Решение от 16 марта 2020 г. по делу № А32-39175/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОДАРСКОГО КРАЯ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А32-39175/2018
г. Краснодар
16 марта 2020 г.
Резолютивная часть объявлена 10.03.2020.Полный текст изготовлен 16.03.2020.

Арбитражный суд в составе судьи А.В. Лесных, при ведении протокола помощником судьи Поповской А.И., рассмотрев в судебном заседании исковое заявление ООО «Интегропром» г. Москва к ООО «РН-Туапсинский НПЗ», г. Туапсе

о взыскании 1 522 577, 10 евро

по встречному исковому заявлению ООО «РН-Туапсинский НПЗ» к ООО «Интегропром»

о признании недействительной (ничтожной) сделкой – соглашение об уступке

требования (цессии) от 31.08.2016, заключенного между ООО «Интеркоммерц» и

ООО «Интегропром», взыскании с ООО «Интегропром» в пользу

ООО «РН-Туапсинский НПЗ»

При участии в заседании:

от истца: ФИО1 – доверенность,

от ответчика: ФИО2 – доверенность,

УСТАНОВИЛ:

ООО «Интегропром» обратилось в арбитражный суд с заявлением к ООО «РН-Туапсинский НПЗ» о взыскании 1 522 577, 10 евро, о взыскании в доход федерального бюджета государственной пошлины в размере 200 000 руб.

Представитель истца в судебном заседании присутствовал, изложил доводы, указанные в заявлении, настаивал на удовлетворении заявленных требований.

Представитель ответчика в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований, ранее представил встречный иск, а также ходатайствовал об истребовании оригинала соглашения об уступке права требования (цессия) от 31.08.2016 г. с приложениями, являющимися его неотъемлемой частью, заявил ходатайство о назначении экспертизы относительно достоверности данных, содержащихся в соглашении об уступке права требования (цессия) от 31.08.2016 г. и его фальсификации, о вызове и допросе в судебное заседание в качестве свидетелей лиц, подписавших соглашение об уступке требования (цессия) от 31.08.2016 - ФИО3,ФИО4

Определением от 05.03.2019 г. встречный иск ООО «РН-Туапсинский НПЗ» принят к производству.

Истец ходатайствовал о вызове и допросе в судебное заседание в качестве свидетелей лиц, подписавших соглашение об уступке требования (цессия) от 31.08.2016 г. - ФИО3, ФИО4, которое было удовлетворено. Суд вызвал свидетелей в судебное заседание с целью задать вопросы: подписывали ли они, 31.08.2016 г. ФИО3, как ликвидатор ООО «ИнтерКоммерц» и ФИО4, как генеральный директор ООО «Интегропром» соглашение об уступке требования (цессия) от 31.08.2016 г. к ООО «РН-Туапсинский НПЗ» по договору поставки оборудования от 27.12.2010 г. № 2295 по дополнительному соглашению от 29.12.2010 № 2? Если соглашение об уступке требования (цессия) от 31.08.2016 подписано в другую дату, то когда именно?

Судом дважды по ходатайству истца вызывались свидетели, однако в судебное заседание они не явились. На вопросы суда не ответили.

Ответчик заявил ходатайство об исключении документов из числа доказательств:

- копию соглашения об уступке права требования (цессии) от 31.08.2016.

- копию акта сверки взаиморасчетов № 1258 за период с 01.11.2015 по 30.11.2015.

- копию акта сверки взаиморасчетов № 1039 за период с 01.01.2015 по 31.10.2015.

Определением от 26.09.2019 г. ходатайство отклонено.

Ответчик заявил ходатайство об истребовании документов у МИФНС № 28 по г. Москве (117149, <...>) и у МИФНС № 5 по Московской области (142100, <...>).

Определением от 26.09.2019 ходатайство удовлетворено у МИФНС № 28 по г. Москве истребованы заверенные копии следующих документов:

- балансы (с приложениями), сданные ООО «Интегропром» за 2016-2018 год, а также документы бухгалтерского и налогового учета, подтверждающие переход прав требования по договору от 27.12.2010 № 2295 на поставку пластинчатого теплообменного аппарата, предусмотренного дополнительным соглашением от 29.12.2010 № 2, от ООО «ИнтерКоммерц» (ИНН <***>, ликвидировано 29.12.2016) к ООО «Интегропром»,

- документы бухгалтерского и налогового учета, подтверждающие погашение задолженности ООО «Интегропром» перед ООО «ИнтерКоммерц» в размере стоимости уступаемого права - 1 384 416 Евро,

- перечень кредиторов и дебиторов с указанием суммы, сроков возникновения задолженности.

