Решение от 12 августа 2020 г. по делу № А79-1277/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЧУВАШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ-ЧУВАШИИ

428000, Чувашская Республика, г. Чебоксары, проспект Ленина, 4 http://www.chuvashia.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А79-1277/2020
г. Чебоксары
12 августа 2020 года
Резолютивная часть решения объявлена 05.08.2020. Полный текст решения изготовлен 12.08.2020.

Арбитражный суд Чувашской Республики - Чувашии в составе судьи Ильмент Н.И.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом заседании суда дело по иску общества с ограниченной ответственностью "Лавэлис" (428008, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью "Лавмода" (428008, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>) о признании недействительным договора субаренды нежилого помещения от 01.04.2019, применении последствий недействительности сделки в виде обязания возвратить 218 700 рублей,

при участии представителей:

от истца – ФИО2 (доверенность от 10.01.2020, диплом № ДВС 0905091),

от ответчика – ФИО3 (доверенность от 17.03.2020, диплом № ВСГ 2571378),

установил:

общество с ограниченной ответственностью "Лавэлис" (далее – истец, ООО "Лавэлис") обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью "Лавмода" (далее – ответчик, ООО "Лавмода") о признании недействительным договора субаренды нежилого помещения от 01.04.2019, применении последствий недействительности сделки в виде обязания возвратить 218 700 рублей.

Исковые требования основаны на статье 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее – Федеральный закон № 14-ФЗ), статьях 166, 167, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивированы тем, что договор является сделкой с заинтересованностью, заключен с нарушением требований законодательства.

В судебном заседании представитель истца исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении и письменных пояснениях.

Представитель ответчика исковые требования не признал по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление и дополнительных пояснениях к отзыву.

В судебном заседании на основании статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации был объявлен перерыв с 29.07.2020 до 16 часов 30 минут 05.08.2020.

Выслушав пояснения представителей сторон, изучив материалы дела, суд установил следующее.

Из представленных в материалы дела документов следует, что ФИО4 (далее – ФИО4) являлась генеральным директором ООО "Лавэлис".

15.09.2019 единственным участником ООО "Лавэлис" ФИО5 (далее – ФИО5) принято решение № 2 о досрочном прекращении полномочий генерального директора ФИО4, назначении ФИО5 генеральным директором ООО "Лавэлис".

Согласно выписке из единого государственного реестра юридических лиц ФИО4 является директором и единственным участником ООО "Лавмода".

01.04.2019 ответчиком (арендатор) и индивидуальным предпринимателем ФИО6 (далее – арендодатель, ИП ФИО6) заключен договор аренды нежилых помещений (далее – договор аренды от 01.04.2019), по условиям которого арендодатель сдает, а арендатор принимает в аренду нежилые помещения, грузоподъмный таль 3т, находящиеся по адресу: 428008, <...>; площадь сдаваемых в аренду помещений – 439,05 кв.м.

В силу пункта 2.7 договора аренды от 01.04.2019 арендатор вправе с согласия арендодателя сдавать арендованное имущество в субаренду.

По акту приема-передачи от 01.04.2019 арендодатель передал помещение арендатору.

01.04.2019 между истцом (субарендатор) и ответчиком (арендатор) заключен договор субаренды нежилого помещения (далее – договор субаренды), согласно которому арендатор сдает, а субарендатор принимает в субаренду нежилое помещение, расположенное по адресу: 428008, <...>, общей площадью 145 (сто сорок пять) кв.м. для использования под швейное производство.

Пунктом 3.1 договора субаренды установлено, что стоимость субаренды помещения составляет 36 450 (тридцать шесть тысяч четыреста пятьдесят) рублей в месяц.

Помещение сдается в субаренду сроком до 01.10.2019 (пункт 6.1 договора субаренды).

Договор субаренды подписан от арендатора директором ФИО4 субарендатора – генеральным директором ФИО4

По акту приема-передачи нежилого помещения по договору субаренды от 01.04.2019 помещение передано субарендатору.

