Решение от 27 января 2021 г. по делу № А72-16925/2019

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А72-16925/2019
27 января 2021 года
г. Ульяновск


Резолютивная часть решения объявлена 20 января 2021 года. Полный текст решения изготовлен 27 января 2021 года

Арбитражный суд Ульяновской области

в составе: судьи Чудиновой В.А.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании исковое заявление ФИО2 в интересах общества с ограниченной ответственностью «Номатекс» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Моторика» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

о признании недействительными сделок и применении последствий недействительности сделки

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ульяновской области

при участии:

от истца – ФИО9, доверенность от 23.04.2018 (до перерыва); ФИО10, доверенность от 11.03.2020, ФИО11, доверенность от 24.12.2020 (после перерыва);

от ответчика - ФИО12, доверенность от 11.11.2019;

от ООО «Номатекс» – ФИО13, доверенность от 11.01.2021 (до перерыва); ФИО14, доверенность от 09.01.2021; ФИО15, доверенность от 01.08.2019 (после перерыва);

от ФИО4 и ФИО8 - ФИО12, доверенности от 20.04.2018, 23.04.2018;

от иных третьих лиц – не явились, уведомлены;

установил:

ФИО2 в интересах ООО «Номатекс» обратился в Арбитражный суд Ульяновской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Моторика» о признании недействительным договора № 18-05/14 от 07.05.2014 купли-продажи недвижимого имущества в редакции дополнительного соглашения № 1 от 19.04.2016, дополнительного соглашения № 2 от 23.05.2016, оформленных между ООО «Номатекс» и ООО «Моторика»; применении последствий недействительности сделок в виде возврата в собственность ООО «Номатекс» объектов недвижимого имущества: здания производственного корпуса - цеха литья, общей площадью 1 194,90 кв.м., расположенного по адресу: <...>, кадастровый номер 73:08:041201:2093; земельного участка из категории земель: земли населенных пунктов, площадью 2 657 кв.м.; кадастровый номер 73:08:041201:2233, расположенного по адресу: Российская Федерация, Ульяновская область, Мелекесский район, р.п. Новая Майна.

Определением суда от 24.10.2019 исковое заявление принято к производству; к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, Управление Росреестра по Ульяновской области, общество с ограниченной ответственностью «Номатекс».

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 14.02.2020 исковые требования оставлены без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 14.09.2020 решение Арбитражного суда Ульяновской области от 14.02.2020 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2020 по делу № А72-16925/2019 отменены. Дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ульяновской области.

Определением суда от 25.09.2020 дело принято к производству на новое рассмотрение.

Определение суда от 15.10.2020 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО8.

В судебное заседание 14.01.2021 третьи лица, ФИО3, ФИО5, ФИО6, ФИО7, Управление Росреестра по Ульяновской области, не явились, извещены о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

В судебном заседании представитель истца на исковых требованиях и на проведении судебной строительной, оценочной и бухгалтерской экспертизы настаивал по основаниям, указанным в иске, дополнениях к нему. Указывал на мнимость сделки и на злоупотребление правом сторонами при заключении сделки, возражал по заявлению ответчика о пропуске срока исковой давности.

Представители ответчика, ООО «Номатекс», третьих лиц возражали против удовлетворения исковых требований и ходатайства истца о проведении судебной экспертизы. Ответчик на ранее заявленном ходатайстве о пропуске срока исковой давности настаивал.

В судебном заседании 14.01.2021 объявлен перерыв в порядке статьи 163 АПК РФ до 20.01.2021 до 11-20 час. с целью ознакомления истца с материалами дела.

После перерыва иные третьи лица в судебное заседание не явились, о дате и времени судебного заседания извещены надлежащим образом согласно информации о перерывах в судебных заседаниях, размещенной на официальном сайте Арбитражного суда Ульяновской области http://ulyanovsk.arbitr.ru.

После перерыва стороны, третьи лица поддержали изложенную ранее позицию по делу.

Истец повторно заявил ходатайство об истребовании у Администрации МО Мелекесский район Ульяновской области документов, ранее истребованных судом.

Определением суда от 15.12.2020 по ходатайству истца судом у Администрации муниципального образования Мелекесский район Ульяновской области были истребованы документы, на основании которых обществу «Номатекс» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) выданы разрешения на строительство № RU73222000000-85 от 19.10.2012 и на ввод объекта в эксплуатацию № RU73222000000-38 от 16.12.2013.

Сопроводительным письмом от 26.12.2020 Администрация муниципального образования Мелекесский район Ульяновской области направила в суд копии запрошенных судом документов.

Основания для повторного истребования тех же документов у суда не имеются.

Ходатайства истца об истребовании документов и о назначении по делу судебной экспертизы судом оставлено без удовлетворения в порядке статьи 159 АПК РФ ввиду отсутствия процессуальных оснований.

Исследовав и оценив представленные документы, заслушав стороны, третьих лиц, суд считает, что исковые требования следует оставить без удовлетворения по следующим основаниям.

Согласно материалам дела 07.05.2014 между ООО «Номатекс» (продавец) и ООО «Моторика» (покупатель) заключен договор № 18-05/14 купли-продажи недвижимого имущества, согласно которому продавец продал, а покупатель купил здание производственного корпуса - цеха литья общей площадью 1 194,90 кв.м, расположенное по адресу: <...> (пункт 1.1 договора).

Недвижимое имущество является собственностью продавца на основании разрешения на ввод объекта в эксплуатацию от 16.12.2013 № RU 73222000000-38, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права серии 73-АА № 770375, кадастровый номер объекта 73:08:041201:2093 (пункт 1.2 договора).

Стоимость указанного в пункте 1.1 договора недвижимого имущества составляет 36 153 876,04 руб. (в т.ч. НДС 5 514 998,04 руб.) (пункт 2.1 договора).

Согласно пункту 2.2 договора покупатель обязуется выплатить стоимость недвижимого имущества, указанную в пункте 2.1 договора, на условиях предоплаты в размере 50% (18 076 938,02 руб.) до 30.06.2014, окончательный расчет – в течение 6 месяцев с момента первого платежа.

Согласно пункту 3.4 договора недвижимое имущество, указанное в пункте 1.1 договора, находится на земельном участке кадастровый номер 73:08:041201:1483.

