Решение от 13 июня 2024 г. по делу № А79-2313/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЧУВАШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ-ЧУВАШИИ

428000, Чувашская Республика, г. Чебоксары, проспект Ленина, 4 http://www.chuvashia.arbitr.ru/



Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А79-2313/2024
г. Чебоксары
14 июня 2024 года
Резолютивная часть решения объявлена 05 июня 2024 года


Арбитражный суд в составе: судьи Васильева Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Михайловой А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску

общества с ограниченной ответственностью "Мастерфайбр", ОГРН <***>, ИНН <***>, 125438, <...>,

к индивидуальному предпринимателю ФИО1, ОГРНИП <***>, ИНН <***>, Чувашская Республика, г.Чебоксары,

о взыскании 3382580 руб.,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: администрация Чебоксарского муниципального округа Чувашской Республики; индивидуальный предприниматель ФИО2,

при участии:

от истца – ФИО3 по доверенности от 15.04.2024,

от ответчика - ФИО4 по доверенности от 26.03.2024,

установил:

общество с ограниченной ответственностью "Мастерфайбр" (далее – истец, ООО "Мастерфайбр") обратилось в суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик, ИП ФИО1) о взыскании 3382580 руб. компенсации за незаконное использование товарного знака № 296527.

В обоснование иска указано, что ООО «Мастерфайбр» является обладателем исключительного права на товарный знак «Мастерфайбр», что подтверждается свидетельством на товарный знак (знак обслуживания) № 296527, зарегистрированным в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания РФ 07.10.2005 с приоритетом от 07.04.2004, а также по свидетельству №877657 срок действия до 29.06.2031.

Из открытых источников истцу стало известно, что между Администрацией Кугесьского сельского поселения Чебоксарского района Чувашской Республики (Заказчик) и ИП ФИО1 (Подрядчик) был заключен муниципальный контракт от 08.02.2022, согласно которому Подрядчик обязуется выполнить благоустройство детской игровой площадки в п. Кугеси, д. 21, Чебоксарского района Чувашской Республики на условиях контракта, а Заказчик обязуется принять и оплатить выполненные работы.

Согласно Акту о приемке выполненных работ №4 от 29.08.2022 строка № 49 страница 5 ответчик выполнил работы по Покрытию из резиновой крошки толщиной 12 мм по технологии Мастерфайбр в количестве 442,66 кв.м. стоимостью 663990 руб., а также строка №.67 страница 6 также выполнены работы по Покрытию из резиновой крошки толщиной 40 мм по технологии Мастерфайбр на готовое основание в количестве 227,4 кв.м. стоимостью 1023300 руб.

ООО «Мастерфайбр» не передавало ИП ФИО1 права на использование технологии по производству резинового покрытия Мастерфайбр, а также использования словесного товарного знака «Мастерфайбр».

Слово «Мастерфайбр» к числу общеупотребительных не относится, являясь полностью вымышленной словоформой, что однозначно исключает случайный характер использования данного слова в Акте о приемке выполненных работ.

ООО «Мастерфайбр» полагает, что ИП ФИО1 нарушает исключительное право на использование технологии и написание в документации, а именно Товарного знака «Мастерфайбр», в связи с этим держатель технологии и Товарного знака Мастерфайбр полагает обоснованным взыскание компенсации в двукратном размере стоимости товаров, указанных в Акте о приемке выполненных работ №4 от 29.08.2022 исходя из расчета: 663990 руб. * 2 = 1327980 руб.; 1027300 руб. * 2 = 2054600 руб.; Итого: 1327980 + 2054600 = 3382580 руб.

В силу п. 1 ч. 2 ст. 1484 ГК РФ размещение товарного знака непосредственно на товаре является лишь одной из разновидностей индивидуализации товаров, работ, услуг. Согласно п. 2 ч. 2 ст. 1484 ГК РФ такая индивидуализация может быть осуществлена также путем размещения товарного знака на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот.

