 000 000 рублей; ежемесячный платеж в форме роялти в размере 400 000 рублей (с учетом условий дополнительного соглашения от 08.12.2022 к лицензионному договору от 06.04.2021).

Указанный договор, недействительным не признан, о его фальсификации лицами, участвующими в деле, не заявлено, из числа доказательств по делу он не исключен.

Какие-либо иные лицензионные договоры или иные сведения о цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование спорного товарного знака, в материалы дела не представлены.

Ответчик не оспорил стоимость права использования, на основании которой истцом рассчитан размер компенсации. При рассмотрении дела в суде первой инстанции, ответчик не представил какие-либо иные лицензионные договоры или сведения об другой (альтернативной) цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование спорного товарного знака №359303, не опроверг указанный истцом расчет и порядок (методику) определения цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Суд в определениях по настоящему делу неоднократно предлагал ответчику представить отзыв на уточненное исковое заявление истца, доказательства правомерности использования заявленного объекта исключительных прав, в случае выплаты компенсации – платежные документы. 

Ответчик в судебное заседание не явился, предложенные пояснения, документы, отзыв не представил, контррасчет заявленного размера компенсации не заявил.

При этом суд отмечает, что в рассматриваемом случае предприниматель, занимающийся розничной торговлей, нарушил право на товарный знак путем продажи товара, на котором имелось изображение товарного знака истца.

Принадлежащий истцу товарный знак был использован при продаже товара, относящегося к 8 классу МКТУ, в то время как лицензиар предоставил лицензиату неисключительную лицензию в отношении всех товаров 03, 08, 11, 21, 26 и услуг 35, 44 класса МКТУ.

При расчете компенсации суд полагает возможным исходить из минимального срока предоставления права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации сроком на один месяц.

С учетом изложенного, суд считает правильным произведенный истцом расчет компенсации (1 400 000 руб. (вознаграждение по договору за месяц, из которых 1 000 000 руб. паушальный взнос, 400 000 руб. роялти) / 1 товарный знак / 7 классов МКТУ / 4 способа применения x 2 (двукратная стоимость права)) в размере 100 000 рублей.

Суд полагает расчет компенсации, произведенный истцом, верным и обоснованным (аналогичная позиция изложена в постановлениях Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.08.2024 по делу №А77-3026/2023, от 26.06.07.2024 по делу №А77-2627/2023, постановлениях Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2024 по делу №А32-70992/2023, от 27.06.2024 по делу №А32-67131/2023).

На основании изложенного заявление истца о взыскании компенсации, размер которой, определяется на основании пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, подлежит удовлетворению в полном объеме.

При этом суд в определениях по настоящему делу неоднократно предлагал ответчику представить отзыв на уточненное исковое заявление истца, доказательства правомерности использования заявленного объекта исключительных прав, в случае выплаты компенсации – платежные документы. 

Ответчик в судебное заседание не явился, предложенные пояснения, документы, отзыв не представил, контррасчет заявленного размера компенсации не заявил.

Ответчик не оспорил стоимость права использования, на основании которой истцом рассчитан размер компенсации. При рассмотрении дела в суде первой инстанции, ответчик не представил какие-либо иные лицензионные договоры или сведения об другой (альтернативной) цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование спорного товарного знака №359303, не опроверг указанный истцом расчет и порядок (методику) определения цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Основания и процессуальная возможность снижения компенсации, рассчитанной истцом по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, по инициативе суда, отсутствуют.

Истцом также заявлены требования о взыскании с ответчика судебных расходов по оплате государственной пошлины в размере 2 000 рублей,  судебных издержек в сумме 315,50 рублей, состоящих из почтовых расходов 70,50 рублей, стоимости спорного товара 245 рублей.

Согласно статье 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Вопросы о судебных расходах разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, или в определении (статья 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем (далее также - истцы) в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления (далее также - иски) в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны (часть 1 статьи 110 АПК РФ).

Указанные расходы понесены истцом в связи с собиранием доказательств и являются необходимыми для реализации права на обращение в суд, ввиду чего суд взыскивает с ответчика в пользу истца расходы по уплате государственной пошлины, расходы на приобретение товара, почтовые расходы.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2, г. Нефтекумск, ИНН <***>, ОГРН <***> в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1, г. Санкт-Петербург, ОГРНИП <***>, ИНН <***>  компенсацию в размере 100 000 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 2 000 рублей и судебные издержки в размере 315,50  рублей.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2, г. Нефтекумск, ИНН <***>, ОГРН <***> в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 2 000 рублей. Выдать исполнительный лист на взыскание государственной пошлины. 

Вещественные доказательства после вступления решения в законную силу уничтожить.

Решение суда может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления в полном объеме) и в Суд по интеллектуальным правам в двухмесячный срок со дня вступления его в законную силу при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.


Судья                                                                                                             В.А. Батурин