Решение от 25 июня 2020 г. по делу № А45-37040/2019



АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ


ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ



Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А45-37040/2019
г. Новосибирск
25 июня 2020 года
Резолютивная часть решения объявлена 17 июня 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 25 июня 2020 года.

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Шевченко С.Ф., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Савченко А.А., рассмотрел в судебном заседании дело № А45-37040/2019 по иску

«ROI VISUAL Co., Ltd.» («РОИ ВИЖУАЛ Ко., ЛТД»), г. Сеул Республика Корея

к индивидуальному предпринимателю Пироженко Людмиле Николаевне (ОГРНИП 304547435900187), г. Купино Новосибирской области

о взыскании 60 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав,

при участии в судебном заседании представителей:

не явились (извещены),


«ROI VISUAL Co., Ltd.» («РОИ ВИЖУАЛ Ко., ЛТД») обратилась в арбитражный суд с иском к индивидуальному предпринимателю Пироженко Людмиле Николаевне о взыскании компенсации 10000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 1 213 307 («ROBOCAR POLI»); 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (POLI) (Робокар Поли (Поли)»; 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (ROY) (Робокар Поли (Рой)»; 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (AMBER) (Робокар Поли (Эмбер)»; 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (HELLY) (Робокар Поли (Хэлли)»; 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (CAP) (Робокар Поли (Кэп)»; 750,00 руб. стоимости вещественного доказательства – товара, приобретенного у Ответчика; 219,54 руб. почтовых расходов; 200 руб. расходов по получению выписки из ЕГРНИП; 2400 руб. государственной пошлины.

Требования истца нормативно обоснованы статьями 1301, 1259, 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определением от 18 октября 2019 года исковое заявление принято к производству и назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства.

Определением от 09 декабря 2019 года перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства и назначил предварительное судебное заседание.

Ответчик правопритязания истца отклонил, ссылаясь на отсутствие оснований для удовлетворения иска.

Дело рассматривается по имеющимся в нём доказательствам, в порядке, обусловленном частями 1 - 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей сторон, надлежащим образом извещённых о времени и месте судебного разбирательства согласно статье 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав представленные истцом доказательства и приводимые им доводы, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, арбитражный суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, компания является правообладателем товарного знака № 1 213 307 (логотип «ROBOCAR POLI»). В Международный реестр товарных знаков, зарегистрированных в соответствии с Мадридским соглашением о международной регистрации знаков от 28.06.1989 и протоколом к нему, внесена запись от 26.04.2013, что подтверждено свидетельством Всемирной организации интеллектуальной собственности №1 213 307.

Товарный знак № 1 213 307 (логотип «ROBOCAR POLI») имеет правовую охрану, в том числе в отношении 28 класса Международной классификации товаров и услуг, включающего товары «игрушки».

Кроме того, компания обладает исключительными правами на объекты авторского права – произведения изобразительного искусства:

- изображение персонажа «ROBOCAR POLI» (POLI) (Робокар Поли (Поли)», что подтверждено свидетельством о регистрации авторского права № С-2011-010950-2, выданным Комиссией по авторскому праву Кореи от 27.09.2016;

- изображение персонажа «ROBOCAR POLI» (ROY) (Робокар Поли (Рой)», что подтверждено свидетельством о регистрации авторского права №С-2011-010951-2, выданным Комиссией по авторскому праву Кореи от 27.09.2016;

- изображение персонажа «ROBOCAR POLI» (AMBER) (Робокар Поли (Эмбер)», что подтверждено свидетельством о регистрации авторского права №С-2011-010952-2, выданным Комиссией по авторскому праву Кореи от 27.09.2016;

- изображение персонажа «ROBOCAR POLI» (HELLY) (Робокар Поли (Хэлли)», что подтверждено свидетельством о регистрации авторского права №С-2011-010953-2, выданным Комиссией по авторскому праву Кореи от 27.09.2016;

- изображение персонажа «ROBOCAR POLI (CAP) (Робокар Поли (Кэп)», что подтверждается свидетельством о регистрации авторского права № С-2016-003965, выданным Комиссией по авторскому праву Кореи от 16.02.2016 .

По свидетельству истца, Компании стало известно, что в ходе закупки, произведенной 29.06.2019 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: Новосибирская область, г. Купино, ул. Советов, 84, осуществлен факт продажи контрафактного товара (игрушечный телефон).