Ответчик не обратился в группу компаний Мастерфайбр для выполнения работ по технологии Мастерфайбр, принадлежащей ООО «Мастерфайбр» и являющиеся технологией ноу-хау, при этом наименование технологии является Товарным знаком, принадлежащий Истцу, Ответчик допустил производство контрафакта, произвел укладку резинового покрытия из материалов, не сертифицированных Мастерфайбр, при этом ввел в оборот как покрытие по технологии Мастерфайбр, допустил смешение однотипных товаров, для потребителя произведенный контрафактный продукт имеет наименование Мастерфайбр.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены администрация Чебоксарского муниципального округа Чувашской Республики (являющаяся правопреемником Администрации Кугесьского сельского поселения Чебоксарского района Чувашской Республики) и индивидуальный предприниматель ФИО2.

В судебном заседании представитель истца иск поддержала по доводам, изложенным в иске и в письменных пояснениях от 11.05.2024. Возражала против удовлетворения ходатайств представителя ответчика об отложении судебного разбирательства и истребовании доказательств. Считает, что ходатайства ответчика направлены на затягивание рассмотрение дела, указанные ответчиком пояснения и доказательства не буду иметь существенного значения для дела.

Пояснила, что ответчик использовал товарный знак, принадлежащий истцу, в документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; а именно в Акте о приемке выполненных работ № 4 от 29.08.2022, что свидетельствует о нарушении исключительного права истца на товарный знак. Для потребителя резиновое покрытие является покрытием, произведенным по технологии и из сертифицированных составляющих Мастерфайбр, поскольку покрытие по технологии Мастерфайбр изготавливается из сертифицированных и поименованных товарным знаком компонентов. Доводы ответчика о том, что ответчик с согласия заказчика использовал иной товар, считает необоснованными, поскольку доказательств того, что произошло согласование изменения материала, ответчиком не представлено. Ответчик создал покрытие из не сертифицированных составляющих, при этом в документах, вводящих в оборот данное покрытие (КС-2), поименовал данный продукт как покрытие из резиновой крошки по технологии Мастерфайбр, что является нарушением исключительных прав истца на товарный знак истца.

Представитель ответчика иск не признал по ранее изложенным доводам. Заявил ходатайства об отложении судебного заседания для истребования акта проверки Контрольно-счетной палаты Чувашской Республики в отношении администрации Чебоксарского муниципального округа Чувашской Республики и получения пояснений от третьих лиц.

В ранее представленных в суд возражениях от 16.04.2024 указал, что ответчик по настоящему делу не использовал при исполнении муниципального контракта товар, незаконно маркированный товарным знаком истца; Ответчик с согласия Заказчика использовал иной товар, который не маркирован товарным знаком Истца; указание на товарный знак истца сохранилось лишь в актах о приемке выполненных работ, однако это обстоятельство обусловлено лишь тем, что замена материала не требовала внесение изменений в проектно-сметную сметную документацию по контракту, в связи с чем при составлении актов в соответствующей их графе наименование работ было сохранено таким же, каким оно является в строках локальной сметы. Упоминание товарного знака в документации о закупках, осуществляемых по правилам Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд", прямо урегулировано в статье 33 этого Закона и, следовательно, само по себе не может быть признано использованием товарного знака, т.к. с очевидностью носит исключительно информационный характер и осуществляется без цели введения товара, маркированного таким товарным знаком в оборот. При этом упоминание товарного знака допускается лишь при условии сопровождения такого упоминания словами «или эквивалент», что само по себе предполагает возможность замены материала на иной, эквивалентный по своим существенным для исполнения контракта характеристикам. Работы в данном случае были выполнены с использованием указанного подрядчиком материала, что подтверждают акты освидетельствования ответственных конструкций №4 от 13.08.2022 и №5 от 16.08.2022, т.е. в данном случае отсутствовало использование (т.е. введение в оборот) материала, маркированного незаконного товарным знаком истца, способное привести к смешению. Само по себе упоминание товарного знака в документации по контракту не является самостоятельным нарушением, если действия подрядчика не связаны с неправомерным введением товара под этим товарным знаком в оборот. Поскольку контрафактный товар не вводился в оборот (не использовался в ходе выполнения работ по муниципальному контракту), то и указание в документации этого товарного знака в данном случае нельзя считать использованием «на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот» по смыслу подпункта 3 пункта 2 статьи 1484 ГК РФ.

