Решение от 27 января 2021 г. по делу № А78-4868/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЗАБАЙКАЛЬСКОГО КРАЯ

672002, Выставочная, д. 6, Чита, Забайкальский край

http://www.chita.arbitr.ru; е-mail: info@chita.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А78-4868/2020
г.Чита
27 января 2021 года
Резолютивная часть решения объявлена 22 января 2021 года

Решение изготовлено в полном объёме 27 января 2021 года

Арбитражный суд Забайкальского края в составе судьи Обуховой М.И., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ринчиновой Д.Б., рассмотрел в открытом судебном заседании, в помещении арбитражного суда по адресу: <...>, дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Береинское племенное хозяйство (ОГРН <***>, ИНН <***>) к ФИО1 о взыскании убытков в размере 1404830 руб., с привлечением к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк» (ОГРН <***>, ИНН <***>), ФИО2 (ИНН <***>),

при участии в судебном заседании:

от истца – ФИО3, представителя по доверенности от 25.05.2020 (т. 1 л.д. 5, 50);

от ответчика – ФИО4, представителя по доверенности от 02.09.2020 (т. 2 л.д. 39, 43);

от третьих лиц - представители не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

Общество с ограниченной ответственностью «Береинское племенное хозяйство обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к ФИО1 о взыскании убытков в размере 1404830 руб.

Определением суда от 16.09.2020 к участию в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО2 (ИНН <***>).

В судебном заседании представитель истца исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении и пояснениях (т. 1 л.д. 3-4, т. 2 л.д. 80-84).

Представитель ответчика требования не признал по основаниям, изложенным в отзыве (т. 1 л.д. 70-71, т. 2 л.д. 51-53), заявил довод о пропуске истцом срока исковой давности.

Третьи лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, явку представителей в суд не обеспечили.

Дело рассмотрено в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие третьих лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела.

Рассмотрев материалы дела, суд установил следующее.

Общество с ограниченной ответственностью «Береинское племенное хозяйство» (далее – истец, общество, ООО «БПХ») зарегистрировано 26.08.2005 в Едином государственном реестре юридических лиц за ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 673370, <...>.

Как следует из материалов дела ФИО1 являлась участником ООО «БПХ» с долей в уставном капитале общества 100%, номинальной стоимостью 3300000 руб.

15.07.2011 между индивидуальным предпринимателем ФИО2 и обществом с ограниченной ответственностью «Береинское племенное хозяйство» в лице ФИО1 заключен договор купли-продажи оборудования, согласно которому продавец передал в собственность покупателю оборудование – мельницу МЕЛЬНИК 200 ЛЮКС, стоимостью 1800000 руб., серийный номер и технические характеристики которого содержатся в Приложении к договору (т. 1 л.д. 36-38).

Приложение к договору в материалы дела сторонами не представлено.

31.05.2013 общество с ограниченной ответственностью «Береинское племенное хозяйство» заключило договор об открытии кредитной линии с открытым акционерным обществом «Российский сельскохозяйственный банк». Согласно данному договору кредитор открывает заемщику кредитную линию на сумму 6000000 руб. на приобретение придорожного кафе для ведения коммерческой деятельности (т. 1 л.д. 58-66).

В качестве обеспечения по договору об открытии кредитной линии был заключен договор №134701/0009-5 от 31.05.2013 о залоге оборудования (т. 1 л.д. 53-57).

В соответствии с договором №134701/009-5 о залоге оборудования, залогодатель (ООО «БПХ») передает залогодержателю (ОАО «Россельхозбанк») в залог движимое имущество, обеспечивая надлежащее исполнение обязательств по договору №134701/0009 об открытии кредитной линии, заключенному 31.05.2013. Предмет залога – оборудование, качественный и количественный перечень которых определен в Приложении №1 к договору (т. 1 л.д. 53-57).

