Решение от 18 сентября 2020 г. по делу № А81-8265/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЯМАЛО-НЕНЕЦКОГО АВТОНОМНОГО ОКРУГА

г. Салехард, ул. Республики, д.102, тел. (34922) 5-31-00,

www.yamal.arbitr.ru, e-mail: info@yamal.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А81-8265/2019
г. Салехард
18 сентября 2020 года
Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании.

Полный текст решения изготовлен 18 сентября 2020 года.

Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе судьи Курековой О.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО4, обществу с ограниченной ответственностью «Промсервис» о привлечении лиц, контролирующих общество с ограниченной ответственностью Инженерно-строительная компания «Промсервис» (ИНН <***>, ОГРН <***>), к субсидиарной ответственности, при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью Инженерно-строительная компания «Промсервис» (ИНН <***>, ОГРН <***>); общества с ограниченной ответственностью «Ямалтехноцентр» (ИНН: <***>, ОГРН1068905006060); индивидуального предпринимателя ФИО5 (ИНН: <***>, ОГРН: <***>), акционерного общества «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз» (ИНН <***>, ОГРН <***>), арбитражного управляющего ФИО6, Межрайонной Инспекции Федеральной налоговой службы № 5 по Ямало-Ненецкому автономному округу (ИНН <***>, ОГРН <***>),

при участии в судебном заседании:

от лиц, участвующих в деле, - не явились,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа с заявлением, уточненным в порядке ст. 49 АПК РФ, к ФИО3, ФИО4, обществу с ограниченной ответственностью «Промсервис» (далее по тексту - ООО «Промсервис») о привлечении лиц, контролирующих ООО ИСК «Промсервис», к субсидиарной ответственности путем взыскания с них солидарно 3830183 руб.

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 18.10.2019 заявление ФИО2 принято к производству, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью Инженерно-строительная компания «Промсервис» (ИНН <***>, ОГРН <***>), общество с ограниченной ответственностью «Ямалтехноцентр» (ИНН: <***>, ОГРН1068905006060), индивидуальный предприниматель ФИО5 (ИНН: <***>, ОГРН: <***>), акционерное общество «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз» (ИНН <***>, ОГРН <***>), арбитражный управляющий ФИО6, Межрайонная Инспекция Федеральной налоговой службы № 5 по Ямало-Ненецкому автономному округу (ИНН <***>, ОГРН <***>).

Истец неоднократно уточнял исковые требования, окончательно сформулировав их в заявлении от 13.02.2020, в котором просил привлечь солидарно ФИО3, ФИО4, ООО «Промсервис» к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО ИСК «Промсервис» в сумме 66488224 руб. 73 коп., взыскать с ответчиков солидарно в пользу истца 3830183 руб.

Суд принял уточнение истцом исковых требований (ст. 49 АПК РФ).

ФИО3, ФИО4, ООО «Промсервис» в отзывах по делу и дополнениях к ним требования истца оспорили.

АО «Газпромнефть-ННГ» в отзыве просило рассмотреть дело в свое отсутствие, возражений не заявило.

От МИФНС № 5 по Ямало-Ненецкому автономному округу поступили документы в отношении ООО ИСК «Промсервис», которые приобщены к материалам дела.

От арбитражного управляющего ФИО6 поступило ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.

В судебное заседание лица, участвующие в деле, не явились, извещены о времени и месте слушания дела надлежащим образом.

В соответствии со ст. 156 АПК РФ дело рассмотрено судом в отсутствие участвующих в деле лиц.

Рассмотрев материалы дела, оценив представленные доказательства, суд установил, что ООО ИСК «Промсервис» было создано 03.10.2014, о чем в ЕГРЮЛ внесена запись <***>. Учредителями (участниками) ООО ИСК «Промсервис» являлись ООО «Промсервис», ФИО4 Основным видом экономической деятельности общества являлось строительство жилых и нежилых зданий (41.20).

16.11.2018 в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа поступило заявление ООО «Ямалтехноцентр» о признании ООО ИСК «Промсервис» несостоятельным (банкротом) и введении в отношении него процедуры наблюдения.

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 19.11.2018 заявление ООО «Ямалтехноцентр» принято к производству, возбуждено производство по делу № А81-9384/2018, назначено судебное заседание по проверке обоснованности поданного заявления.

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 24.01.2019 в отношении ООО ИСК «Промсервис» введена процедура наблюдения. Временным управляющим должника утвержден ФИО6. Рассмотрение вопроса о признании должника несостоятельным (банкротом) назначено на 24.05.2019. Сообщение о введении процедуры наблюдения в отношении должника опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 24 от 09.02.2019 (6504).

