Решение от 17 марта 2022 г. по делу № А56-74667/2021

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А56-74667/2021
17 марта 2022 года
г.Санкт-Петербург



Резолютивная часть решения объявлена 25 февраля 2022 года. Полный текст решения изготовлен 17 марта 2022 года.


Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:

судьи Рагузиной П.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

истец: Индивидуальный предприниматель ФИО2 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>, дата присвоения ОГРНИП: 27.03.2017)

ответчик: Индивидуальный предприниматель ФИО4 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>, дата присвоения ОГРНИП: 22.08.2008)

третье лицо: Общество с ограниченной ответственностью «Комкор» (350051, Краснодарский край, Краснодар город, Офицерская <...>, ОГРН: <***>)


при участии

от истца: не явился (извещен под роспись в протоколе судебного заседания от 19.01.2022)

от ответчика: ФИО3 (доверенность от 11.06.2021),

от третьего лица: не явился (извещен)

установил:

Индивидуальный предприниматель ФИО2 обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО4 о взыскании 376 910 руб. 94 коп. убытков в форме упущенной выгоды.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Комкор» (далее – ООО «Комкор»).

Определением от 24.08.2021 исковое заявление было принято к производству суда в порядке упрощенного производства.

Ответчик представил отзыв на исковое заявление.

Истец представил возражения на отзыв.

Определением от 18.10.2021 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

Ответчик представил дополнения к отзыву.

Руководствуясь статьей 137 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд признал дело подготовленным, завершил предварительное заседание и открыл судебное заседание в первой инстанции и по ходатайству истца отложил рассмотрение дела на 25.02.2022.

В судебное заседание от 25.02.2022 истец или его представитель не явились.

Истец был извещен о дате и времени судебного заседания под роспись в протоколе судебного заседания от 19.01.2022.

Новые позиции по делу от истца не поступали.

Ходатайство об отложении судебного разбирательства, направленное истцом по почте, поступило в суд 04.03.2022 уже после рассмотрения дела по существу в судебном заседании от 25.02.2022.

Однако оснований для отложения рассмотрения дела не было.

Все существенные позиции по делу сторон имеются в материалах дела.

Исследовав материалы настоящего дела, оценив собранные по делу доказательства в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд установил следующее.

Между предпринимателем ФИО2 (арендодатель) и предпринимателем ФИО4 (арендатор) был заключен договор субаренды дорожной техники от 31.05.2017 № 16, по которому арендодатель обязался предоставить арендатору оборудование для строительства дорог: Ресайклер WIRTGEN GMBX WR 2400.

Согласно пункту 1.2 договора основанием для заключения данного договора является договор аренды № 14 от 31.05.2017. ФИО2 по договору аренды от 31.05.2017 № 14 арендует технику, владельцем которой является общество с ограниченной ответственностью «Спецстройматериалы».

На основании акта приема-передачи от 31.05.2017 № 1 оборудование было передано арендатору во временное пользование.

Ответчик использовал технику до 30.03.2018 и на основании акта от 30.03.2018 возвратил ее арендодателю. При принятии техники было зафиксировано повреждение крышки расширительного гидроблока обратного клапана давления.

В соответствии с договором субаренды с экипажем от 30.03.2018 № 30/03-18 и актом приема-передачи от 30.03.2018 истец передал оборудование Ресайклер WIRTGEN GMBX WR 2400 ООО «Комкор» в тот же день, что и получил от ответчика - 30.03.2018. В акте приема-передачи оборудования к ООО «Комкор» зафиксировано, что техника на момент передачи исправна замечаний и претензий не имеется.

Как указывает истец, с 02.04.2018 дорожная техника Ресайклер WIRTGEN GMBX WR 2400 не смогла приступить к работе по объекте субарендатора (ООО «Комкор»), поскольку была доставлена на объект с опозданием вследствие ожидания парома и после прибытия на объект 24.05.2018 был произведен тестовый запуск техники, в результате которого была зафиксирована поломка вала привода барабана, вынос шлицов до нуля, оборваны болты крепления шкива. Истец указывает, что он направил в адрес ответчика письмо с требованием направить представителя для осмотра техники и составления совместного акта, а в целях устранения причин повреждений обратился за помощью к ООО «Комкор». Согласно акту приемки выполненных работ заказчику выставлен счет по диагностике (сервисные услуги) на сумму 21948 руб. Истец считает, что ему причинены убытки в форме упущенной выгоды за период с 02.04.2018 по 20.08.2018, выразившиеся в получении дохода от сдачи ее в субаренду ООО «Комкор» с учетом предполагаемых затрат.

