Решение от 30 ноября 2022 г. по делу № А23-1920/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КАЛУЖСКОЙ ОБЛАСТИ

248000 г. Калуга, ул. Ленина, д. 90; тел: (4842) 505-902, 8-800-100-23-53; факс: (4842) 505-957, 599-457; http://kaluga.arbitr.ru; e-mail: kaluga.info@arbitr.ru


Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е



Дело № А23-1920/2022
30 ноября 2022 года
г. Калуга
Резолютивная часть решения объявлена 23 ноября 2022 года.

Решение в полном объеме изготовлено 30 ноября 2022 года.


Арбитражный суд Калужской области в составе судьи Жадан В.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению Федерального государственного унитарного предприятия «Ремонтно-строительное управление Министерства внутренних дел Российской Федерации» (ОГРН <***>, ИНН <***>) 109004, <...> к Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Калужской области (ОГРН <***>, ИНН <***>) 248001, г. Калуга, ул. Суворова, д. 139

о взыскании 100 000 000 руб.,


при участии в судебном заседании:

от истца - представителя ФИО2 по доверенности от 20.07.2020,

от ответчика – представителя ФИО3 по доверенности от 19.05.2022,

У С Т А Н О В И Л:

Федеральное государственное унитарное предприятие «Ремонтно-строительное управление Министерства внутренних дел Российской Федерации» обратилось в Арбитражный суд Калужской области с иском к Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Калужской области о взыскании убытков в сумме 100 000 000 руб.

31.10.2022 от истца поступили дополнения к ходатайству об уточнении исковых требований.

10.11.2022 от ответчика поступили дополнения к отзыву.

Представитель истца пояснил, что исковые требования не поддерживает, поддерживает уточнение иска.

Представитель ответчика просил в иске отказать по основаниям, изложенным в отзыве, против принятия уточнения иска возражал, в том числе в связи с несоблюдением претензионного порядка истцом, представил копию письма.

В судебном заседании объявлен перерыв до 23.11.2022 до 16 час. 00 мин.

После перерыва стороны поддержали ранее изложенные позиции.

Исследовав материалы дела, заслушав выступления истца и ответчика, суд установил следующее.

Уточнение исковых требований судом не приняты, в обоснование указано на следующее.

В качестве обоснования уточнения исковых требований, истец указывает, что первоначальные исковые требования были основаны на норме права неподлежащей применению к взысканию убытков в виде упущенной выгоду по контракту, ввиду чего обществом скорректировано материально-правовое требование к ответчику путем изменения на требование о взыскании с ответчика неустойки за то же самое нарушение контракта: непредставление проектно-сметной документации, повлекшее невозможность завершения строительства объекта. Полагает, что предмет доказывания не изменяется и включает в себя установление причиненных предприятию убытков вследствие допущенного ответчиком нарушения контракта.

В качестве обоснования своей позиции, истец указывает в ходатайстве о том, что предмет доказывания при взыскании убытков и неустойки идентичен, что предполагает наличие права истца на изменение предмета исковых требований.

Проанализировав довод истца, суд пришел к следующему выводу.

В письменных уточнениях просил изменить требование о взыскании убытков в виде упущенной выгоды на требование о взыскании неустойки (штрафа) по п. 7.6. контракта в связи с непредоставлением пригодной для завершения строительства проектно-сметной документации.

Согласно п. 7.6 контракта, в случае ненадлежащего исполнения заказчиком обязательств, предусмотренных контрактом, за исключением просрочки исполнения обязательств Генеральный подрядчик вправе взыскать с заказчика штраф. Штраф в размере 0,5% цены Контракта устанавливается в виде фиксированной суммы, определяемой в порядке, установленном постановлением Правительства Российской Федерации от 25.11.2013 № 1063 и составляет 1 293 843 руб.

В случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности при просрочке исполнения, законом или договором может быть предусмотрена обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму (неустойку), размер которой может быть установлен в твердой сумме - штраф или в виде периодически начисляемого платежа - пеня. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ).

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 6 октября 2017 г. N 23-П "По делу о проверке конституционности положений пункта 2 статьи 115 Семейного кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 333 ГК РФ в связи с жалобой гражданина К." подчеркнул, что неустойка как способ обеспечения исполнения обязательств и мера имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, по смыслу статей 12, 330, 332 и 394 ГК РФ, стимулирует своевременное исполнение обязательств, позволяя значительно снизить вероятность нарушения прав кредитора, предупредить нарушение.