Из Приложения №1 (т. 1 л.д. 57) следует, что предметом залога, в том числе, являлась модульная вальцовая мельница «Мельник 200 Люкс», состоящая из двадцати основных составных частей, 2007 года выпуска, производительностью 100кг./ч зерна, напряжение 380В, длинна 1,3 м., ширина 3,1 м., высота 2,5 м., масса 125 кг, балансовая стоимость 1404830 руб., залоговая стоимость 983381 руб. (т. 1 л.д. 57).

В силу пункта 3.3 договора о залоге оборудование будет находиться у залогодателя по адресу: Забайкальский край, Шилкинский район, с. Казаново, падь «Закамень» и залогодатель полностью несет обязанность обеспечить сохранность предмета залога.

Пунктом 3.7 договора о залоге допускается уменьшение предмета залога с оформлением дополнительного соглашения.

В случае утраты предмета залога, его замена происходит только с согласия залогодержателя. Сообщение об утрате предмета залога должно поступить к залогодержателю не позднее дня, следующего за днем утраты предмета залога (пункт 3.9 договора).

ФИО5 на основании договора купли-продажи от 12.06.2015 (т. 1 л.д. 33-34) приобрел долю в размере 100% общества с ограниченной ответственностью «Береинское племенное хозяйство» у ФИО1.

После приобретения общества ФИО5 в сентябре 2016 года полностью оплатил задолженность по кредитной линии, предоставленной обществу в АО «Россельхозбанк».

21.09.2016 ФИО5 переданы банком документы по залоговому имуществу, в том числе Инструкция по эксплуатации на Мельницу Вальцевую МЕЛЬНИК 200 ЛЮКС, 2007 гв. (т. 1 л.д. 39, т. 2 л.д. 29-31).

Истец обращался к ответчику с требованием о возврате указанного имущества (т. 1 л.д. 45, 126), имущество не возвращено.

21.08.2018 АО «Россельхозбанк» направлено обществу письмо (т. 1 л.д. 40), в соответствии с которым банк на запрос общества сообщает, что мельница вальцовая модульная «Мельник 200 люкс» 2007 г.в. была принята в качестве обеспечения по залоговой стоимости 983381 руб. по договору №134701/0009 об открытии кредитной линии от 31.05.2013, заключенному с ООО «Береинское племенное хозяйство». Кредитная линия погашена 19.09.2016. Последняя проверка залога осуществлена работниками АО «Россельхозбанк» 25.08.2016 (т. 1 л.д. 41-44).

31.08.2018 истец обратился в Шилкинский районный суд с виндикационным иском к ответчику (дело №2-37/2019).

23.04.2019 Шилкинским районным судом вынесено решение об отказе в удовлетворении исковых требований в связи с тем, что не установлен факт нахождения спорного имущества у ответчика, имущество утрачено.

Апелляционным определением Забайкальского краевого суда от 08.08.2019 решение Шилкинского районного суда оставлено без изменения.

Считая, что обществу причинены убытки в виде утраты имущества, принадлежащего обществу, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Рассмотрев имеющиеся в материалах дела доказательства, оценив доводы сторон, суд пришел к следующим выводам.

Защита гражданских прав осуществляется способами, предусмотренными статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также иными способами, закрепленными законом. При этом способ зашиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и характеру нарушения. Необходимым условием применения того или иного способа зашиты гражданских прав является обеспечение восстановления нарушенною права истца (пункт 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии пунктом 3 статьи 225.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) арбитражные суды рассматривают споры, связанные с созданием юридического лица, управлением им или участием в юридическом лице, являющемся коммерческой организацией, в том числе споры, по искам учредителей, участников, членов юридического лица о возмещении убытков, причиненных юридическому лицу.

В силу пункта 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Пунктом 2 указанной статьи установлено, что члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед Обществом за убытки, причиненные Обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Согласно пункту 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Исходя из пункта 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 ГК РФ: лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Из содержания указанной нормы права следует, что взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, и ее применение возможно лишь при наличии совокупности условий ответственности, предусмотренных законом.