В подтверждение продажи был выдан чек, содержащий наименование продавца: ИП Пироженко Л.Н. дату продажи: 28.06.2019, ИНН продавца: 542905065180, совпадающий с ИНН, содержащимся в выписке из реестра индивидуальных предпринимателей.

На товаре содержится обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком № 1 213 307 («ROBOCAR POLI»).

На товаре также имеются следующие изображения: изображение персонажа «ROBOCAR POLI (POLI) (Робокар Поли (Поли)»; изображение персонажа «ROBOCAR POLI (ROY) (Робокар Поли (Рой)»; изображение персонажа «ROBOCAR POLI (AMBER) (Робокар Поли (Эмбер)»; изображение персонажа «ROBOCAR POLI (HELLY) (Робокар Поли (Хэлли)»; изображение персонажа «ROBOCAR POLI (CAP) (Робокар Поли (Кэп)».

Полагая, что фактом предложения к продаже в розничной торговой сети нарушены принадлежащие истцу права на товарные знаки и изображения, истец направил в адрес ответчика претензии с требованием уплаты компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на товарные знаки и изображения, которая ответчиком оставлена без ответа и удовлетворения.

Отказ ответчика от уплаты компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на товарный знак явилось основанием для обращения за судебной защитой с рассматриваемыми требованиями.

Организуя защиту против иска, ответчик заявил о фальсификации доказательств:

-свидетельства о регистрации «ROI VISUAL Co., Ltd.» («РОИ ВИЖУАЛ Ко., ЛТД»);

- нотариально апостилированной доверенности № 2015-4994 от 13.04.2015 лица, уполномоченного представлять интересы Компании;

- свидетельства о регистрации авторского права № С-2011-010950 от 07.11.2011 на персонаж РОБОКАР ПОЛИ (ПОЛИ);

- свидетельства о регистрации авторского права № С-2011-010951 от 07.11.2011 на персонаж РОБОКАР ПОЛИ (РОЙ);

- свидетельства о регистрации авторского права № С-2011-010952 от 07.11.2011 на персонаж РОБОКАР ПОЛИ (ЭМБЕР);

- свидетельства о регистрации авторского права № С-2011-010953 от 07.11.2011 на персонаж РОБОКАР ПОЛИ (ХЕЙЛИ).

Для целей соблюдения процедуры проверки заявления о фальсификации доказательств, суд в порядке, обусловленном статьёй 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, предложил истцу исключить указанные документы из числа доказательств по делу.

Судом отклонено ходатайство ответчика об истребовании доказательств из судебного дела, рассмотренного Арбитражным судом Красноярского края (А33-22814/2017), поскольку нормами процессуального закона не предусмотрена возможность истребования судом доказательств из судебного дела другого суда.

Представленный истцом в материалы дела отчёт частного детектива Колесникова И.В. по результатам обобщения судебной практики с участием истца доказательственной силой не обладает в силу того, что в нём проанализированы судебные споры с участием компаний входящих в группу компаний «ROI VISUAL» с различными идентификационными признаками.

Судом в рамках настоящего спора при проверке заявления о фальсификации проверена юридическая актуальность и правовой статус истца, подтверждённые надлежащими доказательствами, отвечающими критериям допустимости.

Проверив заявление ответчика о фальсификации доказательств, суд нашёл его необоснованным, опровергнутым представленными в материалы дела доказательствами и пояснениями истца от 15.06.2020, направленным на затягивание рассмотрения дела и отклонил его.

Судом также рассмотрено и отклонено ходатайство ответчика о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора Управление ФНС России по Новосибирской области с учётом избранного истцом способа защиты и планируемого по исходу дела позитивного юридического результата.

Определив предмет доказывания в рамках настоящего дела, проанализировав доводы истца, сопоставив их с нормами действующего законодательства, проверив их обоснованность, арбитражный суд пришел к убеждению о правомерности требований истца в полном объёме, при этом суд исходит из следующего:

В соответствии с пунктом 1 статьи 4 Мадридского соглашения о международной регистрации знаков от 14.04.1891, участником которого является Российская Федерация, с момента регистрации произведенной в международном бюро в соответствии с положениями статей 3 и 3-ter, в каждой заинтересованной договаривающейся стране данного соглашения знаку предоставляется такая же охрана, как если бы данный товарный знак был заявлен там непосредственно. В связи с чем товарные знаки, зарегистрированные в соответствии с Мадридским соглашением о международной регистрации знаков обладают охраноспособностью на территории Российской Федерации, как если бы они были зарегистрированы на этой территории непосредственно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Гражданским кодеком Российской Федерации не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность.

