Постановление от 27 июля 2025 г. по делу № А56-107390/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


28 июля 2025 года

Дело №

А56-107390/2022

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Бычковой Е.Н., судей Александровой Е.А., Герасимовой Е.А.,

при участии от ФИО1 представителя ФИО2 (доверенность от 24.06.2025), от ФИО3 представителя ФИО4 (доверенность от 14.12.2022), от общества с ограниченной ответственностью «Производственная инжиниринговая компания «Инсталика» ФИО5 (доверенность от 12.08.2024), от конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Инсталика» ФИО6 представителя ФИО7 (доверенность от 29.04.2025),

рассмотрев 16.07.2025 в открытом судебном заседании кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью Производственная инжиниринговая компания «Инсталика» и ФИО1  на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.03.2025 и  постановление Тринадцатого  арбитражного апелляционного суда от 29.04.2025  по делу № А56-107390/2022/суб.1,

у с т а н о в и л:

Индивидуальный предприниматель ФИО3 (далее - ИП ФИО3, Предприниматель, Кредитор) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Инсталика» (далее - Общество) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 14.11.2022 в отношении должника возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.03.2023 (резолютивная часть объявлена 10.04.2023) заявление ИП ФИО3 признано обоснованным, в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО6.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.09.2023 (резолютивная часть объявлена 19.09.2023) Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО6

Конкурсный кредитор ИП ФИО3 29.03.2023 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО8, ФИО9, ФИО10 и ООО «Производственная инжиниринговая компания «Инсталика» (далее - Компания) по обязательствам Общества; размер ответственности заявитель просил определить после окончания расчетов с кредиторами.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.03.2025, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.04.2025,  указанное заявление удовлетворено частично, а именно установлено наличие оснований для привлечения ФИО1 и Компании к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, производство по заявлению кредитора в части определения размера субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц приостановлено до окончания расчетов кредиторами.

В кассационных жалобах Компания и ФИО1 ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права, а также на несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просят отменить определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда и  принять по делу новый судебный акт – об отказе в удовлетворении заявления.

Податель жалобы – Компания - оспаривает вывод судов о том, что деятельность Компании начата в период ухудшения  финансового состояния  должника.   Податель кассационной жалобы указывает, что Компания создана 27.09.2021, то есть после наступления объективного банкротства должника (09.06.2021) и фактической невозможности продолжения его финансово-экономической деятельности. Как утверждает податель жалобы, судами не исследовался довод ответчика о фактической невозможности продолжения финансово-экономической деятельности Общества после 11.08.2021.

По мнению подателя жалобы, не соответствует имеющимся в деле доказательствам вывод судов о том, что Компания использовала трудовые ресурсы Общества с сентября 2021 года. Ссылаясь на информацию ОСФР по Санкт-Петербургу и Ленинградской области,  податель жалобы утверждает, что пять сотрудников Общества были приняты на работу в Компанию только в ноябре 2021 года (26.11.2021).

Податель жалобы считает, что в материалы дела представлены доказательства того, что Компания и Общество имеют разные производственные базы; Компания не получала от должника каких-либо активов в отсутствие встречного исполнения. Также податель жалобы обращает внимание суда округа, что Компания не  использовала Лада Ларгус, VIN <***>, так как  ФИО9 не являлся сотрудником Компании.

По мнению подателя жалобы, вывод суда о наличии общих заказчиков с должником является необоснованным. Как указывает Компания, она имеет иной перечень заказчиков, формирующих выручку, что свидетельствует о самостоятельной экономической деятельности Компании, не связанной с договорной базой Общества.

ФИО1 в своей кассационной жалобе указывает, что по состоянию на 09.06.2021 года в финансово-экономической деятельности Общества объективно, без влияния контролирующих должника лиц, возникла ситуация недостаточности активов должника для полного погашения требований кредиторов. По мнению подателя жалобы, исходя из содержания заявления конкурсного кредитора о привлечении к субсидиарной ответственности, ФИО1 вменяются действия, которые были совершены уже после наступления объективного банкротства.