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 24.07.2019 производство по делу №А81-9384/2018 по заявлению ООО «Ямалтехноцентр» о признании должника – ООО ИСК «Промсервис» несостоятельным (банкротом) прекращено в связи с недостаточностью имущества для покрытия расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

ООО ИСК «Промсервис» исключено из ЕГРЮЛ 07.02.2020 (запись 2208900011956).

ФИО2 как кредитор ООО ИСК «Промсервис» на основании пункта 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве обратился в арбитражный суд с иском о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. В обоснование иска ФИО2 сослался на неисполнение ответчиками обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника с момента наступления объективного банкротства, в качестве которого истец указал дату 03.10.2017.

Требование ФИО2 подлежит рассмотрению по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции Закона № 266-ФЗ, на основании положений главы III.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Если в течение предусмотренного пунктом 2 настоящей статьи срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока: собственник имущества должника - унитарного предприятия обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве. Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи (пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве).

Таким образом, исходя из взаимосвязи положений пункта 1 статьи 61.12 и статьи 9 Закона о банкротстве, обязанным отвечать в порядке субсидиарной ответственности по основанию пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве в случае неисполнения обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом, предусмотренной статьей 9 Закона о банкротстве, являются, в частности, руководитель и учредители должника.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности на основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве возможно при наличии совокупности следующих условий:

- неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд;

- возникновение одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

- неподача контролирующими должника лицами заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства;

- возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Субсидиарная ответственность по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве предусмотрена лишь по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

Соответственно, для применения субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьей 61.12 Закона о банкротстве, заявитель обязан обосновать, по какому именно обстоятельству, предусмотренному пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, должник (руководитель должника) должен был обратиться в суд, когда именно он обязан был обратиться с заявлением, а также какие именно обязательства возникли после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

Истец неоднократно уточнял исковые требования. С учетом последних уточнений истец в качестве даты объективного банкротства указал 03.10.2017. Данные обстоятельства истец основывает:

- наличием задолженности ООО ИСК «Промсервис» перед ИП ФИО5 за период с 31.07.2016 по 30.12.2016 в сумме 1181000 руб., установленной решением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 19.07.2018 по делу № А81-4368/2018, определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 03.04.2019 по делу № А81-9384-4/2018.

- наличием задолженности ООО ИСК «Промсервис» перед ООО «Ямалтехноцентр» за период с 31.07.2016 по 30.12.2016 в сумме 535050 руб., установленной решением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 07.02.2018 по делу № А81-9433/2017, определение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 24.01.2019 по делу № А81-9384-4/2018.

Истец указывает, что кредиторская задолженность должника продолжала нарастать, что следует из анализа финансового состояния должника, проведенного арбитражным управляющим ФИО6 Размер обязательств, по которым указанные истцом лица должны привлекаться к субсидиарной ответственности, мотивирован истцом ссылкой на размер обязательств должника, включенных в реестр, в сумме 66488224 руб. 73 коп.

Истец просит взыскать в свою пользу с ответчиков как контролирующих должника лиц солидарно 3830183 руб. При этом истец ссылается на то, что обязательства должника перед ним в размере 3830183 руб. установлены решением Ноябрьского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 27.06.2018 по делу № 2-1374/2018.

Данные обязательства возникли, в частности, вследствие выполнения для ООО ИСК «Промсервис» работ:

- на сумму 1125900 руб. по договору подряда с физическим лицом на строительно-монтажные работы № 1-07/2017 на выполнение работ по строительству объекта «Трубопровод нефтегазосборный к. 108- т.вр.к. 108». Крайнего месторождения от 13.07.2017 по акту № 2 от 18.08.2017, сроком оплаты 20.12.2017;

- на сумму 1118000 руб. по договору подряда с физическим лицом на строительно-монтажные работы № 1-08/2017 на выполнение работ по строительству объекта «Трубопровод нефтегазосборный т. вр. к. 192-т.вр.к. 199», Суторминского месторождения от 16.08.2017 по акту № 3 от 05.09.2017, сроком оплаты 20.12.2017;

- на сумму 345590 руб. по договору подряда с физическим лицом на строительно-монтажные работы № 1-09/2017 на выполнение работ по строительству объекта «Водовод высоконапорный т. вр. к. 141-к. 014, 199», Суторминского месторождения от 05.09.2017 по акту № 4 от 16.09.2017, сроком оплаты 20.12.2017;

