Постановление от 17 мая 2022 г. по делу № А60-75020/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3170/21

Екатеринбург

17 мая 2022 г.


Дело № А60-75020/2018


Резолютивная часть постановления объявлена 11 мая 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 17 мая 2022 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Артемьевой Н.А.,

судей Шавейниковой О.Э., Павловой Е.А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 20.08.2021 по делу № А60-75020/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 25.10.2021);

ФИО3 и ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 18.01.2021);

ФИО5, ФИО6, ФИО7 - ФИО4 (доверенность от 29.09.20210);

ФИО8 – ФИО9 (доверенность от 22.12.2020).


Определением Арбитражного суда Свердловской области от 06.03.2019 принято к производству заявление Федеральной налоговой службы в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 22 по Свердловской области (далее – уполномоченный орган) о признании ФИО8 (далее также - должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 20.08.2019 заявление уполномоченного органа признано обоснованным, в отношении ФИО8 введена процедура реструктуризации долгов; финансовым управляющим утвержден ФИО10.

Решением суда от 28.01.2020 ФИО8 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина; финансовым управляющим утвержден ФИО10

Финансовый управляющий ФИО10 22.03.2021 обратился в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании недействительной сделки по отчуждению объекта недвижимости с кадастровым номером: 66:45:0200313:127, совершенной между обществом с ограниченной ответственностью «ТЭЯ» (далее – общество «ТЭЯ») и ФИО1, применении последствий ее недействительности в виде возврата спорного имущества в собственность общества «ТЭЯ» (с учетом уточнения, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Кредиторы ФИО3, ФИО3 05.04.2021 также обратились в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании недействительной сделки по отчуждению недвижимости - торгового рынка по адресу: <...>, кадастровый номер: 66:45:0200313:131 (предыдущий номер 66:45:0200313:127), площадью 740,8 кв. м, совершенной между обществом «ТЭЯ» и ФИО1, применении последствий ее недействительности в виде признания права собственности за обществом «ТЭЯ» на нежилое здание сельскохозяйственного крытого рынка и земельный участок с кадастровым номером 66:45:0200313:7, площадью 5296+/-25 кв. м, расположенный по адресу: город Каменск-Уральский, на пересечении улиц Маршала Жукова и Кутузова (с учетом уточнения, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением суда от 28.05.2021 вышеуказанные заявления объединены в одно производство для совместного рассмотрения; к участию в деле в качестве заинтересованного лица с правами ответчика привлечено общество «ТЭЯ».

Определением суда от 20.08.2021 требования удовлетворены частично. Договор купли-продажи от 25.07.2019 между обществом «ТЭЯ» и ФИО1 признан недействительным. Применены последствия недействительности сделки в виде признания права собственности общества «ТЭЯ» на нежилое здание сельскохозяйственного крытого рынка по адресу: <...>, кадастровый номер: 66:45:0200313:131, площадью 740,8 кв. м. В остальной части требований отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2022 определение суда первой инстанции от 20.08.2021 изменено в части применения последствий недействительности сделки. Применены последствия недействительности сделки в виде признания права собственности за обществом «ТЭЯ» на нежилое здание сельскохозяйственного крытого рынка по адресу: <...>, кадастровый номер 66:45:0200313:131, площадью 740,8 кв. м и земельный участок, кадастровый номер 66:45:0200313:7, площадью 5296+/-25 кв. м, расположенный по адресу: город Каменск-Уральский, на пересечении улиц Маршала Жукова и Кутузова.