Платежными поручениями от 26.04.2019 № 142, 22.05.2019 № 181, 27.06.2019 № 234, 23.07.2019 № 275, 08.08.2019 № 300 ответчику перечислено 218 000 рублей арендной платы по договору субаренды.

Истец, полагая, что договор субаренды является недействительным, поскольку является сделкой с заинтересованностью и требует одобрения участника ООО "Лавэлис", обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Проанализировав и оценив в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные доказательства, арбитражный суд приходит к следующим выводам.

Статьей 606 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что по договору аренды арендодатель обязуется предоставить арендатору имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

В силу пункта 2 статьи 615 Гражданского кодекса Российской Федерации арендатор вправе с согласия арендодателя сдавать арендованное имущество в субаренду (поднаем) и передавать свои права и обязанности по договору аренды другому лицу (перенаем), предоставлять арендованное имущество в безвозмездное пользование, а также отдавать арендные права в залог и вносить их в качестве вклада в уставный капитал хозяйственных товариществ и обществ или паевого взноса в производственный кооператив, если иное не установлено Гражданским кодексом Российской Федерации, другим законом или иными правовыми актами.

В соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав может осуществляться путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (пункт 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 статьи 45 Федерального закона № 14-ФЗ указано на то, что сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные организации): являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; являются контролирующим лицом юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

По смыслу статьи 45 Федерального закона № 14-ФЗ заинтересованность в сделке может иметь место тогда, когда одно и то же лицо связано не с одной, а с обеими сторонами сделки, в силу обстоятельств, указанных в статье 45 Федерального закона № 14-ФЗ.

По правилам статьи 45 пункта 3 Федерального закона № 14-ФЗ общество обязано извещать о совершении сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, незаинтересованных участников общества в порядке, предусмотренном для извещения участников общества о проведении общего собрания участников общества, а при наличии в обществе совета директоров (наблюдательного совета) - также незаинтересованных членов совета директоров (наблюдательного совета) общества.

В силу положений пункта 6 статьи 45 Федерального закона № 14-ФЗ сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной (пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации) по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества, если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение. При этом отсутствие согласия на совершение сделки само по себе не является основанием для признания такой сделки недействительной.

Ущерб интересам общества в результате совершения сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, предполагается, если не доказано иное, при наличии совокупности следующих условий: отсутствует согласие на совершение или последующее одобрение сделки; лицу, обратившемуся с иском о признании сделки недействительной, не была по его требованию предоставлена информация в отношении оспариваемой сделки в соответствии с абзацем первым настоящего пункта.

Из буквального толкования указанного пункта следует, что по общему правилу наличие неблагоприятных последствий, возникающих у общества или его участников при заключении сделки с заинтересованностью не презюмируются, то есть истец в соответствии с требованиями статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должен доказать наличие вышеназванных обстоятельств.

Сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица (пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица (далее в этом пункте - представитель).

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

Таким образом, иск ООО "Лавэлис" может быть удовлетворен лишь в том случае, если совершение сделки повлекло за собой возникновение неблагоприятных последствий для ООО "Лавэлис" и его участника, а целью обращения в суд является восстановление этих нарушенных прав и интересов.

Из материалов дела следует и сторонами не оспорено, что договор субаренды со стороны арендатора и субарендатора подписан одним и тем же лицом – ФИО4, которая на момент заключения спорного договора являлась директором ООО "Лавмода" и генеральным директором ООО "Лавэлис".

Данное обстоятельство, во взаимосвязи с положениями статьи 45 Федерального закона № 14-ФЗ свидетельствует о том, что договор субаренды отвечал признакам сделок с заинтересованностью, а потому при его заключении требовалось соблюдение требований статьи 45 Федерального закона № 14-ФЗ.

Судом установлено и сторонами не опровергнуто, что ФИО4 не получала согласия участников ООО "Лавэлис" на заключение спорного договора субаренды.

