Решение от 2 сентября 2020 г. по делу № А05-3143/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД АРХАНГЕЛЬСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Логинова, д. 17, г. Архангельск, 163000, тел. (8182) 420-980, факс (8182) 420-799

E-mail: info@arhangelsk.arbitr.ru, http://arhangelsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А05-3143/2020
г. Архангельск
02 сентября 2020 года


Резолютивная часть решения объявлена 26 августа 2020 года

Полный текст решения изготовлен 02 сентября 2020 года

Арбитражный суд Архангельской области в составе судьи Бутусовой Н.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску ассоциации специалистов по обороту и защите интеллектуальной собственности «Бренд» (ОГРН <***>; адрес: 123060, <...>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП 304290227200191)

при участии третьего лица – общества с ограниченной ответственностью «ЗД Спэрроу» (ОГРН <***>; адрес: 115432, <...>, этаж 3; адрес представителя: 660032, <...>, п/я 324а)

о взыскании 40 000 рублей

при участии в судебном заседании ответчика ФИО2 (паспорт),

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «3Д Спэрроу» (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд Архангельской области с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее - ответчик) о взыскании 20 000 руб. 00 коп. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 572790, 20 000 руб. 00 коп. компенсации за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства – изображение персонажа «Буба», 1100 руб. 00 коп. стоимости покупки товара по кассовым чекам от 14.09.2019 и от 18.09.2019, 277 руб. 54 коп. почтовых расходов, 200 руб. 00 коп. расходов за получение Выписки из ЕГРИП.

Определением от 15.04.2020 исковое заявление принято судом к рассмотрению в порядке упрощенного производства.

ООО «ЗД Спэрроу» обратилось в суд с заявлением о процессуальном правопреемстве, согласно которому просит заменить истца – общество с ограниченной ответственностью «3Д Спэрроу» на правопреемника – ассоциацию специалистов по обороту и защите интеллектуальной собственности «Бренд». Заявление мотивировано заключением между сторонами договора уступки права (требования) № 113/2020 от 15.04.2020.

Определением от 12.05.2020 суд привлек к участию в деле третьим лицом, не заявляющим самостоятельных требований относительно предмета спора, ассоциацию специалистов по обороту и защите интеллектуальной собственности «Бренд» (далее – ассоциация «Бренд») и перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

Определением от 30.07.2020 суд удовлетворил заявление истца и произвел замену истца – ООО «3Д Спэрроу» на правопреемника – ассоциацию «Бренд», исключив последнюю из состава третьих лиц. Эти же определением к участию в деле третьим лицом, не заявляющим самостоятельных требований относительно предмета спора, суд привлек общество с ограниченной ответственностью «3Д Спэрроу».

Истец и третье лицо своих представителей в судебное заседание не направили, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, в связи с чем дело рассмотрено в их отсутствие.

Ответчик в судебном заседании с иском не согласился. Считает, что истцом авторские права на спорный персонаж не подтверждены. Доказательства контрафактности спорного товара истцом не представлены. При этом товарный знак 572790 на проданном товаре отсутствует. Кроме того, ответчик заявил об уменьшении суммы компенсации в порядке пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, если суд признает доказанным факт нарушения исключительных прав ООО «ЗД Спэрроу». При этом ответчик указал, что на его иждивении находится несовершеннолетний ребенок, часть торговых отделов ответчиком закрыта, в настоящее время он находится в тяжелом материальном положении.

Исследовав доказательства по делу, суд пришел к выводу о частичном удовлетворении иска по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, что ООО «ЗД Спэрроу» является обладателем исключительных прав на товарный знак № 572790 и на произведение изобразительного искусства – «Изображение персонажа «Буба» на основании лицензионного соглашения № 3Д_2018_Booba_03 от 04.01.2018 (далее - соглашение), заключенного между ООО «3Д Спэрроу» (лицензиат) и компанией 3D Sparrow Group Limited (Лицензиар).

Из пунктов 1.1.3 и 1.1.6 соглашения усматривается, что лицензиар предоставил лицензиату исключительную лицензию на объекты авторского права на территории Российской Федерации и стран СНГ.

Согласно пункту 1.1.5 соглашения к объектам авторских прав, права на использования которых передаются по упомянутому соглашению, относятся фильм, произведения и товарные знаки.

