Решение от 26 мая 2020 г. по делу № А65-33454/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 294-60-00

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

г. КазаньДело № А65-33454/2019

Дата принятия решения – 26 мая 2020 года.

Дата объявления резолютивной части – 19 мая 2020 года.

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Коротенко С.И.,

при ведении аудиопротоколирования и составлении протокола судебного заседания до перерыва помощником судьи Кузнецовой Т.Д., после перерыва секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Общества с ограниченной ответственностью "Реал Эстейт Сервис", г.Йошкар-Ола; (ОГРН <***>, ИНН <***>; <***>) к Обществу с ограниченной ответственностью "Новэкс Приоритет", г.Казань, (ОГРН <***>, ИНН <***>) об истребовании из чужого незаконного владения имущества: ворота секционные СПР3700*4710, RFL9016 100тыс. циклов; единой системы диспетчерского контроля лифтов (ЕСДКЛ), состоящей из антенны GSM BY-GSM-20-09 – 1 шт, блока контроля линии радиоканала БКЛ-Р – 1 шт, блоков лифтового БЛ-М – 3 шт, звуковых комплектов кабины – 4 шт, комплектов монтажных – 4 шт, взыскании 110 400 рублей неосновательного обогащения,

с привлечением к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора в порядке ст. 51 АПК РФ – ФИО2, ФИО3,

с участием:

от истца – ФИО4, по доверенности от 27.12.2017, диплом (до и после перерыва),

от ответчика – ФИО5, по доверенности от 01.11.2019, диплом (до и после перерыва),

от третьих лиц – ФИО6, по доверенности от 08.05.2015, диплом (после перерыва),

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью "Реал Эстейт Сервис" (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью "Новэкс Приоритет" (далее - ответчик) об истребовании из чужого незаконного владения имущества: ворота секционные СПР3700*4710, RFL9016 100тыс. циклов; единой системы диспетчерского контроля лифтов (ЕСДКЛ), состоящей из антенны GSM BY-GSM-20-09 – 1 шт, блока контроля линии радиоканала БКЛ-Р – 1 шт, блоков лифтового БЛ-М – 3 шт, звуковых комплектов кабины – 4 шт, комплектов монтажных – 4 шт, взыскании 110 400 рублей неосновательного обогащения.

Определением от 20.11.2019 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора в порядке ст. 51 АПК РФ, привлечены ФИО2, ФИО3.

Определением от 30.01.2020 принято уточнение исковых требования в порядке ст. 49 АПК РФ, согласно которым истец просит истребовать из чужого незаконного владения ответчика следующее имущество: 1) ворота секционные СПР3700 *4710, RFL9016 100 тыс. циклов заводской номер 1236522/3(RS 1/01-625) 625*3740-RAL9016, установленные в разгрузочной зоне первого этажа пристроенного здания торгового центра, назначение: нежилое, этаж-цокольный, 3, технический, общей площадью 5 417,4 кв.м., лит. А4, кадастровый номер: 12:05:0506003:360, расположенного по адресу: <...> со стороны улицы Пушкина. 2) оборудование, относящееся к единой системе диспетчерского контроля лифтов, производитель ООО «Нейрон», а именно: - БКЛ-Р блок контроля линии радиоканала GSM заводской номер 633, - БЛ-(М) блок лифтовой заводской номер 17072, - БЛ-(М) блок лифтовой заводской номер 17049,установленные в машинном отделении технического этажа пристроенного здания торгового центра, назначение: нежилое, этажцокольный, 3, технический, общей площадью 5 417, 4 кв.м., лит. А4, кадастровый номер: 12:05:0506003:360, расположенного по адресу: <...>. - БЛ-(М) блок лифтовой заводской номер 10564,установленный в лифтовой шахте на уровне 3 этажа в пристроенном здании торгового центра, назначение: нежилое, этажцокольный, 3, технический, общей площадью 5 417,4 кв.м., лит. А4, кадастровый номер: 12:05:0506003:360, расположенного по адресу: <...>, взыскать с ответчика неосновательное обогащение за пользование имуществом за период с 01.08.2019 года по 31.10.2019 года в сумме 110 400 рублей.