Пунктом 1 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 названной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.

Согласно пункту 1 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения, в частности литературные произведения, произведения живописи, скульптуры, графики, дизайна, графические рассказы, комиксы и другие произведения изобразительного искусства, относятся к объектам авторских прав. Производные произведения, представляющие переработку другого произведения, также в силу части 2 статьи 1259 ГК РФ относятся к объектам авторских прав.

Применительно к положениям пункта 2 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации незаконное использование произведения (его части) может выражаться, в частности, в безосновательном (т.е. без согласия правообладателя) воспроизведении произведения, его переработке, а также распространении произведения (его части) путем продажи или иного отчуждения его оригинала или экземпляра.

В силу статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

В соответствии со статьей 1482 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака:

1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации;

2) при выполнении работ, оказании услуг;

3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот;

4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе;

5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными (часть 1 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», а также положениями статьи 494 Гражданского кодекса Российской Федерации использованием исключительных прав является предложение к продаже (продажа) товара, совершенное лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность по продаже товаров в розницу.

В силу статьи 493 Гражданского кодекса Российской Федерации если иное не предусмотрено законом или договором розничной купли-продажи, в том числе условиями формуляров или иных стандартных форм, к которым присоединяется покупатель (статья 428 Гражданского кодекса Российской Федерации), договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

С учетом вышеприведенных норм права, а также части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по иску о защите исключительных прав на товарный знак подлежат установлению, в частности, обстоятельства использования ответчиком товарного знака истца или обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком истца, в отношении товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован принадлежащий истцу товарный знак.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление № 10) для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом. Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Совокупностью представленных истцом доказательств подтверждено, что 28. 06.2019 ответчиком по договору розничной купли-продажи реализован товар – игрушечный телефон.

Сравнив изображения зарегистрированных товарных знаков истца с изображением, используемым в реализованном ответчиком товаре, судом установлено визуальное сходство - графическое изображение сходно до степени смешения с зарегистрированными товарными знаками.

На товаре содержится обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком № 1 213 307 («ROBOCAR POLI»), а также следующие изображения: изображение персонажа «ROBOCAR POLI (POLI) (Робокар Поли (Поли)»; изображение персонажа «ROBOCAR POLI (ROY) (Робокар Поли (Рой)»; изображение персонажа «ROBOCAR POLI (AMBER) (Робокар Поли (Эмбер)»; изображение персонажа «ROBOCAR POLI (HELLY) (Робокар Поли (Хэлли)»; изображение персонажа «ROBOCAR POLI (CAP) (Робокар Поли (Кэп)».

В подтверждение факта приобретения товара (игрушечный телефон) у ответчика истцом представлены: чек от 28.06.2019 на сумму 750 руб., сам приобретенный товар (игрушечный телефон), компакт-диск с видеозаписью процесса приобретения товара.

Представленная в материалы дела видеозапись подтверждает факт приобретения спорного товара (игрушечный телефон) в торговой точке ответчика.

Видеозапись закупки осуществлена истцом в порядке статей 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации в целях защиты собственных прав и приобщена к материалам дела в порядке статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации как доказательство, содержащее сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела.

Относимость и достоверность представленных истцом доказательств (чек, видеозапись, контрафактный товар) ответчиком в установленном законом порядке не опровергнута, контрдоказательства не представлены (статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, суд приходит к выводу о доказанности факта реализации ответчиком товара – игрушки, содержащей изображение, сходное до степени смешения с товарным знаком № 1 213 307 («ROBOCAR POLI»)., а также изображение персонажа изображение персонажа «ROBOCAR POLI (POLI) (Робокар Поли (Поли)»; изображение персонажа «ROBOCAR POLI (ROY) (Робокар Поли (Рой)»; изображение персонажа «ROBOCAR POLI (AMBER) (Робокар Поли (Эмбер)»; изображение персонажа «ROBOCAR POLI (HELLY) (Робокар Поли (Хэлли)»; изображение персонажа «ROBOCAR POLI (CAP) (Робокар Поли (Кэп)», исключительные права на которые принадлежат истцу.