В отличие от взыскания неустойки, взыскание убытков согласно пункту 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации направлено на восстановление нарушенного права, возмещение реального ущерба и упущенной выгоды.

Согласно пункту 2 названной статьи под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В определении Верховного Суда РФ от 30.05.2016 N 41-КГ16-7 указано, что необходимыми условиями наступления ответственности за нарушение обязательства в виде возмещения убытков являются факт противоправного поведения должника (нарушение им обязательства), возникновение негативных последствий у кредитора (понесенные убытки, размер таких убытков) и наличие причинно-следственной связи между противоправным поведением должника и убытками кредитора.

В силу пункта 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7, исходя из смысла ст. ст. 15 и 393 ГК РФ кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

На основании вышеизложенного довод истца об идентичности предмета доказывания в отношении взыскания убытков и неустойки подлежит отклонению.

В силу части 1 статьи 49 АПК РФ истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска.

Изменение предмета иска означает изменение материально-правового требования истца к ответчику. Изменение основания иска означает изменение обстоятельств, на которых истец основывает свое требование к ответчику.

Например, изменение предмета иска имеет место, если требование о взыскании убытков заменяется на требование о замене товара ненадлежащего качества.

В качестве изменения основания иска, как правило, не могут рассматриваться представление новых доказательств и указание истцом обстоятельств, которые подтверждаются этими доказательствами. Так, документы о не заявленных прежде затратах, дополнительно представленные в материалы дела при рассмотрении иска о возмещении убытков, необходимо рассматривать как новые доказательства в подтверждение тех же обстоятельств, которые определяют основание иска.

По смыслу части 1 статьи 49 АПК РФ не допускается одновременное изменение предмета и основания иска, являющееся, по существу, предъявлением нового требования. Соблюдение данного запрета проверяется арбитражным судом вне зависимости от наименования представленного истцом документа (например, уточненное исковое заявление, заявление об уточнении требований). В частности, суд не принимает изменения требования о признании сделки недействительной в связи с нарушениями, допущенными при ее заключении, на требование о расторжении договора со ссылкой на нарушения, которые были допущены при исполнении сделки.

Арбитражный суд не связан правовой квалификацией правоотношений, предложенной лицами, участвующими в деле.

Изменение правовой квалификации требования (например, со взыскания убытков на взыскание неосновательного обогащения) или правового обоснования требования (например, взыскания на основании норм о поставке на взыскание на основании норм об обязательствах вследствие причинения вреда) не является изменением предмета или основания иска, за исключением случаев, когда истец при изменении правовой квалификации изменяет также требование (предмет иска) и ссылается на иные фактические обстоятельства (основание иска) (п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 N 46 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции").

С учетом изложенного, на основании ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ходатайство истца об уточнении исковых требований с требования о взыскании убытков на требование о взыскании штрафа судом отклонено, поскольку имеет место одновременное изменение предмета и основания иска, предъявление нового требования, которое может быть предъявлено к взысканию посредством самостоятельного иска.

Кроме того, претензионный порядок по требованию о взыскании штрафа истцом не соблюден.

Ссылка на пункты 14, 15 постановления Пленума Верховного сада Российской Федерации от 22.06.2018 №18 «О некоторых вопросах досудебного урегулирования споров, рассматриваемых в порядке гражданского и арбитражного судопроизводства» основана на ошибочном толковании норм права.

С учетом изложенного, суд рассматривает дело по первоначально заявленным исковым требованиям, поскольку истец от иска не отказался, однако пояснил, что не усматривает оснований для поддержания первоначального иска. При этом такое действие истца как не поддержание иска само по себе нормами процессуального права не предусмотрено.

Как усматривается из материалов дела, 11.07.2016 между истцом и ответчиком заключен государственный контракт № 0137100002516000069, согласно которому, предметом контракта является строительство территориального отдела внутренних дел УМВД России по г. Калуге на 250 человек, г. Калуга.

Цена контракта составляет 258 768 600 руб., в том числе НДС 18% 46 578 348 руб., в соответствии со сводным сметным расчетом.