Определением от 26.09.2019 у МИФНС № 5 по Московской области заверенные копии следующих документов:

- бухгалтерская документация, подтверждающая отражение в бухгалтерском учете ООО «ИнтерКоммерц» (ИНН <***>, ликвидировано 29.12.2016) переход прав требования по договору от 27.12.2010 № 2295 на поставку пластинчатого теплообменного аппарата, предусмотренного дополнительным соглашением № 2 от 29.12.2010, от цедента

ООО «ИнтерКоммерц» к цессионарию ООО «Интегропром»,

- бухгалтерская документация, подтверждающая отражение в бухгалтерском учете ООО «ИнтерКоммерц» задолженности ООО «Интегропром» в размере стоимости уступаемого права - 1 384 416 Евро,

- данные промежуточного и ликвидационного баланса ООО «ИнтерКоммерц», подтверждающие отражение вышеуказанных операций в учете,

- перечень кредиторов и дебиторов с указанием суммы, сроков возникновения задолженности.

В материалы дела поступила копия бухгалтерской отчетности ООО «Интегропром», представленная МИФНС № 28 по г. Москве по запросу суда.

Из представленной бухгалтерской документации истца следует, что погашение задолженности ООО «Интегропром» по соглашению об уступке требования (цессии) от 31.08.2016 в размере стоимости уступаемого права (1 384 416 Евро с учетом курса валюты в соответствующем периоде), равно и как приобретение права требования по договору поставки от 27.12.2010 № 2295, не отражено в бухгалтерском учете ООО «Интегропром».

Определением 08.10.2019 г. судом назначена экспертиза. Проведение экспертизы поручено эксперту ООО «Регион-Юг» ФИО5 На разрешение эксперта поставлены следующие вопросы:

1. Соответствует ли время выполнения рукописных реквизитов (подписей от имени ФИО3 и ФИО4) в Соглашении об уступке требования (цессии) от 31.08.2016, заключенного между ООО «Интегропром» (цессионарий) и ООО «Интеркоммерц» (Цедент), согласно которому к цессионарию перешли права требования?

2. Соответствует ли давность изготовления соглашения об уступке требования (цессии) от 31.08.2016, заключенного между ООО «Интегропром» (цессионарий) и ООО «Интеркоммерц» (Цедент), согласно которому к цессионарию перешли права требования цедента по договору поставки от 27.12.2010 № 2295, дате, указанной в данном документе (давность нанесения подписи и печати на документ, состояние бумаги)?

В суд поступило заключение эксперта № 494, из которого следует, что эксперт пришел к выводу о невозможности определить время нанесения реквизитов в виде рукописных надписей на бумагу (т. 3, стр.6 заключения).

Давность изготовления текста Соглашения об уступке требования, датированного 31.08.2016 г.вероятно, может соответствовать дате, указанной в документе.

Установить фактическую дату проставления подписи от имени ФИО3, оттиска печати Интеркоммерц, подписи от имени О.М. Сорокун, оттиска печати Интегропром и фактическую дату изготовления Соглашения об уступке права требования от 31.08.2016 г. не представляется возможным, по причине отсутствия летучих компонентов-феноксиэтана и глицерина, в количествах, достаточных для дальнейшего анализа.

По мнению ответчика, истец не представил доказательства наличия права требования задолженности. По мнению ответчика, договор цессии не подтверждает переход к нему права требования. Ответчик по первоначальному иску заявил о применении срока исковой давности. В случае признания требований истца обоснованными просил применить ст. 333 ГК РФ. Заявил о просрочке кредитора по ст. 406 ГК РФ.

Изучив материалы дела, и оценив в совокупности все представленные доказательства, суд считает первоначальные исковые требования не подлежащими удовлетворению, а встречный иск подлежащим удовлетворению, по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, между ООО «РН-Туапсинский НПЗ» (покупатель) и ООО «ИнтерКоммерц» (поставщик) заключен договор поставки от 27.12.2010 № 2295 (далее - договор), согласно которому поставщик обязуется поставить товар, а покупатель обязуется принимать эту продукцию и своевременно производить оплату на условиях настоящего договора.

Дополнительным соглашением № 2 от 29.12.2010 к договору стороны согласовали, что поставщик обязался поставить пластинчатый теплообменный аппарат в количестве 1 штуки общей стоимостью 9 205 000 евро в срок не позднее 30 апреля 2012.

В спецификации установлено, что условия оплаты Товара будут определены в Приложении № 1 к настоящему соглашению после согласования сторонами.

Пунктом 6 приложения № 1 к дополнительному соглашению № 2 от 29.12.2010 установлено, платежи осуществляются следующим образом: авансовый платеж 60%, а 40% от стоимости оборудования в размере 3 682 000 Евро по факту поставки на склад покупателя.

Основанием возникновения задолженности, заявленной истцом к взысканию, является нарушение срока оплаты товара, поставленного по товарной накладной № 53 от 05.10.2012.