К произведениям относятся персонажи фильма: Буба, Лула, Гуга, имена персонажей, сценарии, сюжеты, реплики, фоны и декорации фильма, а также любые иные отдельные элементы фильма.

Согласно пункту 1.1.7 соглашения к лицензиату переходит исключительная лицензия на товарный знак № 572790.

Из пункта 8.1 соглашения усматривается, что соглашение действует с 04.01.2018 по 31.01.2023.

Товарный знак № 572790 зарегистрирован 28.04.2016 в отношении товаров, в том числе 28 класса МКТУ (мягкие игрушки), правообладатель – ООО «3Д Спэрроу».

Товарный знак представляет собой изображение выдуманного существа, покрытого белой шерстью, с человекоподобным строением тела, хвостом с кисточкой, большими глазами, а также ушами, имеющими сходство с ушами летучей мыши.

14.09.2019 в торговом помещении по адресу: <...> ответчиком предлагался к продаже и был реализован товар (далее – товар № 1), а именно: мягкая игрушка, которая, по утверждению истца, имеет сходство с персонажем «Буба» и изображением товарного знака № 572790.

Указанный товар был приобретен по договору розничной купли-продажи. В подтверждение сделки по покупке товара продавцом был выдан кассовый чек от 14.09.2019 на сумму 550 руб., в котором содержатся сведения о наименовании продавца – ИП ФИО2, ИНН продавца <***>, совпадающие с данными согласно сведениям из ЕГРИП в отношении ответчика.

18.09.2019 в торговом помещении по адресу: <...> ответчиком предлагался к продаже и был реализован товар (далее – товар № 1), а именно: мягкая игрушка, которая, по утверждению истца, имеет сходство с персонажем «Буба» и изображением товарного знака № 572790.

Указанный товар был приобретен по договору розничной купли-продажи. В подтверждение сделки по покупке товара продавцом был выдан кассовый чек от 18.09.2019 на сумму 550 руб., в котором содержатся сведения о наименовании продавца – ИП ФИО2, ИНН продавца <***>, совпадающие с данными согласно сведениям из ЕГРИП в отношении ответчика.

Также истцом представлен диск с видеозаписью (2 видеозаписи) реализации ответчиком товара и сам реализованный товар (две мягкие игрушки). Товары приобщены к материалам дела определением от 08.05.2020 (порядковый номер вещественного доказательства 198).

Направленная ООО «ЗД Спэрроу» в лице представителя ООО «АйПи Сервисез» 15.01.2020 в адрес ответчика претензия № 52589, 53495 с требованием добровольно выплатить компенсацию в сумме 100 000 рублей, оставлена ответчиком без удовлетворения. В связи с этим ООО «ЗД Спэрроу», ссылаясь на нарушение ответчиком исключительных прав истца, 26.03.2020 обратилось в суд с настоящим иском, определив сумму компенсации в размере 40 000 рублей.

После обращения с иском в суд между ООО «ЗД Спэрроу» (цедент) и ассоциацией «БРЕНД» (цессионарий) заключен договор об уступке права (требования) 113/2020 от 15.04.2020 (далее – договор цессии), по условиям которого цедент уступил, а цессионарий принял в полном объеме права требования (а также иные связанные требования, в том числе, но не ограничиваясь: стоимость вещественных доказательств, госпошлина за рассмотрении дела в суде, расходы по получению выписки из ЕГРИП, почтовые расходы и иные) к нарушителям исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности (далее – РИД) согласно Приложению № 1 к договору.

Под «РИД» стороны понимают следующие объекты интеллектуальной собственности: произведение изобразительного искусства – изображение персонажа «Буба», товарный знак по свидетельству РФ №572790 (пункт 2 договора цессии).

За уступаемое право (требование) цессионарий выплачивает цеденту денежные средства в размере 500 000 руб. (пункт 7 договора цессии).

Договор вступает в силу со дня его подписания сторонами (пункт 18 договора цессии).

К договору цессии его сторонами подписано приложение №1 от 15.04.2020, в котором поименованы факты нарушений (внутренний номер, номер арбитражного дела, наименование нарушителя, его ИНН, размер требования с учетом расходов, понесенных в связи с обращением в суд), права требования в отношении которых переходят к цессионарию. В пункте 58 данного приложения указано требование к предпринимателю ФИО2 в размере 43 577,54 руб. арбитражное дело №А05-3143/2020.