В качестве обоснования исковых требований обществом указано, что в ходе проведения процедуры входного контроля преданной ответчиком проектно-сметной документации, предприятием были выявлены существенные замечания и недостатки в отдельных разделах проектной и сметной документации, непосредственно связанных с объектом строительства и требующие корректировки проектно-сметной документации закону, о чем истец сообщил в письме от 12.08.2016 № 941-3.

Ответным письмом от 27.12.2016 ответчик сообщил истцу, что некоторые замечания устранены.

14.06.2018 истцом ответчику представлены акты о приемке выполненных работ на сумму 31 242 951 руб. 79 коп., однако работы истца ответчиком не приняты. В мотивированном отказе от подписания актов последний указал, что работ могут быть приняты только после получения положительного заключения государственной экспертизы по корректировке проектно-сметной документации.

Истец поясняет, что ввиду непредставления ответчиком откорректированной документации в срок, подрядчик был вынужден приостановить производство работ, что повлекло к невозможности завершения ввода объекта в эксплуатацию в установленные контрактом сроки. Указал, что заказчик не произвел консервацию объекта, что привело к ухудшению его функциональных характеристик и качественного состояния, что в дальнейшем при продолжающемся бездействии может привести к существенным повреждениям объекта либо его полной гибели.

15.02.2019 ответчик направил в адрес истца решение об одностороннем отказе от исполнения контракта. Указывает, что данное решение было обжаловано в судебном порядке, решение судом отменено.

Также указывает, что ответчик обращался в органы УФАС с заявлением о включении истца в реестр недобросовестных подрядчиков (поставщиков), данное заявление было удовлетворено. Однако ответчик обжаловал данное решение, так, суд первой инстанции в иске ответчику отказал, а апелляционная инстанция признал оспариваемый судебный акт незаконным, и удовлетворила исковые требования, признав решение антимонопольного органа незаконным (№А40-129895/2019).

Ответчиком во исполнение контракта перечислены денежные средства на сумму 158 768 600 руб., с учетом неполученной в полном объеме цены контракта истцу причинены убытки на сумму 100 000 000 руб.

Претензией истец просил ответчика оплатить образовавшуюся задолженность, однако требование истца осталось без ответа и удовлетворения.

В отзыве от 20.05.2022 ответчик возражал против доводов истца, против удовлетворения исковых требований возражал, указал, что ответчиком работы не приостанавливались, ошибки в проектной документации не касались работ, выполняемых ответчиком, указал, что решение суда о признании незаконным решения об одностороннем отказе недействительным в законную силу не вступило, приостановлено до вынесения решения по делу № А23-2055/2019, считает, что ссылка истца на установленный в судебном порядке факт незаконности решения УФАС истца в реестр недобросовестных подрядчиков не имеет отношения к предмету спора, поскольку в предмет доказывания входила оценка действий уполномоченных органов УФАС при принятии решения о внесении ответчика в реестр недобросовестных поставщиков, пояснил, что в отношении генерального директора субподрядчика ФИО4 возбуждено уголовное дело по факту хищения денежных средств на строительство спорного объекта, указал, что истцом обязательства оп контракту не исполнены, здание в срок, установленный контрактом не построено, в эксплуатацию не введено, документы, подтверждающие отработку выплаченного управлением аванса в адрес УМВД не представлены.

В возражениях на отзыв ответчика от 02.06.2022 истец поддержал исковые требования в полном объеме.

Изучив доводы, правовые позиции сторон, суд пришел к следующим выводам.

В силу части 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. К числу оснований возникновения гражданских прав и обязанностей, предусмотренных указанной нормой, относятся и договоры.

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в частности, вследствие причинения вреда и иных противоправных действий граждан и юридических лиц.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которое это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Истец просит взыскать убытки в форме упущенной выгода, ввиду оплаты выполненных работ в объеме меньшем, чем это предусмотрено контрактом.

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ под упущенной выгодой понимаются неполученные доходы, которые лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Следовательно, для взыскания упущенной выгоды необходимо наличие противоправного действия (бездействия) ответчика, а также причинной связи между таким действием (бездействием) и наступившим вредом. Кроме того, должны быть представлены доказательства размера неполученного дохода, которые лицо не получило из-за нарушения обязанности.