Как ранее изложено, компания ROI VISUAL Co., Ltd. («РОИ ВИЖУАЛ Ко., Лтд.») является правообладателем товарного знака № 1 213 307. В Международный реестр товарных знаков, зарегистрированных в соответствии с Мадридским соглашением о международной регистрации знаков от 28.06.1989 и протоколом к нему, внесена запись о регистрации за Правообладателем товарного знака в виде стилизованного изображения логотипа «ROBOCAR POLI» от 26.04.2013, что подтверждено свидетельством Всемирной организации интеллектуальной собственности № 1 213 307.

Товарный знак № 1 213 307 (логотип «ROBOCAR POLI») имеет правовую охрану, в том числе в отношении 28 класса Международной классификации товаров и услуг (далее – МКТУ), включающего такие товары, как «игрушки».

В соответствии с п. 1 ст. 4 Мадридского соглашения о международной регистрации знаков от 14.04.1891, участником которого является Российская Федерация, с момента регистрации, произведенной в Международном бюро в соответствии с положениями статей 3 и 3-ter, в каждой заинтересованной договаривающейся стране данного соглашения знаку предоставляется такая же охрана, как если бы данный товарный знак был заявлен там непосредственно.

Таким образом, товарные знаки, зарегистрированные в соответствии с Мадридским соглашением о международной регистрации знаков, обладают охраноспособностью на территории Российской Федерации, как если бы они были зарегистрированы на территории Российской Федерации непосредственно.

Копия выписки из Международного реестра товарных знаков о регистрации товарного знака № 1 213 307 (логотип «ROBOCAR POLI») предоставлены в материалы дела с нотариально удостоверенным переводом на русский язык. Информация о наличии регистрации данного товарного знака №1 213 307 наличествует на официальном сайте Всемирной организации интеллектуальной собственности:

- http://www.wipo.int/madrid/monitor/en/index.jsp. Срок правовой охраны данного товарного знака установлен до 26.04.2023 г.

Допустимость использования сведений, размещенных на общедоступных Интернет сайтах, в качестве доказательств при разрешении споров о защите исключительных прав подтверждается судебной практикой, включая практику Суда по интеллектуальным правам (постановления Суда по интеллектуальным правам от 02.08.2016 по делу № А40-70071/2013, от 22.07.2016 по делу № А56-17314/2015).

Соответственно, факт принадлежности истцу исключительных прав на товарный знак № 1 213 307 подтвержден представленной в материалы дела копией нотариально заверенной выписки из Международного реестра товарных знаков с переводом.

Республика Корея является членом Протокола к Мадридскому соглашению о международной регистрации знаков от 27 июня 1989 года (указание на членство Республики Кореи также содержится в информационной выписке о представленной Ответчиком).

Согласно статье 1 указанного протокола государства - участники настоящего Протокола, даже если они не являются участниками Мадридского соглашения о международной регистрации знаков, являются членами того же Союза, что и страны - участницы Мадридского соглашения. Следовательно, право на защиту товарного знака членов Протокола к Мадридскому соглашению, равнозначно право на защиту, предусмотренного для членов Мадридского соглашения.

Согласно пункту 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных Гражданского кодекса Российской Федерации для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Согласно пункту 24 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 27.06.2017 №23 «О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спора, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом» документы, подтверждающие юридический статус иностранного лица и права на осуществление предпринимательской и иной экономической деятельности, должны быть получены не ранее чем за тридцать дней до обращения истца в арбитражный суд, за исключением случаев, когда такие документы требуют консульской легализации или проставления апостиля.

Судом установлено, что истцом в материалы дела представлено свидетельство в отношении ROI VISUAL Co., Ltd, согласно которому организация является действующей на территории Республики Корея с регистрационным номером 110111-3015339 и идентификационным номером 211-87-50168. Датой начала коммерческой деятельности организации является - 19.05.2004 (дата регистрации - 22.05.2004), вид коммерческой деятельности - информация и коммуникации/оптово-розничная торговля, а так же предмет коммерческой деятельности - производство видеоматериалов и кинофильмов, оптовая торговля игрушками и товарами для хобби. Свидетельство выдано уполномоченным органом, информация является общедоступной в сети интернет.