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Пунктом 2 названной нормы права предусмотрено, что для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно статье 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Поскольку на основании договора цессии право требования суммы компенсации с ответчика было передано истцом (ООО «ЗД Спэрроу») новому кредитору - ассоциации «БРЕНД», и суд не усмотрел оснований для признания ничтожным договора цессии, который позволяет однозначно идентифицировать уступаемое право, существующее у цедента на момент уступки, суд определением от 30.07.2020 произвел замену истца с ООО «ЗД Спэрроу» на ассоциацию «Бренд».

Ассоциация «Бренд» в период судебного разбирательства исковые требования в сумме 40 000 руб. компенсации поддерживала.

В соответствии с положениями статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) к охраняемым результатам интеллектуальной деятельности относятся в том числе произведения литературы, науки и искусства, а к охраняемым средствам индивидуализации, приравненным к охраняемым результатам интеллектуальной деятельности, относятся в том числе товарные знаки. Интеллектуальная собственность охраняется законом.

Согласно пункту 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1259 ГК РФ объектами авторских прав являются произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения.

В силу указанного пункта статьи 1259 ГК РФ произведения изобразительного искусства - рисунки - отнесены к числу объектов авторских прав. Они обладают признаками оригинальности (уникальности, неповторимости), индивидуальными характеристиками, созданными в результате творческой деятельности конкретного автора (художника), и в отношении них существует возможность их использования как самостоятельных объектов интеллектуальной собственности.

Согласно пункту 3 указанной нормы авторские права распространяются как на обнародованные, так и на необнародованные произведения, выраженные в какой-либо объективной форме, в том числе в письменной, устной форме (в виде публичного произнесения, публичного исполнения и иной подобной форме), в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объемно-пространственной форме.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1270 ГК РФ автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.

Иными словами, из названной нормы права следует, что только автор или иной правообладатель может использовать произведение установленными законом способами.

Кроме того, в соответствии с пунктом 1 статьи 1477 ГК РФ, на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Как следует из положений статьи 1482 ГК РФ, в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 того же Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи.

При этом исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе (пункт 1 статьи 1484 ГК РФ).

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

На основании пункта 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешений обозначение, являются контрафактными. Указанная норма применяется в нормативном единстве с пунктом 4 статьи 1252 ГК РФ, в соответствии с которым в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.

Из содержания указанных норм права следует, что использование в гражданском обороте на территории Российской Федерации товарного знака может осуществляться только с разрешения правообладателя или уполномоченного им лица. Предложение к продаже, продажа, хранение и иное введение в хозяйственный оборот товаров с товарным знаком или сходным с ним до степени смешения обозначением, используемых без разрешения его владельца, является нарушением права на товарный знак.

Как установлено пунктом 1 статьи 1233 ГК РФ правообладатель может распорядиться принадлежащим ему исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации любым не противоречащим закону и существу такого исключительного права способом, в том числе путем его отчуждения по договору другому лицу (договор об отчуждении исключительного права) или предоставления другому лицу права использования соответствующих результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации в установленных договором пределах (лицензионный договор).

Заключение лицензионного договора не влечет за собой переход исключительного права к лицензиату.

Если нарушение третьими лицами исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, на использование которых выдана исключительная лицензия, затрагивает права лицензиата, полученные им на основании лицензионного договора, лицензиат может наряду с другими способами защиты защищать свои права способами, предусмотренными статьями 1250 и 1252 настоящего Кодекса (статья 1254 ГК РФ).

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Ответственность за нарушение исключительного права на произведение установлена статьей 1301 ГК РФ. Согласно подпункту 1 данной статьи в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Ответственность за незаконное использование товарного знака предусмотрена статьей 1515 ГК РФ. В силу подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Как следует из материалов дела, ООО «ЗД Спэрроу» в силу пунктов 1.1.3 и 1.1.6 лицензионного соглашения № 3Д_2018_Booba_03 от 04.01.2018, заключенного с компанией 3D Sparrow Group Limited (Лицензиар), является обладателем исключительной лицензии на использование товарного знака № 572790 и объекта авторского права - фильма под названием «Буба» и персонажа «Буба». Исключительная лицензия действует на территории Российской Федерации.

