Решение от 20 мая 2020 г. по делу № А26-1086/2018

Арбитражный суд Республики Карелия

ул. Красноармейская, 24 а, г. Петрозаводск, 185910, тел./факс: (814-2) 790-590 / 790-625, E-mail: info@karelia.arbitr.ru

официальный сайт в сети Интернет: http://karelia.arbitr.ru


Именем Российской Федерации



РЕШЕНИЕ

Дело №

А26-1086/2018
г. Петрозаводск
20 мая 2020 года
Резолютивная часть решения объявлена 14 мая 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 20 мая 2020 года.


Арбитражный суд Республики Карелия в составе судьи Лайтинен В.Э., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Киндт Н.Л., рассмотрев в судебном заседании материалы дела по иску акционерного общества «ТНС энерго Карелия» к акционерному обществу «Прионежская сетевая компания» о взыскании 10431768 руб. 45 коп.,

третьи лица - публичное акционерное общество «Межрегиональная распределительная сетевая компания Северо-Запада», общество с ограниченной ответственностью «Некст», общество с ограниченной ответственностью «Энергокомфорт. Единая Карельская сбытовая компания», акционерное общество «Оборонэнерго», общество с ограниченной ответственностью «ТеплоМир Сервис», общество с ограниченной ответственностью «Сетевая компания Энерго», общество с ограниченной ответственностью «Жилищно-эксплуатационная организация», общество с ограниченной ответственностью «Домофонд», общество с ограниченной ответственностью «Надвоицкая управляющая компания», общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания № 1», Федеральное государственное казенное учреждение «Северо-Западное территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны;


при участии представителей:

истца, акционерного общества «ТНС энерго Карелия», - ФИО1 (доверенность от 09.01.2020),

ответчика, акционерного общества «Прионежская сетевая компания», - ФИО2 (доверенность от 23.12.2019),



установил:

акционерное общество «ТНС энерго Карелия» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, адрес: 185016, <...>; далее - истец, АО «ТНС энерго Карелия») обратилось в Арбитражный суд Республики Карелия с иском к акционерному обществу «Прионежская сетевая компания» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, адрес: 183013, <...>; далее - ответчик, АО «ПСК») о взыскании 10393092 руб. 89 коп., в том числе 6772915 руб. 73 коп. неосновательного обогащения в виде стоимости фактических потерь электрической энергии за период с мая по сентябрь 2017 года, 3601421 руб. 43 коп. законной неустойки по состоянию на 11.03.2020 и до даты фактического исполнения обязательства (с учетом уточненных исковых требований в судебном заседании 11.03.2020).

Требования обоснованы ссылками на статьи 307, 309, 1102, 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ответчик в отзыве на иск и в письменных пояснениях, представленных суду в порядке статьи 81 АПК РФ, исковые требования не признал полностью, в том числе в отношении требования о взыскании законной неустойки.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены публичное акционерное общество «Межрегиональная распределительная сетевая компания Северо-Запада», общество с ограниченной ответственностью «Некст», общество с ограниченной ответственностью «Энергокомфорт. Единая Карельская сбытовая компания», акционерное общество «Оборонэнерго», общество с ограниченной ответственностью «ТеплоМир Сервис», общество с ограниченной ответственностью «Сетевая компания Энерго», общество с ограниченной ответственностью «Жилищно-эксплуатационная организация», общество с ограниченной ответственностью «Домофонд», общество с ограниченной ответственностью «Надвоицкая управляющая компания», общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания № 1», Федеральное государственное казенное учреждение «Северо-Западное территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны (с учетом определения суда от 26.11.2019 об исключении из состава третьих лиц общества с ограниченной ответственностью «Валго», индивидуального предпринимателя ФИО3, дачного некоммерческого товарищества «Фауна»).

Представитель истца в судебном заседании заявил ходатайство об уточнении размера исковых требований в части взыскания неустойки, просит взыскать с АО «ПСК» 10431768 руб. 45 коп., в том числе 6772915 руб. 73 коп. неосновательного обогащения в виде стоимости фактических потерь электрической энергии за период с мая по сентябрь 2017 года, 3658852 руб. 72 коп. законной неустойки по состоянию на 14.05.2020 и до даты фактического исполнения обязательства.

Ходатайство истца в порядке части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом удовлетворено.

Представитель ответчика в судебном заседании просил приобщить к материалам дела контррасчет неустойки, указав на ошибочность представленного истцом расчета неустойки вследствие неверно примененной ставки рефинансирования и отсутствия учета корректировок, направленных на увеличение объема потерь. Ответчиком также заявлено о снижении размера неустойки на основании статей 333, 404 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Представители сторон в судебном заседании поддержали свои правовые позиции, изложенные соответственно в исковом заявлении и отзыве на него, а также неоднократно представленных письменных пояснениях.

Третьи лица явку представителей в судебное заседание не обеспечили, извещены о начавшемся процессе надлежащим образом, вследствие чего суд рассматривает дело в отсутствие третьих лиц в порядке части 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Заслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, суд установил следующие обстоятельства.