- на сумму 906000 руб. по договору подряда с физическим лицом на строительно-монтажные работы № 1-10/2017 на выполнение работ по строительству объекта «Трубопровод нефтегазосборный к. 21-т.вр.к.к.19, 21», Романовского месторождения от 11.10.2017 по акту № 5 от 04.12.2017, сроком оплаты 20.12.2017;

- на сумму 112000 руб. по акту простоя от 26.12.2017 по договору 1-10/2017 от 11.10.2017;

- на сумму 544517 руб. по договору подряда с физическим лицом на строительно-монтажные работы № 1-11/2017 на выполнение работ по строительству объекта «Водовод высоконапорный т. вр. КНС-13-т.вр.к. 105, третья линия», Суторминского месторождения от 12.11.2017 по акту № 6 от 09.12.2017, сроком оплаты 20.12.2017;

- на сумму 32000 руб. по акту простоя от 11.12.2017 по договору 1-11/2017 от 12.11.2017.

- на сумму 599970 руб. по договору подряда с физическим лицом на строительно-монтажные работы № 2-12/2017 на выполнение работ по строительству объекта «Трубопровод нефтегазосборный т. вр. ДНС-11-ДНС-11», Суторминского месторождения от 11.12.2017 по акту № 7 от 18.12.2017, сроком оплаты до 28.01.2018;

- на сумму 44 000 руб. по акту простоя от 18.12.2017 по договору 2-12/2017 от 11.12.2017,

которые оплачены частично на сумму 2277000 руб., остаток задолженности составляет 2055977 руб.

Также истец ссылается на неисполненные обязательства ООО «ИСК «Промсервис» на сумму 1697000 руб. из договоров займа:

- № 1/06-2017 от 15.06.2017, по которому истец передает ответчику (заемщику) беспроцентный заем на сумму 727000 руб., сроком возврата не позднее 28.02.2018;

- № 1/11-2017 от 20.11.2017 по которому истец передает ответчику (заемщику) беспроцентный заем на сумму 970000 руб., сроком возврата не позднее 25.12.2017.

Кроме того, решением Ноябрьского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 27.06.2018 по делу № 2-1374/2018 с ООО «ИСК «Промсервис» в пользу ФИО2 взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 29.01.2018 по 28.05.2018 в сумме 49991 руб. 22 коп., расходы по уплате государственной пошлины в сумме 27215 руб.

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 12.02.2019 по делу № А81-9384-1/2018 требования ФИО2 в размере 3830183 руб. 00 коп., в том числе 3752977 руб. 00 коп. - основной долг, 49991 руб. 00 коп. – проценты за пользование чужими денежными средствами, 27215 руб. 00 коп. – расходы по уплате государственной пошлины были включены в третью очередь реестра требований кредиторов ООО ИСК «Промсервис».

В качестве контролирующих должника лиц, не исполнивших обязанность по обращению с заявлением о банкротстве, истец указывает:

1) руководителя должника ФИО7, поскольку начиная с момента своего назначения на должность (01.12.2017), действуя как разумный и ответственный менеджер, при наличии признаков банкротства с 03.10.2017 должен был обратиться в суд с заявлением должника о его банкротстве. Истец ссылается на то, что доказательств принятия должником мер по исполнению обязательств, выполнению экономически обоснованного плана по выходу из критической ситуации, совершения иных действий, направленных на стабилизацию финансово-хозяйственной деятельности должника, в материалы дела не представлено.

2) участника должника ООО «Промсервис», поскольку оно не могло не знать о том, что у общества отсутствует генеральный директор с 01.02.2018, не могло не знать о том, что в публичном доступе размещены многочисленные судебные акты о наличии у должника крупной кредиторской задолженности перед многочисленными кредиторами. При этом общество не приняло мер к проведению собрания участников общества для назначения единоличного исполнительного органа общества и обращения в суд с заявлением о банкротстве должника, предпочло выйти из общества, тем самым способствовало не подаче заявления должника о его банкротстве в суд.