Определением от 02.03.2020 принято уточнение исковых требования в порядке ст. 49 АПК РФ, согласно которым истец просит истребовать из чужого незаконного владения ответчика следующее имущество: - ворота секционные СПР3700*4710, RAL9016 100 тыс. циклов, установленные в разгрузочной зоне первого этажа пристроенного здания торгового центра, назначение: нежилое, этаж-цокольный, 3, технический, общей площадью 5 417,4 кв.м., лит. А4, кадастровый номер: 12:05:0506003:360, расположенного по адресу: <...> д 113 со стороны улицы Пушкина, состоящие из полотна ворот белого цвета из 8 секций, электропривода, металлического каркаса. Размеры воротного полотна: высота - 470 см, ширина - 374 см. - оборудование, относящееся к единой системе диспетчерского контроля лифтов, производитель ООО «Нейрон», а именно: - БКЛ-Р блок контроля линии радиоканала GSM заводской номер 633, - БЛ-(М) блок лифтовой заводской номер 17072, - БЛ-(М) блок лифтовой заводской номер 17049,установленные в машинном отделении технического этажа пристроенного здания торгового центра, назначение: нежилое, этажцокольный, 3, технический, общей площадью 5 417,4 кв.м., лит. А4, кадастровый номер: 12:05:0506003:360, расположенного по адресу: <...> д 113; - БЛ-(М) блок лифтовой заводской номер 10564,установленный в лифтовой шахте на уровне 3 этажа в пристроенном здании торгового центра, назначение: нежилое, этаж цокольный, 3, технический, общей площадью 5 417,4 кв.м., лит. А4, кадастровый номер: 12:05:0506003:360, расположенного по адресу: <...>; взыскать с ответчика неосновательное обогащение за пользование имуществом за период с 01.08.2019 по 31.10.2019г. в сумме 110 400 рублей.

В судебном заседании 15.05.2020 в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации был объявлен перерыв до 19.05.2020, о чем на сайте арбитражного суда и на доске объявлений размещена соответствующая информация.

После перерыва истец в судебном заседании на исковых требованиях настаивал, просил их удовлетворить.

Ответчик иск не признал.

Представитель третьих лиц иск в части истребования секционных ворот поддержал, поскольку данное оборудование не является конструктивной частью здания, по вопросу истребования единой системы диспетчерского контроля лифтов решение оставил на усмотрение суда, поскольку третьи лица участниками сделки по приобретению данного оборудования не являлись.

Исследовав материалы дела, выслушав представителей сторон и третьих лиц, судом установлено следующее.

08.10.2015 истец приобрел у ИП ФИО7 по договору купли-продажи оборудование, в том числе ворота секционные СПР 3700*4710, RAL 9016 100 тыс.циклов, 000300105 (л.д.31-37).

Указанные ворота принадлежали ИП ФИО7 на основании договора купли-продажи оборудования от 01.06.2015, заключенного с ИП ФИО2, который, в свою очередь, приобрел ворота по договору поставки от 16.12.2013 (л.д.39-47, т.1).

Как указал истец, на момент приобретения ворот они были установлены на объекте недвижимости: пристроенное здание торгового центра с кадастровым номером 12:05:0506003:360, расположенного по адресу: <...>. При этом, ворота конструктивным элементом здания не являются и могут быть демонтированы без причинения ущерба зданию.

Вышеуказанное здание принадлежало ФИО2 на праве долевой собственности в ½ доле на основании договора инвестирования пристроя к дому торговли от 01.01.2007, дополнительного соглашения к договору инвестирования от 11.09.2008, разрешения на ввод объекта в эксплуатацию от 03.04.2009, акта приема-передачи результата инвестиционной деятельности от 07.07.2009 (л.д.47, т.1). ½ доля в праве собственности на здание принадлежала ФИО3

11.01.2016 между ответчиком и третьими лицами было заключено соглашение об отступном № 27, согласно которому третьи лица передали ответчику в качестве отступного пристроенное здание торгового центра по адресу: <...> (л.д.48-51, т.1).