В остальной части определение суда первой инстанции от 20.08.2021 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО1 просит определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить. ФИО1 ссылается на неправильное применение судом апелляционной инстанции последствий недействительности сделки; указывает на то, что договор купли-продажи земельного участка от 28.12.2020 № 125/2020 был заключен между ФИО1 и органом местного самоуправления - Комитетом по управлению имуществом города Каменск-Уральского, а общество «ТЭЯ» не являлось участником сделки, денежные средства за земельный участок не передавало органу местного самоуправления, но в результате примененных последствий стало собственником земельного участка на безвозмездной основе; при этом орган местного самоуправления - Комитет по управлению имуществом города Каменск-Уральского к участию в деле не был привлечен; постановление суда апелляционной инстанции нарушает права ФИО1 и органа местного самоуправления, а общество «ТЭЯ» неосновательно обогатилось за счет ФИО1 на сумму кадастровой стоимости земельного участка 7 451 000 руб. По мнению ФИО1, судом апелляционной инстанции не учтено то, что часть выкупленного земельного участка уже продана ФИО1 третьим лицам, которые на данных участках возводят свои объекты недвижимости, то есть земельный участок изменил свою площадь и иные характеристики, в частности кадастровый номер, и вынесенное постановление нарушает права третьих лиц. ФИО1 считает, что суды, признавая сделку недействительной, не установили факт заинтересованности между ФИО1 и должником (ФИО8), не учли, что сделка совершена с обществом «ТЭЯ», а целью заключения сделки являлось вложение собственных накоплений и приобретение объекта недвижимости; покупку объекта недвижимости инициировала сама ФИО1 ввиду того, что общество «ТЭЯ» не уплатило денежные средства за предоставленные стройматериалы, из которых фактически и был возведен объект; цели причинения вреда кредиторам должника не имелось; представленный приходный кассовый ордер на сумму 1 000 000 руб. является достаточным доказательством внесения ею денежных средств по договору купли-продажи. ФИО1 указывает на то, что не была осведомлена о признаках банкротства у ФИО8; судами не установлено, каким образом ущемляются права кредиторов должника в результате совершения оспариваемой сделки с учетом того, что права кредиторов Котовичей обеспечены залоговым имуществом должника стоимостью около 7 млн. руб. (квартирой, двумя автомобилями и ½ доли земельного участка), при этом должник обладает и иным имуществом, всего на сумму более 39 млн. руб., которого будет достаточно для погашения всех требований кредиторов должника. Кроме того, заявитель жалобы указывает на то, что суд апелляционной инстанции вышел за пределы своих полномочий, поскольку в порядке апелляционного производства определение суда первой инстанции в части последствий недействительности сделки не обжаловалось.

Кредиторы ФИО3, ФИО5, ФИО7, ФИО6 представили возражения, в которых просят кассационную жалобу оставить без удовлетворения, но при этом ссылаются на то, что в настоящее время земельный участок разделен и выделенная часть площадью 435 кв. м. продана ФИО1 ФИО11, данная информация скрывалась ФИО1, в связи с чем просят суд кассационной инстанции рассмотреть вопрос о разделе земельного участка и изменить постановление суда апелляционной инстанции, уточнив кадастровый номер земельного участка 66:45:0200313:131, его площадь 4291 кв. м.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность судебных актов с учетом положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции оснований для отмены постановления суда апелляционной инстанции не усматривает.

Как следует из материалов дела, общество «ТЭЯ» зарегистрировано в качестве юридического лица 16.12.2007, должник ФИО8 с 16.11.2017 является единственным участником общества «ТЭЯ» с долей участия в уставном капитале 100%, с 01.08.2018 директором общества является его отец - ФИО12.

Общество «ТЭЯ» являлось собственником объекта недвижимости (объект незавершенного строительством – сельскохозяйственный крытый рынок) с кадастровым номером 66:45:0200313:127, площадью 740,8 кв. м.

Между обществом «ТЭЯ» в лице директора ФИО12 (продавец) и ФИО1 (покупатель) 25.07.2019 заключен договор купли-продажи объекта незавершенного строительства (сельскохозяйственный крытый рынок), расположенного по адресу: <...>, кадастровый номер: 66:45:0200313:127, площадью 740,8 кв. м по цене 1 000 000 руб.

Пунктом 4 договора определены характеристики отчуждаемого имущества: назначение - торговое, площадь 740,8 кв. м, кадастровый номер: 66:45:0200313:127, месторасположение: <...>, расположен на земельном участке общей площадью 5296 кв. м, категория земель - земли населенных пунктов, кадастровый номер 66:45:0200313:7, разрешенное использование - для размещения объектов торговли; имеется договор аренды земельного участка от 15.04.2019 № 50/2019, заключенный между обществом «ТЭЯ» и органом местного самоуправления Комитетом по управлению имуществом города Каменск-Уральского, сроком на три года.

Согласно пункту 7 договора объект незавершенного строительства оплачивается покупателем путем передачи денежных средств продавцу при подписании договора; передача объекта незавершенного строительства состоится при подписании договора без составления передаточного акта.

В договоре имеется расписка о том, что денежные средства в размере 1 000 000 руб. получены ФИО12 от ФИО1

Государственная регистрация права собственности ФИО1 на объект незавершенного строительства произведена 30.09.2019.

Между органом местного самоуправления Комитет по управлению имуществом города Каменска-Уральского (арендодатель) и обществом «ТЭЯ» в лице директора ФИО12 (арендатор) заключен договор аренды от 15.04.2019 № 50/2019 в отношении земельного участка с кадастровым номером 66:45:0200313:7, расположенного по адресу: Свердловская область, город Каменск-Уральский, на пересечении улиц Маршала Жукова и Кутузова, разрешенное использование - для размещения объектов торговли, площадью 5296 кв. м. Договор аренды зарегистрирован 17.04.2019.