Согласно постановлению Госкомитета Республики Карелия по энергетике и регулированию тарифов от 10.10.2006 № 137 «Об определении гарантирующих поставщиков на территории Республики Карелия и разграничении зон их деятельности» АО «ТНС энерго Карелия» является гарантирующим поставщиком электрической энергии на территории Республики Карелия. Вся электрическая энергия приобретается АО «ТНС энерго Карелия» на оптовом рынке электроэнергии и продается в зоне деятельности компании как гарантирующего поставщика.

В обоснование иска АО «ТНС энерго Карелия» указало, что в спорном периоде (май - сентябрь 2017 года) договорные отношения между АО «ТНС энерго Карелия» и АО «ПСК» отсутствовали.

Разногласия сторон в спорном периоде по объему электрической энергии, подлежащей покупке в целях компенсации потерь, составляют суммарно 2190430 кВт/ч на сумму 6772915 руб. 73 коп.

Поскольку АО «ПСК» полностью не оплатило АО «ТНС энерго Карелия» фактические потери электрической энергии в объектах электросетевого хозяйства за спорный период, на стороне ответчика возникло неосновательное обогащение, что послужило основанием для обращения АО «ТНС энерго Карелия» в арбитражный суд с настоящим иском.

Правовые основы экономических отношений в области электроэнергетики, основные права и обязанности субъектов электроэнергетики при осуществлении деятельности в сфере электроэнергетики и потребителей электрической энергии наряду с Федеральным законом от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» регулируются утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 № 442 Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии (далее - Основные положения № 442), а также Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 (далее - Правила №861).

В соответствии с пунктом 128 Основных положений № 442 фактические потери электрической энергии в объектах электросетевого хозяйства приобретаются и оплачиваются сетевыми организациями, в объектах электросетевого хозяйства которых возникли такие потери, путем приобретения электрической энергии (мощности) у гарантирующего поставщика по договору купли-продажи (поставки) электрической энергии (мощности), заключенному в порядке и на условиях, указанных в разделе III настоящего документа.

Пунктом 50 Правил № 861 предусмотрено, что размер фактических потерь электрической энергии в электрических сетях определяется как разница между объемом электрической энергии, переданной в электрическую сеть из других сетей или от производителей электрической энергии, и объемом электрической энергии, которая поставлена по договорам энергоснабжения (купли-продажи (поставки) электрической энергии (мощности) и потреблена энергопринимающими устройствами, присоединенными к данной электрической сети, а также объемом электрической энергии, которая передана в электрические сети других сетевых организаций.

Определение объема фактических потерь электрической энергии в объектах электросетевого хозяйства осуществляется на основании данных, полученных с использованием приборов учета электрической энергии, а при отсутствии приборов учета - расчетным способом (пункт 136 Основных положений № 442).

В ходе судебного разбирательства стороны частично урегулировали спор, на момент рассмотрения дела не урегулированы следующие разногласия:

- в отношении объема электрической энергии, отпущенного ООО «Некст» в мае, июне 2017 года в объеме 103007 кВт/ч на сумму 283598 руб. 31 коп.,

- в отношении многоквартирных домов, признанных ветхими, аварийными, подлежащими сносу в мае – сентябре 2017 года в объеме 160065 кВт/ч на сумму 513887 руб. 01 коп.,

- в отношении порядка определения объема электроэнергии переданной в сети ООО «СК Энерго» (транзит) в мае - июле 2017 года в объеме 1891418 кВт/ч на сумму 5853650 руб. 63 коп.,

- в отношении здания, расположенного по адресу: <...> в мае – сентябре 2017 года в объеме 5690 кВт/ч на сумму 17450 руб. 67 коп.,

- по объему электроэнергии, отпущенной в многоквартирные дома, расположенные по адресам: <...><...>; <...>; <...>, 12А, в мае, августе, сентябре 2017 года в объеме 30250 кВт/ч на сумму 104329 руб. 11 коп.

Рассмотрев разногласия сторон в отношении объема электрической энергии, отпущенного ООО «Некст», суд пришел к следующему выводу.

По мнению истца, правовые основания для включения объема электрической энергии, потребленного на спорном объекте ООО «Некст», в объем полезного отпуска, отсутствуют. Факт наличия заключенного договора энергоснабжения между АО «ТНС энерго Карелия» и ООО «Некст», как и факт осуществления АО «ПСК» передачи электрической энергии на объект ООО «Некст» не имеет правового значения при определении объема потерь, поскольку, начиная с мая 2016 года, на жилые помещения зарегистрировано право собственности, объем электрической энергии, потребленной на спорном объекте подлежит квалификации в качестве потребления в рамках договоров энергоснабжения, заключенных между ООО «Энергокомфорт. Единая Карельская сбытовая компания» и собственниками помещений в МКД. Более того, с июня 2017 года управление многоквартирным домом осуществлялось товариществом собственников жилья «Варкауса, 37». Таким образом, в заявленный в рамках настоящего дела период договор энергоснабжения № 14036 от 10.03.2015 не мог исполняться, вследствие выбытия из владения ООО «Некст» энергопринимающих устройств.