19.04.2016 стороны заключили дополнительное соглашение № 1 к договору, согласно которому предмет договора купли-продажи дополнен пунктом 1.2.1 следующего содержания: продавец продал, а покупатель купил земельный участок из категории земель: земли населенных пунктов, площадью 2 657 кв.м., кадастровый номер 73:08:041201:2233, расположенный по адресу: <...>, являющейся собственностью продавца.

Стоимость земельного участка определена в сумме 700 000 руб., продавец обязуется оплатить указанную стоимость до 31.05.2016 (пункт 2.4 в редакции дополнительного соглашения от 19.04.2016 № 1).

Изменена редакция пункта 3.4 договора, согласно новой редакции: недвижимое имущество, указанное в разделе 1 договора, расположено в границах земельного участка, площадью 108 405 кв.м., кадастровый номер 73:08:041201:2232, находящегося в собственности продавца, свидетельство о праве собственности № 197062 от 08.04.2016.

Дополнительным соглашением от 23.05.2016 № 2 пункт 3.4 договора изложен в следующей редакции: доступ на территорию продаваемых настоящим договором объектов осуществляется через земельный участок продавца, кадастровый номер 73:08:041201:2232, расположенный по адресу: <...>.

В соответствии с пунктом 1 статьи 549 Гражданского кодекса РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество.

На основании пункта 1 статьи 486 Гражданского кодекса РФ покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.

07.05.2014 по акту приема-передачи ООО «Номатекс» передало, а ООО «Моторика» приняло здание производственного корпуса - цеха литья общей площадью 1 194,90 кв.м, расположенное по адресу: <...>.

19.04.2016 по акту приема-передачи ООО «Номатекс» передало, а ООО «Моторика» приняло земельный участок, категории: земли населенных пунктов, площадью 2 657 кв.м., кадастровый номер 73:08:041201:2233, расположенный по адресу: <...>.

25.05.2016 Управление Росреестра по Ульяновской области осуществило государственную регистрацию перехода права собственности на проданные объекты недвижимого имущества (здание и земельный участок).

В обоснование исковых требований истец указывает, что договор от 07.05.2014 в редакции дополнительных соглашений №№ 1, 2 является мнимой сделкой, поскольку сделка совершена аффилированными лицами, заключение договора носило формальный характер, оплата по договору не производилась, стоимость здания составила стоимость проведенных ООО «Моторика» работ в этом здании, в зачет которых это здание и было продано, тогда как, по мнению истца, работы ООО «Моторика» не производило, имущество не выбывало из владения ООО «Номатекс». Кроме того, договор имеет признаки сделки с заинтересованностью, однако его заключение общим собранием участников общества «Номатекс» не одобрялось, заключением сделки причинен ущерб интересам ФИО2

Представители сторон сделки, третьих лиц возражали против удовлетворения иска, указывая на реальность сделки, ее возмездный характер и отсутствие негативных последствий, ущерба в результате совершенной сделки для самого общества и его участника. Кроме того, ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности.

При оценке доводов сторон судом установлено следующее.

Согласно пункту 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 ГК РФ), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 65.2 ГК РФ).

В случае оспаривания участником заключенных корпорацией сделок, предъявления им требований о применении последствий их недействительности или о применении последствий недействительности ничтожных сделок ответчиком является контрагент корпорации по спорной сделке.

Иные участники корпорации, несогласные с заявленными требованиями, вправе вступить в дело на стороне ответчика в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований.

Согласно пункту 1 статьи 168 Гражданского кодекса РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 указанной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Как разъяснено в пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части I Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25), сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой.

Согласно статье 10 Гражданского кодекса РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 разъяснено, согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 указано, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25).

В соответствии с частью 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ мнимой сделкой считается такая сделка, которая совершена лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

В силу указанной нормы права признаком мнимой сделки является отсутствие волеизъявления на исполнение заключенной сделки у обеих ее сторон, а также отсутствие намерения сторон фактически исполнить сделку.

Как указано в абзацах 2, 3 пункта 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25, следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ.

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной.

Сложившаяся судебная практика исходит из того, что намерения одного участника заключить мнимый договор недостаточно для вывода о ничтожности сделки на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ. Данная норма подлежит применению при установлении порока воли всех сторон договора (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2005 N 10505/04, от 05.04.2011 N 16002/10).

Таким образом, данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имели намерений ее исполнять или требовать ее исполнения.

При этом исполнение (полное или частичное) договора одной из сторон свидетельствует об отсутствии оснований для признания договора мнимой сделкой.

Установление обстоятельств, которые свидетельствуют о совершении конкретных действий, направленных на создание соответствующих заключенным сделкам правовых последствий, исключает применение пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ (пункт 4 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации «Некоторые вопросы судебной практики Верховного Суда Российской Федерации по гражданским делам», Постановление Президиума ВАС РФ от 29.10.2002 N 6282/02, Определение Верховного Суда РФ от 28.05.2013 N 5-КГ13-49).

Материалами дела подтверждается и сторонами не оспаривается, что сделка купли-продажи совершена аффилированными лицами.

Судебная практика исходит из того, что факт совершения сделки аффилированными лицами, сам по себе не свидетельствует о ее мнимости (Определение Верховного Суда РФ от 20.06.2018 N 309-ЭС16-19222(10) по делу N А60-8047/2015, постановление Президиума Суда по интеллектуальным правам от 11.12.2020 N С01-1354/2020 по делу N СИП-302/2020).

В связи с чем, довод истца о мнимости сделки по тому основанию, что она совершена аффилированными лицами, судом подлежит отклонению как несостоятельный.

Правовыми последствиями заключения договора купли-продажи являются передача имущества в собственность другому лицу (статьи 486, 506 ГК РФ).

Следовательно, мнимость договора купли-продажи исключает намерение продавца передать имущество в собственность другому лицу и получить определенную денежную сумму, с одной стороны, и намерение покупателя принять от продавца это имущество в собственность и уплатить за него обусловленную договором цену, - с другой.

Как указано выше, 07.05.2014 по акту приема-передачи ООО «Номатекс» передало, а ООО «Моторика» приняло здание производственного корпуса - цеха литья общей площадью 1 194,90 кв.м, расположенное по адресу: <...>.