При этом, 01.02.2016 между сторонами был заключен договор возмездного оказания услуг по управлению, техническому обслуживанию и эксплуатации, по условиям которого истец (исполнитель по договору) принял на себя обязательство оказывать ответчику (заказчику по договору) по эксплуатации, техническому обслуживанию и коммерческому использованию объектов недвижимости, принадлежащих ответчику, в том числе: пристроенное здание торгового центра по адресу: <...> (л.д.52-70, т.1).

Также 29.05.2018 между истцом и ООО «Единая Волна» был заключен договор № 03-2018, во исполнение которого ООО «Единая Волна» выполнило работы по монтажу оборудования связи, в том числе с использованием материалов, а именно: блок контроля линии радиоканал БКЛ-Р – 1шт., блок лифтовой БЛ-М – 3 шт., звуковой комплект кабины – 4 шт., BY-GSM-20-09 антена GSM – 1 шт, монтажный комплект – 4 шт (л.д.71-74, т.1). Услуги по монтажу оплачены истцом в полном объеме (л.д.75,76, т.1).

Письмом от 02.07.2019 № 127 ответчик уведомил истца о расторжении договора возмездного оказания услуг по управлению, техническому обслуживанию и эксплуатации от 01.02.2016 (л.д.77, т.1).

Истец письмом от 30.07.2019 поставил ответчика в известность, что в эксплуатируемом ответчиком здании находится оборудование, принадлежащее истцу, а именно: ворота секционные СПР3700*4710, RFL9016 100тыс. циклов; единой системы диспетчерского контроля лифтов (ЕСДКЛ), состоящей из антенны GSM BY-GSM-20-09 – 1 шт, блока контроля линии радиоканала БКЛ-Р – 1 шт, блоков лифтового БЛ-М – 3 шт, звуковых комплектов кабины – 4 шт, которое истец предложил ответчику выкупить за 200 000 рублей (л.д.78, т.1).

Поскольку стороны к соглашению по факту пользования спорным имуществом не пришли, а, по мнению истца, принадлежащее ему имущество незаконно находится у ответчика, истец, начислив сумму неосновательного обогащения за незаконное использование спорного оборудования, обратился в суд с настоящим иском.

На основании статьи 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" применяя статью 301 Гражданского кодекса Российской Федерации судам следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении. Иск об истребовании имущества, предъявленный к лицу, в незаконном владении которого это имущество находилось, но у которого оно к моменту рассмотрения дела в суде отсутствует, не может быть удовлетворен.

Доказательственную базу виндикационного требования составляют обстоятельства, подтверждающие наличие у истца законного титула на истребуемую вещь, обладающие индивидуально-определенными признаками, сохранившуюся в натуре, утрату истцом фактического владения вещью, а также нахождение ее в чужом незаконном владении.

Ответчиком по виндикационному требованию является незаконный владелец, обладающий вещью без надлежащего правового основания, либо по порочному основанию приобретения.

Согласно пункту 36 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", в соответствии со статьей 301 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика.

Право собственности на движимое имущество доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца.

Виндикационный иск не подлежит удовлетворению при отсутствии хотя бы одного из перечисленных признаков.

В обоснование своих возражений ответчик указал, что объект недвижимости по адресу: <...>, был передан прежними собственниками (третьими лицами) без деления на движимое и недвижимое имущество и без идентификации конкретного оборудования. Истцом не представлены доказательства, что именно приобретенное им оборудование находится во владении ответчика.

Сам истец пояснил, что отличительными признаками, идентифицирующими спорное имущество являются указанные на оборудовании заводские номера: на воротах секционных – 1236522/3 (RS 1/01-625) 625*3740-RAL9016, на блоке контроля радиоканала БКЛ-Р-633, на блоках лифтовых БЛ-М – 17072, 17049, 10564, в связи с чем истцом было заявлено уточнение исковых требований с идентификацией заводских номеров спорного имущества.