Пунктом 6.2. договора установлено, что оплата должна быть осуществлена покупателем в течение 15 рабочих дней с даты поставки товара, т.е. до 26.10.2012.

Поскольку по данному делу возник спор о размере взаимных обязательств сторон по договору, необходимо определить размер этих обязательств для обеих сторон.

Поставщик исполнил обязательство по поставке товара на общую сумму 369 985 217,70 рубля, что подтверждается представленными в материалы дела товарными накладными от 05.10.2012 № 53 и товарно-транспортной накладной № 2 от 05.10.2012.

Просрочка в поставке составила 158 дней.

Ответчик произвел оплату в сумме 314 242 762,20 руб., что подтверждается: платежным поручением № 511 от 24.06.2011 на сумму 18 446 405,78 руб.; платежным поручением № 512 от 24.06.2011 на сумму 55 339 217,33 руб.; платежным поручением № 256 от 25.01.2012 на сумму 147 969 270,40 руб.; платежным поручением № 14243 от 27.12.2012 на сумму 59 545 555,56 руб.

Судом установлено, что на день рассмотрения иска задолженность по цессии составляет 55 742 455, 50 рубля, что эквивалентно 811 743 евро по курсу Банка России 68,67 рубля за 1 евро (30.01.2020).

Между ООО «ИнтерКоммерц» (Цедент) и ООО «Интегропром» (Цессионарий) 31.08.2016 подписано соглашение об уступке права требования, в соответствии с которым у Цессионарию переходит требований к ООО «РН-Туапсинский НПЗ» в сумме 1 384 161 евро. Пунктом 6 соглашения установлено, что Должник уведомляется о сделке Цессионарием в течение 10 календарных дней с момента подписания Сделки (т. 1, л.д.43).

Согласно акту приема-передачи в доказательства передачи требования истцу переданы договор поставки от 27.12.2010, товарная накладная № 53, платежные поручения и акты сверок.

Стороны подписали соглашение, по которому ООО «Интегропром» оплачивает уступаемое право требования в течение 30 рабочих дней с момента подписания соглашения.

08.09.2016 г. стороны подписали соглашение о зачете взаимных требований.

Согласно п. 1.1 соглашения, по договору перевода долга № 01/22/08-2016 от 22.08.2016 ООО «ИнтерКоммерц» является кредитором, а ООО «Интегропром» должником. Размер погашаемого обязательства 1 419 000 евро. Пунктом 1.2. соглашения о расчетах, в рамках соглашения об уступке права требования от 31.08.2016 ООО «ИнтерКоммерц» является должником, а ООО «Интегропром» кредитором. Размер погашаемого требования составляет 1 384 161 евро. Зачету подлежат встречные требования в сумме 1 384 161 евро.

Оценивая представленные доказательства суд отмечает, что расчеты по цессии не произведены, а сама сделка не нашла отражения в бухгалтерском и налоговом учете ее участников: ООО «Интегропром» и ООО «Интеркоммерц». Оригиналы приложений к соглашению об уступке права требования от 31.08.2016 г. истцом утрачены.

Как следует из буквального толкования соглашения о зачете по договору перевода долга ООО «Интеркоммерц» является кредитором, то есть у него имеется право требовать долг у ООО «Интегропром». Вместе с тем, по соглашению об уступке права требования от 31.08.2016 ООО «Интеркоммерц» передает право требования долга с ответчика.

Таким образом, оно не может являться должником, поскольку продает актив в виде принадлежащего ему права требования.

Следовательно, как в первом, так и во втором пункте соглашения о зачете ООО «Интеркоммерц» выступает кредитором. В первом случае принимает на себя долги ООО «Интегропром», а во втором продает свои активы истцу.

Согласно ст. 410 ГК РФ встречные и однородные обязательства сторон прекращаются в момент наступления срока исполнения более позднего из них.

Несоблюдение условий, характеризующих засчитываемые требования (отсутствие встречности, однородности, ненаступление срока исполнения), является основанием для вывода об отсутствии правовых оснований для признания зачета как легитимной сделки.

В связи с не установлением судом названных условий, у соглашение о зачете отсутствует предмет встречного обязательства, в отношении которого сторонами достигнуто соглашение о зачете.

В подтверждение наличия задолженности ответчика и совершенных им операций истец представил баланс на 31.12.2016; отчет о финансовых результатах на 31.12.2016, 31.12.2017, 31.12.2018, отчет по проводкам за декабрь 2013 - декабрь 2018 г. и оригинал акта сверки по договору 2295 от 27.12.2010 по состоянию на 31.08.2015 (т. 3).

При этом истец сообщил, что оригиналы приложений к Соглашению об уступке и порядке расчетов утеряны и не могут быть представлен на обозрение суда.

Для отражения данных операций ООО «Интегропром» необходимо отразить дебиторскую задолженность перед ООО «Интеркоммерц» по договору перевода долга на 1 419 000 евро.

