Решение от 15 января 2018 г. по делу № А45-36288/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

г. Новосибирск № А45-36288/2017

Резолютивная часть решения принята 11.01.2018

В полном объеме решение изготовлено 16.01.2018

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Малимоновой Л.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Агеевой Ю.М., рассмотрел в открытом судебном заседании, с ведением аудиозаписи судебного процесса в помещении арбитражного суда Новосибирской области по адресу: <...>, дело

по иску общества с ограниченной ответственностью «Фармалайн» (ОГРН: <***>), г. Новокузнецк

к Акционерному обществу «Научно-производственная компания «Катрен» (ОГРН: <***>), г. Новосибирск

о признании третейской оговорки в п. 7.1 договора поставки №43319 от 01.04.2015 недействительной,

при участии представителей:

от истца: представитель отсутствует, организация извещена в порядке ст. 123 АПК РФ;

от ответчика: ФИО1 - доверенность от 19.09.2017, паспорт,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Фармалайн» (далее – истец, покупатель или ООО «Фармалайн») обратилось в суд с иском к Акционерному обществу «Научно-производственная компания «Катрен» (далее – ответчик, поставщик или АО НПК «Катрен») о признании недействительным п. 7.1 заключенного между ними договора поставки от 01.04.2015 №43319 (далее – договор).

Требование истца обосновано тем, что включение оспариваемого пункта в заключенный между сторонами договор являлось со стороны истца вынужденной мерой, т.к. АО НПК «Катрен», как лидер в оптовой торговле лекарственными средствами (входит в тройку крупнейших поставщиков) фактически навязал условия о рассмотрении споров в Сибирском Третейском суде, что подлежит, по мнению истца, квалификации как включение в договор несправедливого условия с нарушением требований ст. ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (нарушение принципа добросовестности сторон) и ст. 169 ГК РФ как условия с целью заведомо противной интересам правопорядка и нравственности.

На указанную правовую квалификацию, по утверждению истца, влияет тот факт, что в соответствии с п. 7 ст. 52 Федерального закона от 29.12.2015 № 382 «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации (далее ФЗ № 382-ФЗ) со дня вступления в законную силу указанного Федерального закона нормы Федерального закона от 24.07.2002 № 102 «О третейских судах в Российской Федерации (далее ФЗ № 102-ФЗ) не применяются, за исключением начатого и незавершенного со дня вступления в силу ФЗ № 382-ФЗ третейского дела, и в силу п. 9 ст. 52 ФЗ № 382-ФЗ в отношении арбитража, начатого после 01.09.2016 вступают в законную силу положения указанного ФЗ № 382-ФЗ с рассмотрением переданных на рассмотрение третейского суда споров по правилам Регламента Третейского суда, именуемого в новом законе Правилами Ускоренного арбитража, с которым истец не ознакомлен и которые на сайте Сибирского третейского суда не размещены, что повлечет применение измененного Третейским судом в одностороннем порядке новых Правил рассмотрения третейских споров между сторонами по спорам, вытекающим из договора поставки от 01.04.2015 № 43319.

АО НПК «Катрен» в удовлетворении требований истца просит отказать, ссылаясь на то, что договор поставки от 01.04.2015 № 43319 заключен между сторонами с соблюдением требований п. 2 ст. 1 и ст. 421 ГК РФ на основании свободного волеизъявления сторон, протокол разногласий не был отклонен АО НПК «Катрен» и был подписан сторонами по результатам двухсторонних переговоров в согласованной ими редакции, истец является не слабой стороной в договоре, а представителем крупной Новокузнецкой аптечной сети, работающей на рынке с 07.12.1998, на протяжении длительного периода стороны состоят в договорных отношениях, взаимодействуя на равных условиях и равной возможностью в согласовании условий договора, АО НПК «Катрен» не является монополистом на рынке реализации лекарственных средств, фармацевтический рынок является высоко конкурентным, истец имеет договорные отношения с другими крупнейшими поставщиками (ООО «Аптека Холдинг», ООО «СИА Интернейшшнл-Кемерово»), что подтверждается сведениями на официальном сайте Федеральные суды Российской Федерации в автоматизированной системе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru) о спорах с указанными организациями.

