Решение от 5 ноября 2024 г. по делу № А41-24455/2024

Арбитражный суд Московской области

   107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва

http://asmo.arbitr.ru/


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №А41-24455/24
06 ноября 2024 года
г.Москва



Резолютивная часть объявлена 18 сентября 2024 года

Полный текст решения изготовлен 06 ноября 2024 года


Арбитражный суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Минаевой Н.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Дегтяревой В.С., рассмотрев в судебном заседании дело по иску ООО “ЛЮКС-ВИЗАЖ (УНН 100029659, ОКПО 14556037)

к ИП ФИО1 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>)

третьи лица: ООО "ВАЙЛДБЕРРИЗ" (142181, МОСКОВСКАЯ ОБЛ., ПОДОЛЬСК Г.О., КОЛЕДИНО Д., ТЕР. ИНДУСТРИАЛЬНЫЙ ПАРК КОЛЕДИНО, Д. 6, СТР. 1, ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

о взыскании,

при участии в судебном заседании - согласно протоколу 



УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью "Люкс-Визаж" (далее - ООО "Люкс-Визаж", истец) обратилось в Арбитражный суд Московской области к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее - ИП ФИО1, ответчик) и обществу с ограниченной ответственностью "Вайлдберриз" (далее - ООО "Вайлдберриз", третье лицо) с иском о взыскании солидарно с ответчиков в пользу истца компенсации в размере 640 332 руб. за незаконное использование товарных знаков по свидетельству РФ N 898224, по международной регистрации N 1700250 (далее - "товарные знаки").

Истцом заявлен отказ от исковых требований к ООО "Вайлдберриз" (ИНН <***>, ОГРН <***>) и осуществлении изменений процессуального статуса с ООО "Вайлдберриз" на третье лицо, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

В соответствии с ч. 2 ст. 49 АПК РФ истец вправе до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой инстанции или в арбитражном суде апелляционной инстанции, отказаться от иска полностью или частично.

Согласно ч. 5 ст. 49 АПК РФ арбитражный суд не принимает отказ истца от иска, уменьшение им размера исковых требований, признание ответчиком иска, не утверждает мировое соглашение сторон, если это противоречит закону или нарушает права других лиц. В этих случаях суд рассматривает дело по существу.

Рассмотрев заявление ООО «ЛЮКС-ВИЗАЖ» об отказе от иска в части требований к ООО "ВАЙЛДБЕРРИЗ", проверив полномочия лица, подписавшего данное заявление, суд считает его подлежащим удовлетворению в силу ч. 5 ст. 49 АПК РФ, так как отказ от требований в указанной части не противоречит закону и не нарушает прав других лиц.

Последствия отказа от исковых требований судом разъяснены (ст. ст. 49, 151 АПК РФ).

При таких обстоятельствах, суд считает возможным принять заявленный отказ от иска в указанной части.

Производство по делу в части требований к ООО "ВАЙЛДБЕРРИЗ" подлежит прекращению согласно п. 4 ч. 1 ст. 150 АПК РФ.

В судебном заседании представитель истца поддержал доводы, изложенные в иске.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения исковых требований по доводам, изложенным в отзыве на иск, просил в случае удовлетворения исковых требований снизить размер компенсации.

Суд, рассмотрев материалы дела, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, оценив представленные по делу доказательства, приходит к выводу, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ООО "Люкс-Визаж" является обладателем исключительных прав на использование на территории Российской Федерации товарных знаков по государственной регистрации N 898224 и международной регистрации N 1700250.

Права на товарные знаки подтверждены Свидетельством о регистрации N 898224 от 12.10.2022, выданным Федеральной службой по интеллектуальной собственности, данными из Реестра товарных знаков, а также сведениями о международной регистрации товарного знака N 1700250.

Истцом, в целях защиты своих исключительных прав, был проведен мониторинг товаров, производимых и реализуемых на территории Российской Федерации, в результате которого истцу стало известно, что ответчик предлагает к продаже и реализует в сети Интернет через сайт https://wildberries.ru/ маркетплейса wildberries.ru товары, маркированные обозначением, сходным до степени смешения с товарными знаками истца.

Истцом установлено, что на торговой площадке https://www.wildberries.ru/ осуществляет свою деятельность продавец ИП ФИО1 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>).

Нарушение прав Истца выражено в форме размещения, предложения к продаже и продажи на торговой площадке товарных позиций, маркированных обозначениями, сходными до степени смешения с товарными знаками Истца.

По факту выявленного правонарушения истцом в адрес ответчика направлена претензия, которая оставлена последним без ответа, что послужило основанием для обращения истца в суд.