ООО «Интеркоммерц» продало по договору цессии за 1 384 616 евро право требования к Туапсинскому НПЗ на сумму 1 384 616 евро. При этом поставщик, являясь кредитором истца в связи с принятием за него обязательства по уплате долга по договору перевода долга от 22.08.2016, обязан отразить дебиторскую задолженность ООО «Интегропром» в связи с принятием на себя его задолженности, однако, вместо этого, засчитывает долг Интегропром по договору перевода долга № 01-22/08-2016 от 22.08.2016 перед собой, в счет расчетов по соглашению об уступке права требования в размере 1 384 161 евро.

Таким образом, фактически вместо зачета сторонами совершена сделка дарения, по которой ООО «Интеркоммерц» принимает на себя долги ООО «Интегропром» и освобождает его от оплаты права требования.

Статья 575 ГК не допускает дарение, за исключением обычных подарков, стоимость которых не превышает трех тысяч рублей в отношениях между коммерческими организациями.

При этом долг ООО «Интегропром» перед третьей компаний в связи с заключением договора перевода долга фактически списывается по причине ликвидации 29.12.2016 г. поставщика.

Истец как цессионарий ликвидного актива получил права к ответчику. До истечения срока исковой давности по встречным требованиям ответчика к поставщику не сообщал ему о перешедшем к нему праве. Тем самым лишив ответчика возможности защищаться путем предъявления иска о взыскании неустойки, поскольку 29.12.2016 поставщик был ликвидирован.

Составление сторонами соглашения о зачете не является исполнением гражданско-правового обязательства в том смысле, какой придает ему закон. В акте зачета не отражена разница 1 419 000 (по переводу долга (п. 1.1.акта) - 1 384 616 (цессия (п. 1.2 акта) =34 839 евро.

Данная разница фактически прощена цессионарию. Согласно п. 2 акта зачета, стороны не считают себя связанными обязательствами по договорам, по которым обязательства зачтены настоящим актом.

Таким образом, кредиторская задолженность ООО «Интегропром» перед ООО «Интеркоммерц» не вносилась в регистры бухгалтерского учета истца с момента ее возникновения и не переносилась в бухгалтерской документации из года в год.

Анализ представленных документов показал, что балансы на 31.12.2016, 31.12.2017, 31.12.2018 не содержат отметок об их сдаче в налоговую инспекцию (т. 3, л.д. 14-28).

Оборотно-сальдовая ведомость не отражает операцию по прощению истцу долга на сумму 1 419 000 евро по договору перевода долга (п. 1 акта о зачете), а также разницу 34 839 евро, фактически списанную перед ликвидацией цедента.

Согласно бухгалтерской отчетности истца за 2016 год, доходы истца составили 111 810 тыс. руб. (213 320 тыс. руб. (доходы на 31.12.2016)- 102 510 тыс. руб.(на 31.12.2015) (т. 3, л.д. 15).

Вместе с тем, анализ соглашения о зачете показал, что доход истца должен составить как минимум 2 838 000 евро. Согласно расчету: 1 384 161, 00 (по уступке) + 34 839 (разница в расчетах) + 1 419 000 евро (прощение цедентом долга по договору перевода долга). На 31.12.2016 курс составлял 63,81 руб. за 1 евро. Таким образом, доход истца должен был быть отражен в размере 181 092 780 руб. Данная сумма образована исходя из следующего: 2 838 000 (евро) х 63,81 (курс ЦД на 31.12.2016) =181 092 780 руб.

В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 155 Налогового кодекса РФ уступка кредитором денежного требования облагается НДС. Истец обязан отразить доход от реализации своего погашаемого обязательства перед цедентом. При исчислении налоговой базы по налогу на прибыль истец вправе полученный доход уменьшить на сумму расходов на приобретение права требования долга (на сумму, уплаченную по договору цессии). Согласно п. 8 ст. 167 НК РФ при передаче имущественных прав момент определения налоговой базы по НДС определяется как день уступки денежного требования.

Поскольку для целей НДС уступка (переуступка) прав требования признается реализацией (передачей) имущественных прав, в течение пяти календарных дней со дня подписания договора цессии предыдущему кредитору в соответствии с п. 3 ст. 168, п. 3 ст. 169 НК РФ необходимо составить счет-фактуру в двух экземплярах, один из которых передать новому кредитору, а второй экземпляр зарегистрировать в книге продаж (п.п. 2, 3 Правил ведения книги продаж, применяемой при расчетах по налогу на добавленную стоимость, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 26.12.2011 № 1137). НДС, предъявленный первоначальным кредитором при уступке требования, новый кредитор сможет принять к вычету только после получения счета-фактуры от предыдущего кредитора.