Кроме того, как указывает ответчик, истцом не доказано наличия оснований для оспаривания пункта 7.1 договора от 01.04.2015 № 43319 по ст. 169 ГК РФ, в том числе при отсутствии доказательств того, каким образом изменения в законодательстве о третейском разбирательстве нарушает его права и законные интересы, и передавая спор в суд о признании недействительным п. 7.1 договора, истцом приводятся обоснования только по поводу третейской оговорки при наличии в нём альтернативного условия о рассмотрении споров в Арбитражном суде Новосибирской области.

Выслушав представителя ответчика, исследовав и оценив представленные доказательства и позиции сторон по правилам ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд признает требования истца не подлежащими удовлетворению.

Из материалов дела следует, что между сторонами 01.04.2015 заключен договор поставки № 43319, в п. 7.1 договора сторонами предусмотрено, что «Все споры по настоящему договору или в связи с ним, в том числе касающиеся его заключения, существования, действительности, изменения, исполнения, прекращения подлежит рассмотрению в Арбитражном суде Новосибирской области или на условиях ускоренного арбитража в Сибирском Третейском суде (ОГРН: <***>), г. Новосибирск в соответствии с его Регламентом и Правилами Ускоренного Арбитража. Решение «Сибирского третейского суда является окончательным. Все споры подлежат рассмотрению в соответствии с действующим законодательством».

При разрешении разногласий сторон по указанному пункту сторонами по протоколу согласования разногласий стороны пункт 7.1 приняли в редакции поставщика (ответчика), что подтверждается представленным ответчиком протоколом разногласий с согласованной сторонами редакции спорных пунктов договора, согласно которому п. 7.1 принят в редакции поставщика.

Наличие в последнем предложении ссылки на то, что указанный протокол разногласий является неотъемлемой часть договора поставки № Н3389 от 01.04.2015 признается судом опиской сторон, т.к. в преамбуле указанного протокола разногласий указано, что он составлен к договору поставки между ООО «Катрен» и ООО Фармалайн» № 43319 от 01.04.2015, договора № Н3389 от 01.04.2015, согласно представленной истцом справки, между сторонами не заключалось, истец в исковом заявлении подтверждает, что п. 7.1 договора № 43319 от 01.04.2015, о недействительности которого предъявлен иск, принят в редакции поставщика.

При оценке указанной редакции п. 7.1 договора № 43319 от 01.04.2015 суд исходит из того, что действующее законодательство и правоприменительная практика допускают возможность включения в гражданско-правовой договор альтернативной третейской оговорки, предполагающей право стороны обратиться по своему усмотрению в определенный третейский или арбитражный суд.

Такая третейская оговорка является действительной и исполнимой.

Допустимость заключения альтернативной третейской оговорки (арбитражного соглашения), подчиняющейся российскому праву, соответствует принципу свободы договора, предусмотренному пунктами 1, 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым граждане и юридические лица свободны в заключении договора, а условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Альтернативность соглашения заключается в том, что заинтересованное лицо обладает правом обратиться по своему усмотрению в определенный третейский или государственный суд.

Предоставляя каждой стороне право передать спор на рассмотрение в третейский суд, истец и ответчик фактически согласовали в договоре альтернативную оговорку о порядке разрешения возникших между ними споров, предусматривающую наличие у стороны права предъявить требование либо в арбитражный суд либо в третейский суд, истец реализовал свое право на защиту путем обращения в арбитражный суд.

Указанная позиция соответствует позиции, изложенной в определении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.03.2012 № ВАС-1943/12 по делу № А40-57887/2011, в постановлении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 08.12.2017 № Ф04-4877/2017 по делу № А70-8478/2017.

Арбитражная оговорка или оговорка об арбитраже (clause compromissoire) – это включение в текст основного договора, регулирующего материально-правовые отношения сторон, условия о третейском разбирательстве споров, которые могут возникнуть в связи с данным договором в будущем.

Третейское соглашение (третейская оговорка) может быть признано недействительным по правилам статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации о признании недействительной сделки, нарушающей требования закона или иного правового акта.

ООО «Фармалайн», оспаривая третейскую оговорку (п. 7.1 договора) по признаку недействительности, ссылается на несправедливость указанного договорного условия заключенного им как слабой стороной, присоединившейся к договору по требованию ответчика по правилам ст. 428 ГК РФ с явным для истца обременением и с нарушением волеизъявления и при наличии его возражений на заключение договора с третейской оговоркой, которые ответчик отклонил, действуя с намерением причинить вред интересам истца включенным в договор несправедливым договорным условием,

т.к. частно-правовым способом разрешения споров не обеспечивается соблюдение принципов законности, независимости и беспристрастности третейского разбирательства, что противоречит п. 1 ст. 6 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод, 1950 года (далее – Конвенции), и на что прямо указывается, по мнению истца, в п. 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах».