Ответчик не согласен с позицией истца, считает, что поскольку АО «ТНС энерго Карелия», заключив договор энергоснабжения с ООО «Некст» письмом от 27.03.2015, уведомило об этом сетевую организацию с целью организации процесса оказания услуг по передаче электроэнергии потребителю, весь объем потребленной по договору энергоснабжения электроэнергии, начиная с даты его заключения, является полезным отпуском ответчика и не может включаться в объем потерь электроэнергии, подлежащих оплате ответчиком в адрес истца. С 01.07.2017 заключен договор энергоснабжения между ТСН «Варкауса, 37» и ООО «Энергокомфорт. Единая Карельская сбытовая компания», ранее указанной даты правовых отношений между указанными лицами не имелось, что подтверждено и самим третьим лицом.

Судом установлено, что между АО «ТНС энерго Карелия» и ООО «Некст» заключен договор энергоснабжения № 14036 от 10.03.2015 в отношении объекта «многоэтажный жилой дом (строительство) (<...> земельный участок с кадастровым номером 10:01:0020111:3)». В марте 2017 года АО «ТНС энерго Карелия» установило, что указанный объект расположен в зоне деятельности гарантирующего поставщика - ООО «Энергокомфорт. Единая Карельская сбытовая компания».

Учитывая нахождение спорной точки поставки в зоне деятельности иного гарантирующего поставщика, а также невозможность исполнения заключенного с ООО «Некст» договора энергоснабжения, истец в спорный период не учитывал потребленные ООО «Некст» объемы электроэнергии в полезном отпуске АО «ПСК» и выставил в адрес последнего финансовые документы по оплате потерь электрической энергии.

Согласно пункту 124 Основных положений № 442 в случае заключения потребителем договора купли-продажи (поставки) электрической энергии (мощности) сведения о заключенном договоре предоставляются в адрес сетевой организации гарантирующим поставщиком (энергосбытовой, энергоснабжающей организацией) путем направления ей соответствующего уведомления в течение 3 рабочих дней со дня заключения договора способом, позволяющим подтвердить факт и дату получения указанного уведомления, а также потребителем - при его обращении в адрес сетевой организации для заключения договора оказания услуг по передаче электрической энергии.

Сетевая компания получает информацию о заключенных, расторгнутых, прекращенных договорах энергоснабжения только от гарантирующего поставщика. Получив соответствующее уведомление, сетевая организация не проверяет правомочность заключения соответствующего договора гарантирующим поставщиком/энергосбытовой организацией и начинает оказывать услугу по передаче электрической энергии в соответствии с указанным уведомлением.

Потребитель ООО «Некст» был присоединен к сетям ответчика, с ним оформлены соответствующие сетевые документы.

27.03.2015 истец направил в адрес ответчика уведомление исх. № 221-13-14036-19663 (вх. № 7836 от 27.03.2015) о заключении договора энергоснабжения от 10.03.2015 № 14036 по семи точкам поставки с началом действия 25.03.2015 и предложил подать электроэнергию на энергопринимающие устройства потребителя.

С 25.03.2015 ответчик как сетевая организация, руководствуясь указанным уведомлением, начал оказывать услугу по передаче электрической энергии в точки поставки потребителя. Объем поставленной потребителю электроэнергии отражался в объеме полезного отпуска ответчика и учитывался при определении объема потерь электроэнергии, финансовые документы подписывались сторонами.

На основании пункта 126 Основных положений № 442 гарантирующий поставщик обязан не позднее 3 рабочих дней до даты и времени расторжения договора энергоснабжения уведомить об этом, а также о дате и времени прекращения снабжения электрической энергией по такому договору сетевую организацию, оказывающую услугу по передаче электроэнергии в отношении энергопринимающих устройств по такому договору. В случае невыполнения гарантирующим поставщиком указанной обязанности сетевая организация продолжает оказывать услуги по передаче электроэнергии до получения от гарантирующего поставщика такого уведомления, а если уведомление получено менее чем за 3 рабочих дня до указанной в нем даты и времени прекращения снабжения электрической энергии, то до истечения 3 рабочих дней с даты и времени получения сетевой организации такого уведомления; гарантирующий поставщик обязан компенсировать сетевой организации стоимость оказанных ею услуг по передаче электрической энергии.

Материалами дела подтверждается несоблюдение гарантирующим поставщиком порядка уведомления сетевой организации о расторжении договора с ООО «Некст», предусмотренного пунктом 126 Основных положений № 442, что влечет за собой признание спорного объема как полезного отпуска сетевой организации.

Суд также принимает во внимание, что ООО «Энергокомфорт. Карелия» в письменных пояснениях от 26.07.2018 указало, что по многоквартирному дому №37 по наб. Варкауса в г. Петрозаводске отсутствуют лицевые счета, нет прямых договорных отношений с потребителями – гражданами. Ранее 01.07.2017 по данной точке поставки у ООО «Энергокомфорт. Карелия» договоров не было.

Таким образом, требование АО «ТНС энерго Карелия» в данной части (283598 руб. 31 коп.) удовлетворению не подлежит.

В части разногласий сторон в спорном периоде в отношении многоквартирных домов, признанных ветхими, аварийными, подлежащими сносу в объеме 160065 кВт/ч на сумму 513887 руб. 01 коп. суд пришел к следующему выводу.

В обоснование своей позиции истец указывает, что объем полезного отпуска в отношении названных многоквартирных домов, который используется для определения фактических потерь в объектах электросетевого хозяйства сетевых организаций, равен объему обязательств потребителей в таких домах; допустимым способом определения объема поставленного в такие многоквартирные дома ресурса является суммирование объемов индивидуального потребления в помещениях и объема электроэнергии, потребленной на общедомовые нужды, в пределах норматива.