Истец, получив право требования от цедента, а также получив от него освобождение от долга перед третьим лицом по договору перевода долга, обязан представить налоговые декларации по НДС за соответствующие налоговые периоды. Однако, истец их не представил. В материалах дела отсутствуют налоговые декларации по НДС за 1-4 кварталы 2016,2017,2018, 2019 г. с исчисленной суммой НДС от спорных хозяйственных операций и уплатой налога в бюджет.

Указанное обстоятельство свидетельствует о том, что спорные операции не отражены в налоговом учете истца, что является обязательным в силу требований НК РФ.

Указанное истцом соглашение о порядке расчетов по договору уступки само по себе не подтверждает наличие задолженности ответчика, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства исполнения цедентом и цессионарием указанных договоров, а также документов, подтверждающих отражение взаимоотношений сторон по договору перевода долга в бухгалтерском и налоговом учете истца, а также факт оплаты.

Из представленных документов следует, что расчеты по договору перевода долга (п.1.1. акта о расчетах) между сторонами не производились.

Уведомление об уступке права требования от 02.09.2016 г. представлено истцом в виде копии документа, который в адрес покупателя не поступал. Представленная истцом квитанция о направлении уведомления представлено в виде нечитаемой копии без указания трек листа почтового отправления (т. 1, л.д. 47).

В период с 01.01.2011 по 03.12.2018 от ООО «Интегропром» поступали 4 письма: две претензии от 27.06.2018 и от 06.08.2018, исковое заявление и письмо от 16.10.2018 о заключении мирового соглашения (т. 1, л.д. 113-116, 146-154). Согласно справке из канцелярии ответчика, никаких других документов ответчику от истца не поступало.

Просроченная кредиторская задолженность перед поставщиком списана покупателем в сумме 97 782 419, 46 руб. на основании приказа № 1330 от 15.12.2017 исходя из курса евро на тот период (т. 2, л.д. 136-142). Согласно информации, размещенной на официальном сайте ЦБ РФ в сети Интернет, курс евро к рублю по состоянию на 30.11.2017 был установлен в размере 69, 2040 (т. 2, л.д. 142). Следовательно, рублевый эквивалент кредиторской задолженности в размере 1 384 161 Евро по состоянию на 30.11.2017 составлял 95 789 477, 84 руб., что соответствует данным бухгалтерского учета ответчика как на конец отчетного месяца - 30.11.2017, так и на дату списания задолженности - 28.12.2017.

В ответ на претензию исх. № 02-02/8262 ответчик 02.08.2018 сообщил, что узнал о состоявшейся уступке права требования 02.07.2018 - в день получения претензии от 27.06.2018. Ранее цедент и цессионарий не уведомляли ответчика о состоявшейся уступке. Заключая сделку, истец с ликвидированным поставщиком имели намерение причинить вред ответчику. Скрыл факт оформления мнимой сделки, нарушающей права ответчика. Истец направил уведомление после ликвидации поставщика.

Учитывая, что по цессии передано только право требования, а не все права и обязанности по Договору, ликвидируемый поставщик сознательно лишил ответчика возможности заявить встречные требования, в частности, в связи с ненадлежащим исполнением поставщиком обязательств по Договору (т. 1, л.д.135-137).

Суд оценивает поведение истца, который на протяжении почти 3-х лет после ликвидации поставщика, не обращался с требованием о взыскании долга по договору поставки (тем самым, предоставив отсрочку исполнения обязательства на неопределенный срок), как недобросовестное. Поскольку оно не может быть объяснено с точки зрения такой цели коммерческой деятельности, как извлечение прибыли.

Суд приходит к выводу, что сторонами (ООО «Интеркоммерц» и ООО «Интегропром») создан формальный документооборот, реальные расчеты не осуществлялись.

Требование истца основано на мнимой сделке, представленные документы не отражают реальные хозяйственные операции и направлены на создание задолженности с целью получения права требования долга с ответчика, при этом лишив его возможности предъявить соответствующие встречные требования, что влечет причинение вреда покупателю.

Данные документы позволяют сделать вывод о намеренных действиях цедента и цессионария по формированию искусственной уступки права требования в целях взыскания с ответчика задолженности, при этом искусственно лишая ответчика возможности предъявить встречный иск.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон (цедента и цессионария), а также контролирующих их лиц. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

Анализ фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон, позволяет сделать вывод, что в действиях истца и цедента установлен факт расхождения волеизъявления с волей на злоупотребление правом и совершением мнимой сделки.

Суд, с учетом положений п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса РФ установил мнимость спорного договора.