Податель жалобы считает, что вменяемые ответчику действия могли привести к уменьшению объема погашения требований кредиторов, то есть к причинению убытков, но не могли повлиять на невозможность полного погашения требований кредиторов, так как такая ситуация возникла ранее совершения установленных судом деликтов.

Как утверждает податель жалобы, поступление вырученных от продажи автотранспортных средств по договорам, признанным судом недействительными, не позволяло бы погасить требования ИП ФИО3 и иных кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, то есть не позволяло выйти из ситуации отсутствия платежеспособности и недостаточности имущества должника.

Податель жалобы считает, что судами первой и апелляционной инстанций неверно определен момент возникновения обязанности ФИО1 по подаче заявления о признании должника банкротом, а также момент возникновения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов Общества. По мнению ФИО1, сам по себе отзыв банковской лицензии и назначение временной администрации ПАО «Энергомашбанк» не мог подтверждать полную утрату Обществом ликвидных активов в виде денежных средств. Податель жалобы считает, что обязательство по подаче заявления о признании должника банкротом возникло у ФИО1 не ранее 03.10.2021, то есть по истечении месяца с даты признания ПАО «Энергомашбанк» банкротом. Как утверждает податель жалобы, ФИО1 не принимал участия в создании Компании, не являлся лицом, имеющим право принятия управленческих решений в данной организации, не передавал Компании какие-либо активы Общества в отсутствие равноценного встречного исполнения, не принимал участия в заключение каких-либо договоров с заказчиками Компании, за исключением АО «РУСАЛ Бокситогорск».

В отзыве на кассационные жалобы конкурсный управляющий Обществом ФИО6, конкурсный кредитор ИП ФИО3,  просят оставить в силе принятые по делу судебные акты, считая их обоснованными и законными.

До начала судебного заседания в суд кассационной инстанции поступили ходатайства конкурсного кредитора ИП ФИО3 о приобщении к делу доказательств.

В судебном заседании представители ФИО3 и конкурсного управляющего должником поддержали заявленное ходатайство, а представители Компании и ФИО1 возражали против его удовлетворения.

Руководствуясь статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд округа отказал в удовлетворении ходатайства о приобщении к делу новых доказательств.

В судебном заседании представители Компании и ФИО1 поддержали  доводы, приведенные в кассационных жалобах, а представители ФИО3 и конкурсного управляющего должником возражали против  удовлетворения жалоб.

 Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, Общество было образовано в качестве юридического лица 21.11.2012. Участниками Общества являлись следующие лица: - ФИО11 с размером доли 10% с 21.11.2012;  ФИО1 с размером доли 30% с 21.11.2012;  ФИО9 с размером доли 30% с 21.11.2012;  ФИО10 с размером доли 30% с 04.01.2022.

Руководителем Общества с момента образования в качестве юридического лица до момента открытия конкурсного производства являлся ФИО1

Конкурсный кредитор ИП ФИО3, обратившись в суд с настоящим заявлением, сослался на следующие обстоятельства:

- ФИО1, являющийся бывшим руководителем и участником Общества, не исполнил обязанность по подаче в арбитражный суд заявления о признании подконтрольного ему Общества несостоятельным (банкротом), данная обязанность не исполнена и остальными участниками Общества;

- ФИО1 как бывший руководитель должника не исполнил обязанность по передаче документов о финансово-хозяйственной деятельности Общества конкурсному управляющему;

- ФИО1 в период исполнения полномочий руководителя совершил от имени Общества сделки, причинившие существенный вред имущественным правам должника и его кредиторов;

- учредители Общества, а именно: ФИО1, ФИО9 и ФИО10 совершили действия по созданию «зеркальной компании» - Компании, на которую переведена вся хозяйственная деятельность должника.