3) участника должника ФИО4 за неподачу заявления о банкротстве, а также со ссылкой на п. 3 ст. 56 ГК РФ, согласно которой, если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам. Истец указывает, что одним из оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, являются обстоятельства заключения должником в 2016-2018 годах ряда договоров подряда с Филиалом «Газпромнефть-ФИО8» акционерного общества «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз» на выполнение работ в рамках обустройства Крайнего, Суторминского и Романовского месторождений. В рамках указанных договоров в качестве субподрядчика был привлечен истец, который по заказу должника выполнил работы, которые в свою очередь был приняты и оплачены на расчетный счет должника его заказчиком - Филиалом «Газпромнефть-ФИО8» акционерного общества «Газпромнефть-Ноябрьскнефтегаз». Между тем, денежные средства, полученные от заказчика, лицами, контролирующими должника, были выведены со счетов предприятия, расчет с заявителем-субподрядчиком, иными кредиторами и бюджетом не произведен, что и привело к неплатёжеспособности должника. На основании выписки по движению денежных средств по расчетному счету должника истец делает вывод, что существенную долю в обороте денежных средств занимал перевод в наличные денежные средства участником общества ФИО4 (имеющий право распоряжаться денежными средствами с расчетного счета), например, были осуществлены следующие операции по счету:

-212 перечислений на общую сумму 13 159 700 руб. с назначением платежа «Перевод средств на хозяйственные нужды» – отчеты о расходовании денежных средств должником не представлены;

-24 перечисления на общую сумму 1 700 500 руб. с назначением платежа «Перевод средств на хозяйственные расходы, ФИО4, лицевой счет № 40817810567400120563» – отчеты о расходовании денежных средств должником не представлены;

-377 операций с картой Visa Business 4274670017307738, ФИО держателя ФИО4 – выдача наличных в разных пунктах выдачи (банкоматах) городов Москва, Ноябрьск, ФИО8, Сургут на общую сумму снятых наличных 18 361 000 руб. – отчеты о расходовании денежных средств должником не представлены;

-123 операции с картой Visa Business 4274670017307738, ФИО держателя ФИО4, покупки в различных торговых точках Российской Федерации на общую сумму 626 625,95 руб. – отчеты о расходовании денежных средств должником не представлены;

Истец ссылается на то, что участником общества ФИО4, генеральным директором ФИО3 не предоставлено доказательств добросовестности распоряжения денежными средствами предприятия и правомерности вывода средств с расчетного счета на банковские счета ФИО4

Истец полагает, что ФИО4 является контролирующим как лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника, поскольку получила прибыль от выведения без наличия законных оснований с расчетного счета общества денежных средств в целях уменьшения активов должника (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве), как лицо, которое после наступления объективного банкротства совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника (подпункт 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Оценивая доводы истца с учетом возражений ответчиков, суд принимает во внимание следующее.

Пунктом 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.2017 разъяснено, что под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал неспособен в полном объёме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

В силу указанных норм права и разъяснений их применения, при установлении оснований для привлечения к субсидиарной ответственности в связи с нарушением обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом необходимо наличие совокупности следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

- момент возникновения данного условия исходя из стандартной управленческой практики и объективных признаков, говорящих о неизбежности банкротства;

- факт неподачи в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующих признаков;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления.

Доказывание всех изложенных фактов является обязанностью лица, заявившего соответствующее требование к лицу, которое может быть привлечено к субсидиарной ответственности.

Таким образом, на истце в силу ст. 65 АПК РФ лежала обязанность доказать свои доводы о возникновении признаков объективного банкротства 03.10.2017.

Между тем, материалами дела не подтверждено, что 03.10.2017 является реальной датой объективного банкротства ООО «ИСК «Промсервис», исходя из которой следует определять срок наступления обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом у лиц, контролирующих должника.

Так, истец ссылается на задолженность ООО ИСК «Промсервис» перед ИП ФИО5 за период с 31.07.2016 по 30.12.2016 в сумме 1181000 руб., перед ООО «Ямалтехноцентр» за период с 31.07.2016 по 30.12.2016 в сумме 535050 руб.

Обязательства ООО ИСК «Промсервис» в размере 3830183 руб. 00 коп. перед истцом возникли после указанной истцом даты (03.10.2017).

При этом само по себе наличие у должника задолженности перед контрагентом не является безусловным доказательством возникновения у него признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, не свидетельствует об объективном банкротстве должника.

В силу статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; а под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2003 № 14-П, сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта (наличие просроченной кредиторской задолженности) может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства), когда у руководителя появляется соответствующая обязанность по обращению с заявлением о признании должника банкротом.

Наличие у предприятия кредиторской задолженности в определенный период времени не свидетельствует о неплатежеспособности организации в целом, не является основанием для обращения руководителя с заявлением о банкротстве должника и не свидетельствует о совершении контролирующими лицами действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния организации, поскольку не является тем безусловным основанием, которое свидетельствует о том, что должник был неспособен исполнить свои обязательства, учитывая, что структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности.