В соответствии с п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Под злоупотреблением правом следует понимать осуществление гражданами и юридическими лицами своих прав с причинением (прямо или косвенно) вреда другим лицам. Злоупотребление связано не с содержанием права, а с его осуществлением, так как при злоупотреблении правом лицо действует в пределах предоставленных ему прав, но недозволенным образом. Неразумное и недобросовестное поведение также приравнивается к злоупотреблению правом. Следовательно, заключение спорной сделки, направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности имеющей целью увеличение кредиторской задолженности должника путем заключения для видимости договора по отчуждению объекта недвижимости ответчику, не имеющего правовые последствия, является злоупотреблением гражданскими правами.

В соответствии с п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Согласно п. 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Доказательства, бесспорно свидетельствующие о реальности спорных хозяйственных операций, в материалах дела отсутствуют.

Из системного толкования п. 6.2. Договора и порядка оплаты, согласованного сторонами в приложении № 1 к дополнительному соглашению № 2 к Договору, следует, что оплата по факту поставки должна быть осуществлена покупателем в течение 15 рабочих дней от даты поставки товара, т.е. до 26.10.2012 (т. 1, л.д. 60).

Соответственно, срок исковой давности для предъявления требования по возврату задолженности по Договору истек 26.10.2015.

Рассматриваемый по настоящему делу иск подан в арбитражный суд 24.09.2018.

Суд учитывает, что ответчик никогда не подписывал акт сверки и никогда не признавал долг перед истцом. На момент ликвидации ООО «Интеркоммерц» истек трехлетний срок исковой давности.

В силу положений ст. 199 Гражданского кодекса РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

О применении исковой давности ответчик заявил в своем отзыве (т. 1, л.д. 132).

Истец представил оригинал акта сверки по договору № 2295 от 27.12.2010 между ООО «Интеркоммерц» и ООО «Туапсинским НПЗ» (т. 3, л.д. 29).

Оценивая данный акт сверки, суд отмечает, что истец в нем не указан как контрагент. Поставщик ликвидирован. В представленном истцом акте сверки не конкретизировано обязательство, из которого вытекает признаваемая задолженность. Иначе говоря, в акте сверки необходимо перечислить: реквизиты товарных накладных, платежных документов (в случае если договор не заключался); даты возникновения задолженности (то есть срок внесения платежа, определяемый согласно требованиям закона либо условиям договора, начиная с которого платеж считается просроченным). Именно с этой даты начинает исчисляться срок исковой давности, поскольку согласно п. 2 ст. 200 ГК РФ по обязательствам с определенным сроком исполнения течение исковой давности начинается по окончании срока исполнения; сумму долга (указываются суммы конкретного обязательства, поскольку итоговое сальдо по расчетам между контрагентами не дает информации, о признании какого долга идет речь).

Аналогичная позиция в отношении актов сверки как надлежащего доказательства признания задолженности изложена в Определении ВАС РФ от 27.02.2013 № ВАС-1472/13 по делу № А40-23013/12-68-214.

Учитывая, что в представленном оригинале акта сверки взаимных расчетов отсутствует указание на товарную накладную № 53 от 05.10.2012 г., на основании которой, по мнению истца, возникла задолженность ответчика; отсутствует указание на дату возникновения задолженности; не указаны даты подписания актов; представленные истцом в дело оригинал актов сверки взаимных расчетов не являются подтверждением задолженности ответчика перед истцом в размере, заявленном к взысканию.

В силу статей 407,419 ГК РФ обязательство прекращается ликвидацией юридического лица (кредитора). Поставщик ликвидирован 29.12.2016. Доказательств законной уступки истец не представил.

С учетом изложенных выше обстоятельств дела, суд пришел к выводу о том, что к истцу не перешло право требования, при этом он его не доказал ни по праву, ни по размеру. Доказательства, бесспорно свидетельствующие о реальности спорных хозяйственных операций, в материалах дела отсутствуют.

Доводы истца о том, что он не запрашивал соответствующего подтверждения у поставщика, до завершения ликвидации, когда уведомление было направлено Истцу первоначально, не оплатил задолженность поставщику и, поскольку после повторного уведомления истцом поставщика уже не существовало, ответчик должен был исполнить обязательство истцу, отклоняется судом, так как в соответствии с нормами действующего законодательства истец обязан действовать добросовестно и разумно.

Судом также отклоняется довод истца о том, что утверждения ответчика о том, что цедент и цессионарий, совершая уступку вопреки названному договорному запрету, действовали с намерением причинить вред должнику не подтверждены доказательствами.

У ответчика отсутствовали договорные отношения с истцом. При этом он понимал, что поставщик ликвидирован, в связи с этим не предъявлял иск о взыскании неустойку за нарушение сроков поставки.

В связи с этим отклоняется и довод истца о том, что права нового кредитора никак не ухудшают положение должника и не причиняют ему вред, поскольку иск заявлен в пределах срока исковой давности.