Способы использования лицензиаром произведений и фильма перечислены в пункте 2.2 указанного соглашения. В числе способов указано: воспроизведение, т.е. изготовление экземпляров в любой материальной форме; распространение путем продажи или иного отчуждения экземпляров фильма.

Таким образом, в силу положений статьи 1254 ГК РФ ООО «ЗД Спэрроу» вправе было обратиться в суд с настоящим иском, поскольку деятельность по предложению к продаже и продажа товара в образе персонажа «Буба» затрагивает права ООО «ЗД Спэрроу», предоставленные ему на основании исключительной лицензии.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 162 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее – Постановление № 10), для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак. Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения. Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства. Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

В отношении персонажа произведения не используется понятие сходства до степени смешения. Наличие внешнего сходства между персонажем истца и образом, используемым ответчиком, является лишь одним из обстоятельств, учитываемых для установления факта воспроизведения используемого произведения (его персонажа) (об этом разъяснено в пункте 82 Постановления № 10).

При исследовании реализованного товара № 1 и № 2 (две мягкие игрушки) очевидно, что данные игрушки воспроизводят персонаж «Буба», который является самостоятельным объектом авторского права, а также данный персонаж является изображением товарного знака № 572790. Игрушки выполнены в том же цветовом сочетании, соблюдены пропорции частей тела, расположение частей тела. Незначительные отличия на общее восприятие спорных игрушек как персонажей «Буба» не влияет. При этом суд отмечает, что игрушки являются музыкальными. При нажатии исполняется песня, в которой используется слово «Буба».

В связи с этим доводы ответчика о недоказанности сходства игрушек с персонажем «Буба» безоснователен. При этом нельзя не отметить, что персонаж «Буба» имеет широкую известность, отсутствие самого рисунка в лицензионном соглашении, о чем указывает ответчик, не препятствует идентификации спорных игрушек как персонажей «Буба».

Согласие правообладателя на использование его результатов интеллектуальной деятельности не получено. Доказательства обратного ответчиком не представлены.

Факт реализации контрафактного товара ответчиком подтверждается совокупностью представленных в материалы дела доказательств, в том числе самим приобретенным товаром, кассовым чеком и видеозаписью процесса закупки товара и ответчиком иными доказательствами не опровергнут (статьи 64, 65, 89 АПК РФ).

В силу статьи 493 ГК РФ договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

Кассовые чеки от 14 и 18 сентября 2019 года, выданные при покупке товара, доказывают оплату товара покупателем, а также содержат сведения об имени (фамилия, имя, отчество), ИНН продавца (ИП ФИО2, ИНН <***>), то есть отвечают требованиям статей 67, 68 АПК РФ, следовательно, являются достаточными доказательствами заключения договора розничной купли-продажи между ответчиком и представителем истца. При этом сам ответчик факт реализации им спорного товара не опровергает.

Кроме того, истцом представлена видеозапись момента реализации ответчиком контрафактного товара. Указанная видеозапись позволяет определить время, место, в котором было произведено распространение товара, а также обстоятельства покупки, подтверждающие доводы истца о том, что предметом розничной купли-продажи являются именно те игрушки, которые представлены в дело в качестве вещественного доказательства. Видеосъемка произведена в целях самозащиты гражданских прав на основании статей 12, 14 ГК РФ.

Таким образом, представленные в материалы дела доказательства, в своей совокупности и взаимосвязи, полностью подтверждают факт реализации спорного товара ответчиком. Доказательств того, что по спорным чекам продан иной товар, ответчиком не представлено (статья 65 АПК РФ). При этом сам факт реализации спорного товара не оспаривался ответчиком.

Истец заявил о взыскании с ответчика компенсации, предусмотренной пунктом 1 статьи 1301 и подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, в следующих размерах:

- за нарушение прав на изображение персонажа «Буба» в сумме 20 000 рублей,

- за нарушение прав на товарный знак № 572790 в сумме 20 000 рублей,

В обоснование размера взыскиваемой компенсации истец в исковом заявлении указал на то, что расчет произведен истцом исходя из общего количества объектов интеллектуальной собственности на каждом из реализованных товаров в независимости от их повторения.