В соответствии с пунктами 1.2, 2.1 договора на земельном участке расположен объект незавершенного строительства с кадастровым номером 66:45:0200313:127, степень готовности 95%, принадлежащий на праве собственности обществу «ТЭЯ»; срок действия договора с 01.05.2019 по 30.04.2022.

Дополнительным соглашением от 26.02.2020 № 1 к договору аренды, заключенным между органом местного самоуправления Комитет по управлению имуществом города Каменска-Уральского (арендодатель), обществом «ТЭЯ» в лице директора ФИО12 (арендатор) и ФИО1 (в связи с переходом права собственности на объект незавершенного строительства, кадастровый номер: 66:45:0200313:127) арендатор передал свои права и обязанности по договору аренды в отношении земельного участка (кадастровый номер 66:45:0200313:7) для размещения объекта торговли ФИО1 с 01.02.2020.

Объект недвижимости введен в эксплуатацию 19.02.2020 и ему присвоен кадастровый номер 66:45:0200313:131.

ФИО1 23.04.2020 обратилась с заявлением в Росреестр за регистрацией права собственности на объект недвижимости на основании договора аренды земельного участка от 15.04.2019, дополнительного соглашения № 1 к нему и разрешения на ввод объекта в эксплуатацию от 19.02.2020.

Право собственности на указанный объект недвижимости зарегистрировано за ФИО1 08.05.2020.

На основании зарегистрированного права собственности на спорный объект завершенного строительства между ФИО1 и органом местного самоуправления Комитет по управлению имуществом города Каменска-Уральского заключен договор купли-продажи земельного участка от 28.12.2020 № 125/2020 по выкупной цене 633 335 руб., определенной на основании Постановления Правительства Свердловской области от 26.12.2012 № 1532-ПП «Об утверждении Порядка определения цены и оплаты земельных участков, находящихся в государственной собственности Свердловской области или земельных участков, государственная собственность на которые не разграничена, при продаже их собственникам зданий, строений, сооружений, расположенных на этих земельных участках».

Государственная регистрация права собственности ФИО1 на указанный земельный участок произведена 15.01.2021.

Определением суда от 06.03.2019 возбуждено дело о банкротстве ФИО8, определением суда от 20.08.2019 в отношении ФИО8 введена процедура реструктуризации долгов; решением суда от 28.01.2020 ФИО8 признан банкротом.

Финансовый управляющий ФИО10 и кредиторы ФИО5, ФИО6 22.03.2021 и 05.04.2021 соответственно обратились в Арбитражный суд Свердловской области с заявлениями о признании на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительной сделки по отчуждению обществом «ТЭЯ», единственным участником которого является должник - ФИО12, в пользу ФИО1 объекта недвижимости (сельскохозяйственного крытого рынка) с кадастровым номером: 66:45:0200313:127 и применении последствий ее недействительности в виде признания права собственности за обществом «ТЭЯ» на нежилое здание сельскохозяйственного крытого рынка и земельный участок с кадастровым номером 66:45:0200313:7, площадью 5296+/-25 кв. м.

В обоснование предъявленных требований заявители указали на то, что между должником ФИО8 (заемщик) и ФИО13 был заключен договор беспроцентного займа от 19.10.2018 на сумму 7 000 000 руб. сроком возврата до 28.02.2019, обязательства по которому были обеспечены залогом земельных участков, принадлежащих ФИО14, однако должником обязательства по возврату займа не исполнены; после смерти ФИО13 его наследники ФИО5, ФИО7, ФИО6, ФИО3 и ФИО3 предъявили требования к должнику о возврате заемных денежных средств, при этом в конкурсную массу должника включена его доля в размере 100% в уставном капитале общества «ТЕЯ», действительный размер которой зависит от размера чистых активов общества; между тем после возбуждения дела о банкротстве единственного участника общества «ТЭЯ» ФИО8 общество «ТЕЯ» произвело отчуждение ликвидного актива (сельскохозяйственного крытого рынка), строительство которого осуществлялось и за счет заемных денежных средств; согласно отчету об оценке от 23.07.2021 № 546/2021 по состоянию на 30.09.2019 рыночная стоимость объекта незавершенного строительством составляла 14 487 000 руб.; объект отчужден в пользу родственницы семьи Р-вых ФИО1 (родной племянницы директора общества) за 1 000 000 руб. при отсутствии надлежащих доказательств оплаты ФИО1 приобретенного объекта недвижимости, данная сделка совершена при злоупотреблении правом при наличии сговора о фиктивной смене собственника объекта недвижимости с целью уменьшения стоимости чистых активов общества «ТЕЯ» и действительной стоимости 100% доли, принадлежащей должнику.