Ответчик не согласен с доводами истца по следующим основаниям: у сетевой организации отсутствует обязанность по оплате потерь, возникших в сетях, не принадлежащих ответчику; объем услуг по передаче электроэнергии в спорных многоквартирных домах определяется на границе балансовой принадлежности сетей на основании показаний приборов учета; объем полезного отпуска в аварийных домах определяется на основании показаний приборов учета; обязанность по оплате разницы между входным объемом в сети МКД и суммарным объемом индивидуального потребления в помещениях МКД и расхода на ОДН в пределах норматива должно возлагаться на исполнителя коммунальных услуг; названная разница должна квалифицироваться как потери электроэнергии во внутридомовых сетях; отсутствует специальная норма права о расчете объема полезного отпуска для аварийных или ветхих домов, в том числе для определения потерь сетевой организации; представленные в материалы дела акты обследования подтверждают возможность точной фиксации потребленной электроэнергии.

Представленными в материалы дела документами подтверждается признание спорных многоквартирных жилых домов аварийными и подлежащими сносу.

Согласно части 2 статьи 13 Федерального закона от 23.11.2009 № 261-ФЗ «Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Закон № 261-ФЗ), расчеты за энергетические ресурсы должны осуществляться на основании данных о количественном значении энергетических ресурсов, произведенных, переданных, потребленных, определенных при помощи приборов учета используемых энергетических ресурсов.

Как следует из части 1 статьи 13 Закона № 261-ФЗ требования указанной статьи в части организации учета используемых энергетических ресурсов не распространяются на ветхие, аварийные объекты, объекты, подлежащие сносу или капитальному ремонту до 01.01.2013, а также объекты, мощность потребления электрической энергии которых составляет менее чем пять киловатт (в отношении организации учета используемой электрической энергии) или максимальный объем потребления тепловой энергии которых составляет менее чем две десятых гигакалории в час (в отношении организации учета используемой тепловой энергии).

По общему правилу объем коммунальной услуги в размере превышения над объемом, рассчитанным исходя из нормативов потребления коммунальной услуги, предоставленной на общедомовые нужды, управляющая организация оплачивает за счет собственных средств.

Данное регулирование направлено на стимулирование управляющей организации к выполнению мероприятий по эффективному управлению многоквартирным домом (выявлению несанкционированного подключения, внедоговорного потребления коммунальных услуг и др.) и достижение целей этого управления, обеспечивающих благоприятные и безопасные условия проживания граждан.

Вместе с тем, принимая во внимание, что в аварийных и ветхих объектах возможности обеспечения благоприятных условий проживания граждан могут быть существенно ограничены в связи с объективным физическим износом здания, его отдельных частей и инженерных систем, а также направленность нормативно-правового регулирования на защиту граждан, вынужденных проживать в непригодных для этих целей условиях, от несения дополнительных издержек, связанных с содержанием и ремонтом таких объектов, использование при расчетах за поставленный коммунальный ресурс показаний приборов учета в рассматриваемом случае не должно приводить к возложению на собственников домов и помещений в них или управляющие организации расходов, связанных с оплатой потребленных в соответствии с показаниями приборов учета коммунальных услуг в объеме, превышающем нормативы потребления.

Таким образом, ресурсоснабжающие организации вправе использовать показания коллективных приборов учета, установленных ими в ветхих и аварийных объектах с соблюдением требований законодательства, для определения объема и стоимости потребленных энергоресурсов на общедомовые нужды. Однако размер обязательств собственников и управляющей компании по оплате потребленных энергоресурсов на общедомовые нужды ограничен утвержденными нормативами потребления.

Аналогичная правовая позиция изложена в вопросе 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016.

По смыслу абзаца одиннадцатого пункта 15(1) Правил № 861 и абзаца второго пункта 78 Основных положений № 442 объем обязательств гарантирующего поставщика перед сетевой организацией по оплате услуг по передаче электроэнергии не может быть иным, чем обязательства потребителя перед гарантирующим поставщиком по оплате поставленного энергоресурса, в стоимость которого входят услуги по передаче электрической энергии.

Таким образом, допустимым способом определения объема поставленного ресурса в указанные многоквартирные дома является суммирование объемов индивидуального потребления в помещениях и объема электроэнергии, поставленной на общедомовые нужды, в пределах норматива.

Объем электроэнергии, определенный по показаниям общедомовых приборов учета, установленных в ветхих и аварийных домах, в случае его превышения над объемом ресурса, рассчитанным на основании норматива потребления, не может быть признан полезным отпуском электроэнергии в отношении таких домов (определения Верховного суда Российской Федерации от 27.06.2018 № 310-ЭС18-4828, от 26.03.2018 № 310-ЭС18-1211, от 03.06.2019 №303-ЭС19-6821).

Весь объем электроэнергии, который не входит в объем потребления по договорам энергоснабжения и не приравнивается к потреблению электроэнергии, не является полезным отпуском электрической энергии, следовательно, является потерями в сетях сетевой организации.

Таким образом, суд приходит к выводу о правомерности требований истца в указанной части на сумму на сумму 513887 руб. 01 коп.