19.04.2016 по акту приема-передачи ООО «Номатекс» передало, а ООО «Моторика» приняло земельный участок, категории: земли населенных пунктов, площадью 2 657 кв.м., кадастровый номер 73:08:041201:2233, расположенный по адресу: <...>.

25.05.2016 зарегистрирован переход права собственности на объекты недвижимого имущества (здание и земельный участок).

Применительно к длительному временному разрыву между заключением договора в 2014 году и регистрацией перехода права собственности на недвижимое имущество за ответчиком судом установлено следующее.

Как указано выше, договор купли-продажи здания заключен 07.05.2014, при этом из его содержания следует, что предметом купли-продажи является только здание, без земельного участка.

19.04.2016 дополнительным соглашением № 1 к договору дополнен предмет сделки - земельным участком, площадью 2 657 кв.м, кадастровый номер 73:08:041201:2233, при этом в пункте 3.4 дополнительного соглашения указано, что недвижимое имущество находится в границах земельного участка, площадью 108 405 кв.м, кадастровый номер 73:08:041201:2232.

23.05.2016 дополнительным соглашением № 2 стороны оформили доступ на территорию продаваемых объектов недвижимости через земельный участок продавца, кадастровый номер 73:08:041201:2232.

Соответственно, сделка по отчуждению здания и земельного участка является единой сделкой, на что также указано судом кассационной инстанции по делу.

Согласно подпункту 5 пункта 1 статьи 1 Земельного кодекса РФ одним из основных принципов земельного законодательства является принцип единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов, согласно которому все прочно связанные с земельными участками объекты следуют судьбе земельных участков, за исключением случаев, установленных федеральными законами.

В силу пункта 4 статьи 35 названного кодекса не допускается отчуждение земельного участка без находящихся на нем здания, сооружения в случае, если они принадлежат одному лицу.

Таким образом, законодательством предусмотрен запрет перехода земельного участка в собственность другого лица отдельно от расположенного на этом участке здания, если эти земельный участок и здание принадлежат одному лицу.

На указанное ссылались представители ООО «Моторика», ООО «Номатекс», давая суду пояснения по указанному вопросу. Пояснили, поскольку при подаче на регистрацию только договора купли-продажи здания (без земли), предварительно заявителем были получены сведения об отказе государственной регистрации, было подано заявление о прекращении государственной регистрации, с целью сохранения части уплаченной государственной пошлины и принятия мер к оформлению земельного участка под зданием и заключению дополнительного соглашения к договору.

Указанное соответствует законодательству и обычному поведению лиц, представивших документы на регистрацию, и получивших информацию об очевидных и бесспорных основаниях для отказа в государственной регистрации.

Не подлежит возврату государственная пошлина, уплаченная за государственную регистрацию прав, ограничений прав и обременений объектов недвижимости, в случае отказа в государственной регистрации. При прекращении государственной регистрации права, ограничения (обременения) права на недвижимое имущество, сделки с ним на основании соответствующих заявлений сторон договора возвращается половина уплаченной государственной пошлины (статья 31 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ, статья 333.40 НК РФ).

ООО «Номатекс» пояснило, с целью соблюдения требования законодательства и реализации земельного участка понадобилось время для оформления земельного участка под зданием. Земельный участок, площадь 111 062 кв.м. с кадастровым номером 73:08:041201:1483 был разделен на два земельных участка: с кадастровым номером 73:08:041201:2233 (предмет оспариваемой сделки), площадь 2 657 кв.м. и с кадастровым номером 73:08:041201:2232, площадь 108 405 кв.м.

После оформления земельного участка было подготовлено соответствующее дополнительное соглашение по договору и документы переданы для регистрации перехода права собственности.

Указанное подтверждается материалами дела.

Согласно кадастровому паспорту на здание объект недвижимости находился в пределах земельного участка, кадастровый номер 73:08:041201:1483.

Согласно кадастровому паспорту на земельный участок с кадастровым номером 73:08:041201:2233 (предмет оспариваемой сделки) данный земельный участок образован из земельного участка, кадастровый номер, 73:08:041201:1483, и поставлен на кадастровый учет 24.03.2016; указаны особые отметки: для данного земельного участка обеспечен доступ посредством земельного участка с кадастровым номером 73:08:041201:2232, что соответствует условиям дополнительного соглашения № 2 к договору об оформлении доступа на территорию продаваемых объектов недвижимости через земельный участок продавца, кадастровый номер 73:08:041201:2232.

В указанной ситуации такие пояснения сторон, с документальным обоснованием, для суда представляются обоснованными.

Довод истца о том, что спорное имущество не выбыло из владения общества «Номатекс» и общество продолжает нести бремя его содержания, материалами дела не подтвержден.

Истец, настаивая на мнимости договора, сам указывает о выбытии у ООО «Номатекс» активов, передаче имущества обществу «Моторика» в счет несуществующей задолженности, одновременно требуя применения последствий недействительности сделки в виде возврата обществом «Моторика» имущества ООО «Номатекс», что не соответствует статье 167 Гражданского кодекса РФ и противоречит доводам самого истца о мнимости сделки.

Поскольку пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса РФ связывает применение реституции с фактом исполнения сделки, к мнимой сделке применение реституции невозможно (постановление Президиума ВАС РФ от 18.10.2012 N 7204/12 по делу N А70-5326/2011).

Суд считает, что реальность исполнения договора сторонами подтверждена материалами дела: здание цеха передано покупателю согласно акту, проведены работы по разделению земельных участков, постановке на кадастровый учет, земельный участок продавцом также передан покупателю по акту.

Какие-либо доказательства того, что общество «Номатекс» использует указанное здание в своей производственной деятельности, а также оплачивает налог на имущество, в материалах дела отсутствуют.

ООО «Моторика», в свою очередь, в подтверждение фактического использования здания в своей производственной деятельности представило в дело договоры купли-продажи оборудования - термопластоавтоматов, а также фотоматериалы, подтверждающие размещение указанного оборудования в приобретенном здании.