Так, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт причинения убытков, их размер, противоправность поведения причинителя ущерба и юридически значимую причинную связь между поведением указанного лица и наступившим вредом. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

В пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62) разъяснено, что арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Аналогичные разъяснения приведены в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации». Директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Из правового анализа положений пункте 5 статьи 10 ГК РФ следует, что истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Согласно пункту 2 Постановления Пленума от 30.07.2013 №62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

- действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

- скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

- совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

- знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.).

Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу.

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.

Анализируя изложенное суд считает, что виновность директора в причинении убытков может констатироваться, когда директор, совершая действия, приведшие к убыткам, знал или мог знать и понимать, что своими действиями он нарушает нормы права регулирующие деятельность хозяйственных обществ, а также права участников общества или его действия по причинению вреда им осознавались. Также виновность директора может проявляться в принятии решения без достаточного анализа обстоятельств.

Таким образом, виновность директора может констатироваться, когда он осознано совершал действия, ведущие к убыткам (недобросовестность) либо безразлично или халатно относился к принятию решения (неразумность).

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Исходя из части 1 статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В соответствии с частью 2 указанной статьи арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Как следует из материалов дела 15.07.2011 между индивидуальным предпринимателем ФИО2 и обществом с ограниченной ответственностью «Береинское племенное хозяйство» в лице ФИО1 заключен договор купли-продажи оборудования - мельницы МЕЛЬНИК 200 ЛЮКС, стоимостью 1800000 руб. (т. 1 л.д. 36-38).

31.05.2013 общество с ограниченной ответственностью «Береинское племенное хозяйство» заключило договор об открытии кредитной линии с открытым акционерным обществом «Российский сельскохозяйственный банк», в соответствии с которым заемщику открыта кредитная линия на сумму 6000000 руб. на приобретение придорожного кафе для ведения коммерческой деятельности (т. 1 л.д. 58-66).

В качестве обеспечения по договору об открытии кредитной линии был заключен договор №134701/0009-5 от 31.05.2013 о залоге оборудования (т. 1 л.д. 53-57).

Предметом залога явилась модульная вальцовая мельница «Мельник 200 Люкс», состоящая из двадцати основных составных частей, 2007 года выпуска, производительностью 100кг./ч зерна, напряжение 380В, длинна 1,3 м., ширина 3,1 м., высота 2,5 м., масса 125 кг, балансовая стоимость 1404830 руб., залоговая стоимость 983381 руб. (т. 1 л.д. 57).

Оборудование в соответствии с условиями договора о залоге находилось у залогодателя в лице ФИО1 по адресу: Забайкальский край, Шилкинский район, с. Казаново, падь «Закамень».

В с. Казаново падь «Закамень» предпринимательскую деятельность ранее осуществлял КФХ ФИО6

Залогодержателем (АО «Россельхозбанк») осуществлялась ежеквартальная проверка предмета залога 26.08.2013, 25.11.2013, 24.03.2014, 18.06.2014, 22.09.2014, 12.12.2014, 13.03.2015, 16.06.2015, 18.09.2015, 03.12.2015, 27.04.2016, 25.08.2016, имущество имелось в наличии, нарушения условий хранения и эксплуатации в соответствии с условиями договора не было выявлено. Качественные и количественные характеристики соответствовали договору залога. Последняя проверка осуществлялась 25.08.2016.

Изменения в договор о залоге относительно объекта залога не вносились (т. 1 л.д. 149).

12.06.2015 ФИО5 на основании договора купли-продажи (т. 1 л.д. 33-34) приобрел долю в размере 100% общества с ограниченной ответственностью «Береинское племенное хозяйство» у ФИО1.

19.09.2016 кредитная линия обществом погашена.

21.09.2016 ФИО5 переданы банком документы по залоговому имуществу, в том числе Инструкция по эксплуатации на Мельницу Вальцевую МЕЛЬНИК 200 ЛЮКС, 2007 гв. (т. 1 л.д. 39, т. 2 л.д. 29-31).

В соответствии с Руководством по эксплуатации, переданным банком обществу в лице ФИО5, мельница вальцовая модульная – Мельник 200 Люкс имела заводской номер 054160107, 2007 года выпуска (т. 2 л.д. 29-31).