Доказательств того, что участник ООО "Лавэлис" обращался к ФИО4 с требованием предоставить информацию в отношении оспариваемого договора субаренды материалы дела не содержат.

Кроме того, ООО "Лавэлис" направило ответчику письмо от 30.10.2019 о том, что договор субаренды исполнялся надлежащим образом и считается пролонгированным на тех же условиях на тот же срок, пописанное генеральным директором ООО "Лавэлис" ФИО5

Таким образом, ФИО5, являющаяся единственным участником ООО "Лавэлис", знала о заключенном договоре субаренды.

Доказательств того, что действия ФИО4 направлены на причинение ущерба истцу, в материалы дела не представлены.

Исследуя вопрос о причинении явного ущерба истцу, наступления неблагоприятных последствий для истца, суд считает данные обстоятельства также не нашедшими свое подтверждение.

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суду не представлены доказательства причинения истцу ущерба в результате заключения договора субаренды.

В ходе рассмотрения дела истец не представил доказательств того, что арендная плата, установленная в договоре субаренды, значительно выше рыночной.

Из материалов дела следует, что между ИП ФИО6 и истцом были заключены договоры аренды нежилых помещений от 04.05.2016, 04.04.2017, 04.03.2018 № 2, 04.02.2019 № 1, по условиям которых истцу в аренду передавались нежилые помещения, грузоподъемный таль 3т, находящиеся по адресу: 428008, <...>, площадью 439,05 кв.м. Стоимость аренды одного квадратного метра по указанным договорам составляла 236 рублей 83 копейки.

Исходя из пункта 3.1 спорного договора субаренды стоимость аренды одного квадратного метра в месяц по спорному договору субаренды составила 251 рубль 37 копеек (36 450 рублей / 145 кв.м. = 251 рубль 37 копеек).

Таким образом, стоимость аренды одного квадратного метра по спорному договору субаренды не значительно превышает стоимость аренды одного квадратного метра по ранее заключенным истцом договорам аренды с ИП ФИО6

Кроме того, из материалов дела следует, что 16.11.2019 между ИП ФИО6 и истцом заключен договор аренды нежилых помещений, находящихся по адресу: 428008, <...>; площадью 439,05 кв.м., стоимость аренды одного квадратного метра в месяц по которому составила 263 рубля 66 копеек.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что условия договора субаренды для истца были выгоднее, чем условия договора аренды от 16.11.2019.

Истец указал на то, что у истца отсутствовало оборудование для организации швейного производства, поскольку оборудование было передано ответчику в аренду по договору аренды оборудования от 01.04.2019 № 01/19.

Между тем из указанного договора аренды оборудования от 01.04.2019 № 01/19 невозможно установить, какое именно оборудование было передано ответчику.

В параграфе "Активы и обязательства" отчета по аудиторской проверке финансово-хозяйственной деятельности истца за 2019 год, выполненного обществом с ограниченной ответственностью "Волжско-Камское аудиторское агенство" (далее - отчет по аудиторской проверке), указано на списание оборудования (таблица 11). Между тем к указанному в таблице 11 оборудованию имеется пометка о том, что фактически оборудование находится у истца и продолжает использоваться им в производственной деятельности.

Кроме того, из параграфа "Материалы и готовая продукция" отчета по аудиторской проверке следует, что производство готовых изделий осуществлялось единым процессом – без разделения на производство готовой продукции из материалов истца, ответчика.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что в пользовании истца в период после заключения договора субаренды имелось оборудование для производства готовой продукции.

Довод истца о том, что у истца отсутствовали сотрудники, судом отклоняется как противоречащий материалам дела.

Из отчета по аудиторской проверке, книги учета движения трудовых книжек истца, сведений о застрахованных лицах по форме СЗВ-М, расчетов сумм налога на доходы физических лиц, исчисленных и удержанных налоговым агентам, расчетов по страховым взносам следует, что в период после заключения спорного договора субаренды у истца имелись сотрудники, в том числе: швеи, технолог, менеджер по снабжению.