В части разногласий по транзиту в сети ООО «СК Энерго» (май - июль 2017 года) в общем объеме 1891418 кВт/ч на сумму 5853650 руб. 63 коп. суд признает обоснованной позицию истца в связи со следующим.

Пунктом 136 Основных положений № 442 предусмотрено, что определение фактических потерь электрической энергии в объектах электросетевого хозяйства осуществляется на основании данных, полученных с использованием указанных в разделе X Основных положений приборов учета электрической энергии, в том числе включенных в состав измерительных комплексов, систем учета, а при отсутствии приборов учета и в определенных в названном разделе случаях - путем применения расчетных способов, предусмотренных Основными положениями и приложением № 3 к ним.

Согласно пункту 144 Основных положений № 442 приборы учета подлежат установке на границах балансовой принадлежности объектов электроэнергетики (энергопринимающих устройств) смежных субъектов розничного рынка - потребителей, производителей электрической энергии (мощности) на розничных рынках, сетевых организаций, имеющих общую границу балансовой принадлежности, а также в иных местах, определяемых в соответствии с разделом Х Основных положений с соблюдением установленных законодательством Российской Федерации требований к местам установки приборов учета. При отсутствии технической возможности установки прибора учета на границе балансовой принадлежности объектов электроэнергетики (энергопринимающих устройств) смежных субъектов розничного рынка прибор учета подлежит установке в месте, максимально приближенном к границе балансовой принадлежности, в котором имеется техническая возможность его установки. При этом по соглашению между смежными субъектами розничного рынка прибор учета, подлежащий использованию для определения объемов потребления (производства, передачи) электрической энергии одного субъекта, может быть установлен в границах объектов электроэнергетики (энергопринимающих устройств) другого смежного субъекта.

Обязанность по обеспечению оснащения приборами учета объектов электросетевого хозяйства одной сетевой организации в точках их присоединения к объектам электросетевого хозяйства другой сетевой организации, если иное не установлено соглашением между такими сетевыми организациями, возлагается на ту сетевую организацию, центры питания которой в данной точке присоединения имеют более низкий класс напряжения, а при равенстве классов напряжения центров питания в точке присоединения - на сетевую организацию, в объекты электросетевого хозяйства которой за год до планируемой даты установки приборов учета преимущественно осуществлялся переток электрической энергии (абзац 2 пункта 145 Основных положений № 442).

Объекты электросетевого хозяйства ТП-337, ТП-602 и ТП-604, которые в спорный период находились во владении ООО «СК Энерго», ранее принадлежали потребителям ООО «Речной-1», ООО «Деревенский дом», ООО «Некст».

По данным объектам между АО «ПСК» и предыдущими владельцами (ООО «Речной-1», ООО «Деревенский дом», ООО «Некст») составлены акты разграничения эксплуатационной ответственности сторон, установлены приборы учета, которые согласно справкам-актам от 10.02.2015 № 2516, от 25.11.2015 №514/при и от 04.12.2015 (б/н) допущены в эксплуатацию.

После расторжения договоров энергоснабжения с ООО «Речной-1», ООО «Деревенский дом» и ООО «Некст» и перехода права владения спорными сетями к ООО «СК Энерго» границы балансовой принадлежности не изменились, доказательства обратного суду не представлены. Не представлены ответчиком и доказательства, подтверждающие выход из строя приборов учета, их утрату либо истечение срока их эксплуатации.

Согласно пункту 4 статьи 26 Федерального закона от 26.03.2003 года № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» в случае, если происходит смена собственника или иного законного владельца энергопринимающих устройств или объектов электроэнергетики, которые ранее в надлежащем порядке были технологически присоединены, а виды производственной деятельности, осуществляемой новым собственником или иным законным владельцем, не влекут за собой пересмотр величины присоединенной мощности и не требуют изменения схемы внешнего электроснабжения и категории надежности электроснабжения, повторное технологическое присоединение не требуется и ранее определенные границы балансовой принадлежности устройств или объектов и ответственности за нарушение правил эксплуатации объектов электросетевого хозяйства не изменяются.

Поскольку смена владельца объектов электросетевого хозяйства не препятствует использованию ранее установленных приборов учета, отвечающих требованиям действующего законодательства, а ООО «СК «Энерго» в спорный период не являлась сетевой организацией (апелляционное определение Верховного суда Российской Федерации от 23.08.2018 № 75-АПГ18-3), АО «ТНС энерго Карелия» правомерно осуществило расчет объема электрической энергии, отпущенной в мае - июле 2017 года на объекты ТП-337, ТП-602, ТП-604 на основании приборов учета.

С учетом изложенного, в указанной части исковые требования подлежат удовлетворению.

Разногласия сторон по многоквартирным домам, расположенным по адресам: <...><...>; <...>; <...>, 12А, в мае, августе и сентябре 2017 года составляют 30250 кВт/ч на сумму 104329 руб. 11 коп. и связаны с разным порядком расчета объема полезного отпуска.

АО «ПСК» определяет объем полезного отпуска на основании показаний общедомового прибора учета (ОДПУ).