После погашения кредитной линии ФИО5 обнаружено, что предмет залога в месте его хранения отсутствует.

В момент покупки 100 % доли общества у ФИО1 акт приема-передачи имущества и документов не составлялся, мельница не передавалась. Факта реализации или иного отчуждения обществом не осуществлялось. В настоящее время имущество утрачено.

Истец обращался к ответчику с требованием о возврате указанного имущества, принадлежащего обществу, имущество не возвращено.

Представитель ответчика ФИО1 в отзыве на иск пояснил, что в апреле-мае 2015 года перед продажей доли все имущество было списано с баланса, так как техника пришла в негодность. Сотрудникам банка для проверки предоставлялась другая мельница, у ФИО6 была подобная, которой в настоящее время также в наличии нет.

В материалы дела ответчиком представлен договор №7 от 09.02.2007, в соответствии с которым КФХ ФИО6 приобрел у ООО «АгроМельСнаб» мельницу «Мельник 200Люкс» за 480000 руб., акт установки с номером мельницы 054160107 (т. 1 л.д. 119-123).

При рассмотрении дела №2-37/2019 в Шилкинском районном суде ФИО1 и ФИО6 поясняли, что банку в залог была передана мельница, приобретенная 15.07.2011 у ИП ФИО2 за 1800000 руб., после ее списания в 2015 году в период действия договора кредитной линии, банку для осмотра предоставлялась другая мельница «Мельник 200 Люкс» №054160107, принадлежащая КФХ Любар, приобретенная по договору от 09.02.2007. В настоящее время данная мельница также списана.

В материалы дела представлено решение №4/10 от 25.03.2015 единственного учредителя ООО «БПХ» ФИО1 и акт на списание с баланса предприятия и снятии с учета с/х техники и оборудования, в том числе Мельницы «Мельник 200 Люкс» (т. 1 л.д. 78-79).

Вместе с тем, отражение в бухгалтерской отчетности соответствующих обстоятельств в материалы дела не представлено. Доказательства фактического списания с баланса соответствующей мельницы и снятия с учета с/х техники и оборудования отсутствуют.

Также ни ответчиком, ни третьим лицом в материалы дела не представлено сведений о смене либо уменьшении залогового имущества в рамках действия договора о залоге.

Пояснения ФИО2 (т. 2 л.д. 58) о том, что мельница «Мельник Люкс 200» приобреталась в 2005-2006 году в Алтайском крае у официального торгового представителя ООО «АгроМельСнаб», на момент продажи обществу в 2011 году имела состояние «бывшее в употреблении», износ составлял 60-70%, но пригодно для его использования по прямому назначению на срок 2-3 года до его полного эксплуатационного износа не подтверждены соответствующими доказательствами, а также противоречат объяснениям ответчика, в соответствии с которыми мельница, приобретенная у ФИО2, бала предметом залога. В соответствии с договором о залоге оборудования предметом залога являлась мельница «Мельник 200 Люкс» 2007 года выпуска.

Согласно ответу ООО «Мельник» на судебный запрос в личных записях индивидуального предпринимателя ФИО7 (до 2011 года занимался производством мельниц «Мельник») по гарантийному обслуживанию мельница Мельник 200 Люкс с марта 2007 года числится за главой КФХ ФИО6, заводской номер 054160107. За гражданином ФИО2 ничего не числится, никаких данных о нем в связи с приобретением мельниц «Мельник» не имеется (т. 2 л.д. 67).

В ходе судебных заседаний в качестве свидетеля были допрошена ФИО8 (бухгалтер общества с 2009 по 2013 год (т. 2 л.д. 48-50), которая пояснила, что мельница «Мельник 200 Люкс» приобретена обществом в 2011 году, данная мельница была отражена на балансе общества и неоднократно отдавалась в банк в качестве залогового имущества.