Также ООО «Моторика» представило в дело декларации по налогу на имущество в отношении здания и земельного участка за период с 2014 и 2016 года, соответственно, акты о потреблении воды, тепла, электроэнергии за период с 2014 – 2020 годы, акты сверки с ООО «Номатекс» по коммунальным расходам.

На основании статьи 210 Гражданского кодекса РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно условиям договора цена продажи здания по договору составила 36 153 876,04 руб., земельного участка - 700 000 руб.

Согласно материалам дела обществом «Моторика» перечислены ООО «Номатекс» денежные средства в сумме 759 996,85 руб. согласно платежным поручениям от 03.09.2014 (назначение платежа – по договору купли-продажи от 07.05.2014 № 18-05/14), от 12.09.2016, 26.10.2016 (назначение платежа – за земельный участок).

Осуществление такой оплаты также свидетельствует об исполнении договора со стороны покупателя, что исключает мнимый характер сделки.

В остальной сумме 36 093 879,19 руб. сторонами расчет выполнен путем совершения зачета взаимных требований (акт от 07.05.2014 № 33).

По смыслу статьи 54 НК РФ налоговые последствия влекут не сами гражданско-правовые сделки, а совершаемые в их исполнение финансово-хозяйственные операции, отражаемые в бухгалтерском учете. При этом налогообложению подвергается финансовый результат, формируемый по итогам налогового (отчетного) периода на основе данных регистров бухгалтерского учета, в том числе совокупности совершенных в этом периоде названных операций.

Передав во исполнение договора купли-продажи спорные объекты недвижимости покупателю, общество отразило соответствующие операции в бухгалтерском учете, исключив переданное имущество из своих активов. В свою очередь, покупатель оприходовал приобретенное в собственность имущество, отразил его на балансе и использовал в хозяйственной деятельности.

ООО «Номатекс» представило книгу продаж, согласно которой зарегистрированы счета-фактуры по контрагентам, в том числе по продаже здания ООО «Моторика» 07.05.2014 - 36 153 876,04 руб. (в т.ч. НДС 18% - 5 514 998,04 руб., включен в общую сумму исчисленного НДС – 42 961 477 руб., указана в представленной декларации по НДС, с доказательствами сдачи в налоговый орган).

Дополнительно представлен акт налоговой проверки от 23.07.2016 правомерности начисления и уплаты обществом «Номатекс» налогов, и в частности НДС, налога на прибыль, за период с 01.01.2012 по 31.12.2014.

Учитывая вышеизложенное, при наличии реальности исполнения сделки со стороны продавца и покупателя, в том числе, путем частичной оплатой денежными средствами, суд приходит к выводу, что оспариваемая сделка не может быть квалифицирована как мнимая.

В рассматриваемом случае истцом не представлено безусловных доказательств того, что при заключении спорного договора стороны действовали недобросовестно и их воля не была направлена на возникновение, изменение, прекращение соответствующих прав и обязанностей, а также доказательств того, что спорная сделка не соответствует требованиям закона или совершена с целью причинить вред другому лицу.

Довод истца о безвозмездной передаче обществом «Номатекс» объектов недвижимости судом отклоняется.

Согласно пункту 3 статьи 423 Гражданского кодекса РФ договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное.

В соответствии со статьей 572 Гражданского кодекса РФ по договору дарения передача имущества осуществляется безвозмездно, при этом обязательным признаком договора является вытекающее из него очевидное намерение передать имущество в качестве дара.

Дарение имущества предполагает наличие волеизъявления дарителя безвозмездно передать принадлежащее ему имущество иному лицу именно в качестве дара (с намерением облагодетельствовать одаряемого), а не по какому-либо другому основанию, вытекающему из экономических отношений сторон сделки. Обязательным признаком договора дарения является очевидное намерение дарителя передать имущество в качестве дара (постановления Президиума ВАС РФ от 04.12.2012 N 8989/12 по делу N А28-5775/2011-223/12, Президиума ВАС РФ от 30.06.2009 N 1566/09 по делу N А32-5055/2006-55/38, Президиума ВАС РФ от 25.04.2006 N 13952/05 по делу N А24-554,555/03-11, Президиума ВАС РФ от 05.11.2002 N 6745/02 по делу N А76-22059/01-4-839/4).

По настоящему делу истцом указанные обстоятельства не доказаны.

В оспариваемом договоре купли-продажи намерение передать имущество в качестве дара не содержится, из пунктов 2.1, 2.2, 2.3, 2.4, 2.5 договора прямо следует, что он является возмездным.

Суд приходит к выводу, что воля сторон была направлена исключительно на совершение возмездной сделки купли-продажи, и указанное обстоятельство исключает квалификацию спорного договора как договора дарения и признание его недействительным на основании части 2 статьи 170 Гражданского кодекса.

Как указано выше, обязательство в сумме 36 093 879,19 руб. прекращено сторонами путем зачета взаимных требований (акт от 07.05.2014 № 33).

Истец, указывая, что имущество обществом «Номатекс» передано ООО «Моторика» в счет несуществующей, искусственно созданной задолженности, фактически оспаривает наличие встречных обязательств, являющихся основанием для зачета, и сам зачет.

Согласно материалам дела в обоснование зачета и наличия встречного обязательства общества «Номатекс» перед ООО «Моторика» в материалы дела представлен агентский договор от 29.06.2012 № 27-06/12, документы по его исполнению.

Так, 29.06.2012 между ООО «Номатекс» (принципал) и ООО «Моторика» (агент) заключен агентский договор № 27-06/12, согласно которому принципал поручает и обязуется оплатить, а агент обязуется совершить юридические и иные действия, связанные со строительством производственного корпуса – цеха литья, в том числе от своего имени и за свой счет заключить договоры подряда на выполнение проектных работ, работ по строительству и монтажу конструкций, электротехнический изделий и системы отопления, пожарного водопровода.

В соответствии со статьей 1005 Гражданского кодекса РФ по агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала.

Согласно статье Гражданского кодекса РФ принципал обязан уплатить агенту вознаграждение в размере и в порядке, установленных в агентском договоре. Помимо уплаты вознаграждения, принципал должен возместить агенту все расходы, связанные с исполнением договора (статья 1011, пункт 2 статьи 975, статья 1001 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1.2 агентского договора агент действует в интересах принципала на территории Ульяновской области. Агент обязан исполнить данное ему поручение самостоятельно либо путем привлечения субагента, при этом за действия субагента агент несет ответственность как за свои собственные. Расчеты с подрядчиками (поставщиками услуг и товаров) агент осуществляет самостоятельно с последующим возмещением стоимости принципалом по факту исполнения данного договора.