При оценке указанной позиции истца суд исходит из того, что согласно статье 428 ГК РФ договором присоединения признается договор, условия которого определены одной из сторон в формулярах или иных стандартных формах и могли быть приняты другой стороной не иначе как путем присоединения к предложенному договору в целом.

Таким образом, для квалификации договора, заключенного сторонами, в качестве договора присоединения, необходимо наличие двух признаков:

- условия договора должны быть определены одной из сторон в формулярах или иных стандартных формах;

- вторая сторона могла лишь присоединиться к предложенным условиям без внесения в них каких-либо изменений, т.е. присоединение должно быть осуществлено к договору в целом, ни одно из условий договора не должно быть предложено второй стороной.

Природа договора присоединения обусловлена главным образом особенностями оферты, признаками которой является направленность неопределенному кругу лиц (неоднократность применения оферты), а также постоянный и детализированный характер. Признаками оферты в договоре присоединения следует считать невозможность ее обсуждения, а также облечение в стандартную форму.

Заключенный между сторонами договор поставки от 01.04.2015 № 43319 признаками и условиями, указанными для договора присоединения, не обладает.

Сам по себе факт использования одной из сторон стандартной формы договора не свидетельствует о том, что такой договор является договором присоединения, для такой квалификации договора суду необходимо установить и то, что другая сторона договора не могла повлиять на содержание договора, на что указано в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2015), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015, в Постановлении Президиума Верховного Суда Российской Федерации РФ от 15.07.2015 по делу № 49-ПЭК1, в Постановлении Федерального арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 04.12.2009 по делу № А45-14083/2009 и др.


То обстоятельство, что соглашение о подсудности включено в текст типового договора, еще не свидетельствует о том, что соответствующий пункт договора не может быть изменен при заключении конкретного договора

Ответчиком представлены договоры поставки с другими покупателями лекарственных средств (ООО «Блик», ООО «Веко»), с которыми аналогичные пункту 7. 1 договора условия о третейской оговорке приняты по протоколам согласования в иной редакции, предложенной покупателями.

Кабальной сделкой, т.е. сделкой с пороком воли, по содержанию и смыслу ст. 179 ГК РФ, является сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, и чем другая сторона воспользовалась, что свидетельствует о ее недобросовестном поведении при котором вторая сторона понимает, на сколь невыгодных условиях совершается сделка, и тем не менее идет на нее, воспользовавшись стечением тяжелых обстоятельств другой стороны, извлекая выгоду из тяжелых для лица обстоятельств, действуя при этом умышленно, вполне осознанно.

Доказательств наличия таких обстоятельств при заключении договора поставки от 01.04.2015 № 43319, а также наличия у ответчика статуса монополиста на рынке по реализации лекарственных средств в соответствии с п. 4 ст. 4 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ (ред. от 28.07.2012) «О защите конкуренции» по правилам ст. ст. 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истцом не представлено.

Верховный Суд Российской Федерации в определении от 24.02.2015 № 304-ЭС14-495 по делу № А67-1587/2014 указал на то, что Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на то, что Конституция Российской Федерации, гарантируя государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина, одновременно закрепляет право каждого защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статья 45 часть 2).

К числу таких общепризнанных в современном правовом обществе способов разрешения гражданско-правовых споров, проистекающих из свободы договора, которой наряду с автономией воли участников предпринимательской и иной экономической деятельности обусловливаются диспозитивные начала гражданско-правовых и гражданско-процессуальных отношений, относится обращение в третейский суд (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 26.05.2011 № 10-П, от 18.11.2014 № 30-П, определение от 09.12.2014 № 2750-О и др).

Компетенция третейского суда, в отличие от государственного правосудия, основана на автономной (свободной и независимой) воле сторон. Автономия воли сторон является основополагающим принципом третейского разбирательства и компетенции третейского суда.

Соблюдение вышеуказанного принципа при выборе компетентного третейского (арбитражного) органа означает, что стороны свободно и сознательно, по собственной воле, во-первых, выразили согласованное желание такого альтернативного средства разрешения спора как третейский суд (арбитраж), во-вторых, сформулировали согласованную волю на выбор конкретного третейского суда (арбитражного органа).

Свое волеизъявление на выбор третейского суда стороны формулируют посредством заключения третейского соглашения.