Также в качестве свидетеля были допрошены ФИО9, которая пояснила, что с 2008-2009 года по июнь 2015 года работала вместе с семьей ФИО6 и ФИО1 на стоянке в <...>. На стоянке работала вместе с ФИО10, ФИО11, ФИО12. В 2011 или в 2012 году привезли мельницу, ФИО9 вместе с мужем ФИО10 устанавливали ее сами. Мельница была в рабоче состоянии, на ней мололи муку. Интенсивно мельница работала 1,5 года, затем периодически, вплоть до 2015 года мельница работала, кроме это мельницы никакой другой мельницы не было. Весной 2015 года никто ее не убирал, не демонтировал, она работала, замены на другую не было. Ежеквартально приезжал сотрудник банка, фотографировал и проверял мельницу.

Кроме того, в соответствии с Руководством по эксплуатации, переданным банком обществу в лице ФИО5, мельница вальцовая модульная – Мельник 200 Люкс имела заводской номер 054160107, 2007 года выпуска (т. 2 л.д. 29-31).

Согласно фотофиксации предварительной оценки имущества, производимой банком (т. 2 вх. А78-Д-4/66515 от 21.12.2020) при оформлении договора о залоге имущества 09.04.2013 была банку предоставлена мельница вальцовая модульная 2007 года выпуска с идентификационным номером 054160107.

Из приложения к договору о залоге оборудования следует, что предметом залога являлась модульная вальцовая мельница «Мельник 200 Люкс», состоящая из двадцати основных составных частей, 2007 года выпуска (т. 1 л.д. 57).

Таким образом, из указанных обстоятельств суд приходит к выводу, что предметом залога являлась Мельница Вальцевая МЕЛЬНИК 200 ЛЮКС, 2007 года выпуска с номером 054160107, банком ежеквартальная проверялась именно данная мельница, нарушений хранения соответствующей мельницы проверками банка установлено не было.

Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Противоречивая позиция ответчика на протяжении всего судебного разбирательства относительно того, что изначально документы на мельницу, представленные в банк для залога были перепутаны (документы на иную мельницу так и не представлены в материалы дела), в банк переданы документы на мельницу, принадлежащую КФХ ФИО6, а в залог передана мельница, приобретенная у ФИО2, затем (после судебных запросов и представления документов третьим лицом – банком, привлечения к участию в дело ФИО2) пояснения о том, что одна мельница была с документами, а вторая мельница приобреталась без документов суд расценивает как злоупотребление правом.

Исходя из документов, представленных банком, фотографий актов осмотра мельницы, договора купли-продажи от 15.07.2011, переданного в банк при залоге оборудования – мельницы, следует, что как в 2013 так и в 2016 году предметом залога являлась мельница «Мельник 200 Люкс» 2007 года выпуска с номером 054160107, приобретенная у ИП ФИО2, ранее принадлежавшая КФХ ФИО6

Документов, свидетельствующих о залоге третьего лица КФХ ФИО6, в материалы дела не представлено. Документы, свидетельствующие об ином оборудовании с иным номером, приобретенным у ИП ФИО2 (отличным от номера 054160107) (при отсутствии Приложения к договору) отсутствуют. Доказательства отсутствия возможности продажи в период с 2007 по 2011 год КФХ ФИО6 мельницы с номером 054160107 не доказано, учитывая, что документального подтверждения приобретения ФИО2 мельницы у официального торгового представителя ООО «АгроМельСнаб» в материалах дела нет.

Следовательно, ФИО1, действующей от имени общества в лице генерального директора, передала в залог банка принадлежащую обществу мельницу «Мельник 200 Люкс», приобретенную по договору от 15.07.2011, о наличии залогового имущества ФИО5 при продажи доли в уставном капитале общества не сообщила, после погашения кредитной линии обществом в лице директора ФИО5 распорядилась соответствующим имуществом в личных целях, указав, что соответствующая мельница принадлежит КФХ ФИО6

В статье 277 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что руководитель организации несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный организации.

В случаях, предусмотренных федеральными законами, руководитель организации возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями.

При этом расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами, предусмотренными гражданским законодательством.