Пунктом 1.5 договора было предусмотрено, что по исполнении поручения принципала или при прекращении настоящего договора до его исполнения в течение 10 дней представить принципалу письменный отчет с приложением доказательств понесенных агентом расходов. К отчету агента должны быть приложены следующие документы: копии заключенного договора поставки, платежного поручения, счета-фактуры, товарной накладной.

Агентское вознаграждение по договору составляет 120 000 руб. (пункт 2.1 договора).

В подтверждение исполнения указанного договора агентом представлен отчет от 06.05.2014 № 2 и первичные документы, подтверждающие заключение договоров на выполнение работ, общей стоимостью 35 973 879,19 руб.: договор генерального подряда № М86 от 11.07.2012 на строительство одноэтажного здания - «Производственный корпус», расположенного по адресу: <...>, с внутренней и наружной отделкой согласно рабочему проекту, общая площадь строящегося объекта составляет 1 008 кв.м. Общая стоимость работ по договору, с учетом дополнительного соглашения, составила 25 970 640 руб.; договор № 38 от 23.07.2012 на выполнение проектных работ по строительству одноэтажного здания - «Производственный корпус», расположенного по адресу: <...>. Стоимость работ по договору составила 1 100 000 руб.; договор генерального подряда № 49 от 07.11.2012 на строительство наземной галереи, служащей технологическим путем сообщения между двумя производственными цехами (существующим и новостройкой), расположенными по адресу: <...>, с внутренней и наружной отделкой согласно рабочему проекту, общая площадь строящегося объекта составляет 120 кв.м. Общая стоимость работ по договору, с учетом дополнительного соглашения, составила 4 000 000 руб.; договор подряда № 1704/13 от 17.04.2013 на выполнение работ по монтажу электротехнических изделий и электротехнического оборудования на объекте - «Производственный корпус», расположенного по адресу: <...>. Стоимость работ по договору составила 4 340 000 руб.; договор № 01-М от 19.08.2013 на устройство пожарного водопровода согласно смете № ЛС-1556. Стоимость работ по договору составила 250 004,24 руб.; договор подряда № 147 от 23.04.2013 на монтажные работы по установке системы видеонаблюдения и дооснащения АУПС, общей стоимостью 313 234, 95 руб.

В подтверждение несения реальных затрат на сумму 35 973 879,19 руб. ООО «Моторика» представило в материалы дела все вышеуказанные договоры, сметы к ним, локальные расчеты, акты выполненных работ, акты формы КС-2, КС-3, платежные поручения в период июнь 2012 – декабрь 2013 (с отметками банка об их исполнении и с указанием конкретного назначения платежа), подтверждающие перечисление обществом «Моторика» подрядным организациям денежных средств в общей сумме 35 973 879,19 руб.

Реальность безналичных денежных операций в указанной сумме истцом не опровергнута.

ООО «Моторика» представлены в дело выписка из журнала учета выданных ООО «Номатекс» счетов-фактур на суммы 1 787 778,54 руб., 1 068 102,89 руб., 4 340 000 руб., 1 100 000 руб., 250 004,24 руб., 17 591 110,97 руб., 4 000 000 руб., 5 523 647,60 руб., 120 000 руб., счета-фактуры на указанные суммы, и перевыставленные им как агентом покупателю ООО «Номатекс».

ООО «Номатекс» представило декларацию по НДС, книгу покупок по зарегистрированным счетам-фактурам от контрагентов, в том числе от ООО «Моторика» с указанием стоимости покупки 06.05.2014: 1 787 778,54 руб., 1 068 102,89 руб., 4 340 000 руб., 1 100 000 руб., 250 004,24 руб., 17 591 110,97 руб., 4 000 000 руб., 5 523 647,60 руб., 120 000 руб., и соответствующих сумм НДС, включенных в общую сумму НДС 28 560 810 руб. по приобретенным работам и услугам, заявленного в декларации к налоговому вычету.

Согласно отчету ООО «Гарантаудит» (аудиторская фирма избрана на собрании участников общества, с участием ФИО2, от 25.03.2014) по результатам аудиторской проверки достоверности отчетности ООО «Номатекс» за 2014 год, аудиторской фирмой исследован агентский договор от 29.06.2012 № 27-06/12 между ООО «Номатекс» и ООО «Моторика», отчет комитента от 06.05.2014 № 2, и сделан вывод, что вся сумма по исполнению поручения подтверждена договорами и первичными документами. Не обнаружены отклонения от установленного порядка ведения бухгалтерского учета и подготовки бухгалтерской отчетности ООО «Номатекс» за 2014 год.

Применительно к доводам истца о том, что зачет совершен по искусственно созданной задолженности ООО «Номатекс» перед ООО «Моторика», направленным на оспаривание зачета и наличия встречных обязательств, суд принимает во внимание следующие положения гражданского законодательства РФ.

Зачет встречного однородного требования является одним из оснований прекращения обязательства, призванный упростить расчеты сторон по взаимным обязательствам (встречным и однородным) (пункт 2 статьи 154 и статьи 410 Гражданского кодекса РФ) (Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств»).

Согласно пункту 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств» зачет как односторонняя сделка (пункт 2 статьи 154 ГК РФ) может быть признан судом недействительным, в частности, по основаниям, предусмотренным главой 9 ГК РФ.

Условия прекращения обязательства зачетом и случаи его недопустимости определены в статьях 410 - 412 Гражданского кодекса РФ. Основанием для признания заявления о зачете как односторонней сделки недействительным может являться нарушение запретов, ограничивающих проведение зачета или несоблюдение условий, характеризующих зачитываемые требования (отсутствие встречности, однородности).