Указанное свидетельство было выдано главой соответствующего налогового органа Республики Корея. Подлинность подписи, печати/штампа удостоверены 15.04.2019 апостилем, что соответствует требованиям Конвенции отменяющей требование легализации иностранных официальных документов от 05.10.1961, членами которой являются Россия и Республика Корея. Апостиль проставлен компетентным органом государства, в котором этот документ был совершен - Министерство иностранных дел. Нотариусом засвидетельствована подлинность подписи, сделанной переводчиком указанного свидетельства о государственной регистрации от 05.08.2019 года.

В случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных статьями 1250, 1252, 1253 Гражданского кодекса Российской Федерации, вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации требовать от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты, в том числе компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения (статья 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу правовой позиции, изложенной в пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Абзацем третьим пункта 3 статьи 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что, если иное не установлено Гражданским кодексом Российской Федерации, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Ответственность за незаконное использование товарного знака установлена в пункте 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В силу положений пунктов 60, 61 постановления № 10 требование о взыскании компенсации носит имущественный характер. Нарушение прав на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации является самостоятельным основанием применения мер защиты интеллектуальных прав (статьи 1225, 1227, 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы, подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

Если имеется несколько принадлежащих одному лицу результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, связанных между собой: произведение и товарный знак, в котором использовано это произведение и проч., компенсация за нарушение прав на каждый объект определяется самостоятельно (пункт 63 постановления № 10).

Истцом заявлены требования о взыскании компенсации в сумме 60 000 рублей, исходя из минимального размера 10 000 рублей за каждое нарушение исключительных прав на изображение персонажей, а также за нарушение исключительных прав на изображение логотипа.

Вместе с тем, отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим интеллектуальные права (статья 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.

В пунктах 8, 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 (ред. от 07.02.2017) «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный и непредотвратимый при данных условиях характер.

Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в 14 конкретных условиях. Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий.

Не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей.

Должник обязан принять все разумные меры для уменьшения ущерба, причиненного кредитору обстоятельством непреодолимой силы, в том числе уведомить кредитора о возникновении такого обстоятельства, а в случае неисполнения этой обязанности - возместить кредитору причиненные этим убытки (пункт 3 статьи 307, пункт 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, отсутствие вины доказывается ответчиком, который не представил в материалы дела доказательств наличия чрезвычайного и непредотвратимого при данных условиях обстоятельства, освобождающего его от ответственности.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении от 13.12.2016 № 28-П, суд, при определенных условиях, может снизить размер компенсации ниже низшего предела, установленного статьей 1301 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях:

- убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком;

- правонарушение совершено ответчиком впервые;

- использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика, и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Поэтому следует учитывать, что в соответствии с приведенными правовыми позициями снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев. При этом обязанность доказывания обстоятельств, соответствующих этим критериям, возлагается именно на ответчика.

Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости должно быть мотивировано судом и обязательно подтверждено соответствующими доказательствами. В соответствии с частями 1 и 3 статьи 8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе равноправия сторон. Арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон. Статьей 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определено, что судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Лица, участвующие в деле, вправе знать об аргументах друг друга до начала судебного разбирательства. Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. Арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения ими процессуальных действий, оказывает содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

Таким образом, при установлении размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 1 статьи 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации, снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов возможно лишь в исключительных случаях (с учетом абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации и постановления от 13.12.2016 № 28-П), и лишь при мотивированном заявлении об этом ответчика, подтвержденным соответствующими доказательствами.

Данная правовая позиция сформулирована в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС16-13233 от 21.04.2017, № 308-ЭС17-3085 от 12.07.2017, № 308-ЭС17-2988 от 12.07.2017, № 308-ЭС17- 3088 от 12.07.2017, № 308-ЭС17-4299 от 12.07.2017, № 305-ЭС17-16920 от 18.01.2018 и № 305-ЭС18-14243 от 13.11.2018.

Ответчик таких доказательств в материалы дела не представил.

При этом представление доказательств факта превышения размера компенсации размера убытков является обязательным для применения положения Постановления КС РФ № 28-П в части снижения размера компенсации ниже установленного законом предела.

Согласно пункту 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, то есть на ответчике лежала обязанность предпринять все меры, направленные на соблюдение прав третьих лиц при осуществлении им предпринимательской деятельности.

Соответственно, ответчик мог самостоятельно предпринять меры по проверке сведений о возможном нарушении исключительных прав истца на товарных знаки, однако таких мер предпринято не было.