В пункте 4 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 15.03.2005 № 3-П «По делу о проверке конституционности положений пункта 2 статьи 278 и статьи 279 Трудового кодекса Российской Федерации и абзаца второго пункта 4 статьи 69 Федерального закона «Об акционерных обществах» указано, что правовой статус руководителя организации (права, обязанности, ответственность) значительно отличается от статуса иных работников, что обусловлено спецификой его трудовой деятельности, местом и ролью в механизме управления организацией: он осуществляет руководство организацией, в том числе выполняет функции ее единоличного исполнительного органа, совершает от имени организации юридически значимые действия.

В силу заключенного трудового договора руководитель организации в установленном порядке реализует права и обязанности юридического лица как участника гражданского оборота, в том числе полномочия собственника по владению, пользованию и распоряжению имуществом организации, а также права и обязанности работодателя в трудовых и иных, непосредственно связанных с трудовыми, отношениях работниками, организует управление производственным процессом и совместным трудом.

Таким образом, сокрытие ФИО1 оборудования, принадлежащего обществу, после погашения ФИО5 кредитной линии, использование его в личных целях, является его прямым умышленным недобросовестным поведением, которые повлекли возникновение убытков у общества.

Таким образом, материалами дела подтверждено противоправное поведение, наличие причинно-следственной связи между убытками истца и действиями бывшего директора общества.

Однако, ответчиком заявлен довод о пропуске истцом срока исковой давности.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 03.11.2006 №445-О, действующее гражданское законодательство под исковой давностью понимает срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (статья 195 Гражданского кодекса Российской Федерации). Институт исковой давности в гражданском праве имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, способствовать соблюдению хозяйственных договоров, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов. Применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав.

Согласно пункту 1 статьи 192 Гражданского кодекса Российской Федерации срок, исчисляемый годами, истекает в соответствующие месяц и число последнего года срока.

Общий срок для защиты гражданских прав по иску лица, право которого нарушено (исковая давность), составляет три года (пункт 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 56 ГПК РФ, статьи 65 АПК РФ несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

С этого момента у заинтересованной стороны возникает право на иск.

Ответчик в отзыве (т. 1 л.д. 70-71) указывает, что истец приобрел 100 % доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Береинское племенное хозяйство» у ответчика 12.06.2015 и в пункте 1.3 договора указал, что ознакомился с бухгалтерскими документами его имущественным и финансовым положением, следовательно, с данной даты мог знать о нарушении своих прав относительно сданного в залог оборудования – мельницы. Также о наличии на балансе общества спорного имущества представитель узнал в момент подписания акта проверки залогового имущества сотрудниками банка 18.09.2015. Срок для предъявления требований о взыскании с ответчика убытков начал течь с 18.09.2015 и истекает 18.09.2018. Исковое заявление подано истцом 05.06.2020, то есть по истечении двух лет после окончания срока исковой давности, что исключает возможность удовлетворения исковых требований.

Истец указал, что генеральный директор общества ФИО5 узнал о том, что право нарушено 21.09.2016 при получении от АО «Россельхозюанк» по акту приема-передачи оригиналов документов, в том числе инструкции по эксплуатации на Мельницу Вальцевую МЕЛЬНИК-200 ЛЮКС, договор купли-продажи оборудования от 15.07.2011. Далее 31.08.2019 в срок, превышающий 1 год до истечения срока давности (21.09.2019) истец обратился в Шилкинский районный суд с виндикационным иском к ответчику (дело №2-37/2019). 23.04.2019 вынесено решение об отказе в удовлетворении исковых требований в связи с тем, что не установлен факт нахождения спорного имущества у ответчика, имущество утрачено. Апелляционным определением Забайкальского краевого суда от 08.08.2019 указанное решение оставлено без изменения. В соответствии с частью 1 статьи 204 ГК РФ срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права. Истечение срока исковой давности приходится на конец августа 2020 года.

Истец считает, что довод ответчика о том, что спорное имущество проверялось в 2015 году с участием директора ФИО5 опровергается фактическими обстоятельствами дела. В соответствии с ответом АО «Россельхозбанк» генеральный директор общества фактического участия в осмотрах не принимал, подписывал акты осмотра, где сведения о спорном имуществе находились среди иного заложенного имущества, о котором ему было известно. Началом течения срока исковой давности является 21.09.2016.