Поддержал ранее заявленное ходатайство о снижении размера компенсации в случае, если суд установит наличие оснований для удовлетворения иска, на основании правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 № 40-П, указав, что контрафактный товар в оборот фактически не вводился, при производстве работ была использована резиновая крошка другого производителя, какие-либо убытки истцу причинены не были, вменяемое нарушение не носило грубого характера.

Третьи лица, извещенные надлежащим образом, явку своих представителей в суд не обеспечили. Дело рассмотрено в их отсутствие по правилам статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Протокольным определением суда от 05.06.2024 в удовлетворении ходатайств ответчика об истребовании доказательств и отложении судебного разбирательства отказано, в связи с отсутствием процессуальных оснований. Суд учитывает, что ответчиком не представлено доказательств наличия какого-либо акта проверки Контрольно-счетной палаты Чувашской Республики, имеющего отношение к настоящему делу. Суд также учитывает, что третьи лица имели возможность представить пояснения по существу спора, при наличии соответствующего желания. Кроме того, суд полагает, что указанные ответчиком акт проверки Контрольно-счетной палаты Чувашской Республики и пояснения третьих лиц в любом случае не имели бы существенного значения для настоящего дела. Суд пришел к выводу о том, что дело может быть рассмотрено с учетом имеющихся доказательств. Кроме того, частями 3 и 4 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено право, а не обязанность суда по отложению судебного заседания по ходатайству участвующего в деле лица.

Выслушав представителей сторон, изучив материалы дела, суд установил следующее.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Согласно пункту 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Кодекса).

 Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования сходного с товарным знаком обозначения, в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения. В свою очередь ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании товарного знака или сходного с ним обозначения в противном случае он признается нарушителем исключительного права на данное средство индивидуализации и для него наступает гражданско-правовая ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела, поскольку от них зависит правильное разрешение спора. При этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность относится к компетенции суда, разрешающего спор по существу.

Как следует из материалов дела, истец является правообладателем товарного знака «МАСТЕРФАЙБР» по свидетельству Российской Федерации N 296527, зарегистрированного 07.10.2005 с приоритетом от 07.04.2004 по заявке N 2004707392 в отношении товаров и услуг 7-го, 27-го, 35-го, 37-го, 42-го классов Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее - МКТУ), среди которых поименованы "покрытия для детских и спортивных площадок" (27-й класс МКТУ).

Из открытых источников истцу стало известно, что между Администрацией Кугесьского сельского поселения Чебоксарского района Чувашской Республики (Заказчик) и ИП ФИО1 (Подрядчик) был заключен муниципальный контракт от 08.02.2022, согласно которому Подрядчик обязуется выполнить благоустройство детской игровой площадки в п. Кугеси, д. 21, Чебоксарского района Чувашской Республики на условиях контракта, а Заказчик обязуется принять и оплатить выполненные работы.

Согласно Акту о приемке выполненных работ №4 от 29.08.2022 строка № 49 страница 5 ответчик выполнил работы по Покрытию из резиновой крошки толщиной 12 мм по технологии Мастерфайбр в количестве 442,66 кв.м. стоимостью 553332 руб., а также строка №.67 страница 6 также выполнены работы по Покрытию из резиновой крошки толщиной 40 мм по технологии Мастерфайбр на готовое основание в количестве 227,4 кв.м. стоимостью 852745 руб.

Ссылаясь на то, что действия ответчика осуществлены с нарушением исключительного права на товарный знак, истец обратился к нему с претензией от 16.01.2024, содержащей требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости контрафактных товаров.

Претензия истца о выплате компенсации оставлена ответчиком без удовлетворения. Данные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд с исковыми требованиями.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ в совокупности и взаимосвязи, суд приходит к выводу о том, что истцом в полном объеме доказаны обстоятельства, входящие в предмет доказывания по настоящему спору, а также основание исковых требований. Из совокупности представленных сторонами в материалы дела доказательств, усматривается, что ответчик осуществил незаконное использование товарного знака истца путем указания на него в сопроводительной документации, связанной с введением товаров в оборот.

Доводы ответчика о том, что фактически использовался иной товар, подлежат отклонению, поскольку в силу подпункта 3 пункта 2 статьи 1484 ГК РФ имеет значение использование товарного знака (сходного обозначения) не только на товаре, но и на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот (аналогичная правовая позиция изложена в Постановлении Суда по интеллектуальным правам от 22.05.2020 N С01-155/2020 по делу N А57-8611/2019).