Однако согласно правовой позиции, изложенной, в частности в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 07.02.2012 N 12990/11, в Определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.08.2017 № 305-ЭС17-6654, от 02.11.2016 № 304-ЭС16-14003, оспаривание наличия неисполненного обязательства, которое было предъявлено к зачету, не может рассматриваться в качестве основания для признания зачета недействительным, поскольку данное обстоятельство (при его установлении) означает, что зачет не повлек правового эффекта и соответствующее встречное обязательство не прекратилось, в связи с чем отсутствие одного из зачтенных встречных обязательств должно являться основанием для признания такого зачета несостоявшимся.

Следовательно, с учетом указанной правовой позиции, установление отсутствия неисполненного встречного обязательства не повлечет недействительность договора купли-продажи и удовлетворение иска, а может свидетельствовать только о наличии задолженности ООО «Моторика» перед ООО «Номатекс» на сумму непрекращенного зачетом обязательства.

Однако неисполнение другой стороной своих обязательств не свидетельствует о мнимом характере сделки (постановления Президиума ВАС РФ от 08.02.2005 N 10505/04, от 08.02.2005 № 10505/04, от 27.06.2000 № 7508/99, Определения Верховного Суда РФ от 16.07.2013 № 18-КГ13-55, от 09.08.2006 № 93-Г06-5).

Обстоятельство, что покупатель не оплатил приобретаемое имущество, влечет правовые последствия, регулируемые статьями 450, 453, 486 Гражданского кодекса РФ, которые не содержат норм, позволяющих признать договор купли-продажи ничтожной сделкой на основании отсутствия доказательств оплаты товара.

При таких обстоятельствах, судом не установлено процессуальных оснований для проведения по делу судебной экспертизы по вопросам, направленным на оспаривание наличия встречных обязательств.

В соответствии со статьями 82, 88 Арбитражного процессуального кодекса РФ назначение экспертизы является правом, а не обязанностью суда и производится в случае необходимости разъяснения вопросов, требующих специальных познаний.

В связи с чем, ходатайство истца судом оставлено без удовлетворения.

Применительно к сроку оплаты по договору, с окончательным расчетом с отсрочкой на 6 месяцев, стороны договора пояснили, что запрет на досрочное исполнение обязательства путем зачета взаимных требований гражданским законодательством РФ не предусмотрен.

Указанное соответствует положениям статей 315, 410 ГК РФ и пунктам 13, 14 разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств», согласно которым для зачета необходимо, чтобы по активному требованию наступил срок исполнения, за исключением случаев, когда такой срок не указан или определен моментом востребования.

По смыслу статей 410, 315 ГК РФ для зачета не является необходимым наступление срока исполнения пассивного требования, если оно в соответствии с законом или договором может быть исполнено досрочно.

В связи с чем, злоупотребление правом со стороны сторон сделки также не установлено.

ООО «Номатекс», обосновывая экономическую целесообразность заключения договора, пояснило, что решение о продаже здания было принято с целью оптимизации производственной деятельности общества, снижения затрат. В подтверждение в дело представлена программа мероприятий общества «Номатекс» по снижению затрат на 2014 год, в числе которых, в частности предусмотрена продажа производственного здания – цеха литья (порядковый номер 135).

Относительно цены продажи здания, аналогичной размеру задолженности общества перед ответчиком по выплате агентского вознаграждения за выполненные работы, стороны пояснили, что цена сторонами согласована, что бы исключить наличие задолженности ООО «Номатекс» перед ООО «Моторика» за выполненные работы.

Доводы истца о том, что ООО «Номатекс» само выполняло работы по строительству здания, какими-либо документами не подтверждаются.

При этом ООО «Номатекс» поясняло, что не занимается строительной деятельностью и у него отсутствует соответствующей квалификации персонал.

Доводы истца о том, что была реконструкция здания, а не его строительство материалами дела опровергаются.

Представители ООО «Номатекс», ООО «Моторика» поясняли, что были выполнены работы по строительству здания, а не его реконструкции, что также подтверждается договорами подряда и разрешительной документацией.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1 Градостроительного кодекса РФ реконструкция является видом градостроительной деятельности. Строительство, реконструкция объектов капитального строительства осуществляются на основании разрешения на строительство, за исключением случаев, предусмотренных законом (часть 2 статьи 51 Градостроительного кодекса РФ).

В материалы дела представлены разрешение на строительство № RU73222000000-85 от 19.10.2012 и разрешение на ввод объекта в эксплуатацию № RU73222000000-38 от 16.12.2013.

Согласно содержанию разрешения на строительство № RU73222000000-85 от 19.10.2012 оно выдано на строительство объекта капитального строительства - производственного корпуса – цеха литья общей площадью 1008 кв.м, наземного перехода, общей площадью 129 кв.м, станции пожаротушения, общей площадью 20 кв.м.

Согласно содержанию разрешения на ввод объекта в эксплуатацию № RU73222000000-38 от 16.12.2013 оно выдано на ввод построенного производственного корпуса – цеха литья.

В данном случае указанное разрешение на ввод объекта в эксплуатацию в соответствии с частью 1 статьи 55 Градостроительного кодекса РФ удостоверяет выполнение строительства объекта капитального строительства в полном объеме в соответствии с разрешением на строительство, проектной документацией.

Согласно части 10 статьи 55 Градостроительного кодекса РФ разрешение на ввод объекта в эксплуатацию является основанием для постановки на государственный учет построенного объекта капитального строительства, внесения изменений в документы государственного учета реконструированного объекта капитального строительства.

В силу части 10 статьи 40 Закона № 218-ФЗ государственный кадастровый учет и государственная регистрация прав на созданные здание или сооружение осуществляются на основании разрешения на ввод соответствующего объекта недвижимости в эксплуатацию и правоустанавливающего документа на земельный участок, на котором расположен такой объект недвижимости.

В материалы дела представлено свидетельство от 06.05.2014 о государственной регистрации права собственности за ООО «Номатекс» на производственный корпус – цех литья, на основании разрешения на ввод объекта в эксплуатацию № RU73222000000-38 от 16.12.2013.

В соответствии с частью 3 статьи 1 Закона № 218-ФЗ государственная регистрация прав на недвижимое имущество - юридический акт признания и подтверждения возникновения, изменения, перехода, прекращения права определенного лица на недвижимое имущество или ограничения такого права и обременения недвижимого имущества.

Таким образом, факт строительства объекта не может быть переоценен в рамках настоящего дела.