Какой-либо анализ обязательств должника в соотношении с его активами на заявленную дату (03.10.2017) истец не провел.

Согласно бухгалтерскому балансу ООО «ИСК «Промсервис» за 2017 год, представленному в материалы дела МИФНС № 5 по ЯНАО, стоимость активов ООО ИСК «Промсервис» на конец 2017 года составляла 65675000 руб., в том числе: материальные внеоборотные активы 3327000 руб., запасы 14256000 руб., денежные средства и денежные эквиваленты 1564000 руб., финансовые и другие оборотные активы 46528000 руб. Размер кредиторской задолженности на конец 2017 года составлял 44515000 руб. По бухгалтерскому балансу, размер активов превышал обязательства перед кредиторами. Кроме того, согласно отчету о финансовых результатах за 2017 год выручка предприятия составила 45569000 руб. Чистая прибыль общества за 2017 год составила 1645000 руб.

Истец не представил обоснования того, что при отражении активов в балансе должник допустил грубые нарушения, повлекшие завышение балансовой стоимости активов. Отчетность являлась публичной, раскрывалась налоговому органу.

В анализе финансового состояния ООО ИСК «Промсервис», составленном временным управляющим, указано, что структуру капитала должника на протяжении 2016 и 2017 года в целом по укрупненной оценке можно считать удовлетворительной. Собственный капитал по состоянию на 31.12.2017 составляет 2150 тыс. руб. или 3,3 % совокупного капитала, что, в общем случае, может являться достаточным для функционирования предприятия в строительной отрасли в сегменте рынка строительных подрядов.

Согласно выписке ПАО «Сбербанк» по операциям на счете ООО ИСК «Промсервис» за 2016-2018 годы, общество в 2017 году, в том числе после 03.10.2017, производило расчеты с контрагентами. Операции по счету ООО ИСК «Промсервис» осуществлялись по май 2018 года.

Кроме того, ООО ИСК «Промсервис» в 2017 году имело заключенные договоры строительного подряда, по которым согласно выписке по операциям на счете поступали денежные средства по май 2018 года. Исходя из материалов налоговых проверок, работы заказчику – АО «Газпромнефть-ННГ» сдавались и после 03.10.2017.

Также материалами дела подтверждается регистрация за ООО «ИСК «Промсервис» транспортных средств: автомобиль грузовой КАМАЗ 532120, 08560089 1997, автомобиль легковой ШЕВРОЛЕ НИВА 212300-55, Bl 16СХ89 2016, автомобиль легковой ШЕВРОЛЕ НИВА 212300-55, А525КЕ89 2010, автомобиль фургон 7 мест ГАЗ 27527 «Соболь», В192ВР89 2012, трубоукладчик ТО-1224Е-1, 2251СХ89, судьба которых в рамках дела о банкротстве должника не устанавливалась и не разрешалась (временным управляющим только констатировано их отсутствие по месту регистрации должника).

Исходя из совокупности представленных в дело материалов, суд не может согласиться с истцом, что должник отвечал признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества по состоянию на 03.10.2017.

Объективных оснований для инициирования возбуждения дела о банкротстве должника в течение месяца, исчисляемого с 03.10.2017, не доказано.

Из материалов дела усматривается, что неплатежеспособность должника возникла в 2018 году, что дает основания считать, что заявление ООО «Ямалтехноцентр» было подано 16.11.2018 в период объективного банкротства.

Так, согласно выписке ПАО «Сбербанк» по операциям на счете ООО ИСК «Промсервис» за 2016-2018 годы, остаток по счету на начало периода составлял 276954 руб. 07 коп., сумма дебета счета на момент прекращения движения денежных средств по счету (03.05.2018) составляла 175128369 руб. 62 коп., сумма кредита счета составляла 174851415 руб. 55 коп., остаток по счету составил 0 руб.

Согласно ответу МИФНС России № 5 по ЯНАО, отчетность ООО ИСК «Промсервис» за 2018 год не сдавалась.

В анализе финансового состояния должника временный управляющий ФИО6 указал, что ООО ИСК «Промсервис» стало отвечать признакам недействующего юридического лица.

Следовательно, по состоянию на 01 июля 2018 года, когда прекратилось движение средств по счету общества, расчеты с кредиторами и после этого не была сдана отчетность за первое полугодие 2018 года (по состоянию на 30.06.2018), основания, ставящие под сомнение осуществление хозяйственной деятельности должника и его платежеспособность, должны были стать очевидны.

