Постановление от 27 апреля 2018 г. 13 ААС (Тринадцатый арбитражный апелляционный суд)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


28 апреля 2018 года

Дело №

А56-66970/2015

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Тарасюка И.М., судей Каменева А.Л., Ковалева С.Н.,

при участии от ФИО1 представителя ФИО2 (доверенность от 04.04.2017), от ФИО3 представителя ФИО4 (доверенность от 17.04.2018), от Компании «Колфилд Бизнес Милитед» ФИО5 (доверенность от 16.11.2016), конкурсного управляющего ООО «САМТРЕСТ-С.Петербург» ФИО6 (паспорт),

рассмотрев 19.04.2018 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.12.2017 (судья Муха Т.М.) и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2018 (судьи Бурденков Д.В., Глазков Е.Г., Масенкова И.В.) по делу № А56-66970/2015,

у с т а н о в и л:

конкурсный управляющий ФИО6 24.11.2016 обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «САМТРЕСТ-С.Петербург», место нахождения: 193315, Санкт-Петербург, ул. Новосёлов, д. 49, ОГРН <***>, ИНН <***>, (далее – Общество), с заявлением о привлечении солидарно ФИО1 и ФИО3 к субсидиарной ответственности в размере 41 510 460 руб. 47 коп., а также привлечении ФИО7 к субсидиарной ответственности в размере 9 690 000 руб. (с учетом изменения размера заявленных требований в порядке части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса, далее – АПК РФ).

Определением от 05.12.2017, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2018, заявление конкурсного управляющего удовлетворено в полном объеме.

В кассационной жалобе ФИО7 просит изменить определение от 05.12.2017 и постановление от 22.02.2018 в части привлечения его к субсидиарной ответственности и взыскать 41 510 460 руб. 47 коп. с ФИО8, в остальной части в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО6 отказать

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает, что судебными актами по рассматриваемому делу от 17.02.2017 и от 11.05.2017 о признании недействительными сделок должника были восстановлены права Общества к дебиторам, в связи с чем привлечение к субсидиарной ответственности является необоснованным, поскольку в данном случае нарушенное право восстанавливается повторно; факт реализации конкурсным управляющим восстановленной дебиторской задолженности по заниженной цене, по мнению подателя жалобы, означает возможность причинения убытков конкурсным управляющим, а не ФИО7; конкурсный управляющий, обратившись с настоящим заявлением в отсутствие соответствующего решения собрания кредиторов, превысил свои полномочия; конкурсным управляющим не доказан факт недобросовестности и неразумности действий ФИО7

Кроме того, податель жалобы отмечает, что отсутствуют основания для привлечения его к ответственности за действия ФИО8, квалифицированные как преступление, соучастником которого ФИО7 не являлся.

В судебном заседании представитель подателя жалобы поддержал её доводы в полном объеме.

Представитель ФИО8 просил направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Конкурсный управляющий и представитель Компании «Колфилд Бизнес Милитед» просили оставить определение от 05.12.2017 и постановление от 22.02.2018 без изменения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, определением от 30.09.2015 возбуждено производство по делу о банкротстве Общества.

Решением от 03.12.2015 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО6

Обращаясь в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО7 и ФИО8 к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий сослался на то, что ФИО7, являвшимся генеральным директором Общества, и представителем по доверенности ФИО8 вследствие заключения сделок, признанных судом недействительными, были совершены действия по выводу активов должника в виде дебиторской задолженности в размере 52 220 460 руб. 47 коп., что повлекло неплатежеспособность должника.

Суды первой и апелляционной инстанций удовлетворили заявление конкурсного управляющего, поскольку вступившими в законную силу определениями суда подтвержден факт заключения ФИО7 и ФИО8 сделок, которые причинили должнику вред и привели его к неплатежеспособности (банкротству).

Кассационная инстанция не находит оснований для удовлетворения жалобы.

В силу пункта 5 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции от 03.07.2016, действовавшей на момент подачи конкурсным управляющим заявления, далее - Закон о банкротстве) заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности может быть подано в ходе конкурсного производства конкурсным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а по основаниям, предусмотренным пунктом 2 и 4 названной статьи, также может быть подано конкурсным кредитором или уполномоченным органом.

Таким образом, конкурсный управляющий по собственной инициативе правомерно обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО7 и ФИО8 к субсидиарной ответственности.