В свою очередь АО «ТНС энерго Карелия» объем электрической энергии за месяц, в котором показания ОДПУ ответчиком не были представлены, и за следующий месяц, в котором не были приняты, определяется гарантирующим поставщиком как суммарные объемы по показаниям индивидуальных приборов учета (ИПУ), не учитывающее потребление электроэнергии на общедомовые нужды и потребление электроэнергии потребителями, не сообщившими показания приборов учета, или у которых расчет должен быть произведен расчетным методом.

Согласно пункту 1 статьи 544 Гражданского кодекса Российской Федерации оплата производится за фактически потребленное количество электрической энергии. В силу пункта 136 Основных положений № 442 определение объема потребления (производства) электрической энергии (мощности) на розничных рынках, оказанных услуг по передаче электрической энергии, а также фактических потерь электрической энергии в объектах электросетевого хозяйства осуществляется на основании данных, полученных с использованием приборов учета электрической энергии, а при их отсутствии и в определенных в настоящем разделе случаях - путем применения расчетных способов.

Согласно объяснениям АО «ПСК» общедомовые приборы учета в спорных домах расположены в ВРУ, принадлежащих потребителю. Несвоевременное предоставление показаний ОДПУ связано с отсутствием доступа к ним.

В случае если собственник прибора учета не является собственником энергопринимающих устройств, в границах которых такой прибор учета был установлен и допущен к эксплуатации, то собственник энергопринимающих устройств несет обязанность по обеспечению сохранности и целостности прибора учета, по снятию, хранению и предоставлению его показаний (абзац 5 пункта 145 Основных положений № 442).

Установленные подпунктом «е» пункта 31(1) Правил предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 № 354 сроки снятия показаний ОДПУ и направления их ресурсоснабжающей организации установлены для исполнителя коммунальной услуги и не обязательны для сетевой организации, не являющейся исполнителем коммунальной услуги.

Вследствие непринятия к расчету фактического объема электрической энергии, зафиксированного сетевой организацией в следующем расчетном периоде, сетевая организация оплачивает фактически потребленный МКД объем электроэнергии (за минусом объема, зафиксированного ИПУ) как потери в ее сетях без всяких к тому правовых оснований.

Ссылка АО «ТНС энерго Карелия» на то, что нормы действующего законодательства не предусматривают возможность корректировки объемов электрической энергии, выставляемой потребителям, не обоснована, поскольку отсутствие прямого указания в законе не означает невозможность последующего перерасчета объемов полезного отпуска после представления гарантирующему поставщику показаний общедомовых приборов учета с целью соблюдения принципа произведения расчета на основании фактически потребленного объема электроэнергии.

С учетом изложенного, суд признает обоснованной позицию ответчика, иск в данной части не подлежит удовлетворению.

Между сторонами в спорном периоде (май – сентябрь 2017 года) имеются разногласия в отношении здания, расположенного по адресу: <...>.

По данным гарантирующего поставщика объем полезного отпуска в отношении данного здания в спорном периоде составил 0 кВт/ч, поскольку здание является нежилым, находится в оперативном управлении ФГУ «Северо-Западное ТУИО» Министерства обороны; в отсутствие договора энергоснабжения потребление электроэнергии в отношении указанной точки поставки является бездоговорным и не подлежит включению в объем полезного отпуска. Следовательно, объем бездоговорного потребления должен быть оплачен АО «ПСК» в адрес АО «ТНС энерго Карелия» в качестве потерь электрической энергии в объеме 5690 кВт/ч на сумму 17450 руб. 67 коп.

Ответчик, возражая в данной части иска, указал, что спорное здание имеет статус общежития, что подтверждается, в том числе, письмом ФГУ «Северо-Западное ТУИО» Министерства обороны от 24.06.2019, в котором учреждение подтверждает факт нахождения в спорном здании общежития; истцом не оспаривается наличие 5-ти открытых физическим лицам лицевых счетов. Следовательно, бездоговорное потребление отсутствует и объем электрической энергии, поставленный в спорное здание, имеющее статус общежития, и определенный на основании показаний общедомового прибора учета, должен быть отнесен в объем полезного отпуска ответчика.

Рассмотрев разногласия сторон в данной части, суд установил следующее.

Согласно акту № 10 от 14.12.2016 балансовая принадлежность объектов электросетевого хозяйства, обеспечивающих энергоснабжение дома по указанному адресу, отнесена к АО «ПСК». Следовательно, услуги по передаче электрической энергии фактически оказывались истцом.

По сведениям ЕГРН спорное здание поставлено на кадастровый учет 22.11.2011 как нежилое, общежитие; 15.01.2009 зарегистрировано право оперативного управления ФГУ «Петрозаводская КЭЧ».

09.09.2011 в ЕГРЮЛ внесена запись о прекращении деятельности ФГУ «Петрозаводская КЭЧ» в результате присоединения к ФГУ «Северо-Западное ТУИО» Министерства обороны.

Согласно представленному в материалы дела третьим лицом, ФГУ «Северо-Западное ТУИО» Министерства обороны, передаточному акту при присоединении федеральных государственных учреждений Министерства обороны Российской Федерации от 31.05.2011 дом 8А по ул. Мира в г. Сортавала (военный городок №1) передавался от Петрозаводской КЭЧ в адрес ФГКУ «СЗТУ имущественных отношений» как общежитие с назначением жилое здание (позиция 412 акта).