В дополнении к отзыву ФИО4 подтверждено, что в связи с отсутствием работы в 2018 году ООО ИСК «Промсервис» полностью утратило возможность ведения дальнейшей хозяйственной деятельности.

Таким образом, суд, исходя из материалов дела, полагает возможным считать датой объективного банкротства 01.07.2018.

Соответственно, обязанность по обращению в суд на основании пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве должна была быть исполнена не позднее 01 августа 2018 года.

Относительно статуса контролирующих лиц, суд полагает необходимым отметить, что согласно сведениям ЕГРЮЛ, ФИО3 являлся руководителем ООО «ИСК «Промсервис» с 01.12.2017. ФИО3 назначен директором ООО ИСК «Промсервис» с 01.12.2017 на основании протокола внеочередного общего собрания участников ООО ИСК «Промсервис» от 30.11.2017 и приказа от 01.12.2017 №17/17-К. Сведения о ФИО3 в качестве директора общества внесены в ЕГРЮЛ 12.12.2017 (запись 2178901182810), при этом 05.07.2018 внесена запись 2188901139084 о недостоверности данных сведений. ФИО3 уволен из общества в соответствии с приказом от 01.02.2018 № 80-К. Заявление об освобождении его от должности директора по собственному желанию подано ФИО3 18.12.2017 и получено ООО ИСК «Промсервис» 19.12.2017.

Таким образом, на момент возникновения обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом, исходя из даты объективного банкротства, на которую указывает истец (03.10.2017), ФИО3 не являлся руководителем ООО «ИСК «Промсервис».

В момент возникновения у ООО «ИСК «Промсервис» признаков объективного банкротства, установленный судом (исходя из материалов дела, 01.07.2018), ФИО3 уже был уволен с должности директора ООО «ИСК «Промсервис».

ООО «Промсервис» утратило статус участника ООО «ИСК «Промсервис» 07.03.2018 в связи с подачей заявления о выходе из общества.

Таким образом, нарушение обязанности, связанной с подачей заявления о признании должника банкротом, в течение установленного срока после возникновения признаков объективного банкротства, со стороны данных лиц суд не усматривает.

Из материалов дела не следует, что данные лица извлекли существенную выгоду или преимущества, вытекающие из их положения, в том числе в виде увеличения (сбережения) активов.

Заявленные основания для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности как контролирующих должника лиц истцом не доказаны.

ФИО4 презумпцию контролирующего должника лица не опровергла.

В данном случае, учитывая то, что ФИО4 на тот момент являлась единственным участником ООО ИСК «Промсервис» и не имелось необходимости созывать общее собрание участников, она же занимала должность финансового директора и фактически контролировала деятельность общества, суд исходит из того, что обязанность по подаче заявления о банкротстве должника для нее возникла не позднее 01 августа 2018 года.

Ответственность за необращение в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника наступает только перед теми кредиторами, кто недобросовестно был введен в заблуждение относительно имущественного состояния должника по причине его сокрытия руководителем должника от новых кредиторов, вступающих в правоотношения с должником, уже после возникновения у должника объективного банкротства (по обязательствам должника, возникшим после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

Названный в заявлении размер обязательств должника, применяемый для целей определения размера субсидиарной ответственности (со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве должника по заявлению кредитора - ООО «Ямалтехноцентр»), истцом не обоснован и не доказан.

Период возникновения обязательств должника перед истцом в заявленном размере (3830183 руб.) находится за рамками юридически значимого периода, установленного п. 2 ст. 61.12 Закона о банкротстве, исчисляемого после даты возникновения объективного банкротства (с 01.08.2018 по 16.11.2018).

В настоящем случае обязательства должника перед истцом в размере 3830183 руб. возникли ранее указанного периода.

По обязательствам, возникшим ранее даты истечения предельного срока обращения с заявлением в суд, субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц в связи с неподачей заявления о признании должника банкротом законом не предусмотрена.

Иные кредиторы ООО «ИСК «Промсервис» требования к ответчикам при рассмотрении настоящего дела не заявили. ООО «ИСК «Промсервис» в настоящее время прекратило деятельность в качестве юридического лица.

При таких обстоятельствах основания для привлечения ФИО4 по требованию истца к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии со ст. 61.12 Закона о банкротстве суд не усматривает.

Согласно пункту 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовавшему в указанный период, учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечают по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом либо учредительными документами юридического лица.