Применительно к доводам истца о совершении сделки с заинтересованностью без ее одобрения судом установлено следующее.

Как разъяснено в пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой.

Согласно пункту 3 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, должна быть одобрена решением общего собрания участников общества.

Тот факт, что спорный договор содержит признаки сделки с заинтересованностью, и ФИО2 не давал своего одобрения на заключение указанной сделки, сторонами не оспаривается.

Оспариваемая сделка совершена до 01.01.2017, следовательно, подлежат применению положения постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» (пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность»).

В соответствии с пунктом 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» лицо, предъявившее иск о признании сделки недействительной на основании того, что она совершена с нарушением порядка одобрения крупных сделок или сделок с заинтересованностью, обязано доказать следующее: 1) наличие признаков, по которым сделка признается соответственно крупной сделкой или сделкой с заинтересованностью, а равно нарушение порядка одобрения соответствующей сделки; 2) нарушение сделкой прав или охраняемых законом интересов общества или его участников (акционеров), т.е. факт того, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или его участнику, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них. В отношении убытков истцу достаточно обосновать факт их причинения, доказывания точного размера убытков не требуется.

Об отсутствии нарушения интересов общества и его участников (акционеров) может свидетельствовать, в частности, следующее: предоставление, полученное обществом по сделке, было равноценным отчужденному имуществу; совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для общества; сделка общества, хотя и была сама по себе убыточной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых общество должно было получить выгоду.

Сделка признается недействительной, если судом будет установлена совокупность обстоятельств, указанных в пункте 3 настоящего постановления, то есть наличие признаков, по которым сделка признается соответственно крупной сделкой или сделкой с заинтересованностью, нарушение порядка одобрения соответствующей сделки; причинение или угроза причинения убытков совершением сделки обществу или его участнику, обратившемуся с соответствующим иском, возникновение иных неблагоприятных последствий для них (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28).

Как разъяснено в абзаце 2 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28 о наличии явного ущерба для общества свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке обществом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного обществом в пользу контрагента.

Об определении явного ущерба при совершении сделки указано также в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», согласно пункту 2 которого под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента).

Доказательства совершения сделки купли-продажи здания по цене 36 153 876,04 руб. на заведомо и значительно невыгодных условиях для ООО «Номатекс» в дело не представлены, учитывая, что сам истец не указывает на занижение цены.

Согласно материалам дела кадастровая стоимость спорного здания по состоянию на 26.02.2014 составляла 3 425 036,15 руб., инвентаризационная стоимость по состоянию на 12.11.2013 - 14 002 188 руб. (справка ОГУП БТИ от 26.12.2013).

В соответствии с частью 1 статьи 421 Гражданского кодекса РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Согласно части 4 статьи 421 названного Кодекса условия договора определяются по усмотрению сторон. Исполнение договора оплачивается по цене, установленной соглашением сторон (часть 1 статьи 424 Гражданского кодекса РФ).

Таким образом, стороны свободны в заключении договора, в том числе и по вопросу установления его цены.

В такой ситуации отсутствуют условия для признания наличия какого-либо ущерба для общества «Номатекс» в результате продажи имущество по цене, не являющейся очевидно заниженной.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 ГК РФ»).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

В материалы дела не представлены доказательства того, что стороны сделки не намерены были исполнять оспариваемую сделку, а договор изначально заключался ООО «Моторика» с целью причинить убытки ООО «Номатекс» или его участникам.

Реализация участником общества права на оспаривание сделки возможна в том случае, если оспариваемой сделкой нарушены права или охраняемые законом интересы участника и целью предъявленного иска является восстановление этих прав и интересов.

В связи с этим отсутствие одобрения ФИО2 сделки само по себе не является безусловным основанием для признания оспоримой сделки недействительной.

Доказательств того, что именно в результате заключения данной сделки нарушены его права, как участника общества, либо она повлекла для него, а также самого общества неблагоприятные последствия, не представлено.

Согласно положению абзаца третьего части 5 статьи 45 Закона об обществах (в редакции Закона на момент совершения сделки) суд отказывает в удовлетворении требований о признании сделки, в совершении которой имеется заинтересованность и которая совершена с нарушением предусмотренных настоящей статьей требований к ней, недействительной, если не доказано, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или участнику общества, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них.

Поскольку истцом не доказан факт причинения убытков обществу «Номатекс» или его участнику оспариваемой сделкой, в удовлетворении иска следует отказать.

Довод истца о том, что оспариваемая сделка скрывалась от истца, материалами дела не подтверждается.

Указание истца на то, что по его требованию от 13.08.2019 общество не предоставило договор, не свидетельствует об уклонении общества (на что указывает истец) от его предоставления, поскольку общество воспользовалось своим правом отказать в предоставлении документов в отношении недвижимого имущества, так как они относятся к прошлым периодам деятельности данного общества (более трех лет до момента обращения участника общества с требованием, имевшего место в августе 2019 года), о чем известило истца в ответе на запрос.

Данные обстоятельства установлены решением Арбитражного суда Ульяновской области по делу № А72-16369/2019 (по иску ФИО2 к ООО «Номотекс» об обязании предоставить документы общества, и в частности, рассматриваемый договор с дополнительными соглашениями).

Указанный вывод суда по данному делу согласуется с выводами Арбитражного суда Поволжского округа в постановлении от 08.09.2020 N Ф06-65362/2020 по делу № А72-16369/2019, с указанием на то, что доказательств того, что общество умышленно утаивало от истца информацию о данных сделках в течение трех лет с даты их совершения, истец в материалы дела не представил.

Арбитражный суд Поволжского округа по данному делу также указал, что согласно части 1 статьи 8.1 Гражданского кодекса РФ в случаях, предусмотренных законом, права, закрепляющие принадлежность объекта гражданских прав определенному лицу, ограничения таких прав и обременения имущества (права на имущество) подлежат государственной регистрации.

Государственная регистрация прав на имущество осуществляется уполномоченным в соответствии с законом органом на основе принципов проверки законности оснований регистрации, публичности и достоверности государственного реестра.

В соответствии со статьей 551 Гражданского кодекса РФ в случаях переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости от продавца к покупателю подлежит государственной регистрации.