Из акта 93/Сорт от 14.06.2019 проведения инструментальной проверки технических средств измерительного комплекса следует, что общедомовой прибор учета, установленный в доме, отнесен к балансовой принадлежности АО «ПСК», исправен. В справке имеется информация о наличии договоров энергоснабжения между пятью потребителями - физическими лицами и АО «ТНС энерго Карелия».

АО «ТНС энерго Карелия» в ходе рассмотрения дела не оспаривало информацию о пяти открытых лицевых счетах для расчетов с физическими лицами, однако, указало, что в течение значительного периода времени показания индивидуальных приборов учета гарантирующему поставщику не передавались, платежи не начислялись.

Таким образом, представленными доказательствами подтверждается первоначальное назначение помещений в здании по ул. Мира, 8А - общежитие, а также наличие открытых лицевых счетов физических лиц.

Доказательств перевода жилых помещений в нежилые в установленном статьей 23 ЖК РФ порядке в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах, учитывая положения пункта 1 статьи 540 ГК РФ, суд считает необоснованной позицию АО «ТНС энерго Карелия» о наличии бездоговорного потребления электроэнергии и, как следствие, об отсутствии полезного отпуска электроэнергии.

В указанной части иск удовлетворению не подлежит.

Учитывая изложенное выше, требование АО «ТНС энерго Карелия» о взыскании неосновательного обогащения в виде стоимости фактических потерь электроэнергии за период с мая по сентябрь 2017 года подлежит удовлетворению частично в сумме 6367537 руб. 64 коп.

Истцом также заявлено о взыскании с ответчика неустойки в соответствии со статьей 37 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике».

Статьями 393, 394 ГК РФ установлено, что при неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательств по договору лицо, нарушившее обязательство, обязано возместить убытки, а в случае, предусмотренном законом или договором, неустойку.

В силу пункта 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Исходя из пункта 2 статьи 37 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее - Закон № 35-ФЗ), потребитель или покупатель электрической энергии, несвоевременно и (или) не полностью оплатившие электрическую энергию гарантирующему поставщику или производителю электрической энергии (мощности) на розничном рынке, обязаны уплатить ему пени в размере одной стотридцатой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день фактической оплаты, от не выплаченной в срок суммы за каждый день просрочки, начиная со следующего дня после дня наступления установленного срока оплаты, по день фактической оплаты.

Поскольку ответчиком нарушены обязательства по оплате фактических потерь электрической энергии, истцом правомерно начислена законная неустойка по состоянию на 14.05.2020.

Возражая по представленному истцом расчету, ответчик ссылается на разъяснения, данные в Обзоре судебной практики № 3 (вопрос 3), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.10.2016, согласно которому при взыскании в судебном порядке законной неустойки за просрочку исполнения обязательств по оплате потребленных энергетических ресурсов за период до принятия решения суда подлежит применению ставка на день вынесения решения.

В то же время согласно пункту 26 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2(2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019, изложенные в ответе на вопрос 3 Обзора № 3 разъяснения распространяются исключительно на случаи, когда основной долг не погашен.

Отсутствие, в том числе в пункте 2 статьи 37 Закона № 35-ФЗ, указания, на дату фактической уплаты чего - долга или пеней - должна определяться ключевая ставка ЦБ РФ, допускает возможность различного толкования. Вместе с тем с учетом акцессорного характера неустойки и ее зависимости от уплаты основной задолженности положения Закона № 35-ФЗ об ответственности потребителей за несвоевременное внесение платежей подлежат истолкованию как предусматривающие определение размера ставки рефинансирования (ключевой ставки) на день фактической уплаты задолженности, а не неустойки.

Таким образом, при расчете неустойки в отношении уже погашенной задолженности должна применяться ставка рефинансирования, действовавшая на день фактической оплаты такой задолженности.

Учитывая изложенное, суд признает правильной методику расчета неустойки, представленную истцом в альтернативном расчете, приобщенного к материалам дела. Однако, судом установлено, что истцом неверно применена ключевая ставка при расчете неустойки за просрочку оплаты потерь в оспариваемой части за июль 2017 года, вместо действующей на дату принятия решения ставки 5,5% применена - 6% годовых, вследствие чего неустойка за указанный период составит 1204608 руб. 94 коп. (по расчету истца – 1307667 руб. 90 коп.).

Поскольку требование АО «ТНС энерго Карелия» о взыскании неосновательного обогащения в виде стоимости фактических потерь электроэнергии за период с мая по сентябрь 2017 года удовлетворено судом частично в сумме 6367537 руб. 64 коп., с АО «ПСК» в пользу истца подлежит взысканию законная неустойка в размере 2970060 руб. 26 коп., начисленная по состоянию на 14.05.2020.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 65 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - постановление Пленума ВС РФ № 7), по смыслу статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ).

Таким образом, требование истца о присуждении неустойки по день фактического исполнения обязательства является обоснованным и подлежит удовлетворению.

Довод ответчика о том, что неустойка не подлежит начислению с 20.03.2020 и по дату вынесения решения в связи с обстоятельствами, связанными с распространением новой коронавирусной инфекции COVID-19, отклоняется судом как противоречащий действующему законодательству.

Рассмотрев заявление ответчика о применении положений статей 333, 401, 404 ГК РФ и уменьшении размера неустойки, суд пришел к следующему выводу.