Отношения, возникающие в связи с правовой охраной и использованием объектов интеллектуальной собственности на территории Российской Федерации, регулируются Гражданским Кодексом Российской Федерации (далее - "ГК РФ").

В соответствии со статьей 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающее исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации без согласия правообладателя. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ.

В силу пункта 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак).

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, выполнении работ, оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

Из содержания указанных норм права следует, что использование в гражданском обороте на территории Российской Федерации товарного знака может осуществляться только с разрешения правообладателя или уполномоченного им лица. Предложение к продаже, продажа, хранение и иное введение в хозяйственный оборот товаров с товарным знаком или сходным с ним до степени смешения обозначением, используемых без разрешения его владельца, является нарушением права на товарный знак.

Незаконное размещение товарного знака ли сходного с ним до степени смешения обозначения на товарах, этикетках, упаковках товаров, в силу пункта 1 статьи 1515 ГК РФ, свидетельствует об их контрафактности.

Для признания сходства обозначения достаточно уже самой опасности, а не реального смешения товарных знаков (обозначений) в глазах потребителя (соответствующая правовая позиция выражена в Постановлении Президиума ВАС РФ от 18.07.2006 по делу N 3691/06).

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования сходного с товарным знаком обозначения, в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

При оценке тождественности или сходства до степени смешения между противопоставляемыми обозначениями и товарными знаками следует руководствоваться положениями статей 1229, 1252, 1477, 1484 ГК РФ, а также нормами, регулирующими вопросы сравнения обозначений, предусмотренными Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденными приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 N 482 (далее - Правила N 482), а также разъяснениями высшей судебной инстанции, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10).

При сопоставлении товарных знаков с точки зрения их графического и визуального сходства должно быть учтено основное правило, согласно которому вывод делается на основе восприятия не отдельных элементов, а товарных знаков в целом (общего впечатления).

В пункте 162 Постановления N 10 и пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 23.09.2015 (далее - Обзор от 23.09.2015), разъяснено, что при выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг. Согласно разъяснению, данному в пункте 162 Постановления N 10, однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Сравнение зарегистрированных Товарных знаков и содержащихся обозначений на товарах, предлагаемых к продаже Ответчиком, позволяет сделать суду вывод о наличии у них сходства, приводящего к смешению указанного товара с товарными знаками с точки зрения потребителей.

Доводы ответчика, указанные в отзыве, судом признаются не обоснованными, поскольку опровергаются фактическими обстоятельствами дела. Доказательств, подтверждающих правомерность использования товарных знаков истца в своей деятельности (производство, предложение к продаже, реклама, доведение до всеобщего сведения), ответчик не представил.

Как следует из материалов дела, ООО "ЛЮКС-ВИЗАЖ" (далее - истец) является обладателем исключительных прав на использование на территории Российской Федерации товарных знаков по государственной регистрации N 898224 и международной регистрации N 1700250.

В данном случае комбинированный товарный знак истца по свидетельству N 898224 представляет собой элемент, прямоугольной формы, стилизованный под тубу. В верхней части расположен комбинированный элемент LUXVISAGE, выполненный в особой графической манере, под ним расположен словесный элемент "XXL" (икс икс эль), который значительно выделяется на фоне других элементов, выполнен более крупным и жирным шрифтом.

Графический товарный знак истца по международной регистрации N 1700250 также содержит комбинированный элемент LUXVISAGE, выполненный в особой графической манере, по центру расположен изобразительный элемент в виде "XXL" (икс икс эль).

При проведении сравнительного анализа товарных знаков истца с товаром, реализуемым ответчиком, судом установлено их сходство до степени смешения при тождестве товаров (тушь для ресниц) в связи со следующими обстоятельствами:

- сравниваемые объекты включают тождественный словесный элемент XXL, который является охраняемым элементом товарных знаков истца;

- шрифтовое и колористическое исполнение элемента XXL в товарных знаках истца является тождественным шрифтовому и колористическому исполнению этого элемента на реализуемых ответчиком товарах;

- сравниваемые объекты имеют одинаковую цветовую гамму и одинаковое пространственное расположение словесных элементов;

- товарные знаки истца и упаковка реализуемого ответчиком товара содержат тождественные графические элементы в виде 4 изогнутых линий;

- сравниваемые объекты имеют одинаковую внешнюю форму.

Сопоставляемые товары 03 класса МКТУ, указанные в перечне товарных знаков истца, и реализуемые ответчиком товары являются тождественными (туши для ресниц) и, соответственно, вследствие тождества не требуют исследования в отношении их однородности.