Если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума ВАС РФ от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Из объяснений ФИО3 следует, что ФИО4 в силу занимаемой должности контролировала финансовые потоки на предприятии, распоряжалась денежными средствами должника, имела право первой подписи финансовых документов, вела переговоры от имени должника, заключала договоры, подписывала первичные документы финансово-хозяйственной деятельности должника на основании доверенности № 01/12-17 от 01.12.2017, выданной ФИО3

Данные обстоятельства подтверждаются также сведениями ПАО «Сбербанк», согласно которым в банке имелась карточка от 10.10.2014 с образцом подписи ФИО4 для совершения операций на срок полномочий по 04.09.2019. Также в актах налоговой проверки, в частности № 21 от 20.10.2017, ФИО4 обозначена как руководитель с 01.01.2017, действующий на основании доверенности.

Истец в отношении ФИО4 заявил о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов, обусловленных действиями и (или) бездействием контролирующего должника лица (п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве); как лица, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника, поскольку получила прибыль от выведения без наличия законных оснований с расчетного счета общества денежных средств в целях уменьшения активов должника (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве); как лица, которое после наступления объективного банкротства совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника (подпункт 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Из разъяснений пунктов 16, 17 Постановления № 53, следует, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам.

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

Таким образом, необходимыми условиями для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, являются наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении должника и действиями (бездействием) должника, повлекшими его несостоятельность (банкротство), при обязательном наличии вины ответчика в банкротстве должника.

Несостоятельность (банкротство) должника считается вызванной действиями (бездействием) его учредителем или других лиц, которые имеют право давать обязательные для общества указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, только в случае, если они использовали указанные право и (или) возможность в целях совершения предприятием действия, заведомо зная, что вследствие этого наступит несостоятельность (банкротство) общества.

Истец в качестве действий ФИО4, влекущей субсидиарную ответственность по перечисленным выше основаниям, называет снятие ею денежных средств со счета должника. Иные действия, которые бы находились в причинно-следственной связи с наступлением даты объективного банкротства, ФИО2 не называет.

ФИО4 в отзыве по делу признала, что в ходе своей деятельности действительно использовала наличные денежные средства ООО ИСК «Промсервис» на производственные нужды компании. По объяснениям ФИО4, в ходе производства работ ООО ИСК «Промсервис» не всегда имело возможность заблаговременно закупать расходные материалы, дизельное топливо, иные сопутствующие производственному процессу материальные ценности. По факту поступления от заказчиков денежных средств в целях экономии и сокращения поставки материалов ФИО4 закупала необходимое сырье и материалы по месту производства работ за наличные денежные средства организации. В связи с удаленностью объектов производства работ, транспортной доступностью к ним и погодными условиями, своевременная доставка топлива была затруднительна. По условиям договоров с заказчиком производство работ должно было быть бесперебойным. В целях надлежащего исполнения договорных условий и соблюдения графика производства работ ФИО4 оплачивала сама и выдавала материально-ответственным работникам под отчет денежные средства для закупки топлива либо материалов в ближайшем месте.

По утверждению ФИО4, в рамках осуществления деятельности по строительству трубопроводов, ООО ИСК «Промсервис» привлекало к работам различных узких специалистов: электросварщиков, газоэлектросварщиков, монтажников технологических трубопроводов, газорезчиков, стропальщиков, разнорабочих. Указанная работа для специалистов обычно являлась подработкой в свободное от вахты (основной работы) время. Договоры обычно не заключались. Оплата работ происходила наличными денежными суммами согласно фактически отработанному времени (по табелю), либо согласно фиксированной стоимости объёма работ. В среднем за период 12 месяцев ООО ИСК «Промсервис» на оплату привлечённых специалистов расходовало наличные денежные средства в сумме около 2000000 руб. в год.

Согласно представленным оправдательным документам, в 2016-2018 годах ФИО4 осуществила расходование денежных средств на нужды ООО ИСК «Промсервис» в размере 20502050 руб.

ФИО4 также привела доводы о наличии внешних факторов, влияющих на финансовое положение должника.