В силу данных правовых норм лицо, требующее возмещения неполученных доходов, должно представить доказательства размера упущенной выгоды, реальности ее получения, а также доказательства принятия мер для получения такой выгоды и сделанные с этой целью приготовления.

По общему правилу, согласно пункту 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Убытки представляют собой негативные имущественные последствия, возникающие у лица вследствие нарушения его неимущественного или имущественного права. Реализация такого способа защиты, как возмещение убытков, возможна лишь при наличии общих условий гражданско-правовой ответственности: совершение причинителем вреда незаконных действий (бездействия); наличие у субъекта гражданского оборота убытков с указанием их размера; наличие причинной связи между неправомерным поведением и возникшими убытками; наличие вины лица, допустившего правонарушение.

Объем подлежащего возмещению вреда (его размер в денежном выражении) устанавливается судом на основании исследования и оценки представленных в материалы дела доказательств.

Истец, предъявляя требования о взыскании убытков, обязан доказать совокупность, обстоятельств, являющихся условием для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности: совершение причинителем вреда незаконных действий (бездействия); наличие убытков с указанием их размера; наличие причинной связи между неправомерным поведением ответчика и возникшими убытками; наличие вины ответчика в совершении правонарушения.

Отсутствие хотя бы одного из указанных условий, необходимых для применения ответственности в виде взыскания убытков, влечет отказ в удовлетворении иска.

Кроме того, в силу ч. 23 ст. 95 Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" при расторжении контракта в связи с односторонним отказом стороны контракта от исполнения контракта другая сторона контракта вправе потребовать возмещения только фактически понесенного ущерба, непосредственно обусловленного обстоятельствами, являющимися основанием для принятия решения об одностороннем отказе от исполнения контракта.

Из Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 N 2990-О следует что, часть 23 статьи 95 Федерального закона "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд", устанавливающая ограниченную ответственность при расторжении контракта в связи с односторонним отказом стороны контракта от исполнения контракта, сама по себе направлена - исходя из особенностей регулируемых отношений - на обеспечение эффективного использования средств бюджетов и внебюджетных источников финансирования, участия физических и юридических лиц в осуществлении закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных или муниципальных нужд на условиях добросовестной конкуренции и предотвращение злоупотреблений в этой сфере.

Рассматриваемая в системе действующего правового регулирования, в частности во взаимосвязи с пунктом 1 статьи 400 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающим, что по отдельным видам обязательств и по обязательствам, связанным с определенным родом деятельности, законом может быть ограничено право на полное возмещение убытков (ограниченная ответственность), данная норма с учетом вытекающего из Конституции Российской Федерации принципа свободы договора, включая свободу вступления в договорные отношения, не может расцениваться как нарушающая в указанном в жалобе аспекте конституционные права заявителя, в процессе рассмотрения дела которого судом установлена невозможность исполнения государственного контракта в полном объеме каждой из сторон.

Таким образом, на законодательном уровне ответственность субъекта - государственного (муниципального) заказчика ограничена возмещением реального ущерба, причиненного исполнителю контракта.

Ссылка истца на постановление апелляционной инстанции по делу №А40-129895/2019, вынесенное в рамках дела об оспаривании решения органа УФАС о внесении истца в список недобросовестных поставщиков, не подтверждает факты, подлежащее доказыванию в рамках рассматриваемого дела, поскольку, как верно указано ответчиком, в рамках обжалования решения УФАС судом исследуется правомерность действий уполномоченного органа при вынесении соответствующего решения.

Между тем, иных доказательств, подтверждающих вину ответчика, истцом не представлено.

Также в материалах дела отсутствует обоснование размера убытков, с учетом специфики подрядных правоотношений, а, следовательно, доказательств, подтверждающих наличие причинно-следственной связи.

Принимая во внимание вышеизложенное, учитывая установленную законом ограниченную ответственность заказчика в рамках исполнения контракта, исковые требования удовлетворению не подлежат.

Расходы по уплате государственной пошлины судом распределяются на основании ст.ст. 110, 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на истца ввиду отказа в удовлетворении иска в полном объеме.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд


Р Е Ш И Л:


В удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с Федерального государственного унитарного предприятия «Ремонтно-строительное Управление Министерства внутренних дел Российской Федерации» в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 200 000 руб.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после принятия в Двадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи жалобы через Арбитражный суд Калужской области.


Судья В.В. Жадан