Возражая против заявленных требований, ФИО1 заявила о пропуске срока исковой давности, сослалась на то, что является добросовестным приобретателем, оплатила наличными денежными средствами объект недвижимости в сумме 1 000 000 руб., при определении цены объекта было учтено его техническое состояние, объем работ, необходимых для завершения строительства; техническое состояние объекта и объем работ и затрат на исправление недостатков строительства отражены в экспертном заключении от 15.05.2019 № 1-2019; учтена стоимость строительных материалов в размере 8 450 000 руб., ранее переданных в общество «ТЭЯ» матерью ФИО1 – ФИО14; указала также на то, что у должника имеется достаточно иного имущества, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Суды отклонили заявление о пропуске срока исковой давности и удовлетворили заявленные требования. При этом суды руководствовались статьей 61.1, пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Делая такой вывод, суды исходили из того, что договор заключен после возбуждения дела о банкротстве должника – ФИО8, являющегося единственным участником общества «ТЭЯ», соответственно, заключен при наличии у должника признаков неплатежеспособности; учитывая, что единственным участником и директором общества «ТЭЯ» являлись ФИО8 и его отец ФИО12, а незавершенный строительством объект отчужден родственнице семьи Р-вых ФИО1, признали, что имеются все основания полагать, что ФИО1 при заключении договора купли-продажи была осведомлена о наличии у должника признаков неплатежеспособности.

При этом учитывая, что согласно представленным справкам 2-НДФЛ доход ФИО1 за 2017, 2018, 2019 годы составлял 641 518 руб., 486 115 руб., 487 230 руб., и доказательств наличия иного дохода не представлено, суды пришли к выводу о том, что ФИО1 не имела финансовой возможности за счет собственных средств приобрести объект недвижимости по цене 1 000 000 руб. и завершить его строительство по договору подряда от 19.08.2019, заключенному с ФИО15 на сумму 1 200 000 руб. Отметив, что договор подряда заключен не с индивидуальным предпринимателем или юридическим лицом, а с гражданином, однако из представленных актов выполненных работ следует, что произведены строительно-монтажные работы, для осуществления которых, как правило, требуются допуск СРО и наличие персонала, доказательств расчетов по договору не представлено, суды критически отнеслись к представленным в материалы дела приходному кассовому ордеру общества «ТЭЯ» о получении наличными 1 000 000 руб. и вышеуказанному договору подряда от 19.08.2019 и признали, что оспариваемый договор купли-продажи от 25.07.2019 заключен при отсутствии встречного предоставления со стороны ФИО1

Суды также оценили доводы ФИО1 о том, что при определении цены договора купли-продажи от 25.07.2019 учитывались переданные предпринимателем ФИО14 строительные материалы на сумму 8 450 000 руб., право требования задолженности по оплате которых было передано ФИО1, и признали их недоказанными в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Установив данные обстоятельства, свидетельствующие о заключении оспариваемого договора купли-продажи от 25.07.2019 между заинтересованными лицами, в условиях неплатежеспособности должника, при отсутствии встречного предоставления, приняв во внимание то, что в результате совершения оспариваемой сделки общество «ТЭЯ» лишилось ликвидного актива, что влияет существенно на действительную стоимость доли должника в уставном капитале общества «ТЭЯ», суды заключили, что такая сделка имела целью уменьшение стоимости чистых активов общества «ТЕЯ» и действительной стоимости 100% доли, принадлежащей должнику, а значит, причинение вреда кредиторам должника.

Суд первой инстанции, признав договор купли-продажи от 25.07.2019 недействительной сделкой, применил последствия недействительности сделки в виде признания права собственности общества «ТЭЯ» на нежилое здание сельскохозяйственного крытого рынка по адресу: <...>, кадастровый номер: 66:45:0200313:131, площадью 740.8 кв.м., указав на то, что при отсутствии надлежащих доказательств оплаты объекта недвижимости и доказательств достройки объекта за счет средств ответчика оснований для установления реституционного требования у ответчика не возникло.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело, согласился с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для признания договора купли-продажи от 25.07.2019 недействительной сделкой и применения последствий недействительности сделки в виде признания права собственности общества «ТЭЯ» на нежилое здание сельскохозяйственного крытого рынка.