Доводы ответчика о том, что впоследствии им была согласована с заказчиком поставка продукции иного производителя, подлежат отклонению, поскольку из подпунктов 3 и 4 пункта 2 статьи 1484 ГК РФ следует, что исключительным правом на товарный знак охватывается, в том числе, использование товарного знака на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот, а также в предложениях о продаже товаров.

Кроме того, суд соглашается с доводами истца о том, что доводы ответчика о том, что ответчик с согласия заказчика использовал иной товар, считает необоснованными, поскольку доказательств того, что произошло согласование изменения материала, ответчиком не представлено.

В силу статьи 95 Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" акты освидетельствования ответственных конструкций, на которые ссылается ответчик, не могут быть приняты как доказательство наличия соглашения между сторонами контракта о замене предусмотренных контрактом товаров. Данного соглашения не предоставлено суду, а также оно не размещено в сети интернет.

Как обоснованно указывает истец, ответчик использовал товарный знак, принадлежащий истцу, в документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; поскольку в Акте о приемке выполненных работ № 4 от 29.08.2022 указано на покрытие из резиновой крошки толщиной 12 мм по технологии Мастерфайбр. Таким образом, для потребителя резиновое покрытие является покрытием, произведенным по технологии Мастерфайбр из сертифицированных правообладателем составляющих, что не соответствует действительности и является нарушением исключительных прав истца на товарный знак истца.

В пункте 156 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что способы использования товарного знака, входящие в состав исключительного права в силу положений пунктов 1 и 2 статьи 1484 ГК РФ, не ограничиваются лишь изготовлением товаров с размещением на них этого товарного знака. Исключительное право правообладателя охватывает в числе прочих распространение (в том числе предложение к продаже), а также ввоз на территорию Российской Федерации, хранение или перевозку с целью введения в гражданский оборот на территории Российской Федерации товара, в котором (а равно на этикетках, упаковке, документации которого) выражен товарный знак.

Таким образом, сам факт использования ответчиком товарного знака на документации без согласия правообладателя, свидетельствует о нарушении ответчиком исключительных прав истца на товарный знак. Аналогичная правовая позиция изложена в Постановлении Суда по интеллектуальным правам от 20.12.2021 N С01-2044/2021 по делу N А32-53712/2020.

Таким образом, сам факт указания ответчиком в Акте о приемке выполненных работ № 4 от 29.08.2022 на покрытие из резиновой крошки по технологии Мастерфайбр уже является нарушением прав истца на товарный знак.

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика компенсации за нарушение исключительного права на использование товарного знака в размере 3382580 руб.

Пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ предусмотрено, что в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Ответственность за незаконное использование товарного знака предусмотрена статьей 1515 ГК РФ, при этом истец вправе выбрать способ защиты своего нарушенного права по своему усмотрению. В силу пункта 4 указанной статьи правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как указано выше и исходя из положений статьи 12 ГК РФ, право выбора способа защиты своего нарушенного права, в том числе вида заявляемой ко взысканию компенсации, принадлежит лицу, чьи права нарушены. Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации (пункт 59 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Истцом при обращении с настоящим иском был избран вид компенсации, взыскиваемой на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.

Как разъяснено в пункте 61 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), то при определении размера компенсации за основу следует принимать ту стоимость этих экземпляров (товаров), по которой они фактически продаются или предлагаются к продаже третьим лицам. Так, если контрафактные экземпляры (товары) проданы или предлагаются к продаже нарушителем на основании договоров оптовой купли-продажи, должна учитываться именно оптовая цена экземпляров (товаров).

Компенсация в сумме 3382580 руб. истцом рассчитана в соответствии с положениями подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, на основании сведений, указанных в Акте о приемке выполненных работ №4 от 29.08.2022 исходя из расчета: 663990 руб. * 2 = 1327980 руб.; 1027300 руб. * 2 = 2054600 руб.; Итого: 1327980 + 2054600 = 3382580 руб.