Также кредитор ИП ФИО3 заявил аналогичный довод о том, что учредители Общества ФИО1, ФИО9 и ФИО10 наряду с ИП ФИО8, являющейся супругой ФИО1, то есть аффилированной по отношению к должнику, согласовали и приняли непосредственное участие в создании ситуации, при которой было создано контролирующее должника лицо - ИП ФИО8, на которую также была переведена хозяйственная деятельность должника, что исключило возможность удовлетворения требований кредитора ИП ФИО3

Указанные обстоятельства, по мнению кредитора ИП ФИО3, привели к невозможности формирования конкурсной массы и расчетов с кредиторами, в связи с чем имеются основания для привлечения  ФИО1, ФИО9, ФИО10, ИП ФИО8 и Компании солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

Конкурсный управляющий должником поддержал доводы кредитора ИП ФИО3

Суд первой инстанции, привлек к субсидиарной ответственности ФИО1 на основании положений статей 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве и Компанию на основании положений статьи 61.10 (подпункт 3 пункта 4) Закона о банкротстве как бенефициара. В остальной части в удовлетворении заявления кредитора суд отказал.

Суд первой инстанции установил дату возникновения у Общества признаков объективного банкротства – 09.06.2021. Поскольку ФИО1 не исполнил обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника, суд привлек ответчика  к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Суд пришел к выводу о том, что в спорный период ФИО1 от имени Общества был совершен ряд сделок по отчуждению принадлежавших Обществу транспортных средств, которые являлись убыточными для должника и не отвечали его интересам; в результате сделок из имущественной массы Общества выбыли ликвидные активы (транспортные средства), что привело к невозможности погашения задолженности перед единственным на тот момент кредитором ИП ФИО3, а также иных кредиторов, чьи требования в настоящий момент установлены в реестре требований кредиторов должника. Судом также установлена совокупность оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Кроме того, суд первой инстанции сделал вывод о том, что с сентября 2021 года ФИО1 реализован перевод хозяйственной и экономической деятельности с Общества на иное подконтрольное юридическое лицо – Компанию. Установив причины банкротства Общества, суд указал, что негативные последствия фактического прекращения деятельности Общества должны быть отнесены на ФИО1 и Компанию, приобретшею статус контролирующего лица, извлекавшего материальную выгоду в ущерб интересам кредиторов должника.

Установив отсутствие в материалах дела доказательств получения ФИО10 и ФИО9 необоснованной выгоды от неправомерных действий контролирующего Общество лица по переводу фактической деятельности Общества, суд первой инстанции отклонил доводы заявителя о привлечении названных ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

Также суд признал несостоятельным довод заявителя о переводе хозяйственной деятельности Общества на ИП ФИО8, так как достоверных доказательств, подтверждающих факт того, что именно ФИО8 являлась бенефициаром должника, материалы дела не содержат, а само по себе совершение Обществом с ИП ФИО8 сделки, недействительность которой установлена в рамках конкурсного производства Общества, а также ее сотрудничество с аффилированными с должником лицами не является безусловным основанием для привлечения ее к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

Апелляционный суд, рассмотревший жалобы ФИО1 и Компании, отказал в их удовлетворении  и оставил без изменения определение суда первой инстанции.

В постановлении от 29.04.2025 апелляционный суд указал, что ФИО1 не раскрыл ни арбитражному суду первой инстанции, ни апелляционному суду, за счет каких средств и каким способом он рассчитывал погасить образовавшиеся задолженности, игнорируя предусмотренную статьей 9 Закона о банкротстве обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом, при наличии у последнего признаков неплатежеспособности, продолжая при этом наращивать кредиторскую задолженность Общества.

Также апелляционный суд пришел к выводу, что Общество лишилось возможности продолжать приносящую доход деятельность и утратило активы, за счет которых было возможно погашение требований кредиторов, в то время как выгодоприобретателем от реализации такой модели является Компания.