Так, как указывает ответчик, 13.12.2016 произошла кража имущества должника, в ходе которой было похищено внутреннее оборудование взятого ООО ИСК «Промсервис» в лизинг экскаватора. В этот же день должник транспортировал указанный экскаватор в дилерский центр, расположенный в городе Сургут, где тот находился на ремонте в течение года. В дилерском центре «CATERPILLAR» была составлена дефектная ведомость, согласно которой стоимость восстановительных ремонтных работ по экскаватору составила 1208908,68 руб. По данному факту было возбуждено уголовное дело (постановление от 17.01.2016). После возбуждения уголовного дела ФИО4 обратилась в страховую компанию «ВСК» с просьбой о выплате страхового возмещения, однако страховая компания отказала в выплате. В результате длительных переговоров, уже на стадии подготовки материалов для подачи их в суд, страховая компания 13.07.2017 возместила ущерб. После получения денежных средств ФИО4 оплатила зачасти для ремонта экскаватора, которые были заказаны у представителя компании «CATERPILLAR» в Бельгии. Спустя месяц запчасти прибыли в сервисный центр и после этого ещё месяц велись ремонтные работы. Таким образом, должник более 9 месяцев не имел возможности использовать для производства работ свой основной экскаватор, лизинговые платежи за пользование которым выплачивал надлежащим образом. Указанные обстоятельства обусловили вынужденную аренду аналогичной техники у сторонних организаций, что привело к незапланированным убыткам в размере 10098000 руб. Кроме того, ответчик ссылается на занятую заказчиком АО «Газпромнефть-ННГ» агрессивную позицию по выставлению должнику крупных штрафов за любые отклонения от условий договоров вне зависимости от их причин. Кроме того, ответчик сослался на утрату и порчу по вине субподрядчика давальческого материала, подлежащего сдаче заказчику.

Проанализировав представленные в дело документы, суд не может считать, что действия ФИО4 по снятию денежных средств со счета ООО ИСК «Промсервис» в рассматриваемом случае находятся в непосредственной причинно-следственной связи с невозможностью полного погашения требований кредиторов, были направлены на извлечение выгоды из недобросовестного поведения, существенно ухудшали финансовое положение должника после наступления объективного банкротства.

Делая в ходе анализа финансового состояния ООО ИСК «Промсервис» вывод о невозможности покрытия судебных расходов и расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему за счет выявленного имущества должника, временный управляющий ФИО6, исходил из отсутствия у него информации и документации о финансово-хозяйственной деятельности должника, в отсутствие которых им не было выявлено фактическое наличие имущества должника или его финансовых активов, денежные средства от реализации которых могут быть направлены в конкурсную массу должника.

По причине отсутствия документов временный управляющий также сделал вывод о невозможности проведения проверки наличия (отсутствия) признаков преднамеренного банкротства ООО ИСК «Промсервис», невозможности проведения анализа сделок ООО ИСК «Промсервис» на предмет наличия (отсутствия) оснований для их оспаривания.

При этом временным управляющим был сделан вывод о целесообразности введения в отношении ООО ИСК «Промсервис» процедуры конкурсного производства при условии финансирования процедуры со стороны кредиторов. Детальная оценка денежных операций, а также сделок должника, согласно выводу временного управляющего ФИО6, могла быть дана в следующей процедуре банкротства по результатам специальных мероприятий после истребования документов от должника.

Таким образом, меры по установлению фактического места нахождения имущества должника, в частности транспортных средств, информация о которых при проведении процедуры имелась (определение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 14.07.2019 по делу № А81-9384/2018), как и меры, направленные на возврат имущества, денежных средств в конкурсную массу, не проводились по причине того, что процедура конкурсного производства не вводилась.

Следовательно, объективная невозможность удовлетворения требований кредиторов за счет имущества должника в процедуре банкротства ООО «ИСК «Промсервис» не подтверждена.

Истец как кредитор имел возможность продолжить проведение в отношении ООО ИСК «Промсервис» процедуры банкротства, однако, не высказал намерение осуществлять ее финансирование. ФИО2 также не обжаловал определение арбитражного суда о прекращении производства по делу о банкротстве.

Учитывая изложенное, суд не усматривает наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов, обусловленных действиями и (или) бездействием контролирующего должника лица (п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве).

При этом суд исходит из того, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов (п. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

По представленным в дело документам основания для ее применения суд полагает недоказанными.

В связи с отказом в удовлетворении иска расходы по уплате государственной пошлины возлагаются на ФИО2 в соответствии с правилами ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия (изготовления его в полном объеме) путем подачи апелляционной жалобы в Восьмой арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа.

Апелляционная жалоба также может быть подана посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет» http://yamal.arbitr.ru.

В случае обжалования решения в порядке апелляционного или кассационного производства информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить соответственно на интернет-сайте Восьмого арбитражного апелляционного суда http://8aas.arbitr.ru или Арбитражного суда Западно-Сибирского округа http://faszso.arbitr.ru.

В соответствии с частью 5 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи.

Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа разъясняет, что в соответствии со статьей 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

По ходатайству указанных лиц копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Судья

О.В. Курекова