Вместе с тем, учитывая, что основанием для выкупа ФИО1 земельного участка, находящегося под зданием рынка, явилась регистрация права собственности на здание рынка, при этом ввиду признания недействительным договора купли-продажи от 25.07.2019 владение ФИО1 зданием рынка являлось незаконным, в связи с чем в результате незаконного владения зданием рынка у ФИО1 появилось незаконное право приобретения в собственность земельного участка под ним, учитывая, что право собственности на здание рынка признано за обществом «ТЭЯ», а ранее земельным участком на праве аренды владело общество «ТЭЯ», учитывая, что в силу пункта 4 статьи 35 Земельного кодекса Российской Федерации отчуждение здания производится вместе с земельным участком, на котором оно находится, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что в качестве последствий недействительности сделки следует признать за обществом «ТЭЯ» право собственности и на земельный участок, кадастровый номер 66:45:0200313:7, площадью 5296+/-25 кв. м, расположенный по адресу: город Каменск-Уральский, на пересечении улиц Маршала Жукова и Кутузова.

При этом суд апелляционной инстанции не вышел за пределы своих полномочий, поскольку в силу статьи 61.6 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» при наличии оснований для признания сделки недействительной суд, рассматривающий дело о банкротстве, самостоятельно применяет последствия недействительности сделки. Кроме того, в силу статьи 1 Земельного кодекса Российской Федерации одним из принципов земельного законодательства является единство судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов.

Доводы заявителя кассационной жалобы о нарушении постановлением суда апелляционной инстанции прав и законных интересов органа местного самоуправления - Комитета по управлению имуществом города Каменск-Уральского, который не был привлечен к участию в деле, не принимаются, поскольку никаких выводов в отношении прав и обязанностей данного органа местного самоуправления, касающихся объектов недвижимости (здания рынка и земельного участка), постановление суда апелляционной инстанции не содержит, нарушения прав и законных интересов указанного лица не усматривается. Ссылка заявителя кассационной жалобы на приобретение обществом «ТЭЯ» права собственности на земельный участок на безвозмездной основе отклоняется; таких выводов постановление суда апелляционной инстанции не содержит.

Доводы заявителя кассационной жалобы о том, что часть земельного участка уже продана ФИО1 третьим лицам, которые на выделенных участках возводят свои объекты недвижимости, то есть земельный участок изменил свою площадь и иные характеристики, в частности кадастровый номер, и вынесенное постановление нарушает права третьих лиц, не принимаются. Такие доводы и соответствующие доказательства ни в суде первой инстанции, ни в суде апелляционной инстанции лицами, участвующими в деле, не заявлялись и не представлялись, предметом исследования судов не являлись. Статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлены пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции - проверяется законность решений, постановлений судов первой и второй инстанций с установлением правильности применения судами норм материального и процессуального права, соответствия выводов судов о применении нормы права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. В соответствии со статьей 286, частью 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная инстанция не имеет полномочий на исследование и установление новых обстоятельств дела.

Согласно отчету финансового управляющего от 13.04.2022, размещенному в электронном виде в Картотеке арбитражных дел, в третью очередь реестра включены требования кредиторов Котовичей и ФИО7 в общем размере 7 000 000 руб., кроме того, имеются требования уполномоченного органа. Между тем в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве размещена информация о заключении финансовым управляющим по результатам торгов договора купли-продажи квартиры должника по цене 2 520 000 руб. (предмет залога). Сведений о подготовке к реализации иного имущества должника в открытом доступе не имеется. Следовательно, денежных средств, вырученных от продажи предмета залога, будет недостаточно для удовлетворения требований кредиторов.

Иные доводы, изложенные в кассационной жалобе, не свидетельствуют о нарушении судом апелляционной инстанции норм права и по существу сводятся к несогласию заявителя с оценкой судом апелляционной инстанции обстоятельств дела; у суда кассационной инстанции оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов не имеется в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, все доводы ФИО1 подлежат отклонению.

С учетом изложенного и исходя из заявленных в кассационной жалобе доводов, оснований для отмены постановления суда апелляционной инстанции не имеется.

Поскольку кассационное производство завершено, приостановление исполнения постановления суда апелляционной инстанции, принятое определением Арбитражного суда Уральского округа от 28.03.2022, следует отменить.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2022 по делу № А60-75020/2018 Арбитражного суда Свердловской области оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Отменить приостановление исполнения постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2022 по делу № А60-75020/2018 Арбитражного суда Свердловской области, принятое определением Арбитражного суда Уральского округа от 28.03.2022.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий Н.А. Артемьева


Судьи О.Э. Шавейникова


Е.А. Павлова