Ответчик в период судебного разбирательства заявил об уменьшении размера компенсации на основании абзаца 3 пункта 3 статьи 1252 ГК РФ.

Оценивая позицию сторон относительно размера подлежащей взысканию компенсации, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с абзацем 3 пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

В абзаце третьем пункта 65 Постановления № 10 разъяснено, что распространение нескольких материальных носителей при неправомерном использовании одного результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации составляет одно правонарушение, если такое нарушение охватывается единством намерений правонарушителя (например, единое намерение нарушителя распространить партию контрафактных экземпляров одного произведения или контрафактных товаров). При этом каждая сделка купли-продажи (мены, дарения) материальных носителей (как идентичных, так и нет) квалифицируется как самостоятельное нарушение исключительного права, если не доказано единство намерений правонарушителя при совершении нескольких сделок.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 07.12.2015 по делу № А03-14243/2014, в случае, если закупки товаров производились в течение короткого промежутка времени, по всем фактам после осуществления первой закупки ответчик не предупреждался истцом о нарушении исключительных прав на товарные знаки, требований о прекращении нарушения прав истца ответчику не поступало, реализация ответчиком такого товара можно рассматривать как один случай незаконного использования товарных знаков истца.

Приведенная позиция применима и в делах, касающихся защиты исключительного авторского права на произведения изобразительного искусства.

Судом установлено, что в настоящем случае ответчиком в относительно короткий промежуток времени (14 и 18 сентября 2019 года) был реализован товар (2 мягкие игрушки). Обе игрушки идентичные друг другу. После первой закупки (14.09.2019) ответчик не предупреждался истцом о нарушении исключительных авторских прав и прав на товарный знак. Требование о прекращении нарушения прав истца ответчику после первой закупки товара не поступало (в том числе и непосредственно после факта продажи игрушки 14.09.2019). Согласно материалам дела впервые о своих претензиях (требованиях) истец уведомил ответчика путем направления по почте 15.01.2020 претензии, т.е. через четыре месяца после последней закупки.

С учетом указанных фактических обстоятельств дела, суд приходит к выводу о последовательности совершенных сделок и наличии единого намерения (умысла) продавца при их осуществлении, что в силу изложенных разъяснений свидетельствует об одном факте нарушения в отношении каждого объекта авторского права и товарного знака.

Таким образом, суд считает, что ответчиком было допущено одно нарушение исключительных прав на объект авторского права (персонаж «Буба») и одно нарушение прав на товарный знак № 572790.

Как указывалось выше, абзацем 3 пункта 3 статьи 1252 ГК РФ предусмотрено, что в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Минимальный размер компенсации, установленный пунктом 1 статьи 1301 и подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, составляет 10 000 руб. – за изображение и 10 000 руб. – за товарный знак.

Следовательно, 50% суммы минимального размера компенсации за каждый объект авторского права и товарный знак составит 5 000 руб. (10 000 руб. х 50%).

На основании ходатайства ответчика и в порядке части 3 статьи 1252 ГК РФ суд считает возможным определить (уменьшить) размер компенсации до 5 000 рублей за каждое нарушение с учетом следующего.

Как установлено судом, ранее ответчик к ответственности за нарушение прав ООО «ЗД Спэрроу» не привлекался. Согласно сведениям из ЕГРИП ответчик осуществляет предпринимательскую деятельность с декабря 2004 года и как следует из анализа информации с сайта «Картотека Арбитражных дел» до 2019 года нарушение исключительных прав иных лиц ответчик не допускал.

Вины ответчика в форме умысла при допущенном нарушении судом также не установлено. В данном случае суд исходит из грубой неосторожности ответчика при осуществлении предпринимательской деятельности и выборе контрагентов, у которого ответчик закупает товар.

Суд также учитывает, что ответчик относится к микропредприятиям (по сведениям из общедоступного сайта Федеральной налоговой службы «rmsp.nalog.ru», Единый реестр субъектов малого и среднего предпринимательства), а по сведениям сайта Федеральной налоговой службы РФ ответчику в соответствии с Постановлением Правительства РФ от 03.04.2020 № 428 предоставлена поддержка в виде моратория на банкротство, поскольку код вида деятельности ответчика входит в перечень отраслей российской экономики, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции.