ООО «РН-Туапсинский НПЗ» предъявило встречный иск. Истец по встречному иску полагает, что соглашение об уступке подлежит признанию недействительной сделкой, ввиду нарушения условий договора, норм гражданского законодательства, регулирующих перемену лиц в обязательстве, а также законодательного запрета на дарение в отношениях между коммерческими организациями.

В пункте 14.1. договора установлено, что ни одна из сторон не имеет права передавать свои права без согласия другой стороны по Договору, поставщик незаконно без согласования с покупателем произвел цессию (т. 1, л.д. 74).

О состоявшейся уступке права требования ООО «РН-Туапсинский НПЗ» узнало из содержания поступивших 02.07.2018 и 14.08.2018 в его адрес претензий истца от 27.06.2018 и 06.08.2018 с требованием оплаты задолженности по договору №2295 от 27.12.2010.

ООО «РН-Туапсинский НПЗ» двумя письмами (исх.№ 02-02/8262 от 02.08.2018 и № 02-02/9506 от 04.09.2018) отказало в их удовлетворении по причине отсутствия документов, подтверждающих действительность заключенного соглашения об уступке требования.

Факты сокрытия заключения соглашения об уступке, а также уведомления должника о совершившейся уступке прав требования по договору после ликвидации первоначального кредитора, свидетельствуют об истинных намерениях сторон Соглашения, а именно причинение имущественного вреда ООО «РН-Туапсинский НПЗ», выражающееся в нарушении права последнего заявлять возражения относительно характера исполнения поставщиком обязательств по Договору, ввиду его ликвидации.

В соответствии с абзацем первым п. 1 и п. 2 ст. 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. При нарушении данного требования суд может отказать лицу в защите права.

При заключении оспариваемого Соглашения имело место злоупотребление правом и недобросовестное поведение сторон соглашения, направленное на вывод активов ликвидируемого юридического лица (ООО Интеркоммерц») и причинение имущественного вреда ООО «РН-Туапсинский НПЗ».

В пунктах 9-10 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что если при заключении договора было допущено злоупотребление правом, то такой договор является недействительным (ничтожным) как противоречащий закону (ст. 10, 168 Гражданского кодекса РФ).

Суд признает Соглашение об уступке права требования (цессии) от 31.08.2016 ничтожным в силу ст. 168 ГК РФ, поскольку при его заключении, допущено нарушение требований статьи 10 ГК РФ.

Судом установлено, что заключенный ООО «Интеркоммерц» и ответчиком Договор поставки содержит в п.14.1. ограничение в части уступки третьим лицам прав по договору без согласия должника. Истец не мог не знать об установленном Договором поставки ограничении, т.к. в п.1 Соглашения об уступке требования (цессии) от 31.08.2016 имеется ссылка на договор поставки оборудования № 2295 от 27.12.2010 как на основание возникновения обязательств должника, а сам Договор поставки был передан истцу по акту приемки-передачи документации от 31.08.2016 (т. 1, л.д. 44).

В соответствии с п. 1 ст. 388 ГК РФ (в редакции, действовавшей до 01.07.2014, т.е. в момент заключения Договора поставки) уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.

Законом № 367-ФЗ ст. 388 ГК РФ дополнена п. 3, в соответствии с которым соглашение между должником и кредитором об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, не лишает силы такую уступку и не может служить основанием для расторжения договора, из которого возникло это требование, но кредитор (цедент) не освобождается от ответственности перед должником за данное нарушение соглашения.

Указанная редакция ст. 388 ГК РФ вступила в силу 01.07.2014.

В переходных положениях Закона № 367-ФЗ указано, что положения ГК РФ применяются к правоотношениям, возникшим после дня вступления в силу настоящего Федерального закона.

Как усматривается из материалов дела, договор поставки между ООО «Интеркоммерц» и ООО «РН-Туапсинский НПЗ» заключен 27.12.2010, то есть в период действия прежней редакции п. 1 ст. 388 ГК РФ, предусматривающего возможность уступки требования другому лицу в случае, если она не противоречит, в том числе договору. Правовой режим требования, возникшего из этого Договора поставки, определяется условиями названного договора, на содержание которых не повлияло вступление в силу Закона № 367-ФЗ.

Таким образом, п. 3 ст.388 ГК РФ в силу п. 2 ст. 422 ГК РФ и приведенных переходных положений Закона № 367-ФЗ к спорным правоотношениям не может быть применен. Следовательно, сделка по уступке прав требования совершена в отсутствие предусмотренного Договором поставки согласия, что является нарушением применимых к отношениям сторон норм права.

Применительно к ст. 174 ГК РФ, в силу которой если полномочия лица на совершение сделки ограничены договором либо полномочия органа юридического лица - его учредительными документами по сравнению с тем, как они определены в доверенности, в законе либо как они могут считаться очевидными из обстановки, в которой совершается сделка, и при ее совершении такое лицо или орган вышли за пределы этих ограничений, сделка может быть признана судом недействительной по иску лица, в интересах которого установлены ограничения, лишь в случаях, когда будет доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна знать об указанных ограничениях.