Между тем, заслуживает внимания ссылка ответчика о непредоставлении истцом документов, конкретизирующих спорное оборудование (индивидуализирующие признаки), поскольку указанные истцом заводские номера отсутствуют в договоре купли-продажи оборудования от 08.10.2015 и договоре от 29.05.2018, в связи с чем определить, что именно данное оборудование с указанными истцом заводскими номерами являлось предметом вышеуказанных договоров не представляется возможным.

Напротив, в договоре купли продажи оборудования от 08.10.2015 ворота секционные имеют иные идентифицирующие номера: СПР 3700*4710, RAL9016 100 тыс.циклов 000300105.

Истцом заявлено ходатайство об уточнении исковых требований об истребовании ворот секционные СПР3700*4710, RAL9016 100 тыс. циклов.

Однако, сторонами проведен осмотр спорных ворот, акт осмотра от 17.02.2020 представлен суду. Согласно акту осмотра установленные по адресу: <...>, ворота не имеет соответствующей договору от 08.10.2015 маркировки, имеется нанесенный маркером номер 8-4794, иные номерные значения на воротах не обнаружены (л.д.72).

В соответствии с частью 2 статьи 171 АПК РФ при присуждении имущества арбитражный суд указывает наименование имущества, подлежащего передаче истцу, его стоимость и место нахождения.

Данная норма обусловлена процессуальным принципом исполнимости судебного акта. Для изъятия имущества в судебном акте должны быть указаны его индивидуально-определенные признаки, которые являются достаточными для идентификации имущества, подлежащего изъятию у ответчика и передаче истцу.

Исследовав приложение № 1 и акт приема-передачи к договору купли-продажи оборудования от 08.10.2015, приложение № 1 к договору № 03-2018 от 29.05.2018, судом установлено, что в них не содержится указание на индивидуализирующие признаки описанного в нем оборудования, отражается лишь наименование оборудования, его количество и стоимость.

Из указанных сведений о спорном имуществе невозможно достоверно установить индивидуализирующие признаки оборудования, переданного истцу в собственность, а также не позволяет суду соотнести указанное оборудование с оборудованием, находящимся в непосредственном владении ответчика.

При указанных обстоятельствах не представляется возможным произвести сверку на предмет тождества имущества, истребуемого истцом в порядке виндикации и находящегося на территории ответчика.

Из представленных доказательств не усматривается, что спорное имущество обладает индивидуально-определенными признаками.

Истцом не представлены какие-либо доказательства, позволяющие сделать суду вывод о том, что истребуемое имущество находится в чужом незаконном владении ответчика.

К представленному в материалы дела письму ООО «Единая Волна» об установке оборудования непосредственно на объекте ответчика суд относится критически, поскольку между истцом и данной организацией имелись коммерческие отношения по выполнению ООО «Единая Волна» по заданию истца в рамках договорных подрядных отношений. По истечению почти 2 лет данная организация смогла определить заводские номера оборудования, которые отсутствуют в договоре от 29.05.2018. Более того, в договоре отсутствует конкретное место монтажа оборудования. Каких-либо документальных доказательств установки именно данного оборудования и именно на объекте ответчика ни истцом, ни ООО «Единая Волна» суду не представлено. Таким образом, данные пояснения не доказывают факт нахождения в незаконном владении ответчика оборудования, указанного в иске.

Учитывая изложенное, арбитражный суд приходит к выводу о невозможности идентифицировать имущество, указанное в представленных истцом документах, поскольку имущество не содержит индивидуализирующих признаков в правоустанавливающих документах, вследствие чего может смешиваться с другими вещами (оборудованием) того же рода и качества, что не позволяет определить принадлежность истребуемого имущества истцу.

Истец в силу статьи 65 АПК ПФ не доказал всю совокупность оснований для удовлетворения требований к ответчику.

Истец также не представил суду наличие спорного имущества у ответчика на дату рассмотрения настоящего спора.