В соответствии  с частью 1 статьи 286 АПК РФ арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела и проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, полагает, что нормы права применены правильно, а выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

Как видно из материалов дела, наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества конкурсный  кредитор и поддерживающий его заявление конкурсный управляющий связывают с неисполнением ответчиком обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника, которая, по мнению заявителей, должна была быть исполнена до 09.07.2021.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника,

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Согласно пункту 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности в соответствии с пунктом 1 данной статьи равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с правовой позицией, выраженной в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Как следует из разъяснений, приведенных в абзаце втором пункта 9 Постановления № 53, если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Признавая доказанным наличие предусмотренных пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве оснований для привлечения  ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, суд первой инстанции, с которым согласился и апелляционный суд, исходил из того, что ФИО1 не опроверг доводов конкурсного кредитора и управляющего о наличии у должника по состоянию на 09.06.2021 неисполненных обязательств перед кредиторами, соответственно, о наличии у руководителя Общества обязанности обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника.

Судом установлено, что у акционерного общества «Энергомашбанк», в котором у Общества на расчетном счете находились денежные средства в размере более 24 млн. руб., была отозвана лицензия, в результате чего Общество утратило возможность исполнять свои финансовые обязательства, в том числе перед кредитором ИП ФИО3

По состоянию на 09.07.2021 должник имел неисполненные обязательства перед ИП ФИО3, требования которого были подтверждены решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.02.2021 по делу № А56-41442/2020, измененным постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2021, а именно с Общества в пользу ИП ФИО3 судом апелляционной инстанции взыскано:

- 778 228,92 руб. долга по договору от 07.02.2018 № У 1/07.02.2019,           63 503,15 руб. процентов по Приложению № 2 к названному договору,                 5 521 008,44 руб. долга, 439 101,40 руб. процентов по Приложению № 4 к названному договору; 30 000 руб. судебных расходов на оплату услуг представителя.

Поскольку задолженность перед кредитором ни добровольно, ни в принудительном порядке в ходе исполнительного производства не была погашена, предприниматель ФИО3 обратился в суд с заявлением о признании Общества несостоятельным (банкротом), на основании которого в отношении должника возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве и введена процедура наблюдения.

Судом первой инстанции установлено и подтверждается материалами дела, что после наступления объективного банкротства (09.06.2021) ФИО1 совершил ряд сделок, направленных на безвозмездную передачу трех автомобилей должника третьим лицам (себе, своей жене и сотруднику ФИО12). Указанные сделки существенно ухудшили положение должника, поскольку обращение взыскания на автомобили позволило бы погасить существенную часть задолженности перед единственным на тот момент кредитором. В результате обращения конкурсного управляющего с заявлениями о признании сделок недействительными жена ФИО13 (а не сам Пшеничников) внесла на депозит нотариуса сумму в размере 2 412 000 руб.: 1 025 000 руб. за автомобиль КИА СПОРТЕЙДЖ, который ФИО1 подарил себе, и 1 387 000 руб. за автомобиль Форд Транзит, который он подарил жене. ФИО14 был возвращен в конкурсную массу и продан с торгов за 429 000 руб. Итого, сумма ущерба, которую         ФИО1 причинил единственному на дату совершения недействительных сделок кредитору ИП ФИО3, составила: 1 025 000 руб. + 1 387 000 руб. + 429 000 руб. = 2 841 600 руб. Таким образом, выручка от продажи автомобилей могла быть направлена на погашение более 45% от суммы задолженности перед ИП ФИО3 (6 888 459 руб.).

Также судом первой инстанции установлено, что после уклонения руководителя Общества от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о признании должника банкротом, должник продолжал наращивать кредиторскую задолженность.