В соответствии с абзацем 2 части 10 Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» в случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено, самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или, должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия Директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

В соответствии с актом приема-передачи документов от 21.09.2016, составленным между АО «Россельхозбанк» и ООО «Береинское племенное хозяйство», ФИО5 принял на ровне с иными документами Инструкцию по эксплуатации на мельницу Вальцевую «Мельник-200 Люкс» (т. 1 л.д. 39).

При заключении договора купли-продажи доли 12.06.2015 в уставном капитале общества акты передачи не составлялись, чего не отрицал в судебных заседаниях ответчик. Доказательств извещения продавцом покупателя о нахождения в залоге банка спорного имущества на момент заключения договора купли-продажи доли в уставном капитале общества в материалы дела не представлено.

В соответствии с актами проверки оборудования от 18.09.2015, 03.12.2015, 27.04.2016, 25.08.2016 (т. 1 л.д. 82-83, 115-116), подписанными генеральным директором общества ФИО5 спорное имущество являлось предметом залога в соответствии с условиями договора №134701/0009-5 о залоге оборудования от 31.05.2013 и договора №134701/0009 об открытии кредитной линии от 31.05.2013, за сохранность залогового имущества несет ответственность залогодатель – общество с ограниченной ответственностью «Береинское племенное хозяйство» в лице ФИО5.

Как пояснил истец, акты осмотра подписывались в офисе банка, для осмотра в место хранения залогового имущества директор не выезжал.

Однако в соответствующих актах указаны договора, на основании которых спорное имущество является предметом залога, указан залогодатель, место нахождения имущества.

Следовательно, по мнению суда, истец имел реальную возможность узнать о наличии имущества на балансе общества с 18.09.2015, о нарушении своего права (возникновения убытков), отсутствии в месте, указанном в актах проверки оборудования, залогового имущества, утрате залогового имущества после 25.08.2016, учитывая, что по состоянию на 25.08.2016 сохранность залогового имущества была зафиксирована актом проверки оборудования, произведенной банком (т. 1 л.д. 116), нарушение условий хранения залогового имущества банком выявлено не было, условия договора о залоге выполнялись.

С иском истец обратился 05.06.2020.

Следовательно, срок исковой давности истек.

Доказательств приостановления или прерывания срока исковой давности на период времени, достаточный для вывода о соблюдении срока исковой давности, истцом не представлено в материалы дела.

Ссылка истца на статью 204 АПК РФ при обращении в Шилкинский районный суд с виндикационным иском судом отклоняется.

Пунктом 1 статьи 204 ГК РФ предусмотрено, что срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права.

При этом обращение в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права приостанавливает течение срока исковой давности применительно к дате нарушения права истца, а не дате избрания истцом способа его защиты.

По общему правилу выбор способа защиты принадлежит истцу, который выбирает тот или иной способ защиты в зависимости от нарушенного права и возможности его восстановления в полном объеме.

Обращение истца в Шилкинский районный суд с виндикационным иском, основанным на тех же фактических обстоятельствах, не приостанавливает течение срока исковой давности по иску, заявленному в настоящем деле.

Доводы истца об ином основаны на неверном толковании нормы статьи 204 ГК РФ.

Данный вывод соответствует правовой позиции, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2020 № 307-ЭС20-15926, от 19.06.2017 №308-ЭС17-4799.

Таким образом, требование истца о взыскании убытков удовлетворению не подлежит.

В соответствии со статьями 65 и 9 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требовании и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

На основании изложенного, оценив материалы дела в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, суд приходит к выводу о необходимости отказать в удовлетворении иска в связи с пропуском срока исковой давности.

Расходы по государственной пошлине согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Четвёртый арбитражный апелляционный суд в течение одного месяца со дня принятия через Арбитражный суд Забайкальского края.

Судья М.И. Обухова