Однако арбитражными судами при рассмотрении дела № А56-91288/2020 по иску ФИО2 к ФИО4 были установлены обстоятельства, в том числе, на которые ссылается истец в рамках настоящего дела.

Суды указали, что правоотношения между ФИО2 и ООО «Комкор» по поводу ремонта техники возникли 01.06.2018, то есть до извещения ФИО4 о необходимости направить представителя к месту осмотра техники в Республике Крым для оценки ее состояния. Арендатор был извещен о назначенном на 07.06.2018 осмотре техники не ранее 04.06.2018. Суд принял во внимание, что арендатору для обеспечения явки своего представителя был предоставлен слишком ограниченный срок (с 04.06.2018 по 07.06.2018) с учетом удаленности места проживания арендатора (Санкт-Петербург) от места осмотра техники (Республика Крым). Суд кассационной инстанции признал правильным вывод апелляционного суда о том, что фактически арендатор был лишен возможности присутствовать при осмотре ранее арендованной техники, заявить доводы и возражения относительно причин появления дефекта, наличия или отсутствия своей вины в появлении дефекта, а также согласовать с арендодателем дальнейшие действия по устранению дефекта. Апелляционный суд обоснованно посчитал указанные действия ФИО2 недопустимыми и ограничивающими права ФИО4, не отвечающими критерию добросовестности поведения контрагента, поскольку фиксация результатов осмотра техники, согласование перечня ремонтных работ и их стоимости напрямую затрагивают законные интересы арендатора, который был лишен возможности их оспорить. Апелляционный суд выразил обоснованные сомнения касательно доказанности ФИО2 соответствия объема ремонтных работ, выполненных ООО «Комкор», техническим неполадкам, выявленным при возврате предмета аренды. Суд отметил неправомерность дальнейших действий арендодателя, связанных с эксплуатацией техники с уже выявленным дефектом; технический запуск оборудования арендодателем, состоявшийся 25.05.2018, при наличии обнаруженной поломки мог привести к возникновению иных, более разрушительных дефектов работы техники. Соответственно, наличие новых дефектов могло существенно увеличить стоимость ремонта. Суд также прямо указал на несогласованность позиции ФИО2, поддерживаемой им в ходе судебного разбирательства, с его действиями по эксплуатации техники. Апелляционный суд также учел, что после возврата 30.03.2018 техники ФИО4 в тот же день она была передана в пользование новому арендатору - ООО «Комкор», при этом передача техники новому арендатору состоялась в отсутствие каких-либо замечаний и претензий к техническому состоянию предмета аренды, хотя 30.03.2018 ФИО2 уже было известно о дефекте техники. Ходатайство о назначении технической экспертизы для установления причин появления поломки, необходимости выполнения комплекса ремонтных работ в целях устранения поломки и определения стоимости работ по ее устранению ФИО2 не заявлял и, более того, возражал в суде апелляционной инстанции на соответствующее ходатайство ФИО4, хотя каждая из сторон должна была проявить интерес к получению достоверной информации.

В силу пунктов 1, 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, которые определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 названного Кодекса.

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как следует из пункта 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу статьи 15 ГК РФ упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт и размер причиненных убытков, неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по договору, причинно-следственную связь между ненадлежащим исполнением ответчиком принятых на себя обязательств и причиненными истцу убытками.

Каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основаниях своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения права, наличие и размер понесенных убытков, причинно-следственную связь между нарушением права и возникшими убытками.

Всесторонне и полно исследовав собранные по делу доказательства и оценив их по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает недоказанным истцом наличие оснований для удовлетворения иска.

Истцом не доказана причинно-следственная связь между действиями ответчика и убытками истца, заявленными в форме упущенной выгоды, не доказана вина ответчика в ухудшении состояния предмета аренды, повлекшая для истца истребуемую сумму.

Суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска в порядке статьи 15 ГК РФ.

При обращении с настоящим иском в суд истцу была предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины, поэтому на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с истца надлежит взыскать в федеральный бюджет государственную пошлину согласно цене иска.

Руководствуясь статьями 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

В иске отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в доход федерального бюджета 10538 руб. государственной пошлины.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения.



Судья Рагузина П.Н.