Согласно статье 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении (пункт 1); уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды (пункт 2).

Как разъяснено в пункте 73 постановления Пленума ВС РФ № 7 бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, на основании статей 317.1, 809, 823 Гражданского кодекса Российской Федерации) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки (пункт 73 постановления Пленума ВС РФ № 7).

В пункте 74 постановления Пленума ВС РФ № 7 определено, что, возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.).

Согласно пункту 75 постановления Пленума ВС РФ № 7 при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 77 постановления Пленума ВС РФ № 7 снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ).

Правила о снижении размера неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются также в случаях, когда неустойка определена законом (пункт 78 постановления Пленума ВС РФ № 7).

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 26.05.2011 года № 683-О-О указано, что пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации закрепляет право суда уменьшить размер подлежащей уплате неустойки, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, и, по существу, предписывает суду устанавливать баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и размером действительного ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения, что согласуется с положением статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, в соответствии с которым осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

К выводу о наличии или отсутствии оснований для снижения суммы неустойки суд приходит в каждом конкретном случае при оценке имеющихся в деле доказательств по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном их исследовании.

В рассматриваемом случае, суд не усматривает явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства. Установленный законом размер неустойки превышает размер процентов за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ) в 2,8 раза, что не свидетельствует о несоразмерности законной неустойки. Ответчик является коммерческой организацией, и своевременное исполнение обязательства зависит только от действий самого ответчика.

Поскольку доказательства явной несоразмерности предъявленной к взысканию суммы неустойки последствиям нарушения обязательств по оплате ответчиком не представлено, принимая во внимание компенсационный характер неустойки, суд пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для уменьшения размера взыскиваемой неустойки в порядке статьи 333 ГК РФ.

Довод ответчика о том, что истец злоупотреблял своими правами, отклоняется судом на основании следующего.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлено, что не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Для установления в действиях граждан и юридических лиц злоупотребления правом необходимо установить их намерения при реализации принадлежащих им гражданских прав, которые направлены на нарушение прав и законных интересов иных участников гражданского оборота или создают такую возможность их нарушения, при этом выявить действительную волю лица, злоупотребившего правом, возможно при характеристике последствий реализации гражданских прав таким лицом.

Согласно пункту 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

По смыслу приведенных норм, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей). При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

Вместе с тем материалами дела не подтверждается наличие у истца умысла на заведомо недобросовестное осуществление прав, а также цель причинения вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Устанавливая презумпцию вины нарушителя обязательства, Гражданский кодекс Российской Федерации возлагает на него бремя доказывания отсутствия вины. Ответчик должен доказать, что нарушение обязательства было вызвано обстоятельствами, которые исключают его вину, к которым относятся случаи непреодолимой силы и действия третьих лиц. Кроме того, он должен доказать, что его поведение в данной ситуации соответствовало критериям, установленным в абзаце 2 пункта 1 статьи 401 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 404 ГК РФ если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, суд соответственно уменьшает размер ответственности должника. Суд также вправе уменьшить размер ответственности должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению.

Обстоятельства, свидетельствующие о вине кредитора либо о наличии объективных оснований, достаточных для уменьшения ответственности должника за нарушение обязательства, судом не установлены. Кроме того, доказательств принятия всех мер для надлежащего исполнения обязательства, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства, АО «ПСК» не представило, вследствие чего, доводы в отношении применения статей 401, 404 ГК РФ ответчиком не подтверждены.

Суд отмечает, что ответчик, не исполняя свои обязательства, должен был оценивать свои риски, связанные с его предпринимательской деятельностью (абзац 3 пункта 1 статьи 2 ГК РФ) и наступление в связи с этим неблагоприятных для него последствий в виде привлечения к гражданско-правовой ответственности.

При таких обстоятельствах иск АО «ТНС энерго Карелия» подлежит удовлетворению частично с отнесением судебных расходов по оплате госпошлины на стороны пропорционально размеру удовлетворенных требований в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд



РЕШИЛ:

1. Иск удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Прионежская сетевая компания» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) в пользу акционерного общества «ТНС энерго Карелия» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) 9337597 руб. 90 коп., в том числе 6367537 руб. 64 коп. неосновательного обогащения в виде стоимости фактических потерь электроэнергии за период с мая по сентябрь 2017 года, 2970060 руб. 26 коп. законной неустойки по состоянию на 14.05.2020 и неустойку в соответствии с пунктом 2 статьи 37 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» на сумму основного долга (6367537 руб. 64 коп.) начиная с 15.05.2020 по дату фактического исполнения обязательства, а также судебные расходы по оплате государственной пошлины в сумме 65611 руб. 73 коп.

В остальной части иска отказать.

2. Взыскать с акционерного общества «ТНС энерго Карелия» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 7883 руб. 00 коп.

3. Взыскать с акционерного общества «Прионежская сетевая компания» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 1664 руб. 27 коп.

4. Решение может быть обжаловано:

- в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня изготовления полного текста решения в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд (191015, <...>);

- в кассационном порядке в течение двух месяцев со дня вступления решения в законную силу – в Арбитражный суд Северо-Западного округа (190000, г.Санкт-Петербург, ул. Якубовича,4) при условии, что данное решение было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья

Лайтинен В.Э.