Как установлено судами и следует из материалов дела, ФИО7 в период с 30.08.2011 являлся руководителем (генеральным директором) должника, а с 19.10.2015 – его ликвидатором; ФИО8 был уполномочен генеральным директором на совершение сделок от имени должника доверенностью № 71 от 24.09.2015.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Вступившими в законную силу судебными актами признаны недействительными сделками:

акты зачета от 31.07.2015 и от 20.08.2015 совершенные от имени должника генеральным директором ФИО7 с обществом с ограниченной ответственностью «Напитки» (далее – ООО «Напитки). Применены последствия недействительности сделок в виде восстановления прекращенной зачетом задолженности ООО «Напитки перед должником на сумму 10 200 000 руб. (определение от 17.02.2017 по делу № А56 -66970/2015);

договор цессии от 10.10.2015 №14ДЦС/2015 заключенный от имени должника представителем по доверенности ФИО8 с обществом с ограниченной ответственностью «Факел» (далее - ООО «Факел»). Применены последствия недействительности сделки в виде восстановления задолженности ООО «Напитки» перед должником в размере 42 020 460 руб. 47 коп. (определение от 11.05.2017 по делу № А56 -66970/2015).

Указанными судебными актами установлены факты совершения в течение одного года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом руководителем должника ФИО7 сделок при наличии неисполненных обязательств перед другими кредиторами и осведомленности контрагента - ООО «Напитки» о неплатежеспособности должника, а также заключения представителем Общества по доверенности ФИО8 договора цессии при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки – ООО «Факел».

Доводы ФИО7 о том, что он не может являться лицом, ответственным за действия ФИО8 правомерно отклонены судом апелляционной инстанции, поскольку именно ФИО7 выдал ФИО8 доверенность, на основании которой последним был подписан договор цессии от 10.10.2015.

Доказательств того, что ФИО7 как генеральный директор оспаривал договор цессии от 10.10.2015 или принимал какие-либо меры для уменьшения негативных последствий для должника и его кредиторов от совершения названной сделки не представлено.

При таких обстоятельствах суды пришли к верному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО8 и ФИО7 к солидарной ответственности по основанию, указанному в абзаце 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, поскольку ими были совершены сделки на заведомо невыгодных для должника условиях, признанные судами недействительными, что послужило причиной возникновения неплатежеспособности должника, а также повлекло причинение реального ущерба Обществу и его кредиторам, поскольку в результате сделок должник утратил имущество в виде дебиторской задолженности.

В соответствии с положениями пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление № 62), истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Согласно разъяснениям, указанным в пункте 3 Постановления № 62, неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации.

Как установлено судами, на дату совершения ФИО7 актов зачета, признанных недействительными сделками, у должника имелись неисполненные денежные обязательства перед кредиторами (ПАО Банк «Финансовая Корпорация Открытие» и другими).

В такой ситуации судами сделаны обоснованные выводы о доказанности факта наличия вины ФИО7 в возникновении признаков несостоятельности (банкротства) должника, поскольку он в период исполнения обязанностей генерального директора Общества действовал неразумно и недобросовестно, подписав акты зачета встречных требований по мнимым сделкам - договорам на маркетинговые услуги и выдав ФИО8 доверенность № 71 от 24.09.2015 на право совершения от имени Общества всех действий в рамках осуществления должником финансово-хозяйственной деятельности, в том числе управлять и распоряжаться всем имуществом Общества, совершать любые предусмотренные гражданским законодательством сделки с правом подписи всех необходимых документов.

Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Доводы подателя жалобы о необоснованности привлечения к субсидиарной ответственности ввиду восстановления прав требования Общества к дебиторам путем применения последствий недействительности сделок подлежат отклонению в силу следующего.

В пункте 8 Постановления № 62 разъяснено, что удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. В удовлетворении требования к директору может быть отказано лишь в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты.

Сам факт применения последствий недействительности сделки должника в виде взыскания в его пользу с контрагента по указанной сделке денежных средств при отсутствии доказательств их поступления в конкурсную массу должника не предотвращает негативных последствий для должника от совершения сделки и не является исчерпывающей мерой к восстановлению имущественных прав его кредиторов.

При определении размера ответственности конкурсный управляющий учел факт реализации права требования Общества к ООО «Напитки» на торгах в размере 510 000 руб., уменьшив размер ответственности на указанную сумму.

Доказательств получения Обществом взысканных по обособленным спорам о признании недействительными сделок должника денежных средств в полном объеме в материалы дела не представлено.

Предположение ФИО7 о причинении убытков Обществу конкурсным управляющим вследствие реализации восстановленной дебиторской задолженности по заниженной цене также не подтверждено соответствующими доказательствами.

Доводы кассационной жалобы, повторяющие доводы апелляционной жалобы, подлежат отклонению, как основанные на неправильном толковании норм материального и процессуального права и направленные на переоценку доказательств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции. Все доводы кассационной жалобы приводились при рассмотрении дела в суде первой и апелляционной инстанции и им была дана надлежащая оценка.

Поскольку фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судами первой и апелляционной инстанций на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов участвующих в деле лиц, а выводы судов соответствуют представленным доказательствам, нормы материального и процессуального права применены правильно, у суда кассационной инстанции отсутствуют основания для отмены либо изменения обжалуемых судебных актов.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.12.2017 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2018 по делу № А56-66970/2015 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.


Председательствующий

И.М. Тарасюк

Судьи


А.Л. Каменев

С.Н. Ковалев