Таким образом, обозначение, которым маркированы товары, реализуемые ответчиком, сходно с товарными знаками истца по фонетическому и семантическому критерию (тождество элемента "XXL" в товарных знаках истца и обозначения на упаковке продукции, реализуемой ответчиком, графическому критерию (визуальное восприятие) и расположению отличительных элементов, формирующих одинаковое восприятие. При этом товарные знаки истца охраняются в отношении товаров 03 класса МКТУ "средства косметические, а именно тушь для ресниц" и "Косметические препараты для ресниц; косметические продукты для окрашивания ресниц, включая тушь", что идентично товару, реализуемому ответчиком.

Истец указывает на то, что в договорных отношениях с ответчиком не состоит, право на использование, принадлежащих истцу товарных знаков, ответчику никогда не предоставлялось. Никакие соглашения, договоры (лицензионные, сублицензионные, концессии и др.), которые бы предоставляли ответчику право использовать товарный знак, принадлежащий истцу, не заключались, официальным дистрибьютором ответчик не являлся и не является. Доказательств об обратном ответчиком не представлено.

Факт реализации ответчиком контрафактных товаров подтверждается протоколом осмотра доказательств от 15.01.2024.

В соответствии с п. 3 ст. 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения. При установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному изготовителю. Для установления однородности товаров принимается во внимание род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей и другие признаки. Таким образом, если обозначения имеют некоторые различия, а товары являются идентичными или в определенной степени однородными, что может привести к их принадлежности одному правообладателю, то следует сформулировать вывод о сходстве до степени смешения таких товарных знаков или обозначений, о чем свидетельствует п. 162 ПП ВС N 10.

Таким образом, состав правонарушения образует использование без разрешения правообладателя не только тождественного, но и сходного до степени смешения с товарным знаком обозначения в отношении идентичных либо однородных товаров (услуг).

Исходя из высокой степени сходства (близкой к тождественности) и высокой степени однородности суд приходит к выводу о наличии сходства до степени смешения товаров, предлагаемых к продаже Ответчиком, и товарных знаков Истца.

Таким образом, суд пришел к выводу о том, что действия ответчика с использованием обозначения, сходного о степени смешения с товарными знаками истца, являются нарушением исключительного права истца на эти товарные знаки.

При этом, вопреки положениям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, доказательства, свидетельствующие о законности использования данных объектов исключительных прав истца, ответчиком в материалы дела не представлены.

Учитывая изложенное, суд пришел к выводу о доказанности факта нарушения исключительного права истца на спорные товарные знаки.

Как усматривается из содержания искового заявления, размер компенсации за нарушение исключительного права на названный товарный знак рассчитан в порядке, предусмотренном подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, то есть в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных названным Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных названным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Как отмечено в подпункте 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Согласно правовой позиции, содержащейся в пункте 62 постановления от 23.04.2019 № 10, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных ГК РФ.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Вместе с тем, в постановлении от 23.04.2019 № 10 разъяснено, что, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или третьих лиц.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), то при определении размера компенсации за основу следует принимать ту стоимость этих экземпляров (товаров), по которой они фактически продаются или предлагаются к продаже третьим лицам.

Согласно представленному истцом расчету размер компенсации за допущенное ответчиком нарушение исключительного права на товарные знаки по свидетельству РФ N 898224, по международной регистрации N 1700250 составляет 640 332 руб., исходя из следующего расчета:

- тушь с артикулом 181823104, была продана 958 раз на общую сумму 216 108 рублей

- тушь, с артикулом 193940143, была продана 173 раза на общую сумму 40 093 рубля;

- тушь, с артикулом 153324340, была продана 250 раз на общую сумму 63 965 рублей,

Итого: 320 166 руб.х2 =640 332 руб.

Суд, проверив данный расчет компенсации, признает его верным, документально подтвержденным.

Вместе с тем, суд учитывает, что, согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, содержащейся в Постановлении N 28-П, при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301, 1311 и 1515 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях: убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком; правонарушение совершено ответчиком впервые; использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении N 40-П, с учетом характера допущенного нарушения и тяжелого материального положения ответчика и при наличии соответствующего заявления от него суд вправе снизить размер компенсации ниже установленной подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ величины.

При этом с целью не допустить избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, с одной стороны, и, с другой, лишить его стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности размер такой компенсации может быть снижен судом не более чем вдвое (то есть не может быть менее стоимости права использования товарного знака).