В соответствии с положениями статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (статья 9 АПК РФ).

В данном случае суд, оценив по правилам статьи 71 АПК РФ собранные по настоящему делу доказательства, приходит к выводу о невозможности в достаточной степени индивидуализировать истребуемое имущество и утверждать, что данное имущество на момент рассмотрения спора находится в незаконном владении ответчика.

Более того, ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности в части истребования из чужого незаконного владения секционных ворот, приобретенных истцом по договору от 08.10.2015.

Ответчик полагает, что срок исковой давности следует исчислять с даты приобретения им спорного здания 11.01.2016.

В свою очередь, истец считает, что данный срок следует исчислять с 01.08.2019, то есть даты расторжения договора возмездного оказания услуг по управлению, техническому обслуживанию и эксплуатации от 01.02.2016.

Исследовав доводы сторон, суд пришел к следующему.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности.

Общий срок исковой давности устанавливается в три года (статья 196 ГК РФ).

В пункте 1 статьи 200 ГК РФ установлено, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

При этом, суд приходит к выводу, что об использовании ворот, которые, по мнению истца, являются его собственностью, истцу должно было стать известно при заключении договора возмездного оказания услуг по управлению, техническому обслуживанию и эксплуатации пристроенного здания торгового центра, расположенного по адресу: <...>, то есть 01.02.2016.

Доказательств наличия с указанного времени правопритязаний истца на секционные ворота, установленные в указанном здании торгового центра (вплоть до письма от 30.07.2019), каких-либо соглашений сторон по порядку пользования воротами суду не представлено. Доводы истца о предоставлении права ответчику безвозмездно пользоваться воротами носят голословный характер и ничем не подтверждены.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что иск предъявлен истцом за пределами срока исковой давности.

В силу ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с пунктом 15 постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Таким образом, суд приходит к выводу о пропуске срока исковой давности по требованию в отношении секционных ворот, что влечет отказ в удовлетворении требований в указанной части.

Иск в части истребования единой системы диспетчерского контроля также не подлежит удовлетворению, поскольку помимо отсутствия идентификации спорного имущества, суд усматривает, что договор № 03-2018 от 29.05.2018 не может служить основанием для признания права истца на установленное по данному договору оборудование.

Проанализировав материалы дела, суд приходит к выводу, что данный договор по монтажу оборудования связи был заключен истцом во исполнение принятых на себя обязательств по договору возмездного оказания услуг по управлению, техническому обслуживанию и эксплуатации от 01.02.2016. Как указывает сам истец, оборудование было установлено в здании, принадлежащем ответчику, следовательно, необходимо было прежде всего для эксплуатации здания. Истец при заключении договора от 29.05.2018 на монтаж оборудования фактически действовал от имени и в интересах собственника здания (ответчика).

В силу пункта 34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010) "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" спор о возврате имущества, вытекающий из договорных отношений или отношений, связанных с применением последствий недействительности сделки, подлежит разрешению в соответствии с законодательством, регулирующим данные отношения.

Таким образом, истцом выбран неправильный способ защиты нарушенных прав, поскольку истец не стал законным владельцем спорного имущества, у него отсутствуют права на использование вещно-правовых способ защиты от действий третьих лиц.

При этом, истец не лишен права на обращение к ответчику с требованием о возмещении затрат, понесенных в рамках исполнения договора возмездного оказания услуг по правилам главы 39 ГК РФ.

С учетом отсутствия правовых оснований для истребования спорного имущества, отсутствия доказательств принадлежности используемого ответчиком имущества истцу, у суда также отсутствуют основания для взыскания с ответчика неосновательного обогащения за период пользования данным имуществом.

На основании изложенного, и оценив все установленные обстоятельства в совокупности, суд полагает исковые требования подлежащими отклонению.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

На основании изложенного, понесенные истцом расходы на уплату государственной пошлины подлежат отнесению на истца.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый Арбитражный апелляционный суд в месячный срок.

СудьяС.ФИО8