В связи с принятыми ограничительными мерами ответчик находится в тяжелом материальном положении, а на его иждивении находится несовершеннолетняя дочь.

Согласно представленным в материалы дела доказательствам стоимость спорных товаров (игрушек) составляет 1100 рублей. В отсутствие иных расчетов данная сумма признается судом максимально возможной суммой убытков, причиненных реализацией ответчиком спорного товара. О больших убытках, чем стоимость товара, материалы дела не свидетельствуют. При этом суд отмечает, что истец не представил суду сведения о ценах на оригинальные товары или взаимозаменяемые по потребительским свойствам товары, изготовленные самим правообладателем или иными лицами с его согласия с правомерным использованием произведения и товарного знака. Отсутствие такой информации не позволяет установить долю стоимости исключительных прав в стоимости товара для целей обоснования последствий нарушения и обеспечения восстановления нарушенных прав при помощи соразмерной компенсации. В связи с этим, суд исходит из убытков истца в сумме 1100 рублей. То есть заявленная истцом сумма компенсации в размере 40 000 рублей в 36 раз превышает сумму возможных для истца убытков (стоимость товара). Такое соотношение очевидно свидетельствует о несоразмерности заявленного требования, поскольку испрашиваемая сумма компенсации значительно превышает возможные убытки, а значит является несправедливой.

Как указывалось выше, право требования суммы компенсации по рассматриваемому делу было передано ООО «ЗД Спэрроу» ассоциации «Бренд».

При таких обстоятельствах, с ответчика в пользу истца (ассоциации «Бренд») суд взыскивает 10 000 рублей компенсации (5000 руб. х 2 нарушения). Суд считает, что данная сумма компенсации соразмерна последствиям нарушения, совершенного ответчиком, является разумной и достаточной для восстановления нарушенных прав истца. Во взыскании остальной суммы суд отказывает по изложенным выше мотивам.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1252 ГК РФ в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации, если иные последствия не предусмотрены настоящим Кодексом.

С учетом положений указанной правовой нормы вещественное доказательство - (игрушки), приобщенные к материалам дела определением суда от 12.05.2020, подлежат уничтожению после вступления решения в законную силу.

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разъяснено, что переход права, защищаемого в суде, в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.) влечет переход права на возмещение судебных издержек, поскольку право на такое возмещение не связано неразрывно с личностью участника процесса.

С учетом указанных разъяснений, а также в соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ, согласно которой судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, относятся на стороны пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию 500 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины, а в остальной части госпошлина относится на истца.

Ходатайство истца о необходимости возложения судебных издержек на ответчика в соответствии с частью 1 статьи 111 АПК РФ ввиду того, что ответчиком не был дан ответ на досудебную претензию, отклоняются судом в силу следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 111 АПК РФ, в случае, если спор возник вследствие нарушения лицом, участвующим в деле, претензионного или иного досудебного порядка урегулирования спора, предусмотренного федеральным законом или договором, в том числе нарушения срока представления ответа на претензию, оставления претензии без ответа, арбитражный суд относит на это лицо судебные расходы независимо от результатов рассмотрения дела.

По смыслу указанной нормы права суд возлагает на лицо, нарушившее обязательный досудебный порядок, негативные последствия в виде отнесения судебных расходов, в случае, если судебный спор возник именно вследствие данного нарушения.

Вместе с тем, само по себе бездействие ответчика по досудебному урегулированию спора с неизбежностью не влечет вывода о злоупотреблении последним своими правами и, соответственно, о наличии оснований для отнесения на него всех судебных расходов.

В рассматриваемом деле настоящий спор возник по инициативе истца, который представил иск в суд в защиту своих прав и законных интересов.

Истец направил ответчику претензию вместе с исковым заявлением 15 января 2020 года. В этой претензии истец требовал выплатить компенсацию, а также указал, что при неисполнении требований будет обращаться в арбитражный суд.

Ответчик требования истца, изложенные в претензии, не выполнил, ответ на претензию истцу не направил.

Однако, из материалов дела не следует, что в случае направления ответчиком ответа на претензию судебное разбирательство не было бы инициировано истцом, и судебный спор не возник бы. Учитывая, что претензия была направлена истцом одновременно с исковым заявлением, ответчик не мог предполагать, что данная претензия направляется в порядке досудебного урегулирования спора с целью избегания судебного разбирательства.