Как отмечено Конституционным Судом Российской Федерации в вышеуказанных судебных актах, стороны спора, заключая соглашение о его передаче на рассмотрение третейского суда и реализуя тем самым свое право на свободу договора, добровольно соглашаются подчиниться правилам, установленным для конкретного третейского суда.

Поэтому суд признает, что позиция истца о том, что само по себе включение в условие договора третейской оговорки нарушает какие-либо его права как условие в силу ст. 4 АПК РФ на обращение в суд за их защитой или защитой нарушения его законных интересов является необоснованной и не доказанной.

При этом судом учитывается, что право на судебную защиту, которая - по смыслу статьи 46 Конституции Российской Федерации - должна быть полной, эффективной и своевременной при наличии третейской оговорки и рассмотрения спора между сторонами в Третейском суде обеспечивается возможностью обращения в предусмотренных законом случаях в государственный суд, в частности путем подачи заявления об отмене решения третейского суда либо о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда.

Принятым после заключения договора о 01.04.2015 № 43319 Федеральным законом от 29.12.2015 № 382-ФЗ «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации» (далее - Закон № 382-ФЗ), вступившим в законную силу с 01.09.2016, права истца также не нарушаются, так как указанным законом определено, что порядок выдачи разрешений о предоставлении права на осуществление функций постоянно действующего арбитражного учреждения и порядок подготовки соответствующей рекомендации Советом по совершенствованию третейского разбирательства при Минюсте России должны быть установлены правительством в течение трех месяцев со дня вступления в силу закона об арбитраже.

В этот же срок кабинету министров необходимо определить и порядок депонирования в Минюсте России правил постоянно действующего арбитражного учреждения. Депонирование этих правил является обязательным условием допуска к администрированию споров арбитражными учреждениями, получившими разрешение Правительства Российской Федерации на осуществление третейского разбирательства (ч. 14 ст. 44 закона об арбитраже).

В течение года со дня, когда Правительство Российской Федерации примет соответствующие акты, существующие третейские суды должны будут получить правительственное разрешение на осуществление деятельности по администрированию арбитража, то есть ориентировочно – до 1 декабря 2017 года (если применять максимальный срок, предоставленный Правительству РФ для утверждения порядков), и только с указанного срока их деятельность будет подлежать незаконной. (ч. 13 ст. ФЗ № 382-ФЗ).

В силу положений п. 10 ст. 52 ФЗ № 382-ФЗ при разрешении любых вопросов, связанных с арбитражем, в том числе предусмотренных ст. 16 «Право третейского суда на принятие постановления по вопросу своей компетенции»), ст. 40 названного закона («Порядок оспаривания арбитражного решения»), ст. 41 («Приведение в исполнение арбитражного решения») суд руководствуется нормами процессуального законодательства Российской Федерации, действующими на момент возбуждения судом производства по делу по соответствующему заявлению, а также Федеральным законом № № 382-ФЗ.

До истечения указанного срока в соответствии с п. 5 ст. 52 ФЗ № 382-ФЗ арбитражные (третейские) соглашения, заключенные до дня вступления в законную силу ФЗ № 382-ФЗ по общему правилу сохраняют свою силу и не могут быть признаны недействительными или неисполнимыми лишь на том основании, что ФЗ № 382 предусмотрены иные правила, чем те которые действовали при заключении указанного соглашения.

На запрос суда Сибирским Третейским судом представлена справка от 28.12.2017 № 5413-СТС-КФ, которой подтверждается, что за период действия договора поставки от 01.04.2015 № 43319 в Сибирском третейском суде было зарегистрировано одно обращение по иску ООО НПК «Катрен» к ООО «Фармалайн» по указанному договору с номером дела 5413-СТС/КФ, производство по которому Сибирским третейским судом было прекращено постановлением от 17.11.1017 на основании п. 3 ч. 2 ст. 36 ФЗ № 382 (прекращение арбитража), соответственно иных споров между сторонами по договору поставки от 01.04.2015 № 43319 названным Третейским судом рассмотрено быть не может.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении требований общества с ограниченной ответственностью «Фармалайн» по делу № А45-36288/2017 отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок в Седьмой арбитражный апелляционный суд (634050, <...> Ушайки, дом 24) .

В Арбитражный суд Западно-Сибирского округа (625000, <...>) решение может быть обжаловано при условии, если оно было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационные жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.

Судья Л.В. Малимонова