Сделка по уступке права требования заключена между ООО «Интеркоммерц» и ООО «Интегропром» в отсутствие требуемого согласия должника ООО «РН-Туапсинский НПЗ», в связи с чем, суд пришел к выводу о том, что Соглашение об уступке требования (цессии) от 31.08.2016 недействительной сделкой применительно к правилам ст.174 ГК РФ.

На дату подписания соглашения (31.08.2016) у поставщика существовала обязанность выплатить неустойку. Покупатель правомерно противопоставил требованию Цессионария претензию об уплате неустойки, которая зачитывает его требования, имевшиеся к Цеденту.

Таким образом, к моменту получения ООО «РН-Туапсинский НПЗ» уведомления о переходе ООО «Интегропром» требования оплаты товара, покупатель имел встречное требование к поставщику по оплате неустойки.

Ввиду просрочки поставки товара по Договору покупателем в адрес поставщика направлены претензионные письма № 02-02/7489 от 02.07.2012 на сумму 1 444 886, 93 Евро и № 02-02/7137 от 12.08.2014 на сумму 92 502 526, 95 руб.

Учитывая размер неисполненных финансовых обязательств поставщика, покупатель приостановил осуществление окончательного платежа по Договору в размере 15 % от стоимости товара.

Статьей 327.1 ГК РФ предусмотрена возможность обусловить исполнение обязанностей, а равно осуществление, изменение и прекращение определенных прав по договорному обязательству совершением или несовершением одной из сторон обязательства определенных действий либо наступлением иных обстоятельств, предусмотренных договором, в том числе полностью зависящих от воли одной из сторон.

В соответствии с пунктами 3 и 4 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Поскольку истец не раскрыл действительный смысл, подразумеваемый при заключении договора уступки, и не представил доказательства разумных действий по исполнению договора, суд приходит к выводу о ничтожности сделки на основании п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса РФ, в виду ее мнимости.

В силу требований ст. 407 Гражданского кодекса обязательство прекращается полностью или в части по основаниям, предусмотренным данным Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

С учетом изложенного, сделка по заключению договора уступки права требования была совершена лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, в связи с чем, данная сделка является ничтожной в силу положений п. 1 ст. 170 ГК РФ. При этом оснований применения реституции не имеется в виду ликвидации поставщика.

Согласно ст. 419 Гражданского кодекса РФ обязательство прекращается ликвидацией юридического лица (должника или кредитора). Правовые последствия внесения записи об исключении юридического лица из ЕГРЮЛ определены в ст. 49 Гражданского кодекса, которая устанавливает, что с момента внесения такой записи прекращается правоспособность юридического лица.

В силу названных норм права после внесения записи об исключении юридического лица, из ЕГРЮЛ в соответствии со ст. 21 Закона N 129-ФЗ договорные отношения покупателя с поставщиком - недействующим юридическим лицом считаются прекращенными в связи с отсутствием стороны по договору.

Судом установлено, что поставщик исключен из ЕГРЮЛ 29.12.2016, в связи с этим договор поставки № 2295 от 27.12.2010 прекратился с момента прекращения его деятельности. В связи с этим суд приходит к выводу, что заявленные требования не подлежат удовлетворению.

При принятии искового заявления истцу предоставлялась отсрочка по уплате госпошлины, так как в удовлетворении первоначального искового заявления суд оказывает, следовательно, госпошлина в размере 200 000 руб. подлежит взысканию с истца в доход федерального бюджета.

При подаче встречного искового заявления ООО «РН-Туапсинский НПЗ» оплатило госпошлину в размере 6 000 руб., что подтверждается копией платежного поручения от 29.11.2018 г. № 124150. Суд удовлетворил встречное исковое заявление, следовательно, госпошлина в размере 6 000 руб. подлежит взысканию с ООО «Интегропром» в пользу ООО «РН-Туапсинский НПЗ».

Руководствуясь статьями 110, 167-170 АПК РФ, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении первоначального искового заявления отказать.

Встречное исковое требование удовлетворить.

Признать недействительным соглашение об уступке требования (цессия) от 31.08.2016, заключенное между ООО «Интеркоммерц» и ООО «Интегропром».

Взыскать с ООО «Интегропром» г. Москва (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ООО «РН-Туапсинский нефтеперерабатывающий завод», г. Туапсе (ИНН <***>, ОГРН <***>) расходы по оплате государственной пошлины в размере 6 000 руб.

Взыскать с ООО «Интегропром» г. Москва (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход федерального бюджета сумму государственной пошлины в размере 200 000 руб.

Решение может быть обжаловано в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в установленный Законом срок.

Судья А.В. Лесных.