Законом О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним провозглашен принцип открытости сведений, содержащихся в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Таким образом, истец мог обладать информацией об интересующих его сделках с даты регистрации перехода права на объекты недвижимости, соответственно, имел возможность испрашивать документацию о совершенных сделках в пределах трехгодичного срока с даты их совершения.

Ответчиком заявлено о пропуске истцом сроков исковой давности, в том числе, со ссылкой на указанные выводы суда кассационной инстанции по делу № А72-16369/2019.

Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Статьями 196 и 197 Гражданского кодекса РФ установлен общий срок исковой давности в три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ, и специальные сроки, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком, которые законом могут устанавливаться для отдельных видов требований.

Срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет три года (пункт 3 статьи 166 ГК РФ). Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год (статья 181 Гражданского кодекса РФ).

В соответствии с пунктом 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 10.04.2003 № 5-П течение срока исковой давности в один год в отношении признания оспоримых сделок недействительными должно начинаться с того момента, когда правомочное лицо узнало или реально имело возможность узнать о факте совершения сделки и об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии с абзацем 2 пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28 срок давности по иску о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением порядка ее одобрения, исчисляется с момента, когда истец узнал или должен был узнать о том, что такая сделка требовала одобрения в порядке, предусмотренном законом или уставом, хотя бы она и была совершена раньше.

Предполагается, что участник должен был узнать о совершении сделки с нарушением порядка одобрения крупной сделки или сделки с заинтересованностью не позднее даты проведения годового общего собрания участников (акционеров) по итогам года, в котором была совершена оспариваемая сделка, если из предоставлявшихся участникам при проведении этого собрания материалов можно было сделать вывод о совершении такой сделки (например, если из бухгалтерского баланса следовало, что изменился состав основных активов по сравнению с предыдущим годом).

Исчисление срока исковой давности в данном случае должно осуществляться с момента, когда истец имел реальную возможность узнать о факте совершения спорных сделок.

В соответствии со статьей 34 Закона об обществах с ограниченной ответственностью очередное общее собрание участников общества проводится в сроки, определенные уставом общества, но не реже чем один раз в год. Очередное общее собрание участников общества созывается исполнительным органом общества.

Согласно статье 8 Закона об обществах с ограниченной ответственностью учредителю общества с ограниченной ответственностью принадлежит также право получать информацию о деятельности общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией.

Специфика корпоративных прав в ряде случаев предполагает необходимость совершения участником общества активных действий в целях их реализации. Разумное и добросовестное осуществление корпоративных прав, проявление интереса к деятельности общества позволяет его участнику своевременно узнать о заключенных обществом сделках и об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделок недействительными, что в свою очередь, обеспечивает возможность защитить нарушенные права в установленные законом сроки.

Применительно к обстоятельствам рассматриваемого дела суд учитывает, что решением внеочередного собрания участников общества, с участием ФИО2 (протокол от 25.03.2014) единогласно утверждена аудиторская фирма на 2014 год ООО «Гарантаудит».

Согласно отчету ООО «Гарантаудит» по результатам аудиторской проверки достоверности отчетности ООО «Номатекс» за 2014 год, аудиторской фирмой исследован агентский договор от 29.06.2012 № 27-06/12 между ООО «Номатекс» и ООО «Моторика», отчет комитента от 06.05.2014 № 2, и сделан вывод, что вся сумма по исполнению поручения подтверждена договорами и первичными документами. Не обнаружены отклонения от установленного порядка ведения бухгалтерского учета и подготовки бухгалтерской отчетности ООО «Номатекс» за 2014 год.

Как указано выше, ООО «Номатекс» указывало, что решение о продаже здания было принято с целью оптимизации производственной деятельности общества, снижения затрат. В подтверждение в дело представлена программа мероприятий ООО «Номатекс» по снижению затрат на 2014 год, в числе которых, в частности предусмотрена обществом продажа производственного здания – цеха литья (порядковый номер 135), протокол внеочередного собрания участников общества от 12.04.2014 (с участием истца), о единогласном утверждении мероприятий по снижению затрат в обществе.

Следовательно, истец располагал сведениями, положенными в основание иска, и, являясь участником, мог ознакомиться с результатами аудиторской проверки, истребовать документы о финансовой деятельности за 2014 и последующие годы, в том числе, по исполнению агентского договора от 29.06.2012 № 27-06/12 между ООО «Номатекс» и ООО «Моторика» (сведения о котором указаны в отчете аудиторской проверки), по заключению и исполнению сделок с недвижимостью, прочих сделок, совершить иные действия, направленные на осуществление корпоративного контроля за деятельностью общества, либо уполномочить иное лицо на совершение таких действий.

Истец сам в иске указывает, что с требованием о предоставлении документов к обществу обратился 13.08.2019.

Данное обстоятельство также подтверждается судебными актами по делу № А72-16369/2019, которыми установлено обращение ФИО2 к обществу за пределами трехлетнего срока.

Доказательства объективной невозможности обратиться ранее указанной даты к обществу с требованием о предоставлении сведений и документов, в материалах дела отсутствуют.

Кроме того, как указал суд кассационной инстанции по делу № А72-16369/2019, Законом О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним провозглашен принцип открытости сведений, содержащихся в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Таким образом, истец мог обладать информацией об интересующих его сделках с даты регистрации перехода права на объекты недвижимости, соответственно, имел возможность испрашивать документацию о совершенных сделках в пределах трехгодичного срока с даты их совершения.

Переход права по сделке зарегистрирован 25.05.2016, тогда как истец в суд обратился 18.10.2019.

Следовательно, срок исковой давности (три года и один год) истцом пропущен.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ, имеющиеся в материалах дела доказательства на предмет их относимости, допустимости, достоверности, суд приходит к выводу, что истец не доказал наличие обстоятельств, необходимых в силу статьи 168 Гражданского кодекса РФ для удовлетворения заявленных требований.

В связи с чем, в удовлетворении исковых требований следует отказать.

Расходы истца по оплате госпошлины при подаче иска, а также апелляционной и кассационной жалоб подлежат отнесению на истца в порядке статьи 110 АПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 167 - 171 Арбитражного процессуального кодекса РФ, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня принятия в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд.

Судья В.А. Чудинова