Поскольку ФИО1 не раскрыл ни арбитражному суду первой инстанции, ни апелляционному суду, за счет каких средств и каким способом он рассчитывал погасить образовавшиеся задолженности, игнорируя предусмотренную статьей 9 Закона о банкротстве обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом, при наличии у последнего признаков неплатежеспособности, суд обосновано указал на наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Также суд установил  совокупность оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Поскольку в материалы дела представлены доказательства совершения Обществом в лице ФИО1 сделок, признанных судом недействительными, у суда округа отсутствуют основания для того, чтобы не согласиться с  выводами судов первой и апелляционной инстанций о наличии основания для привлечения названного ответчика к субсидиарной ответственности.

Также суд округа считает обоснованным вывод о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника Компании, получившую выгоду вследствие перевода на нее бизнеса Общества.    

  Судом первой инстанции установлено, что с сентября 2021 года ФИО1 реализован перевод хозяйственной и экономической деятельности с Общества на иное подконтрольное юридическое лицо –Компанию путем использования идентичного наименования, адреса регистрации, общих телефонов и электронной почты, сайта, штата сотрудников, установлено наличие единых представителей и покупателей на товары/услуги/работы для должника и «зеркального» общества, осуществление схожих видов деятельности, руководство должником и «зеркальным» обществом одними и тем же лицами - ФИО10, являющимся подконтрольным в силу служебного положения ФИО1 лицом, и самим ФИО1, числящимся в Компании техническим директором.

В соответствии  с  подпунктом 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, Компания образована после вынесения судебным приставом-исполнителем Калининского РОСП ГУ ФССП России по    г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области постановления от 11.08.2021 о возбуждении в отношении Общества исполнительного производства № 147278/21/78003-ИП о взыскании задолженности в пользу ИП ФИО3, подтвержденной решением суда по делу № А56-41442/2020.

Письмом от 21.10.2021 № 86 генеральный директор Общества ФИО1 сообщает контрагенту АО «РУСАЛ Бокситогорск» о том, что Компания входит в одну группу компаний с Обществом и просит передать исполнение по договору поставки от 15.04.2021 № К7-21 с Общества на Компанию. Материалами дела, в том числе ответом МИФНС России № 18 по Санкт-Петербургу от 28.11.2024, подтверждается совпадение поставщиков и покупателей услуг у Общества и Компании.

В пункте 16 Постановления № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Несостоятельность должника является не только юридической, но и экономической категорией, и потому права кредитора несостоятельного лица на наиболее полное удовлетворение его требования за счет имущества предприятия-банкрота зависят от значительного ряда обстоятельств (объем имущества должника, размер его активов, спрос на покупку этих активов, их действительная стоимость и др.), а институт субсидиарной ответственности, в свою очередь, не имеет своей целью простое переложение ответственности с организации на контролирующее лицо, поскольку субсидиарная ответственность - не ответственность за долги организации, а ответственность за невозможность погасить долг организации, в связи с чем истцу необходимо доказать, что действия контролирующего лица повлекли такой убыток, в результате которого стало невозможно исполнить требования кредитора, что действия контролирующего лица стали необходимой причиной банкротства.

Из материалов дела следует, что в период, когда должник начал претерпевать ухудшение своего финансового положения, подконтрольное юридическое лицо (Компания) начала наращивать свои активы и осуществлять хозяйственную деятельность за счет материальных и трудовых ресурсов должника.

 С учетом установленных обстоятельств, судами сделаны обоснованные выводы о переводе бизнеса должника на Компанию,  противоправности действий ФИО1 и  наличии оснований для привлечения его и Компании как бенефициара к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Поскольку при рассмотрении дела нормы материального права применены судами правильно и нормы процессуального права не нарушены, суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения жалобы.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.03.2025 и  постановление Тринадцатого  арбитражного апелляционного суда от 29.04.2025  по делу № А56-107390/2022 суб.1, оставить без изменения, а кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью Производственная инжиниринговая компания «Инсталика» и ФИО1 – без удовлетворения.


Председательствующий

Е.Н. Бычкова

Судьи


ФИО15

 Е.А. Герасимова