Проверив представленный истцом расчет компенсации, суд признает его подлежащим уточнению, поскольку  согласно Акту о приемке выполненных работ №4 от 29.08.2022 строка № 49 страница 5 ответчик выполнил работы по Покрытию из резиновой крошки толщиной 12 мм по технологии Мастерфайбр в количестве 442,66 кв.м. стоимостью 553332 руб., а также строка №.67 страница 6 также выполнены работы по Покрытию из резиновой крошки толщиной 40 мм по технологии Мастерфайбр на готовое основание в количестве 227,4 кв.м. стоимостью 852745 руб.

Таким образом, размер компенсации в соответствии с положениями подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ составляет (553332 руб. + 852745 руб.) * 2 = 1406077 руб. * 2 = 2812154 руб.

Определенный таким образом размер является по смыслу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом по правилам указанной нормы.

Правомерность определения истцом в рассматриваемом случае компенсации на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ в двукратном размере стоимости товаров на основании сведений о стоимости товара, указанных в сопроводительной документации на товар, подтверждается правовой позицией Суда по интеллектуальным правам, изложенной в постановлениях от 14.01.2021 N С01-1691/2020 и от 22.12.2021 N С01-1691/2020 по аналогичному делу № А40-265751/2019 (в указанном деле товарный знак был также размещен на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот).

С учетом изложенного, требование истца о взыскании с ответчика компенсации за нарушение исключительного права на использование товарного знака является правомерным в размере 2812154 руб.

Вместе с тем, ответчик заявил о снижении размера взыскиваемой компенсации. В обоснование заявления ссылается на Постановление Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 № 40-П.

В пункте 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, содержащейся в Постановлении N 28-П, при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301, 1311 и 1515 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях: убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком; правонарушение совершено ответчиком впервые; использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении N 40-П, с учетом характера допущенного нарушения и тяжелого материального положения ответчика и при наличии соответствующего заявления от него суд вправе снизить размер компенсации ниже установленной подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ величины.

При этом с целью не допустить избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, с одной стороны, и, с другой, лишить его стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности размер такой компенсации может быть снижен судом не более чем вдвое (то есть не может быть менее стоимости права использования товарного знака).

В Постановлении N 40-П также указано, что снижение компенсации возможно с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общий размер компенсации, если такой размер многократно превышает величину причиненных правообладателю убытков (притом что убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Определение размера конкретного компенсации относится к прерогативе суда, рассматривающего спор по существу, который определяет размер компенсации в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. При этом суд не вправе изменять заявленный истцом вид компенсации.

Оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела доказательства, Исходя из обстоятельств настоящего дела, суд приходит к выводу о возможности снижения размера компенсации с учетом правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении N 40-П, конкретных обстоятельств по настоящему делу, не более чем вдвое, то есть до однократной стоимости товара, до 1406077 руб.

Суд полагает, что запрашиваемый истцом размер компенсации не соответствует требованиям разумности и справедливости. При определении размера компенсации суд учитывает, что ранее к ответственности за нарушение исключительных прав ответчик не привлекался; использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика, а также учитывая существенный размер заявленной к взысканию компенсации, существенно превышающей размер возможным убытков истца вследствие неправомерных действий ответчика,

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Следует учитывать, что согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 28.10.2021 N 46-П, снижение размера компенсации по ходатайству ответчика в данном случае не может приравниваться к частичному удовлетворению исковых требований для целей распределения судебных расходов.

С учетом изложенного, в ответчика в пользу истца подлежит взысканию 33182 руб. 22 коп. расходов на уплату государственной пошлины. Истцу также следует возвратить из федерального бюджета 14065 руб. излишне уплаченной государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  



Р Е Ш И Л:

иск удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 в пользу общества с ограниченной ответственностью "Мастерфайбр" 1406077 (Один миллион четыреста шесть тысяч семьдесят семь) руб. компенсации, 33182 (Тридцать три тысячи сто восемьдесят два) руб. 22 коп. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

В остальной части в иске отказать.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью "Мастерфайбр" из федерального бюджета 14065 (Четырнадцать тысяч шестьдесят пять) руб. государственной пошлины, излишне уплаченной по платежному поручению № 30 от 01.03.2024.

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Чувашской Республики в течение месяца с момента его принятия.

В таком же порядке решение может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.



Судья                                                                                                         Е.В. Васильев