Ответчиком заявлено о снижении размера компенсации. В обоснование заявленной позиции ответчик приводит следующие доводы:

- нарушение было допущено ответчиком впервые, по неосторожности, без прямого умысла, при том, что российский рынок изобилует контрафактным товаром, проверить происхождение которого крайне сложно, а в некоторых случаях – невозможно.

- добросовестно предполагая, что поставщик и производитель товара обладают правом использования соответствующих результатов интеллектуальной деятельности, ответчик самостоятельно не изготавливал спорный товар, занимался только его перепродажей.

В обоснование добросовестного заблуждения ответчик сообщает, что заключил договор поставки с ИП ФИО2, который, и свою очередь, является обладателем исключительных прав на товарный знак № 827260 «Sabbi». ИП ФИО2 маркирует свою продукцию следующим логотипом: XXL SABBI, что также следует из представленных истцом скриншотов спорного товара в карточке товара на маркетплейсе, а также из договора поставки с ИП ФИО2 Ответчик, увидев выписку из реестра товарных знаков и обнаружив, что ИИ ФИО2 действительно является обладателем исключительных прав на товарным знак № 827260 «Sabbi» со спокойствием стал реализовывать спорный товар, при этом не зная, что товарные знаки XXL принадлежат истцу.

- ранее ответчик не привлекался к ответственности за нарушение исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности.

В рассматриваемом случае суд приходит к выводу о возможности снижения размера компенсации до 320 166 руб., то есть до однократной стоимости, введенной в оборот продукции.

При этом суд исходит из того, что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат истцу, ответчик добровольно прекратил использование товарного знака. Доказательств соответствия размера заявленной к взысканию компенсации (640 332 руб.) размеру причиненных истцу убытков в материалы дела не представлены.

По мнению суда, размер компенсации 320 166 руб., составляющий однократную стоимость товара, введенного ответчиком в оборот с использованием товарного знака истца, соответствует требованиям справедливости и равенства сторон, соблюдению баланса их прав и законных интересов. Суд учитывает также, что размещение ответчиком изображений, схожих с товарным знаком истца, в данном случае не свидетельствует о намерении составить конкуренцию истцу при осуществлении его видов деятельности либо о намерении причинить ущерб деловой репутации истца - напротив, распространение изображения с общеизвестным товарным знаком способствует росту положительного имиджа (восприятия) в глазах потребителей.

Основания для дальнейшего снижения размера компенсации отсутствуют, поскольку ответчик не привел в обоснование этого убедительных доводов; сумма в 320 166 руб. позволяет адекватным образом восстановить имущественное положение истца, нарушенное действиями ответчика; при этом взыскиваемая в настоящем деле компенсация должна быть не ниже однократной стоимости товара, на котором незаконно размещены товарные знаки, принадлежащие истцу.

С учетом изложенных обстоятельств, принимая во внимание характер допущенного нарушения, суд приходит к выводу о правомерности заявленной ко взысканию компенсации в размере 320 166 руб., в удовлетворении остальной части исковых требований суд отказывает.

Отсутствие в деле основного критерия, являющегося, в соответствии с положениями абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 N 28-П, основанием для снижения размера компенсации ниже низшего предела, - одновременное нарушение исключительных прав на несколько объектов интеллектуальной собственности, не является безусловным основанием для отказа во взыскании суммы компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленными требованиями.

Аналогичная позиция изложена в определении ВС РФ от 26 января 2021 г. N 310-ЭС20-9768.

При изложенных обстоятельствах исковые требования подлежат удовлетворению частично.

С учетом того, что истец заявил о взыскании компенсации размере 640 332 руб., которая одновременно является и минимальным размером компенсации, рассчитанной исходя из двукратной стоимости контрафактного товара, ответчик признан нарушителем исключительных прав истца, однако суд сделал вывод о необходимости снижения размера компенсации ниже низшего предела, положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статья 110 АПК РФ) не подлежат применению, а судебные расходы в полном объеме подлежат отнесению на ответчика.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 



РЕШИЛ:

Принять отказ ООО «ЛЮКС-ВИЗАЖ» от иска к ООО "ВАЙЛДБЕРРИЗ".

            Производство по делу №А41-24455/24 в части требований к ООО "ВАЙЛДБЕРРИЗ" прекратить.

            Иск удовлетворить частично.

            Взыскать с ИП ФИО1 в пользу ООО «ЛЮКС-ВИЗАЖ» 320 166 руб. компенсации, 15 807 руб. расходов по оплате государственной пошлины.

            В удовлетворении остальной части иска отказать.

            Решение может быть обжаловано в Десятый арбитражный апелляционный суд в установленный законом срок.


Судья                                                                                              Н.В. Минаева