Довод истца о массовом увольнении сотрудников 05.04.2019 не свидетельствует о полном отсутствии у истца сотрудников после заключения спорного договора субаренды.

Из отчета по аудиторской проверке также следует, что в период после заключения договора субаренды истцом выпускалась, а также реализовалась готовая продукция.

При условии наличия у истца сотрудников и осуществления выпуска и реализации продукции довод истца об отсутствии необходимости использования помещения по договору субаренды судом не принимается.

Истец в обоснование заявленных требований указал на резкое снижение реализации готовой продукции и снижение прибыли.

Оценив указанный довод, суд приходит к выводу об отсутствии причинно-следственной связи между заключением спорного договора субаренды и снижением у истца реализации готовой продукции и прибыли.

Доказательств обратного истцом в нарушение статьи 45 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.

Истец указывал на то, что оспариваемый договор субаренды выходил за пределы обычной хозяйственной деятельности.

Под сделками, не выходящими за пределы обычной хозяйственной деятельности, понимаются любые сделки, которые приняты в деятельности соответствующего общества либо иных хозяйствующих субъектов, осуществляющих аналогичные виды деятельности, независимо от того, совершались ли такие сделки таким обществом ранее, если такие сделки не приводят к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов (пункт 8 статьи 46 Федерального закона № 14-ФЗ).

В соответствии с пунктом 7 статьи 45 Федерального закона № 14-ФЗ положения настоящей статьи не применяются, в частности, к сделкам, совершаемым в процессе обычной хозяйственной деятельности общества, при условии, что обществом неоднократно в течение длительного периода времени на схожих условиях совершаются аналогичные сделки, в совершении которых не имеется заинтересованности, в том числе к сделкам, совершаемым кредитными организациями в соответствии со статьей 5 Федерального закона "О банках и банковской деятельности".

Поскольку истцом неоднократно в течение длительного периода времени на схожих условиях совершались аналогичные сделки, в совершении которых не имеется заинтересованности (договоры аренды нежилых помещений от 04.05.2016, 04.04.2017, 04.03.2018 № 2, 04.02.2019 № 1, 16.11.2019), суд считает, что оспариваемая сделка не выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности ООО "Лавэлис".

Таким образом, из представленных в материалы дела документов следует, что рассматриваемая сделка отвечает интересам и целям деятельности истца, является для него обычной хозяйственной сделкой, и не повлекла каких-либо негативных последствий.

При таких обстоятельствах арбитражный суд приходит к выводу о том, что оснований для признания договора субаренды по основаниям, предусмотренным статьей 45 Федерального закона № 14-ФЗ и пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется.

Истец в исковом заявлении, указывая на недействительность договора субаренды, сослался на пункт 3 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 3 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что представитель не может совершать сделки от имени представляемого в отношении себя лично, а также в отношении другого лица, представителем которого он одновременно является, за исключением случаев, предусмотренных законом. Сделка, которая совершена с нарушением правил, установленных в абзаце первом настоящего пункта, и на которую представляемый не дал согласия, может быть признана судом недействительной по иску представляемого, если она нарушает его интересы. Нарушение интересов представляемого предполагается, если не доказано иное.

Вместе с тем положения, предусмотренные пунктом 3 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации направлены исключительно на защиту интересов представляемого от возможного их ущемления представителем в условиях конфликта интересов. В связи с этим сделка, совершенная с нарушением интересов представляемого вопреки ограничениям, установленным указанными правовыми положениями, может быть признана недействительной по иску представляемого.

Действующее законодательство не отождествляет орган юридического лица и представителя, что следует из последней редакции пункта 1 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, из которого исключена ссылка на пункт 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами.

Из этого следует, что ограничение, установленное пунктом 3 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации, к спорным правоотношениям не применяется, так как в указанных отношениях ФИО4 выступает от имени организации не в качестве представителя ООО "Лавэлис", а в качестве его органа управления.