Таким образом, у суда отсутствуют основания полагать, что, даже получив ответ на претензию с указанием на ее необоснованность, истец отказался бы от защиты своих прав посредством подачи иска в суд.

Следовательно, отсутствует причинно-следственная связь между бездействием ответчика, выразившемся в отсутствии ответа на претензию истца, и возникновением судебного спора, в связи с чем часть 1 статьи 111 АПК РФ к отношениям сторон неприменима.

В данной ситуации оснований распределять судебные расходы в ином порядке, чем предусмотрено правилами статьи 110 АПК РФ, у суда не имеется.

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика 1 100 рублей расходов на покупку товара (сбор доказательств), 277 руб. 54 коп. почтовых расходов по направлению в адрес ответчика искового заявления и претензии, 200 руб. расходов по получению выписки из ЕГРИП.

В силу статьи 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Таким образом, обязательным условием возмещения истцу судебных издержек является то, что данные расходы понесены самим истцом.

Вместе с тем, доказательств того, что заявленные расходы по оплате товара, по направлению почтовой корреспонденции, по получению выписки понесены истцом (правопредшественником истца) суду не представлены.

Почтовые расходы в сумме 277 руб. 54 коп. (почтовая квитанция от 15.01.2020 и опись вложения) понесены представителем истца ООО «АйПи Сервисез». Данное обстоятельство подтверждается сведениями с сайта АО «Почта России», согласно которым отправителем почтового отправления № 66003243022927 является ООО «АйПи Сервисез».

Контрафактный товар оплачивался представителем истца непосредственно при его покупке, что следует из видеозаписи покупки товара.

Пошлина в сумме 200 руб. по платежному поручению № 3084 от 20.05.2019 уплачена НП «КПП», а не истцом. При этом в назначении платежа указано «плата за предоставление сведений из ЕГРИП, оплата за ФИО3». То есть указано иное лицо, а не ответчик. Кроме того, закупки производились 14 и 18 сентября 2019 года, тогда как платеж по указанному платежному поручению совершен 20.05.2019, то есть ранее самих закупок, что ставит под сомнение возможность оплаты выписки в отношении ответчика.

Таким образом, заявленные истцом издержки (почтовые расходы, расходы на приобретение товара, расходы на выписку) были понесены представителем (представителями) истца, а не самим истцом. Доказательств того, что понесенные представителем истца расходы были возмещены истцом своему представителю, в материалах дела не имеется.

То, что ООО "АйПи Сервисез", указанное в доверенности от 10.02.2020, уполномочено от имени истца получать справки, отправлять почтовую корреспонденцию, осуществлять контрольные закупки, не свидетельствует о том, что данные расходы были понесены за счет средств самого истца.

Кроме того, в пункте 15 Постановления № 1 разъяснено, что расходы представителя, необходимые для исполнения его обязательства по оказанию юридических услуг, например расходы на ознакомление с материалами дела, на использование сети "Интернет", на мобильную связь, на отправку документов, не подлежат дополнительному возмещению другой стороной спора, поскольку в силу статьи 309.2 ГК РФ такие расходы, по общему правилу, входят в цену оказываемых услуг, если иное не следует из условий договора (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ).

Из материалов дела не следует, что заявленные расходы на отправку корреспонденции, покупку товара, понесенные представителем, не входят в цену оказываемых ООО "АйПи Сервисез" услуг.

При таких обстоятельствах во взыскании заявленных судебных издержек суд отказывает в связи с недоказанностью истцом несения собственных расходов по данным издержкам.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Архангельской области



РЕШИЛ:

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (304290227200191) в пользу ассоциации специалистов по обороту и защите интеллектуальной собственности «Бренд» (ОГРН <***>) 10 000 руб. 00 коп. компенсации, 500 руб. 00 коп. расходов по уплате государственной пошлины по иску.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

После вступления настоящего решения в законную силу контрафактный товар – две мягкие игрушки (порядковый регистрационный номер вещественного доказательства 198) подлежит уничтожению.

Настоящее решение может быть обжаловано в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Архангельской области в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.




Судья

Н.В. Бутусова.