Ответчик на этапе приобретения товара имел возможность выяснить обстоятельства правомерности использования изображений на приобретаемом им товаре, получить информацию о наличии разрешения на такое использование путем запроса у поставщика лицензионного договора.

Однако в материалы дела ответчиком не представлено доказательств попыток проверить партию товара на контрафактность, напротив указано обратное, что свидетельствует о грубом характере нарушения.

Учитывая характер допущенного правонарушения и исходя из необходимости сохранения баланса прав и законных интересов сторон, принимая во внимание то, что ответчик допустил нарушение исключительных прав на восемь объектов, действия по заключению лицензионного договора ответчиком не предприняты, суд приходит к выводу о том, что размер заявленной к взысканию компенсации является разумным и справедливым.

Распространение контрафактной продукции, с одной стороны, наносит урон репутации правообладателя, снижает доверие со стороны покупателей, а также негативно отражается на коммерческой деятельности правообладателя, в том числе снижает интерес потенциальных партнеров к заключению лицензионных договоров. С другой стороны, от использования контрафактного товара страдают интересы не только правообладателей, но и потребителей, поскольку те вводятся в заблуждение при покупке, полагая, что приобретают качественный и лицензионный товар.

Учитывая распределение бремени доказывания обстоятельств, свидетельствующих о возможности применения содержащихся в постановлении № 28-П разъяснений, судебная коллегия полагает, что именно на предпринимателя относится обязанность по представлению соответствующих доказательств, чего им сделано не было.

Кроме того в отношении ответчика неоднократно были инициированы иски со стороны правообладателей, что свидетельствует о системности нарушения ИП Пироженко Л.Н. исключительных прав (А45-1256/2020).

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь пунктом 3 статьи 1252, статьями 1301, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснениями, которые содержатся в Постановлении № 10, суд находит основанными на законе, подтверждёнными материалами дела и подлежащими удовлетворению исковые требования о взыскании компенсации в общем размере 60000 руб. (по 10000 руб. за каждый факт нарушения исключительных прав истца на товарный знак), учитывая выбор правообладателя о компенсации, предусмотренной в подпункте 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в пределах установленного в нем размера (от десяти тысяч до пяти миллионов рублей).

Согласно статье 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Истцом заявлено о взыскании с ответчика 750 руб. расходов по приобретению контрафактного товара и 219,54 руб. почтовых расходов (на направление претензионного письма, расходов по направлению ответчику искового заявления).

Учитывая, что указанные расходы понесены истцом, доказательства их несения имеются в материалах дела, последние подлежат возмещению за счёт ответчика на основании статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В остальной части (200 руб. в счет возмещения расходов на получение выписки из ЕГРИП) требования истца не подтверждены соответствующими доказательствами (представленное истцом платежное поручении от 25.07.2019 № 5127 с указанием в качестве назначения платежа «Плата за предоставление сведений из ЕГРИП, оплата за Шерину Марину Александровну», не подтверждает факт оплаты истцом выписки на ИП Пироженко Л.Н., каких либо пояснений в части осуществления Шериной М.А. оплаты за истца на получение выписки из ЕГРИП в отношении ИП Пироженко Л.Н. истец не представил).

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины, понесенные истцом при обращении за судебной защитой, подлежат возмещению за счет ответчика в сумме 2400 руб.

В судебном заседании объявлялся перерыв с 16 июня 2020 года до 09 часов 17 июня 2020 года.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования «ROI VISUAL Co., Ltd.» («РОИ ВИЖУАЛ Ко., ЛТД») удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя Пироженко Людмилы Николаевны (ОГРНИП 304547435900187) в пользу «ROI VISUAL Co., Ltd.» («РОИ ВИЖУАЛ Ко., ЛТД») 10000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 1 213 307 («ROBOCAR POLI»); 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (POLI) (Робокар Поли (Поли)»; 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (ROY) (Робокар Поли (Рой)»; 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (AMBER) (Робокар Поли (Эмбер)»; 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (HELLY) (Робокар Поли (Хэлли)»; 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (CAP) (Робокар Поли (Кэп)»; 750,00 руб. стоимости вещественного доказательства – товара, приобретенного у Ответчика; 219,54 руб. почтовых расходов; 2400 руб. государственной пошлины.

В удовлетворении заявления о взыскании 200 руб. стоимости выписки из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей отказать.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия.

В суд кассационной инстанции решение подлежит обжалованию при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.




Судья

С.Ф. Шевченко