Подобная сделка может быть предметом самостоятельного спора в соответствии с положениями статьи 45 Федерального закона № 14-ФЗ.

Данный правовой подход следует из разъяснений, приведенных в пункте 121 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации".

Таким образом, основания для признания договора недействительным по пункту 3 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют.

Истец также пояснял, что оспариваемый договор субаренды заключен со злоупотреблением правом со стороны директора ответчика ФИО4

Согласно правовой позиции, приведенной в пункте 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2015), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2015, злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, поэтому такая сделка признается недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Таким образом, указанная норма права закрепляет принцип недопустимости злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских прав волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенным (неправомерным) и признаются злоупотреблением правом. При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить право во вред другому лицу.

Одновременно в пункте 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации законодатель закрепил презумпцию добросовестности и разумности действий участников гражданских правоотношений, это означает, что в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

При этом доказывать недобросовестность или неразумность действий должен тот, кто с таким поведением связывает правовые последствия.

Действия по заключению сделки могут быть признаны злоупотреблением правом, если будет установлено, что такая сделка направлена исключительно на нарушение прав и законных интересов иных лиц. При этом, исключительная направленность сделки на нарушение прав и законных интересов других лиц должна быть в достаточной степени очевидной, исходя из презумпции добросовестности поведения участников гражданского оборота.

Таким образом, заявитель, требующий признать сделку недействительной как несоответствующую статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, должен доказать наличие у сторон сделки намерения причинить вред другому лицу.

Доказательств того, что заключая оспариваемую сделку, ФИО4 действовала исключительно с целью причинить ущерб истцу, истец вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суду не представил.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной и по причине злоупотребления правом.

На основании изложенного суд не находит оснований для признания договора субаренды недействительным и применения последствий недействительности сделки.

Истцом при подаче иска платежным поручением от 11.02.2020 № 54 уплачена государственная пошлина в размере 7 374 рублей.

В силу статьи 102 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания и порядок уплаты государственной пошлины, а также порядок предоставления отсрочки или рассрочки уплаты государственной пошлины устанавливаются в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

В пункте 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 № 46 "О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах" разъяснено, что при применении подпункта 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации следует иметь в виду, что использованное в нем для целей исчисления государственной пошлины понятие спора о признании сделки недействительной охватывает как совместное предъявление истцом требований о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности, так и предъявление истцом любого из данных требований в отдельности. С учетом этого размер государственной пошлины при обращении в арбитражный суд с исковым заявлением о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности составляет 4 000 рублей.

Согласно подпункту 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче искового заявления по спорам, возникающим при заключении, изменении или расторжении договоров, а также по спорам о признании сделок недействительными государственная пошлина уплачивается в размере 6 000 рублей.

Подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации установлено, что уплаченная государственная пошлина подлежит возврату частично или полностью в случае уплаты государственной пошлины в большем размере, чем это предусмотрено главой 25.3 Налогового кодекса Российской Федерации.

Таким образом, истцом излишне уплачена государственная пошлина в размере 1 374 рублей, которая подлежит возврату истцу на основании статьи 104 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 1 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 000 рублей относятся на истца.

Руководствуясь статьями 104, 110, 167 – 170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

в удовлетворении иска отказать.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью "Лавэлис" из федерального бюджета 1 374 (одну тысячу триста семьдесят четыре) рубля государственной пошлины, уплаченной платежным поручением от 11.02.2020 № 54.

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд, г. Владимир, в течение месяца с момента его принятия.

Решение арбитражного суда первой инстанции может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Волго-Вятского округа, г. Нижний Новгород, при условии, что оно было предметом рассмотрения Первого арбитражного апелляционного суда или Первый арбитражный апелляционный суд отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Кассационная жалоба может быть подана в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемых решения, постановления арбитражного суда.

Жалобы подаются через Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии.

Судья

Н.И. Ильмент